Текст книги "Моя ужасная квартирантка (СИ)"

Автор книги: Татьяна Бегоулова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 35

– Они оба замешаны, – Миранда обвела всех присутствующих пристальным взглядом, словно хотела убедиться, что ей верят. Убедилась и только затем продолжила.

– Мы с Флавием решили обосноваться в южной провинции королевства. И выбрали небольшой портовый городок Пилар. Выбор наш объяснялся просто. Во-первых, климат. В южной провинции он был близок к климату родных мест Флавия, а мне было всё равно, лишь бы вместе с супругом. Город хоть и портовый, но тихий, небольшой. Мы купили дом на уютной улочке и жили так, как хотели. Флавий открыл лавку магических зелий. У него магическая способность смешивать порой несмешиваемые ингредиенты и получать самые немыслимые зелья. Особой популярностью пользовались зелья для женщин. Например, жгучая брюнетка могла на полчаса превратиться в северную блондинку. Иди худышка на час-другой становилась пышечкой с аппетитными формами. В общем, лавка Флавия имела успех, и заказы сыпались один за другим. Я иногда помогала ему в лавке, он поручал мне несложную работу, предпочитая делать всё сам.

И вот в один из дней в лавку явилась девушка, судя по платью и дорогому экипажу у крыльца, состоятельная аристократка. Я отдыхала в соседней комнате, которая от торгового зала лавки была отгорожена портьерой. Я носила под сердцем дитя, срок разрешиться бременем уже был близок.

Голос посетительницы мне ни о чем не сказал, но её просьба привлекла внимание, и я осторожно выглянула из-за портьеры. Эту девушку я сразу узнала. Это была Северина Босколл. Лично мы не были знакомы, но на тех светских приёмах, куда водил меня Хорсар, она тоже иногда присутствовала. Я была очень удивлена её визитом. Что может невеста наследного принца делать в этой глуши? Но с первых слов Северины стало понятно, что происходит что-то… странное.

Северина поинтересовалась у Флавия, может ли она сделать заказ. Ей нужно было некое зелье, именуемое в народе ведьминой пудрой. По ответу Флавия я поняла, что он очень недоволен просьбой посетительницы. Ответил ей, что он не торгует запрещенными зельями, и она обратилась не по адресу. И тут с Севериной буквально случилась истерика. Она начала рыдать и, захлебываясь слезами, умоляла помочь ей. Северина рассказала, что она не может быть вместе с любимым мужчиной, потому, что королевские целители признали её бесплодной. Уж не знаю, что там за целители и почему они не смогли помочь бедняжке, но Северина была в отчаянии. Ни один из целителей, к которым она обращалась, не смог помочь. Флавий мог и не знать, но я-то понимала, насколько всё серьезно. Наследный принц не может жениться на бесплодной женщине.

Флавий посочувствовал Северине, но предупредил, что ведьмина пудра очень опасное зелье и его не стоит принимать даже в самых ужасных обстоятельствах. Поскольку расплата будет жуткой. Но Северина твердила, что готова на всё, лишь бы родить любимому мужчине наследника и быть рядом с ним до конца своих дней.

Флавий дал бедняжке успокоительное и провёл с ней разъяснительную беседу. Объяснял, как неразумному ребенку, что посоветовать ей использовать ведьмину пудру, мог только глупый и жестокий человек. Ведьмину пудру не зря так называют. Она обманывает, скрывает истину, и жертва до последнего не знает, какой будет расплата за желаемое.

Северина ушла. Мне было невыносимо её жалко. И я спросила у Флавия, действительно ли, нельзя как-то помочь бедняжке. Но Флавий не целитель. Он не мог помочь.

А на следующий день я увидела Северину, которая свернула на улочку, славившуюся лавками с сомнительными товарами. Я уже тогда знала, что контрабандисты, которые прибывают в наш городок, именно там сбывают свои товары. Я последовала за Севериной, надеясь, что смогу переубедить её и не прибегать к опасным средствам.

Дождалась, когда Северина выйдет из лавки, в которой явно что-то купила и подошла к ней. Предупредила, что товары в подобных лавках могут быть смертельно опасными и лавочники не скажут об этом. Но Северина грубо оборвала меня и посоветовала не лезть не в своё дело. Ну что же, я отступила.

