Текст книги "Ритуал (ЛП)"

Автор книги: Тесье Шанталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 30 страниц)

Это был Раят? Если да, то он это спланировал? Это из-за его ненависти к Мэтту?

Наклонив голову набок, он опускает глаза на мои губы.

– Ты спрашивала об избранной, – его глаза возвращаются к моим. – Все, что тебе нужно знать, это… – Подойдя ко мне, он осторожно оттягивает мою голову назад за волосы, заставляя меня поднять на него глаза. Я нервно сглатываю. – Это значит, что то, что я сделал с тобой, было только началом. – Опустив губы к моему уху, он добавляет: – Ты будешь принадлежать мне, Блейк, – он сокращает мое имя, поднимает другую руку и проводит пальцем по моей шее, по пульсу, заставляя мое тело покрыться мурашками. – И я думаю, это именно то, чего ты хочешь. – С этими словами он делает шаг назад, оставляя меня смотреть, как он уходит, моя киска теперь влажная и шокированная тем, что это был он.

РАЯТ

Прошла неделя после вечеринки в доме Лордов, а она не выходит у меня из головы. Я вижу ее то тут, то там, но не подхожу к ней. Да мне и не нужно. То, как она избегает меня, говорит мне именно о том, что я должен знать – она думает обо мне. Я сомневаюсь, что она много помнит о той ночи. Блейкли была пьяна, и в каком-то смысле я воспользовался ею. Я даже не сожалею.

Поднявшись по лестнице на третий этаж, захожу в библиотеку Баррингтон. Сейчас пятница, десять часов вечера, и она здесь, учится, как хорошая маленькая девочка, которой и является.

Оглядываясь вокруг, осматриваю ряды столов и пустых стульев. Студенты напиваются и трахаются. Здесь никто не обязан учиться. Родители платят за то, чтобы их дети учились в этом колледже, зная, что это гарантирует им отличные оценки. Но Блейкли – я знаю, что она здесь, знаю, где она постоянно находится. Если я не слежу за ней, то наблюдаю.

Засунув руки в передние карманы джинсов, я начинаю проходить мимо рядов книжных полок, оглядываясь по сторонам в поисках девушки.

Проходя предпоследнюю, я останавливаюсь и делаю шаг назад. Она стоит в конце, с открытой книгой в руках, уставившись в нее, потерявшись в своем собственном маленьком мире. Такой глупый шаг. Любой мог бы вытащить ее отсюда, брыкающуюся и кричащую, и никто бы никогда не узнал. Она бы просто исчезла. Пуф. Как по волшебству. К счастью для нее, я не собираюсь этого делать. Вместо этого достаю свой мобильный телефон и фотографирую ее. Затем отправлю ей.

Я подслушал ее разговор с Мэттом в коридоре в понедельник. Она думала, что он был тем парнем, которому она позволила наброситься на нее на вечеринке. Я хотел, чтобы она знала, что это был я! Я сделал это с ней. Это было только начало того, что я могу сделать. Я дал ей то немногое, что ей было нужно, чтобы она захотела большего. Она уже любопытна, но теперь я хочу, чтобы она нуждалась. Умоляла о том, что Мэтт не смог ей дать.

Я не слышу сигнала, но Блейк поправляет книгу в одной руке, чтобы удержать, а другой берет свой телефон. И ее тело напрягается, когда она видит входящее сообщение с картинкой. Я смотрю на то, как ее сиськи начинают подпрыгивать при вдохе, и облизываю губы.

Блейкли вскидывает голову, и ее широко распахнутые голубые глаза встречаются с моими.

– Раят? – нервно спрашивает она, ее глаза стреляют мне за спину. Я стою в конце прохода, зажав ее между книжными шкафами и стеной позади нее. У нее нет выхода. – Что ты здесь делаешь?

Мне приходится сдерживаться, чтобы не ухмыльнуться. Ее не волнует, что я взял ее номер в тот вечер. Вместо этого она интересуется, почему я здесь. Преследую ее. Я не отвечаю, но начинаю приближаться к ней. Девушка поворачивается ко мне лицом и делает несколько шагов назад. Большая ошибка. Она просто прижимается спиной к стене, что дает мне еще большее преимущество держать ее здесь.

