Текст книги "Ритуал (ЛП)"

Автор книги: Тесье Шанталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 30 страниц)

ГЛАВА 51

РАЯТ

Я должен был, блядь, догадаться! Я должен был потребовать больше информации. Гребаные Лорды не дали мне получить всю информацию. Ты не можешь их допрашивать.

Я знаю, что ты убил очень важную суку! Это кричал Мэтту Линкольн, прежде чем назначить ему испытательный срок и вышвырнуть из своего кабинета. ЛиЭнн была важной, потому что Фил Андерсон сделал ее важной. В иерархии Лордов мистер Мэйс находился не так уж высоко. Поэтому я никогда не задавался вопросом, почему ему суждено было умереть. Он нарушил свою клятву. Это просто.

– Почему ты так говоришь? – спрашивает Блейк, и у нее дрожит нижняя губа. – Я… я не понимаю.

Я провожу рукой по своему небритому лицу.

– Когда я вышвырнул Валери из твоей квартиры, я вырвал у нее клок волос и сдал их на анализ вместе с твоими.

Я получил результаты, когда сидел в офисе отца Блейк в центре Далласа после того, как она от меня сбежала. У меня не было ни времени, ни желания копаться в том, кто ее биологическая мать.

Блейк смотрит на меня широко распахнутыми глазами, не мигая.

– Нет…, – шепчет она.

– Я знал о браке по расчету. Для Лорда это обычное дело, – быстро добавляю я. – У меня было предчувствие.

Сюрприз, сюрприз, они не подходили друг другу, но до сих пор я не знал, что ее биологическая мать – ЛиЭнн. После того как Фил назвал ее имя, мне понадобилось несколько минут, чтобы собрать все воедино.

– Блейк, – я подхожу к ее кровати, и она подтягивает колени к груди, ее глаза теперь устремлены на отца в отчаянной просьбе всё ей объяснить. Я, блядь, сделаю это! – Блейк?

Я сажусь на край кровати и, развернув Блейк, беру ее руки в свои. Она медленно переводит свои влажные глаза на меня.

– В младших классах мы с Мэттом оказались напарниками по одному заданию. Это было наше посвящение. Нам дали имя и место. Убрать Лорда, нарушившего свою клятву.

– Я не…, – сглотнув, шепчет она. – Как это связано с… моей мамой… ЛиЭнн?

– Кое-что… – я не дам им услышать, как я рассказываю, что именно произошло. – Кое-что пошло не так, и его жена тоже была убита.

Взгляд Блейк устремляется на отца, но он слишком труслив, чтобы посмотреть ей в лицо. Вместо этого он таращится в пол, потирая шею.

– Когда мы вернулись с задания, Мэтту назначили испытательный срок. Затем на следующий год, за две недели до начала занятий, я как раз только принес присягу, твой отец позвал меня на встречу и сказал, что я должен выбрать тебя.

– Я пытался спасти тебя от Мэтта, – надломленным голосом начинает отец Блейк. – Мы знали, что он убил ЛиЭнн.

Он делает паузу.

– И нам нужно было время, чтобы это доказать.

Я чувствую, как его глаза буравят мой затылок. Они думали, что смогут уговорить меня, заставить отказаться от него, но этого не случилось. Ни тогда, ни сейчас. Вот для чего нужна исповедь. Когда я вздерну Мэтта в комнате, полной Лордов, как предложил Тайсон, Мэтт прольет там не только кровь, но и все свои секреты. Он сам расскажет всем, что сделал той ночью.

– Итак, – хмурит брови Блейк, – Мэтт убил жену Лорда?

– Да, – рычит ее отец. – Она была моей избранной… и твоей матерью. Я любил ее. – Его голос падает до шепота. – И до сих пор люблю.

Мне почти жаль этого ублюдка. В комнате снова воцаряется тишина, и по щеке Блейк скатывается первая слеза.

Я слышу, как вздыхает ее отец.

– Блейкли, ты должна понять…

– Пожалуйста, уходи, – не дав ему договорить, шепчет она.

Он подходит к ней с противоположной стороны.

– Я знаю, что ты расстроена…

– Пожалуйста, – игнорирует его Блейк, ее красивые голубые глаза встречаются с моими. – Пожалуйста, пусть они уйдут.

Я отпускаю ее руку и встаю лицом к ее отцу.

– Мне показать тебе выход? – выгибаю я бровь, глядя на него.

Он расправляет плечи, хватает со спинки стула пиджак и галстук и уходит. Мой отец уходит вместе с ним.

Наклонившись, я целую ее в лоб.

– Я сейчас вернусь.

Пробежав по коридору, я подхожу к стойке медсестер и вижу, что они меня заметили.

Отец Блейк вздыхает.

– Раят, когда ты станешь отцом, ты поймешь.

Я делаю шаг к нему, стукнувшись грудью о его грудь.

– Ты должен понять, что в следующий раз, встретившись с тобой в центре Далласа в два часа ночи, я тебя на хрен вырублю.

– Раят, – шипит мой отец.

Как будто мне есть дело до того, что он хочет сказать. А мне похрен. Он все это время знал, почему мистер Андерсон хотел, чтобы я выбрал его дочь. Мой отец никогда в этом не сомневался. Он даже позвонил мне после церемонии, чтобы убедиться, что это Блейк. Когда в Нью-Йорке он спросил меня, сколько я готов за нее предложить… и я готов поставить свою жизнь на то, что именно поэтому он не заставил меня жениться на Синди. Это был их план.

Я сжимаю руки в кулаки, и подумываю сделать это прямо сейчас. Какого хрена ждать Бог знает сколько? Но тут я замечаю за стойкой медсестер мисс Выбеленную Блонди с прижатым к уху телефоном и широко распахнутыми глазами. Наверное, она уже набрала номер службы безопасности. Эта сучка таращится на меня с тех пор, как пару дней назад я сломал торговый автомат. Поэтому я пока отхожу в сторону.

– Я хочу, чтобы этих мужчин исключили из списка посетителей комнаты моей жены. Они больше не допускаются.

– Раят, – рычит ее отец. – Ты не можешь не пускать меня к ней.

– Смотри, – затем я разворачиваюсь и иду обратно в ее комнату.

Войдя, я застаю ее лежащей на боку в позе эмбриона. Она лежит спиной ко мне и плачет. Я выключаю основной свет и подхожу к ее кровати. Затем забираюсь к ней, Блейк разворачивается, прижимается ко мне и плачет еще сильнее.

– Шшш, – я пытаюсь успокоить Блейк, поглаживая по спине. Я знаю, что, если она будет слишком сильно плакать, у нее снова разболится голова.

БЛЕЙКЛИ

Входя в коттедж, чувствуешь себя… по-другому. С потолка свисают черные шторы, закрывающие все панорамные окна с видом на лес. Это делает помещение более мрачным. Напоминает мне «Блэкаут».

– Когда ты их повесил? – спрашиваю я.

Раят ставит на журнальный столик сумку, которую Сара принесла для меня в больницу.

– Я попросил это сделать Ганнера и Прикетта, пока мы были в клубе.

– Зачем?

– Потому что я подумал, что где-то здесь может ошиваться Мэтт, и не хотел, чтобы он видел, что происходит в доме.

Я киваю в знак понимания.

Вздохнув, Раят подходит ко мне и целует меня в голову.

– Шторы не будут здесь вечно, – обещает он, как будто может знать, что я их ненавижу.

Раят уходит на кухню, а я направляюсь в ванную комнату, чтобы принять горячую ванну. Я истощена морально и физически. Раздеваясь, я снимаю рубашку, затем стягиваю с ног шорты вместе с нижним бельем. Я поворачиваюсь и встаю перед зеркалом. Я не смотрела на себя с тех пор, как Мэтт вмял меня лицом в руль. Я не хотела видеть то, что уже знала – он меня изуродовал.

Это было его целью. Сделать меня отталкивающей для Раята. Мэтт хочет, чтобы Раят меня бросил. Мэтту не нужна я. Нет. Он не смог победить Раята, так что теперь ему надо настроить его против меня. Это единственное, на чем он может сыграть.

Раят входит в ванную, и я опускаю голову, не в силах встретиться с его глазами в отражении зеркала.

– Эй.

Я чувствую на своей шее кончики его пальцев, одной рукой он убирает с моего лица волосы, а другой разворачивает меня к себе. – Блейк, посмотри на меня.

Чувствуя себя побежденной, я поднимаю голову.

– Тебе больно? – обеспокоенно спрашивает Раят, как только видит, что я едва сдерживаю слезы.

– Нет, – шепчу я.

Он одаривает меня извиняющейся улыбкой.

– Прости меня за отца.

Я от него отворачиваюсь, смотрю на белый потолок и не даю пролиться своим слезам. Они так близко.

– Блейк, – не отстает Раят. – Поговори со мной.

Сглотнув комок в горле, я сдаюсь.

– Он хочет, чтобы ты меня выкинул, – шепчу я.

– Что значит «выкинул»? – морщится Раят, задавая этот вопрос. – О ком ты говоришь?

– О Мэтте. Он хочет, чтобы я стала уродливой, и ты меня бросил.

– Блейк… – тяжело вздыхает Раят. – Ты так думаешь?

– Я это знаю.

Подойдя ко мне, он зарывается пальцами в мои волосы и поворачивает к себе.

– Я люблю тебя, – говорит он, от чего я шмыгая носом. – Ты единственная женщина, которой я когда-либо говорил это. И так будет до самой моей смерти. Твое лицо заживет, шрамы исчезнут, но моя любовь к тебе не изменится. Поэтому, что бы он тебе ни сказал, что бы ты ни почувствовала, пусть это тебя не задевает. Именно этого он и хочет. Понимаешь?

Его слова делают то, чего я пыталась избежать, и слезы проливаются мне на ресницы, только уже по другой причине. Та ночь до сих пор как в тумане. Я знаю, что это был Мэтт, но я не помню ни одного нашего разговора, если он вообще был. Я просто знаю, что таков его план. Он хочет, чтобы я была подальше от Раята, и знает, что я никогда его не оставлю.

Наклонившись, Раят нежно целует меня в губы, и я знаю, что он чувствует вкус моих слез. Когда он отстраняется, я хватаю его за рубашку, не давая уйти слишком далеко.

– Ты примешь со мной ванну?

– Конечно.

***

– У тебя есть ко мне вопросы? – спрашивает Раят, сидя напротив меня в огромной джакузи. Я наполнила ее миллионом пузырьков. Он берет мою ногу и, положив себе на бедро, начинает ее растирать.

– О чем?

– О той ночи, когда у нас с Мэттом было задание.

– Ты сказал, что не выдашь его.

Я не уверена, что хочу знать. Я даже не знала о существовании ЛиЭнн, а теперь должна просто слушать, как мой бывший ее убил? Даже это для меня слишком хреново.

– Я расскажу тебе все, что угодно, – отвечает Раят.

– Что угодно? – вскидываю бровь я, а он смеется, и на его губах играет улыбка.

– Наверное, это был неправильный ответ, – смех Раята усиливается.

– Ты сам это сказал.

Он кивает.

– Хорошо. Что угодно.

– Расскажи мне о том, как ты попал в тюрьму.

С тех пор как он сделал это замечание, я не могу выбросить из головы его образ в наручниках. Уверена, что он будет выглядеть так же сексуально, как я себе это представляю.

– Ты уловила это, да?

Он на секунду отпускает мою ногу и проводит рукой по своим волосам, от чего они намокают и встают дыбом.

– Помнишь, как я напоил тебя водой и уложил спать, прежде чем исчезнуть из твоей квартиры? – Раят погружает руку в воду и возвращается к растиранию моей ноги.

– Да…

Какое это имеет отношение к делу?

– Подожди… тебя арестовали? Вот где ты был?

Прикетт сказал мне, что он на задании и не стоит ему звонить или писать, потому что он не ответит.

– Ну, технически не арестовали. Это было задание, на которое меня вызвал Мэтт.

Я хмурюсь.

– Зачем ему это делать?

Еще один из его безумных планов?

– Именно, – говорит он, запутывая меня еще больше. – Помнишь, когда мы были здесь перед тем, как вернуться к тебе, и я включил телевизор? Там была стрельба?

Я киваю.

– Это был дом судьи. Он Лорд. На него было совершено покушение. Кто-то ворвался, но его в тот момент не было дома. Вместо этого они убили его шестилетнего сына.

Я ахаю, прикрыв рот рукой.

– Поэтому ты был так груб со мной? – спрашиваю я, вспоминая, что он сказал мне в доме Лордов после встречи.

«Я сказал, что сейчас не буду этого делать. И я именно это имел в виду. Так что, если ты не хочешь увидеть меня по-настоящему взбешенным, предлагаю тебе отвалить на хрен», – его голос низкий, слова уверенные, но дрожь в руке, обхватившей меня за горло, выдает его истинные чувства.

Раят кивает.

– У нас было экстренное собрание в доме Лордов. Им нужны были два добровольца. Я собирался вызваться, но Мэтт меня опередил, предложив наши с ним кандидатуры.

Ребята тогда не были в хороших отношениях, так зачем ему это делать?

– И как ты отреагировал?

– Сказал «да», – пожал плечами Раят.

– А что было потом?

– У меня было пять часов, чтобы собраться с мыслями, и одной из моих проблем была ты. Я напоил тебя водой, мне нужно было, чтобы ты уснула, пока я буду уходить. Мы с Мэттом встретились в соборе и были похищены, потом увиделись с судьей…

Я откидываюсь на бортик и, пока он растирает мои ноги под теплой водой, слушаю его рассказ о проведенных с Мэттом днях в тюрьме. Каждое слово заставляет мое сердце биться. Как ему удается делать это каждый день? Просто слепо идти на задание, о котором он даже понятия не имеет? И почему он должен это делать?

– Подожди, – останавливаю его я. – Ты вернулся в мою квартиру, едва держась на ногах. Ты тогда только вышел?

– Да, – кивает Раят. – В тюрьме Мэтт пытался меня убить. Он вызвал меня на задание, чтобы убрать меня от тебя, но, когда понял, что я быстро к тебе вернусь, ему пришлось придумать новый план.

Когда картинка начинает складываться, я делаю длинный вдох.

– Невероятно, – качаю головой я.

– Что?

– Вот почему ты на мне женился, – со знанием дела говорю я. – Потому что он пытался тебя убить. Так что тебе нужно было нанести ему какой-то ответный удар.

Раят молча смотрит на меня, а я продолжаю.

– И что может быть лучше, чем объявить об этом перед всеми на ежегодной вечеринке дома Лордов?

Все было спланировано. Я даже не могу на это злиться. Все было очень хорошо продумано.

– Я так и сделал, – кивает Раят.

Потянувшись вперед, Раят хватает меня за руки и притягивает к себе, наши лица почти соприкасаются, наши тела разбивают пузырьки.

– Я всегда был эгоистом, Блейк. Готов сделать все, что потребуется, чтобы добиться желаемого. И из всего, что я сделал, ты, безусловно, самая большая награда за мой эгоизм.

ГЛАВА 52

РАЯТ

Я лежу на спине в нашей спальне. Уже, наверное, за полночь, а здесь кромешная тьма. Вместе с раскатами раздающегося снаружи грома слышен звук работающего потолочного вентилятора.

Слева ко мне прижимается Блейк, одной рукой я подпираю голову, а другой держу мобильник. В приложении я просматриваю изображения с камер, окружающих дом снаружи и внутри. На них стекающий по водосточным трубам дождь и участки уже залитой дождем земли. Время от времени вспыхивает свет.

– Раят, – шепчет Блейк. – Ты не устал?

– Нет, – говорю я, мой взгляд сосредотачивается на части переднего двора, которая выглядит как-то подозрительно. Как будто в конце подъездной дорожки что-то или кто-то стоит. Я смотрю на другую камеру, где обзор получше, и выдыхаю, увидев, что это передвинутый для меня Ганнером мусорный бак.

Затем мобильный вырывают у меня из рук.

– Блейк…

Я слышу, как он падает на пол.

Блейк откидывает одеяло и садится мне на бедра.

– Если ты не спишь, то обрати внимание на меня.

Медленно скользнув руками по моей груди, она нежно проводит кончиками ногтей по моей коже, и меня охватывает дрожь.

Я кладу руки на ее обнаженные бедра и сжимаю пальцы. Мы всегда спим голыми. Я предпочитаю, чтобы она одевалась так, будто на улице двадцать градусов мороза, а дома жара.

