Текст книги "Ритуал (ЛП)"

Автор книги: Тесье Шанталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 30 страниц)

Ганнер берет меня за руку, и я ступаю своими отяжелевшими ногами к первой скамье. В конце, ближе к проходу, уже есть свободное место. Я опускаюсь на него и смотрю на Ганнера, ожидая, что он скажет мне что-то, что поможет разобраться в происходящем, но вместо этого Ганнер пятится назад и выходит через боковую дверь, оставляя меня одну.

Мои ноги дрожат, и я нервно тереблю обручальное кольцо, когда слышу шум на балконе второго этажа. Я поднимаю глаза и вижу, как двое мужчин в плащах и масках тащат женщину в центр, где я вижу стул, уже стоящий прямо на краю бассейна.

На ней только футболка, черные трусы и капюшон на голове. Она борется с двумя Лордами, и это приводит к тому, что ее и без того короткая футболка задирается на животе. Они толкают женщину на стул, где пристегивают ее запястья к деревянным подлокотникам, затем быстро делают то же самое с ее лодыжками.

Я нервно сглатываю, оглядывая сидящих на скамьях Лордов, чтобы увидеть реакцию на то, что, черт возьми, происходит. Но все они, насколько я знаю, могут спать, поскольку мне не видно их лиц.

Это еще одна церемония? Если да, то я буду следующей? Чему мы будем клясться?

Двое Лордов отходят от женщины, и тот, что слева, срывает с нее капюшон. Я невольно прикрываю руками рот, прежде чем из него вырвется вздох. Это Эшли – подружка Мэтта.

Мой взгляд мечется по сцене, наблюдая, как оба мужчины делают еще несколько шагов назад и скрещивают руки на груди.

Комнату заполняет звук скрипящей двери, и я смотрю направо. У меня сводит живот, когда я вижу, что это Раят. Он не одет ни в плащ, ни в маску. На нем джинсы, футболка и боевые ботинки. Он запачканный, весь в грязи, а его футболка промокла от пота, когда он рыл могилу на заднем дворе.

Он медленно поднимается по лестнице на второй этаж, не торопясь, как и всю ночь. Эшли видит его и ерзает на стуле. Раят останавливается рядом с ней, и я напрягаюсь.

Что он делает?

Зачем ему причинять ей боль? Она не должна нести ответственность за действия Мэтта.

Повернувшись, Раят подходит к столу в углу и берет нож. Я собираюсь сказать ему, чтобы он остановился, но закрываю рот обеими руками, прежде чем успеваю произнести слова. Раят велел мне доверять ему. Может, он просто хочет ее напугать.

– Эшли, – обращается к ней Раят, и она всхлипывает, дергаясь в своих путах. Клейкая лента не дает ей говорить. – Я полагаю, ты знаешь, почему ты здесь?

Эшли качает головой, по ее лицу текут слезы.

Он подходит к ней и срывает скотч.

– Ты жалкий сукин сын! – кричит она. – Мэтт убьет тебя!

Эшли качает головой туда-сюда, отчего ее светло-русые волосы бьют ее по лицу.

– Забавно, что ты думаешь, будто ему есть до тебя дело, – говорит Раят, и все Лорды усмехаются.

Она оскаливает на него зубы.

– Мэтт любит меня больше, чем эту суку.

Я убираю руки ото рта. Должно быть, она говорит обо мне.

– Должно быть, поэтому он так сильно ее хочет, – кивает головой Раят. – Чтобы доказать тебе, что любит тебя больше.

Протянув руку, он прикладывает кончик ножа к ее щеке, и Эшли изо всех сил отворачивает от него голову.

– Мы будем играть в игру, – говорит ей Раят. – Она называется «Исповедь». Подходит, да? Я буду задавать тебе вопрос, и каждый раз, когда ты будешь отказываться отвечать или лгать, я буду тебя резать.

– Ни хрена я тебе не скажу! – кричит она.

– Все так говорят.

Раят проводит кончиком лезвия по ее шее ниже уха, из раны мгновенно льется кровь, а высокие сводчатые потолки наполняются пронзительным криком Эшли.

– Начнем с чего-нибудь легкого, – объявляет Раят. – Ты знала, что Мэтт и Блейкли были вместе, когда встретила ее на вечеринке в доме Лордов?

– Да, – выплевывает она.

Я выпрямляюсь. Она знала, кто я? Мэтт рассказал ей обо мне?

