Текст книги "Гримуар Скверны (СИ)"

Автор книги: Таша Вальдар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3. Дуэль на Арене

Алиса вошла в свою студию за два часа до эфира. Ритуал подготовки был отлажен до автоматизма, почти медитативен. Она провела замшевой салфеткой по глянцевой поверхности монитора, сметая несуществующие пылинки, поправила неоновую сиреневую подсветку, чтобы она мягко очерчивала контур её лица, создавая иллюзию свечения, и расставила коллекционные фигурки в строгом, геометрическом порядке. Каждое движение было точным, выверенным – создание безупречной картинки, где нет места хаосу. Перед включением камеры она на секунду замерла, глядя на своё размытое отражение в тёмном экране. Глубокий вдох. Выдох. И маска «Лисёнки» бесшовно опустилась на её лицо, сгладив морщинки усталости и затушив тень в глубине зрачков. В её зелёных глазах зажегся насмешливый, живой огонёк.

«Идеальный кадр. Идеальный свет. Идеальная жизнь. Сплошной перфекционизм, за которым удобно прятаться».

Индикатор загорелся алым. «В ЭФИРЕ».

– Всем привет и добро пожаловать на огонёк, мои хорошие, – её голос прозвучал в микрофон ровно, с той самой, фирменной лёгкой хрипотцой и обволакивающей насмешкой, которая сводила с ума её фанатов. На втором мониторе чат взорвался – разноцветные взрывы донатов, гифки с лисичками, восторженные «КОРОЛЕВА ВЕРНУЛАСЬ!», «ЛИСЯ, МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ!» и «С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, БОГИНЯ!». Она улыбнулась, и улыбка эта была идеальной, отточенной, как клинок. – Сегодня нас ждёт турнир. И, кажется, все уже догадались, кто окажется на другой стороне арены. Надеюсь, у нашего местного мачо сегодня чистые носки и настроение соответствует его интеллекту. Хотя на второе я не рассчитываю. Готовьте попкорн, детки. Будет жарко.

* * *

В это время Марк входил в свою студию, с ходу снося локтем случайно оказавшуюся на пути куртку. Его логово было полной противоположностью святилищу Алисы – хаотичное нагромождение дорогой техники, пустых банок от энергетиков, разбросанных дисков с играми. Неон здесь был агрессивно-синим, а на стенах висели постеры с мрачными фэнтези-артами и схемами боевых приёмов. Он с размаху рухнул в кресло, с силой надевая на голову массивные наушники. Его взгляд, тёмный и сосредоточенный, упёрся в камеру, словно он видел за ней не абстрактную аудиторию, а конкретного врага.

– Ну что, черти, готовы увидеть, как разносят виртуальные задницы? – его голос, хриплый и уверенный, ударил по ушам его подписчиков без всяких прелюдий. Его чат взревел в ответ – поток мемов, криков «ГОУ!», «МРАКОС, ВСКИНЬ ИХ НАХУЙ!», «МЫ С ТОБОЙ!» и волна гифок с взрывами и черепами. Он ухмыльнулся, оскалив ровные белые зубы. – Сегодня будет короткая и жестокая охота. Разберу эту рыжую куклу на запчасти за три минуты. Она думает, что умная? Сейчас посмотрим, что у неё в голове, кроме желания крутить тощей жопой перед камерой. Погнали!

«Отец смотрит рейтинги. Увидит поражение – получит очередной повод для презрительной гримасы. Не может этого случиться».

Они не видели друг друга, но их миры, их цифровые королевства, уже столкнулись на виртуальном поле боя. Шёл финал самого престижного PvP-турнира сезона. И их дороги, как и предсказывали все букмекеры и фанаты, сошлись в решающем матче. Два титана. Два стиля. Два непримиримых полюса.

* * *

На стриме «Лисёнки» царила атмосфера высокоинтеллектуального шахматного клуба, залитая неоновым светом.

Алиса сидела с идеально прямой спиной, её пальцы порхали по механической клавиатуре почти бесшумно отстукивая сложнейшие комбинации. На экране её персонаж – ловкая эльфийка-чародейка в струящихся синих одеждах – скользила по полю боя, как тень, оставляя за собой магические ловушки и ледяные следы, которые замедляли противника.