Вырвав книгу из ее рук, я бросаю ее на пол у наших ног. Она смотрит на меня, ее красивые голубые глаза ищут мои. Сегодня на ней очки, и я нахожу их чертовски сексуальными. Подойдя к ней, протягиваю руку и обхватываю ее лицо, а свободной рукой скольжу за ее спину, чтобы притянуть ближе к себе. Наклонившись, провожу губами по ее уху, и она тает в моих руках. Ее тело прижимается ко мне, и я шепчу:

– Я все еще чувствую твой вкус.

Она резко вдыхает от моих слов, ее руки хватают мою рубашку.

– Ты на вкус как гребаный мед, – прорычал я, моя рука скользит в ее длинные, густые волосы. – Такой чертовски сладкий. – Она хнычет. – Такой чертовски притягательный. – Мой член твердый, упирается в джинсы. Я хочу трахнуть ее красивое лицо прямо здесь. Я не знаю, как Мэтт смог отказать ей.

– Подожди, – выдыхает она. Ее руки начинают отталкивать меня, и я делаю шаг назад. Мне нужно, чтобы она пока приняла меня. После церемонии клятвы я смогу заставить ее делать все, что захочу.

Я опускаю руки к бокам, но ничего не говорю. Вместо этого просто смотрю на нее. Смотрю на то, как краснеют ее щеки, как приоткрываются губы, а дыхание учащается. Я представляю, как она делает это, пока я прижимаю ее к себе, ее ноги обвивают мои бедра. Мой член трахает эту тугую киску, а она кричит мое имя, когда я вытаскиваю и кончаю на ее красивое лицо.

Блейкли склоняет голову и убирает волосы за ухо. Она нервничает. Мило видеть ее такой рядом со мной. Тем более что я уже засунул свой язык в ее пизду.

– Я хочу знать, что ты имел в виду, – подняв глаза, она смотрит на меня сквозь темные ресницы, поправляя очки на носу.

– О чем? – прикидываюсь я.

– Об избранной, – облизывая губы, она скрещивает руки на груди. – Что это значит? Я не понимаю…

– Тебе и не нужно, – прерываю я ее.

Она поджимает губы и отворачивается от меня, задыхаясь.

– Зачем кому-то добровольно отдавать себя чему-то, о чем он ничего не знает?

Так вот почему она здесь? Она пытается найти книгу о Лорде? Хотя я могу понять ее беспокойство, но это не значит, что я сочувствую ей настолько, чтобы дать ей то, что она хочет. Будучи Лордом, мы не знаем всего, что нам предстоит. Другой Лорд не может делиться секретами с тем, кто не является его членом. Поэтому даже мой отец не мог мне много рассказать об этом. Это было просто то, что я должен был сделать. Как и она – это прямой приказ, которому я должен следовать. Я не потеряю свой титул Лорда из-за нее. Я слишком много работал и слишком многим пожертвовал, чтобы позволить ей уйти. Поэтому даю ей повод для размышлений.

Тщательно подбирая вопрос, я спрашиваю:

– Разве ты никогда не хотела сделать что-то для себя?

Она закатывает глаза.

– Конечно.

Я знаю, что когда я закончу с ней, она станет женой Мэтта. Неважно, ненавидит она его или нет. Она проведет остаток своей жизни, служа ему. Но до этого она будет служить мне.

– Я пыталась найти в Интернете…

Смеюсь, а ее глаза стреляют в меня кинжалами.

– В интернете ты не найдешь ничего о Лорде или избранной.

Рыча, она топает ногой.

– Тогда где?

Шагнув к ней, я упираюсь ладонями в стену по обе стороны от ее головы. Она напрягается, втягивая воздух.

– Ты нигде не найдешь ничего о нас. Потому что Лорды не обсуждают свою жизнь с посторонними, – просто говорю я.

Кончик ее языка высовывается, прежде чем она втягивает нижнюю губу и закусывает ее.

– Если я… – она делает паузу. – Решу стать твоей избранной. – Понизив голос, она шепчет: – Ты причинишь мне боль?

Ухмыльнувшись, я честно отвечаю.

– Да.

Она всхлипывает, ее глаза закрываются.

– Но… я также заставлю тебя полюбить это.

Открыв свои глаза, она пристально смотрит на меня. Я вижу это. Ей чертовски любопытно. Блейкли Андерсон изголодалась по тому, что не всякий мужчина может ей дать. Но я могу. Я покажу ей то, от чего отказался Мэтт.

