Текст книги "Если Вселенная изобилует инопланетянами… Где все?"

Автор книги: Стивен Уэбб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 36 страниц)

Решение 16: Они передумали

Никогда, никогда, никогда не сдавайтесь. Уинстон Черчилль

Когда кто-то исследует галактическую колонизацию с помощью компьютерной модели, довольно легко забыть о реальности, которую модель должна представлять. В модели клеточного автомата, например, цивилизации каким-то образом возникают и с каждым «тиком» они расширяются, сжимаются или умирают; действие происходит на шахматной доске, и все выглядит так просто. Однако каждый тик часов соответствует огромным промежуткам реального времени. Если мы признаем, что путешествия быстрее скорости света невозможны, то даже самые технологически оптимистичные из нас должны признать, что колонизация – это долгосрочный проект. Путешествие – это только часть этого проекта. Достигнув пункта назначения, ВЦ вполне могут обнаружить, что планеты необходимо перестроить^[142], чтобы обеспечить подходящее жизненное пространство – это неизбежно займет больше времени. Создание человеческой колонии на негостеприимной экзопланете, предположительно, заняло бы не менее тысячи лет; более реалистичная оценка заключается в том, что это заняло бы сто тысяч лет. Это мгновение ока в космических терминах и едва ли заслуживает упоминания в компьютерных моделях, где один «тик» представляет собой дюжину тысячелетий. Но с точки зрения реального мира это поднимает вопрос: вероятно ли, что какая-либо культура будет стабильной в течение десятков-сотен тысяч лет и, более того, будет продолжать выделять значительные ресурсы на программу расширения? Даже долгоживущая и устоявшаяся культура могла бы в какой-то момент изменить свои приоритеты. Столкнувшись с такими временными масштабами, они могли бы просто отказаться от идеи крупномасштабной колонизации.

Клаудиус Грос разработал несколько простых уравнений^[143], управляющих динамикой популяций технологически развитых цивилизаций, учитывая, что эти цивилизации могут меняться по своему характеру. В формулировке Гроса новые цивилизации будут рождаться с некоторой скоростью, существующие цивилизации будут вымирать с некоторой скоростью, и будет некоторая скорость роста. Грос, однако, отказывается от предположения, что колонии расширяющейся цивилизации автоматически наследуют характеристики этой родительской цивилизации. Другими словами, колонии по какой-либо причине могут просто отказаться от колонизации; напротив, стагнирующие цивилизации могут по какой-либо причине решить возобновить экспансию. Собирая все эти различные скорости вместе, Грос показывает, что возможно, чтобы большая популяция экспансионистских – но изменчивых – ВЦ достигла стабильного равновесия.

Как признает сам Грос, мы ничего не знаем о различных числах, которые появляются в его уравнениях – скорости рождения и вымирания, скорости, с которой ранее расширявшаяся цивилизация меняет характер и стагнирует, и так далее – но работа вызывает мысль. Вероятно ли, что человеческое общество может быть стабильным на протяжении тысячелетий, будучи постоянно посвященным исследованию и экспансии? Если мы сомневаемся в этом относительно себя, мы можем сомневаться и в других. Может ли это объяснить, почему их здесь нет?

Решение 17: Мы – солнечные шовинисты

…солнца родины. Руперт Брук, Солдат

Модели галактической колонизации неявно предполагают, что важными объектами в космосе являются стабильные, среднего возраста звезды типа G2, такие как Солнце, и водные планеты, такие как Земля. Но кто знает, где предпочла бы жить цивилизация, намного старше нашей? Даже если условия, подобные земным, необходимы для зарождения и ранней эволюции жизни, как только цивилизация становится технологически развитой и может построить для себя среду обитания, она может не захотеть оставаться на поверхности планеты, вращающейся вокруг заурядной звезды. Мы склонны думать, что ВЦ хотели бы заполучить в свои руки (щупальца, усики, что угодно) лучший кусок недвижимости, которым является наша Солнечная система, но это может быть просто отражением нашего солнечного и планетарного шовинизма. Возможно, различные модели галактической колонизации не ошибочны; возможно, они просто неприменимы.^[144]

