Текст книги "Теневая революция (ЛП)"

Автор книги: Сьюзан Гриффит

Соавторы: Клей Гриффит
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава восьмая

Кейт Анструтер поднималась по парадной лестнице Хартли-Холла, залитой холодным утренним солнцем. Ее щеки раскраснелись, волосы растрепались. Рядом с ней вышагивал длинный, грациозный ирландский волкодав. Кейт положила руку на его массивную голову и разрешила ему продолжить патрулировать территорию. Пес убежал.

Как только Кейт вошла в дом, к ней подошел лакей, чтобы снять с нее грязные черные сапоги, пока она стояла, прислонившись к дверному косяку. Она также сняла тяжелое кожаное пальто и, не надевая чулок, прошла в гостиную, забрав у дворецкого стопку газет. За ней последовала горничная с чистыми туфлями и сменой одежды. Кейт взяла туфли, но отмахнулась от одежды, чувствуя, что горничная преувеличивает степень загрязнения ее брюк и тяжелой хлопковой блузки.

Она вошла в утреннюю гостиную, где уже горел камин и на буфете стоял завтрак. Она налила себе чашку кофе и стала листать первую газету, пока не нашла нужную статью: сообщение о смерти лорда Окема на приеме у виконта Джиллингема. Судя по всему, согласно осведомленным источникам, бедный лорд Окем скончался от эпилептического припадка. Премьер-министр и его супруга были рядом, чтобы утешить его светлость в последние минуты его жизни. Организовывались похороны.

Она открыла вторую газету, которая, как известно, была настроена менее лояльно по отношению к правящим кругам, и нашла небольшую заметку о том, что известный тори лорд Окем скончался на приеме у вигов, на котором присутствовали виг-премьер-министр и его возлюбленная супруга. Причина смерти не указывалась, но был намек на то, что его светлость мог погибнуть насильственной смертью, возможно, на дуэли, возможно, из-за радикальных политических взглядов лорда Окема.

Кейт покачала головой. Вот, значит, как. Все чисто и аккуратно. О других смертях умолчали. Она подошла к окну и стала смотреть на сад в конце осени. Она увидела двух мужчин, которых только что оставила, они продолжали обходить территорию. Один из них был старшим егерем и вооружен дробовиком с широким стволом. Кейт выставила охрану вокруг дома, чтобы перехватить полковника Хибберта, если он попытается связаться с Имоджен. Кейт была уверена в своих силах, но теперь ей нужно было переходить в наступление.

После той ужасной ночи у виконта Джиллингема она провела дома целый день. Покинув вечеринку в предрассветные часы в субботу, она забрала Имоджен из дома двоюродной сестры, где они остановились на выходные, и сразу же отправилась из Лондона в Хартли-Холл, добравшись туда на рассвете. Имоджен в гневе ушла к себе в комнату и с тех пор оттуда не выходила. Кейт провалилась в беспокойный сон от переутомления, но через несколько часов проснулась и решила заняться алхимией. Но все мысли о пробирках и пузырьках с бурлящей жидкостью разбивались о воспоминания о том ужасном звере, которым был лорд Окем.

Оборотень. Хибберт. Имоджен. Какая между ними связь – и есть ли она вообще?

Знал ли Хибберт, что лорд Окем был оборотнем? Был ли он сам оборотнем? До вечеринки все казалось ясным. Кейт не сомневалась, что сможет отшить назойливого ухажера. Но теперь нужно было строить новые планы.

В отчаянии она пошла в кабинет, где отец хранил свои записные книжки и дневники. До поздней ночи в воскресенье она просматривала многочисленные тома, посвященные его путешествиям по миру, в том числе его многочисленным наблюдениям за странными и мистическими явлениями. Она искала информацию о ликантропии и кое-что нашла. Отец сталкивался с историями о вервольфах и записывал их. Однако достоверных упоминаний о ликантропии в Британии не было.