Она наклоняется вперед и прижимается губами к моей шее. За окном сверкает молния, освещая комнату сквозь занавески.

– Блейк, – предупреждаю я, мои руки поднимаются вверх по ее телу.

– Что? – невинно спрашивает Блейк.

– Мы не можем, – говорю ей я, ненавидя, что она уже чувствует, как я напряжен.

– Почему? – шепчет она, целуя меня в ухо, а мои руки движутся вверх по ее спине и зарываются ей в волосы.

– Потому что тебя только что выписали из больницы.

Как только эти слова слетают с моих губ, она начинает тереться об меня бедрами.

Блядь!

– Ты становишься мягче со мной? – шепчет Блейк, ее теплое дыхание овевает мою кожу, и я понимаю, что вот-вот сломаюсь.

– Нет, – говорю я и переворачиваюсь, увлекая ее за собой.

Блейк удивленно вскрикивает, и я прижимаю ее к себе.

– Хорошо.

Снова сверкает молния, освещая комнату, и я вижу на ее лице улыбку.

– Я не хочу причинять тебе боль, – говорю я и, наклонившись, прижимаюсь губами к ее шее. Находясь сверху, я могу контролировать, что и как мы делаем.

– С каких пор?

Я издаю грубый смешок. Моя жена пытается надавить на меня.

– Это не сработает, Блейк.

– Я хочу быть твоей хорошей девочкой.

От звука ее голоса я издаю стон – она так хочет доставить мне удовольствие.

– Ты и есть моя хорошая девочка, – говорю ей я.

– Тогда скажи мне объездить твой член, – мягко говорит она.

– Блейкли, – произношу я ее полное имя, надеясь, что она поймет серьезность моих слов.

– Раят, – отвечает она, пробежав пальцами по моим волосам и слегка потянув за них. – Трахни меня. – отчаянно приказывает она, ее бедра поднимаются навстречу моим.

И я чувствую, как то немногое, что у меня оставалось от сдержанности, ломается. Потянувшись, я беру свой член и проникаю в ее влажную киску. Она уже готова для меня, как и я для нее.

Выгнув спину, она издает звук, который может быть только победным, а я обещаю себе двигаться медленно и быть с ней осторожным. Я могу заниматься любовью со своей женой.

БЛЕЙКЛИ

Прошло три недели с момента моего пребывания в больнице. Кажется, жизнь наконец-то возвращается в нормальное русло. Ну, настолько нормальное, насколько это возможно. С тех пор, как я сбежала, ничего не изменилось. Странно, что я теперь не езжу в Баррингтон.

Раят не хочет этого допустить. Он клянется, что у человека, которого он нанял на мое место, одни пятерки. Когда я спросила его, как он собирается закончить универ, если пропускает все занятия, он ответил: «Я – Лорд. Нам не нужно появляться. Несмотря ни на что, мы получим дипломы».

Думаю, это вполне логично. Они должны выполнять задания – хранить верность своей клятве – и из-за некоторых из них им приходится отсутствовать по несколько дней, а то и недель. Баррингтон на обеспечении у Лордов. Я всегда знала, что Университет был нечестным. Только став Леди, я узнала, насколько.

Раят был прав – мое лицо наконец-то зажило, и уже ничего не заметно. У меня все еще часто болит голова, и в начале этой недели Раят отвез меня к Гэвину, чтобы тот провел дополнительные тесты, но он все ясно мне объяснил. Сказал, что, со временем боли будут все реже и реже.

– Я почти закончила, – объявляет Сара. Я смотрю в потолок ванной комнаты Раята в доме Лордов, а она заканчивает работу над моей шеей.

Сегодня Хэллоуин, и тут большая вечеринка. Отель расположен на нескольких сотнях акров, и они создали дом с привидениями, прогулку по лесу и зеркальный лабиринт. На самом деле это довольно круто. Мне пришлось умолять Раята прийти. Клянусь, я вижу, как он сходит с ума, сидя в коттедже и глядя в камеры. С тех пор, как я в последний раз видела Мэтта в своей машине в «Блэкауте», о нем не было ни слуху, ни духу. Как будто он сквозь землю повалился.