Например, Дайсон однажды предположил, что цивилизация типа KII могла бы разорвать на части некоторые планеты в своей системе и использовать материал для создания сферы, которая окружает звезду.^[145] Таким образом, можно было бы использовать всю энергию звезды; сравните это с ситуацией на Земле, где мы перехватываем лишь миллиардную долю энергии, излучаемой Солнцем. Если бы эта цивилизация также была способна к межзвездным путешествиям, то, предположительно, она могла бы построить сферу Дайсона вокруг любой звезды, которую посетила. (Двигатель Шкадова, который мы кратко обсуждали в Решении 11, по существу является половиной сферы Дайсона.) Если бы это было так, зачем ей было бы возиться с нашим Солнцем, когда гораздо больше энергии доступно от звезд спектрального класса O? Звезда O5 примерно в 800 000 раз ярче Солнца; сфера Дайсона вокруг такой звезды могла бы собирать почти в 1018 раз больше солнечной энергии, чем мы можем здесь, на Земле. Возможно, тогда развитые ВЦ являются кочевниками, путешествующими от звезды типа O к звезде типа O в кораблях поколений. Они могли бы прибыть, наслаждаться обильным энергоснабжением в течение нескольких миллионов лет жизни звезды, а затем улететь до того, как звезда станет сверхновой. Яркие звезды типа O создают неподходящие условия для эволюции жизни, потому что они умирают так быстро, но они могут быть звездами выбора для цивилизаций KII.

Понадобились бы цивилизациям KII вообще звезды? Возможно, они добывают энергию из квантового вакуума или извлекают энергию из черных дыр. Они могли бы жить в своих кораблях поколений, никогда не чувствуя необходимости ступать ногой (или инопланетным педальным эквивалентом) на поверхность планеты. Большинство моделей галактической колонизации основаны на аналогии: колонизация Америки европейцами или островов Тихого океана полинезийцами. Возможно, лучшей аналогией для колонизации^[146] была бы миграция жизни из воды на сушу. Точно так же, как рыба не встречается с птицей, возможно, ВЦ не встретятся с нами. Возможно, они колонизируют космос, но не беспокоятся о колонизации нашего конкретного куска недвижимости; другие места для них более привлекательны.

Решение 18: Инопланетяне – «зеленые»

Живи дома. Джордж Вашингтон Карвер

Возможно, вопрос Ферми – «Где все?» – черпает свою силу из нашего интуитивного ощущения того, как должна протекать галактическая колонизация: цивилизация развивается на одной планете, а затем колонизирует второй мир; этот мир колонизирует еще две планеты; каждая из этих планет колонизирует еще два мира… и довольно скоро Галактика кишит разумной жизнью. Это картина колонизации, которая проистекает из нашей собственной истории: наши предки нерешительно вышли из Африки, сумели основать жизнеспособные колонии на других континентах, а затем распространились по всему земному шару. Наш охват сейчас впечатляет: Дубай – это потрясающий мегаполис, поднимающийся из песков пустыни; самые большие круизные лайнеры перевозят через океаны столько же пассажиров, сколько проживает в маленьком городке, где я живу; есть даже постоянно действующие исследовательские станции в Антарктиде, самом негостеприимном месте на Земле. Разве ВЦ не будут колонизировать нашу Галактику так же, как люди колонизировали Землю?

