355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сьюзен Виггз » Берег мечты » Текст книги (страница 6)
Берег мечты
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 05:28

Текст книги "Берег мечты"


Автор книги: Сьюзен Виггз



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Часть третья
СЕЙЧАС

С 2005 года Авалон был родным домом собственной независимой бейсбольной команды, – «Шершни» входили в Канадо-американскую лигу. Все независимые бейсбольные лиги отличаются высоким профессионализмом и жестокой конкурентной борьбой. В летние вечера одним из самых любимых развлечений в городе была игра команды-фаворита. Входные билеты стоили шесть долларов, их можно было приобрести у консьержа гостиницы. В бейсболе, как и в жизни, каждый день несет новые возможности.

Глава 6

Грег припарковался на стоянке около игрового поля, когда игра команды малой лиги шла к концу. Изумрудный травяной покров сверкал на солнце, поле было окружено лесистыми склонами гор. Игроки уже закончили тренировку и шумно собирали свои вещи. Грег вдруг увидел своего Макса, тот сидел в одиночестве на скамейке под трибунами. Так, кажется, парень опять в запасных. Красивая картина перед глазами сразу померкла.

Это было мучительно, смотреть, как твой ребенок страдает, но еще более мучительно сознание, что Грег ничем не может ему помочь. Его нельзя было, как раньше, утешить мороженым или шоколадным батончиком. В последнее время Макс все больше замыкался. Грег пытался с ним поговорить, выяснить, что происходит у него в команде, но сын уходил от разговора или заявлял, что у него все в порядке. Он не хотел быть откровенным, притворялся, что его не волнует, играет он или нет. Грег посидел немного в своем фургончике, чтобы успокоиться. Он старался не вмешиваться. Ругаться с тренером бесполезно, это только обострит ситуацию и навредит сыну. Он должен сам научиться строить отношения с людьми. Возможно, он сидит один потому, что снова потерял контроль над собой и нагрубил. И не в первый раз.

Грег знал, что это не вина Макса. Он тяжело переживал развод родителей, отъезд из города, где остались прежняя школа и друзья. Тем более мать уехала и живет теперь далеко в Европе. Да еще беременность Дэзи, которая свалилась на них как снег на голову – и это ко всем прочим проблемам. Макс попал в водоворот неприятных жизненных ситуаций, такое трудно пережить в его возрасте. Поэтому грубость, бравада – всего лишь защитная реакция, он старался показать всем своим видом, что все происходящее ему глубоко безразлично, не хотел обсуждать ситуацию ни с отцом, ни с Дэзи, ни с семейным психологом. Грег специально привел сына в бейсбольную команду, надеясь, что спорт поможет ему обрести равновесие в жизни. Макс был физически развит, обожал играть зимой в хоккей, а летом в бейсбол. В городе он был звездой, и Грег думал, что в Авалоне сын будет очень популярен. Но этого не произошло.

Он оставался сидеть в машине, погрузившись в свои невеселые размышления. В это время игроки, собравшись вокруг тренера, подводили итоги тренировки.

Внезапно зазвонил его мобильный телефон, и Грег с надеждой взглянул на определитель номера – он все время ждал звонка Нины. Но это был адвокат, и Грег перевел звонок на голосовое сообщение. Нина до сих пор так и не позвонила. Грег не терял надежды, что она согласится на его предложение, но решил, что пока не станет ее торопить и умолять. Для этого нет времени, надо срочно заняться налаживанием отношений с детьми и работой. Ни то ни другое пока не получалось.

