Текст книги "Женевьева (СИ)"
Автор книги: Татьяна Мирная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
Глава 6
На следующий день мне уже было намного лучше. Выделения почти закончились, и боли прошли. Пока гобы готовили завтрак, я сидела на поваленном дереве, радуясь возвращению своего привычного, здорового состояния. Рядом тихо переговаривались мужчины, чуть в стороне порыкивали пак-хоры, требуя еды. В кронах деревьев шумел ветер. Я зябко передёрнула плечами и глянула на небо, по которому густо плыли облака. Хотела посмотреть прогноз погоды, но гилайон уже привычно не находил сеть. Что за аномальная зона? А вдруг у нас случится непредвиденная ситуация? Например, приступ аппендицита у принцессы!
И я внезапно опомнилась: а где Силь?.. Да уж, хреновый из меня дракон вышел! Принцесса гуляет бес знает где, а я в тенёчке прохлаждаюсь! Не хватало ещё, чтобы она заблудилась в этих дебрях. Убрав гилайон в карман, я отправилась на поиски. Но далеко идти не пришлось, потому что Силька с блаженным видом сельской дурочки уже скакала обратно. Очередная блузка победным знаменем белела среди деревьев, а чёрный жилет выгодно подчёркивал тонкую талию.
– Жень! А я грибы нашла, – похвасталась сестра. – Их можно сварить или пожарить. Правда?
И мне гордо продемонстрировали находку. Я долго смотрела на принцессу, пытаясь найти на её лице признаки игры или притворства, потом не выдержала:
– Силь, скажи: ты сейчас надо мной издеваешься?
– Почему?
В её голосе было такое искреннее, детское недоумение, что я сокрушённо выдохнула. Хотя, если подумать, откуда этой аристократке знать, что растёт в лесу? Ей же во дворце, поди, всё готовое на блюдечке подают!
– Ты знаешь, что это за грибы? – спросила я.
Принцесса посмотрела на красивые пузатые мушрумы, только не настоящие, а ложные, и в глазах мелькнула искра понимания.
– Они несъедобные, да?
– Ну почему же, – не удержалась я от поддёвки, – съедобные… Только один раз!
Сисилия расстроилась. А я велела:
– Выбрось немедленно и вымой руки!
Мушрумы полетели в колючие заросли. Пока принцесса тёрла ладони, я зудела у неё над душой.
– Запомни самое главное правило грибника: бери только те грибы, в которых уверена на сто процентов. Поняла?
– Поняла.
– Каждый год от отравления грибами погибает около ста человек.
– Да поняла я!
– Отравление происходит очень быстро. Помочь пострадавшему просто не успевают.
– Хватит, Жень!.. – взмолилась принцесса. – Ну ты и зануда, точь в точь как папа!
И я напряглась, испуганно оглядываясь по сторонам.
– Силь, замолчи!
– Да нет тут никого! – возразила сестра, но притихла.
После завтрака мы отправились в путь. Ехали по той самой дороге, о которой говорил Гриолк, а вокруг нас высился лес Покаяния. Защищённые горами от ветров и непогоды, деревья здесь росли высокие и ровные, словно мачты. Я, щурясь, любовалась небом, виднеющимся сквозь зелёные кроны. И вдруг мои уши уловили какой-то неясный, далёкий шёпот.
– Ма-а-аги-и-и!
Я настороженно прислушалась, силясь различить хоть какое-нибудь слово, но напрасно. Только шелест листьев, треск сухостоя, перекличка птиц – и всё! Некоторое время я настороженно зыркала по сторонам, но гоблины как ни в чём не бывало ехали рядом, покрикивая на своих пак-хоров, принцесса в кои-то веки не занималась ерундой, и постепенно я успокоилась, решив, что шёпот померещился. Хотя непонятный холодок периодически пробегал по спине, словно кто-то смотрел на меня – не мигая, цепко, пронзительно. Я в очередной раз неуютно передёрнула плечами, зачем-то вытащила гилайон из кармана и дёрнулась, заметив боковым зрением какую-то тень. Гаджет выпал из рук, и мне пришлось спешиться, чтобы поднять его…
Появилось ощущение, что я прыгнула не на траву, а в другое измерение. То есть я как бы видела своих спутников, их недовольные лица, и в то же время была не с ними. Но не это напугало меня. Напротив в такой же позе сидел призрак – белёсый, полупрозрачный, с тесно сжатыми губами. Он, словно моё отражение, повторял все движения и тоже протянул руку к гилайону. Я понимала, что это не глюк и не розыгрыш. В нашем мире призраки не были редкостью. Часто их даже специально вызывали некроманты или маги Смерти, хотя это считалось не совсем законным. Но некоторые призраки оставались в мире живых сами, обычно из-за привязки к месту, где умерли или были убиты. И если они показывались живым, то с какой-то целью. Поэтому я, откашлявшись, спросила:
– Чего ты хочешь?