Рис. 4.7 Рост населения Земли на протяжении истории имеет несколько незначительных скачков; провал примерно в 1350 году, например, связан с Черной смертью – пандемией, унесшей жизни где-то в районе 100 миллионов человек. По сути, однако, население Земли росло экспоненциально. Оно не может делать это бесконечно. (Общественное достояние)

История успеха человечества, возможно, лучше всего иллюстрируется ростом нашей популяции. Как видно из Рисунка 4.7, рост следует экспоненциальной кривой. Я еще не встречал никого, кто мог бы посмотреть на эту кривую и не прийти к выводу, что что-то должно измениться: если так будет продолжаться, то через столетие или два останется только стоячее место. Конечно, мы не достигнем такой крайности населения; вопрос в том, какой фактор вмешается, чтобы обуздать рост населения? Некоторые авторы утверждают, что экологическая катастрофа станет пределом роста населения, и если они правы, то будущее не будет приятным для следующих нескольких поколений. Проблема усугубляется тем, что не только наше население растет, но и каждый человек потребляет больше. Поскольку все больше и больше людей стремятся к западному уровню потребления, а само западное потребление становится все более экстравагантным, нагрузка на ограниченные ресурсы планеты, несомненно, должна возрасти. Благодаря ученым, таким как Норман Борлоуг, современные сельскохозяйственные практики позволили накормить гораздо больше ртов, чем когда-то считалось возможным – но сможем ли мы накормить десять миллиардов человек, если все они захотят питаться по-американски? Благодаря современным инженерным технологиям мы можем управлять водными ресурсами гораздо эффективнее, чем в прошлом – но если засуха поразит регион, сможем ли мы утолить жажду людей? Благодаря достижениям в технологии мы можем генерировать больше энергии сейчас, чем когда-либо прежде – но сможем ли мы генерировать достаточно энергии, чтобы удовлетворить будущий спрос? Мы потребляем больше энергии, больше воды, больше еды… мы – Homo потребляющие. И это не может продолжаться.

Рис. 4.8 Народ Рапа-Нуи вырезал 887 моаи в период между 1250 и 1500 годами. Средняя высота моаи составляет 4 м, а типичный вес – 12,5 тонн. Точно неизвестно, зачем народ Рапа-Нуи делал эти резные фигурки, но их создание и транспортировка, должно быть, требовали значительных ресурсов и концентрации цивилизации. Островитяне опрокинули моаи после краха их цивилизации. (Источник: Ариан Цвегерс)

Загадочный случай острова Пасхи Остров Пасхи, или Рапа-Нуи, чрезвычайно удален: ближайшая континентальная точка находится более чем в 3500 км в Чили. Тем не менее, полинезийские мореплаватели поселились там в первом тысячелетии нашей эры и развили процветающую культуру. Когда прибыли первые полинезийцы, остров был покрыт густым лесом; к 1650 году лес исчез, вырубленный островитянами. В 1650 году население острова Пасхи начало сокращаться с пика в 15 000 человек; когда в 1722 году прибыли первые европейцы, население сократилось, возможно, до 2000 человек. Причина коллапса Рапа-Нуи до сих пор является предметом споров, но кажется вероятным, что вырубка лесов сыграла большую роль: островитяне больше не могли строить приличные лодки, и поэтому их способность ловить рыбу была подорвана. Кроме того, исчезновение деревьев вызвало коллапс популяции наземных и морских птиц. Число и разнообразие источников пищи островитян сократились. Развивалась ли цивилизация Рапа-Нуи неустойчивым образом?

Мы уже видели при обсуждении световой клетки, что быстрый рост неустойчив. Хакк-Мисра и Баум предполагают,^[147] что парадокс Ферми не говорит нам об отсутствии внеземных цивилизаций (ВЦ) – скорее, он говорит нам об отсутствии быстрорастущих ВЦ. Если ВЦ растет экспоненциально, она достигает предела световой клетки, как предложено Макиннесом; она живет быстро, умирает молодой, и поэтому мы ее не видим. (Хотя, если бы космическая цивилизация знала, что ей суждено умереть, разве она не попыталась бы хотя бы сделать передачу с «кладбища» или развернуть какой-то сигнал, чтобы предупредить других и сообщить Вселенной, что они, на короткое время, были великими? Мы ничего не слышали.) Альтернатива – очень медленный, устойчивый рост, и мы не увидим цивилизаций, которые следуют по этому пути, потому что у них не было бы времени добраться до нас; если они и двинутся в Галактику, то это будет процесс диффузии, который, как показали Ньюман и Саган (см. Решение 12), включает мучительно долгие временные масштабы.