Шесть номеров гостиницы все еще находились в состоянии ремонта и восстановления, потом их нужно будет обставить и декорировать в соответствии с выбранным стилем. Грег с детьми поселились пока в бывшем домике смотрителя, который был завален нераспакованными коробками, вещами и разнокалиберной мебелью. Лодочная станция и пристань тоже нуждались в ремонте. Пока он только подбирал персонал. Дэзи уже работала практически техническим консультантом, создала вебсайт гостиницы, поместив рекламные фотографии, выполненные ею очень талантливо и дающие представление о красоте озера и окружающей нетронутой природе. Сайт заработал, и трудно было поверить, но почтовый ящик заполнился потоком желающих зарезервировать места. Грегу срочно нужен был главный управляющий, чтобы дирижировать всеми работами, подбирать штат. Грег не успевал, и дело застопорилось.

Что ж, на Нине Романо свет клином не сошелся, уговаривал он себя. Надо поискать в городе и за его пределами. Консультант по бизнесу предлагал на его рассмотрение несколько кандидатур. Ни одна его не устраивала – он хотел Нину. Она идеально подходила на должность. Он интуитивно чувствовал, что она, как никто другой, может здесь управлять – она имеет необходимый опыт, работала в гостинице, а главное, сможет сделать так, чтобы гости чувствовали себя как дома. Но Нина пока упрямилась, хотела работать на каких-то своих условиях, а не подчиняться боссу. Ее надо убедить, что им обоим выгодна эта сделка. Пока он не преуспел по части уговоров.

Тренер Бродбент закончил собрание, и Грег вылез из машины.

– Макс! – Он помахал сыну.

Макс с готовностью вскочил, схватил сумку и бегом направился к стоянке.

– Привет, как успехи? – Грег и сам поморщился от своего наигранно-веселого тона.

– Нормально. – Макс отвернулся.

– Ладно, извини. Расскажи, как прошла тренировка.

Макс забросил сумку на заднее сиденье.

– Да все как всегда.

Грег заметил, что форма на нем чистая и имеет такой вид, как будто он вообще не тренировался. Он даже не вспотел.

– Ты опять сидел на скамье запасных, я видел.

– Вот как?

– Хочешь, я поговорю с тренером?

– Папа! Я сам с ним разберусь, ладно?

– Я просто предложил. – Грег внимательно посмотрел на сына. Светлые волосы, веснушки и неулыбчивое, не по возрасту, лицо. – Но не проводить же тебе все время на скамейке запасных.

– Я не хочу… – Макс оборвал фразу и сел в машину. – Поехали? Я зверски голоден.

Он не хотел разговаривать. Теперь Макс так поступал всегда – замолкал, переводил разговор на другое. Он не давал выхода своим переживаниям, глубоко запрятав их внутри. Скоро сын отправится в Голландию, к матери, в сопровождении родителей Софи. Потом они все вместе вернутся в Авалон на свадьбу Оливии. Макс не хотел ехать, но выбора у него не было.

– Послушай, Макс…

– Хватит, па. Я не хочу больше об этом говорить. Я проголодался.

Грег решил оставить его в покое. Иногда это к лучшему.

– Кажется, я могу в этом помочь.

– Ты научился готовить?

– Вот именно. – Грег действительно пытался готовить, сначала все подряд жарил на гриле, включая персики для десерта, потом перешел на полуфабрикаты с подробными инструкциями по приготовлению. – Но сегодня не я готовлю.

– Мы идем в ресторан с Брук?

Грегу было и смешно, и неприятно видеть его интерес к взрослой женщине, кажется, его ребенок положил глаз на Брук. В его-то возрасте!

– Нет. Мы поедем в «Киогу».

– О’кей. – Это было сказано с полным равнодушием.

– Я думал, ты обрадуешься.

Макс промолчал. Грег ехал не спеша, любуясь живописными видами дикой природы окрестностей гор Кэтскилз. «Киога» находилась на другой стороне озера, далеко от города. Племянница Грега Оливия задумала грандиозный проект – превратить бывший летний лагерь для детей в семейный курорт все включено, принимающий гостей круглый год, но работы были далеки от завершения. Впрочем, ее энтузиазм был так заразителен, что это сыграло немаловажную роль в решении Грега купить гостиницу. Построить нечто значительное и запустить проект – это означало начать новую жизнь.

