Текст книги "Ритуал (ЛП)"

Автор книги: Тесье Шанталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 30 страниц)

ГЛАВА 38

РАЯТ

Я смотрю на нее сверху вниз, наблюдая, как она таращится на меня этими красивыми голубыми глазами, сидя на заднице в полном и абсолютном шоке. Блейк выглядит так же великолепно, как и прежде. Ее волосы стали темнее, но в остальном она все та же голубоглазая женщина с кукольным лицом, которой я был одержим. Кровь теперь покрывает ее белую майку, шею и часть лица. Мне нравится, как это на ней смотрится – очень подчеркивает ее глаза и красные губы.

Блейк сидит на земле, и ее большие сиськи подпрыгивают, пока она пытается восстановить дыхание после того, как этот ублюдок практически ее задушил.

Если кто и убьет ее, то только я. У меня есть такая привилегия. Она моя жена. Я решаю, когда с ней покончить, и мой член напоминает мне, что я еще не совсем к этому готов.

Я поднимаю нож и провожу лезвием по джинсам, стирая с обеих сторон его кровь.

Блейк отползает еще немного назад, вставая на ноги. Она поворачивается, чтобы бежать, но в конце переулка стоят Прикетт и Ганнер, загораживая ей выход. Она оглядывается на меня, а затем бросается внутрь бара через заднюю дверь.

– Ганнер, позаботься о камерах наблюдения, – говорю я, и он кивает. – Прикетт, ты со мной.

Я открываю заднюю дверь и вхожу внутрь, зная, что бежать ей здесь некуда. Мы уже закрыли входные двери снаружи на цепь. Их грохот заставляет меня улыбнуться. По крайней мере, она понимает серьезность своих действий.

Блейкли смотрит на нас через плечо, волосы бьют ее по лицу. Она бросается бежать, но Прикетт хватает ее и швыряет на стол, где она скатывается со стола на пол, увлекая за собой пару стульев.

Лежа лицом вниз, она издает стон, вяло пытаясь встать на четвереньки. Но Прикетт дергает ее вверх, перегибая через край стола и одной рукой заводя ей руки за спину. Другой рукой он достает из заднего кармана наручники. Блейк начинает приходить в себя и кричать, борясь с ним, но он застегивает наручники и туго их затягивает.

Я подхожу к столу и поднимаю один из упавших стульев. Повернув его так, чтобы он стоял спинкой назад, я сажусь на него, располагаясь прямо перед тем местом, где ее голова свисает с края. Прикетт продолжает стоять позади нее, упираясь предплечьем ей в спину, придавливая ее к деревянной поверхности.

Подняв нож, я осторожно прижимаю его к ее лбу, и Блейк замирает. Я медленно провожу ножом по ее щеке, отодвигая волосы, чтобы посмотреть ей в глаза. Они смотрят на меня.

– Привет, Блейк, – с любовью говорю я.

– Просто убей меня на хрен, – огрызается она сквозь стиснутые зубы.

Я наклоняю голову в сторону, провожу ножом под кончиком ее подбородка и надавливаю на кожу, заставляя ее сильнее наклонить голову, чтобы не порезаться.

– Зачем мне это делать? Я люблю тебя.

Блейк фыркает на ложь, от этого действия пряди распущенных волос кружатся вокруг ее лица.

Убрав нож из-под ее подбородка, я роюсь в кармане, чтобы достать оставленное ею обручальное кольцо.

– Я подумал, что ты захочешь его вернуть, – я держу его перед ее лицом.

– Единственное, чего я хочу, это развод, – Блейк обнажает свои красивые, белые зубы. Стол дребезжит, когда она начинает бороться с захватом Прикетта.

Я и забыл, как мне нравилась эта сторона Блейкли. Перед тем, как она ушла, между нами все стало слишком комфортно. Ну, знаете, словить эти чувства и все потому, что она выглядела сногсшибательно в платье. Хорошо, что теперь мы вернулись в нормальное русло.

– Пока смерть не разлучит нас, Блейк. И я еще не готов убить тебя.

Она начинает бороться с ним сильнее, но Прикетт ее не отпускает. Он убирает предплечье с ее спины и вместо этого ложится на нее, рукой хватает ее за волосы и дергает ее голову вверх. Это действие заставляет Блейк закричать, и я пользуюсь случаем, чтобы достать две таблетки из кармана и засунуть их ей в рот, а затем зажать его рукой.