– Мэтт не хотел тебя, Блейк, – говорю я. Убрав руку от стены, я провожу ею по ее шее, чувствуя, как учащается пульс. – Но я хочу. – Это не полная ложь. Я бы никогда не взглянул на нее дважды, если бы не приказ сделать ее своей избранной. Но теперь я вижу ее. И она именно то, что мне, блядь, нужно. Игрушка для использования. Тело, которое можно трахать. И сладкая, блядь, месть.

– Ты хочешь меня только из-за Мэтта, – заявляет она, выпятив подбородок, словно читает мои мысли.

Я улыбаюсь, но не поправляю ее. Блейкли – умная женщина. Вместо этого я говорю:

– И это именно та причина, по которой ты решишь стать моей, – с этими словами я отталкиваюсь от стены, поворачиваюсь спиной, и оставляю ее стоять на месте и думать о нашем разговоре.

ГЛАВА 11

БЛЕЙКЛИ

В понедельник днем я вхожу в квартиру и иду в свою спальню. Это был долгий день. Я устала и хочу только одного – лечь в кровать и заснуть. Я не спала все выходные. Вместо этого лежала в кровати и думала о том, что сказал мне Раят в библиотеке в пятницу вечером.

Он прав в нескольких вещах. Но он был неправ в том, что я хочу быть его только из-за Мэтта. Я слишком долго позволяла ему диктовать свою жизнь. Ради чего? Притворных отношений? Мысль о том, чтобы стать избранной Раята, – это всего лишь мысль о том, чтобы стать его избранной.

Сняв толстовку, я собираюсь бросить ее на кровать, но останавливаюсь, заметив маленькую черную коробку, уже лежащую на ней.

– Сара? – зову я. Насколько я знаю, она все еще на занятиях.

Когда я уходила сегодня утром, коробки там не было. Подойдя к ней, я открываю ее и вижу записку с надписью «Выпей меня», лежащую рядом с маленьким пузырьком с прозрачной жидкостью. Я никогда не видела ничего подобного раньше. Я принимала таблетки еще в школе с Сарой, но никогда не употребляла ничего жидкого, кроме алкоголя. Что-то подсказывает мне, что это не водка.

Под ней также есть маленькая картинка. Я беру ее и переворачиваю. На ней изображена я в библиотеке – та самая, которую мне прислал Раят перед тем, как я нашла его стоящим в библиотеке. Я поднимаю голову и оглядываю свою комнату. Мое сердце ускоряется, и я снова опускаю взгляд на фотографию в своей руке.

– Эй? – снова зову я. – Здесь кто-то есть?

Нет ответа.

– Раят? – спрашиваю я, нервно сглатывая. Он сделал эту фотографию, значит, он должен был оставить эту коробку. Как он проник внутрь? Попросил ли он Сару помочь ему?

Я подпрыгиваю, когда звонит мой мобильный. Бросив пузырек и фотографию обратно на кровать, я хватаю телефон и нажимаю на ответ.

– Алло? – говорю я, пытаясь успокоить свое колотящееся сердце.

– Ты смутила его? – спрашивает меня мама.

– Что? – спрашиваю я, еще раз быстро оглядывая свою комнату. Я подхожу к своему шкафу и заглядываю в него, но там все чисто.

– Мэтт, – рычит она. – Кимберли сказала, что ты опозорила его перед сверстниками в пятницу.

– Я не буду об этом говорить, мама, – говорю я и иду в свою ванную. Все еще одна.

– Я не знаю, что, черт возьми, там происходит, но знай, Блейкли Рэй. Ты не испортишь это для семьи. Ты выйдешь замуж за Мэтта. Продолжай в том же духе, и это произойдет гораздо раньше, чем ты ожидаешь. – Она повесила трубку.

Я возвращаюсь в свою комнату и сажусь на кровать.

Флакон лежит рядом со мной, и слезы наполняют мои глаза. Я не могу остановить это. Не могу контролировать это. Моя жизнь никогда не была моей. Почему я думала, что теперь она будет моей? Я буду миссис Блейкли Уинстон, что бы я ни делала. Мысль о том, что я буду жить во лжи, в браке без любви, просто калечит. У меня были чувства к Мэтту. Мне потребовалось время, но я была согласна провести с ним вечность.

А сейчас? Я презираю его. Я никогда не буду уважать его и никогда не выйду за него замуж по доброй воле. В этом случае моей матери придется тащить меня к алтарю.