Отец мог бы знать об этом не хуже других. Он был сэром Роландом Анструтером, великим исследователем и, возможно, самым путешествующим человеком своего времени. Если бы нужно было составить рейтинг английских мужчин прошлого века, сэр Роланд оказался бы в числе немногих, рядом с Нельсоном, Веллингтоном и Куком. Он был божеством для всей империи. Но для Кейт он был отцом. Она слышала его глубокий, раскатистый смех и чувствовала его грубую руку на своей. У него были самые добрые голубые глаза. Он мог различить пение любой птицы и узнать по следам любое животное. Он научил ее французскому и немецкому и отправил за границу, чтобы она могла применить эти знания на практике. Он позаботился о том, чтобы она умела держаться в седле, как настоящая леди, и сражаться, как настоящий джентльмен. Он был выдающимся математиком и инженером, и Кейт всегда восхищалась его аналитическим и практическим складом ума.

Она также ценила его увлечение мистицизмом, и мало кто, кроме нее, знал, насколько это было важно для него. В детстве это был способ проводить с ним время, когда он бывал дома, а во взрослой жизни, просто любопытство. Кейт посвящала много времени изучению магии и ее истории. Она увлеклась алхимией, возможно, потому, что в ней сочетались воспроизводимость научных результатов и туманная атмосфера оккультизма.

Мысли Кейт снова переключились на загадочного Саймона Арчера, как это часто случалось в последний день. Красивый и уверенный в себе, с ироничной чувствительностью джентльмена из состоятельной семьи. Кейт чувствовала в нем что-то странное, как будто он носил маску. Что-то темное, что он либо пытался скрыть, либо не осознавал. К тому же он явно совершал поступки, недоступные обычному человеку. Он поднял бильярдный стол из красного дерева, который, должно быть, весил несколько сотен фунтов. Он боролся с чудовищным оборотнем, как Кейт боролась со своим любимым псом Этельредом.

А еще был его спутник, который то выглядел ленивым франтом, то превращался в небритого уличного торговца. Очень странно. Не говоря уже о том, что этот парень мог добывать огонь голыми руками.

Кейт гадала, что за люди эти двое, но теперь, когда в это прохладное воскресное утро взошло солнце, ей нужно было действовать. Она стояла у камина, когда услышала, как открылась дверь.

– Хогарт, – тепло поприветствовала его Кейт, – я как раз собиралась послать за тобой.

Он был высоким мужчиной, ростом выше шести футов, и под ливреей скрывалась его потрясающая мускулатура. Кейт брала у него уроки бокса, тайком, чтобы не шокировать других слуг, и знала, что он сложен так же хорошо, как любой мужчина, которого она видела в майке, а таких, надо признать, было немного. Он не был красавцем, но производил мрачноватое впечатление. У него были темные и спокойные глаза. Она ни разу не видела его растерянным.

– Завтра я еду в Лондон. – Теперь, когда ожидание закончилось и у нее появился план действий, у Кейт проснулся аппетит. Она взяла тарелку, отогнала Хогарта, который хотел ей помочь, и начала накладывать себе яичницу с сосисками.

– Да, мисс Кейт. Мне пойти с вами?

– Я бы хотела, чтобы ты поехал. – Она села и принялась жадно есть. – Пора разобраться с полковником Хиббертом. Я хочу узнать о нем побольше. Те немногие расспросы, которые я провела после того, как он начал приставать к Имоджен несколько недель назад, не принесли мне ничего нового. Я намерена вывести его на чистую воду.

– Но вы же сами сказали, что он связан с лордом Окемом, который является ликантропом, – невозмутимо напомнил ей Хогарт. – Был ликантропом. С ним нужно разбираться не по-обычному. Ваш отец просил меня позаботиться о вас и вашей сестре. Предоставьте это мне.

Кейт посмотрела в его темные глаза. Он не выказал никаких эмоций, разве что предложил налить ей еще кофе, что он и сделал.

– Я не собираюсь его убивать. – Она рассмеялась, нарезая колбасу. – Нет, Хогарт. По крайней мере, до тех пор, пока я не узнаю, с чем именно мы имеем дело. Я сделаю всё, что в моих законных силах, чтобы разоблачить и уничтожить этого негодяя, если он действительно всего лишь негодяй. Если я смогу выдворить его из страны, я это сделаю. Но я понятия не имею, какое отношение он имеет к лорду Окему. Это могло быть простым совпадением. Мне нужно это выяснить, прежде чем предпринимать какие-либо действия.

Хогарт стоял у окна, заложив руки за спину.

– Я понимаю.

Раздался стук в дверь, и вошла миссис Толберт, седовласая экономка. Она была явно расстроена. Кейт выпрямилась, ожидая, что ей сообщат о приезде Хибберта в поместье.