Призрак опустил глаза на гилайон, и я услышала из динамика голос, искажённый до неузнаваемости.
– Ма-а-аг на-а-аш-ш!..
В ту же секунду меня выбросило в реальный мир. Я рухнула на спину, бездумно уставившись в голубое небо.
– Женевьева?.. Эй! Очнись! – хмурый Перкон склонился надо мной, хлопая по щекам.
Перепуганная Силь брызгала холодной водой. А я растерянно смотрела на них, пока не примчались вождь и канцлер.
– Ты видела призраков? – сразу же догадался Блатмерт.
Я кивнула, и гоблины встревоженно переглянулись.
– Их появление – вестник беды и смерти, – громко прошептал Зронк.
И остальные гобы согласно загудели, хмуро поглядывая на меня, как будто это я позвала неприкаянных духов.
– Что он тебе сказал? – спросил Гриолк.
– Я… не разобрала, – мой голос сорвался от волнения.
Силь протянула мне бутылку с водой и обняла, жалостливо поглаживая по волосам. А я, пользуясь возможностью, отвернулась от вождя.
Почему я не призналась ему и остальным? Не знаю. Может, потому что тот самый призрак сейчас стоял у обочины и укоризненно качал головой? А может, потому что он говорил о магах, а единственными магами здесь были я и Сисилия? Что гобы сделают, узнав о том, что призракам нужны именно мы? Оставят людишек в лесу? Принцессу вряд ли, а вот меня… Одним словом, рисковать и проверять на практике не хотелось.
Вождь дал команду выдвигаться, и мы поехали дальше, но мысленно каждый уже настроился на плохое. Наверное, поэтому, когда вечером я ставила защитный контур вокруг лагеря, молчали все, даже Перкон. К ночи небо затянуло тучами и начало моросить. Некоторые гобы прилегли рядом с костром и уже задремали. Силь тоже ушла в шатёр, но, по всей видимости, не спала. А я, Гриолк, Блатмерт и Перкон ещё бодрствовали, изредка обмениваясь встревоженными взглядами. Дым из-за непогоды слался над землёй, вызывая першение в горле, а его клубы закручивались в причудливые и пугающие фигуры. Главный охранник пошевелил угли, и в воздух с оглушительным треском взметнулся сноп золотых искр. Мы притихли, наблюдая за их полётом.
Тлели поленья, тихо посапывали гоблины, изредка взрыкивали пак-хоры, нервничая в незнакомом месте. Где-то далеко в горах завыл волк. А я в этот момент смотрела на свою руку, чувствуя, как нагревается кольцо-артефакт.
– У нас гости, – тихо предупредила мужчин, сидящих рядом.
Перкон понимающе хмыкнул, наблюдая за периодически вспыхивающим камнем, вправленным в перстень.
– Сколько их?
Я посчитала вспышки и, когда после последней прошло больше минуты, сказала:
– Двенадцать.
За это время остальные гоблины уже проснулись и сменили ипостась. Несмотря на рост и комплекцию, они бесшумно двигались по ночному лесу. Я шла последней. И вскоре оказалось, что моё присутствие не желательно. Блатмерт дождался меня и угрожающе прошептал:
– Ты что тут делаешь?
– Подстрахую вас на всякий случай, – я поправила сумку на плече.
– А принцесса как же?
– Там остались Зронк, Лекх и мой контур, – успокоила я. – Если что, Сисилия перенесётся прямо в королевский дворец.
– Ты…
Договорить канцлеру помешало тихое уханье, это разведчик дал знать, что недруги обнаружены.
– Не вмешивайся, мелочь! – велел гоблин и исчез в темноте.
Наши преследователи выбрали отличный момент для нападения: глухая ночь и холодная морось. В такое время меньше всего хочется шастать по лесу и проверять следилки. Каюсь, если бы не призрак, я, скорее всего, ограничилась бы одним защитным контуром и пошла спать. А потом драгоценное время уже было бы упущено.
