Текст книги "Моя ужасная квартирантка (СИ)"

Автор книги: Татьяна Бегоулова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 6

Направляясь в кабинет для разговора с Мирантелом, Николь была уверена, что идея, пришедшая ей в голову почти идеальна. Она просто напросто объяснит господину Мирантеллу, что из-за весьма стесненных обстоятельств не может позволить себе лишние траты на новые наряды. Но с каждого жалованья она готова откладывать некую сумму, чтобы потом приобрести что-то отвечающее запросам Мирантелла. На самом деле, пока необходимая сумма накопится, Мирантелл уже поймёт, насколько нелепы его капризы.

На её стук в дверь никто не ответил и, спустя минуту ожидания, Николь заглянула в кабинет. Сначала ей показалось, что Мирантелл уснул прямо за столом, но мгновение спустя она усомнилась в своем предположении. Разве может человек уснуть сидя, неестественно откинув голову назад?

Она приблизилась к столу и нерешительно позвала:

– Господин Мирантелл? С вами всё в порядке?– но мужчина не шелохнулся, и ни единым вздохом не дал понять, что он вообще жив. Николь, не раздумывая больше, потрясла его за плечо. Он вообще дышит?

Бросив взгляд на грудь Мирантелла, Николь отметила, что наверняка ему трудно дышать в рубашке, которая не только застегнута на все пуговицы, но еще и заметно мала ему. Пытаясь расстегнуть верхнюю пуговицу, она склонилась ниже, но оказалось легче пуговицу оторвать, чем расстегнуть. Расстегнув и вторую и распахнув ворот рубашки, она поняла, что без крайних мер не обойтись и занесла ладонь для пощечины, чтобы привести Мирантелла в себя. Но замерла в нерешительности. Не так уж и часто ей приходилось раздавать пощечины.

– Давайте обойдёмся без этого, – хриплый голос Грегори и его взгляд из-под ресниц вызвали вздох облегчения у Николь.

– Так с вами всё в порядке или нет? Я скажу Ханту, чтобы он вызвал целителя, – Николь так и стояла рядом с креслом Мирантелла, и хмуро смотрела на поднятое к ней лицо мужчины. Нет, с ним явно не всё в порядке. Сейчас она разглядела испарину на лбу и осунувшийся вид. А ведь если с Мирантеллом случится что-то серьезное, во всём обвинят её. Решат, что она умышленно уморила его, чтобы вернуть себе отнятое наследство. Вот только этого еще не хватало!

– Господин Мирантелл, на правах вашей помощницы, я требую, чтобы вы немедленно отправились к себе и легли в постель. Я позову Ханта, он поможет вам добраться до ваших комнат,– вот же, свалился на её голову!

– Это лишнее. Я всего лишь…задремал. Распорядитесь, чтобы сюда принесли горячего чая. И давайте поговорим. Вы ведь пришли сюда не ради любопытства?– Мирантелл поменял позу и Николь, недоверчиво оглядываясь, будто ожидая, что мужчина в любой момент свалится на пол, вышла отдать распоряжение. А когда вернулась, Мирантелл как ни в чем не бывало, листал родовую книгу, будто это не он пару минут назад находился без чувств.

Дождавшись, когда горничная, расставив на столе приборы, выйдет, Мирантелл поднял на Николь вопросительный взгляд:

– Ну и зачем я вам понадобился? Вы решили принять моё условие или отказаться от него?

Николь помедлила с ответом. Отчего-то ей не хотелось сейчас хитрить и якобы идти на уступки. Она не любила подобного рода уловки.

– Господин Мирантелл, я хотела всего лишь сообщить, что вечером придёт портной, чтобы снять с вас мерки и выслушать ваши пожелания относительно заказа. Может вам все-таки прилечь, чтобы вечером быть в лучшей форме? Мне кажется, вам нездоровится.

Мирантелл поморщился:

– Ерунда. Это всего лишь последствия долгого магического сна. Вам известно, что такое магический сон, госпожа Рэлли?– глоток горячего чая будто прибавил Грегори сил. Болезненная бледность ушла из лица.

– В самых общих чертах. Я изучала некромантию, а не целительство.

Взгляд Грегори изумленно взметнулся от чашки:

– Вы тоже некромант? Как и Хорсар Мирантелл?