– Мисс Кейт, – экономка немного пришла в себя, – горничная мисс Имоджен только что сообщила мне тревожные новости.

– Что случилось, миссис Толберт? – Кейт с трудом сохраняла спокойствие.

– Мисс Имоджен пропала.

– Пропала? Куда пропала? – Кейт вскочила со стула.

– Не знаю, мисс. Одна из её дорожных сумок исчезла, и кое-что из одежды тоже.

Кейт почувствовала, как Хогарт положил руку ей на плечо, и ударила ладонью по тиковому столу.

– Чёрт возьми!

Миссис Толберт сказала:

– Одной лошади мисс Имоджен нет в конюшне. Я уверена, что горничная ни в чём не виновата, мисс.

Кейт махнула рукой.

– Сейчас мне всё равно, кто ей помог. Спасибо, миссис Толберт. Приготовьте мне сменную одежду. – Экономка вышла, а Кейт повернулась к Хогарту, немного успокоившись при виде его невозмутимого лица. – Хогарт, мы едем в Лондон. Я уверена, что она отправилась к полковнику Хибберту. Приготовьте почтовую карету.

– Да, мисс. Однако, учитывая, что проблема с оборотнем всё ещё не решена, я предлагаю обратиться за дополнительной помощью. Вы упомянули двух джентльменов из нашей компании. Возможно, они смогут вам помочь.

Кейт с сомнением покачала головой.

– Я ничего не знаю об этих двоих. Один из них использовал какую-то маскировку, чтобы выдать себя за сэра Томаса Вулфолка. Второго звали Саймон Арчер.

Это застало Хогарта врасплох.

– Саймон Арчер? – повторил он, как будто это имя было ему знакомо.

Кейт посмотрела на своего слугу.

– Вы его знаете?

– Я слышал о нем, – уточнил он. – Он джентльмен особого склада.

Кейт не поняла, имеет ли Хогарт в виду социальное положение этого человека или что-то другое. Она покачала головой.

– Это семейное дело.

– Мисс, вы знаете, что полковник Хибберт, человек с темными намерениями, и в его распоряжении могут быть темные силы. Я предлагаю вам посоветоваться по этому вопросу с мистером Арчером.

Кейт не могла отрицать, что думала о том же, хотя, возможно, из другого, более личного любопытства. Саймон Арчер, как и его друг, обладал немалой властью. Похоже, это были первые настоящие маги, с которыми она столкнулась, если не считать дневников и писем ее отца. Если Арчер заслуживает доверия, было бы полезно заручиться его поддержкой. Она заметила спокойную уверенность на лице Хогарта.

– Хорошо. Стоит попытаться с ним связаться.

– Да, мисс. Отличная идея.

Кейт направилась к двери, загадочно улыбаясь.

Глава девятая

Хорошо одетая женщина не должна была бы так поздно бродить в одиночестве по краю Дьявольского акра в Вестминстере, если только у нее не было на то веской причины. У этой женщины она была, но не совсем обычного рода. Она была очень высокой, ростом явно выше шести футов, с распущенными светлыми волосами. Взгляд ее был устремлен вперед, а глаза напоминали ледники. На ней был плащ, который развевался при ходьбе и скрывал ее фигуру, позволяя воображению дорисовывать ее облик. Плащ ничуть не умалял ее внушительных размеров, а походка делала ее еще более величественной: она шла широко и размеренно, как солдат. Она была словно ожившая валькирия, несомненно, красивая женщина, но ее рост и сила затмевали ее яркие черты.

Она остановилась на людном перекрестке, чтобы сориентироваться. Все эти лачуги казались ей одинаковыми. Группа оборванцев толпилась у ближайшего костра. Они с изумлением уставились на статную женщину.

– Заблудились, дорогуша? – спросил один из них, вызвав смех у своих приятелей.

Не глядя на них, женщина спросила:

– Я ищу клуб "Булвар".

Мужчина с щербатой улыбкой подошел к ней, осмелев от насмешек своих товарищей.

– Он прямо за углом. Вы туда направляетесь, чтобы с кем-то встретиться? – Она пошла дальше, но мужчина забежал вперед и преградил ей путь. – Погодите-ка. Куда вы так торопитесь? – Его лоснящаяся от жира макушка оказалась на уровне ее подбородка, когда он попятился, чтобы не отставать. – Ого, да вы немаленькая.