Хотя строительство в «Киоге» началось, несколько хижин все еще были обитаемы, туда поселили прибывших на свадьбу родственников. Еще две племянницы Грега прибыли в «Киогу» помогать Оливии, сегодня в их честь было устроено барбекю. Приехали родители Грега и его старший брат Филипп. Когда они с Максом прибыли, весь народ уже собрался в главном павильоне, там играла музыка, слышался веселый смех. Дэзи приехала сама. Он увидел дочь, и, поскольку она сидела за столом, ее беременность не была заметна, Дэзи как ни чем не бывало пила лимонад и весело смеялась, болтая с кузинами. Грег почувствовал знакомый укол горького сожаления, чувства вины, что он упустил дочь.

Хватит об этом. Он месяцами привыкал к ее положению, что толку теперь угрызаться, ничего уже нельзя изменить.

Макс, перепрыгивая через две ступеньки, вбежал на открытую веранду, горя нетерпением присоединиться к компании. С бутылкой вина и коробкой пива, своим вкладом в барбекю, Грег поднялся следом. Макса встретили шумно, каждый хотел его обнять. Его баловали, как самого младшего члена семейства, и Грег ничего не имел против. Пусть хоть в семье он остается ребенком как можно дольше. Одна уже и так слишком быстро повзрослела. Макс сразу затеял шумную возню со своим любимцем – маленьким песиком Оливии по кличке Баркис, оба делали вид, что дерутся из-за старенькой резиновой игрушки, которой играл Баркис.

Вокруг будущей невесты и жениха, Оливии и Коннора, собрались многочисленные кузины и кузены. Оливия была всего на десять лет младше Грега, и он не уделял много внимания своей племяннице, пока она росла, потому что сам был слишком молод, и ему было не до нее. Он смутно помнил лохматое существо с брекетами, в очках, у нее были проблемы с весом. И упустил момент, когда она вдруг превратилась в очаровательную девушку, сияющую счастьем и уверенную в себе.

Такое часто случается в жизни, гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя. Среди гостей он увидел Рурка Макнайта, шефа полиции Авалона, наверное, у него сегодня выдался свободный от служебного долга день. Рурк был убежденным холостяком до прошлой зимы, пока не встретился с Дженни Маески, лучшей подругой Нины. Он слышал шутку, что шеф полиции женился на ней, потому что без ума от сладких булочек, которые пекут в булочной-кондитерской «Скай-Ривер», владелицей которой была Дженни, но Грег знал, что на самом деле их история любви была не так проста. Кстати, надо поговорить с Дженни о Нине, выяснить, что ей известно.

Во время обеда он позволил себе расслабиться и отдохнуть от забот, наслаждаясь общением с родственниками. Их участие помогло ему пережить развод. Он был рад за дочь, которая радостно щебетала с кузинами, они детально, с дотошностью полководцев накануне сражения, прорабатывали план свадебного торжества, разглядывая какие-то списки и графики, которые принесла и разложила на столе Оливия, сдвинув в сторону десерт.

– Значит, так, сначала идет Дженни, главная подружка невесты, за ней все подружки строго по возрасту, – объясняла Оливия. – Так?

– Ты же невеста. Делай все, как тебе нравится.

– Я буду последней подружкой, но самой огромной и важной. – Дэзи похлопала себя по животу, и все одобрительно рассмеялись.

Кажется, кроме Грега, все были счастливы от перспективы появления в семье младенца. Он один испытывал страх, близкий к панике, и бесконечное чувство вины за то, не смог уберечь дочь. То, что сама Дэзи была сегодня весела, его радовало, но паники не уменьшало.

– Джулиан Гастине будет дружкой жениха. Он приедет на следующей неделе из Калифорнии, – сообщила Оливия, обращаясь к Дэзи. – Давно хотела тебе об этом сказать.