Раят? Думаю ли я, что его внезапный интерес ко мне связан с Мэттом? Абсолютно. Меня это волнует? Нет. Мэтт может поцеловать меня в задницу. Если он может делать все, что хочет, то и я могу. И это включает в себя позволение Раяту поступать со мной по-своему.

Приняв решение, я откручиваю крышку флакона и проглатываю жидкость без запаха и вкуса, выпивая ее, как было написано в записке.

К черту!

РАЯТ

Я вхожу в ее квартиру, зная, что она дома одна. Я убедился в этом. Толкнув дверь ее спальни, обнаружил, что она лежит на кровати. Блейкли лежит на спине, ее руки подняты над головой. Глаза закрыты, а дыхание глубокое. Она в отключке.

Она приняла GHB[7]7
  Бутират (butirat, GHB) – В медицине бутират применялся в качестве анестезии, а также для лечения расстройства сна, неврозов и отклонений ЦНС. В последние десятилетия наркотик бутират получил широкое распространение среди молодежи. Его начали принимать люди в качестве антидепрессанта и эйфоретика в рекреационных целях. Чаще всего бутиратных наркоманов можно увидеть в ночных клубах. Несмотря на то, что на наркосленге вещество получило безобидное название «водичка», бутират является сильнодействующим наркотиком, при передозировке которого возможен летальный исход.


[Закрыть].

Я так и думал, что она согласится. Люди в нашем мире всегда ищут способ уйти от реальности. Мне нужно было еще раз попробовать ее на вкус, и на то есть свои причины.

Подойдя к кровати, стягиваю с нее одеяло и обнаруживаю, что она успела переодеться в футболку большого размера, прежде чем это сработало. Я сжимаю вещь в руках, думая, что она принадлежит ее бывшему изменщику. Поднимая футболку, вижу, что она надела пару черных кружевных трусиков. Отпустив футболку, кладу руку на ее плоский живот и запускаю кончики пальцев в ткань. Дразню себя.

Мой член твердый, упирается в молнию. Я так сильно хочу трахнуть ее. С тех пор как увидел ее распростертой на полу, я хотел взять ее темные волосы в руки, засунуть свой член ей в горло и заставить ее красивые голубые глаза слезиться.

Правила ритуала просты.

Избранная должна предложить себя. Она проявила ко мне интерес, явившись на вечеринке. Если и были какие-то сомнения, что она там делала, – моя спальня доказала, что она чего-то хочет. Даже если это была просто месть Мэтту. Я приму это. Это то, что я могу использовать.

Как правило, избранная и Лорд знают друг друга. Они были друзьями или встречались. Лишь в редких случаях, как в случае со мной и Блейкли, Лорд вынужден выбрать определенную избранную. В Баррингтон есть женщины, которые убили бы за то, чтобы стать избранной. Служение Лорду – это честь для них. Мэтт держал ее в неведении не просто так. Он не хотел, чтобы она знала, что происходит. Он думал, что это не имеет значения, и она была для него надежной опорой. Теперь такой возможности больше нет. Значит, его причины держать ее в неведении изменились.

Я бы не сказал, что она была бы моим первым выбором, потому что я никогда не думал о ней в таком ключе. Она горячая штучка? Да. Но я знал, что она была под запретом. Даже после того, как получил приказ, у меня были сомнения. Это было до тех пор, пока я не начал внедряться в ее жизнь. Я следил за ней несколько недель. После того, как она дала мне себя попробовать, у меня текли слюнки, я хотел большего. Если бы я открылся ей в спальне той ночью, она бы не позволила мне прикоснуться к себе.

Если избранная согласится, она будет твоей, пока ты не решишь, что она больше не нужна тебе. Она не вспомнит имя этого ублюдка после того, как я добьюсь своего с ней.

Медленно я зацепил пальцами ее трусики и потянул их вниз по ее загорелым ногам, позволяя костяшкам пальцев коснуться ее гладкой кожи. Схватив ее за бедра, я раздвигаю их и заползаю на кровать, чтобы встать между ними на колени. Я смотрю на ее бритую киску, поднося ткань к лицу. Глубоко вдыхаю, мой член дергается в штанах. Блядь, мне нужно быть внутри нее, но это не может произойти сегодня. Еще нет.

Правила ясны, но в них ничего не сказано об игре с ней. Они позволяют нам достаточно, чтобы повеситься. Лорды всегда проверяют нас.

Я бросаю белье на пол и скольжу руками по внутренней стороне ее бедер к влагалищу. Прикусываю губу, раздвигая ее складочки для меня.