Аргумент Хакк-Мисры и Баума находит отклик, потому что он затрагивает проблемы, которые становятся все более важными для человеческого общества. Экспоненциально растущий аспект наших моделей потребления вполне может привести к краху нашей цивилизации, и тогда уже не люди будут колонизировать Галактику. Но могут ли вопросы устойчивости действительно объяснить парадокс Ферми? Я не убежден.

Ближайшие несколько десятилетий, несомненно, преподнесут нам проблемы. Тем не менее, при некоторой удаче, большом количестве доброй воли и, возможно, еще нескольких ученых, таких как Норман Борлоуг, человеческая цивилизация сможет избежать коллапса, вызванного перенаселением и чрезмерным потреблением. Мы уже можем быть в некоторой степени уверены, что экспоненциальный рост населения не продолжится: рождаемость снижается во многих странах уже несколько лет, и хотя особенность демографии означает, что общее число людей на Земле будет продолжать расти некоторое время, есть все шансы, что население мира стабилизируется где-то в середине этого века, а затем начнет падать. Действительно, самой насущной трудностью может быть не экспоненциально растущее население, а снижающаяся рождаемость. Это уже признано проблемой в Германии, где рождаемость составляет всего 1,36 ребенка на женщину: как небольшое число молодых людей сможет генерировать ресурсы для ухода за большим числом пожилых людей? Соедините стабильное или сокращающееся мировое население с достижениями науки, техники и вычислительной техники – достижениями, которые, кажется, следуют своей собственной экспоненциально растущей кривой – и мы получим рецепт устойчивой цивилизации. Если бы это произошло, экспансионистские цивилизации западного типа колонизировали бы значительную часть планеты, не потерпев краха или стагнации; медленно растущие человеческие цивилизации (Хакк-Мисра и Баум упоминают в этом отношении народ!кунг-сан пустыни Калахари) в некотором смысле проиграли бы. Собственная история Земли предоставила бы контрпример решению парадокса Ферми, основанному на устойчивости. Кроме того, важно признать, что по мере расширения цивилизации расширяются и доступные ей ресурсы; при достаточной мудрости и изобретательности (ресурсы, которых, к сожалению, всегда может не хватать) цивилизация может избежать предела световой клетки. В частности, как мы увидим в Решении 22, цивилизации нужно лишь просуществовать достаточно долго, чтобы создать один самовоспроизводящийся зонд, прежде чем она сможет, в принципе, исследовать Галактику полностью устойчивым способом.

Если человеческая цивилизация сможет выжить и достичь стадии, когда межзвездные исследования станут возможными, то у нас есть шанс исследовать Галактику – и сделать это «зеленым» способом. И если мы верим, что сможем сделать это в будущем, тогда мы должны верить, что другие, гораздо более древние цивилизации могли сделать это в прошлом. Вернемся к парадоксу.

Решение 19: Они остаются дома…

Нет места лучше дома. Дж. Х. Пейн

Одно из самых захватывающих событий моего детства произошло 20 июля 1969 года.^[148] Мой отец разбудил меня, чтобы посмотреть, как Нил Армстронг и Базз Олдрин высаживаются на Луну. Я думаю, большинство людей моего возраста испытали такое же благоговение, когда увидели посадку «Аполлона–11». Десятилетия спустя нам не хватает готовности и мотивации повторить это предприятие. С тех пор как Джин Сернан стряхнул лунную пыль со своих ботинок в 1972 году, никто не ступал на Луну, и нет никаких определенных планов, чтобы кто-либо это сделал. Некоторые энтузиасты космоса продолжают проводить ценную работу по определению факторов, необходимых для пилотируемого полета на Марс, но такой полет вряд ли состоится в ближайшее время. Предположение, разделяемое многими, включая меня, заключается в том, что разумные виды, такие как наш, неизбежно будут расширяться в космос – так почему же мы не там? Возможно, это предположение неверно. Возможно, неудачное сочетание факторов – апатия, возможно; экономика, почти наверняка; и, возможно, возрастающая способность собирать информацию из космоса без необходимости путешествовать – означает, что ВЦ остаются дома. Дело не в том, что они «зеленые», или им не хватает технологий, или они обеспокоены последствиями неограниченного роста. Просто они никогда не доходят до обширного освоения космоса. Возможно, это довольно печальное решение парадокса Ферми.