Первых двух наёмников Перкон и Гриолк сняли без проблем, но потом началась бойня. Я оказалась права, предположив, что нас преследуют не люди, а гоблины. И вот теперь они столкнулись лицом к лицу. Удивление Фахари быстро прошло, и осталось только желание уничтожить врага, лишившего нас покоя. Я уже говорила вам, что из всех видов оружия гобы больше всего ценит свои кулаки, и сейчас началось месилово. Хотя, возможно, там и мелькали клинки с ножами: в темноте я не могла всех разглядеть. Мимо как раз пробегал чужак, и я сделала магическую подсечку. Гоблин упал прямо под ноги Гарма, и больше уже не встал.
– Не мешай! – обиженно крикнули мне.
Нифига себе благодарность за помощь! Блатмерт, разделавшийся со своим противником, пояснил:
– Теперь Гарм не сможет сказать, что победил его сам. Так что… не мешай!
Тупые самцовые игры!
Я на секунду напряглась, уловив за спиной чьё-то движение, но быстро успокоилась, узнав принцессу. Она была скрыта Отводящим пологом, и дерущиеся не заметили её появление. Как по мне, так на Сильку и без полога никто не посмотрел бы: не до того было! На мой невысказанный вопрос принцесса пояснила:
– Чем больше я сижу в том шатре, тем сильнее паникую.
– Стой возле меня, – велела я.
– Не бойся, на мне печать Рарога, – успокоила Сисилия. – Проще горы с землёй сровнять, чем меня убить.
– Хм-м, и на кой тогда папочка меня с тобой отправил? – я искоса глянула на сестрицу. – Просил же защищать в дороге.
– Да э-это так, чтобы уговорить те-тебя, – принцесса начала заикаться, что бывало с ней в моменты сильного волнения. – Мне просто требовалась надёжная компаньонка в дороге, с которой было бы весело.
Я глянула на дерущихся гобов. Да уж, весело! Прямо обхохочешься!.. Хотя зрелище по-своему завораживало. Я привыкла нападать и защищаться с помощью магии и оружия, а чтобы вот так метелить друг друга, пустив в ход грубую физическую силу, – нет, не приходилось. Но было в этом что-то древнее, истинно мужское. Тестостерон вокруг зашкаливал! Пользуясь тем, что никто не видит, я любовалась Гриолком Фахари, его точными ударами, выверенными движениями. И всякий раз недовольно морщилась, когда Блатмерт загораживал его. Канцлер, тоже рослый и коренастый, махал кулаками направо и налево, отбиваясь сразу от двух неприятелей. Когда один из противников отлетел в нашу сторону, я не удержалась и пенделем отправила его обратно.
– Кому сказано: не лезь? – взбесился Блатмерт. А когда я развела руками, угрожающе рыкнул. – Вот только дёрнись – оторву голову!
И я сделала шаг назад, в тень. Силь хихикнула:
– Потешные эти гоблины!
Я промолчала, глядя, как канцлер, схватив недругов за шиворот, столкнул их лбами. И вдруг резко наклонился, спасаясь от летящего огненного шара.
Опа! Нежданчик! Значит, среди нападавших затесался маг? Причём, судя по огневикам, обычный стихийник… Блатмерт теперь больше помалкивал, следя за колдуном и стараясь увернуться от его ударов. И вот тут, можете меня ругать за это, я включила вреднючесть. Прислонившись к дереву, с ленцой наблюдала за тем, как маг гонял нашего бравого канцлера по поляне. А когда очередной огневик подсмолил длинную чёрную косу гоблина, широко ухмыльнулась. Блатмерт, ругаясь последними словами, потушил волосы и зло уставился на меня:
– Чего ты стоишь? Не видишь, что это колдун?
– А-а-а! То есть мне уже можно лезть? – с невинным видом поинтересовалась я.
– Прибью стерву!
Пообещал гоблин, уклоняясь от летящего огненного шара. Но в его взгляде на меня мелькнула надежда. Я вытащила из сумки магический трезубец и активировала заряд. Сисилия из своего укрытия невозмутимо напомнила:
– Женя, это реликтовый лес. Желательно тут ничего не рушить и не ломать.
– Я постараюсь.
В это время чужой маг с самоуверенной улыбкой призвал Огонь, подсмаливая косички и хвостики наших «добрых» друзей Фахари. А глядя на мечущихся гоблинов, воспрянули духом и его подельники. До поры до времени это было весело, как говорила Силь, но когда огненный шар полетел прямо в лицо Гарма, я вмешалась.
– Goda!
В воздух взметнулась земляная стена, и огонь разбился об неё, гаснущими искрами осыпавшись вниз. Колдун перевёл взгляд на меня и, усмехнувшись, отвесил шутовской поклон. Вот и познакомились!