Дальше наша жизнь потекла своим чередом. В срок я родила дочку. И мы с супругом наслаждались нашим тихим семейным счастьем. Я уже и забыла о той встрече с Севериной, прошло почти два года, когда в нашем городке поднялся шум. Нас с Флавием вдруг вызвали к городскому судье Бэлтрису, чтобы предъявить обвинение в том, что мы торгуем запрещенными зельями и что из-за нас во цвете лет скончалась невеста короля.

Обвинения были нелепы, но тут же нашлись «свидетели», которые рассказали, что покупали в нашей лавке сомнительные зелья. И предъявили показания самой Северины, записанные с её слов. Никакого расследования не проводилось. Нас просто признали виновными. Наказанием за такое преступление была пожизненная каторга. А так как наша дочь Иоланта была наполовину фейри, то по закону этой расы, ребенок, оставшийся без родителей, передается ближайшим родственникам по линии отца. И по особому магическому каналу уже был отправлен запрос на розыск родственников Флавия. Иоланту собирались отправить в земли фейри.

От судьи Флавия тут же отправили в городскую тюрьму. А мне позволили сначала вернуться домой, чтобы собрать ребёнка и передать его доверенным лицам. Разумеется, я не могла не попытаться сбежать вместе с дочкой. И мне это удалось.

С полуторагодовалым ребенком на руках далеко не убежишь. А магией я воспользоваться не могла. У Иоланты в силу возраста еще не проявилась магия, я не была уверена, что она унаследует мою силу. А в таком возрасте магия некроманта может быть губительна.

К ночи я добралась до дома лесничего. Мы были немного знакомы, я знала, что у него большая семья. Нас оставили на ночлег. Я понимала, что оставаться в этой семье мне никак нельзя. И утром попросила хозяина дома отвезти нас с дочерью до соседнего городка, где можно было бы воспользоваться паромом, чтобы продолжить путь. Лесничий не отказал.

Но уже в дороге я почуяла погоню. Что было делать? Я не могла рисковать дочерью и ставить под удар лесничего, у которого у самого пятеро детей. Я попросила его спасти мою дочь, пообещав, что если выживу, обязательно вернусь за Иолантой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я увела погоню в сторону. Бежала, используя магию, но так, чтобы преследователи не теряли мой след и всё дальше уходили от дома лесничего и моей дочери. И всё-таки я переоценила свои возможности. Надо было раньше скрываться, но я боялась, что преследователи вернутся и найдут Иоланту.

Я выбралась к Мёртвому ущелью, и там меня настигли двое преследователей. Этих двоих я узнала. Отъявленные мерзавцы, за деньги готовые на всё. Особенно, один из них, Лайрс. Пропойца, игрок, промышляющий всякими сомнительными делами. Второй был Анастас. Целитель. Я не приняла их всерьез, что могли мне сделать целитель и выпивоха? И это было еще одной моей ошибкой. Я ударила по ним силой, не жалея. Эти никчемные люди не сделали ни одного доброго дела, кто будет оплакивать их? Но, оказалось, что преследователи хорошо подготовились. Знали, что я некромант, и с ног до головы обвешались амулетами, которые нейтрализуют силу некроманта. Может, я и смогла бы убежать. Но Лайрс швырнул в меня двумя заклятиями. Первое, которое я легко отбила, было отвлекающим. А вот второе, то самое, пропустила. Мне еще повезло. Часть заклятья отразила моя брошь, фамильное украшение, которое я забрала из сейфа. Даже и не подозревала, что она спасёт мою жизнь. Не отрази эта брошь часть убивающего заклятья, меня уничтожило бы на месте. А так я рухнула как подкошенная. Жуткая боль, словно моё тело пронзило сотня кинжалов. И при этом я не могла даже крикнуть. Я словно оцепенела снаружи. Внутри всю меня раздирало от боли, а я ни крикнуть не могла, не пошевелиться. На несколько мгновений я даже ослепла и оглохла. А потом ощутила цепкие руки, которые подволокли моё тело к краю обрыва и скинули меня вниз.

Убийцы даже не удостоверились в том, что заклятье убило меня. Зачем? Упав в ущелье, я неминуемое бы разбилась об острые камни, а мое тело растерзали бы дикие звери. Так бы всё и произошло. Но, мне снова повезло, если это можно вообще назвать везением. Моя одежда зацепилась за один из выступов обрыва, и я осталась лежать, так и не долетев до острых камней. Моя магия из последних сил отгоняла всё живое от меня, в первую очередь диких зверей. Сколько я пролежала на этом выступе – не знаю. Меня спасли тролли, которые возвращались в свое селение через ущелье.