Есть основания надеяться, что приостановка пилотируемых космических полетов – это просто пауза. По мере совершенствования технологий путешествия в космос станут дешевле, безопаснее и будут происходить чаще. И не обязательно государственные агентства будут единственными поставщиками транспортных услуг. Роберт Хайнлайн давно представлял себе возможности предпринимательского освоения космоса, и мы уже видели первого космического туриста: в 2001 году Деннис Тито заплатил 20 миллионов долларов российской космической программе за привилегию провести восемь дней на орбите на Международной космической станции. Это не значит, что частные космические путешествия просты. В течение некоторого времени выход за пределы земного притяжения, вероятно, останется делом государств, а не компаний или благотворительных фондов. Например, в феврале 2013 года фонд Тито Inspiration Mars Foundation объявил, что надеется запустить пилотируемую миссию облета Марса в 2018 году; к декабрю 2013 года стало ясно, что такая миссия будет невозможна без значительного участия НАСА. А Ричард Брэнсон пообещал в 2004 году, что его Virgin Galactic скоро станет первой в мире коммерческой космолинией; десять лет и несколько неудачных стартов спустя прототип сумел подняться примерно на половину высоты, которой достиг Феликс Баумгартнер на воздушном шаре. Тем не менее, вполне вероятно, что интересы туризма могут присоединиться к интересам науки и высокотехнологичной промышленности в продвижении пилотируемых космических полетов в ближайшие годы.

Не все культуры экспансионистские Наиболее часто приводимым примером изоляционистской цивилизации является Китай времен династии Мин.

Династия Мин была основана в 1368 году Чжу Юаньчжаном, который стал императором Хунъу (что в переводе означает Чрезвычайно Воинственный). Под его властью, а позже и под властью императора Юнлэ, Китай расширил свою империю.^[149] Император Юнлэ и его преемник, император Сюаньдэ, отправили великого адмирала и исследователя Чжэн Хэ в семь замечательных путешествий. Путешествия привели его в Индию, Персидский залив и на побережье Восточной Африки. Чжэн Хэ командовал одной из величайших армад в истории – в его первом путешествии 60 из 317 кораблей были 400-футовыми «Кораблями сокровищ»; это, должно быть, было впечатляющее зрелище – и, несомненно, Китай был ведущей морской державой того времени. Действительно, Китай, вероятно, был самой технологически развитой страной на Земле. Но после смерти Чжэн Хэ и императора Сюаньдэ, и по причинам, которые до сих пор обсуждаются, Китай прекратил свою экспансионистскую политику, запретил внешнюю торговлю и встал на путь самоизоляции.

В долгосрочной перспективе есть убедительная причина, по которой мы должны создать жизнеспособные независимые колонии, скажем, на Марсе или в средах обитания О’Нила: это помогло бы обеспечить выживание человечества в случае катастрофы на Земле. В последние годы мы стали понимать, насколько опасным может быть наша планета. Удар крупного метеорита уничтожил бы нас так же эффективно, как удар Чиксулуб уничтожил динозавров. После извержения супервулкана наша технологическая цивилизация рухнула бы. Изменение климата, какой бы ни была причина, могло бы разрушить наш образ жизни. За время письменной истории человечества здесь, на Земле, было относительно спокойно, но наша история соответствует всего лишь нескольким секундам Вселенского Года. Верить, что Земля – спокойное и безмятежное место, потому что мы никогда не видели ее другой, – значит занимать позицию человека, который прыгает с крыши высокого здания и полагает, что, поскольку 29 из 30 этажей пройдены без происшествий, с ним все будет в порядке.