И Грег увидел, как расцвело личико дочери. Она совсем не ставила на себе крест из-за беременности. Брат Коннора Джулиан был ровесником Дэзи. Она встретила его в лагере «Киога» прошлым летом. Он был из тех парней, от одного вида которых девочки чуть не падают в обморок. Высокий красавец, представитель двух рас. Дерзкий взгляд голубых глаз, красиво контрастирующих со смуглой кожей, искусно взлохмаченная грива волос, пирсинг в ухе, тату, правда, всего одна, по крайней мере в пределах видимости, – все это делало его одним из самых ярких среди молодежи в лагере. Любитель высоких скоростей и рискованных мероприятий. Они сразу подружились с Дэзи. Впрочем, как оказалось, не Джулиан был самым большим любителем риска и приключений, а его Дэзи. Прошлым летом она еще была школьницей и флиртовала с этим парнем из Калифорнии. А год спустя уже готовится стать матерью. Но, судя по ее оживленному, цветущему виду, она и не собиралась успокаиваться. Может, ему надо перестать волноваться? По крайней мере, сейчас у нее не то положение, чтобы флиртовать с братом жениха.

Когда разговор перешел к списку гостей, Грег заметил, что Дженни незаметно отошла к перилам веранды и, облокотившись, стала смотреть на воду. Она выросла в другой среде, чем собравшиеся здесь женщины и девушки. Не было в ее детстве частных школ и привилегий. Хотя это ее вряд ли волновало, скорее всего, утомили светские разговоры и непривычная обстановка, а может, просто стало скучно. Прекрасная возможность поговорить с ней о Нине Романо. Он взял со стола охлажденную бутылку шабли и пошел пополнить ее бокал.

– Спасибо, – улыбнулась она. – Прекрасный вечер.

Он оглянулся на собравшихся в павильоне, память перенесла его в то время, когда он был юношей и проводил здесь летние каникулы. Неужели тогда было все так прекрасно, или это ностальгия по прошлому, когда оно предстает только в розовых тонах?

– Как настроение? – спросил он.

– Мне нравится все больше узнавать о родственниках Филиппа, хотя они отличаются от моих родных.

– Нам тоже хочется узнать о тебе больше, – успокоил ее Грег, – не потому, что ты отличаешься от нас, просто ты новенькая в нашей семье.

– Может, называть тебя дядя Грег?

– Если хочешь, чтобы я почувствовал себя старым и не в своей тарелке. А если серьезно, я рад, что вы нашли друг друга. Для Филиппа это был хороший год. Он изменился до неузнаваемости. Раньше он был слишком скован, застегнут на все пуговицы. И посмотри на него сейчас.

Филипп действительно выглядел очень молодо, он был сегодня в шортах и рубашке для гольфа. Даже отрастил длинные волосы, которые сейчас трепал ветерок. Его лицо приобрело новое, спокойное и счастливое выражение, а поведение стало легким и непринужденным, казалось, он находится в согласии со всем миром. Вот что значит быть счастливым – человек так и светится изнутри. Даже когда не улыбается.

В прошлом году в его жизни появились две новые женщины – дочь Дженни и Лаура Таттл, с которой он дружил с юных лет, простая женщина, она работала в кондитерской «Скай-Ривер». Как видно, дружба переросла в нечто большее. Взгляд Лауры, устремленный на Филиппа, так и светился любовью и обожанием. Они с Филиппом подтверждали истину, в которую до сих пор не верил Грег, что развод еще не конец личной жизни, будет второй, а может быть, и третий шанс. И главное, его не упустить.

Неужели он превращается в оптимиста? В последнее время, неизвестно по какой причине, в нем вдруг разгорелась надежда на счастливое будущее. Даже положение Дэзи этому не мешало.

Дженни с нежностью взглянула на недавно обретенного отца и Лауру:

– Да, любовь меняет нас. Мы начинаем жить в согласии со всем миром, всех любим и хотим всем такого же счастья.