Несколько его приятелей отошли от костра и встали у нее за спиной. Взгляд женщины слегка изменился, но она продолжила идти. Главный из них протянул руку и коснулся ее локтя.

– Погодите-ка, зачем так грубо? Я просто предлагаю вам немного заработать, пока вы не добрались до "Булвара".

Ее плащ затрепетал. Послышался хруст ломающихся костей. Мужчина закричал и отшатнулся от нее, его рука была согнута под неестественным углом.

Один из преследовавших ее мужчин бросился вперед, и женщина развернулась к нему. Он понял, что никто из его друзей не пришел на помощь, и остановился. Рука женщины метнулась вперед, как гадюка. Сильные пальцы схватили его за воротник поношенного пальто. Она подняла мужчину в воздух и швырнула его на фонарный столб. Мужчина захрипел, не в силах закричать.

Женщина ударила его о железный столб еще раз. Он забился в ее хватке. Голова мужчины дважды ударилась о столб, потом еще раз. Его приятели попятились, не веря своим глазам, пока женщина избивала их друга до крови. Наконец она подняла его одной рукой над головой и швырнула на тротуар. Он застонал и свернулся в клубок, вокруг его головы растекалась лужа крови. Она развернулась и пошла в прежнем направлении, не обращая внимания на изумленную толпу, которая наблюдала за ней с улицы и из окон. Никто не пытался ее остановить.

За углом, как и было обещано, находился клуб "Булвар". Это было обветшалое здание в стиле Реставрации, которое, возможно, когда-то было величественным, но быстро пришло в упадок, как и весь район. Она поднялась на обваливающееся крыльцо и толкнула входную дверь.

На улице не было швейцара, который мог бы ее остановить. Внутри не было дворецкого, который мог бы ее встретить. Там было только грязное фойе и лестница, ведущая на второй этаж. Она заметила гостиную рядом с прихожей, и несколько пар глаз лениво повернулись в ее сторону, а затем широко раскрылись от удивления. Она направилась к двери в гостиную, и глаза присутствующих раскрылись еще шире.

Она окинула взглядом гостиную с ее мерцающими лампами, обвисшими обоями, обшарпанной мебелью и такими же обшарпанными мужчинами. Как правило, это были старики в поношенной одежде, вышедшей из моды лет десять назад. Эта комната, набитая отбросами высшего общества, могла бы сойти за гостиную в стиле Регентства.

Она объявила:

– Мне нужен полковник Бойлан Хибберт.

Мужчины опустили газеты и принялись раскуривать трубки. Женщине быстро надоели их растерянные взгляды, и она переключилась на ближайшего к ней мужчину. Он сидел в обшарпанном кресле у камина. Он был одет для ужина, но на ногах у него были тапочки с протертыми большими пальцами. Его седые волосы поредели, и он явно не брился несколько дней.

Она спросила его:

– Вы знаете полковника Хибберта? Где его комната?

Старик покрутил головой, размышляя или демонстрируя старческую забывчивость. Он вынул трубку изо рта.

– Он живет в седьмой комнате, это третья дверь направо, если подниматься по лестнице. Однако, – добавил он, когда женщина собралась уходить, – кажется, у него сейчас гость. Я с радостью поднимусь и передам ему, что вы пришли.

Женщина бросила на мужчину презрительный взгляд через плечо. Когда она повернулась к лестнице, то услышала, как он пробормотал:

– Нарушитель. Надо ужесточить правила для членов клуба.

Женщина поднялась по скрипучей лестнице. Голоса становились все громче, в них звучали споры и страсть. Она услышала смех и плач. Табачный дым смешивался с угольным газом и даже с запахом опиума. Этот сладковатый запах стал сильнее, когда она подошла к двери и постучала в нее кулаком.

Дверь распахнулась, и на пороге появился полковник Хибберт в потрепанном смокинге, с ярким дхоти, или индийским кушаком, повязанным вокруг талии, и босиком. В зубах он сжимал трубку с длинным чубуком. Его глаза были красными и полузакрытыми.

Валькирия протиснулась мимо него в комнату, а Хибберт, не сводя с нее затуманенного взгляда, последовал за ней. Комната была сплошь серой, пол, стены, постельное белье. Одна тусклая лампа отбрасывала дрожащие тени. Хибберт медленно закрыл дверь и прислонился к ней, улыбнувшись так, что когда-то эта улыбка могла бы показаться очаровательной.