Пришёл черед удивляться Николь:

– А почему бы и нет? Он потому меня и взял под опеку, что я являюсь некромантом.

Грегори перелистнул страницы в родовой книге и внимательно посмотрел на портрет Хорсара, изображенный на последней заполненной странице.

– Между вами и Хорсаром есть родственная связь?

Николь покачала головой:

– Нет. Хотя без посторонних глаз он разрешал мне называть его дядей Хорсаром. С возрастом он становился всё сентиментальнее.

Грегори потянулся к чайнику и налил себе еще одну чашку.

– Госпожа Рэлли, раз уж нам довелось жить под одной крышей, было бы неплохо, чтобы вы мне рассказали о себе. Должен же я знать, кто проживает в соседней комнате?

Она повела плечом и заметила:

– Только на взаимной основе. Как вы правильно заметили, мы живём под одной крышей. Мне тоже хотелось бы знать, кто фальшиво напевает в соседней комнате.

Удивленно изогнутая бровь Мирантелла позабавила Николь и она, не удержавшись, фыркнула в чашку. Грегори сокрушенно вздохнул:

– А что делать, госпожа Рэлли? Петь я люблю. Так как же так получилось, что Хорсар стал вашим опекуном? Если вас не связывают родственные узы, зачем ему это?

– Просто из милосердия. Он был одинок. Как я уже говорила, его единственная сестра умерла в молодости. Детей у Хорсара не было. Вот он и забрал меня из приюта.

– А как он вообще узнал о вашем существовании? Почему именно вас, а не какого-нибудь мальчишку, чтобы сделать его своим наследником?

Николь удивленно моргнула: какая вообще разница, мальчик или девочка? Наследником можно стать независимо от пола.

– Хорсар занимался благотворительностью. Часто жертвовал деньги в сиротские приюты.

– Да, я уже заметил огромные суммы в расходных тетрадях.

– Тот приют, в котором жила я, тоже попал в поле зрения Хорсара. И когда он прибыл туда, его попросили о помощи. В нашем приюте не было наставников, владеющих некромантией. И никто не знал, что делать с моей проснувшейся силой. Особых проблем моя магия не доставляла, но кому-то надо было меня обучать. Вот Хорсара и попросили стать моим наставником. Но он решил, что лучше меня забрать к себе. И я благодарна ему за это. Он был очень добрым и заботливым человеком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Тогда почему он не позаботился о вашем будущем? Как так получилось, что вы остались одна в этом замке?

Николь недоуменно пожала плечами:

– А что в этом такого? Я получила высшее образование, заняла место секретаря факультета некромантии. На момент смерти Хорсара мне было уже двадцать лет, и я вполне самостоятельна.

Грегори с сомнением посмотрел на Николь. В его взгляде так и читалось: вот это недоразумение считает себя самостоятельной?

– В моё время забота о женщинах семьи выражалась немного иначе. Пока ваш опекун здравствовал, он должен был подыскать вам хорошего мужа. Чтобы было кому заботиться о вас, после смерти опекуна.

– Вот именно в наличии мужа я не вижу никакой необходимости.

– А как так получилось, что ваш опекун остался холостяком? Почему он не подумал о наследниках?

Николь пожала плечами:

– Я не знаю. На некоторые темы Хорсар отказывался говорить. Знаю лишь, что у него была в молодости какая-то грустная история. Девушку, которую он полюбил, выдали замуж за другого. Мне кажется, эту любовь он пронёс в своем сердце через всю жизнь. А теперь ваша очередь, господин Мирантелл. Итак, как вы попали в темницу Междумирья и за что?

Грегори с сожалением посмотрел на вновь опустевшую чашку. Горячий чай прогнал слабость и даже взбодрил. Что в его состоянии очень кстати. Николь выжидающе смотрела на него, упрямо вздернув подбородок.

– Госпожа Рэлли, за что я попал в темницу Междумирья, как и о самом факте пребывания в ней больше ста лет, я и сам-то узнал несколько дней назад. Моя семья издавна занималась артефакторикой. И мне посчастливилось не только унаследовать прикладную магию, но и развить особый дар, который является редкостью. Так вот, когда меня вызволили из темницы и привели в чувства, выяснилось, что именно мой редкий дар и стал приманкой. Много лет назад маги, владеющие особым даром, являлись объектом охоты. Один из предателей создал особые ловушки, в которые и попадались одаренные артефакторы*. (см. «Древнее проклятие – не повод для знакомства!»). Так что я не преступник, а жертва чужой подлости. Вас такой ответ устраивает?