На самом деле тролли добрый и отзывчивый народ. Если бы не они, я бы не выжила. Очнулась я в хижине тётушки Мажж. Это она сращивала мои переломанные кости, она зашивала рваные раны на моих ногах. И учила заново ходить. Шаман селения пытался спасти меня от убивающего заклятия. Делал для меня тролличью притирку, которой тётушка Мажж натирала моё тело. А вот магическое истощение тролли лечить не умеют. Их магия совсем другой природы и здесь они были бессильны. Оставалось ждать, когда моя сила вернется. Я была калекой, которая сначала просто лежала, потом научилась передвигаться с костылями. Я даже связаться с Хорсаром не могла!

Прошли годы, прежде чем я снова могла пользоваться силой некроманта. Я попыталась связаться с Хорсаром, но не вышло. Впрочем, я не удивилась этому. Наш предыдущий с братом разговор, сразу после моего побега из замка, был слишком эмоциональным. Когда я сообщила Хорсару, что теперь я супруга Флавия, и он должен с этим смириться, брат заявил мне, что больше у него нет сестры. Миранда Мирантелл умерла, а меня он и знать не хочет. И, наверное, он поставил блок на мои попытки связаться с ним. И тогда я отправила к Хорсару посланницу. Дух нашей матушки. Её он точно выслушает. Я попросила дух матушки сообщить Хорсару, что его племянница нуждается в помощи. Я надеялась, что Иоланта осталась в семье лесничего, назвала примерно место, где оставила дочь. О себе же сообщила только, что дни мои сочтены.

Дух матушки вернулся с сообщением, что разговор с Хорсаром состоялся. Большего на тот момент я сделать не могла. Брачный узор бледнел с каждым днем, и я понимала, что если Флавий и жив, то ему и самому приходится очень туго.

Наверное, я бы так и осталась доживать свои дни в селении троллей. Я не хотела возвращаться в Мирант калекой, изуродованной и жалкой. К тому же я оставалась преступницей. И раз для Хорсара я умерла, значит, так оно и есть. А брачный узор, точнее его отсутствие, говорило о том, что и Флавия у меня больше нет.

Но однажды кто-то из жителей селения принёс газету, точнее обрывок газеты, в которую был завернут кусок мыла. Некоторые товары тролли выменивали на базаре, что развернулся прямо на границе между нашим королевством и землями троллей. Люди и тролли на этом базаре могли выменять то, что им нужно. Я прочла обрывок этой газеты и пришла в бешенство. Один из моих палачей, судья Бэлтрис, устраивал званый ужин в честь помолвки своего сына.

Это было ужасно несправедливо! Моя жизнь уничтожена, что стало с моей дочерью – неизвестно, Флавий, скорее всего, мертв, а этот негодяй живёт себе припеваючи! Я решила, что раз всё равно мне скоро умирать, а шаман открыто говорил мне, что заклятье медленно, но убивает меня. Так вот, раз мне скоро умирать, я должна отомстить за свою поломанную жизнь. И убедиться, что с моей дочерью всё в порядке.

Я покинула селение троллей. Многие из них мне стали родными. Ну а дальше вы знаете. Я поднимала умерших родственниц своих палачей и рассказывала им, что сотворили их родичи. И поднятые мертвецы шли и объясняли своим родственникам, как мерзко они поступили. Потом я пробралась в замок. Меня настиг очередной приступ недуга, которые наступали всё чаще.

– Но почему ты открыто не объявила о своём возвращении? Я же могла и не почувствовать тебя!– Николь вытирала мокрые глаза платком и, не стесняясь, шмыгала носом.

– Я не хотела разбивать твое сердце, дочка. Ну, представь. Я явилась. Твоя мама, которая через несколько дней умирает, потому что заклятие победило. Что было бы с тобой? Я не хотела заставлять тебя мучиться. Лучше никогда и не знать своих родителей, чем обрести их на несколько дней и снова потерять. Уже навсегда.

– А результаты моего тестирования? Как они оказались у тебя, если с Хорсаром вы больше не встречались?