Ее тело бьется, и я встаю со стула, отпихивая его со своего пути. Присев перед ней, я кладу другую руку на стройную шею Блейк, удерживая ее на месте, но не ограничивая доступ воздуха.

Мое лицо находится в нескольких сантиметрах от ее лица, и я вижу, как слезы начинают наполнять ее глаза, когда она пытается покачать головой.

– Неважно, проглотишь ты или они растворятся, Блейк. Результат один и тот же.

Она моргает, от чего слезы стекают у нее по щекам на мою руку, размазывая кровь мертвого парня, убитого мною в переулке. Я обхватываю рукой ее шею, и Блейк, раздувая ноздри, сглатывает таблетки.

– Вот моя хорошая девочка, – хвалю я, и она хнычет.

Убрав обе руки, я киваю Прикетту. Он тоже отпускает ее волосы и встает с нее, уходя, чтобы помочь Ганнеру, поскольку мы скоро уезжаем.

Встав во весь рост, я переворачиваю ее на спину, прижимая ее скованные наручниками руки. Убираю волосы с ее залитого слезами и окровавленного лица. Блейк моргает, ее веки становятся тяжелыми.

– Ненавижу тебя, – шепчет она.

– Я знаю, – говорю я ей, проводя пальцами по ее шее, затем по груди и обнаженному животу. Она немного похудела. Это заставляет меня задуматься о том, на что она пошла, чтобы не допустить этой ситуации. – Но мне также все равно.

Хныча, она отворачивается от меня и смотрит в потолок, медленно моргая, пока свежие слезы стекают по ее лицу.

– Как? – фыркает она, облизывая губы.

Я улыбаюсь ей, смахивая слезы костяшками пальцев.

– Я же говорил тебе… тебе от меня не убежать.

Наклонившись, я целую ее щеку, пробуя их на вкус. Блядь, я так по ней скучал. Я почти не спал после ее ухода, думая о том, что я сделаю с ней, когда увижу ее снова. Теперь, когда она у меня, я хочу привязать ее к своей кровати и напомнить ей, как сильно она любит, когда ею владеют.

– Я всегда найду тебя.

Когда Блейкли закрывает свои тяжелые веки, на этот раз они не открываются. Ее тело расслабляется, а дыхание выравнивается. На шее у нее следы от того ублюдка, который пытался ее убить. Та небольшая одежда, что на ней, мокрая от брызг его крови. Я собираюсь сорвать ее и сжечь.

Просовываю под нее руки и поднимаю ее обмякшее тело со стола как раз в тот момент, когда Прикетт и Ганнер выходят из задней части бара.

– Пошли, – приказываю я.

БЛЕЙКЛИ

Я сажусь, хватая ртом воздух. Рукой тянусь к груди, и понимаю, что на мне уже не форма, а футболка большого размера. Глаза бесцельно бегают по сторонам, и я вижу, что нахожусь в кровати. В той, которую слишком хорошо знаю. Запах его одеколона, витающий в комнате, словно облако дыма, душит меня.

Раят вернул меня обратно! Эта мысль меня подавляет. Я потерпела неудачу. Даже если я все сделала правильно, меня все равно поймали.

– Доброе утро, миссис Арчер.

Я дергаю головой влево, и вижу Раята, стоящего в дверях смежной ванной комнаты в его комнате в доме Лордов. Я сбрасываю с себя одеяло и выбираюсь из кровати. На трясущихся ногах я падаю на его комод, отчего тот дребезжит.

– Держись от меня подальше, – предупреждаю я, мой голос неровный из-за душившего меня незнакомца и того, что Раят заставил меня проглотить. Мой разум все еще немного затуманен, но я понимаю, что нахожусь в опасности.

Он усмехается, засунув руки в передние карманы джинсов, и выглядит до последней капли спокойным и собранным, прислонившись к дверному косяку.

– Это будет трудно, поскольку мы женаты, Блейк.

– Я же сказала тебе, что хочу развестись, – рычу я.

Раят отталкивается от дверного косяка, и я бегу к двери спальни, но он быстрее, а я все еще слаба, что дает ему преимущество встать передо мной. Он поднимает руку, и я склоняю голову, всхлипывая, руки дрожат.

– Шшш, – говорит он, нежно касаясь моего лица, заставляя меня поднять на него глаза. – Я не собираюсь причинять тебе боль, Блейк.