Николь кивнула. Сомневаться в словах Мирантелла она и не подумала. Несмотря на недоразумение с купальней и непростой характер владельца замка, он все-таки не был похож на лжеца. Да и зачем ему пускать пыль в глаза Николь? Она всего лишь временная квартирантка в его замке. Никакой важностью и ценностью её скромная персона не обладает. Она поднялась из-за стола:

– Господин Мирантелл, все-таки вам стоит отдохнуть. Я распоряжусь, чтобы обед вам принесли в вашу комнату. И приглашу целителя.

Она вышла из кабинета со странным чувством. Этот мужчина, Грегори Мирантелл, несмотря на кажущуюся независимость и силу духа, все-таки нуждается в заботе. Он, как и Хорсар, невыносимо одинок в этом большом замке.

Передав распоряжение Ханту насчет обеда и целителя, Николь отправилась к себе. Мыслей о том, чтобы отказаться от должности помощницы, больше не было. И дело не только в том, что ей нужна работа. Теперь её обязанности не казались ей никому не нужной формальностью. Семья Мирантелл в лице Хорсара в свое время спасла её, помогла найти опору в этой жизни. Может, пришло время вернуть долг и помочь Грегори Мирантеллу?

Войдя в свою комнату, Николь успела сделать пару шагов, прежде чем настороженно остановиться. Что-то было не так. Она прислушалась, огляделась, а затем принюхалась. Её обоняние никогда не подводило. И сейчас она отчетливо ощутила шлейф чужого аромата. Этот аромат был едва уловим, но все-таки Николь его ощутила. И смущало, прежде всего, что этот запах был ей незнаком. Ни от кого в замке так не пахло. Одна из горничных пользуется новыми духами?

Николь медленно прошла по периметру комнаты, принюхиваясь. Возле шкафа аромат чуть усилился, будто кто-то стоял здесь и рассматривал висящую внутри одежду. Николь приоткрыла створку и придирчиво осмотрела ровный ряд вешалок. Всё на своих местах.

Поймав в коридоре Маниль, Николь поинтересовалась:

– Кто сегодня из горничных убирался в моей комнате?

Маниль со своей привычной трагической интонацией ответила:

– Госпожа Рэлли, я лично наводила у вас порядок. Потому что в вашей купальне творилось просто ужас что!

– И больше никто не входил ко мне кроме тебя?

– Нет. Вы же знаете, госпожа, прислуга в замке вышколена еще со времён господина Хорсара.

Странно. Что же ей, показалось что ли? Или на фоне событий последних дней у неё развилась паранойя?

Николь вернулась к себе и, уловив остатки аромата, закрыла глаза. Внутренним зрением она разделила шлейф аромата на составляющие. Едва уловимые нотки цитруса. Аромат белого мускуса. И что-то еще. Какой-то древесный аромат, определить который Николь не могла. Но именно этот древесный аромат оставил едва различимый внутренним зрением шлейф. Николь последовала за ним, чтобы выяснить источник запаха. Выйдя из комнаты, она проследовала в конец коридора, который заканчивался тупиком. Николь раскрыла глаза и удостоверилась, что дальше пути нет. Стена, на которой висел гобелен старинной ручной работы. На нём был вышит родовой герб Мирантеллов: высокий кубок, инкрустированный самоцветами. И отблески этих самоцветов складываются в витиеватую надпись, разобрать которую Николь так и не смогла. Она приблизила лицо к гобелену, вдохнула и… От громкого чиха у Николь зазвенело в ушах. Надо дать задание Маниль, пусть хорошенько вычистит этот гобелен. Развели пылищу!

Глава 7

После обеда Николь вознамерилась заняться пусть и неприятными, но неотложными делами. Во-первых, ей нужно зайти в университет, забрать документы и получить расчёт. Во-вторых, нельзя больше откладывать визит в больницу, в которой находится профессор Дюпэ. Еще раз принести свои извинения и подкрепить их свёртком из кондитерской. Николь прекрасно знала, что сахарные колечки не оставят профессора равнодушной.