– Я достала этот документ из сейфа в кабинете. В первую же ночь в замке. Я не его искала, думала, что может Хорсар оставил мне какое-нибудь письмо. Но зря. Брат так и остался верен себе. До самой смерти. А вот твой тест нашла. Я понятия не имела, что тебе известно о своем происхождении, что Хорсар рассказал тебе. Потому и подкинула тебе документ на всякий случай, чтобы ты знала, что свою магию фейри нужно скрывать.

– Ты думаешь, мне всё еще грозит опасность? Но я уже не ребёнок, меня нельзя увезти к каким-то неведомым родственникам по папиной линии!

– Ты ошибаешься, дочка! Ты не замужем, а значит, всё еще должна подчиняться родственникам фейри. И если твое происхождение придадут огласке, может случиться всё, что угодно!

В этот момент послышался громкий вздох Изабелл. Матушка королевы смотрела на своих родственниц с недоверием и большим волнением:

– Это просто какой-то кошмар! Мало того, что в роду Мирантеллов фейри появились, так еще и моя кузина Миранда, объявлена государственной преступницей! Одну нужно спасать от каторги, вторую от притязаний родственников фейри! И как, скажите, всё это провернуть?– Изабелл развела руками, будто показывая, что тут даже она бессильна.

Грегори поднялся со своего места и вышел на середину комнаты:

– А теперь послушайте меня, уважаемые дамы.

Глава 36

Грегори сделал паузу, призывая всех к вниманию. Заложив руки за спину, Грегори качнулся с носка на пятку.

– Первая и самая важная задача для нашей семьи на данный момент – снять с Миранды и её супруга обвинение в торговле незаконными зельями и убийстве Северины Босколл. Так как дело это давнее, да еще и секретное, то и действовать нужно соответственно ситуации.

Миранда, вам придётся письменно изложить свою историю еще раз, припомнив все детали, ровно до того момента, как вы оказались в селении троллей. А я попрошу господина Вальда, следопыта, который вёл для нас расследование, собрать факты, указывающие на связь судьи Бэлтриса с контрабандистами, что сбывали свой товар в городке Пилар. Кажется, я примерно понимаю, что произошло и почему обвинили вас. Северина, скорее всего, указала на торговца, у которого купила зелье, сгубившее её. И дело поручили расследовать местному судье – Бэлтрису. И если судья сам был связан с контрабандой, то виновный торговец указал бы на Бэлтриса, как на сообщника. Вот Бэлтрис и обвинил Флавия, который не имел связей с контрабандистами.

– Но что нам это даст?– Изабелл не скрывала сомнений в разумности этих действий.

– А то, госпожа Наэрви, что эта история заиграет новыми красками, если упомянуть, что один из преследователей Миранды, целитель Анастас, жив. И если допросить его с использованием специальных средств, например, зелья истины или применив ментальную магию, то можно узнать много новой информации. Если нам удастся доказать, что Миранду и Флавия оговорили и без доказательно обвинили, то каторги можно будет уже не опасаться. А дальше, потянув за эту ниточку, мы, во-первых, спасём Николь от посягательств родственников фейри. А во-вторых, сможем узнать о судьбе Флавия.

– Да, но вы забываете еще об одном обвинении! Нападение нежити! Как ни крути, но это Миранда подняла нежить и натравила мертвецов на людей. Это тоже преступление! – Изабелл нервно комкала кружевной платок, понимая, что именно ей придётся больше остальных участвовать в разрешении семейных проблем.

– Это, действительно, проблема. Но пока её разрешить не представляется возможным. Давайте начнем с ложного обвинения двадцатилетней давности.

После утреннего семейного совета, замок в который раз за последние дни будто встряхнулся. Магическая почта, связующие кристаллы, визитёры и служащие всевозможных ведомств. Во всей этой суматохе Николь и забыла о своем обещании Грегори сменить гардероб. А вот он, как выяснилось, всё помнил. И Миранде и Николь пришлось встретиться с портным, который явился в замок для снятия мерок. Затем явился магистр Брукс. Изабелл, которая поддерживала связь с главой Совета Магистров, была вынуждена признаться, что её кузине смогли помочь и разыскивать для неё чудо лекарство больше не нужно. Разумеется, магистр Брукс захотел лично в этом убедиться, ведь он полагал, что сегодня-завтра Миранды не станет. И после конфиденциального разговора магистра и Грегори Мирантелла, было решено, что для Совета Магистров господин Мирантелл прочтёт небольшую лекцию, рассказав о чудесном семейном артефакте – творении Леонсия Мирантелла. Взамен на содействие Совета Магистров в разрешение некоторой семейной проблемы, двадцатилетней давности. Уже вечером в замок прибыл следопыт Вальд, с которым Грегори что-то обсуждал в кабинете до полуночи.

Изабелл тоже не бездельничала. Ей предстояла очень непростая задача. Поговорить с дочерью. Убедить королеву вмешаться в дела дальних родственников. Секретные дела становятся таковыми не только потому, что в них замешаны высокие титулы. Если бы речь шла о благих деяниях, не нужны были бы все эти меры предосторожности. Но раз скрывают, значит, высокие титулы замешаны в чем-то постыдном. И замешана только Северина или всё-таки король Франциск Второй тоже чем-то запятнал своё имя?

****

Королева Асмира не любила сюрпризы и неожиданности. Жизнь научила её, что и те и другие, чаще всего, несут с собой неприятности. Вот и сейчас, глядя на свою матушку, которая никогда ранее не являлась без предупреждения, Асмира испытывала беспокойство. А Изабелл, хмурясь и озабоченно вздыхая, только усиливала тревогу дочери.

Асмира не торопила матушку, ожидая, когда Изабелл, наконец, изложит то, что не давало покоя. Изабелл начала издалека. Завела речь о важности родственных связей, о долге перед памятью предков. И о том, что высокий титул даёт возможность восстановить справедливость и наказать истинных преступников.

– Матушка, правильно ли я понимаю, что ты хочешь попросить меня о помощи? Кто-то из твоих родственников попал в тяжелое положение и самостоятельно выбраться из него не может?

– Асмира, ты правильно меня понимаешь. Мою кузину ложно обвинили в тягчайшем преступлении, наказание за которое – каторга.

– И что же мешает твоей кузине обратиться в Высочайший Суд, не прибегая к моей помощи?

– Асмира, преступление было совершено двадцать лет назад и на нем стоит печать секретности. И только ты можешь приказать пересмотреть это дело, поскольку его величество Франциск Второй не в состоянии вести дела.

Асмира не спешила соглашаться. Ей не нравилось копаться в прошлом. Особенно в чужом прошлом.

– И что же случилось двадцать лет назад?

Изабелл пересказала дочери историю Миранды и Флавия. Ровно до того момента, как её кузина оказалась в селении троллей. Асмира не перебивала. Но с каждой минутой её лицо мрачнело и бледнело. А в груди распускалось и цвело чувство, которое она убивала в себе все эти годы, с первого дня своего замужества. Она слишком поздно поняла, что сердце её супруга занято другой женщиной. И эта женщина даже после своей смерти не хотела освободить место для законной супруги. И как бы Асмира не старалась быть самой лучшей супругой, королевой и матерью, Франциск продолжал любить ту, другую. Любить и оплакивать.

Что случилось с Севериной, Асмира не знала. Даже статус королевы не помог Асмире что-то узнать о кончине соперницы. И вот теперь, судьба преподнесла Асмире на блюдечке то, что само так и просилось в руки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Королева так и не дала окончательный ответ матери, сказав, что ей нужно подумать. Но письменное изложение истории Миранды, которое принесла Изабелл, взяла. Оставшись одна, она долго не могла решить для себя – вмешиваться ли ей в это дело или же устраниться. Разумеется, помочь невинно пострадавшему человеку нужно. Но вдруг в этой истории откроется что-то такое, что лично ей, Асмире, трудно будет принять?

И все-таки, желание поставить в этой истории точку, победило. Что бы там не выяснилось, лучше знать, с чем имеешь дело, чем всю оставшуюся жизнь гадать, чем ты хуже той другой.

Асмира вышла из своих покоев и приблизилась к дверям, за которыми находились апартаменты Франциска. В приемной в кресле дремал личный целитель короля Марсис. Королева недолюбливала этого целителя. Марсис был высокомерен, горделив. А между тем, состояние Франциска не только не улучшалось, а становилось все тяжелее. Неведомый магический недуг, который вот уже не первый год терзает короля, не поддавался лечению.

От звука шагов Марсис проснулся. Увидев королеву, степенно поднялся и изогнул свою высокую и худощавую фигуру в подобии поклона.