Он уже был на адреналине и сразу вступил в бой, бросив огненный дождь. Опасное заклинание! Мощное! Против него пришлось использовать «Каменную кожу». Эта защита делала меня практически неуязвимой, но в то же время замедляла и снижала подвижность. Однако когда огненный дождь обрушился на мою голову, я облегчённо выдохнула, не почувствовав даже жара. А едва вернулась чувствительность тела, толчком земли подбросила неприятеля вверх, но он быстро сориентировался и, кувыркнувшись, приземлился на ноги. Силён, сволочь!
Обычно мы, волшебники, используем атакующие заклинания. Но если силы равны, то бой получается скорее на износ, чем на ловкость и скорость, длится долго и утомительно. Поэтому большинство магов совмещают заклинания с оружием. Увидев в моих руках тридент, колдун выхватил из-за пояса резную рукоять сантиметров двадцать длиной. Он протянул сквозь пальцы невидимую нить, и спустя секунду она напиталась магией, окрасившись в золотой цвет. Гумхард! Значит, мой противник из Саноса. Тамошние маги обожают эти плети. Если она попадёт по тебе – пиши пропало! Не помогут ни лекари, ни заклинания. Просто-напросто не успеют! Я покрепче перехватила свой тридент, другой рукой выплетая щит. И не сводила глаз с мужчины напротив. В этот момент остальные гоблины остались вне зоны нашего внимания.
Маг обманчиво медленно сворачивал плеть, всё время косясь на мой трезубец. И вдруг золотой хвост со щелчком развернулся, целясь мне в голову. Я резко наклонилась и услышала, как жалобно скрипнуло дерево за спиной, рассеченное чужой магией. Не медля ни секунды, нанесла ответный удар. Колдун отпрыгнул, чертыхаясь и отплёвываясь от разлетевшейся земли. А магический заряд на трезубце снова опасно потрескивал. Но я не успела и вынуждена была снова уклоняться от огненной плети. Я прыгала из стороны в сторону, не приблизившись ни на шаг. Маг не подпускал меня к себе, понимая, что тридент убьёт его сразу. Пока он сворачивал плеть для следующего удара, я своей магией преобразовала заряд на зубьях, и в опешившего колдуна полетели земляные стрелы. Он выставил щит, но некоторые всё-таки попали в цель. Мужчина пошатнулся, сгибаясь под ударами, но при первой же возможности атаковал меня, вынудив отступить. У меня перехватило дыхание от вида золотой потрескивающей ленты, летящей в меня. Пришлось сильно прогнуться назад, чтобы не быть перерезанной пополам. На миг перед глазами пронеслось ночное небо, усыпанное звёздами, и яркая вспышка чужой магии. Выпрямившись, я ударила в ответ, стараясь сбить мужчину с ног. Он устоял, только припал на одно колено. А потом уже мне снова пришлось защищаться. Колдун начал непрерывной бой восьмёркой, при котором плеть охватывала большую площадь. Я не могла ни отскочить, ни подпрыгнуть на нужную высоту. Спасаясь, вбежала по стволу дерева и прыгнула, сделав сальто. Краем глаза заметила, как полетели щепки, когда гумхард разбил толстую кору. А я уже бросилась вперёд и направила на врага свой тридент. Удар! Ещё один! Теперь маг защищался, не рискуя разворачивать плеть на таком близком расстоянии, чтобы не покалечиться самому. Он выхватил короткий меч, которым обычно бьются гоблины, и ударил сверху. Но я успела подставить древко трезубца. Металл возмущённо зазвенел. Мы кружили вокруг друг друга, нанося удары и выискивая слабые места в защите. Я тоже почувствовала вкус боя, когда кровь бурлит, когда сливаешься с оружием и только ждёшь удобного случая, чтобы атаковать. Мне казалось, я чувствовала, когда колдун нападёт, когда замахнётся. И в один такой момент, вскинула тридент так, чтобы лезвие меча оказалось между зубьями. Тут же крутанула рукоять, вырывая оружие из рук соперника. Гумхард упал в густую траву, его золотой хвост погас. Маг, оказавшись беззащитным, заорал от бешенства, а я замахнулась для последнего удара…
И внезапно на поляне стало холодно как в склепе. А возле моего соперника появились те самые призраки. Тот, который говорил со мной, открыл рот как тогда на дороге. И я наконец поняла, что значила его фраза: призраки хотели забрать не нас с Силь, а этого мага. Я неуверенно нахмурилась, не зная как быть, но потом, пятясь, ушла с поляны. Хотя, когда закричавшего колдуна подбросило в воздух, дёрнулась обратно, чтобы помочь, но тут же почувствовала чью-то руку на плече.