Удивленные и недоуменные взгляды горожан Николь не особо волновали. Хочется смотреть – пусть смотрят, лишь бы руками не трогали. Эка невидаль – короткая стрижка сиреневого цвета! Это вы еще сыпь на животе не видели.

В университете всё прошло на удивление быстро и гладко. Молодящаяся служащая отдела кадров, которая выдавала Николь документы и жалованье, покосившись на причёску девушки, лишь заметила:

– Замуж вам, Николетта, надо. Тогда сразу вся дурь из головы выветрится.

Еще одна. И что всем так хочется отправить её замуж? С каких пор оригинальные причёски и экзотический цвет волос караются замужеством?

Подходя к больничному корпусу и прижимая к груди пахнущий сдобой и ванилью сверток из кондитерской, Николь краем глаза отметила суету, царившую в больничном дворе. Часть пациентов в халатах и тапочках стояли возле крыльца и что-то оживленно обсуждали. Пробегающая мимо целительница в облачении замахала на них руками, словно прогоняя пациентов от входа в корпус. Пациенты не спешили расходиться, лишь отодвинулись на пару метров и продолжили переговариваться. Николь, проходя мимо них, расслышала фразу, оброненную дамой, опирающейся на костыль:

– Выжить после нападения нежити не каждому дано.

Войдя в прохладный холл больницы, Николь поинтересовалась в справочной, где можно отыскать пациентку Дюпэ, поступившую вчера с ожогами лица. Служащая справочной кивнула в сторону выхода:

– Все пациенты сейчас во дворе. В здании проводится санобработка.

В больничном саду и впрямь было оживленно. Все скамейки и беседки заняты. По дорожкам сада неспешно прогуливались те из пациентов, чьи травмы не мешали им совершать променад. Разыскать среди однообразия больничных халатов тот, в который была облачена профессор Дюпэ, занятие не из легких. Каждый раз, натыкаясь взглядом на пациента, чье лицо было скрыто под магическими повязками, Николь страшилась узнать Жаннет Дюпэ.

Профессор Дюпэ отыскалась в самом тенистом уголке сада, в который Николь заглянула в последнюю очередь. Жаннет неторопливо листала какой-то журнал и кивала в такт словам своей соседки по лавочке. Соседка увлеченно что-то рассказывала под стук спиц, из-под которых на свет появлялось что-то безразмерное ядовито-зеленого цвета.

– Профессор Дюпэ, добрый день!– Николь виновато улыбнулась и с облегчением заметила, что повязки с лица Жаннет уже сняли. Небольшие светлые шрамы еще можно было разглядеть, но такие шрамы, насколько знала Николь, проходят максимум за неделю, если правильно подобрать бальзам. Всё не так страшно, как представлялось.

Жаннет Дюпэ оторвалась от журнала. Сначала между её бровей появилась суровая складка, и губы обиженно поджались. Но потом, заметив виноватую улыбку Николь и сверток в её руках, профессор смилостивилась. Она покачала укоризненно головой и ответила:

– Николетта, вы не представляете, как это было больно.

Николь подсела на краешек скамейки и протянула сверток из кондитерской.

– Жаннет, мне очень жаль. Простите меня. Я должна была особо остановиться на последствиях, которые грозят тем, кто не будет в точности следовать инструкции. Ведь я же предупредила вас, что в состав входит концентрат из слюны вампира и что крем нельзя наносить днём.

На лице пятидесятилетней Жаннет Дюпэ появилось упрямое выражение:

– Да, вы меня предупредили. Но я решила, что это всего лишь рекламный ход, и не отнеслась серьезно. Я никогда и не слышала об омолаживающей косметике, в состав которой входит слюна вампира.

– Это моя личная разработка, профессор. Я собираюсь запатентовать её. Когда-нибудь…

Жаннет, принимая свёрток пахнущий ванилью, примирительно улыбнулась:

– Будем считать, Николетта, что мы просто не поняли друг друга. Но если вы когда-нибудь запатентуете свою омолаживающую косметику, и она будет иметь успех, я надеюсь на приличную скидку.

– Договорились. Профессор, а что происходит в больнице? Почему всех пациентов попросили выйти в сад?