– Смотрите, он пытается взять контроль над центральной точкой, используя «Рывок берсерка», – её голос был холодным и точным, как скальпель, рассекающий тактику противника. – Это очевидный провокационный манёвр, рассчитанный на то, чтобы я потратила кулдаун на «Ледяную стену». – Она плавным, почти ленивым движением мыши отвела персонажа на два шага влево, и могучий удар берсерка Марка пришёлся в пустоту, вздыбив виртуальную землю и оставив глубокую трещину. – Но мы не будем. Мы сделаем шаг в его мёртвую зону, пока он откатывает анимацию, и применим «Гравитационную яму». Как видите, сработало. Он силён, как бык, и, кажется, делит с ним одну тактическую базу на двоих.

Чат взрывался восхищёнными смайликами и комментариями «ВАУ!», «КАКОЙ АНАЛИЗ!», «200 IQ!». Она не просто играла, она вела лекцию, и каждый её ход был выверен, просчитан и доведён до совершенства. Её лицо на камере оставалось спокойным, лишь в уголках губ играла лёгкая, уверенная улыбка. Но под столом её левая нога нервно покачивалась.

«Слишком прямолинеен. Слишком предсказуем. Но чертовски силён. Один промах – и конец».

* * *

Тем временем на стриме «Мракоса» бушевал адреналиновый шторм.

Марк сидел, наклонившись вперёд, его плечи были напряжены до предела, а пальцы с такой силой вбивали команды в клавиатуру, что та угрожающе трещала, отзываясь глухими щелчками. На экране его берсерк – огромный воин в звериных шкурах и рогатом шлеме – носился по арене, как ураган, снося всё на своём пути таранными атаками.

– ДА, КОМУ Я СКАЗАЛ, СУКА?! – он рычал в микрофон, его берсерк с размаху вбивал топор в спину оппоненту, заставляя камеру содрогаться от удара и выбивая из врага сноп искр. – ВОТ ТАК, НАХУЙ! ВКЛЮЧАЕШЬ МОЗГИ? НЕТ, ПРОСТО БЬЁШЬ! ЛОМАЕШЬ! А эта стерва... Крутится, как уж на сковородке! Дай только подойти, сделаю из неё фарш!

Его стиль был чистым, неразбавленным хаосом. Он не предугадывал ходы, он их ломал через чистую агрессию, через неукротимый напор, сметающий любые тактические построения. Его чат сходил с ума, донаты летели стеной – фанаты обожали эту мощь, животную, нефильтрованную энергию, этот выплеск первобытной силы. Его лицо на камере было искажено гримасой яростного усилия, глаза горели диким огнём. Он жил этим.

«Бегает, сука! Как мышь! Дай ей в морду получить, развалится!»

* * *

И вот они сошлись. Лицом к лицу. На арене в виде руин древнего храма, залитых багровым светом заходящего солнца. Виртуальный ветер шевелил плащи, а камни под ногами крошились от их шагов.

Первые секунды – разведка, танец. Алиса держала дистанцию, её заклинания – «Ледяные шипы» и «Ослепляющая вспышка» – ложились точными, короткими сериями, вынуждая Марка постоянно двигаться, тратить бесценный запас ярости. Он же, как разъярённый бык, нёсся на неё, снося магические барьеры одним-двумя ударами своего двуручного топора. Грохот, скрежет металла и всплески магии сливались в оглушительную симфонию битвы. Шкалы здоровья ползли вниз, но его – быстрее.

– Он предсказуем, – прозвучало в эфире у Алисы, её голос оставался ледяным, хотя на лбу выступила испарина, а пальцы похолодели. – Как открытый учебник по тактике для начинающих. Вся его сила – в прямолинейной атаке. Сломаешь её – сломаешь его. Он тратит больше сил на крик в микрофон, чем на продумывание комбинаций. Жаль, что шум не наносит урона.

– Заткнись, шлюха! – парировал Марк, в ярости уворачиваясь от ледяной стрелы, которая едва не пронзила его плечо, оставив на панцире след инея. Камера крупным планом показала его сжатые челюсти и дикий взгляд. – Твои словесные поносы только для лохов в твоем чате! Дерись как мужик, блять! Хватит бегать! Или только на камеру раздеваться умеешь?

– Ох, кажется, кого-то задели за живое, – парировала Алиса, её голос сладок, как яд, пока её персонаж фазовым сдвигом уворачивался от очередного сокрушительного удара, от которого содрогнулся весь храм. – Не переживай, милый, после поражения ты всегда можешь пойти и выпустить пар, глянув мой стрим. Говорят, это помогает твоим... поклонницам. – Она знала, что это бесит его больше всего – её невозмутимость и намёки на его неконтролируемую ярость.

«Ещё немного... Ещё чуть-чуть... Надо выманить его ультимейт...»

И тут Алиса пошла ва-банк. Она позволила ему приблизиться, приняла один сокрушительный удар щитом – экран потрясло, шкала здоровья дрогнула, в чате пронеслась волна испуганных «ОЙ!», «АЙ!» и «ЩИТ НАКУЙ!». И в этот момент, когда он был абсолютно уверен в победе, когда его берсерк уже заносил топор для финального удара «Рассечение Голиафа», она совершила то, чего он никак не ожидал.

Она отбросила посох. Предмет с грохотом покатился по камням.

– Что?.. Сука, что ты делаешь? – Марк на секунду замер, его палец застыл над клавишей. Его чат взорвался вопросительными знаками.

Используя магию гравитации, её персонаж рванулся вперёд. Не назад, а вперёд, проскочила у него под рукой, в слепой зоне, и, выхватив из-за спины скрытый, отливающий ядовитой зеленью кинжал отравления, нанесла один-единственный, молниеносный удар «Укус Гадюки» в спину, прямо в щель между пластинами доспеха. Критический урон. Шкала здоровья Марка резко ушла в ноль.

Игровая музыка смолкла, возвестив о победе. На экране замер поверженный берсерк, а над эльфийкой Алисы вспыхнула поздравительная надпись: «ПОБЕДА!».

* * *

На её стриме воцарилась тишина, а потом взорвалась овациями. Донаты посыпались как из рога изобилия, чат утонул в восторженных криках «БОГИНЯ!», «ЭТО ШЕДЕВР!», «КТО ТАК ДЕЛАЕТ?!». Алиса откинулась на спинку кресла, вытерла ладонью влажный лоб и позволила себе небольшую, но на этот раз совершенно искреннюю, уставшую улыбку. Адреналин отступал, оставляя после себя приятную, сладкую истому.

– Ну что ж... Похоже, интеллект все-таки победил грубую силу. Или, как сказал бы наш оппонент, «кукла» только что разобрала «мужика» на запчасти. Спасибо за игру, – сказала она, и в её голосе, помимо усталости и удовлетворения, звенела сладкая, победоносная радость. Она поймала себя на том, что ищет глазами в чате его ник... и тут же отогнала эту мысль.

* * *

На его стриме повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым, прерывистым дыханием. Он смотрел на экран, на надпись «ПОРАЖЕНИЕ», не веря своим глазам. Его чат замер, а потом разделился: «ЛОХ», «ПОПУСТИЛСЯ», «ЭТО ЧИТЫ!», «УВАЖУХА, ОТЖАЛА!».

– Тварь... Читерская сука! – он прошипел, его голос был тихим и опасным. Потом его лицо исказилось гримасой чистой, неподдельной ярости. Он рванул с головы наушники и с силой швырнул их об стену. Пластик с треском разлетелся на куски. – ДИБИЛЫ! ЭТО ЧИТЫ! КАК?! КАКОЙ-ТО ЕБУЧИЙ КИНЖАЛ! ОНА ЖЕ ДАРИТ ВИДЕОСИГНЫ ЗА ДОНАТЫ, КАКОЙ НАХУЙ СКРЫТЫЙ КИНЖАЛ?! ЭТО НЕЧЕСТНО!

Он впал в ярость, обвиняя в своём поражении кривой баланс игры, лаги, читеров и, конечно, саму Алису. «Эта пластмассовая королева! Настоящего боя не выдержала бы! Только подлых уловок и стоит от неё ждать!» Он видел только её спокойное, холодное, победное лицо на стриме-победителе, которое уже вывели у него на втором мониторе. И этот взгляд, полный превосходства, жёг его изнутри сильнее любого поражения.

«Отец... черт...».

* * *

Алиса отключила трансляцию. Эйфория от победы была недолгой, её быстро сменила знакомая, опустошающая усталость. Она автоматически запустила запись его стрима, посмотрела на его искажённое злобой лицо, на скомканные от ярости черты. И странное дело – сквозь привычное раздражение и удовлетворение от победы она почувствовала что-то похожее на понимание. В его глазах, в этом диком, неконтролируемом взрыве, была та же пустота, что и в её зеркале. Только выражали они её по-разному. Он – криком, рёвом, разрушением. Она – молчанием, холодом и безупречным, но таким же одиноким контролем. И их дуэль на цифровой арене была лишь внешним, бледным отражением той настоящей бури, что бушевала внутри каждого из них. Они были разными полюсами одного и того же магнита – отталкивались с такой силой, что не замечали, как сильно они похожи.

Глава 3.1. Яд победителя

Эфирный индикатор на канале «Мракоса» горел алым уже больше часа. Марк сидел перед камерой, откинувшись в кресле, но его поза была обманчивой. Каждая мышца спины была напряжена в тщетной попытке казаться расслабленным. Стрим был посвящён «разбору полётов» после турнира. Он пытался сохранять браваду, но напряжение в плечах и слишком громкий, неестественный смех выдавали его истинное состояние. Он только что проиграл. Ей. И это жгло его изнутри, как раскалённая кочерга, выжигая дотла остатки самоуважения.

– Ну, все видели этот лёгкий провал в финале, – он говорил, развалившись в кресле, пытаясь придать своему голосу нарочитую небрежность. – Лаги, кривые руки разработчиков... и одна хитрая сучка, которая не умеет драться честно. Банальная случайность, ребят. Одна критика, и всё пошло по пизде. Ничего страшного, в следующий раз просто разнесём эту... э-э-э... пластмассовую королеву в клочья.

Его чат бурлил. Фанаты поддерживали, тролли злорадствовали. Внезапно, звук мощного доната с озвучкой прорезал эфир. На экране всплыло имя донатера – «Лисичка». Смайлик с подмигивающей лисой. Марк нахмурился, почувствовав холодный комок в животе.

И знакомый, ледяной и отточенный голос Алисы прозвучал в его наушниках и во всём эфире:

Лисичка:

Интересная тактика, Марк. Проиграть так эффектно – это тоже искусство. Настоящий камбэк после того, как папочка пристроил своего мальчика в топ? Скажи, а он хотя бы похлопал тебя по головке за участие? Или просто выписал очередной чек на утешение?

Словно по мановению волшебной палочки, с лица Марка исчезла любая тень ухмылки. Оно стало каменным, неподвижным. Глаза, только что светившиеся наигранным весельем, сузились до щелочек, в них вспыхнул холодный, яростный огонь. Она ткнула в самую больную точку, в тот детский страх, что он был не достаточно хорош сам по себе.

– А ну заткнулась, блять! – Голос Марка стал тихим и опасным, словно шипение змеи перед ударом. – Ты там совсем с катушек слетела от своего величия? Или просто завидуешь, что у кого-то есть семья, которая верит в него, а не просто доноры, которые хотят тебя трахнуть взглядом?

«Верит? – ядовито усмехнулся он про себя. – Она верит только в отчёты о прибыли. Как и он». Мысль о том, что в понедельник ему предстоит традиционный унизительный ужин в родительском особняке, где его «хобби» будут разбирать с таким же холодным интересом, как новый бизнес-план, заставила его сжаться внутри».

Он не успел оправиться, как в эфире прозвучал следующий донат. Снова её голос, ядовитый и насмешливый:

Лисичка:

О, "верит". Трогательно. Это тот самый папочка, что в прошлом году купил тебе место в сборной на "Кибермире"? Да, я проверяла. Очень "верил", что ты не пройдёшь отбор сам. И знаешь, что самое смешное? Он был прав. Без его денег ты – ноль. Пустая банка из-под энергетика, которая умеет только греметь.

Марк резко вскочил, с размаху ударив кулаком по столу. Мониторы задрожали, микрофон издал пронзительный визг обратной связи. По его сжатому белому кулаку было видно, как он едва сдерживается, чтобы не разнести всю студию. Она не просто оскорбляла. Она проводила расследование. Она копала, чтобы докопаться до самой сути его неуверенности.

– ЗАТКНИСЬ, Я СКАЗАЛ! – Марк сорвался на крик, его лицо исказилось от бешенства. – ТЫ СОВСЕМ ОХУЕЛА СВОИМИ РОСКОШНЫМИ ИССЛЕДОВАНИЯМИ?! ДА ТВОИХ "СКИЛЛОВ" ХВАТИЛО БЫ ТОЛЬКО НА ТО, ЧТОБЫ ПОДМАХИВАТЬ МНЕ, КОГДА Я В РЕЙТИНГЕ БЫЛ ПЕРВЫМ, А ТЫ ПОЛЗАЛА ГДЕ-ТО В СЕРЕДИНЕ! ВСЯ ТВОЯ ЕБУЧАЯ КАРЬЕРА – ЭТО ПРОДАЖА СЕБЯ ЛУЗЕРАМ, КОТОРЫМ В РЕАЛЬНОСТИ БАБЫ ДАЖЕ НЕ УЛЫБАЮТСЯ! ХОТЯ... С ТВОИМ-ТО ХАРАКТЕРОМ, ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ ПОЛУЧИТЬ ВНИМАНИЕ!

В его чате начался хаос. Его фанаты вступили в яростную перепалку с сторонниками Алисы, которые хлынули потоком. Он видел, как его цифровое королевство рушится на глазах, и чувствовал себя абсолютно беспомощным.

И снова – донат. Её голос, на этот раз звучавший ледяным, почти безразличным тоном, резал эфир, как сталь:

Лисичка:

Как трогательно. Ты даже оскорбления строишь вокруг моей внешности, потому что в твоём арсенале больше ничего нет. Ни тактики, ни ума, ни даже самоконтроля. Ты – пустышка. Красивая, дорогая, но абсолютно предсказуемая игрушка. И самое смешное, что я могу тебя выключить. Прямо сейчас. Одним щелчком.

Это было последней каплей. Ярость, унижение, бессилие – всё смешалось в нем в один клубок. Его лицо исказилось гримасой чистого, неконтролируемого гнева. Он не просто злился – он был уничтожен, выставлен уязвимым перед миллионами, и она держала пульт от его собственной клетки.

– ДА ПОШЛА ТЫ НАХУЙ! ВСЕ ВЫ, БЛЯДЬ, ПОШЛИ НАХУЙ! КОНЕЦ! – Марк заорал так, что микрофон захлебнулся.

Он с силой ткнул в мышку, отключая стрим. Изображение на канале резко погасло, сменившись стандартной заставкой «Оффлайн». Последнее, что успели услышать зрители, – это оглушительный грохот, звук бьющегося стекла и дикий, нечленораздельный рёв. На этот раз это был не просто наушник о стену, а кулак, пробивший экран одного из мониторов. Он стоял, тяжело дыша, с окровавленными костяшками, глядя на растрескавшийся экран, в котором уродливо отражалось его собственное искажённое лицо.

«Отпуск... Может, махнуть на Бали? Забыть всё? Нет. Бегство. Это будет выглядеть как бегство. Как признание поражения. А я не проигрываю».

* * *

Алиса, сидя в своей тихой, стерильной студии, наблюдала за этим спектаклем на втором мониторе. Уголки её губ дрогнули в едва заметной, холодной улыбке. Победа в игре была сладкой. Но вот это – это было настоящей наградой. Она тронула его за живое.

«И чего ты добилась?» – прозвучал в голове внезапный, тихий и противный внутренний голос.

«Очередного выброса адреналина? Минутной сладости от того, что унизила того, кто и так изводит себя сам? Ты стала тем, против чего всегда боролась – токсичным троллем, который бьёт по больному».

Она с силой откинулась на спинку кресла, чувствуя, как закипает раздражение.

«Нет. Я показала ему его истинное лицо. Я вскрыла тот нарыв, который он так тщательно скрывает под деньгами и криком. Он – продукт, купленный и проданный. А я...»

Она обвела взглядом свою идеальную студию.

«А я что? Я сама построила эту клетку. И теперь мне некуда из неё выйти. Разве что...» Её взгляд упал на рекламный буклет «Гримуара Скверны», лежащий на столе. «Разве что в другую».

Она прогнала слабость. Ей понравилось то, что она увидела в его глазах в последние секунды эфира – не просто злость. Животный, панический ужас того, чья последняя, самая дорогая иллюзия – его собственное "я" – была публично и мастерски развенчана. В этот миг они были равны. Два одиночества, два призрака за своими экранами, яростно отрицающие пустоту, которую сами же и несли в себе. И это осознание было горьким, но странно... объединяющим.

Глава 4. Нежеланные герои

Воздух в зале коворкинга, арендованного под церемонию награждения, был густым и тяжёлым. Он впитывал в себя запахи – сладковатые ноты дорогого парфюма, горьковатый аромат свежесваренного эспрессо из кофемашин в стильных медных стойках и приглушённый гул десятков голосов, сливавшихся в один навязчивый шум. Всё здесь, от безупречно одетых официантов в строгих жилетах, бесшумно скользящих между гостями с подносами, до глянцевых акриловых табличек с именами, кричало о деньгах, статусе и тщательно выстроенном паблисити.

Алиса стояла у высокого стеклянного столика, сжимая в тонких пальцах холодную, удивительно тяжелую хрустальную статуэтку – приз за второе место в номинации «Лучший тактик». Грань врезалась в ладонь, напоминая о том, что это – утешительный приз. Первое место в главной номинации, разумеется, ушло Мракосу за «Лучший камбэк». Ирония судьбы, выглядящая как дешёвый пиар-ход организаторов: никто не должен уйти обиженным, оба – молодцы, оба – звёзды. Её платье – простое, но безупречно скроенное из ткани цвета тёмной сливы – делало её похожей на изящную тень среди ярких, кричащих нарядов.

К ней подошла пара молодых девушек, размахивая телефонами.

– Лися, можно с вами сфоткаться? Мы ваши фанатки с самого первого стрима!

Алиса мгновенно включила свою экранную улыбку – тёплую, но с лёгкой отстранённостью.

– Конечно, девочки, – сказала она, принимая позу, которая выгодно подчеркивала линию её плеч.

«Им нужна Лисёнка, не я. Всегда только Лисёнка».

– Ну, поздравляю с почётным вторым местом, – раздался рядом с ней знакомый, нарочито небрежный голос, в котором явственно слышалась язвительная нотка.

Марк подошёл, непринуждённо оперевшись локтем о стойку. На нём был тёмно-серый пиджак, идеально сидевший на его мощных плечах, но галстук был снят, а верхняя пуговица рубашки расстёгнута, словно ему было душно в этой чинной обстановке. В его расслабленной позе читалось вызывающее пренебрежение ко всему происходящему. В руке он небрежно болтал такую же, но иную статуэтку. За его спиной кучка его фанатов в футболках с его ником что-то скандировала, но охранник вежливо их успокоил.

– Могу тебе её подержать, если тяжело, – парировала Алиса, не глядя на него, а делая вид, что с интересом изучает программу мероприятия, напечатанную на плотной дизайнерской бумаге. – Ты же, кажется, любишь, когда тебе что-то вручают. Особенно просто за красивые, но пустые глазки.

– О, а у нас королева язвит даже на светском приёме, в окружении шампанского и канапе, – он усмехнулся, подняв свой бокал с игристым вином. Золотистая жидкость искрилась в свете софитов. – Расслабься, Лиска. Тут не стрим. Можно снять корону, никто не заметит. Всё равно все смотрят на того, кто выиграл по-настоящему. И это не мы. Он произнес это, как напоминание, что весь турнир не выиграл никто из них.

В этот момент к ним направилась небольшая группа журналистов с камерами и диктофонами наготове. Вмиг на их лицах появились профессиональные, ничего не значащие, отшлифованные до блеска улыбки. Вспышки камер ослепили на секунду.

– Алиса, Марк! Можно пару слов для ваших фанатов? Как вы оцениваете итоги турнира и ваше противостояние?

– Турнир был великолепным, – начала Алиса, её голос стал гладким, дипломатичным, будто она зачитывала заранее заученный текст. – Организация на высоте, соперники – сильнейшие. Особенно Марк. Его напор и решимость, его… уникальный стиль, безусловно, вызывают уважение. —

«Даже если этот напор тупой, как пробка, и не имеет ничего общего с интеллектом», – мысленно, с едкой усмешкой, добавила она.

– Ага, а тактика Алисы, как всегда, на высоте, – тут же, почти не давая ей закончить, вторил ей Марк, улыбаясь в камеру так ослепительно, будто он лучший друг всем присутствующим. – Почти, почти удалось победить. Чуть-чуть не хватило. Видимо, решимости. В следующий раз повезёт больше. —

«В следующий раз я тебя просто сотру с лица виртуальной земли, чтобы и пылинки не осталось», – пронеслось у него в голове, и его улыбка на камеру стала чуть более оскаленной.

Они обменялись ещё парой таких же заученных, отточенных, но полных скрытых шипов и ядовитых намёков «комплиментов», пока журналисты старательно записывали. Это был их привычный, отрепетированный танец – война, обёрнутая в дорогой шёлк и упакованная для продажи.

И тут общий гул в зале поутих, сменившись взволнованным шёпотом. К ним, уверенно рассекая толпу, пробирался человек, которого все здесь знали в лицо. Люк Смит, директор по инновациям корпорации «Эгида» – гиганта, стоявшего за последней революцией в технологиях полного погружения. Он был облачён в безупречный тёмно-синий костюм, а его улыбка была такой же дорогой, отполированной и безжизненной, как интерьер этого зала. Рядом с ним семенил нервный молодой человек с планшетом – личный ассистент.

– Алиса, Марк, – произнёс он, протягивая им по очереди руку для короткого, энергичного рукопожатия. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по их статуэткам. – Поздравляю с блестящей игрой. Вы – настоящее воплощение духа современного киберспорта. Интеллект и сила. Идеальное, пусть и конфликтное, сочетание. Именно таких личностей ищет наша корпорация.

Алиса поймала его взгляд. В этих слишком чистых, слишком ярких глазах она увидела не просто менеджера. Она увидела фанатика. Учёного, смотрящего на подопытных крыс в лабиринте, который он сам и создал.

– «Эгида» всегда следит за лучшими из лучших, – продолжил Люк, и в его голосе прозвучала неподдельная, почти отеческая гордость, от которой стало ещё более не по себе. – Мы не просто создаём развлечения. Мы создаём будущее. А будущее, как известно, требует жертв. Добровольных жертв, разумеется.

В этот момент к группе подошёл улыбающийся организатор турнира, пытаясь вставить своё слово, но Люк Смит едва заметным жестом остановил его, не отрывая взгляда от Алисы и Марка. Присутствие посторонних его явно не интересовало.

– И для лучших у нас есть самые эксклюзивные предложения. Вы, конечно, в курсе нашего главного проекта на ближайшее будущее? «Гримуар Скверны».

Алиса почувствовала, как у неё слегка защемило в груди, а пальцы непроизвольно сжали сумочку. Слышала? Она перечитала каждый клочок информации, каждый утёкший скриншот, каждое интервью разработчика об этой игре. Это был не просто новый проект. Это был квантовый скачок, новая эра. Она украдкой взглянула на Марка и увидела, как мышцы на его скулах напряглись. Он тоже знал.

– Сложно не слышать, – с долей нарочитого скепсиса в голосе отозвался Марк, крутя в пальцах свой бокал. – Шумихи много. Обещаний – ещё больше. Слышал, у вас на прошлом тесте полсотни человек с мигренью вышли.

– И каждое из них оправдано, молодой человек, – Люк кивнул, и в его глазах вспыхнули фанатичные огоньки, игнорируя намёк. – Полное погружение – это не маркетинговый ход. Это новая реальность. И мы хотим, чтобы первыми её оценили, стали её первооткрывателями и… нам нужны такие, как вы. Сильные. Упорные. Уникальные.

Он сделал едва заметный жест, и его ассистентка, до этого стоявшая чуть поодаль, поднесла два тонких, матово-чёрных алюминиевых кейса. Люк с щелчком открыл защёлки. Внутри, на угольном бархате, лежали два игровых шлема. Но это были не серийные модели. Они были уникальны, созданы, казалось, не для массового производства, а для избранных. Корпус из матового чёрного углеродного волокна был инкрустирован тонкими серебристыми линиями, которые пульсировали мягким, фосфоресцирующим светом, словно живые вены. Они выглядели не как гаджеты, а как артефакты, пришедшие из самого сердца будущего.

– Приглашение на закрытый альфа-тест, – тихо, но так, что каждое слово было отчётливо слышно, произнёс Люк, и в его голосе впервые прозвучали неподдельные нотки гордости и превосходства. – Только для десяти лучших игроков мира. Полная свобода действий в рамках мира. Вы сможете стать первооткрывателями. Творцами. Богами в мире, который только рождается.

Алиса не могла оторвать взгляд от шлема. Это был не просто билет в новую игру. Это был щелчок, который мог перезагрузить её жизнь, вырвать из этого болота успешного, но бесконечно одинокого существования. Убежище от тишины её лофта. Шанс стать кем-то другим, кем-то, у кого нет этого вечного, леденящего комка одиночества под сердцем.

«Новая жизнь», – пронеслось у неё в голове, заставляя сердце биться чаще. Она представила, как рассказывает об этом бабушке:

«Я участвую в революционном проекте!», и та ответит: «Это не опасно, внучка?» «А что такое опасность по сравнению с тем, чтобы медленно растворяться в собственной гостиной?»

Марк смотрел на шлем с иным выражением. В его тёмных глазах вспыхнул азарт охотника, почуявшего самую крупную дичь. Это был вызов. Самый громкий, самый престижный и самый сложный вызов, который только можно было получить. Победить в игре, о которой остальной мир пока только мечтает? Заткнуть за пояс всех, включая эту зазнавшуюся, язвительную рыжую, на её же территории? Доказать отцу, что его сын – не бездельник, а пионер, покоряющий новые миры? Это был его шанс. Его война.

«Отец не купит мне место здесь. Здесь нужно будет драться по-настоящему».

– Вы можете отказаться, конечно, – сказал Люк, словно читая их мысли, его губы растянулись в тонкой улыбке. – Но я сомневаюсь, что такие, как вы, амбициозные и голодные до побед, способны упустить такую возможность. Мир «Гримуара» ждёт своих героев. Или… своих жертв. Решайте быстро. Места исчезают.

Они почти одновременно, молча, взяли из его рук тяжёлые кейсы. Их пальцы на секунду оказались в сантиметрах друг от друга, почти коснулись. Они подняли взгляды и снова посмотрели друг на друга поверх бархатной обивки кейсов. И в этот раз в их взгляде, поверх привычной, отточенной вражды, читалось нечто новое. Не просто понимание. Признание. Признание того, что их личная, яростная война теперь переходит на совершенно новый, неизведанный, пугающий, но бесконечно манящий уровень. Они оба делали этот шаг по разным причинам, но вели их одни и те же демоны – одиночество, жажда признания и отчаянная потребность доказать свою значимость.

Игра, по-настоящему, только начиналась.