Текст книги "Третья грань реальности (СИ)"
Автор книги: Светлана Людвиг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
Глава 11
Солнце только показало краешек, когда я уже при полном параде коротала время в седле, ожидая подопечного возле пропускного пункта. Не прошло даже недели со злополучного экзамена, а уже требовалось приступить к работе. К счастью, свободное время я провела вдали от двора, в одной из местных гостиниц. Но перспективы остаться с Лейфом наедине это нисколько не скрашивало.
Учитель стоял рядом и зачем-то держал в руках поводья моей лошади. Наверное, опасался, что я сбегу в неизвестном направлении. Хорошо, веник не взял.
Пару раз Вильфрид порывался что-то сказать, но, подержав рот несколько секунд открытым, тут же его закрывал. В итоге высказал он, только когда господин Эверон уверенной походкой вывернул из-за угла и направился к конюшне:
– Итак, дорогая моя ученица! Сегодня настал тот день, когда ты самостоятельно выходишь в большой мир. С чем я тебя и поздравляю!
– Спасибо, – вежливо улыбнулась я.
– Не перебивай, я не закончил, – вздохнул чародей. Он говорил тяжело, будто ком стоял в горле. Дыхание сбивалось, а голос звучал неуверенно, но твёрдо. – Значит так, я не знаю, какие цели ты преследуешь и что хочешь получить в итоге. Ты и сама не знаешь. В любом случае, первоначальную задачу стать чародейкой выполнила. Поэтому хочешь того или нет, тебе придётся отрабатывать это звание. И твои личные предубеждения…
– Я верну его в целости и сохранности прямо на это место, когда он пожелает завершить свою миссию, – оповестила я, видя, что объект моей охраны приближается. – Я не взбалмошная девчонка, даже если тебе вдруг так показалось.
– Я не совсем это имел в виду, но, в принципе, подобный вариант меня тоже устроит. Правда, ещё хочу посоветовать, не пить его! Я понимаю, что контролировать тебя там никто не станет, и понемногу не заметят. Но если ты сильно увлечёшься, то можешь его обескровить!
– Это ещё кто кого, – мрачно буркнула я.
– Не понимаю, – растерялся учитель, однако, быстро скрыл эмоции при виде Лейфа, который уже приближался к нам верхом.
Сейчас он показался мне обычным, почти неприметным: бледно-синий костюм с цилиндром того же цвета и голубой рубашкой, разумеется перчатки, совершенно невзрачная, похожая на тысячи других гнедая лошадь в яблоках. Я в дорогих мехах и на чисто-белой кобылке почувствовала себя пижонкой.
– Доброе утро, господин Вильфрид, графиня, – поздоровался Лейф с лёгкой улыбкой. – Рад вас видеть. Какие новости бродят по миру?
– Доброе, господи Эверон! Вести разные, а вас какие интересуют?
– Торговые, конечно! – рассмеялся мой подопечный.
Разумеется, учитель припомнил много разной безмерно интересной ерунды. Я сначала пыталась игнорировать беседу и делала вид, что всё это меня не касается. Но вдруг подул осенний ветерок, и внезапно я осознала, что трясусь непонятно отчего. Попыталась согреться мехом, которым был оторочен жакет, но не сильно помогло. Поэтому, поплотнее запахнув верхнюю одежду, я всё же вмешалась в мужской разговор:
– Прошу прощения, господин Эверон, но не могли бы мы поторопиться? До ближайшего города мы и так доберёмся только к вечеру.
Удивлённо Лейф глянул на часы, что-то прикинул и озадаченно высказался:
– Должны до сумерек успеть, даже если застрянем в дороге часа на два. Но, наверное, с нашей стороны не вежливо заставлять ждать барышню. В путь?
Я кивнула, мы на разные лады попрощались с Вильфридом и покинули пределы государевой резиденции. Пока не выехали на тракт, не проронили и слова. На улице уже начало теплеть, хотя ветер ещё ощущался. Первым тишину прервал Лейф, которого явно тяготило повисшее между нами напряжение:
– Если вы не против, графиня, давайте познакомимся поближе? – предложила он, с бессменной улыбкой глядя на меня. – Нам предстоит долгий путь, а мы ничего друг о друге не знаем.
– Разве это важно? – невозмутимо ответила я, не желая поднимать личные темы.
Не хотела я ничего о нём знать. Совершенно.
– А как же? – удивился Лейф. – Мы с вами в каком-то роде напарники. Работать вместе, не зная друг друга, что-то вроде игры вслепую.
– У нас с вами разная работа. Вы едете на дипломатическую миссию, а я всего лишь вас охраняю, – отрезала я, не разделяя энтузиазма.
Подписанный договор я так и не прочитала – просто не нашла сил. У Лаврика с Вильфридом спрашивать было себе дороже – они точно коршуны набрасывались на любой повод поговорить о Лейфе. Надоело это.
– Графиня, у вас в жизни что-то случилось? – внезапно сочувственно спросил Лейф. – Или, может, я вас чем-то обидел?
Обернувшись к спутнику, я склонила голову на бок и задумчиво посмотрела на вампира. Участливый, как и в день нашего знакомства. Готовый помочь… Только я прекрасно знала, чем всё закончится. Вроде спас, а вроде бросил. Не нужны мне такие подачки, не умираю.
– Случилось, – призналась я, не став лукавить, – но это не имеет значения. Как-нибудь переживу. Просто не хочу разговаривать на личные темы.
Ответ Лейфу пришлось принять, однако внезапно он обескураженно признался:
– Вы меня ставите в затруднительное положение. Я принимаю ваше желание, но я, к сожалению, не знаю о вас совершенно ничего. Только то, что вы сестра графа Виктимского и ученица Вильфрида.
– А как же информация из досье? – изумилась я.
– Я его не читал, – поморщился вампир. – Терпеть не могу все эти бумажки. В них подчас ни слова правды. Умудряются наврать даже в точных вещах, а иногда и непрошенными выводами заранее исказить отношение к человеку. Всегда предпочитаю личное знакомство, но с вами возникла неожиданная проблема.
Хмыкнув, я покачала головой. Даже улыбнулась и внезапно великодушно решила:
– Ну, информацией из досье могу и поделиться. Родилась двадцать два года назад в родовом поместье, там же и жила до неполных семнадцати лет. Мать умерла в мои пять, отец – в шестнадцать. После этого я и подалась в чародейки. Дальше вы знаете.
Спутник смотрел на меня заинтересованно, немного сочувственно. Я уже собиралась поехидничать на тему того, что поздно соболезновать из-за утраты родни, как он внезапно выдал:
– Сухие цифры. У такой прекрасной девушки в рассказе о себе одни сухие цифры.
– Да, – вскинулась я, внезапно оскорблённая, – я только и занимаюсь тем, что считаю годы и теряю время. И причём тут вообще моя внешность?
– Простите, не хотел обидеть. Просто красавицы вроде вас обычно забывают про возраст и выделяют в биографии совсем другое. Кто-то родню, кто-то важные события, вроде балов или дальних поездок, некоторые вспоминают увлечения. Есть кокетки, которые перечисляют кавалеров, но при всём вашем очаровании, вы на такое вряд ли обратите внимания.
Не было у меня ни балов, ни дальних поездок – исключая короткие отлучки из особняка Вильфрида до столицы, – ни кавалеров-то толком. Да и увлечений страстных не нашлось. Но говорить о таком вслух я не стала – лишнее. Однако так получилось, что Лейф всё же поймал меня на крючок, и беседу я невольно поддержала:
– Красота, очарование, – хмыкнула я. – Не надо льстить. Я хорошенькая – не более. И иллюзий не питаю.
– Графиня, да что вы такое говорите? – изумился вампир, почти что возмутился даже. – Вы очень красивая. У вас идеальный, чуть вытянутый овал лица, со слегка вздёрнутым подбородком. Очаровательный миниатюрный немного курносый нос. Обрамлённые дивными густыми чёрными ресницами чарующие зелёные глаза. Аккуратные прямые брови, изящно подчёркивающие великолепие.
– О-о-о! – протянула я.
Хотела укорить, подшутить, вроде «о, как всё запущено», но на губах играла непрошенная улыбка. Вроде, чушь вся это высокопарность, а всё равно приятно слышать комплименты. Особенно красивые.
– Что «О»? – игриво уточнил Лейф.
– О, да вы поэт, ваше превосходительство! – сформулировала я, и, на мой вкус, получилось даже хуже, чем «всё запущено».
– Имеете что-то против поэтов? – весело уточнил вампир.
– Предпочитаю не иметь дела с поэтами. С ними очень трудно – страшно сказать лишнее. Чуть что не так – дуэль! И не посмотрят, что дама. А могут вообще притвориться умирающими. Бегай потом перед ними на задних лапках, переживай.
Один тип мне такое устроил, да. Я чуть сама не слегла от волнений, а вечером вернулся из поездки Вильфрид и сказал не брать в голову. Мол, такое часто случается – ещё ни разу не умер. Больше я со стихоплётами наедине оставаться отказывалась.
– Чем вы довели несчастного человека до такого состояния?
– Неправильно поняла метафору… И как-то заметила, что строчка выбивается из ритма. Больше ни-за-что! Никаких замечаний! И никаких стихов.
– А как насчёт описаний?
– Каких описаний? – не сразу сообразила я и на этом прокололась.
– Например таких. Дорога перед нами осыпана осенними листьями настолько, что кажется выложенной из маленьких кусочков янтаря. Она извивается по-змеиному, и каждый поворот таит в себе новую загадку, ещё никем не раскрытую. Именно это притягивает, заставляет идти по выбранной тропе. Деревья окружают её будто охранники, застывшие на века. Сейчас стражи стоят спокойно, но стоит ветру разыграться, как зашумят на нас, раскачивая могучими ветвями, словно древним оружием.
А вот там, на повороте, затесалась маленькая сосенка, устроившись словно принцесса. Её вечнозелёные иголки красиво переливаются под лучами утреннего, заботливого и немного дремотного солнца. Она одна здесь осталась в своём платье, поэтому и становится привилегированной дамой.
Если посмотреть внимательно, то можно разглядеть за её спиной полянку. Летом она просто усыпана земляникой и приманивает одиноких путников отдохнуть. А сейчас, в осеннем тёплом благополучии, она скорее пугает, производя впечатление места, где ночью собираются ведьмы, чтобы до утра праздновать и гулять на кровавом пиру.
– Ведьм нет, – категорично заявила я, внезапно «выпав» из волшебной реальности, которую приоткрыл передо мной спутник. И вновь лес стал совершенно обычным. Вот умеют же некоторые вскружить голову одними словами! – А полянка… полянка больше вампиру подойдёт. Да, там ночью наверняка завораживающе красиво – легко путников подловить.
– Ведьм, значит, нет, а вампиры есть? – ехидно уточнил Лейф, пытаясь смутить.
Но я-то знала, что вопрос – лишь способ отвести от себя подозрения.
– Конечно, – посмотрев лукаво, подтвердила я, – лично знакома с одним. А, может, даже с двумя.
– Неужели? – задумчиво протянул Лейф. – И какой он из себя?
– Очень похож на вас! – заверила я, внимательно наблюдая за реакцией. Готова была поклясться, он вздрогнул, а меня распирал смех, но я держалась. – Так же ходил постоянно в перчатках и широкополой шляпе, чтобы на лицо не попадали солнечные лучи. Так же коварно улыбался девушкам, чтобы соблазнить их и выпить кровь. Ещё у него точно такой же взгляд: словно беззаботный, но проскальзывает что-то оценивающее.
– Занятно, – поперхнувшись, ответил спутник, чтобы не молчать.
По его волнению, я могла бы заподозрить неладное – если бы точно не знала, что он вампир. А так от души потешалась, стараясь выглядеть серьёзно.
– И как же вы с ним познакомились? – спросил Лейф после непродолжительного молчания.
– Он меня… – подъехала я к тайному советнику почти вплотную – лошади шли бок о бок, – укусил!
Резко наклонившись, я схватила мужчину за руку. Он отшатнулся, вздрогнув и едва удержался в седле, однако шляпу потерял. Пару минут мы серьёзно смотрели друг другу в глаза. У Лейфа они оказались голубые-голубые, точно небесная бездна – я словно нырнула в эти омуты, потеряв остальной мир, но быстро пришла в себя и, тряхнув головой, от души расхохоталась.
Вампир спешился, не спеша поднял головной убор, снял налипшие листья, оттряхнул. Управиться можно было и быстрее, но я не торопила, покорно дожидаясь, когда мужчина приведёт в порядок цилиндр, а заодно и дыхание.
– Ну вы и сказочница! – наконец, ответил Лейф, снова забираясь в седло. – Я вам почти поверил.
– Должна же невинная девушка как-то защищаться от вашего поэтического воображения? – наигранно взмахнула я ресницами, чрезвычайно довольная собой.
– Так это месть? – улыбнулся спутник, казалось, окончательно приходя в порядок.
– В каком-то роде, – игриво согласилась я. – Вы без спросу распелись как соловей, хотя я предупреждала, что не люблю такого. Не представляю, как вас невеста терпит.
И, ляпнув, осеклась. Вот чёрт! Не хотела же говорить на личные темы, а в итоге почти всю дорогу мы только этим и занимаемся. Невиданное коварство, я даже не заметила и невольно коснулась темы, которая чаще других крутилась в мыслях.
– Какая невеста? – нахмурился Лейф.
– Даяна, племянница государя, – стараясь выглядеть беспечной, уточнила я.
– Официальной помолвки ещё не было, так что Даяна не моя невеста. Всё может сотню раз поменяться: государь передумает, Даяна воспротивится или я откажусь.
– Но вы ведь не станете этого делать? Племянницы государя на дороге не валяются, – заметила я, натянуто улыбаясь.
– Смотря, в каких обстоятельствах – иногда и валяются. Но вы правы, графиня, я не хочу отказываться. Не вижу смысла. Даяна – хорошая партия.
Удивительно, но сейчас Лейф выглядел подавлено. Вроде, радоваться надо и гордиться оказанной честью, а он…
– У неё настолько плохой характер? – съехидничала я.
– Она тут не при чём, – вскинулся вампир, вступаясь за «не невесту». – Я влюблён в другую.
На душе стало мерзко. Настолько противно, что даже тень хорошего настроения испарилась. Я ждала его почти семь лет. Даже когда уехала к Вильфриду, надеялась на случайную встречу, как бы себя ни накручивала. А у него здесь… женится на одной, влюблён в другую. Сколько в его жизни было случайных встреч, как со мной? Скольких женщин он очаровал, чтобы выпить свежей крови? Приблизительные подсчёты испортили настроение окончательно.
– Графиня? – взволнованно позвал меня Лейф, заметив перемену в настроении. – Что случилось?
Отвечать не хотелось. Продолжать беседу тоже. Неплохо бы расплакаться, но совершенно бессмысленно. Я бы промолчала, однако боялась таким поведением дать лишний повод для размышлений, показать слабину.
– А почему вы не вместе со своей любовью? – словно невзначай поинтересовалась я.
– Не знаю, где она.
Нашу беседу прервало отнюдь не деликатное покашливание позади. Я резко обернулась на звук, крепче сжимая в руке палочку. Лейф тоже по привычке положил руку на эфес сабли, почуяв неприятности.
Позади стоял неприятный мужчина – далеко не молодой, суровый и озлобленный, несмотря на благодушный оскал. Чуть поодаль, я разглядела пару человек, вышедших следом. А за их спинами, среди деревьев скрывались те, кто не спешил показываться. Впрочем, впереди дорогу нам тоже перекрыли.
– Господа, предлагаю разойтись миром: вы отдаёте нам свои кошели, а мы убираемся с дороги, – выдвинул условия главный, поигрывая старым ножом, с ободранной деревянной ручкой.
Деньгами мы делиться не собирались: в тот момент, как Лейф выхватил оружие, под ногами у разбойников проскочила выпущенная мной молния. Мужики отскочили назад, хотя выстрел был предупреждающим, первым. В лесу наступила тишина, я даже услышала, как где-то недалеко чирикает птичка.
– Валите отсюда ко всем чертям, если нет желания ощутить настоящий залп на своей заднице. Я пока добрая, – встречно предложила я.
С чародейкой связываться не захотели – испарились, как ни бывало. Кому нужны кошельки, за которые нужно рисковать головой? Или другими частями тела.
– А магия очень удобна, – довольно заметил мой спутник, глядя вслед удирающим разбойникам. Не спеша и мы тронулись, внимательно поглядывая по сторонам. – Когда я соглашался взять телохранителя, и не думал, что это может серьёзно облегчить жизнь.
– Зачем же тогда брали? Захотели попутешествовать с хорошенькой девушкой? – заподозрила я неладное, но вампир внезапно излишне резко сменил тему:
– У вас богатый словарный запас.
– Теперь это так называется? – хитро спросила я.
– Где научились ругаться? – пропустил подколку вампир.
– Да трудно ли, – фыркнула я. – Есть у Вильфрида один пренеприятнейший приятель. Я с ним чему только не научилась.
– Откуда у господина Вильфрида такие знакомые?
– Вот и я думаю, как их сойтись угораздило, – проворчала я.
Мне рассказывать отказались. Видимо, в этой истории есть что-то компрометирующее больше, чем мог компрометировать сам Лаврик в друзьях.
– Давайте в следующий раз грозные речи скажу я? – вернулся к изначальному вопросу Лейф. – Уж больно такая лексика омрачает ваш образ.
– Нет, ваше превосходительство, так дело не пойдёт! – отрезала я, поучительно помахав указательным пальцем. – Чародейка здесь я, телохранитель я, и все лавры заберу тоже я! Вы лучше на своих переговорах выступайте.
– Ладно, тогда как вы отнесётесь к другому предложению? Может, оставим титулы и официальные обращения, и будем называть друг друга по имени? Раз уж вы не заморачиваетесь.
– Почему бы нет, – вздохнула я.
Сближаться с «подопечным» не хотелось. Я вообще планировала выстроить между нами стену деловых отношений, но когда стоит выбор между коротким Лейфом и заковыристым «вашим превосходительством»… Снова пришлось сдаться.
Однако вампир почему-то не торопился радоваться лёгкой победе, а выжидающе на меня смотрел. И смотрел… и смотрел, пока я не вздёрнула бровь.
– Графиня, может, вы представитесь? – устал Лейф, от моего непонимания, а я…
– Вы даже этого не соизволили узнать? – в голосе смешался восторг с удивлением и почти восхищением. Вот это да! Вот это же надо так… небрежно.
– К сожалению, нет. Перед поездкой дел навалилось слишком много – я действительно планировал посвятить знакомству дорогу.
– Тогда увы и ах, сделка отменяется, ваше превосходительство, – задорно заявила я.
– С моей стороны всё в силе, – поморщился вампир. – Может, сжалитесь и назовёте ваше имя?
– Ну уж нет! Брат велел прославлять фамилию – этим и займусь.
– Графиня, нельзя же так наказывать за маленький прокол?
– Маленький прокол? – возмутилась я. – Лейф, вы не удосужились узнать даже имя – думали, придёте на всё готовенькое. Почему я должна идти на уступки при таком пренебрежении? Не в моём положении оскорбляться, но меня и так всё устраивает. А если вы хотели приятельских отношений, стоило проявить чуть больше внимания. Нормально, если для вас телохранитель – пустое место, но не стоит лезть в душу.
Отповедь внезапно смутила Лейфа не на шутку. Он отвёл взгляд, о чём-то подумал пару минут, а потом, избегая смотреть на меня, пожаловался:
– Женщины – удивительные существа. То, что нам мужчинам кажется сущей мелочью, для вас имеет куда больший смысл. Признаюсь, я действительно не прав. Могу ли я как-то загладить вину?
– Не вижу ни смысла, ни способа, – пожала я плечами. – На подарки я не куплюсь, так что даже не думайте использовать «привычные методы». А время уже не вернуть.
– А если я угадаю ваше имя? – внезапно оживился Лейф. – Вы сознаетесь?
Чуть улыбнувшись, я решила:
– Сознаюсь.
И вампир занялся перебором. Конечно, раздражало, что он постоянно ошибается, будто позабыв о существовании имени «Эния» вообще. Зато после каждой промашки Лейф подробно рассказывал, почему имя мне не подходит. Это было так забавно, что я почти позабыла обиду, но позиции сдавать не собиралась. Он тоже.
Глава 12
На постоялый двор мы приехали уже под вечер, не встретив по дороге больше никого. Зато, вдоволь наговорившись об именах, сменили тему и весь день проболтали о чародействе и гвардейских буднях. Лейф оказался приятным собеседником. Не знаю как, но он умудрялся увлечь беседой, даже когда я не хотела отвечать.
Солнце словно в учтивом поклоне зависло над землёй, озаряя округу приятным тёплым светом, который ещё и любезно не касался нас. Отдав лошадей на попечение слугам, мы, порядком уморившись дорогой, заказали скромный ужин и две комнаты.
– Может, откроете своё имя, графиня? – в очередной раз спросил Лейф, когда мы садились за столик – точно подловить постоянно пытался.
Нам досталось местечко в тёмном уголке, которое удивительным образом понравилось вампиру. Казалось, он даже воодушевился. Я же устала с дороги, и меня не волновало, где поужинать и куда потом упасть до утра.
Хозяин оказался расторопным и учтивым. Даже с горящими алчным огнём глазами, он выглядел настолько мило и приятно, что расставались с деньгами мы достаточно легко. По крайней мере, пока он не превышает предел моей жадности.
– Должна же в женщине быть хоть какая-то загадка? Которую вы, между прочим, не угадали, – пожала я плечами, расправляя на коленях салфетку.
– Простите за грубость, но вы для меня полностью загадка. Зачем же засекречиваться окончательно? – с лёгким оттенком недовольства пробормотал Лейф.
– Вы сами предложили эту игру. Если сдаётесь, я не против остаться графиней Виктимской.
– Мне начинает казаться, что ваши родители выдумали имя сами, поэтому его не угадать, и вы попросту издеваетесь.
– Зря, – пошла на уступки я, принимаясь за только что принесённое горячее. – Я знаю ещё минимум пару своих тёзок.
– Как любопытно, а фамилии не подскажите?
– Лейф! – строго одёрнула я, едва сдерживая веселье. Вот же жук! – Вы ещё первую букву спросите.
– Было бы неплохо.
– Нет уж. И вообще, я устала. Оставим на сегодня тему. Лучше расскажите подробнее о цели поездки? А то я не представляю, от чего вас охранять.
По глазам я видела, что Лейф собирался напомнить про фразу о разной работе или попросту подколоть из-за неведенья, однако почему-то внезапно передумал. Осмотрелся украдкой, будто переживая, что нас подслушают, и довольно легкомысленно ответил:
– Нам нужно неофициально посетить ближайших соседей. Послушать сплетни, возможно, мне придётся заключить пару торговых соглашений. Ничего серьёзного, на самом деле. Думаю, для вас задание окажется очень лёгким. Признаться, я вообще планировал путешествовать один, но государь не отпустил без охраны.
– А сплетни-то о чём? – не дала я себя запутать. – Вдруг мимо ушей пропущу.
Просто так, даже «не официально», без охраны чиновники уровня Лейфа не ездят. Особенно если «придётся заключить пару торговых соглашений».
Судя по окаменевшей улыбке вампира, я угадала – дело не чисто. Он думал с полминуты, а потом, тяжело вздохнув, сознался:
– Интересует любая информация насчёт недавней войны с Силорном; всё, что слышно о военных союзах; сведения о возможном новом нападении. Если вдруг услышите, то обратите внимания, но ваши функции всё же ограничиваются моей охраной – не стоит искать специально.
Невольно я поёжилась. Хоть Лейф и назвал войну недавней, для меня буквально целая жизнь прошла. Тогда, в свои пятнадцать, я не понимала ничего – просто пережила настоящий кошмар.
Уже позже Вильфрид рассказывал, что война была какой-то странной, внезапной. Силорн, засушливая страна, переполненная кочевниками, соседствовала с нашей Ромарией на юге. Конечно, давно уже войска, если их можно так назвать, Силорна совершали набеги на границу, но солдаты успешно отбивались. А в тот раз откуда-то появилось вооружение, организованность и слаженность действий. Чародеи и гвардейцы едва успели на подмогу, слишком поздно поняв настоящую опасность положения.
Семь лет минуло, последствия сгладились временем, словно истоптанный песок на побережье. И вот снова, снова…
Не сразу я поняла, что меня потряхивает. И даже не услышала, как Лейф взволнованно зовёт:
– Графиня! Графиня!
Только когда мужская ладонь накрыла мою, я вздрогнула и вернулась в реальность. Хотелось сразу же одёрнуть руку, но вампир держал неожиданно крепко и внимательно заглядывал в глаза. Капризничать я не стала – сдержалась, в первую очередь ради себя, и оставила всё, как есть. Даже через перчатки прикосновение… Озадачивало. Оно мигом вытеснило все посторонние мысли, было неродным, неправильным, но при этом прежнего страха не мелькало.
– Графиня, с вами всё в порядке? – спросил Лейф, когда уже понял, что я пришла в себя.
– Да, прошу прощения, – заверила я с лёгкой улыбкой, а руку всё же убрала.
– Болезненные воспоминания?
– Есть немного, – не стала я отпираться – сил на выдумку не нашлось, всё уходило в тяжёлое равномерное дыхание.
Ничего ещё не случилось, ничего не началось. И если начнётся, я уже не та – смогу и за себя постоять, и защитить других. А, возможно, в этот раз трагедии не случится – вот этот самый вампир всё предотвратит.
Последняя мысль показалась до того смешной, что я пришла в себя окончательно, и задумалась о насущном.
– М-да, охранять вас будет сложно. Попробуй-ка засечь и яд в бокале, и нож в спину, и спицу под рёбра…
– Разве такое вообще возможно? Мне кажется, на этот счёт и беспокоиться не стоит, – улыбнулся Лейф, но неожиданно не успокоил, а только разозлил.
– Ну конечно! Я сейчас поплюю в потолок, а потом придётся тащить ваш хладный труп на родину. Если жизнь не дорога, то подумайте о моей репутации: провал на первом же задании – это… это конец!
– Не утрируйте, – поморщился вампир, доедая последний кусок мяса. После на его тарелке уже ничего не осталось, а вот я не управилась и с половиной. – От ножа и спицы я вполне способен уберечься, а яды, думаю, никто откровенно подсыпать не станет.
Почему-то оправдания не утешили.
– Графиня, не хмурьтесь – вам не идёт. Вы же всё равно не сможете от такого охранять?
В принципе, я могла бы проверять каждый бокал вина или поставить щит на его спину, когда он ускользнёт из поля зрения. Но оба чародейства привлекут излишнее внимание, и это не самое страшное. Спина у моего подопечного подвижная, а бегающий щит неудобен. В вино же подмешать могут не только яд. Вильфрид показывал, что из десяти сортов четыре чары признают отравой без всяких добавок. Хотя, наверное, Лейф только порадуется возможности не пить всякую гадость.
– Есть один вариант, – внезапно вспомнила я, но не слишком обрадовалась – нюансов не знала. – Я могу поставить на вас маячок, который предупредит меня об опасности. Разрешите?
Ответ сразу я не получила – хозяин принёс ключи от номеров, и, раз уж мы закончили трапезу, то сразу и решили туда отправиться.
Старая лестница скрипела рассохшимися половицами, пугая стонами. В щели, между которыми легко могла поместиться волшебная палочка, я старалась не заглядываться – боялась, что увижу шальную крысу, квартирующую на нижних ярусах. Второй этаж – простой и незамысловатый – смотрелся ещё более невзрачно, чем первый, хотя я думала, хуже только крестьянский сарай.
Свечи горели почти без толку, если не считать слабых бликов, едва освещавших накарябанные мелом номера комнат. Интересно, если я на одной из дверей крестик поставлю, это будет жутко смотреться?
Лейф, как и я, не страдал от недостатка освещения и нужную дверь нашёл быстро. Правда, чтобы не привлекать внимания, делал вид, что долго присматривается, чуть ли не носом тыкая в каждый номер. Меня так и подмывало сообщить, что он отлично видит в темноте, а зрение у вампиров вообще не портиться, но из вежливости я сдержалась.
– А как ваш маячок работает? – внезапно спросил Лейф, вдруг замерев у двери – будто бы не хотел расходиться.
– Что? – опешила я, не сразу поняв, о чём он.
– Вы хотели поставить на меня маячок. Он не слишком мешает?
– О нет! – отмахнулась я. – Вы его вообще не заметите – он крутится возле моей палочки. Обычный светящийся шарик – бледно-золотой, когда всё в порядке, и ярко-красный, если вам грозит беда.
– А почему вы сразу его не поставили?
– Да как-то… – пожала я плечами. – Не самые ходовые чары, а разбойников проще так заметить, по старинке. Я же не думала, что вам грозит опасность на каждом углу.
– Как мы уже разобрались, грозит, – улыбнулся Лейф и выжидающе застыл на пороге.
Интересно, почему в комнату не идёт? Чего-то хочет от меня? Но чего?
– Так… вы действительно хотите его опробовать? – сообразила я, уже не слишком надеясь, что вампир согласится. А уж тем более, что сам предложит. В моей характеристике в графах «намёки» и «понимание с полуслова» наметились жирные минусы.
– Это был бы интересный опыт. Я окружён, в засаде, отбиваюсь от десятерых, и тут на помощь прибегает прекрасная чародейка и расшвыривает всех противников по углам.
Смех я сдержать не смогла. Ладно, пусть компания в путешествии досталась мне лично неприятная, зато весёлая. Наверное, если представить, будто это не он кинул маленькую девочку один на один с проклятьем, то я смогу приятно провести время.
Маячковыми чарами я пользовалась редко: охранять Вильфрида даже и не думала, Лаврика – не хотела принципиально, а остальные подходящие «объекты» у нас надолго не задерживались, и главную опасность для них представляла я. Не буду же я против себя оповещения развешивать, право слово?
Поэтому пришлось поднапрячься. Сформулировать посыл получилось не сразу: с минуту я сосредотачивалась, пару раз провела палочкой из стороны в сторону, просто примериваясь, а на третий уже выдохнула, рождая колдовство.
На кончике палочки вспыхнул огонёк, словно подмигнув, он сделал несколько кругов вокруг Лейфа, сменив между делом все цвета радуги, и устроился в районе моей правой ладони. Как и должно было быть, сейчас он казался бледным, почти не отличимым от солнечного блика.
– Сейчас вам ничего не угрожает, – улыбнулась я и подняла руку поближе к его лицу, чтобы показать светлячок.
Лейф, недовольный, отпрянул. Я усмехнулась и всё-таки не смогла сдержаться:
– Не бойтесь, порядочных людей он не обожжёт.
– А непорядочных? – вскинулся вампир.
Я лишь игриво пожала плечами и, пожелав приятного вечера, скрылась в номере. Ничего особенного здесь не нашлось. Даже наоборот, комнату обставили без излишеств, чтобы у посетителей не возникло желание забрать что-нибудь с собой. Кровать в углу, прикроватная тумбочка, стул и письменный стол, на котором стояла незажжённая свеча. Рядом коробок спичек, который я ни за что бы не заметила, не будь вампиром.
Шляпку я сняла в темноте – ссыпала шпильки на столик и положила поверх головной убор. Перекинув палочку в левую руку, собиралась без чародейства запалить фитиль, но чиркнуть не успела – так и замерла с приподнятыми руками. Маячок мерцал красным. Из комнаты я не выбежала – вылетела, разбросав всё по полу, и тут же принялась стучать в комнату Лейфа.
К счастью, открыл он почти сразу – я не постеснялась бы и выбить дверь.
– Всё нормально? – взволнованно спросила я, заглядывая внутрь.
– Уже соскучились? – вопросом же ответил вампир, неизвестно от чего довольный, пропуская меня.
В этой комнатке, зеркально похожей на мою, огонёк уже горел – совсем тускло, больше для вида. И скорее мешал что-нибудь разглядеть.
– Графиня? – с любопытством позвал Лейф.
Вместо объяснений я показала ему алый шарик возле запястья. Ненадолго вопросы удалось отложить и осмотреться.
Опасности не предвещало ничего. Сначала я распахнула окно, высунувшись по пояс на улицу, где меня тут же поспешил обдуть холодный осенний ветер. Не увидев ничего подозрительного ни внизу, ни вверху, ни даже по бокам, я заглянула за занавески, в ящики стола, проверила свечу, перо и чернильницу, простучала стены, которые оказались одинаково тонкими во всех местах.
