Текст книги "Игровая площадка для грешников (ЛП)"

Автор книги: Сюзанна Валенти

Соавторы: Кэролайн Пекхам
сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 41 страниц)

Я развернулась посреди дороги, разочарованно вздохнула и направилась обратно в город. Прямо сейчас я ничего больше не могла поделать со склепом, и эта доска для серфинга шептала мне на ухо нежные слова, которые я просто не могла больше игнорировать.

Я собиралась съездить в «Парк Отбросов», заплатить за аренду своего трейлера, а затем провести день на пляже и в прибое со своими новыми друзьями, если смогу их найти, или завести еще несколько новых друзей, если не смогу. И после последних двух недель я должна была сказать, что это звучало как маленький кусочек рая.

***

День, проведенный на пляже, в наслаждении прибоем и смехе с Лайлой и Беллой, чудесным образом снял напряжение, которое я носила в себе. Это было то, что мне было нужно. Немного свободного времени вдали от призраков моего прошлого и доминирующих аур «Арлекинов», где я смогла расслабиться и поболтать о всякой ерунде за парой кружек пива, пока солнце согревало мою кожу.

– Куча парней собирается сегодня в «Подземелье», – сказала Лайла, когда мы собрали свое барахло и шли по пляжу под лучами заходящего солнца. – Хочешь пойти с нами на вечеринку?

– А где это? – Спросила с любопытством.

Десять лет – достаточный срок для открытия в городе новых клубов и баров, и, хотя я знала это место как свои пять пальцев, здесь было больше, чем несколько новых мест, которые я не узнала.

– Это за «Границей», – сказала она, отбрасывая свои светлые волосы и оглядываясь через плечо, как будто боялась, что ее подслушают. – Очевидно, что никто из «Арлекинов» не сможет прийти, потому что это территория «Проклятых», но это один из лучших клубов в городе, и сегодня вечером там играет группа.

Мой пульс немного участился при упоминании о переходе через эту «Границу», за которую велись ожесточенные бои, но действительно ли у меня были какие-то причины для беспокойства? Я не была в «Арлекинах», и у меня не было с ними никакой реальной связи, кроме глупого заявления Фокса о том, что я принадлежу ему. Кроме того, лидер «Проклятых» был одним из моих парней из прошлого. Так что, что бы я ни думала о Маверике, я не думаю, что он действительно причинил бы мне боль. И я уже давно нуждалась в ночных развлечениях.

– Хорошо, я согласна, – решительно согласилась я.

– Отлично, не забудьте надеть что-нибудь горячее, и мы выйдем в девять. – Лайла пошла прочь по пляжу, но я остановилась, достала из сумки мобильный и просмотрела сообщения, которые получила, пока занималась серфингом.

Фокс:

Прошло уже несколько часов. Где ты?

Фокс:

Если ты рассчитываешь сохранить свою новую свободу, то я советую тебе поскорее тащить свою задницу домой.

Фокс:

Ответь мне.

Фокс:

Если ты не дашь мне знать, что с тобой все в порядке, я сам найду тебя.

Джей-Джей:

Могу я узнать твое мнение кое о чем? Х

Джей-Джей:

И еще, можешь написать Фоксу, пока он снова не вышел из себя? Х

Это было особенно раздражающе, потому что я понимала, что он точно знает, где я нахожусь, благодаря своей дурацкой программе слежения, но я также была уверена, что он скоро появится здесь, если я не отвечу. Я драматично вздохнула, и быстро отправила Фоксу сообщение с просьбой перестать трахать мне мозг, если он ожидает, что я когда-нибудь вернусь, а затем спросила Джей-Джея, о чем он хочет знать мое мнение.

От Фокса появилось несколько сообщений с требованием моего немедленного возвращения, но я проигнорировала их, предпочтя открыть вложение с видео, отправленное Джей-Джеем.

Из динамиков моего телефона полились звуки «Put Your Records On» Ritt Momney, когда появилось видео, на котором Джей-Джей танцует на сцене с четырьмя другими парнями, двигая бедрами в греховно медленном и мучительном ритме, прежде чем сорвать с себя рубашку, обнажив свое сильное, накачанное тело, которое, казалось, слегка поблескивало в свете ламп над головой.