Она снова обернулась к Грегу.

– Итак, поговорим о Нине, – сказала она неожиданно и рассмеялась, увидев его растерянное лицо.

– Почему о Нине?

– Но ты же об этом хотел поговорить. Спросить о ней, так?

Грег ухмыльнулся:

– Я пойман с поличным. Я хочу ее, – и вспыхнул от двусмысленности своих слов, прямо оговорка по Фрейду. – Мне она нужна, – поправился он.

Оп! Опять оговорка.

– Некоторые женщины ждут таких слов всю жизнь, – заметила Дженни.

– Нужна для моей гостиницы, хочу видеть ее в роли управляющего, – вот что я хотел сказать. Мне не хватает именно Нины в штате, с ее опытом, талантом организатора и знанием истории края.

– Ты сказал ей об этом?

– Она не оставила мне никаких шансов. Я считаю, недаром банк выбрал именно ее на должность управляющего. И похоже, никто не может ее заменить.

– Так постарайся ее уговорить.

– Не знаю, что еще ей предложить, чтобы она согласилась.

На лице Дженни появилось странное выражение, но она промолчала. Что с ним происходит? Раньше он увольнял и нанимал людей без проблем в течение дня. Почему сейчас он так упорно добивается Нины Романо?

* * *

– Так ты приняла решение, мамочка? Ты собираешься работать в гостинице? – спросила Сонет.

Хотя дочь сейчас отделял океан, ее голос кристально чисто звучал по связи через Интернет. Нина пыталась представить Сонет, как она сидит в маленьком кафе на мощенной камнем площади в бельгийском городе, глядя на спешащих по своим делам прохожих, большая часть которых служащие штаба НАТО. Регулярные звонки дочери помогали Нине переносить разлуку с ней.

– Каждый раз, когда мне кажется, что я наконец близка к осуществлению своей мечты, возникает препятствие, – пожаловалась Нина. – Ну почему для меня существует лишь одна гостиница, в которой я хотела бы работать, никакая другая меня не устраивает? Ты знаешь, я всегда о ней мечтала.

– Так соглашайся. У тебя будет работа, о которой ты мечтала, плюс хорошие деньги. Лучше не придумать.

– И шеф с двумя проблемными детьми, который абсолютно не понимает, что с этой гостиницей делать.

– Он передаст бразды правления тебе, ты ведь этого и хотела. В чем твоя проблема? А со своими детьми он разберется сам.

Нина улыбнулась. Она гордилась не по годам рассудительной дочерью, практичной и прямой, как она сама. Улыбка исчезла, когда Нина поняла, что задает себе тот же самый вопрос всю прошлую неделю. В чем проблема? И должна была честно признаться, что, хотя предлагаемая работа та, которую она ждала, ей трудно пережить, что она так и не станет хозяйкой, ей придется работать на Грега. Это разные вещи: если бы она работала управляющим и шла к намеченной цели – выкупить гостиницу и стать там хозяйкой – одно дело, и совершенно другое – просто работать на чужого дядю. К тому же, кажется, у Грега было свое видение будущего гостиницы, и оно не совпадало с ее собственным. А риск, что Грегу в какой-то момент все наскучит или гостиница не оправдает его ожиданий по части прибыли и он ее продаст?

– Видишь, тебе нечего возразить, – прервала размышления матери Сонет. – Послушай, мне надо бежать. У меня сегодня встреча, иду в кино на ночной сеанс.

Нина настороженно выпрямилась:

– Встреча или свидание?

– Тебе действительно интересно?

– Еще как. Разве Лоуренс не…

– Спокойно, мама. Мы идем компанией в кино здесь, на базе. Лоуренс знает, а он еще более зануден, чем ты….

– Вряд ли, я самая большая зануда на свете.