– Проклятье, – шепчу я, просовывая в нее палец.

Она не мокрая, но я и не ожидал этого. Поднеся палец ко рту, облизываю его до костяшки, а затем ввожу обратно, осторожно пробуя влажность, в то время как мои глаза поднимаются к ее лицу.

Ее голова наклонена влево, темные волосы покрывают подушку, а дыхание остается спокойным. Я тянусь свободной рукой вверх и задираю ее футболку дальше, чтобы обнажить ее грудь. Улыбаюсь тому факту, что на ней нет лифчика. Ее груди чертовски восхитительны. Круглые и упругие, они идеально ложатся в мою руку, с красивыми розовыми сосками и маленькими ареолами.

Оглядываюсь на ее киску, она становится все более влажной. Убираю палец и добавляю еще один. Она все еще не двигается.

Моя девочка доказала, что я владею ею, и мне не терпится показать ей, что это значит.

Я начинаю действовать все агрессивнее и агрессивнее. Ее голова сдвигается в другую сторону, и с ее губ срывается всхлип. Я не давал ей много наркотика из-за ее маленького размера. Я не хотел, чтобы она испытала слишком много побочных эффектов. Мне просто нужно было, чтобы она была сонной и ослабленной до такой степени, чтобы я мог с ней играть. К тому же, это может усилить желание секса.

Она выгибает спину навстречу мне, ее губы приоткрываются, и я наблюдаю, как твердеют ее соски, а ее киска сжимается вокруг моих пальцев.

Я устраиваюсь поудобнее на кровати, кладу левую руку ей на голову. Я наваливаюсь на нее всем своим весом, проталкивая третий палец в ее тугую пизду. Мой член дергается от предвкушения оказаться внутри нее. Быть там первым. Владеть ею.

У нее перехватывает дыхание, и я нежно целую уголок ее губ.

– Прекрасно.

– Раят, – она стонет.

– Да, Блейк. Это я, – говорю ей, и она хнычет. Даже под действием наркотиков и в полубессознательном состоянии она знает, что это я прикасаюсь к ней.

Я начинаю грубо трахать ее пальцами, пока мой большой палец играет с ее клитором. Ее тело раскачивается вперед-назад, заставляя ее сиськи подпрыгивать, а кровать скрипеть. Она вскрикивает, когда ее киска сжимается, и она кончает на мои пальцы.

Что-то в том, что я имею ее вот так – полностью контролируя ее тело, – очень мощно. Осознание того, что она с готовностью приняла то, что я дал ей, не зная, что это такое. Она жаждет, чтобы ею владели, чтобы ею управляли, чтобы она была моей!

Я останавливаюсь, и ее глаза остаются закрытыми. Поднеся пальцы к ее рту, я провожу ими по ее приоткрытым губам, размазывая по ним ее влагу, как глазурь.

– Скоро, малышка, – говорю я ей, прежде чем засунуть их себе в рот и вылизать дочиста. Пробуя этот гребаный мед, которого я жаждал после того, как она отдалась мне в моей спальне.

Оттолкнувшись от кровати, я сажусь между ее дрожащих ног. Наклоняюсь, берусь за воротник безразмерной рубашки и разрываю ее посередине.

– Я сожгу это, – говорю я себе, вытаскивая ее руки из нее, зная, что я на шаг ближе к тому, чтобы владеть ею и стереть все следы Мэтта.

Потянувшись в задний карман, достаю карточку и кладу на ее тумбочку. Теперь я жду.

ГЛАВА 12

БЛЕЙКЛИ

ИЗБРАННАЯ

Я перечитываю белую открытку в своей руке, оставленную на моей тумбочке в понедельник вечером после его визита.

Подняв глаза на собор, я впиваюсь зубами в нижнюю губу и нервно покусываю ее. Это именно то, о чем можно подумать – большой и средневековый, с высокими стенами и шпилями на вершине. Он стоит в глуши, в стороне от двухполосной дороги. Это напоминает мне что-то из страшного фильма, где дети приходят в здание с привидениями, чтобы исследовать его. Только все они оказываются мертвы в разных комнатах от ударов тупым предметом, а злодей размазывает их кровь по стенам.

Ладно, может быть, в последнее время я посмотрела очень много фильмов ужасов.