Он бросал кокетливые взгляды в камеру, пока двигался к ней, драматичным жестом расстегивая ширинку и одновременно прикусывая губы, что не должно было быть законным. Как раз в тот момент, когда казалось, что его член вот-вот выскочит из штанов, видео закончилось, и я обнаружила еще одно сообщение от Джей.

Джей-Джей:

Неплохой вид?;)

Я судорожно сглотнула, когда мой пристальный взгляд скользнул по телу Джей-Джея в стоп-кадре, и у меня возникли серьезно нехорошие идеи об одном из парней, которых я ненавидела. Однако, не желая отставать, я подняла свой мобильный телефон перед собой, чтобы снять видео, медленно облизывая губы и проводя рукой по краю своего красного топа бикини, оттягивая его так, что мой сосок почти обнажился, прежде чем прервать запись и отправить ему в ответ.

Роуг:

Если ты хочешь поиграть со мной, Джей, тогда убедись, что ты готов выложиться по полной.

Решив, что на сегодня общения с «Арлекинами» более чем достаточно, я быстро отключила телефон и вытащила сим-карту, чтобы убедиться, что отслеживающая хрень Фокса не сможет выдать ему местоположение моего трейлера. Затем я взяла свою доску для серфинга, свистнула Дворняге и направилась по пляжу к своему новенькому блестящему джипу, куда положила свою доску, а потом поехала в «Парк Отбросов», и остановилась на стоянке подальше от трейлерного парка, стараясь не обращать внимания на то, что моя машина стоит больше, чем все остальные автомобили здесь вместе взятые. На самом деле это не имело значения – если ее украдут, то это будет скорее проблема Фокса, чем моя. Я очень сомневалась, что она зарегистрирована на мое имя.

Я схватила свое барахло, и мы с Дворнягой вместе направились обратно к моему маленькому кусочку свободы, не забыв при этом засунуть арендную плату за эту неделю в дыру Джо – меня аж передернуло.

Зайдя в свой ретро-трейлер с маленькими синими шкафчиками, я усмехнулась про себя. Прошло чертовски много времени с тех пор, как у меня было место, которое я могла по-настоящему назвать своим домом. Когда я жила в Грэншоу, у меня была комната в квартире с парой других парней, но это было не мое пространство, а место, куда люди приходили и уходили, так что я даже не успевала толком узнать своих соседей. Но это место было полностью моим. И никто не мог отнять его у меня.

Душ, смена наряда на чертовски горячее голубое платье, которое Джей-Джей прикупил мне, плюс полный комплекс работ с прической и макияжем, и я была готова к выходу, чтобы оторваться по полной.

Я красила губы в глубокий сливовый цвет, когда раздался хлопок, заставивший меня наполовину выпрыгнуть из кожи, и в окно у изножья моей кровати просунулась голова Джо.

Я испуганно вскрикнула, схватив плойку для волос и жалея, что это не чертов пистолет, когда развернулась, чтобы свирепо посмотреть на него.

– Я же говорил тебе следить за этим окном, – протянул он, щелкая зубочисткой, которую засунул в рот, по зубам, затем нырнул обратно в окно и снова исчез, прежде чем я успела сделать что-то большее, чем поблагодарить все хорошее в этом мире за то, что он не сделал этого до того, как я оделась.

Что, черт возьми, с ним было не так? Дрожь пробежала по позвоночнику, когда я погрузилась в воспоминания о том, как мне снова было шестнадцать, и я шла по улице, ведущей к моему интернату, а этот грязный старый ублюдок Аксель выкрикивал комплименты, от которых у меня по коже бежали мурашки.

Я быстро подошла к окну и плотно закрыла его, сделав мысленную пометку раздобыть несколько долбаных гвоздей и молоток и заняться им более основательно, как только у меня появится такая возможность. И газовый баллончик. Большой. Что угодно, лишь бы Джо Маккрипи не лез в мое личное пространство.