– Что ты! Он немедленно начинает копаться в прошлом всех парней, с которыми я встречаюсь даже просто в общей компании. Ты знаешь, у него есть такие возможности, и он ими пользуется.

– И правильно делает. – Нина взглянула на часы. – Мне тоже надо бежать. Сегодня «Шершни» играют против команды из Нью-Хейвена.

– Какая ты молодец, что создала свою команду в Авалоне.

– Это правда, – согласилась Нина без ложной скромности, – это мое главное достижение.

Хотя ей до сих пор было неприятно, что перед тем, как она покинула пост мэра города, там возникли неприятности с финансами и кое-кого пришлось выводить на чистую воду, сейчас об этом вспоминать не хотелось. Тем более, когда ярко светит солнце, неприятности давно позади, она понимала, что действительно сможет гордиться работой для города. Этим летом «Шершни» вернулись в город играть второй сезон. Ей потребовалось дипломатическое маневрирование и много деловых переговоров, не говоря о бессонных ночах. Но ее усилия того стоили.

– Анжела сначала скептически отнеслась к этой идее, она считала, что Авалон не настолько большой город, чтобы иметь собственную независимую бейсбольную команду. Я ее убедила, рассказала о Канадо-американской лиге, показала сайт, и она удивилась, что ничего не знала об этом раньше.

Недоверчивость жены Лоуренса Нину не удивила.

– Анжела – известная всезнайка и скептик. Кстати, как ты с ней ладишь?

– Нормально. Я мало бываю дома, мы проводим вместе не так много времени.

– Ах ты, предательница, тебе она нравится!

– Ты недовольна?

– Конечно. Я ревную. Мне стыдно, что она такое совершенство, а я – нет.

Сонет засмеялась:

– Совершенство? Ее дочери так не считают. Лайла сделала пирсинг на бровь, а Кара мечтает сбежать из дома с цирком.

Нина была счастлива в эти минуты. Иногда они говорили обо всем скорее как лучшие подруги, чем мать и дочь. Нина иногда спрашивала себя, кто кого воспитывает – она дочь или наоборот?

– Люблю тебя, ребенок. Ты всегда говоришь правильные вещи.

– Я действительно считаю твоей победой бейсбол в Авалоне.

– Но я всегда чувствовала себя виноватой перед тобой, уделяя слишком много времени делам.

– Я горжусь тобой и всем рассказываю, как ты одна сражалась, чтобы в Авалоне была своя команда.

– Нет, мне помогали. Я как раз иду с этими людьми на игру – это Уэйн Доббс и Даррел Макнаб – президент и казначей фонда «Авалон Бустерс».

– Смотри осторожнее с этими акулами. Не попади с ними в неприятности. И чуть не забыла. Мам, я тут разговаривала с Дэзи. Оливия собирается прислать тебе приглашение на свадьбу.

Свадьба в семействе Беллами. В «Киоге». Скорее она даст отсечь себе руку.

– Я не люблю свадеб. Никогда не любила.

По дороге домой из «Киоги» Грег заметил бледное зарево на горизонте в восточной части города. И быстро принял решение, свернув на гравийную дорогу, которая вела к широкому бейсбольному полю, освещенному софитами.

– Мы приедем к концу игры, имеет ли смысл? – засомневался Макс.

Грег протянул ему телефон:

– Пожалуйста, позвони своей сестре и скажи, что мы приедем домой позже.

Грег давно собирался свозить сына на игру, к сожалению, он редко это делал. Что ж, надо исправлять ситуацию.

Открытые трибуны были заполнены болельщиками. Они носили цвета своей команды, соответственную раскраску на лицах и приветствовали игроков воинственными криками. Фанаты с воодушевлением болели за свою команду. Привозные буфеты бойко торговали, и в воздухе разносился аромат жареной кукурузы и хот-догов. Некоторые прибыли с семьями и расположились прямо на траве за игровым полем.