– Нет, собираешься.

Я надрывно глотаю воздух. Раят в самом начале обещал, что сделает это. Оказывается, он был прав, и мне это понравилось.

– Ты этого хочешь? – спрашивает он, его глаза ищут мои, и я нервно сглатываю. Я забыла, какими напряженными они могут быть. – Ты хочешь, чтобы я наказал тебя?

– Нет, – шепчу я, но при этой мысли у меня бешено колотится сердце. Мое тело знает, на что он способен, и оно чертовски по нему скучало.

– Уверена? – его рука скользит по моей щеке, спускаясь к центру груди. – Мой член скучал по тебе, малышка.

Раят наклоняется, нежно целует мой лоб, и я задерживаю дыхание.

– А моя пизда по мне скучала?

– Нет, – лгу я, мои бедра сжимаются при мысли о нем у меня между ног. Даже когда я боялась, что он найдет меня, я все равно мечтала о нем. Я видела его лицо, слышала его голос, чувствовала его тело. Я представляла, как он находит меня, похищает и трахает – точно так же, как мы делали в моей фантазии о принудительном сексе, – но я никогда не скажу ему об этом.

Раят хмурится.

– Очень жаль.

Кончиками пальцев он обводит мой сосок, заставляя его затвердеть от прикосновения через рубашку, и я понимаю, что Раят снял с меня лифчик. Удовлетворившись реакцией моего тела, он запускает руку в мои волосы и медленно оттягивает мою голову назад.

– Но просто чтобы ты знала…

Раят наклоняется к моему уху и шепчет:

– Ты встанешь на колени и откроешь рот. Ты раздвинешь для меня эти нежные и сексуальные ножки. И я возьму эту задницу, – он отстраняется, и его зеленые глаза темнеют, вглядываясь в мои, заставляя мой пульс учащаться. – Я буду трахать свою жену. Когда и как захочу.

Я сглатываю комок в горле от его угрозы, в то время как моя киска пульсирует. Я в таком дерьме!

Раят отстраняется.

– И как бы мне ни хотелось напомнить тебе об этом прямо сейчас, мы опаздываем. У нас встреча.

Схватив за руку, он вытаскивает меня из комнаты и ведет по коридору. Мы заходим в лифт, и он нажимает кнопку B, чтобы попасть в подвал. Как только двери закрываются, я выдергиваю из его ладони свою руку. Я удивлена, что Раят молчит. Я думала, что он загонит меня в угол, но, возможно, он уже сказал все, что хотел.

– Где моя форма, что на мне была? – спрашиваю я его.

– Сжег ее, – отвечает он, даже не удосужившись на меня посмотреть.

Ублюдок…

Дверь открывается, мы выходим в коридор и направляемся к закрытой двери. Открыв ее, Раят отходит в сторону, чтобы я могла войти. Шагнув внутрь, я останавливаюсь. Мои ноги не в состоянии нести меня дальше. В кресле сидит мой отец, рядом с ним незнакомый мне мужчина.

– Блейкли, – рычит он и поднимается на ноги.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Раят пихает меня дальше в комнату, закрывая за собой дверь и заключая меня в клетку.

– Ты хоть понимаешь, что ты натворила? – огрызается отец, огибая длинный стол.

– Я? – задыхаюсь я, указывая пальцем на свою грудь. – Ты продал меня.

Он фыркает.

– Я не взял за тебя ни пенни.

Я хмурюсь.

– Но Мэтт…

– Мэтт был взбешен, потому что Раят объявил о вашем браке. Он бы сказал что угодно, чтобы заставить тебя уйти, – добавляет мужчина, который остается сидеть. Он кажется намного спокойнее моего отца, что заставляет меня задуматься, кто он и что здесь делает.

Нет! Мэтт был не просто убедителен, все, что он говорил, имело смысл. Как кусочки головоломки, которые складываются вместе. Но чтобы убедиться в этом, я поворачиваюсь лицом к Раяту.

– Так ты не предлагал за меня деньги?

Он прислоняется к закрытой двери, как бы блокируя ее на случай, если я попытаюсь убежать. Скрестив руки на груди, он отвечает:

– Нет. Я предложил.

Я открываю рот. Я, блядь, так и знала!

– Я не шлюха, Райт.

Он ничего не говорит, но мой отец еще не закончил:

– Я всегда знал, что Мэтт – жалкий кусок дерьма. Вот почему я заставил Раята выбрать тебя в качестве своей избранной.