– Ваше величество, признаюсь, не ожидал вас увидеть в столь поздний час, – целитель бросил взгляд на настенные часы. Близилась полночь.

– Как себя чувствует мой супруг?– Асмира пересекла приемную и остановилась возле двери в спальню короля.

– Его величество уснул полчаса назад. Сегодня был особо сильный приступ. Я отослал своих помощников отдыхать, а сам вот … наблюдаю.

Асмира усмехнулась. Да, она видела как «наблюдает» Марсис, сладко посапывая в кресле. Не говоря больше ни слова, Асмира вошла в спальню супруга.

В темной комнате горел лишь один небольшой кристалл на прикроватном столике. Запах микстур, благовоний вызвал у Асмиры желание отгородиться от всего этого, будто магический недуг мог каким-то образом коснуться и её. Она присела на кровать и вгляделась в изможденное болезнью лицо супруга. Как бы она хотела видеть Франциска полным сил и жизни! Да, он не любил её, зато она любила! И даже задетое женское самолюбие не могло убить эту любовь.

Она осторожно распахнула ворот ночной рубашки супруга. На груди короля висел кулон, который на самом деле не был просто украшением. Только предъявителю этого кулона повинуется магический страж в Тайной канцелярии.

Франциск даже не шелохнулся, пока Асмира осторожно снимала с его груди кулон. Ничего, ей можно. Она его супруга, её помыслы чисты от преступных замыслов против короля. Она действует не во вред, а во благо.

Покинув спальню короля, Асмира не стала тратить время зря. Пройдя через череду коридоров и переходов дворца, она оказалась возле входа в старую башню. Эта башня одна единственная осталась от старого дворца. Непревзойденная магическая защита делала эту башню неприступной. И именно в этой башне располагалась Тайная канцелярия.

Зачарованный страж отступил в сторону, стоило Асмире продемонстрировать кулон. Поднявшись по винтовой лестнице на третий уровень, королева вновь показала кулон второму магическому стражу.

В круглой комнате всё пространство было занято высокими стеллажами с выдвижными ящиками. Едва Асмира сделала первый шаг через порог, как к ней подплыл полупрозрачный старик в старомодной ливрее и длинными волосами, забранными в хвост. Королева невольно отшатнулась. В Тайной канцелярии она была впервые и понятия не имела, с кем и с чем ей придётся здесь столкнуться.

Призрачный старик изобразил перед королевой замысловатый финт ногами и склонился в глубоком поклоне.

– С кем имею честь разговаривать?– призрак уставился на королеву, но Асмире показалось, будто он смотрит сквозь неё.

– Я королева Асмира, супруга короля Франциска Второго,– голос Асмиры чуть дрогнул. Ей ранее не доводилось беседовать с призраками.

– Одну минуту, я сверюсь со списком,– старик тряхнул рукой и из его широкого рукава вытянулся свиток. Призрак шустро перебрал его руками, отматывая в конец списка.

– Да, ваше имя указано в семейной летописи. Чем могу быть полезен, королева?– старик снова изобразил поклон.

– Я хотела бы взглянуть на дело двадцатилетней давности. Дело о смерти невесты короля. Северины Босколл.

– Прошу вас, королева, присядьте.

Асмира уселась на небольшой диванчик и зябко поёжилась. Ей было холодно от тревоги, разливающейся в груди. Что сейчас она найдёт в этом деле?

Буквально через пару минут старик подал королеве тонкую папку, почти невесомую, будто в ней ничего и не было. Но папка не была пустой. В ней лежали два листа бумаги, исписанных размашистым почерком. Первым документом оказалось заключение королевского целителя Марсиса, который осматривал Северину и присутствовал при её кончине. В заключении было сказано, что смерть наступила вследствие сильного кровотечения. У Северины произошёл выкидыш, кровотечение остановить не удалось.

Асмира почувствовала, как её сердце сжимается. Северина носила ребёнка Франциска. Значит, он потерял не только возлюбленную, но и их дитя.

Вторым документом было признание Северины, записанное с её слов. В документе было указано, что Северина приобрела зелье, именуемое ведьминой пудрой в городке Пилар, в лавке старухи Гауль.

Старуха Гауль, значит? То есть фейри и его супруга на самом деле не виновны. И есть смысл разобраться в этом деле.