Макс сразу заявил, что снова голоден, и Грег снабдил его попкорном и неонового цвета прохладительным напитком. Пробираясь по рядам к свободному месту, Грег заметил, что счет 3:2 в пользу приезжих. Кто-то подвинулся, освобождая им место, и Грег, пробормотав благодарность, заметил, что это женщина. Лет тридцати с хвостиком, довольно хорошенькая и без обручального кольца. Приятная улыбка и менее приятный запах сигарет. Выражение ее лица ясно говорило, что она свободна и готова к знакомству.

У Грега была интуиция, он ясно распознавал женские призывы и, сделав вид, что не заметил знаков с ее стороны, отвернулся и завел разговор с сыном, который знал все о команде Авалона.

– Главный менеджер у них Дино Кармуниччи, – говорил Макс с воодушевлением, которого ему, по мнению Грега, так не хватало для уроков. – Он вырос здесь, в Авалоне. «Шершни», конечно, еще новички в лиге, – продолжал Макс, – но у них есть новый питчер в этом сезоне – Бо Кратчер, он из Техаса. – И он указал на долговязого высокого игрока, стащившего с левого плеча фуфайку и двинувшегося в квадрат для приема.

Болельщики воодушевились и шумно приветствовали его. Шум сменился молчанием, когда вышел подающий противника. Первый бросок был отбит мастерски, что подтверждало слова Макса, отбитый мяч устремился со скоростью пули за пределы досягаемости защитников.

– Молодец, Кратч! Ты их сделал!

Голос был знакомый. Грег обернулся как ужаленный. Она была там. Нина Романо, в компании двух мужчин в бейсбольных кепи с повернутыми назад козырьками. Все трое держали в руках бутылки с пивом. Она заметила его взгляд и слегка махнула рукой, показывая, что узнала, и неуверенно улыбнулась. Он тоже почувствовал неловкость и снова стал смотреть игру. Или сделал вид, что смотрит. Почему-то вид Нины в окружении мужчин его встревожил. Может быть, потому, что в его представлении она должна была сидеть дома, бродить взад-вперед по комнате, сжимая в руке телефонную трубку и думая, принять ли его предложение.

Наверное, она уже все обдумала и решила не в его пользу, просто не удосужилась ему позвонить и сказать об этом. Предпочитает проводить время в обществе Тупого и Еще Тупее, которые сидят сейчас рядом.

Задумавшись о коварстве Нины, он не заметил, как соседка придвинулась вплотную и, многозначительно коснувшись его плеча плечом, извинилась.

– О, простите. – И прижалась теснее.

Он, не отвечая, просто кивнул в ответ и отодвинулся как можно дальше, насколько это было возможно, надеясь, что этим даст понять вместо слов свое нежелание заводить флирт с незнакомкой. Один из спутников Нины, сложив ладони рупором, проревел, как раненый лось, долговязому питчеру, который успешно продолжал отбивать броски:

– Эй, прикончи его, Бо, он уже готов!

«Заткнись, – злился Грег, – заткнись, болван». Обе команды до конца игры так и не добились перевеса, пока питчер не отбил третий бросок. Фанаты взорвались. В конце последнего периода «Шершни» выиграли два очка. Даже Грег поддался общему ликованию. Вот почему люди любят бейсбол. За адреналин и взрывы радости. Он повернулся взглянуть на Нину, но она уже была внизу со своими друзьями. В окружении игроков, которые искали ее внимания и одобрения. Конечно, ей не до него. И удивился, когда она вдруг направилась к нему.

– Так вы, оказывается, тоже фанаты бейсбола.

– Да. Макс играет этим летом в малой лиге.

– У тренера Джерри Бродбента? – И она многозначительно улыбнулась.

Кажется, она знала всех и каждого в городе, во всяком случае мужчин. Макс кивнул. Она вдруг сказала:

– У тебя сейчас такое же выражение лица, как у моих братьев, когда они возвращались с тренировки с Бродбентом. Тот же взгляд.