– Гретта, – Хибберт неуклюже поклонился, – добро пожаловать в мой дом. Я только что поставил чайник. Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Она оглядела убогую обстановку и фыркнула:

– Далеко ты пал, Хибберт.

Мужчина весело фыркнул:

– Я обнаружил, что в приличных клубах больше не рады видеть мужчин, ведущих светский образ жизни. Стоит прикончить пару никчемных шлюшек в Калькутте, и вот ты уже не в моде.

Гретта равнодушно хмыкнула, не проявив интереса к его злоключениям.

– Она здесь?

– Она пришла, когда я свистнул. – Полковник указал трубкой на другую дверь и похотливо ухмыльнулся. – Она в постели.

– И ты сделал всё, как я просила?

– Я дал ей дозу эликсира. И, полагаю, мне причитается вознаграждение. Хотя я бы с радостью оказал эту услугу бесплатно. – В опиумном дурмане промелькнуло предвкушение.

Гретта достала из-под плаща синюю бутылочку и бросила её Хибберту.

Он уставился на стеклянный флакон со смесью облегчения и вожделения.

– Уверяю вас, Гретта, милая мисс Анструтер сделает всё, о чём я попрошу, и она уже сделала. – Хибберт с притворной скромностью взглянул на высокую блондинку. О, прости меня, моя милая, за мою грубую мужскую прямоту. – Затем он усмехнулся. – Хотя чего мне бояться? Мы оба искушённые люди, не так ли, герр Альдфатер? – Он ухмыльнулся своей шутке, особенно учитывая раздражённый взгляд, которым его одарила Гретта. Он рухнул в кресло, прижимая к себе бутылку. Опиум. Джентльмен никогда не повернётся к вам спиной.

– Полковник Хибберт, ни ваш детский юмор, ни ваша помощь мне больше не нужны.

Сидя в своём грязном кресле, Хибберт затянулся трубкой, вяло прислушиваясь к тому, что говорит женщина.

– Ой? Очень жаль. Она мне нравилась. Но ничего не поделаешь. Что мне делать дальше?

– Ничего.

– Что ж, тогда я бы хотел, чтобы мне предоставили более комфортные условия. Здесь нет уединения, необходимого для того, чтобы мужчина мог предаваться… определённым занятиям.

Гретта изучающе посмотрела на этого долговязого негодяя.

– Нет.

– Что нет?

– Вам не предоставят более комфортные условия. И никаких определённых занятий для вас не будет.

– Послушай, старая перечница, я отдаю тебе эту Анструтерскую чипсу. Она уже готова. Я ведь заслужил что-то, не так ли?

– Ты заслуживаешь того, чтобы тебя убили и съели.

Хибберт неодобрительно ухмыльнулся, глядя в чашу своей дымящейся трубки. Его голос был невнятным из-за наркотика.

– Я не потерплю, чтобы меня ели в моём собственном доме.

Женщина подошла к его креслу и потянулась к нему. Комнату наполнил ужасающий вопль. Из пола вырвались ярко-жёлтые тени, жуткие полупрозрачные фигуры с пальцами и костлявыми лицами, искажёнными в муке. Тени сомкнулись вокруг женщины, и на её лице впервые отразилось удивление. Она размахивала сильными руками, пока эти призрачные твари терзали её. Её голова моталась из стороны в сторону, на щеках появились алые рубцы. Светлые волосы разметались, длинные пряди вырвались из причёски. С гневным криком она бросилась к двери, прикрывая лицо рукой. Жёлтые духи не последовали за ней. Они зависли по периметру круга, издавая странный хихикающий звук. Затем они рассеялись, как утренний туман на рассвете, и исчезли в полу.

Гретта присела на корточки, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Её голубые глаза сверлили худого мужчину, из-за которого она едва не упала в обморок. Она медленно встала и отряхнула одежду. Теперь она увидела, что кресло Хибберта стоит в центре магического круга, начертанного мелом на деревянном полу. Она взглянула на дверь в спальню.

– О, там то же самое, – мужчина ухмыльнулся с елейным превосходством. – Мисс Анструтер лежит в центре другого круга. Подойди к ней, и мои мерзкие фамильяры содрали бы с вас кожу. Что только сделало бы вас еще более мужеподобной, чем вы есть. – Он усмехнулся своей шутке.