Жаннет, приложив руку к груди и понизив голос, ответила:

– Николетта, этой ночью я проснулась от ужасного крика. И это не были слуховые галлюцинации. В коридор выглянули все пациенты, способные передвигаться. Жуткое дело, на кого-то из персонала напала нежить. Это то, что я узнала. Откуда она тут взялась и кто пострадавший, точно неизвестно. Но в корпусе проводят санобработку. И в свете этих событий я хочу поскорее вернуться домой. Мы же с вами, Николетта, понимаем, что просто так в центре города нежить не появляется. А учитывая, что кладбище Миранта находится на окраине города и оно закрыто магической завесой, эта нежить точно не оттуда пришла. И поверьте моему опыту, Николетта. Такое не случается само по себе. И как бы за этим нападением не последовали другие. Так что, если решите меня навестить еще раз, приходите сразу ко мне домой. Думаю, сегодня многих пациентов отпустят по домам.

Всю дорогу от больницы до здания городской библиотеки, которую Николь тоже намеревалась сегодня посетить, девушка была в задумчивости. Вообще-то всё, что касалось некромантии, Николь не особо волновало. Учиться – училась, поскольку без должного образования мага не только на работу не возьмут, но еще могут и на контроль поставить, как не умеющего управлять собственной силой. Но делать карьеру в области некромантии Николь точно не собиралась. Но слова профессора Дюпэ все-таки заинтересовали. Да, Николь согласна с Жаннет, просто так из ниоткуда посреди города нежить не появляется. И сразу возникает ряд вопросов: какая именно нежить, кто «поднял» и с какой целью. Некромант-самоучка? Ладно, если так. Такого быстро вычислят и поставят на учёт. Да еще и накажут, чтобы мозг заработал в нужном направлении. Но что, если за этим стоит что-то совершенно другое?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Возле крыльца городской библиотеки Николь увидела лоток со свежей прессой. Относительно свежей, поскольку был уже вечер. Николь сразу вспомнила о Ларе. Купила «Мирантский колокол», понадеявшись, что среди объявлений найдется что-то подходящее для Лары.

Едва она вошла в нужную секцию библиотеки, как увидевший её молодой библиотекарь Морган поспешил скрыться за высоким стеллажом. Ну, всё понятно. Морган считает Николь малость не в себе и не скрывает этого. А её заказы он сопровождает закатыванием глаз и демонстративным вздохом.

Она подошла к стойке библиотекаря и громко покашляла. На её призыв из-за другого стеллажа выглянул второй библиотекарь, седовласый господин Райс. Он поприветствовал Николь кивком головы и шаркающей походкой направился к стойке.

– Добрый вечер, госпожа Рэлли. Что на этот раз интересует вас?

– Добрый вечер, господин Райс. На этот раз меня интересует более подробная информация о плотоядной пыльце цветов Амролиуса.

– Хм, в прошлый раз я предоставил вам все источники, имеющиеся в нашей библиотеке. Что вы подразумеваете под выражением «более подробная информация»? Более подробная относительно чего?

– Меня интересуют аллергические реакции, которые могут быть вызваны пыльцой. Способы лечения, классификация, частота случаев. В общем, всё, что связанно с этой темой.

Господин Райс пожевал губами, будто это действие как-то способствовало его мыслительному процессу.

– Госпожа Рэлли, я составлю заявку на использование источников других библиотек нашего королевства. Возможно, там что-то и отыщется. Но на выполнение заказа уйдет несколько дней. Если вы не против ожидания, оповещение придёт на ваш связующий кристалл.

– Я не против. Благодарю, господин Райс.

В этот раз добираться до замка Николь решила в наёмном экипаже. Все-таки вечер и брести до замка пешком небезопасно. На девушку навалилась усталость, поскольку день выдался насыщенным. Уборка лаборатории, беседа с Мирантеллом, визит в университет и в больницу. Потом еще библиотека. Ах да, еще этот странный аромат в её комнате, который почему-то привёл в тупик и растаял без следа. Именно это, казалось бы, незначительное происшествие занимало её больше всего. Не любила она такие непонятки. Так и тянуло докопаться до истины, какой бы незначительной она не была.