Я моргаю.

– Ты что?..

Я снова смотрю на Раята, но он опять ничего не говорит. Просто смотрит на меня, как тогда, когда я сидела на заднице в коридоре после того, как столкнулась с ним. Угрожающе и безразлично одновременно. Тот игривый и беззаботный Раят из нашей брачной ночи давно ушел. Вернулся к делам. Я для него просто гребаный приказ.

– Но он решил жениться на тебе, – слышу я слова отца.

– Что?

Я делаю шаг назад, чтобы видеть их обоих одновременно. Задняя часть моей шеи болит, вероятно, из-за того, что Прикетт прижимал меня к столу. Я устала переводить взгляд между моим отцом и моим мужем.

– Ты говоришь так, будто я должна быть благодарна, – огрызаюсь я на отца. Чего он ждет от меня? Встать на колени и поблагодарить Раята за то, что он женился на мне, чтобы мне не пришлось провести жизнь с Мэттом? Прямо сейчас я пытаюсь понять, чем Раят лучше? Почему это должно быть одно или другое?

– Ты должна, – требует он, делая шаг ко мне.

Рука хватает меня за предплечье, дергает в сторону, и я ударяюсь о твердое тело Раята, который тут же обнимает меня за плечи.

Мой отец испускает долгий вздох.

– Я не собираюсь поднимать на нее руки, как это делала моя жена.

Я моргаю, пытаясь уследить за сменой тем.

– Откуда ты это знаешь? – Раят должен был сообщить ему о том, что произошло. Он единственный человек, который знает.

Отец машет рукой, отстраняя меня.

– Теперь, когда ты вернулась, у нас есть дела, о которых нужно позаботиться, – говорит он.

– О чем, например? – спрашиваю я, мой пульс учащенно бьется. Что нужно сделать?

– Ты должна пройти инициацию.

От этого слова у меня скручивается живот.

– Что ты имеешь в виду? – медленно спрашиваю я, отстраняясь от Раята. К счастью, он отпускает меня.

– Я имею в виду, что Раят будет могущественным…

– Да, да, известным судьей в Нью-Йорке, – перебиваю я его. – Но какое это имеет отношение ко мне?

Другой мужчина встает со своего места.

– Кто тебе это сказал? – требует он, глазами впиваясь в Раята через мое плечо.

– Мэтт, – отвечаю я.

Тишина окутывает комнату, заставляя мое дыхание участиться. Неужели я не должна была знать об этом? Если да, то что они сделают теперь, когда знают?

– Я никому не говорила, – быстро добавляю я. – Раят даже не знал, что я знаю.

– Это правда? – спрашивает мужчина у Раята.

– Да, – выдавливает он.

Дерьмо! Теперь он злится на меня еще больше? Должна ли я была рассказать ему о том, что знала?

– Почему… почему это секрет? – спрашиваю я.

Мужчина садится на свое место, теперь пристально глядя на меня.

– В любом случае, у Леди есть разные уровни, как и у Лордов, – продолжает он, полностью игнорируя мой вопрос. – Ты будешь так высоко, как только сможешь подняться. Леди всегда соответствует своему Лорду.

Я поднимаю руку и потираю виски, закрывая глаза на короткую секунду.

– Я чертовски устала и немного заторможена от наркотиков.

Я открываю глаза.

– Итак, может кто-нибудь объяснить мне, что происходит, вместо того чтобы говорить загадками? – огрызаюсь я.

Кто, бл*дь, такие Леди? И какое отношение это имеет к тому, что Раят – Лорд?

– Ты получишь сообщение, в котором будет указано имя, место и время, – начинает мой отец. – Это будет порядок твоего посвящения.

Я фыркаю.

– Я не буду вступать в это тайное общество! – Они совсем охренели. – Я не хочу иметь ничего общего с Лордами.

Другой мужчина снова вскакивает на ноги.

– Ты будешь делать то, что мы скажем…

– Дайте нам поговорить, – прерывает его Раят.

Мужчина выбегает, но мой отец не торопится. Подойдя к нам, он кладет руку на плечо Раята.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Затем он уходит.

– Что происходит, Раят? – требую я, как только за ними закрывается дверь. – И не лги мне.