В еще более долгосрочной перспективе имеет смысл основать колонии вокруг других звезд на случай, если что-то случится с Солнцем. Выброс корональной массы всего в несколько раз мощнее самой интенсивной солнечной вспышки в истории вызвал бы у нас серьезные проблемы.^[150] В конечном итоге, если бы наш вид выжил достаточно долго, он стал бы свидетелем того, как Солнце сходит с главной последовательности на пути к превращению в красного гиганта, и это действительно заставило бы сменить дом. (Цукерман показал,^[151] что если Галактика содержит от 10 до 100 долгоживущих цивилизаций, то почти наверняка хотя бы одна из них была бы вынуждена мигрировать из-за смерти своей звезды. Если таких цивилизаций 100 000, то Галактика должна была быть полностью колонизирована цивилизациями, чьи родные звезды сошли с главной последовательности.)

Человечество не то чтобы сломя голову устремилось в космос, но, безусловно, еще слишком рано говорить, что мы никогда не предпримем космические путешествия. Наша цивилизация обладает возможностью запускать космические аппараты всего несколько десятилетий; в контексте парадокса Ферми мы должны мыслить категориями тысяч или миллионов лет. И хотя, вероятно, бесполезно рассуждать о мотивах предполагаемых инопланетян, кажется, существует универсальная логика в создании, если не межзвездных колоний, то хотя бы колоний за пределами родного мира. Вид со всеми яйцами в одной планетарной корзине рискует превратиться в омлет. Неужели технологически развитые ВЦ не двинутся, пусть и нерешительно, в космос?

Идея о том, что все ВЦ остаются дома, кажется (по крайней мере, мне) маловероятной – если только нет веской причины, по которой им следует оставаться дома…

Решение 20 …и серфят в Сети

Человечество

Не может вынести слишком много реальности. Т. С. Элиот, «Бернт Нортон», Четыре квартета

Гипотеза планетария (см. Решение 9) – это предположение Бакстера о том, что мы существуем в виртуальной реальности; вселенная кажется лишенной жизни, потому что продвинутые ВЦ сконструировали нашу реальность так, чтобы она выглядела именно так. Мы можем перевернуть гипотезу планетария, чтобы предоставить менее параноидальное разрешение парадокса Ферми: возможно, ВЦ создают виртуальные реальности для собственного использования. Возможно, мы не слышим их, потому что они остаются дома и взаимодействуют с сконструированной реальностью, более интересной и приносящей удовлетворение, чем «реальная» реальность.

Легко придумать сценарии, в которых ВЦ может выбрать отстранение от реального мира и вместо этого обитать в виртуальном. Например, предположим, их физики открывают теорию всего, их биологи прослеживают происхождение жизни до ее химических основ, их астрономы накапливают богатство наблюдательных данных, которые соответствуют их космологической модели, их экономисты наконец понимают что-то значимое, а их философы объединяют все это в единую теорию знания. Короче говоря, предположим, они приходят к выводу, что их наука завершена. Кроме того, предположим, что вычислительная мощность, доступная этой ВЦ, намного превышает нашу: их симуляции могут обеспечить удовлетворительные, богатые сенсорные переживания. Наконец, что если такая цивилизация решила, что межзвездные путешествия, хотя и возможны, слишком сложны, дороги или скучны, чтобы стоить усилий? Возможно, при таких обстоятельствах они прекратили бы исследования. Вместо этого они могли бы предпочесть исследовать почти безграничные возможности искусственных реальностей.