– Нет, – Гриолк отрицательно покачал головой. – Это опасно: мы на их территории.
Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя до крайности неуютно. Да, там, на поляне, был мой враг, но я убила бы его быстро и безболезненно, в бою. А стоять и слушать мученические крики было невыносимо и… и неправильно как-то! Но вождь крепко держал меня, пока призраки не исчезли, а маг не остался лежать сломанной куклой.
Другие гоблины искали сбежавших, а я всё ещё стояла не в силах отвести взгляд от убитого. Потом подобрала с земли брошенный гумхард и на рукоятке увидела надпись.
– «Принадлежит роду Кабус си Сайопи».
Прочитала и вскрикнула от обижающей боли, инстинктивно отбрасывая раскалившуюся рукоять. Затаив дыхание мы с гоблинами смотрели, как надпись выгорает. Алые буквы плавились одна за другой, пока не исчез последний завиток. Гумхард в последний раз вспыхнул и погас, став чёрным, словно покрытым гарью.
– Вот и всё, – резюмировал Перкон и, не обращаясь ни к кому конкретно, сказал: – Когда-то очень давно в этом лесу некроманты замучили отряд гоблинов. Говорят, с тех пор души убитых бродят здесь и не успокоятся, пока их убийцы не исчезнут с лица земли.
– Ты хочешь сказать, что этот Кабус си Сайопи – потомок одного из убийц? – спросила я.
Перкон пожал плечами и ушёл к остальным.
– Я вообще считал эти рассказы обычными страшилками, чтобы дети в лес не ходили, – признался Блатмерт.
Мы не сговариваясь, снова посмотрели на тело убитого.
– Покажи руки, – Гриолк потянул меня за локоть.
Я, опомнившись, глянула на свои ладони – здоровые, розовые.
– Ожога нет!
Вождь недоверчиво нахмурился и провёл пальцем по коже, запуская влюблённых мурашек. Я рвано выдохнула и забрала руку. Моё сердце билось так сильно, что я боялась быть услышанной.
– Ты остановилась из-за призраков? – спросил Гриолк, отпуская меня.
– Да, когда сообразила, что значили те слова.
– Какие слова? – не понял гоблин.
Я прикусила язык, но было уже поздно. Близость этого мужчины плохо действовала на меня.
– Утром призрак сказал, что маг принадлежит им. Я испугалась, потому что из магов там были только мы с Сисилией, – мне стало не по себе от острого взгляда Фахари. – Откуда я могла знать, что призрак говорил о Кабусе? А вдруг вы бросили бы нас…
– Ты случайно тех ядовитых грибов не лизнула, что так резко поглупела, а? – гоблин с насмешливым изумлением посмотрел на меня.
Стало обидно.
– Вы сами сказали, что встреча с призраком – к беде. А тут ещё такое требование!
– Женевьева, вы под нашей защитой. Я обещал королю, – и мужчина раздосадовано качнул головой. – Не ожидал от тебя. Ты казалась мне куда разумнее…
Он не договорил: к нам подошла принцесса.
– Гриолк, ты узнал, кто напал на вас? – Сисилия, не скрывая любопытства, смотрела на жениха.
Фахари кивнул:
– Да. Гоблины из клана Нгиви.
– Это же ваши соседи?
– Верно.
– Так вы враждуете?
– У нас… есть некоторые разногласия, – Гриолк переглянулся с друзьями и, сославшись на дела, ушёл.
Мы с принцессой вернулись к шатру, а гоблины остались на поляне, чтобы навести порядок. Что они делали с телами убитых, я не знала и знать не хотела. Пока приводила себя в порядок, Силь, нахмурив брови, расхаживала из угла в угол.
– Разногласия?! Как же, – она жёстко усмехнулась. – Фахари и Нгиви много лет борются за лидерство на Байани. До поры до времени всё было относительно спокойно, и в предгорье установился хрупкий мир… Пока Гриолк не подмял под себя южный клан Удшан. Он маленький, но это прямой выход на королевство Кхитл-э-ленге, а там живут не только маги, но и Чёрные волки с пумами. После переговоров с ними Фахари вырвался вперёд. А союз с Линахенгом приведёт к тому, что клан Нгиви окажется со всех сторон окружён друзьями и сторонниками Гриолка и будет вынужден пойти на уступки, – принцесса прищурилась и посмотрела на меня так, словно только что заметила: – Я думаю, ту засаду в изоке устроили гоблины Нгиви. Они наняли наёмников из империи Санос, чтобы скомпрометировать нас и помешать договору.