Он выдвигает одно из черных кожаных кресел за столом и жестом приглашает меня сесть. Закатив глаза, я опускаюсь в него. Раят выдвигает кресло рядом со мной и поворачивает его так, чтобы мы оказались лицом к лицу. Наклонившись вперед, он кладет локти на колени.

– Мы уже женаты, Блейк, – напоминает он мне. – Если ты не пройдешь посвящение, то у тебя отнимут статус Леди.

Мои глаза расширяются.

– Мы можем развестись?

Может, все-таки есть надежда?

– Нет! – рявкает он, от чего я вздрагиваю.

Опустив голову, он проводит руками по волосам. Это явный признак того, что он злится.

Потратив секунду, чтобы хорошенько рассмотреть его, я вижу, какими усталыми выглядят его зеленые глаза. Интересно, потерял ли он сон, как я? Интересно, думал ли он обо мне так же, как я о нем?

– Я не понимаю, – уже тише говорю я. – Ты только что сказал…

– Ты либо убиваешь, либо тебя убивают, – рычит он, прерывая меня.

Я смеюсь над этим, но останавливаюсь, когда он просто смотрит на меня.

– Это должно быть шутка, да?

– Без этого никак не обойтись! – рявкает он, вскакивая на ноги.

Он не может быть серьезным. Должно быть, я все еще в отключке. Может, мне снится кошмар. Или, возможно, галлюцинации.

– Я не могу…

– Нет, можешь, – кивает он. – Я знал, что ты должна будешь сделать, когда шел на это.

– Как ты мог? – шепчу я, чувствуя, как сжимается мое горло. Я была заданием, которое он пытался купить. А теперь я Леди, которая должна кого-то убить?

– Мы все идем на жертвы, чтобы получить то, что хотим, – заявляет он.

Я стою на дрожащих ногах, сжимая руки в кулаки. Шагнув к нему, он смотрит на меня сверху вниз, его зеленые глаза такие холодные, какими я их никогда не видела. Это заставляет меня понять, насколько хорошим актером он был, и насколько я глупа.

– Чего ты, похоже, не понимаешь, так это того, что я больше не хочу быть твоей женой, Раят! И я не хочу вступать в твое дурацкое тайное общество. Так что нет, я не хочу ничем жертвовать ради тебя, потому что не хочу быть с тобой.

Мое сердце колотится в груди, а кровь стучит в ушах от этой лжи. Я не могу позволить ему увидеть, как сильно по нему скучала. Я что-то почувствовала к нему в ночь церемонии, но потом Мэтт все испортил тем, что сказал мне. Я ненавижу и его тоже. Может, Сара и права – мне лучше было оставаться в неведении.

Обхватив мое лицо ладонями, Раят тяжело вздыхает.

– Все это не имеет значения, Блейк.

ГЛАВА 39

РАЯТ

Блейк не проронила ни слова с тех пор, как я сказал ей, что ее желания больше не имеют значения. Это было жестоко, но это правда. Я устал от нее что-то скрывать. Она должна знать, что происходит в мире Лордов. Ей это может не нравиться, но она научится жить с этим.

Кровь, смерть и секреты – вот из чего состоит моя жизнь. Ее жизнь будет такой же.

Я быстро смотрю, как она сидит на пассажирском сиденье моего Lykan Hypersport. Ее голова наклонена в сторону, а глаза закрыты. Блейк заснула, как только мы покинули дом Лордов. Я дал ей не очень большую дозу, когда нашел ее прошлой ночью в захудалом баре. Я был зол на нее и знал, что она будет на каждом шагу бороться со мной, поэтому накачать ее наркотиками было лучшим вариантом, чтобы перевезти ее, не причинив ей вреда. Это была всего лишь пара таблеток снотворного. На обычного человека они бы не подействовали так хорошо, но я рассчитывал на то, что она уже была измотана. Я уже хорошо знаю свою жену. Она не высыпалась, находясь в бегах.

Подъезжая к дому, я заглушаю машину, и Блейк ворочается.

– Мы дома, – говорю я ей.

Открыв тяжелые веки, Блейк моргает.

– Почему мы здесь? – спрашивает она, оглядывая лесистую местность.

– Мы здесь живем.

– Нет… моя квартира…

Я выхожу из машины и обхожу ее спереди, открывая дверь для Блейк.

– У тебя ее больше нет, – говорю я и, схватив ее за руку, вытаскиваю наружу. – Я перевез все твои вещи в домик.