Макс воззрился на нее с интересом:

– Тренер и их ненавидел?

– Тренер никого не ненавидит. Он просто иногда немного придирчив. – И вдруг снова засмеялась. – Хотя, пожалуй, ты прав, он их терпеть не мог. Они близнецы, похожи как две капли воды, любят подурачиться. Они и его дурачили, и он только через несколько недель понял, что их двое. Но однажды они покинули команду, решили от него отдохнуть и занялись парусным спортом.

Он широко раскрыл глаза:

– Они покинули команду?

– Ну да. Это же только игра, не школа. Если этот вид спорта тебя не вдохновляет или не устраивает тренер, зачем тратить время?

– Потому что Макс не из тех, кто бросает дело, испугавшись трудностей, – торопливо вмешался Грег. – Правда, Макс? Ему нравится бейсбол, он закаляет характер. Прививает настойчивость и упорство.

– Есть разница между упорством и попытками пробить головой стену. – Нина улыбнулась Максу.

Он вдруг повеселел:

– Согласен.

Грег с Ниной встретились глазами и мысленно продолжили разговор на другую тему. Он решился озвучить его:

– Я ждал твоего ответа по поводу моего предложения.

– Я знаю.

– И…

– Эй, рад встрече, детка. – Долговязый питчер появился рядом с Ниной, потный и торжествующий.

– Бо, это Грег Беллами с сыном, – представила их Нина, – а это – Бо Кратчер, наша новая звезда.

Действительно, она на редкость популярна, неужели знает всех парней в городе? Если не ответит до завтра, решил он, больше ждать он не станет.

– Нам пора. Пошли, – сказал он Максу.

По дороге к машине Грег заметил супружескую пару: он маленький, начинающий лысеть, она – располневшая после родов. Муж с таким обожанием смотрел на жену, играющую с двумя малышами на расстеленном одеяле. Грегу был знаком этот взгляд – взгляд счастливых людей. Такой же, какой был у Дженни.

– Ненавижу разводы, – услышал он голос Макса. – Ты сказал Нине, что я не бросаю спорт, потому что не боюсь трудностей. А сам бросил маму.

– Это не я… – Грег чуть не проговорился, но вовремя спохватился. – Прости, Макс, мне трудно тебе объяснить. Ты не поймешь.

– Я не могу забыть, как было раньше. Все об этом напоминает. Дни рождения и Рождество, когда мы проводили их вчетвером, все вместе, мы смеялись и были счастливы, как все люди. Оказывается, все это было ложью.

– Это не было ложью. Любовь, счастье – все было настоящим.

– Тогда почему все кончилось?

– Почему? Это трудный вопрос. Тому много причин. Мы изменились, мы с твоей мамой стали другими. И пока не поняли этого, продолжали быть вместе. Пока не стало слишком поздно что-либо исправить.

– Слишком поздно для чего? Почему нельзя было исправить? Почему ты не спасал свой брак?

– У меня нет сейчас ответа.

Ответ был, но он не мог говорить об этом с сыном, Дело было в том, что Грег и Софи с самого начала не подходили друг другу. Но случилось так, что появился ребенок – Дэзи, а через несколько лет и Макс. Дети сглаживали, примиряли, отодвигали разрыв. То временное затишье можно было принять за счастье.

Ужасно, что развод так много горя принес детям, и плохо, что он не может объяснить сыну причину. Но попробует.

– Послушай, сынок. Ты вступаешь в брак, надеясь на счастье, но не можешь угадать будущее, знать, что тебя ожидает. Иногда счастье приходит не с первой попытки. Со второй или даже с третьей.

Макс долго молчал.

– Я ничего не понял. Зачем люди женятся, если потом расходятся?

– Но никто об этом не думает в тот момент. Все надеются на счастливый и долгий брак. – Грег свернул к гостинице. – Человек всегда надеется на лучшее.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю