Текст книги "Третья грань реальности (СИ)"

Автор книги: Светлана Людвиг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

– Я внештатный, не удивляйтесь, – дополнила я, видя изумление на лицах монахинь.

Даже я помнила, что апостолов всего двенадцать. Где бог успел достать тринадцатого, если меня пронумеровал четырнадцатой, я догадаться не могла. Лаврик сел рядом, разделив трапезу и предложив всем монахиням присоединяться. В зале застучали вилки, зазвенели бокалы. Воспользовавшись шумом, я шепнула богу:

– И зачем я тебе?

– Как обычно, – пожал он плечами, мол, могла и сама бы догадаться. А я и догадалась! – Есть дело.

– Для меня или для тебя?

– Для меня. Но тебе с него тоже может кое-что перепасть.

– Опасное? – с надеждой спросила я.

– С опасным я бы кого другого взял разбираться, – расстроил Лаврик. – Головоломка.

– Вот опять, – вздохнула я, уже успев наесться и теперь вяло ковыряя вилкой в тарелке. – Кстати, ты меня должен был на входе молнией спалить, – на всякий случай предупредила я. Может, передумает со своими делами.

– Боюсь, меня бы потом Вильфрид на шашлык разделал, – усмехнулся он. – Где будем решать вопросы? Здесь или у тебя в комнате?

Лаврик коварно подмигнул, будто вопросы были интимного характера, но получил в ответ только безразличный взгляд.

– С одной стороны, я бы не хотела знакомить вас с Лейфом. Но если дело не на пару часов, то кота в мешке не утаишь.

И в этот самый момент, словно под дробь барабанной палочки, в зал вошёл Лейф. Я косо глянула на Лаврика. А не он ли решил избавить меня от тяжких раздумий безвыходностью?

– Это не я! – быстро отозвался бог, угадав мои мысли.

Как же, так я и поверила! Наедине уши бы выкрутила за такие фокусы – сознался бы как миленький.

Лейф нашёл меня глазами и осторожно подошёл, словно и не поразился великолепием посреди ночи. В первую очередь, как и подобает любому мужчине, он пожал Лаврику руку, и уже потом с подозрительным и ехидным видом, спросил у меня:

– Это в честь твоей бессонницы, что ли, такой пир?

– Не поверишь! – честно ответила я. – Но практически да.

– Давайте выйдем? – предложил Лаврик, который не хотел омрачать перед женщинами свой светлый образ.

Лейф кивнул, я молча встала и быстро направилась к выходу. Предложение поговорить наедине мне нравилось – без лишних глаз покушаться на бога намного удобней. У самых дверей я заметила, как бог делает всем знак продолжать трапезу без него.

– Можешь представить своего знакомого? – попросил вампир, останавливаясь рядом со мной в центре залы. Лаврик уже спешил следом.

– Лейф, знакомься, – тут же предложила я, указывая на друга моего учителя, – это Лаврик! Лаврик, это Лейф, хотя ты, в общем-то, знаешь.

– Очень приятно, – пожали руки вампир и бог. Интересная получилась троица, если учесть, что я вообще теперь апостол. – У вас очень необычное имя. Вас назвали в честь бога, не так ли? Ваши родители, наверное, были очень верующими людьми.

– Это и есть Лавровый бог, – скривилась я и обратилась уже к Лаврику: – Давайте сразу о делах? Ты ведь поговорить хотел? Ты ведь его сюда привёл?

– Тебе всё равно обратного не докажешь, – проворчал бог, засовывая руки в карманы.

– Конечно! Я ведь не верю в совпадения.

– Эния, я не могу воздействовать на людей, сколько раз тебе повторять!

– Да с тебя не убудет и пол под его ногами разворачивать! – фыркнула я, сложив руки на груди.

– Как он и есть? – не понял Лейф, потерявший суть в самом начале нашей перебранки. – Тогда почему ты так бесстрашно хамишь?

– Эти чародеи вообще не пуганные! – фыркнул Лаврик и тут же получил палочкой по шее. – Ладно, я предлагаю сесть за стол переговоров, а не лечь в гроб непонимания! И давайте поболтаем у вас в комнате, а не в проходной зале.