Дворняга, казалось, был совершенно доволен, свернувшись калачиком на моем новом постельном белье, поэтому я засунула пару двадцаток в лифчик, бросила свой блестящий розовый мобильный телефон и сим-карту в шкаф, затем обула туфли на массивных каблуках и направилась к выходу.

Я заперла дверь, спрятала ключ в маленький цветочный горшок на крыльце, а затем двинулась на встречу с Лайлой и остальными.

– Эй, Зеленый Рейнджер! – Голос Ди заставил меня повернуться к ней с широкой улыбкой, и она подбежала ко мне, выглядя чертовски сексуальной в белом облегающем платье, в котором ее задница выглядела очень аппетитно.

– Я надеялась, что ты придешь, – сказала я с ухмылкой, когда мы пошли вместе. – Как мы вообще доберемся до клуба? – Конечно, у меня была машина, но я была из тех эгоистичных сучек, которые хотели выпить сегодня вечером, поэтому я не собиралась предлагать сыграть роль водителя.

– Куча парней будут на машинах, – пренебрежительно сказала она. – Они знают, что для них это практически гарантированный способ в конечном итоге потрахаться сегодня вечером, потому что они все равно будут развозить всех по домам, а если они будут слишком пьяны, чтобы вести машину, мы все можем просто сесть на автобус.

Мы добрались до ворот, ведущих с территории трейлерного парка, и обнаружили группу из примерно пятнадцати человек, ожидающих выезда. Некоторых из них я узнала, но большинство были для меня новыми лицами.

– Срань господня, это ты, Роуг? – раздался смутно знакомый голос, и я обернулась, обнаружив парня, прислонившегося к капоту слегка потрепанного зеленого «Chevrolet», пока его глаза пробегали по мне. Он был довольно крупным чуваком со скрещенными на широкой груди мощными руками, а его мускулистое тело натягивало ткань серой рубашки.

– Джейк? – удивленно спросила я, внезапно узнав парня из моего старого приюта и подходя к нему с улыбкой.

– Ты все еще должна мне упаковку «jelly beans», – обвиняющим тоном сказал он, и на его губах заиграла улыбка. – В ту ночь, когда вы с Клайвом сбежали, ты обещала принести ее мне. (Прим.: jelly beans – разновидность американского жевательного мармелада в форме бобов)

У меня внутри все сжалось при упоминании имени Клайва. Я точно знала, что случилось с этим ублюдком, но я понимала, что имело смысл, что другие дети в интернате предположили, что мы сбежали вместе, поскольку исчезли примерно в одно и то же время, но я ненавидела этого подонка, и они все это знали. В любом случае, после стольких лет не имело особого смысла поправлять его, и я позволила ему заключить себя в медвежьи объятия, в которых я чуть не утонула из-за его дешевого одеколоне.

Я поборола кашель, отступая назад, и он ухмыльнулся. – Не хочешь поехать со мной в клуб? – предложил он.

– Конечно, – уклончиво ответила я, заметив, как он смотрит на меня, и задаваясь вопросом, была ли я хоть немного заинтересована в том, чтобы познакомиться с ним поближе, когда на нем будет гораздо меньше одежды. Возможно, он мог бы стать идеальным лекарством от моей зависимости к «Арлекинам».

Я сделала шаг, чтобы сесть в его машину, как раз в тот момент, когда девушка с копной обесцвеченных светлых волос, собранных на затылке, и примерно четырьмя дюймами наложенного на кожу макияжа преградила мне путь и опустилась на сиденье, которое я собиралась занять.

– Ну, посмотрите-ка, кого кошка притащила, – сказала она, окидывая меня совершенно осуждающим взглядом.

– Я тебя знаю? – Холодно спросила я, отказываясь клюнуть на ее сучью приманку. Кошачьи драки были сильно переоценены, и я не тратила свое время, надирая задницы, подобные этой, без крайней необходимости.