– Что за игру ты затеял, Хибберт? – голос Гретты дрожал от сдерживаемого гнева.

– Это не игра. Я хочу получить то, что мне причитается. Я не обязан отдавать вам мисс Анструтер. Я могу просто наслаждаться ею еще несколько дней, а потом использовать ее части в своих магических ритуалах. Это немного ослабит мой аппетит к мести Анструтерам.

Гретта напряглась. На ее шее вздулись вены, а сухожилия натянулись. Она начала дрожать.

Мужчина заерзал в кресле, но голос его звучал ровно.

– Твои уловки меня не пугают, Гретта. Здесь я главный. Ты играешь с магом, который учился своему ремеслу на Темном Востоке. Что ты можешь ему противопоставить?

Бледная кожа женщины внезапно потемнела. Ее спина сгорбилась, а под плащом проступили мощные мышцы. Пальцы скрючились и почернели, на их кончиках появились когти. Голова Гретты увеличилась, светлые волосы стали угольно-черными и, казалось, слились с густым мехом, покрывшим все ее тело. Ее рот раскрылся, а белые зубы стали еще крупнее. Она сбросила туфли, и ее когтистые ступни остались босыми.

Она сбросила тяжелый плащ и встряхнулась. Остатки одежды соскользнули с ее гигантского тела. Огромный оборотень стоял, разинув пасть. Он тяжело опустился на четвереньки и вонзил когти в пол. Его почерневшие губы задрожали от рычания.

Мужчина подтянул ноги к креслу и уставился на существо безумным взглядом. Он указал на него трубкой.

– А ну-ка, Гретта, прекрати этот шум. Ты не сможешь проникнуть в мой круг, даже в таком обличье.

– Не смогу? – прорычала она и бросилась на него.

Хибберт вскрикнул и выронил бутылку с опиумом, которая разбилась вдребезги. Тут же появились желтые тени и окутали огромного зверя. Она выгнулась, словно ударилась о стену. Но тут же рванула вперед, вырывая когтями куски дерева из пола. Жуткие желтые призраки завыли и принялись терзать ее голову и спину. Их руки, от которых шел пар, оставили кровавые полосы на ее волосатой плоти. Но Гретта продолжала приближаться к маленькому человечку в кресле. Тени ревели, словно от адской боли, продолжая кружить вокруг нее и терзать ее. Несмотря на жестокие раны, которые они ей наносили, с каждым ее шагом тени отступали.

Свирепый взгляд Гретты не отрывался от перепуганного Хибберта. Она придвинулась к нему на расстояние фута и оскалила зубы. Кончик ее огромного языка высунулся изо рта и лизнул его лицо. Мужчина закричал и бросился бежать. Как только он покинул круг, тени исчезли, а Гретта рухнула на пустое кресло.

Хибберт успел сделать три шага, прежде чем огромная лапа схватила его за спину. Он едва успел вскрикнуть, как его спина разверзлась, забрызгав все вокруг кровью. Одно плечо с рукой упало на пол, а остальная часть тела, покачиваясь, как пьяная, сделала несколько шагов назад и рухнула на землю.

Гретта ударила по неподвижному телу. Она принюхалась, но почувствовала лишь запах смерти. Она издала звериный рык, похожий на смех.

Двумя широкими шагами она добралась до двери в спальню и распахнула ее. Она заглянула в комнату. Грязные занавески колыхались на холодном ветру.

– Будь он проклят! – выругалась Гретта.

Огромный оборотень подошел к пустой кровати, рядом с которой было открытое окно. На полу был нарисован второй меловой круг, но после смерти Хибберта он утратил свою силу. Постельное белье было смято, и Гретта почувствовала запах недавнего присутствия человека. Женщины. Запах шел от кровати к окну и дальше, на улицу.

Девушки Анструтер нигде не было.

Гретта услышала осторожные голоса за дверью, но побоялась постучать или открыть ее. Она подобрала свой плащ и осмотрела отвратительные, кровоточащие раны на руках, ногах и туловище. Больно, но они заживут. Она подошла к окну и глубоко вдохнула. Там, среди окутанных дымом крыш и темных переулков, чувствовался слабый запах девушки.

Гретта распахнула плащ и выпрыгнула в холодную ночь.