Я отправилась первой, спальню нашла без проблем, даже не следя за тем, куда иду. Вместо этого переживала, как отнесётся к новому знакомству Лейф. Столь странный бог мало кого радовал. Даже Вильфрид не всегда относился к нему хотя бы как к приятелю, отказывая в мелочах. Правда, только когда был занят или зол.

В комнате я сразу села на кровать, Лаврик придвинул стул, а Лейф устроился рядом со мной, но на почтительном расстоянии. Таким образом, получился треугольник, вполне удобный для общения.

– Давай без предисловия, – попросила я Лаврика, уже привыкшая, что если мне сейчас на уши начнут вешать спагетти, то беседа затянется.

– А можно я хотя бы скажу, что у меня для вас есть дело, в котором мне просто жизненно необходима ваша помощь? Лейф-то ещё не в курсе.

– Уже в курсе, давай к сути, – потребовала я.

– Я влюбился! – сказал – как отрезал.

– О боже! В который раз? – закатила я глаза.

– В очередной, – не стал спорить Лаврик, – но это не имеет значения! Великая герцогиня Элеонора очень умная женщина, и к тому же красива и богата. И она ищет фаворита себе под стать. В этом месте и возникает проблема. Ей не понравился ещё ни один.

– Скажи, что ты бог, – предложила я, зная, что на это многие покупаются.

– Она меня сразу за вруна примет и выставит вон! Это не вариант, – отмахнулся ловелас. – Мне нужно, чтобы вы помогли завоевать её расположение.

– А приворожить никак? – печально спросила я, готовясь к худшему.

Ничто так не вгоняло в тоску, как божественные любовные дела. На моей памяти, он одарил вниманием только одну умную девушку, которая красиво дала ему от ворот поворот. Остальные были непроходимо глупы. Как раз после неё.

– Эния, откуда в тебе столько глупости? – возмутился Лаврик, чуть не соскочив со стула. – Приворот – это не вариант. Ты же сама Катарину видела.

– Катарину? – подал голос вампир, едва успевая следить за ходом беседы.

– Жена посла Аурелия приворожена, но это секрет, – вздохнула я. Надеюсь, Лейф ни с кем не поделится тайной, иначе я тоже нашепчу кому надо про вампира на госслужбе. – Когда-то Аурелий обратился к нам за помощью в карьере и личной жизни. Мы и помогли: подделали бумаги, дискредитировали пару конкурентов, приворожили красивую девушку.

– Ничего себе тайная канцелярия! – удивился советник, округлив глаза. – Никто же не догадался – шумели бестолково, да удивлялись.

– Ещё бы догадались, – с гордостью ответила я. – Один из самых сильных чародеев современности с ученицей и богом работали. Самым подозрительным было поведение Катарины, неожиданно воспылавшей любовью. Но волшебство не способно менять эмоции, поэтому все подозрения и потонули.

– Что же он вам пообещал такого?

– Четверть доходов. Пожизненно, – пожала я плечами, не видя в этом ничего особенного, но на всякий случай добавила для тайного советника: – К тому же, самым интересным оказался процесс.

– Теперь понятно, почему он перед нами как цирковая собачка скакал. Странные вы, чародеи, – поёжился вампир.

– Вот и я о том же! – поддакнул Лаврик, пока можно было. – Так я могу рассчитывать на вас? – и уставился на Лейфа.

– Эния совершенно свободна, – пожал тот плечами, – а у меня дела.

– В смысле «свободна»? – озадачился бог, переводя взгляд с одного на другую. – Я, кажется, что-то пропустил.

– Лейф направляется в Ярош и не хочет меня брать с собой. Видите ли, чародейке там делать нечего.

– Нечего, – внезапно согласился Лаврик, а я чуть не задохнулась от возмущения.

Вот же… предатель! Сейчас я… я… как ему всё, что думаю… Однако пока я набирала ртом воздух, бог тут же добавил:

– Только и ему тоже.

Умел он заинтриговать.

– Вам нечего предложить Ярошу. Они считают, что беспошлинную торговлю с востоком получат и в случае победы, в которой не сомневаются. К тому же, ещё кусок от Ромарии планируют отхватить. У вас нет шансов их переманить против стольких стран. Да, вы отобьётесь, я уже говорил Эние. Пока огнестрел в вашем мире не появился, чародеи во много раз превосходят любых солдат. Но Ярош-то о таких тонкостях не в курсе.

– Огнестрел? – тут же уцепился Лейф за интересное слово.

Лаврик напрягся, вытянулся по струнке и забегал глазами.

– Кто? Что? Я ничего не говорил, нет-нет.

– Ладно, мы ничего не слышали, – согласилась я, давно привыкнув к такой реакции – бог частенько мог сболтнуть что-то лишнее, а потом раскаяться. – Но согласись, то что с Ярошем дело не выгорит, не повод бросать попытки заключить хоть какой-нибудь союз и бежать разбираться с твоими влюблённостями?

– Вот ты могла бы и помолчать, – фыркнул бог. – Не первый год знакомы. Знаешь же, что просто так просить не стану – всегда есть, чем отплатить. А будешь выступать, твой подопечный смоется в Ярош, после чего вы оба задания провалите.

В комнате наступила тишина. Я после такой отповеди боялась лишним писком спугнуть удачу. Лейф взглянул на Лаврика совершенно иначе, оценивающе.

– И что же вы можете предложить?

– Есть такая вещица – амулет цели. По легенде получивший его всегда добивается желаемого, оно буквально плывёт ему в руки. Артефакт этот как-то давно придумали моя матушка с подругой, но чтобы кто попало им не воспользовался, хорошо припрятали. Одна из частей пророчества, по которому можно его отыскать, хранится как раз в библиотеке у Элеоноры. Так что вы помогаете мне и одновременно ищите подсказку.

– Простите, но к сожалению, я не могу полагаться на мистические способы решения проблемы, – доброжелательно улыбнулся Лейф.

А до чего ловок! В душе-то наверняка послать хочет куда подальше.

– Ага, а союзников искать не мистический способ, – не остался в долгу Лаврик. – Я в очередной раз повторяюсь: Ромария отобьётся. Одна или в коалиции – не имеет значения. И вы, и ваши военные стратеги, и государь об этом в курсе. Но вам же мало этого?

– Отбиться-то отобьёмся, – нехотя признал вампир, вздыхая. – Но с какими потерями среди населения? И экономика…

– Будет в хлам, – безжалостно закончил бог. – При любом раскладе. Союзников тоже надо бы купить – неизвестно, с ними хуже или без. Не получится вашими силами сделать, как мечталось: разделить врагов, сорвать договорённости и предотвратить нападение. Я же предлагаю способ решить всё почти идеально. Захотите – не будет никакой войны. Главное – ваше желание. Ну, и найти амулет, а до этого немного мне подсобить.

Умел Лаврик нагнести обстановку. В таком ключе поиски амулета, пусть даже несуществующего, казались идеальным выходом. Единственным шансом.

– А если Вербен? – задумался вслух Лейф. И явно зря. Бог тут же отбил:

– Вербен вам не помощник, только если вы всех чародеев изведёте, а они нужнее. И справочно для Энии, а то смотрю, глазками непонятливо хлопает. У них герократия. Это когда человек попадает в правительство по достижении определённого возраста. Так вот, ваши чародеи когда-то доставили им кучу неудобств, прикидываясь их стариками и влезая в системы управления. А они живут-то сколько? Короче, радовались бытию за чужой счёт, к тому же, политику в сторону Ромарии перекосили, патриоты. Так теперь чародеи там в опале. Фига тебе с маслом, а не соглашение! Про Брескаю будем думать?

– Нет, – решил Лейф. – Им рудники нужны. После разделения с Вербеном у них ремесленников много, а материалов нет. Бесполезно торговаться – нам-то тоже без них не понравится.

Про Аквитанскую империю мы и не вспомнили. Да, такой союзник запросто перетянул бы одеяло в нашу сторону, но даже я знала, что эта громадина в наши мелкие разборки никогда не лезет. А маленькие герцогства погоды не сделают.

– Ладно, – неожиданно решил вампир, подозрительно поглядывая на меня. – Шансов, правда, почти нет. Только слепая удача. А какая разница удача в политике или в поисках какой-то волшебной вещи?

– Вот это разговор! Вот это я понимаю – правильный выбор! – тут же воодушевился бог, подскочил и потряс руку Лейфу, как бы заключая соглашение. – На этом всё? Я могу отправляться праздновать с девочками?

– Наверное, – пожал плечами «партнёр», а я внезапно кое-что вспомнила:

– Лаврик, – манерно протянула я, стрельнув в его сторону глазами, – не в службу, а в дружбу, можно тебя о паре мелочей попросить?

Бог почему-то расплылся в улыбке и назидательно покачал пальцем:

– Ай, коварная ты красотка, Эния! Само очарование, когда нужно. Чего хочешь?

– Достань мне новую блузку и коня, которого Лейф в порту продал? Скучаю я по этой морде.

– Не вопрос – всё будет. А сейчас меня действительно ждут. Приятно отдохнуть! – пожелал он не то себе, не то нам и, весело насвистывая, прошёл сквозь дверь.

Показушник.

Я укоризненно покачала головой и встала, чтобы раздеться. Скинула жакет, юбку, старую блузку, и вдруг увидела своё отражение в зеркале. Красиво, но слишком открыто. В таком виде слишком опрометчиво ложиться спать в одну постель с мужчиной. Однако я сама загнала себя в тупик.

– Это ведь он тебе подарил? Лаврик? – догадался Лейф.

Обернувшись, я хотела спросить, как он узнал, да так и застыла с открытым ртом – вампир опять разделся до кальсон. Это месть или просто так, заранее?

– С чего ты взял? – тряхнула я головой, отводя взгляд.

– После арзалийского бала у тебя ничего подобного не было, по лавкам ты не ходила, а вещица редкая. Откуда бы ей ещё взяться?

Вместо ответа я кокетливо пожала плечами и забралась под одеяло. Лейф устроился рядом, погасил лампу, а затем продолжил расспрос:

– Кто он тебе?

– Кто? – озадачилась я. – Сложно сказать. Наверное, наследство от Вильфрида, хотя я до последнего надеялась, что после экзамена Лаврика не увижу. Но что-то он слишком часто является.

– Насколько?

– Чересчур, – поморщилась я, повернувшись на бок, к Лейфу, чтобы было удобней разговаривать. – Сейчас вот, через Аурелия обновку передал, в Арзалии с документами помог.

– Так это он их достал?

– Нет, достала я, – ворчливо заметила я. – Я замок открывала на сейфе, а он меня в кабинет провёл.

– Почему он помогает?

– Мне кажется, ему просто скучно. Пока я училась, он то и дело болтался в доме Вильфрида, да работал с нами. Вряд ли ради денег или еды.

– Может, ты ему нравишься?

– Конечно, нравлюсь, – не смутилась я, а вот Лейф озадачился, пока не услышал уточнение: – Как и несколько десятков, а то и сотен других девушек.

– А он тебе?

– Категорически нет! И сколько бы я ему об этом ни напоминала, бога столь ярая неприязнь не смущает. Не знаю, что и делать, – разоткровенничалась я и внезапно спохватилась: – А что вдруг за интерес?

Какой-то слишком навязчивый для праздного. На простое любопытство вопросы Лейфа никак не походили.

– Ревную, – огорошил вампир.

Дальше мы уставились друг на друга, хлопая глазами: я моргну – он моргнёт, я – он. Но он же и сдался первым.

– Чему ты удивляешься? В первый же день дороги я признался, что люблю тебя.

С ходу я такого не вспомнила – даже заподозрила, что меня слишком сильно ударили на корабле и устроили проблемы с головой. Или со слухом. Потом восстановила мысленно первый день дороги, выдохнула, миролюбиво улыбнулась и мягко поправила:

– Не меня. Маленькую пятнадцатилетнюю девочку, которую ты спас и больше не видел. Даже если мы одно лицо, ты влюблён в другую. В несуществующую. Какой ты представлял её? Неужели она походила на взбалмошную чародейку?

– Никак не представлял, – холодно ответил Лейф. – Я был готов принять тебя любой. Хоть кроткой овечкой, хоть требовательной истеричкой. Почему ты мне не веришь?

– Да насмотрелась на «великую любовь», – фыркнула я. – Самообман и только. Нельзя любить пустой образ.

– Так почему же не даёшь себя узнать? Я всё тянусь, а ты отталкиваешь, – пожаловался вампир и внезапно придвинулся ближе.

Заправил локон мне за ухо, спустился рукой по шее, плечу, руке. Добрался до талии и приобнял.

– Ты же не боишься меня?

– Нет, – призналась я, благосклонно приняв ласку. – Просто… Не могу простить. Понимаю, что ты ничем мне не обязан был – спас, и на том спасибо. Но то отчаяние, которое я пережила за полтора года ожиданий, тот страх и безнадёжность… Вот ты касаешься меня, а я тебе не верю.

– Не хочу оправдываться, но я действительно тебя искал.

– Побегав пару дней по соседскому поместью?

– Там была далеко не пара дней, – покачал он головой, ничуть не обидевшись на резкость.

– Тогда как вышло, что никто не вспомнил про дочь графа, когда ты спрашивал Энию? Вот не верю я, что крестьяне не назвали меня в первую очередь.

– Они вспомнили. И это единственное, в чём я виноват. Мелкий чиновник без особых перспектив… Я даже сунуться не посмел в дворянскую усадьбу. Да и, если честно, представить не мог, что измученная одинокая девочка в потрёпанных дешёвых вещах, которая согласилась ждать гвардейца – графиня. Это казалось немыслимым. Сказкой о принцессе и нищем. Больше верилось, что ты выдала в себе вампира, а добрые соседи быстро решили проблему и при посторонних о таком не говорили. Я расспросил чуть ли не о всех заброшенных и сгоревших домах, какие увидел. Как ты оказалась на той дороге? Не в своём поместье, далеко от усадьбы, в чужой одежде.

– Сбежала по тайному ходу, – нехотя вспомнила я. – С горничной одеждой поменялась. Нападавшие тогда искали хозяев…

– Да, хотели вырезать всю знать, чтобы управление в стране перехватить, – кивнул Лейф.

Обрадовавшись переводу темы, я брякнула что-то в знак согласия, и как бы невзначай отвернулась. Неприятную он завёл беседу. Я предпочла бы никогда о случившемся не вспоминать, уже смирившись и выкинув из головы. Но вампир заканчивать разговор и не собирался. Это я всё высказала, а у него ещё осталось.

– Признайся честно, не получи ты это задание, подошла бы ко мне просто так сказать: «Лейф, это я, та самая Эния»?

– Нет.

Вопрос был не сложный. Мне бы в голову не пришло лезть к незнакомому человеку без повода. Особенно когда от меня отказались.

– Ты собиралась мне достойно отомстить. Если бы не наши дуралеи из службы безопасности, я бы всю жизнь считал, что убил тебя собственными руками. Так хоть знаю, что у тебя всё в порядке.

– У меня… не всё в порядке, – вдруг поделилась я. – Я не хотела такой жизни. Ни становиться чародейкой, ни сбегать из дома…

– Но всё равно бы ничего мне не сказала, – безошибочно угадала Лейф. – Даже отработав звание чародея, не пришла бы.

– Я считала, что если ты не появился пять лет назад, то я тебе не нужна. Зачем обременять?

– А моё мнение не захотела даже спросить. И о досадных случайностях тоже не подумала. Как тебе кажется, Эния, настолько ли я виноват, если готов был предложить помощь, но ты сама не захотела её принимать?

Но несмотря на все его слова, почему-то казалось, что он просто себя выгораживает. И не досадные случайности всему виной, а простое безразличие. Однако этого я уже говорить не стала.

Глава 21

С утра Лаврик развил бурную деятельность. Мне не только выдали новую блузку – куда изящней и, увы, прозрачней прежней, – но и подготовили костюм для визита к своей герцогине. Мне досталось ярко-красное одеяние со странным фасоном и золотой окантовкой по краям. Больше всего мешали вставки из органзы и длинные, не позволяющие разогнуть локти рукава. Стоило мне распрямить руки кистью вниз, как в ближайшие десять минут мне оставалось заниматься только тем, что подбирать ткань обратно. Мужские костюмы выглядели более привычно.

– Почему именно принц и принцесса Индрании? Я даже не помню, где это находится. Знаю, что чуть дальше Восточной республики.

– Это небольшая страна практически на другом конце материка. Путь занимает чуть больше полугода, если надолго не останавливаться в городах, – пояснил Лейф.

Полгода ехать… я закатила глаза. Мы собирались изображать ненормальных.

– И поскольку дорога по Восточной республике не самая приятная – жарко и нет нормальных трактов – моя Элеонорочка туда не ездила. И её знакомые тоже. Нас никто не сможет раскрыть, к тому же радушно примут.

Спорить смысла не было. Хорошо хоть на корабле, который любезно приманил к своему монастырю Лаврик, я смогла остаться самой собой, зато как только мы сошли на берег, нас уже ждала карета, запряжённая двумя конями. Каким-то незнакомым и моим Вампиром. Первый делом, увидев его, я кинулась ему на шею – обниматься.

– Золото ты моё ненаглядное! – приговаривала я, милуясь. – Как же я по тебе за эти пару дней соскучилась! Прелесть ты моя бесстрашная! Представляешь, нас чуть не разлучили?

– Вот почему она меня никогда так не встречает? – задался вопросом Лаврик, в отдалении наблюдая за нашим воссоединением. – Я же тоже прелесть. И тоже бесстрашная. Всегда думал, что я лучше коня.

– У тебя Элеонора есть, – напомнил Лейф, сдружившийся с богом, пока мы добирались до материка.

– А что? Ты бы тоже не отказался? – подначил бог, но вампир, к чести своей, ничего не сказал. – Вообще, если бы Эния ко мне нормально относилась, я бы конечно…

– У тебя Элеонора, – напомнила уже я, перестав делать вид, что их не слышу. Мало ли до чего они так договорятся.

Элеонора так Элеонора – очередной отказ Лаврик принял благодушно, загрузил нас в карету и повёз к своей новой любви. От берега ехать оказалось недолго. Лаврик, развлекаясь, правил повозкой, мы с Лейфом болтали: об экономике, о путешествиях, я, наконец, смогла нажаловаться на Лаврика, высказав всё, что думаю.

После того тяжёлого разговора в монастыре, мы оба к опасной теме не возвращались. Конечно, иногда мне хотелось, чтоб вампир упал на колени и покаялся во всех грехах, но я предпочитала не провоцировать. Капля камень точит – после доводов Лейфа я начинала чувствовать себя виноватой. Немыслимо.

Встретили нас радушно: разместили, накормили, спать уложили. Сама герцогиня Элеонора – невысокая тощая блондинка – всё восторгалась нашим мужеством и сочувствовала, сочувствовала… А я пропускала слова мимо ушей и не могла понять, что Лаврик в ней нашёл?

Слова из герцогини лились как из ведра. Если бы их можно было пропустить через решето и оставить только смысл, едва ли наскреблось на целое предложение. Как она восхваляла своё государство! Я уж почти уверилась, что Лаврик откопал какой-то самородок, спрятанный от мира, но стоило двери за нами с Лейфом закрываться, как вампир выдохнул:

– Ужас. Врёт как дышит. Производства у них нет, путешественники редко приезжают, полезных ископаемых кот наплакал – непонятно вообще за счёт чего живут. А с учётом того, что на карте даже название государства не влезает в границы герцогства, все эти пафосные речи звучат нелепо.

В этот самым момент бог, которого поселили по соседству, появился у нас в комнате. Не мог, что ли, нормально дать поспать? Поздно уже.

– Если честно, – ответила я Лейфу, – дура какая-то! Лаврик, ты уверен, что она тебе нужна?

– Это любовь всей моей жизни! – возмутился бог.

Однако стоило мне вздёрнуть бровь, как он тут же вспомнил, что эту фразу я уже слышала. И не раз. И не два…

– Ну, – смутился он, поняв намёк, – по крайней мере, на ближайшие два дня…

– Тогда это меняет дело, – с издёвкой заявила я.

– Какие у вас планы на завтра? Как начнёте действовать?

– В библиотеку надо заглянуть, раз ты говорил, что там подсказка, – простодушно призналась я.

Полноватое лицо бога за минуту изменило цвет от нежно-розового до тёмно-красного. Кажется, совершенно случайно сумела взбесить его сильнее, чем он меня за все эти годы. Знала б раньше чем!

– Эния, вообще-то вы сюда приехали, чтобы наладить мою личную жизнь.

– Кстати, забыла тебя спросить, – невинно отозвалась я, – почему у тебя не получилось? Заехал бы вот так же, представился индранским принцем…

– Я здесь уже четвёртый раз, – огорошил Лаврик. – Первый приезжал иноземным принцем, второй – бардом, третий – странствующим учёным. Веришь, нет – сегодня на меня впервые хотя бы взглянули. До этого воспринимали как пустое место.

– Интересно как, – озадачилась я.

– А мне-то как интересно!

– Завтра Элеонора обещала званый обед в нашу честь, – вмешался Лейф, у которого план действий уже был. – Сначала посмотрим на её поведение там, послушаем, о чём болтать любит. После этого решим, как привлекать внимание.

– Договорились! – просиял бог, пожелал спокойной ночи и исчез.

Со сном мы тянуть не стали. Уже привычно устроились на одной кровати, раздевшись до нижнего белья, и уснули. В кошмарах мне сегодня явился Лаврик. Он то бросал Элеонору ради меня, то меня ради Элеоноры, танцевал с обеими и лез обниматься. Поэтому от поцелуя в висок я подскочила как от взрыва.

Лейф сидел на корточках рядом с кроватью и недоумённо смотрел на перепуганную меня. В мгновение ока недоумение сменилось досадой, но я не обратила внимания – просто плюхнулась на подушку, схватилась за сердце и простонала:

– Как хорошо, что это ты!

– В смысле? – вмиг развеселился вампир.

– Мне снился Лаврик – я так перепугалась! – призналась я надрывным шёпотом. – Не делай так больше, сначала разбуди. Я должна видеть, с кем целуюсь.

– То есть со мной ты не против?

Первая же попытка придумать красивый и правильный ответ, взбесила так, что я выругалась, встала и заворчала:

– Сначала разбудил, перепугал, теперь странные вопросы задаёшь… Совсем страх потерял! Заколдую и укушу! Нет, сначала укушу, а потом заколдую.

Страшные кары вампира почему-то не впечатлили – он пришёл в прекрасное расположение духа, посоветовал:

– Не злись, солнышко, – и принялся насвистывать задорный мотивчик.

Этот мужчина был отвратительно счастлив.

– Осторожно, обожжёшься, – предупредила я недовольно.

Одна радость – воду для умывания уже принесли. Ей я тут же и воспользовалась, но стоило вытереться, как получила поцелуй в щёку и заверение:

– Да, вроде, не горячая.

Лейф издевался. Я бы отомстила, но спросонья ничего толкового придумать не могла – пришлось оставить как есть и заняться собой. С третьего раза в платье завернулась я уже сноровисто, чуть подвила кудри крупной волной с помощью палочки, обвешалась украшениями, будто праздничная ёлка, и спрятала волшебную принадлежность в длинном рукаве. К счастью, Лаврик о моих запросах знал, поэтому сразу выбрал модель с подходящим карманчиком.

В первой половине дня Элеонора нас принять не могла, поэтому мы прогулялись по саду. Всё бы ничего, но на туфли из одних ремешков на высоченном каблуке я пожаловалась раз двадцать – мужчины аж слушать устали. И я устала – едва не плюхнулась, когда стул увидела.

Обед проходил скучно. Лично я никаких увлечений герцогини не замечала, кроме любви к бесполезным вопросам: она буквально завалила нас. Причём спрашивала о сущих мелочах: планировке домов и масти лошадей. Мои спутники врали как могли. Однако на Лаврика, который заливался соловьём, она обращала куда меньше внимания, чем на Лейфа, коротко отвечавшего со сдержанной улыбкой.

Радовало то, что в беседе я участия не принимала, но счастье длилось недолго – внезапно прилетела расплата.

– Принц Эр, а не могли бы вы с принцессой Лией оказать нам честь и станцевать хали, ваш знаменитый индранский танец? – вдруг попросила Элеонора.

Я насторожилась, но понадеялась на Лейфа – уж он умеет красиво вывернуться. Но нет, этот мужчина радостно согласился и повёл меня в центр танцевальной зоны. Лаврик тоже не спешил на выручку – подсел к герцогине поближе и начал о чём-то воодушевлённо рассказывать. Надежда оставалась только на собственную смекалку.

Вздохнув, я с тяжёлым сердцем принялась караулить нужный момент. И вот, когда Лейф встал в позицию и хотел, чтобы я сделала красивое па, я, развернувшись, сильно припала на правую ногу. Теперь главное не забыть на какую.

Вампир неожиданно подхватил меня, не дав упасть. Я так и замерла в его объятиях, смущённая и поражённая таким вниманием. Гости вскочили со своих мест, Элеонора с Лавриком в момент оказались возле нас.

– Что случилось? – взволнованно спросила герцогиня.

– Я подвернула ногу, простите, – болезненно морщась, трагично заявила я.

– Срочно приведите придворного лекаря! – приказала хозяйка куда-то в толпу, в то время как вампир уже поднял меня на руки.

Я только со страдальческим видом, перехватила поудобнее рукав, чтобы не вылезла палочку.

– Ваше величество, мне так неловко, что моя неуклюжесть лишила вас удовольствия полюбоваться хали, – «запела» я – вампир даже передумал сразу тащить меня куда подальше.

– Милая Лия! Даже не думайте об этом! – всплеснула руками Элеонора, но я не дала себя сбить.

– Нет-нет! Я очень хотела бы загладить свою вину, но увы, не могу сама. Однако наш премьер-министр, господин Лаа – великолепный танцор и прекрасный учитель. Надеюсь, он с радостью научит вас!

«Господи Лаа», он же Лавровый бог, он же влюблённый интриган, с радостью закивал. А вот Элеонора попыталась отвертеться:

– Но как же я смогу веселиться, когда вы пострадали?

– Но если я буду знать, что сорвала праздник остальным, мне станет только хуже!

Партия осталась за мной: герцогиня героически согласилась, Лаврик просиял, а Лейф преспокойно понёс меня из зала, поймав по дороге придворного лекаря – мужчину средних лет с хорошо откормленным брюшком и аккуратным пенсне.

Когда мы пришли в наши покои, лекарь тут же принялся осматривать «повреждённую» ногу – даже туфель не снял.

– Ай! – на всякий случай сказала я.

– Значит, здесь болит, – решил лекарь. – А тут?

Я подтвердила и тут. Казалось, не было места, к которому врачеватель ни попробовал прикоснуться, и всегда получал одинаковый ответ. Я точно знала, что мне должно быть больно, но где – не помнила. Боясь ошибиться, я полностью сбила человека с толку – у него даже проступил пот на лбу во время осмотра. В итоге, глубоко вздохнув, он достал из кармана платок, снял пенсне, чтобы протереть и поделился:

– Первый раз в моей практике такое! Я сейчас приготовлю раствор – поделаете компрессы, пока не пройдёт.

Как только он ушёл, нахмуренный Лейф заворчал, присаживаясь передо мной на одно колено и разматывая ремешки на обуви:

– Что-то не доверяю я этому шарлатану. Давай-ка гляну сам. Не против?

Не успела я возразить, вампир уже взял мою ступню, бережно прикоснулся к лодыжке. Мурашки пробежали по ноге и обратились невесомостью. Я вздохнула и выгнулась, едва успев опереться на руки.

– Где сильнее болит? – спросил Лейф, сосредоточенно гладя мою кожу. Иногда слегка надавливая.

– Нигде.

– Везде одинаково? – не понял вампир.

– Нигде не болит, – вздохнула я, перестав тянуть. – Я наврала.

В первую минуту я думала, он сейчас дёрнет за ногу так, что я полечу с кровати и действительно что-нибудь себе сломаю. Но осознав, вампир лишь убрал руки.

– Ты так изящно решила подтолкнуть Элеонору к Лаврику?

– Это удачно получилось, – согласилась я, но решила не строить из себя великого комбинатора, – однако я просто не знаю этот индранский танец. Вот и выкрутилась.

– Как не знаешь? – опешил Лейф, поудобнее устраиваясь на полу. – Лаврик с утра сказал, что тебя учил кто-то из гостей Вильфрида. И мне показал – он простенький.

От безысходности я закатила глаза. Мужчины, чтоб их!

– В первую очередь, об этом надо предупреждать меня – у Вильфрида был проходной двор. Я не то что танцы – имена-то гостей не всегда запоминала.

– Но даже если так, – внезапно с тоской спросил вампир, пытаясь заглянуть в глаза. – Неужели ты мне настолько не доверяешь, что даже не дашь вести в незнакомом танце?