В холле замка она протянула купленную газету дворецкому:

– Хант, передайте это новой служанке Ларе. Я мельком просмотрела, там как минимум два объявления о найме. Есть что-то, что мне необходимо знать?

Хант взял сложенную газету и кивнул:

– Госпожа Рэлли, ужин будет подан через десять минут. Господин Мирантелл пригласил на ужин целителя Ториуса, который прибыл по вашей просьбе и осмотрел господина Мирантелла.

Когда Николь вошла в малую столовую оба мужчины, Мирантелл и целитель Ториус, уже находились там. Она отметила, что Грегори выглядит немного лучше, да и беззаботный вид целителя наталкивал на мысль, что его не особо тревожит состояние пациента. Значит, всё в порядке?

Ториус поднялся из кресла и церемонно поклонился Николь, что выглядело немного забавно, учитывая невысокий рост целителя и округлую форму его фигуры.

– Госпожа Рэлли, рад видеть вас в полном здравии! Признаться, когда поступил вызов, я подумал, что вы все-таки стали жертвой очередного эксперимента и очень рад, что ошибся. Хотя…

Целитель глянул на причёску Николь, хихикнул, тут же якобы закашлялся и продолжил:

– Госпожа Рэлли, не ошибусь ли я, предположив, что ваша экстравагантность является результатом неудавшегося опыта?

Николь почувствовала, как румянец заливает её щёки. Да, Ториус на правах семейного целителя Мирантеллов знает о её экспериментах. Ведь именно ему приходилось устранять их последствия. Но зачем же при Мирантелле? Это совершенно лишнее!

Она вымученно улыбнулась:

– Да, немного не рассчитала дозировку, – покосилась в сторону Грегори, который с интересом прислушивался к их разговору.

А Ториус не унимался:

– И что же на этот раз?– при этом любопытство на лице целителя было искренним и неподдельным.

– Пыльца плотоядных цветов Амролиуса. Я её случайно…перегрела и она…взорвалась.

Глаза Ториуса расширились и он, повернувшись к Мирантеллу, выдохнул:

– Поразительно! Вы знаете, господин Мирантелл, некоторые эксперименты Николетты, весьма любопытны с точки зрения неожиданного результата. Я уверен, что рано или поздно, госпожа Рэлли совершит великое открытие!

Грегори жестом приглашая всех к столу, как бы вскользь заметил:

– Мне хотелось бы больше узнать о ваших опытах, госпожа Рэлли.

Ториус удивился:

– Как? Николетта, вы еще не рассказали господину Мирантеллу о своих изысканиях? Это очень, очень интересно!

Больше всего в этот момент Николь хотела, чтобы целитель замолчал. Его идея рассказать всё Мирантеллу не выдерживала никакой критики. Если он прицепился к её внешнему виду, то наличие в замке лаборатории и вовсе не потерпит. Да и Грегори смотрел в сторону Николь с подозрительным прищуром. Она улыбнулась, как могла, пробормотав:

– Я позже вам всё расскажу, господин Мирантелл.

Он кивнул:

– Несомненно.

И Николь, чтобы уже закрыть опасную тему, обратилась к целителю:

– Господин Ториус, а вы что-то уже слышали о ночном нападении?

Ториус, активно работая ножом и вилкой, закивал:

– Слышал. Но боюсь, что знаю, то же, что и все. Но происшествие, должен признать, из ряда вон.

– И вы не знаете имени пострадавшего?

– Имя, как раз, знаю. Это мой коллега, целитель Анастас. У него было ночное дежурство, во время которого всё и произошло.

– И что говорят о его состоянии? Надежда есть?

Тут Ториус развел руками, при этом кусок мяса слетел с его вилки и его непродолжительный полёт над столом проводили взглядом все присутствующие.

– Говорят об этом как раз немного и весьма неохотно. А мне трудно судить, поскольку я не осматривал Анастаса и не знаю характер повреждений. Но в любом случае, нападение нежити – это высокий класс опасности. Думаю, больше подробностей мы узнаем из утренних газет.

После ужина Николетта, как и положено воспитанной девушке удалилась, оставив мужчин. Но толком прийти в себя ей не позволили. Прошло не больше двадцати минут, как в дверь постучали. На пороге стояла Маниль.

– Госпожа Рэлли, господин Мирантелл просит вас спуститься в кабинет.