– И все же ты согласилась стать его избранной до той ночи? – спрашивает Раят, наклоняя голову набок.

– Он рассказал мне о ней все. Эта сучка была им одержима.

Я скрежещу зубами от ее слов, но не знаю, почему удивлена. Такие мужчины, как Мэтт, всегда говорят так, будто все женщины их хотят. Я хотела, потому что мне было позволено хотеть именно его. Если бы у меня был выбор, я бы точно выбрала кого-то другого.

– Она была в отчаянии. Чертова голодная сука, которая не понимала намеков, – кричит Эшли. – Ты должен знать, она вышла замуж за первого парня, которого трахнула.

Думаю, она пыталась оскорбить Раята, но он просто улыбается ей, гордясь тем фактом, что лишил меня девственности.

Я сжимаю руки в кулаки. Мне на самом деле было жаль ее, я подумала, что, возможно, она не знает, что Мэтт за человек, но Эшли знала, что мы были вместе. Знала, что я была девственницей. Сколько еще Мэтт ей рассказал? Откинувшись на спинку скамьи, я скрещиваю руки на груди, готовая слушать, в чем он еще заставит ее признаться.

ГЛАВА 43

РАЯТ

Улыбаясь, я перемещаю нож к шее Эшли, и она откидывает голову назад, с каждым вдохом ее грудь быстро поднимается и опадает. Как бы эта сука ни пыталась изображать из себя недотрогу, она напугана.

– Идем дальше, – говорю я. – Ты знаешь, где была Блейк, когда убежала?

Я не собираюсь тратить на это время. Ганнер и Прикетт вытащили Лордов сюда ради шоу, так что я дам им шоу.

– Нет, – рычит Эшли.

Опустив нож, я срезаю кусок кожи с верхней части ее плеча.

– Это ложь.

Она кричит, кровь стекает по ее руке и стулу, а кусок кожи валяется на полу возле моего ботинка.

Если Мэтт знал, что она вернулась, и послал Синди убрать с ее пути Блейк, то Мэтт должен был знать, где она была все это время, что вполне логично. Это просто дополнительные кусочки головоломки, которые мне были нужны. Поскольку у меня теперь имеется телефон Синди, у меня есть доступ ко многим их секретам. Все они связаны с моей женой и ее бегством от меня.

– Еще раз. Ты знала, где была Блейк, когда она сбежала?

– Да, – с трудом произносит она сквозь рыдание, опустив голову.

Теперь у нас что-то получается.

– Как ты узнала?

Шмыгая носом и облизывая запачкавшие верхнюю губу сопли и слезы, она отвечает:

– Мэтт сказал мне, что собирается поговорить с ней в твоей комнате. И что после этого Блейк выбежит… он сказал мне проследить за ней и сообщить ему, куда она пошла.

Меня бесит, насколько перехитрил меня Мэтт. Я знал, что он сказал все это Блейк, чтобы заставить ее уйти, но Мэтт точно знал, что она сделает, и хотел за ней проследить. Я думал, что это для того, чтобы Блейк от меня ушла, но Мэтт хотел знать, где она, когда понял, что я не могу с ней связаться.

– Тебе это не показалось странным? – говорю я, помахивая окровавленным ножом. – Что твой Лорд хотел, чтобы ты последовала за его бывшей?

– Он… он сказал, что просто хотел убедиться, что Блейк не вернется, – Эшли дергает за ограничители, и я вижу, как из-за туго затянутых застежек из ее запястий начинает сочиться кровь. Ее руки синеют. Она продолжает сжимать их и разжимать.

– Но она вернулась, – добавляю я. – Потому что я нашел ее и вернул.

– Нет, – быстро мотает головой Эшли, разметав волосы. – Она вернулась за Мэттом.

Я хмурюсь.

– Почему ты так думаешь?

Раздается тихий всхлип.

– Он мне так сказал. Сказал, что Блейк вернулась ради него. Что она хотела с тобой развестись… – Не полная ложь, когда я притащил ее обратно. – И что я должна была помочь ему позаботиться о ней.

Мэтт сказал Синди, что Блейк в доме Лордов – что было правдой – и что, если она хочет меня, ей нужно убрать с дороги Блейк. Этот человек просто натравливает всех известных ему сук на мою жену, в надежде, что кто-нибудь ее уберет. Только через мой труп!

– Синди сказала мне другое.

Эшли вскидывает голову, и ее широко раскрытые мокрые глаза встречаются с моими. Она не знает, что я уже играл в эту игру с ее подружкой.

– Синди… нет…

Я провожу по ее руке кончиком лезвия, рассекая кожу, и Эшли вскрикивает.

– Попробуй еще раз.

– Остановись, – всхлипывает она. – Пожалуйста… ты не понимаешь.

То же самое сказала Синди.

– Объясни мне это в самой простой форме.

Она говорит, брызгая слюной.

– Блейк взрывала телефон Мэтта, пока ее не было.

– Еще одна ложь…, – я хватаю Эшли за волосы и, толкнув головой вперед, провожу лезвием по ее шее, не слишком глубоко, чтобы перерезать только кожу, а спинной мозг.

– Говори правду! – кричу я, уже начиная уставать.

Она всхлипывает.

– Я не знаю…

Я делаю надрез вдоль верхней части ее обнаженного бедра. Я не бью ее ножом, потому что не хочу, чтобы Эшли умерла. И все же. Я просто хочу, чтобы она почувствовала боль достаточную, чтобы пошла кровь.

Я обхожу ее, наступая своими черными боевыми ботинками в разлитые на полу лужи крови и оставляя вокруг стула кровавые следы. Не обращая внимания на ее крики, я подхожу к столу и беру оставленный Ганнером мобильный телефон. Открыв чат, я читаю его вслух.

– Ты знаешь, что Раят будет снова ее искать, Синди говорит Мэтту, – говорю я, перескакивая на середину их разговора. Нет необходимости пересказывать все заново. В конце концов, она была частью этого, поэтому должна об этом помнить.

– Да. Я на это рассчитываю. На этот раз ему не повезет. Единственное, что он увидит, это выбранные мною видео. Кстати, это был твой парень, – поясняю я Эшли, которая просто сидит, истекая кровью и плача. – Вот тут-то все и становится интересным. – Я прокручиваю страницу немного вниз. – К разговору присоединяешься ты, Эшли.

– Я могу дать ей успокоительное. Тогда тебе не придется с ней драться. Всего один укол, и она отключится. Отправляешь со спящим эмодзи.

– Не давай ей слишком много. Ты можешь ее убить. Я хочу, чтобы она отключилась, а не умерла, – ответил Мэтт Синди на твою прекрасную идею.

– Но как я смогу доставить ее к тебе? спросила Синди твоего парня.

– Я буду рядом. Просто сообщи мне, когда все будет готово, – ответил Мэтт.

Опустив телефон Синди, я смотрю на нее.

– Мне продолжать?

Она сужает глаза и скалится, обнажив зубы.

– Ты, бл*дь, его испортил! – рычит Эшли. Я задел за живое. Хорошо. Наконец-то, у нас что-то получается. – Его шанс стать великим Лордом. А потом ты выбираешь его девушку? Вы оба заслуживаете того, что получите.

– И ты была более чем готова помочь ему? – склонив голову на бок, спрашиваю я.

– Конечно, – огрызается она. – Леди стоит на стороне своего Лорда.

– Оу, – киваю я. – Теперь понимаю. Он обещал тебе не только возмездие, но и статус Леди. – Что должно быть ложью, потому что он все еще планировал жениться на Блейк. Лорды – это много чего, но им все еще разрешено иметь только одну жену. Они могут трахать вне брака столько женщин, сколько захотят, но юридически (на бумаге) у них одна жена.

– Она даже не должна была вернуться. Ради него я осталась и присматривала за ней три гребаных недели. Изо дня в день, пока она работала в этом захудалом дерьмовом баре и жила в этом отвратительном мотеле.

Эшли фыркает.

– Я сказала ему, что закончила и ухожу, чтобы вернуться, а он послал Дерека за ней присмотреть, – она одаривает меня ледяной улыбкой. – Он хотел отплатить тебе, и Блейк была лучшей платой, которую Мэтт мог ему дать.

Сделав глубокий вдох, она задирает нос вверх, а я прижимаю окровавленный нож к бедру, ее кровь пачкает мои джинсы.

– Так что, пошел ты, Раят! – огрызается Эшли, а затем окидывает взглядом нижний уровень. – Он сделает ее жизнь несчастной и позаботится о том, чтобы ты это увидел.

Она поднимает налитые кровью глаза и смотрит на меня.

– Это было познавательно. Спасибо за игру, – говорю я, узнав все, что мне нужно было знать. На самом деле я уже все это знал, но, чтобы убить Эшли перед Лордами, мне нужно было ее признание. Я впиваюсь пальцами в спинку стула. – Твой приз – смерть.

– Нет… подожди. Мэтт…

Я толкаю стул с привязной к нему Эшли вперед, сбивая в бассейн. Ее голос разносится по всему собору, а затем ее голова уходит под воду. Кровь мгновенно окрашивает воду в красный цвет, делая ее похожей на красное вино, а Эшли дергается в опускающемся на дно кресле.

Я сейчас немного театрален. Больше, чем обычно, но я подумал, что будет поэтично убить ее, как это чуть не сделал Мэтт, когда был с ней в воде на церемонии клятвы. Я не должен был вставать и останавливать его. Это был урок, который я усвоил на собственном горьком опыте.

БЛЕЙКЛИ

Я чувствую оцепенение.

Мне даже не грустно от того, что Раят пытал женщину, или от того, что похоже, ему это нравилось.

Сидя здесь, я понимаю, что все было ложью. То есть, часть меня уже это знала, но думать об этом и получить подтверждение – две разные вещи.

Теперь я просто выгляжу глупо. Все время, пока я была с Мэттом, у него была другая. И она обо мне знала. Она была в курсе всего, притворяясь, что не знает, кто я. Помогала ему, когда я убегала. Она следила за мной, как моя самая большая поклонница.

Все Лорды встают и один за другим покидают собор, а я остаюсь на своем месте, не в силах пошевелиться. Вместо этого я устремляю глаза на стекло, за которым видна внутренняя часть бассейна.

В красной воде на дне лежит мертвое тело Эшли, все еще привязанное к стулу. Каждый момент моей жизни за последние пару месяцев каким-то образом отслеживался или форсировался.

Единственное реальное решение, которое я приняла, – это остаться женой Раята. Он был вынужден выбрать меня в качестве своей избранной. Я чувствовала себя вынужденной выйти за него замуж, чтобы спастись от Мэтта. Раят сказал, что я не обращала внимания, если думала, что он хочет со мной развестись, но я решила не подписывать эти бумаги. Я хотела бороться за него. За нас. В мире, полном дыма и зеркал, он – нечто реальное. Мы попали сюда случайно, но мы все еще вместе по своей воле.

Я не могу отблагодарить его за то, что он нашел меня, когда я бежала. Я думала, что Раят следил за мной, пока меня не было, но оказалось, что это был Мэтт. Он следил за мной, и когда понял, что Раят подобрался близко, то заплатил какому-то куску дерьма по имени Дерек, чтобы тот меня убил.

– Блейк?

Я моргаю, опускаю глаза и вижу пару смотрящих на меня зеленых глаз. Раят стоит передо мной на коленях. Я ничего не говорю. Мои губы не слушаются.

Он тяжело вздыхает. Протянув руку, он проводит большим пальцем по моей щеке, затем вытирает его о свои уже окровавленные джинсы. Я плачу? Не знаю, почему я должна плакать. Я ничего не чувствую к той суке, которую он только что убил.

– Пойдем, – Раят берет меня за руку и тянет, чтобы я встала, но ноги подкашиваются, поэтому он поднимает меня, баюкая в своих объятиях.

Свесив голову с его предплечья, я поднимаю взгляд вверх и вижу, как Ганнер и Прикетт вытаскивают из воды безжизненное тело Эшли. Они все еще одеты в свои плащи, но их маски лежат на полу. Я смотрю, как они разрезают стяжки, и ее тело с грохотом падает на пол, затем Раят выносит меня за дверь, и я больше ее не вижу. Какая-то часть меня хочет посмотреть, как ее хоронят. Было приятно знать, что Синди находится под землей на кладбище, где никто никогда не будет искать. Я хочу такого же удовлетворения и с Эшли.

Раят усаживает меня на пассажирское сиденье своего внедорожника, пристегивает ремнем безопасности, а затем закрывает дверь. Я прислоняюсь головой к холодному окну, пока он везет нас неизвестно куда.

Я даже не обращаю внимания на то, куда мы едем. Его мобильный звонит дважды, и он говорит с кем-то по Блютузу, но я снова отключаюсь.

Разве это имеет значение – жизнь?

Мэтт хочет моей смерти. Особенно сейчас. Что, если ему это удастся? Я хочу больше времени проводить с Раятом. Я хочу, чтобы у нас были дети. Должна ли я это получить? Заслуживаю ли я этого? Нет. Я ничем не отличаюсь от тех, кто пытается меня убить. Но все остальные тоже делают все возможное, чтобы получить то, что они хотят. Я собираюсь делать то же самое.

«Ты либо убиваешь, либо будешь убит», – сказал мне однажды Раят. Я не понимала, насколько это правда, но теперь понимаю. Это всего лишь игра, и кто знает, кто останется в живых, когда она закончится.

ГЛАВА 44

РАЯТ

Я припарковался на забитой до отказа парковке «Блэкаута» и вышел. Блейк ничего мне не сказала, и, честно говоря, это меня беспокоит. Я беру с заднего сиденья сумку и, перекинув ее через плечо, подхожу к двери и забираю Блейк. Я закрываю пассажирскую дверь, а задняя с грохотом распахивается перед клубом, когда я иду через парковку. Ее придерживает для меня Тай и смотрит на Блейк.

– Она в порядке?

– Да, – лгу я, пытаясь убедить больше себя, чем его.

Я твержу себе, что это просто была долгая ночь. Между нашей ссорой, фиктивным разводом, сексом в моем бункере и двумя убийствами – ей просто нужно немного отдохнуть.

Клуб в полном разгаре, но звук песни «Honesty» Хэлси, кажется, даже не смущает ее. Я несу Блейк по лестнице, затем в лифте на четвертый этаж, по длинному коридору, где Тай отпирает для меня дверь.

– Вот, держи, – он засовывает ключ в мой задний карман, так как у меня сейчас заняты руки.

– Спасибо, чувак.

– Всегда пожалуйста. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно, – Тай закрывает за мной дверь, оставляя нас наедине, и я иду с Блейк в заднюю хозяйскую комнату и прямо в ванную. Мне нужен душ. Я покрыт не только кровью, но и грязью от копания могилы.

Усадив ее на столешницу из черного мрамора, я начинаю раздевать ее, а она молчит. Ее глаза остекленели – она смотрит на меня, но ничего не видит.

– Нам нужен душ, – говорю я ей, и Блейк медленно кивает в знак согласия. Она слушает, значит, я еще не совсем ее потерял.

Оставив Блейк на столешнице, я захожу в душ и включаю воду. Раздевшись, я поднимаю Блейк на руки и несу в душ. Я ставлю ее на ноги, но прижав своим телом к белой кафельной стене, направляю на нас поток горячей воды, смывая еще одну ночь мертвых тел.

Блейк моргает, ее глаза фокусируются на моих.

– Вот моя девочка, – с облегчением выдыхаю я, провожу рукой по ее мокрым волосам и улыбаюсь ей.

– Ты веришь в рай и ад? – тихо спрашивает Блейк, и я вижу, как ее голубые глаза наполняются слезами. – Я никогда об этом не задумывалась…

Она облизывает губы.

– Но должно же быть что-то лучше, чем это, правда? Столько ненависти. Столько обмана. Как кто-то может знать, что настоящее, а что фальшивое?

– Нет, – честно отвечаю на ее вопрос я. – Я не верю в жизнь после смерти.

Ее глаза находят мои, и я в который раз ненавижу то, какой уязвимой она выглядит – почти сломленной. Я хочу сделать ее целой. Это моя работа как ее мужа. Она принадлежит мне, а Мэтт все еще контролирует ее эмоции, заставляя ее сомневаться во всем.

– Лорды показали мне, что тьма существует. Что не обязательно умирать, чтобы сгореть. А потом появилась ты…, – я кладу обе руки на ее мокрое лицо, и она моргает, от чего по щеке стекает первая слезинка. – Я могу видеть тебя, прикасаться к тебе и целовать тебя.

Я вытираю ее большим пальцем.

– Я могу любить тебя, – я опускаю глаза на ее пухлые губы, и нижняя дрожит. – Ты, Блейкли Рэй Арчер, – мой рай.

Отпустив лицо Блейк, я беру ее левую руку и подношу костяшки пальцев к губам, целуя обручальное кольцо.

– Я дал обет защищать тебя, Блейк, и я покажу любому, кто попытается причинить тебе боль, мою версию ада.

Я готов поджечь весь мир, а вместе с ним и себя, если это означает спасти ее.

БЛЕЙКЛИ

Это реально!