– Готово, – отходит от меня Сара.

Опустив голову, я поворачиваюсь лицом к зеркалу.

– Мило, – улыбаюсь себе я.

Я – жертва. Это настолько хреново, насколько я могла себе представить. Хэллоуин должен быть страшным. Я не хотела делать все эти «посмотрите на меня, я милый шмель». Я пошла противоположным путем.

Не поймите меня неправильно, я все еще одета как шлюха. Я хочу так завести своего мужа, чтобы, когда мы наконец-то останемся одни, он сорвал с меня эту штуку, потому что ему надоело, что меня в ней видят другие. Мне нравится быть его хорошей девочкой, но мне также нравится, когда он меня наказывает. Я дошла до того, что нам нужно немного оживиться. Я должна отвлечь его от мыслей о Мэтте, и я знаю, как это сделать.

Я знаю, как Раят относится к Лордам – он посвятил им всю свою жизнь. Я хотела показать ему, что я тоже могу это сделать. Он стольким пожертвовал, чтобы достичь своего положения, и ему придется продолжать это делать. Даже после Баррингтона. Так что я жертвую собой ради него.

Мэтт испортил мое посвящение, и Раят на прошлой неделе сказал мне, что Лорды не собираются заставлять меня это делать. Часть меня была разочарована. Я хотела показать ему, что могу быть достойной Лорда. Другая часть меня задавалась вопросом, не в этом ли на самом деле заключался план Мэтта – не дать мне пройти инициацию в надежде, что Лорды меня изгонят. В любом случае, он проиграл.

– Они закончили, – говорит Сара, прочитав сообщение на своем мобильном.

Как только мы приехали, Лорды провели собрание в подвале. Это дало нам время подготовиться.

– Хорошо. Пойдем и встретим их.

Если Раят застанет меня в таком виде в своей комнате, мы сегодня из нее не выйдем.

Схватив со стойки сотовый, я выключаю свет и, переступив с ноги на ногу, надеваю туфли на каблуках, а затем иду к двери.

– Я написала Ганнеру, что мы встретимся с ними в бальном зале, – сообщает она мне, пока я закрываю за нами дверь.

– Хорошо.

Мы проходим по отелю. На декорации они не поскупились. Стены коридора покрыты чем-то похожим на паутину. Кое-где она спускается с потолка так низко, что приходится пригибаться. На полу стоят дымовые машины, чтобы напустить тумана.

– Давай сначала выпьем, – зовет сквозь музыку Сара, и я киваю в знак согласия.

Да, пожалуйста. Мы с Раятом не пользовались презервативами, и я больше не принимаю противозачаточные средства, но никаких признаков беременности не было. В больнице мне сказали, что это стандартная процедура – сделать тест, и он оказался отрицательным. К тому же, у меня только на прошлой неделе закончились месячные. Честно говоря, я этим удивлена. Но не волнуюсь. По крайней мере, я бы хотела сначала закончить колледж, а до этого еще целый год.

Пройдя на кухню, она наливает нам обеим по смешанному напитку, похожему на какой-то фруктовый пунш из ведьминого котла. Закончив, мы возвращаемся в бальный зал. Здесь, как и в тот первый вечер, в углу во главе зала стоит диджей.

Я вижу, как некоторые Лорды – не старшеклассники – ходят с подносами в руках, подавая напитки и закуски. Сегодня они не одеты в свои плащи и маски. Теперь они все в черном, а половина их лиц разрисована, как у скелетов.

Перед тем, как мы выйти из коттеджа, я разрисовала лицо Раята. Мне пришлось солгать и сказать, что мне нужно, чтобы Сара нанесла нужный макияж мне, когда мы приедем. Я могла бы сделать это сама, но Раяту не надо знать, какой я буду.

Поднеся к губам соломинку, я делаю глоток, надеясь, что от этого не сотрется помада. Я чувствую, как он входит в комнату, и улыбаюсь про себя.

Чья-то рука больно шлепает меня по заднице.

– Хочешь, я трахну эту задницу, чтобы напомнить тебе, кто здесь хозяин? – рычит он мне на ухо.

Эта мысль заставляет меня сильнее сосать свою соломинку. Обернувшись, я смотрю на него.