После того как Блейк сбежала, я разнес ее квартиру. Не самый лучший момент, но я искал хоть малейшую зацепку о том, куда она могла пойти. Как только я смог сесть и посмотреть на то, что натворил, то сказал «к черту» и нанял компанию по переезду, чтобы упаковать все ее барахло и перевезти его. Я знал, что, после того, как я ее найду, она туда не вернется.

Блейк ничего не говорит, когда мы входим в дом. Я тяну ее по коридору в главную спальню, потому что нам обоим нужен душ.

Войдя в ванную, включаю душ, а затем встаю перед ней.

– Подними руки, – приказываю я.

Она делает, как я сказал, и поднимает их над головой. Я снимаю футболку, в которую ее одел, а затем стягиваю с ее ног свои треники и нижнее белье.

– Залезай. Я возьму полотенца.

Подойдя к бельевому шкафу, беру все необходимое и кладу их рядом с душем, затем быстро раздеваюсь и присоединяюсь к ней. Она стоит, прислонившись спиной к стене, скрестив руки на груди и опустив голову. Ее мокрые волосы прилипли к шее и груди. Когда кровь стекает по ее телу и исчезает в стоке, Блейк всхлипывает. Я не стал отмывать ее после того, как мы вернулись в дом Лордов. Я сорвал с нее форму, сжег ее, переодел Блейк в кое-что из своей одежды, а затем уложил в свою кровать и ждал, пока она проснется.

– Блейк, – тихо говорю я, и она поднимает на меня глаза, по ее лицу текут слезы.

– Ты убил его, – шепчет Блейк, ее губы дрожат.

Мне было интересно, когда это до нее дойдет. Когда у нее будет секунда, чтобы остановиться и подумать о том, что я сделал в переулке за баром. В то время она боялась меня и была слишком озабочена тем, чтобы спасти себя. Теперь, когда мы сбавили обороты и наркотики больше не действуют, содеянное мною возвращается с полной силой.

– Да.

Блейк снова всхлипывает.

– Ты перерезал ему горло, – ее плечи трясутся, глаза расширены, а руки начинают судорожно вытирать кровь с шеи и груди. – Это его кровь…

– Шшш, – я обхватываю ее лицо и заставляю посмотреть на меня, отвлекая внимание от того, что осталось от мужчины. – Я должен был.

Она качает головой, но я держу ее руками.

– Да.

Прижимаясь к ней всем телом, я добавляю:

– Он поднял на тебя руки. И это неприемлемо.

Я убью любого ублюдка, который прикоснется к моей жене. Это так просто.

В тот момент я был зол на нее, но в то же время испытывал облегчение от того, что мы приехали вовремя. Что, если бы я не нашел ее в тот момент? Она была бы сейчас мертва. Секундой позже я бы нашел ее тело в том переулке. Это еще больше разозлило меня. То, что она убежала, подвергло ее жизнь опасности.

Блейкли всхлипывает, и я оттаскиваю ее от стены и обнимаю. Одной рукой прижимаю к себе, а другой провожу по ее мокрым волосам, пока она плачет у меня на груди.

– Ты в безопасности, Блейк, – говорю я ей. – Обещаю.

– Мне жаль, – плачет она.

Я вздыхаю, чувствуя, как угасает вся злость, которую я испытывал к ней. Это моя вина в той же степени, что и вина Мэтта. Я использовал ее, а потом бросил это ему в лицо, и он отомстил мне единственным способом, который знал – пошел к ней. Это игра, в которую мы играли с тех пор, как она стала моим заданием. Но наш брак повысил ставки.

Теперь мне есть что терять, и он это знает. Как сказал ей мой отец, она теперь важна для Лордов. Мэтт не может ее тронуть, но он может поручить кому-то другому заняться ею. Это то, что пугает меня больше всего. Я нажил слишком много врагов за эти годы. Слишком много членов Лорда не прошли инициацию с тех пор, как я начал четыре года назад. Скольким из них было отказано, потому что я их обошел?

– Раят? – шепчет Блейк, подняв голову с моей груди и глядя на меня снизу-вверх.

– Да? – спрашиваю я, моя рука запуталась в ее волосах.

– Спасибо, что спас меня, – шепчет она, ее глаза смотрят на меня с тем же восхищением, с которым она смотрела на меня в ночь вечеринки в Доме Лордов. До того, как все пошло прахом.