– Э-э-э, я твоя приемная сестра, – сказала она, вздрогнув от гнева из-за того, что я ее не узнала. – Но, думаю, я не удивлена, что великая Роуг Истон не помнит никого, кроме парней-Арлекинов. Держу пари, тебе было больно слышать обо мне и Чейзе.

– Рози? – Удивленно спросила я, прищурившись разглядывая ее сквозь слои тонального крема, покрывающего ее кожу, и, наконец, узнав девушку, с которой я когда-то делила комнату в приюте. Она была единственной сукой, которая когда-либо пыталась утверждать, что мы все приемные братья и сестры, и, похоже, она так и не перестала быть надоедливой маленькой сучкой. – И о чем ты говоришь, ты и Чейз?

– О, пожалуйста. Я знаю, что он рассказал бы тебе все обо мне в тот момент, когда ты приползла обратно в город, умоляя снова сосать их члены. Но знаешь что? Он выбрал меня, а не тебя, так что иди пускай слюни по другому парню, потому что моего Чейзи не интересует твоя грязная киска.

Мои губы приоткрылись, когда я осознала это. Чейз и Рози? Рози?? Маленький тролль, который спал под моей кроватью и сдавал меня Мэри Бет при каждом удобном случае? Фу. Блядь, нет. Как он мог…

Я резко остановила себя, почувствовав боль где-то глубоко в нутре, и поняла, что она не лжет. Конечно, он трахнул девушку, которую я раньше ненавидела. Эти мальчишки наслаждались моим уничтожением, так почему бы им не вогнать нож еще глубже после того, как они отняли у меня все и бросили меня на произвол судьбы?

– Забирай Чейза, Рози, – холодно сказала я. – Я все равно не в его вкусе. Я слышала, он предпочитает девушек, которые в макияже напоминают клоунов и которым нравится, когда их трахают в задницу в обмен на сигареты, так что ты явно в его вкусе. Я желаю тебе всяческого счастья.

Я повернулась и пошла прочь от ее возмущенного выражения лица, заметив, как Ди и Лайла забираются на заднее сиденье синего «Ford» и машут мне, приглашая присоединиться к ним.

Я заставила себя улыбнуться, хотя мое сердце бешено заколотилось от боли, причиненной этим маленьким кусочком дерьма, и забралась внутрь вместе с ними, обнаружив, что Белла уже внутри, так что мы вчетвером втиснулись на заднее сиденье.

Два чувака сидели впереди машины, но я не обращала на них особого внимания, сосредоточившись на том, чтобы принять удобную позу, пока девушки хихикали и передавали по кругу бутылку водки.

– Привет, Роуг, – сказал парень на пассажирском сиденье, когда мы выехали на дорогу, и я посмотрела на его серьезно избитое лицо, заметив пластырь на носу, синяки под глазами и вьющиеся светлые волосы еще до того, как узнала его.

– Срань господня, Картер, что, черт возьми, случилось с твоим лицом? – Спросила я, потому что у меня не было такта, и мне очень нужно было услышать эту историю.

– Ничего особенного, – сказал он, пожимая плечами.

– Девочка, разве ты не знаешь, кто это с ним сделал? – Спросила Белла со смешком, который заставил меня понять, что она явно снова была под чем-то покрепче водки. – Фокс Арлекин поимел. Его. Ууууууупс.

Ди закрыла лицо рукой, чтобы скрыть смех, когда Картер сердито посмотрел на рыжую, а Лайла сочувственно похлопала его по плечу.

– Почему? – Спросила я, гадая, что он такого сделал, что разозлило Барсука.

– Эммм, ему показалось, что я слишком много на тебя смотрел, так что…

– Что? – Я замялась. – Когда?

– На днях, когда ты занималась серфингом. Я просто смотрел, как ты поймала мощную волну, вот и все. Но он сказал, что ты его девушка, и я перешел все границы, глядя на тебя, и он просто хотел донести это сообщение до моего сознания, я думаю. Все в порядке, выглядит хуже, чем есть на самом деле. – Картер пожал плечами, а его друг, сидевший за рулем, пробормотал что-то о том, что Арлекины психопаты и он не хочет умирать за то, что позволили мне прокатиться в его машине.

– Я не его, никогда не была и никогда не буду гребаной девушкой Фокса Арлекина, – громко сказала я, заставив Беллу снова захихикать. – Просто чтобы внести ясность. И я собираюсь поговорить с этим мудаком за то, что он поднял на тебя руку, попомни мои гребаные слова.

Я размышляла о короле членов, пока мы ехали остаток пути до клуба, в свою очередь потягивая водку, и стараясь забыть об этом мудаке, сосредоточившись на том, чтобы хорошо провести сегодняшнюю ночь. Без сомнения, я все равно поругаюсь с ним, когда увижу его снова, после того как заблокировала его попытки отследить меня на эту ночь, но к черту его за то, что он считает нормальным следить за моим местонахождением в любое время.

Мы добрались до северной части города, преодолев «Границу» без каких-либо происшествий. Но у меня по спине пробежали мурашки, когда мы пересекали этот участок, где шла борьба за территорию, как будто за машиной следили каждую секунду, которую мы проводили в ней. Я даже заметила маяк между зданиями, когда мы проезжали мимо него, все еще оцепленный желтой полицейской лентой. Я видела репортажи в новостях о произошедшей там резне, и ребята залегли на дно, пока не уляжется пыль, какое-то время придерживаясь в основном легальной работы. Мне было интересно, действительно ли все они считают, что это место стоит того, чтобы за него драться и проливать кровь, или же это просто соревнование по измерению размеров члена.

Клуб находился в стороне от пляжа, и когда мы свернули на боковую улочку, я в замешательстве огляделась по сторонам, гадая, где же, черт возьми, он может находиться. В зданиях вокруг нас было тихо, только несколько магазинов были закрыты на ночь, а общая тишина в воздухе говорила о том, что здесь вообще ничего не происходит.

– Шевели своей задницей, сучка, или мы пропустим выступление группы, – поддразнила Ди, подтолкнув меня так, чтобы я открыла дверь, и мы все смогли вылезти на тротуар.

Машины с остальными членами группы с «Парка Отбросов» тоже припарковались, и вскоре мы уже шли по улице, хихикая в предвкушении и объединяясь в группы, направляясь к клубу.

Я старался не обращать внимания на существование Рози, и в такой большой толпе это было довольно легко. То, как она цеплялась за Джейка, заставляло меня думать, что член Чейза был не единственным, который она сосала, но если она всерьез думала, что я буду бегать за ее второсортными пассиями, то она глубоко ошибалась. Тупая пизда. Держу пари, у нее до сих пор есть тот плюшевый мишка, которого я постоянно грозилась обезглавить. Может, я как-нибудь проберусь в ее трейлер и сделаю это.

Ди подтолкнула меня локтем, когда мы подошли к неприметной на вид двери, расположенной в белой стене, испещренной бесчисленными граффити. Я заметила среди них несколько надписей «Подземелье», а также не раз «Проклятые», и у меня мороз по коже пробежал, пока я их разглядывала.

Была ли я полной идиоткой, придя сюда? Возможно. Но теперь было уже слишком поздно поворачивать назад, и, по крайней мере, я знала, что Фокс и его дружки не смогут заявиться сюда и утащить меня обратно в свою пещеру. Территория «Проклятых» была закрыта для него и его маленьких приятелей.

Картер стукнул кулаком в дверь, и в ней открылся люк, из которой кто-то выглянул. – Сколько сосисок и сколько булочек?

– Что? – Спросила я со смехом, и Ди улыбнулась мне.

– Пополам, – ответил Картер, и парень внутри взглянул на нашу группу, прежде чем снова закрыть люк и открыть дверь.

– Они предпочитают, чтобы в клубе было равное количество парней и девушек, – выдохнула она в качестве объяснения. – Хотя обычно они пускают девушек в любом количестве.

– Тогда проходите, – сказал он, окинув нас взглядом, и я последовала за остальными по короткому каменному коридору, пока мы не вышли на широкую лестницу, ведущую вниз, в темноту, освещенную фиолетовыми огнями.

Все девушки хихикали, и действие водки заставило меня улыбаться вместе с ними, идя между Ди и Беллой, пока мы спускались в клуб под звуки группы, доносившиеся снизу.

Когда мы подошли к другой двери у основания лестницы, еще двое вышибал открыли ее, и музыка захлестнула нас. Звуки глубокого ритма и грубый голос певца на сцене охватили меня, и я поняла, что это место было построено на подземной парковке, которая была полностью переоборудована для создания этого клуба. У нас не проверили документы, и я решила, что это потому, что это место явно было нелегальным, а не потому, что я выглядела недостаточно молодо, чтобы оправдать это. Потому что я выглядела чертовски молодо. Хотя я догадывалась, что все то дерьмо, через которое я прошла, могло немного подпортить мои черты. Черт, может, мне стоило начать беспокоиться о появлении гусиных лапок?

Я забыла о наличие своих предполагаемых морщин, когда мы вошли в клуб, и мои губы приоткрылись, когда я оценила весь размах этого места. Он был огромен и буквально кишел людьми.

Большой бар, сложенный из шлакоблоков, тянулся по правой стороне помещения, увенчанный деревянной стойкой и подсвеченный полосой фиолетовых ламп. Стены и бетонные колонны были выкрашены в черный цвет, но на полу все еще осталась белая разметка, обозначающая места для парковки автомобилей. Несмотря на то, что это место было буквально заброшенной парковкой, оно было каким-то до глупости крутым – как будто его переделали под рейвы. Или, может быть, правильнее было бы сказать – под современный клуб.

Слева от этого места была возведена сцена, на которой выступала группа, и мой взгляд переместился на них, упиваясь необузданной энергией, с которой они охватывали сцену. У вокалистки был глубокий, хрипловатый голос, как у всех лучших исполнителей кантри и вестерна, а музыка была полна решимости и энергии.

Большинство людей, набившихся в заведение, танцевали, и я была более чем счастлива последовать их примеру, когда Ди схватила меня за руку и потащила в толпу.

Мы начали танцевать с Беллой и Лайлой, двигаясь вчетвером под музыку и позволяя ей увлечь нас в такт, когда мы растворились в толпе.

Время пролетело незаметно, пока мы танцевали, пили и смеялись, и я купалась в песне за песней, в то время как музыка наполняла мою душу и заставляла чувствовать себя легче, чем когда-либо до моего возвращения сюда. Не то чтобы я часто чувствовала легкость, когда тусовалась с «Мертвыми Псами» и Шоном Маккензи.

Гребаный Шон.

Моя кожа стала горячей и покалывающей при одной мысли об этом ублюдке, и я выругалась себе под нос, решив, что еще одна выпивка, вероятно, лучшее решение, которое я могла придумать что бы забыть о этом куске дерьма.

Но прежде чем я успела даже повернуться в сторону бара, большая рука провела линию прямо по центру моего позвоночника, и я замерла, когда мою кожу начало покалывать от жара по гораздо более веской причине, чем гнев на Шона.

Таинственный мужчина обнял меня за бедра, и я посмотрела вниз, обнаружив татуированную кожу, покрывавшую его от пальцев до кисти и вверх по предплечью, где темно-серый рукав был закатан до локтя.

Хватка парня усилилась, притягивая меня обратно к твердому, широкому телу, и я снова отдалась движениям своего танца, позволяя ему двигать мной.

Аромат дерева и кожи окутал меня, пока мы двигались вместе, а его вторая рука провела пальцами по моему бедру прямо под подолом платья, и я издала стон, закрыв глаза и откинув голову назад, чтобы прислониться к его плечу.

Это было то, что мне было нужно. Выход напряжению в моем теле, который помог бы мне смотреть на «Арлекинов» без нежелательной похоти, затуманивающей мой взор. Кто-то, кто прикоснется и приласкает меня, и смоет ощущение рук Шона на моей коже.

Я не хотела цветов и поцелуев. Я хотела мужчину, который видел, чего хочет, и брал это. Я хотела использовать его, быть использованной им и почувствовать себя идеально грязной с утра. Потому что грязь подходила мне больше всего. Я была испорченным, несовершенным созданием, и мне нравилось играть эту роль так, чтобы никогда не забывать об этом. Никогда больше.

Парень, с которым я танцевала, провел рукой вверх по моему бедру, а его большой палец приподнял материал моей юбки, и у меня перехватило дыхание, когда он прочертил линию пылающего огня прямо до линии моих трусиков одним пальцем, прежде чем позволить материалу снова упасть.

Я еще даже не видела его лица, но уже знала, что он из тех, кто может меня уничтожить. Он ел на завтрак души девственниц и питался сексом и опасностью, и я хотела попировать с ним в следующий раз, когда он будет обедать.

Его левая рука прижимала мою спину к его груди, поэтому, когда я попыталась повернуться к нему лицом, у меня не получилось, и мой пульс участился, когда он скользнул правой рукой вверх по передней части моего тела, его пальцы прочертили линию на моей плоти, пока не добрались до шеи.

Когда его большая рука сомкнулась на моем горле, я судорожно вздохнула от страха, на мгновение вернувшись в тот момент с Шоном, когда он пытался выжать жизнь из моего тела, и я оказалась бессильной остановить его.

Я попыталась вырваться, но хватка парня на моем горле усилилась, его пальцы впились достаточно сильно, чтобы мой пульс ускорился, когда он приподнял мой подбородок. Другой рукой он крепче обхватил меня за талию и сильно прижал мою задницу к своей промежности и твердой выпуклости своего члена.

Он склонил голову к моему плечу, и грубая щетина коснулась моей шеи прямо под ухом.

– Привет, красавица, – прорычал он, его голос был глубоким и мрачным, и в нем было даже больше боли, чем я могла себе представить.

Мои губы приоткрылись от удивления, сердце забилось как сумасшедшее, и из меня вырвался тихий всхлип, который я даже не смогла истолковать.

Он сильнее сжал мое горло, его рот все еще был прижат к моей шее сбоку, чуть выше его пальцев, и когда он прикусил мою кожу, сильно посасывая, с моих губ сорвался стон, и мои бедра непроизвольно сжались, когда мое жаждущее тело отреагировало на его прикосновение.

Это не должно было меня заводить, особенно когда его рука вот так сжимала мое горло, но прежде чем я успела по-настоящему начать корить себя или сказать ему, чтобы он отвалил от меня нахуй, или позволить себе разобраться в подозрениях, которые я испытывала по поводу его личности, он отпустил меня.

От неожиданности я сделала шаг вперед, и к тому времени, как я обернулась, чтобы потребовать – я даже не знала, чего именно, – это уже не имело значения, потому что он ушел, а толпа танцующих идиотов вокруг меня полностью замела его следы.

Я огляделась по сторонам, но в темноте и толпе я не могла его разглядеть и выругалась, подумав, не почудилось ли мне. Конечно, это был не тот, о ком я подумала. Но то, как колотилось мое сердце, говорило мне, что так оно и было. И если Маверик действительно был здесь, то я ни за что не позволю ему уйти, не поговорив со мной.

Я прислушивалась к их предупреждениям о Маверике, но я также слышала их громко и ясно, когда они сказали мне, что он был единственным из них, кто пытался найти меня.

Кроме того, мертвые девушки не испытывали страха. Верно?

Я оглянулась, чтобы дать девочкам знать, куда я иду, но я не смогла разглядеть их в толпе танцующих, которые плотно окружили нас, а Маверик исчез.

Я выругалась себе под нос и начала проталкиваться через толпу направляясь к бару, а не к зоне отдыха в задней части клуба. Рик, которого я знала, всегда предпочитал вечеринку сидению в углу, и если в безжалостном убийце, которым он, очевидно, стал, осталась хоть частичка того парня, то я знала, что он пойдет выпить.

Толпа поредела, когда я отошла от центра скопища людей, и я огляделась по сторонам, выискивая в телах вокруг себя хоть какие-то признаки знакомости. Я не видела Маверика долгих десять лет, и если татуировки, которые я заметила, и мощные мышцы, которые я почувствовала, прижавшиеся к моему телу, были каким-то признаком, то он изменился не в одном смысле. Точно так же, как это было со всеми моими мальчиками.

Я поспешила дальше, толкаясь, ругаясь и чувствуя себя гребаной идиоткой, гоняясь за воспоминанием в темноте клуба, пока, наконец, не подошла к бару, но не смогла найти там человека, которого надеялась найти.

Я нахмурилась и пнула стойку, прежде чем вспомнила, что она построена из шлакоблоков, и выругалась, когда боль пронзила мои пальцы на ногах.

– Где Зеленый Рейнджер, когда он мне нужен? – Пробормотала я себе под нос, заработав странный взгляд от парня рядом со мной, от которого я тут же отмахнулась.

– В чем дело, красавица? Ты что-то потеряла?

Я обернулась, приоткрыв рот, когда обнаружила Рика, стоящего надо мной: его глубокие карие глаза пожирали, а темное присутствие поглощало.

– Черт, – выдохнула я, не имея реального ответа для него, а потом скользнула взглядом по его телу. Маверик был высоким, когда я видела его в последний раз, но сейчас он возвышался надо мной, и ширина его мускулистой груди заставляла меня чувствовать себя маленькой во всех отношениях.

На нем были джинсы и рубашка с расстегнутыми пуговицами у горла, открывая вид на такое же количество татуировок, как и на предплечьях, и мне стало интересно, как далеко они простираются под одеждой.

Темные волосы были зачесаны назад на макушке с меньшей тщательностью, чем он привык, но все же что-то в них говорило о том, что именно так ему и нравилось. Рот, который я видела улыбающимся тысячу раз, был жестко сжат, а то, как были нахмурены брови над темными глазами, казалось слишком естественным, чтобы быть для него чем-то необычным.

– Я слышал, что у Фокса появилась девушка, к которой никому не разрешается прикасаться, – задумчиво произнес он, глядя на меня, и от ощущения его пристального взгляда на моем теле у меня по коже побежали мурашки. Но я не могла сказать, были ли они вызваны страхом, похотью или чем-то гораздо более тревожным. – Думаю, я должен был сразу догадаться, что это ты. В конце концов, он всегда был одержим тобой, – сказал Маверик своим глубоким, греховным голосом.

– Я никому не принадлежу…

– Я вижу, у тебя тоже появилась первая без меня, – сказал он, игнорируя меня и протягивая руку, чтобы коснуться пальцами татуировок, покрывавших мою левую руку. – Которая из них первая? – Его рука переместилась к черепу на моем правом бедре, и его грубые пальцы коснулись чувствительной кожи так, что мне захотелось большего. После стольких лет казалось глупым обсуждать татуировки, но он сделал свою первую татуировку без меня, а я в то время жаловалась на это, так что я полагала, что могу дать ему ответ на этот вопрос.

– Крылья на спине, – спокойно ответила я, не зная, как я должна реагировать на это жестокое существо передо мной. Когда я пришла сюда, в моем сердце была ненависть к мальчикам-Арлекинам, потому что я верила, что каждый из них оставил меня гнить. Но если то, что рассказали мне другие, было правдой, то с Риком дело обстояло иначе. Он пытался последовать за мной. Он отсидел шесть лет за эту попытку. И к тому времени, когда его освободили, меня бы уже давно не было, даже если бы он попытался снова найти меня. – Я сделала их, потому что…

Мои объяснения были прерваны тем, что Рик развернул меня, схватив в охапку мои радужные волосы, и прижал мое лицо к стойке бара, наклонив меня над ней. Я ахнула от шока, проклиная его, когда он прижал меня к месту своей ошеломляющей силой, а затем дернул молнию на спине моего платья до самого основания позвоночника.

– Маверик! – Закричала я, пытаясь вырваться из его хватки, когда его пальцы пробежались по татуировкам у меня на спине, и он прорычал что-то, чего я не смогла разобрать.