Над главным входом возвышается старый белый крест. По обесцвечиванию видно, что когда-то он стоял вертикально, но в какой-то момент упал. Ветер слегка раскачивает его взад и вперед, издавая скрипучий звук, что только усиливает неприятный фактор. Это не может быть страшнее, если бы это было сделано для съемок фильма.

Сегодня на улице холодно. Мое тело дрожит, а зубы стучат, пока я стою в черном мини-платье с низким вырезом, которое едва прикрывает мою задницу, и красных туфлях на каблуках от Гуччи. Я переношу весь свой вес на мыски ног. Иначе они утонули бы в мягкой земле.

Я накрасилась: дымчатые тени, толстая подводка и красная помада. Наверное, я похожа на дешевую проститутку, которая ходит по улицам в поисках Джона. Но мне не заплатят за то, что я собираюсь сделать. Нет. Я собираюсь добровольно отдать это. Отдаться человеку, который, я знаю, будет этим пользоваться. Злоупотреблять.

Снова посмотрев на карточку, я переворачиваю ее, чтобы увидеть, что на ней напечатана Церемония Ритуальной Клятвы и адрес, который мне пришлось гуглить. Это было ровно в тридцати минутах езды от кампуса, в глуши. Ниже было написано – как только избранная примет свой долг, она будет обязана служить ему.

Я становлюсь частью «ритуала» Лордов. Знаю, это кажется таким же жутким, как и звучит, но мне нужно что-то новое в моей жизни. Сколько я себя помню, мне чего-то не хватало. И Раят помог мне понять, чего именно.

«Разве ты никогда не хотела сделать что-то для себя?»

Его вопрос в библиотеке заставил меня задуматься. С самого раннего возраста у меня были мечты о том, чего я хочу в будущем, но мои родители рушили их одну за другой. Я хотела поступить в Стэнфорд, но это был не вариант.

– Баррингтон – вот куда ты поедешь, – моя мама сказала мне это, когда мне было двенадцать. Никаких возражений.

Мне нравится Баррингтон, не поймите меня неправильно, но это просто был не мой первый выбор. Я хотела хоть раз побыть нормальной. Я всю жизнь ходила в частную школу, так что Баррингтон ничем не отличается. Это уединенное место в центре Пенсильвании. Она для богатых детей – элиты. Тех, у кого криминальное прошлое длиной в милю, от которых откупились папочки, а судьи замяли дело. Что может пойти не так, если собрать их всех в одном месте? Это парни и девушки, рожденные и воспитанные для того, чтобы однажды возглавить бизнес своей семьи. Степени – это формальность. Нужны похвалы на бумаге, даже если по окончании университета им просто вручат миллиардную империю.

Думаю, еще один фактор, который привел меня сюда, в эту глушь, к этому собору – мне скучно, блядь, до безумия. Каждый день всей моей жизни был распланирован для меня. Виды спорта, которыми мне разрешалось заниматься, оценки, которые я должна была получить. Мужчина, за которого я выйду замуж.

Это было мучительно утомительно. Вам когда-нибудь хотелось просто отключить все это? Не думать о следующей секунде своей жизни? Отправиться в незапланированное путешествие? Устроить свидание на одну ночь с симпатичным парнем, которого вы пролистали мимо на своей странице? Социальные сети заставляют вас думать, что у вас есть вся эта свобода, но это не так. На самом деле нет. Вы застряли за устройством, наблюдая за тем, как другие воплощают свои мечты. Вы выкладываете селфи с фальшивыми улыбками и дорогой одеждой, надеясь, что кто-то позавидует вам. Уверяете себя в том, как у вас все хорошо. И при этом вы ненавидите свою жизнь.

– Улыбайся, дорогая, ты никогда не знаешь, кто на тебя смотрит, – всегда говорит мне мама.

Отчаяние никогда не бывает красивым.

Раят – это мой выход. Быть избранной – это мое спасение. Ну, по крайней мере, сейчас. Кто знает, как долго это продлится? Может, это все притворство, но это то, что я хочу совершить.

Сделав глубокий вдох, начинаю подниматься по лестнице в здание. Открываю тяжелые двери, и они скрипят, оповещая всех, кто здесь находится, о моем прибытии.

Мое сердце колотится в груди, пока я иду по центральному проходу. Фигуры заполняют большие скамьи по обе стороны. Все они одеты в черные плащи и белые маски. Я не была воспитана в духе религии, поэтому никогда не была в церкви. Я всегда ожидала, что такие места будут цвета золота, блестящими и дорогими, чтобы создать ощущение покоя. Это не может быть дальше от истины.