Это то, чего я хотела. Все это время. Принятия, любви, понимания. Что если он прав, и это все, что мы получим? И когда ты умираешь, тебя просто… нет. В конце концов, ни для кого не останется даже воспоминаний.

Я могу жить с этим, потому что у меня есть он.

Обвивая руками его шею, я притягиваю его лицо к своему. Его руки ударяются о стену, оставляя между нашими губами минимальное пространство. Я смотрю на его волевой подбородок, изгиб губ и зеленые глаза – теперь, когда я знаю, кто он на самом деле, они выглядят по-другому, более сексуально, что заставляет мою кровь бурлить.

Я знаю, кто ты, Раят Александр Арчер. Я не боюсь того, что вижу, и не стыжусь.

От воды его темные волосы намокли, и несколько длинных локонов упали на лицо и попали в глаза. Наклонившись вперед, он прижимается своими губами к моим, но я отстраняюсь настолько, чтобы снова встретиться с его глазами и прошептать:

– Я люблю тебя, Раят.

Его губы захватывают мои, и я открываюсь для него, позволяя ему взять контроль над собой. Это страстно и в то же время необходимо. Вода, падающая на нас, делает наши губы скользкими, а поцелуй грязным. Его зубы врезаются в мои, и я издаю стон, желая, чтобы они впились мне в кожу, чтобы у меня остались гребаные шрамы, чтобы навсегда сохранить напоминание о сегодняшней ночи.

Я думала, что знаю, какой будет любовь, выйдя замуж за Мэтта. Не то, о чем я мечтала, но вполне терпимо. Раят показал мне, что есть нечто большее. Я больше не соглашаюсь на что-то, я беру это.

Одной рукой Раят зарывается в мои мокрые волосы, и я обхватываю его левой ногой за бедро.

– Блядь, Блейк, – рычит он, отрывая свое лицо от моего. Его губы опускаются к моей шее, и я наклоняю голову в сторону. – Я так чертовски сильно тебя люблю.

Я прерывисто втягиваю воздух.

– Я люблю…

Его губы снова захватывают мои, и Раят опускает руку. Затем вводит в меня свой твердый член. Ударившись затылком о стену, я задыхаюсь, чувствуя, как он растягивает меня. Я все еще чувствительна, но я не собираюсь отказывать ему. Не сейчас. Никогда.

Раят Арчер – убийца, и все, о чем я могу думать, это о том, как бы я хотела доказать свою любовь к нему так же, как он ко мне. Он заслуживает этого. Кровь за кровь. Он так много пролил за меня. Я не боюсь пролить кровь за него.

Я задыхаюсь, впиваясь руками в его кожу, чувствуя, как напрягаются его мышцы, пока его пальцы впиваются в мою задницу, и он поднимает меня на ноги.

– Да, – задыхаюсь я, когда он вытаскивает и вставляет в меня свой член, и я ударяюсь спиной о стену. – О, Боже.

Мои глаза закрываются, и он увеличивает темп, трахая меня так, как мне нравится.

Вода из распылителей проскальзывает между моими приоткрытыми губами, и я глотаю ее, пытаясь отдышаться. Если это то, что чувствуешь, когда тонешь, я не хочу быть над водой.

Ванная наполняется его рычанием и звуком шлепков наших тел. Сжимаю ноги вокруг его бедер, и скрещиваю лодыжки, цепляясь за его скользкую кожу. Я не могу подпустить его достаточно близко, достаточно глубоко. Я хочу, чтобы этот мужчина поглотил меня. Взял то немногое, что осталось от меня, и сделал это своим.

Я не из тех женщин, которым нужно знать, кто я. Все, что мне нужно знать, – это кто я рядом с ним. И я точно знаю, кто я – я его. Все остальное, блядь, не имеет значения.

Он врезается в меня, его член попадает в ту точку, которая всегда заставляет мое тело гореть изнутри. Мои стоны становятся громче, дыхание тяжелее.

Он отрывает меня от стены только для того, чтобы швырнуть на другую стену напротив нас, заставляя меня вскрикнуть.

– Это то, что я хотел услышать, – рычит он. Его рот переходит на мою шею, и я чувствую, как он посасывает мою кожу.

– Раят! – я выкрикиваю его имя, мое сердце уже колотится, огонь разгорается. Он начинает двигаться сильнее, быстрее, зная, что я близко. Закрыв глаза, я позволяю волне накрыть меня, зная, что уже тону. Почему бы не позволить ей меня смыть?