– Не благодари меня, Блейк, – говорю я ей, мой взгляд падает на следы на ее шее. Я бы пошел на войну за свою жену. Один человек – ничто. – Я всегда буду приходить за тобой.

Свежие слезы проливаются на ее ресницы, и я почти наклоняюсь и целую ее, но останавливаю себя. Вместо этого отстраняюсь и хватаю мыло с полки, чтобы помочь ей вымыться.

Блейк молчит, пока мы оба заканчиваем в душе. Я стараюсь намылить каждый ее сантиметр. Я даже помыл ее волосы, прежде чем заняться собой. Закончив, выключаю воду и помогаю ей вытереться. Она как будто на автопилоте – здесь, но не совсем.

– Я устала, – тихо говорит она, а потом зевает.

И в кои-то веки я тоже. Я устал от недосыпа, стресса и просто от ощущения неизвестности. Я выхожу из ванной и откидываю одеяло на своей кровати. Она вползает ко мне, голая, с мокрыми волосами. Я ложусь рядом с ней на спину. Прижавшись ко мне, она обхватывает меня руками, и я вздыхаю, закрывая глаза.

Я так чертовски по ней скучал. Я не понимал этого до сих пор. Я имею в виду, я проводил каждую секунду каждого дня в поисках ее, но это был тот факт, что она убежала от меня. Не потому, что я хотел ее. Это было больше похоже на то, что ты принадлежишь мне, и я найду тебя. Теперь понимаю, что это всегда было нечто большее.

Мой телефон пикает, и я тянусь к нему, чтобы взять с тумбочки. Это сообщение. Открываю его, читаю, и у меня скрежещут зубы.

Блядь!

Решив проигнорировать его, я блокирую экран и кладу телефон на место, а затем притягиваю к себе Блейк и закрываю глаза.

БЛЕЙКЛИ

Я просыпаюсь и разминаю отяжелевшие конечности. Мое тело все еще измождено, но голова ясная. Отсутствие света в комнате говорит о том, что еще не утро. Но, честно говоря, у меня больше нет чувства времени. Я могла быть в отключке три дня, насколько я знаю.

Встав с кровати, я зову Раята, но в ответ получаю тишину. Решив поискать его, иду в гостиную и включаю свет. Он сидит посреди дивана, одетый в футболку и джинсы. Его руки разложены на спинке, а в правой он держит стакан с виски. Я хмурюсь. Я никогда не видела, чтобы он пил, кроме того случая, когда он и Ганнер последовали за мной и Сарой в «Блэкаут». Его волосы сухие и уложены в идеальную прическу, как он обычно ее носит. Я помню, как мы лежали с ним после душа, но он выглядит так, будто не спал несколько часов.

– Раят?

Мой взгляд падает на журнальный столик, который стоит перед ним. На нем мой мобильный, обручальное кольцо и клатч – все три вещи, которые я оставила на его кровати, когда сбежала. В конце лежит конверт из плотной бумаги.

Мое сердце учащенно бьется при виде их. Я поблагодарила его в душе за то, что он спас меня, и говорила серьезно. Если бы он не нашел меня, я была бы мертва.

– Что ты делаешь? – шепчу я. – Вернись ко мне в постель.

Он поднимает правую руку, подносит стакан к губам и отпивает. Его глаза встречаются с моими и смотрят на меня.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, делая неуверенный шаг к нему, уже понимая, что что-то не так. Раят не умеет скрывать эмоции.

Он грубо смеется, и от этого звука волоски на моей шее встают дыбом.

– Три недели, Блейк. Три гребаных недели! – он наклоняется вперед и смотрит на пустой стакан в своей руке.

Я сглатываю, зная, что это будет не так просто. Он не простит меня.

– Мэтт…

– Мэтт хотел, чтобы ты ушла от меня. Только не говори мне, что ты не знала, что он делал, – прерывает меня он. – Мы оба знаем, что ты не глупая. И вместо того, чтобы прийти ко мне, ты сбежала.

Я скрещиваю руки на своей обнаженной груди.

– Ты солгал мне. Зачем мне идти к тебе?..

Раят встает и бросает стакан в зажженный камин, не давая мне договорить. Звук разбивающегося стекла заставляет меня подпрыгнуть от неожиданности.