Здесь все старое. Высокие потолки того же цвета, что и темная ночь. Видно, что когда-то на них были картины, но со временем они выцвели до неузнаваемости. Пол усыпан листьями и ветками. Здесь так же холодно, как и снаружи, и старые витражи свистят от сильного ветра.

Впереди меня, похоже, большая сцена и алтарь. С обеих сторон расположены длинные лестницы, которые ведут на мансарду, откуда открывается вид на прихожан. В центре стоит ванна для крещения, утопленная в пол до самого выступа. Сторона, обращенная к нам, полностью стеклянная, чтобы люди в церкви могли наблюдать за происходящим. По три ступеньки с каждой стороны спускаются в воду, глубина которой составляет около четырех футов.

Я пробираюсь вперед на дрожащих ногах, листья и ветки, покрывающие часть гниющего пола, хрустят под моими каблуками. Старое, устаревшее и очень заброшенное, это место совсем не похоже на отель, в котором они живут. Заставляет задуматься, зачем они используют его для чего-либо.

Остановившись у входа, я замечаю, что в первых двух рядах, рядом с теми, кто одет в плащи и маски, сидят женщины. Ни одна из них не покрыта. Они такие же, как я. На каждой из них платья и туфли на каблуках. Девушка на дальнем конце привлекает мое внимание.

Это Сара.

Я собираюсь подойти к ней, но останавливаюсь, когда вижу девушку рядом с ней. Это блондинка с вечеринки в доме Лордов. Девушка Мэтта.

Он здесь? Если да, то он в плаще и маске. Волоски на моем затылке встают дыбом от мысли, что он наблюдает за мной, но я замечаю, что, ни рук, ни кистей женщин не видно. Присмотревшись, я понимаю, что они должны быть за спиной. Мое сердце колотится, кровь стучит в ушах от жуткой тишины в таком большом здании. Она оглушительна.

Я подпрыгиваю, когда сзади на мое плечо ложится рука. Пытаюсь обернуться, но он не дает мне этого сделать. Вместо этого медленно проводит руками по моим рукам, и знаю, что он чувствует, как я дрожу. Когда мужчина добирается до моих запястий, то осторожно заводит их мне за спину.

Я закрываю глаза, зная, что мне предстоит принять то, что будет. Неважно, что произойдет здесь сегодня вечером, это будет потому, что я рискнула. Сама выбрала быть здесь. Я выбираю быть его, пока ему нужна.

Он сжимает оба моих запястья одной рукой, и я слышу звук металла. Моя грудь поднимается и опускается с каждым прерывистым вдохом. Я смотрю на Сару, а она опустила голову, уставившись в пол. Быстрый взгляд на первый ряд показывает, что все они делают это.

Холодный металл обхватывает мое запястье, и он по очереди застегивает наручники до такой степени, что они защемляют мою кожу, заставляя меня хныкать.

– Слишком туго? – я узнаю голос Раята, откидывающего мои волосы с плеча.

– Да, – тихо отвечаю я.

– Хорошо, – затем он затягивает их еще на один щелчок, и я с шипением вдыхаю.

– Ты сделаешь мне больно?

– Да.

Я ожидаю, что будет больно, и какая-то часть меня рада этому. Схватив меня за плечо, он дергает меня назад.

РАЯТ

Я поднимаюсь по лестнице, положив руку ей на плечо, мои пальцы впиваются в ее мягкую кожу. Я ждал этого дня слишком долго. Кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как мне сказали взять ее в свои избранные. Но наконец-то он настал. Дойдя до платформы, я подвожу ее к небольшому сооружению, напоминающему бассейн, которое было добавлено для проведения ритуала.

Лорды получили это здание давным-давно. Первое, что они сделали, это выпотрошили его внутри. Это не обычный собор. Все было добавлено сюда, чтобы соответствовать нашим традициям.

Она спотыкается и останавливается на краю, и я слышу, как участилось ее дыхание. Собираюсь сказать ей, чтобы она зашла в воду, но она сама делает первый шаг. Я сдерживаю улыбку. Моя девочка хочет отдаться мне, и мне не терпится сделать ее своей.