***

Я лежу в постели, слушая грохочущую под нами музыку. Это не так уж плохо, но определенно заметно.

– Мне нужно вернуться в коттедж, – говорю я.

– Ты туда не вернешься, – заявляет он, входя в спальню с полотенцем, обернутым вокруг бедер. Вода все еще стекает по его рельефной груди и прессу. Его руки покраснели от царапин, оставшихся после моих ногтей.

– Мне нужно взять учебники для завтрашних занятий.

Сегодня понедельник, и мне нужно возвращаться в Баррингтон. Черт, я так сильно отстану. К настоящему времени я уже все проваливаю. Я пропустила так много работы, но это того не стоило. В то время мне было все равно, тогда я собиралась жить в бегах. Теперь это уже не тот случай.

Раят как раз собирается вытереть волосы, но останавливается. На его губах появляется улыбка, а затем он начинает смеяться.

– Что смешного? – я сажусь.

– Ты закончила школу, Блейк, – объявляет он.

– Прости? – спорю я.

– Ты ушла. Думаешь, люди не поймут, что тебя там не было?

Честно говоря, я никогда по-настоящему об этом не задумывалась. Когда ты бежишь, спасая свою жизнь, занятия в колледже уже не имеют значения.

– И что? Я просто не могу не вернуться. Раят, мне нужна степень.

И меня убьют родители. Может быть, это еще одна причина, по которой отец так злился на меня за то, что я уехала из города.

– Не волнуйся, я все прикрыл, – отмахивается он.

Вскинув бровь, я медленно повторяю его слова.

– Ты прикрыл?

Раят кивает.

– Что, черт возьми, это значит? – мне нужно, чтобы он объяснил, что именно сделал.

– Рассказал всем, что мы взяли недельный отпуск для нашего медового месяца. – пожимает плечами он. – Мы были молодоженами. Это вполне логично.

– Что? – таращусь на него я. – А как же остальные две недели?

– Я заплатил кое-кому, чтобы они тебя заменили. Они будут подменять тебя до конца года, – непринужденно объясняет он. Как будто нет ничего страшного в том, что кто-то другой ходит в школу вместо меня.

– Раят… – рычу я его имя, но сделав паузу, обдумываю сказанное им ранее. Он сказал «мы»? – Ты тоже прогуливал ту первую неделю?

– Я прогуливал каждый день.

Я задыхаюсь.

– Раят! Какого хрена ты это делал?

– Ты ожидала, что я буду жить дальше? Сидеть на гребаных уроках, пока ты была в бегах и в опасности? – резко усмехнувшись, спрашивает он.

Я фыркаю.

– Я была в порядке.

Его глаза становятся большими от этой лжи, всякая игривость теперь исчезла.

– Ты, блядь, серьезно сейчас?

Вместо того чтобы сказать еще одну фразу, я скрещиваю руки на обнаженной груди.

– Этот человек собирался тебя убить, – рычит он.

– Из-за тебя, – выплевываю я.

Раят напрягается, его глаза темнеют.

– Прости?

Как он посмел принимать за меня такое важное решение? Но я не знаю, почему я удивлена. Я имею в виду, посмотрите, как мы сюда попали.

– Он сказал мне, что ты ему должен. Что он собирался отправить меня тебе по частям. Так что я была в опасности только из-за тебя.

Для него это не новость. Раят только что заставил Эшли признаться, что человек по имени Дерек – я предполагаю, что это он – был послан следить за мной. Но я не рассказывала ему, что этот парень проболтался.

– Он сказал тебе это дерьмо, и ты только сейчас мне об этом говоришь? – кричит Раят, его лицо становится красным.

Я небрежно пожимаю плечами.

– Ты никогда не спрашивал. Ты был слишком занят тем, что накачивал меня наркотиками и тащил обратно. О, а потом мне пришлось пройти тест. Потому что, знаешь, Лорды сказали, что пришло время еще больше усложнить наш брак…

Раят протягивает руку и, схватив лампу, бросает ее через всю комнату. Она разбивается, ударяясь о стену, отрезая меня от мира. Между нами воцаряется тишина; единственным звуком является слабый бас музыки из расположенного внизу клуба, и я сижу на кровати голая, опустив плечи.

Повернувшись, Раят кладет руки на комод и наклоняется над ним. Я смотрю, как он пытается унять дыхание, от чего пульсируют мышцы его спины, покрытые следами царапин.