– Не злись на меня за ситуацию, в которую ты сам себя загнал, – кричу я, расцепляя руки. – У тебя была сотня шансов признаться. Рассказать мне, что, черт возьми, происходит. Ты принял решение, и теперь тебе не нравятся последствия. – Развернувшись, я поворачиваюсь к нему спиной и отправляюсь в спальню.

– Ты права, – тяжело вздыхает он.

Его слова заставляют меня остановиться. Никогда в жизни я бы не подумала, что Раят Арчер признает чью-то правоту, кроме своей. Медленно, я поворачиваюсь к нему лицом, и он снова опускается на диван.

– Хочешь знать, что случилось? – он снова кладет руки на спинку, раздвигая ноги. Его поза и прищуренные глаза говорят мне о том, что он ни в чем не раскаивается. – Сначала ты была заданием. Я пытался отказаться от него. Сказал, что ты мне не принадлежишь. Но это был не вариант. Лордам не отказывают.

Раят наклоняет голову в сторону, его глаза пробегают по моей обнаженной груди. – Поэтому я последовал за тобой. Изучил твой распорядок дня, – он тихонько смеется. – Или его отсутствие. Затем сделал свой ход.

Я хмурю брови.

– Что ты имеешь в виду?..

– Ты действительно думала, что случайно наткнулась на меня? – качает головой он. – Я сам встал на твоем пути, Блейк. Это был мой путь в твою жизнь. Это было время, чтобы ты увидела меня. Чтобы захотела меня.

Я сжимаю руки в кулаки от его признания.

– Ты…

– Ганнер позаботился о том, чтобы Сара нашла эту листовку. Кстати, мы сделали ее только для вас двоих.

Неудивительно, что я никогда не видела такой раньше.

– Я дал тебе достаточно информации, чтобы тебе стало интересно.

Слезы начинают щипать мои глаза от того, какой глупой я была. Ни одна чертова вещь не была случайной. Это все была гребаная игра. Частичка за частичкой он играл со мной.

Раят ухмыляется.

– Ты была голодна, Блейк. – Мое сердце замирает от его слов. – Мэтт отказывал тебе так долго, что мне не нужно было давать тебе много, чтобы ты умоляла о большем.

Первая слеза скатывается по моей щеке, и он наблюдает за ней. Затем он отворачивается, оттягивая губу с отвращением.

– Ты не единственная, кто тут облажался, Блейк, – добавляет он. – Я начал что-то чувствовать к тебе.

Он фыркает на это признание.

– Потому что ты хорошо выглядела в гребаном платье. Я подумал: что плохого в том, что твоя жена любит тебя? Может, у нас все-таки есть шанс.

Я ненавижу, что мой пульс учащается при этой мысли. Что он действительно может любить меня. Это все, чего я когда-либо хотела. Чтобы кто-то любил меня такой, какая я есть. Принял меня. Я думала, что это так, но это было частью его игры.

– Потом ты сбежала… и это напомнило мне, что это было на самом деле. Работа. Мой гнев превзошел все остальные чувства, которые я испытывал в течение кратчайших секунд.

Сглотнув комок в горле, я снова шагаю к дивану.

– Раят?..

– Ранее в ду́ше я понял, что стал чертовски мягким по отношению к тебе, Блейк. Знаешь почему? – он не дает мне ответить. – Потому что ты плакала. Потому что другой мужчина пытался причинить тебе боль. Вот от чего я пытаюсь тебя защитить. Я должен быть твоей самой большой угрозой. Но вместо этого влюбляюсь в тебя.

Мое сердце колотится, а кровь стучит в ушах. Я не хочу, чтобы его слова волновали меня, но они волнуют.

– Раят…

– Меня с детства учили, что послушание очень важно, – продолжает он, как будто только что не признался, что любит меня. – Что власть и унижение идут рука об руку. Я видел, как Лорды ломали своих избранных и своих Леди, чтобы держать их в узде. А ты? Ты обронишь пару слезинок, и я становлюсь чертовски мягким.

– Мне жаль, – говорю я сквозь комок в горле.

– Сожаления недостаточно! – кричит он, вскочив на ноги.

– Накажи меня, – предлагаю я, делая еще один шаг вперед.

Раят смотрит на меня с небрежным выражением в своих красивых глазах. Он ушел. Я потеряла то немногое, чего мы добились прошлой ночью. И я ненавижу то, что у меня болит в груди. Что мне вообще, блядь, не все равно. Он только что признался мне, что это была игра.

– Мило, – фыркает он.