Обычно это делается, когда избранная обнажена, но она останется в одежде. Я не хочу, чтобы кто-то видел ее тело. Смысл ритуала в том, чтобы очистить их от прошлых сексуальных партнеров, но я крайне неравнодушен к тому, что принадлежит мне. Последние три года я наблюдал, как женщины в Баррингтон метались в ожидании того дня, когда они станут избранными. Так получилось, что у нее никогда не было секса. Но церемония клятвы все равно должна быть проведена, чтобы закрепить ритуал. Я уверен, что он целовал ее, обнимал и дурачился с ней. Я хочу стереть любую его частичку с ее тела.

Как часть ритуала, мы должны продемонстрировать владение. Ты трахаешь либо их рот, либо киску, либо задницу. Это не для того, чтобы доставить им удовольствие. Это для того, чтобы мы предъявили на них права. Так что, поскольку я эгоист и отказываюсь показывать то, что у меня есть, мне подойдет ее рот. Как только мы закончим здесь, я отведу ее на задний двор и трахну эту тугую пизду в лесу, на земле или у дерева. Неважно. Все увидят, что она моя, по следам на ее ногах и засосам на шее.

Блейкли будет принадлежать Лорду. Я позабочусь о том, чтобы все об этом знали.

Она делает последний шаг, теплая вода доходит ей до груди, когда я встаю рядом с ней. Отпустив ее плечо, протягиваю руку и отодвигаю темные волосы с ее лица. Она выглядит такой красивой, с макияжем и уложенными волосами. Я готов все испортить.

– Произнеси свою клятву, – приказываю я.

На короткую секунду ее глаза расширяются, и она нервно облизывает губы. Затем она делает глубокий вдох.

– Я клянусь.

Хорошая девочка. Она обратила внимание на листовку, которую сжимала в руке.

– Ты клянешься, – подтверждаю я и киваю головой, чтобы она произнесла последнюю часть вместе со мной.

– Мы клянемся, – говорим мы в унисон.

Затем поднимаю руку, хватаю ее за волосы, выбиваю ее ноги и заталкиваю ее под воду. Держу ее там. Она сразу же начинает бороться. Так сильно, что вода выплескивается через край стекла, падая на первый этаж.

Рывком поднимаю ее, и она начинает задыхаться, как только ее лицо появляется на поверхности. Я тащу ее к лестнице справа от себя и сажусь на верхнюю ступеньку, отпуская ее на секунду, чтобы расстегнуть ремень, а затем джинсы.

Она задыхается, одновременно кашляя водой. Это единственный звук в церкви. Все внизу сидят, молча, терпеливо ожидая, когда я заявлю права на свою избранную. Мэтт в том числе. Надеюсь, этот ублюдок видит, как сильно она этого хочет. Меня.

Она сгорбилась так, как только может, чтобы ее лицо не было в воде, большая часть ее мокрых волос закрывает его. Она ничего не может с этим поделать, так как ее руки все еще скованы наручниками за спиной.

Я вытаскиваю свой твердый член и несколько раз поглаживаю его, давая ей лишнюю секунду, чтобы перевести дух, зная, что сейчас сделаю еще хуже. Затем протягиваю руку, кончиками пальцев осторожно убираю волосы с ее лица, чтобы взглянуть на нее. Под глазами у нее черные лужицы, стекающие по щекам. Ее мокрые ресницы слиплись, а приоткрытые губы дрожат, пока вода стекает с ее подбородка. Ее красивые голубые глаза красны и полны страха.

Уже слишком поздно, малышка. Ты принадлежишь мне.

Я провожу рукой по воде, собирая ее длинные мокрые волосы на затылке. Схватив ее за волосы, я притягиваю ее к себе.

– На колени, – приказываю я, и ее колени падают на третью ступеньку, заставляя ее хныкать. – Открой рот.

Ее расширенные глаза смотрят на мой член, и я улыбаюсь, глядя на ее ужас. Блейкли делает последний глубокий вдох и облизывает губы, прежде чем открыть для меня свой красивый накрашенный рот. Схватившись за основание своего члена, я просовываю его ей в рот.

Я не нежен.

Ее рвотные позывы заполняют пространство церкви, и вода снова переливается через борта, пока я управляю ее головой. Вверх и вниз, она подпрыгивает на моем члене. Девушка пытается бороться со мной и отстраниться, но я не отпускаю ее. Вместо этого крепче сжимаю ее волосы, загоняя свой член еще глубже в ее горло. Она крепко закрывает глаза, и ее лицо скривилось, когда я ударяю о заднюю стенку, заставляя ее снова поперхнуться.