– Я знаю, что это не твоя вина, – мягко говорю я. Это была вина Мэтта. Все началось из-за него. – Ты спас меня…

– Но это было так, – прерывает меня он и поворачивается. – Как, по-твоему, я нашел тебя?

Я хмурюсь.

– Я… не знаю.

Проведя рукой по лицу, Раят прислоняется спиной к комоду.

– Помнишь ту ночь, когда мы с Ганнером нашли тебя и Сару здесь, в «Блэкауте»?

Я киваю, нахмурив брови.

– Да, но какое это имеет отношение к делу?

– В баре к вам приставали несколько парней, – добавляет он.

Я сажусь прямее.

– Как ты об этом узнал? – я никогда об этом не говорила. Может, Сара рассказала Ганнеру о нашей ночи.

– Мы были здесь, наверху, наблюдали за вами, девочками, и видели, как они к вам подошли, – признается он.

– Как вы?.. – я понимающе киваю головой. – Мой телефон. Вы выследили нас здесь. Мне было интересно, как ты нас нашел.

Черт, я должна была, блядь, догадаться. Если бы я только открыла глаза, то, наверное, смогла бы все понять.

– Короче говоря, мы с Ганнером их убили, – признается Раят, как будто в этом нет ничего особенного.

– Что? – задыхаюсь я. – Раят…

– У них были наркотики, Блейк. Дерьмо, которое доказывало, что они собирались сделать с вами двумя больше, чем купить вам выпивку, – огрызается он, затем испускает тяжелый вздох.

– Ты выяснил это до или после того, как убил их? – требую я.

– После.

– Господи, Раят. – Я провожу рукой по своим все еще влажным волосам. Я понимаю, что парни могли причинить нам вред, но он убил их задолго до этого. – Ты не можешь продолжать убивать случайных людей.

– Я убью любого, кто прикоснется к тому, что принадлежит мне, Блейк, – заявляет он как ни в чем не бывало.

Понизив голос, Раят продолжает:

– Они были здесь с другом – третьим парнем. Он видел, что произошло, и знал, что мы о них позаботились. В то время я не знал, конечно, что Эшли последовала за тобой, когда ты убежала, но Тай подслушал разговор в «Блэкауте», что парень знал, где ты была. Мы последовали за ним. Это навело меня на мысль, что Мэтт ему рассказал, и он привел нас прямо к тебе

– Нет…, – запинаюсь я, пытаясь собрать все кусочки воедино. Должно быть, это был парень с татуировкой на шее. Той ночью в баре с Сарой я не видела его лица, но это имеет смысл.

Он кивает, споря со мной.

– Его послал Мэтт, когда Эшли надоело за тобой следить. Он знал, где ты была. Может, тогда он не хотел за тобой идти. Он хотел сидеть и наблюдать за тем, что я делаю. В тот момент это больше касалось меня, чем тебя.

– Но… мы только что узнали… – осекаюсь я, увидев его пустое лицо. Он уже, блядь, знал все это, но хотел, чтобы Эшли призналась перед Лордами, дав ему причину, необходимую для ее убийства. – Я не могу в это поверить.

– В какую именно часть?

– Всю, – огрызаюсь я, глядя на него сквозь ресницы. – Боже, Раят, сколько секретов ты от меня скрываешь?

– Я не веду счет, – заявляет он, глядя на меня своими зелеными глазами.

– Для тебя это шутка? – требую я и, сбросив с себя одеяло, встаю с кровати.

– Нет. Я воспринимаю все, что касается тебя, чертовски серьезно, – оттолкнувшись от комода, отвечает Раят.

Я подхожу к нему, пристально глядя на него.

– Что еще ты хочешь мне сказать на данный момент?

– Ничего.

– Ты, блядь, лжешь.

Раят опускает свое лицо к моему, его губы растягиваются в улыбке, и он говорит:

– Докажи это.

Я хочу дать ему пощечину, но он ловит мое запястье и, другой обхватив мое горло, впечатывая меня спиной в ближайшую стену.

– Хочешь попробовать еще раз, Блейк?

– Пошел ты, Раят, – рычу я.

Когда он отпускает мое запястье, моя рука падает на бок, и он делает шаг ко мне, его нос касается кончика моего.

– Не возражай, если я… – его руки скользят по моим голым бедрам к ребрам. – Я никогда не смогу насытиться тобой, – грубо рычит он.