Мы не имеем представления, вероятен ли такой сценарий. Некоторые утверждают, что процесс науки никогда не закончится, что всегда будет какое-то новое знание для открытия цивилизацией и какие-то новые интеллектуальные горизонты для исследования. Но возможно, что Вселенная подчиняется небольшому набору законов и что явления, возникающие из этих законов, относительно немногочисленны. Возможно, долгоживущее технологическое общество в конечном итоге обнаружит, что его наука по существу завершена. В таком случае, предпочли бы они исследовать внутренний космос, а не внешний? Другие утверждают, что невозможно создать виртуальные реальности, столь же убедительные, как та реальность, в которой мы живем. Вспомним наше обсуждение гипотезы планетария: создание виртуальной реальности, способной обмануть развитую цивилизацию, требует невозможного количества вычислительной мощности. Но это упускает суть. Мы здесь не говорим о планетарии Бакстера. Вычислительная мощность, необходимая для удовлетворения осведомленных участников, намного меньше, чем требуется для глупого человечества. Другими словами, разработчики симуляции могли бы срезать углы. Им не нужно было бы вычислять триллионы взаимодействий в эксперименте по физике частиц; не нужно было бы моделировать результаты расчетов сворачивания белков; не нужно было бы представлять результаты наблюдений гравитационного микролинзирования. Их ученые уже получили бы это знание в «реальной» вселенной. Поскольку участники виртуальной реальности не стали бы «пинать стены» симуляции, разработчики могли бы сосредоточиться на создании удовлетворительных, убедительных и творческих реальностей.

Я предполагаю, что если бы наша собственная технология это позволяла, большая часть из нас предпочла бы жить в виртуальной реальности. Разве вы не захотели бы проводить там время, если бы симуляция могла предоставить вам безопасный, но идеальный сенсорный опыт ходьбы по поверхности Марса, или погони динозавров, или забивания победного гола в финале Кубка? Это было бы бесконечно лучше, чем телевизор – а подумайте, сколько времени мы тратим на него.

Сценарий цивилизации, сидящей дома и серфящей в Сети, кажется мне тревожно правдоподобным будущим для человечества,^[152] но он сам по себе не решает парадокс Ферми. Это пример социологического условия, которое должно применяться к каждому технологическому виду, чтобы оно сработало. Мы можем прийти к предпочтению виртуальной реальности, но почему домоседство должно быть универсальной характеристикой разумных видов?

И даже для общества, которое считает свое понимание физической вселенной полным, все еще существует возможность узнать новое, взаимодействуя со вселенной: открытие искусства, истории и философии инопланетной цивилизации – это не то, чего можно достичь, оставаясь дома. Для этого ВЦ должны исследовать, либо напрямую, либо с помощью зондов. Или, по крайней мере, она должна попытаться вступить в диалог. Неужели хотя бы одна цивилизация не попыталась бы?

Решение 21: Против Империи

Человек, который хочет быть человеком,

Должен править империей самого себя. Перси Биши Шелли, Политическое величие

Сербский астроном Милан Чиркович – один из самых вдумчивых и плодовитых авторов по парадоксу Ферми. Чиркович указывает,^[153] что вся предпосылка галактической колонизации может быть ошибочной. Возможно, развитая технологическая цивилизация будет мотивирована чем-то совершенно иным, нежели необходимостью расширяться.

Чиркович приводит несколько причин, почему неправильно думать о развитии ВЦ в имперских терминах. Во-первых, как мы увидим в Решении 45, есть основания полагать, что сложная технологическая цивилизация с высокой вероятностью совершит переход к постбиологической стадии. Существуют различные формы, которые может принять этот переход – возможно, разум будет «загружен» в кремний; тела на основе углерода могут слиться с роботами на основе металла; существует множество возможностей, как исследовали несколько писателей-фантастов, – но, как бы ни происходил переход, различные биологические императивы будут поставлены под сомнение. Будут ли у существ в постбиологическом будущем генетическое наследие для передачи, биологически определенный пол для поддержания, младенцы для защиты? И если экспансия и колонизация коренятся в таких явлениях, то устранение биологического давления устранит и стремление колонизировать космос. (Мне неясно, действительно ли все давления отбора устранены в этом сценарии, но здесь мы находимся на границах спекуляций.) Чиркович утверждает, что постбиологические цивилизации будут мотивированы иным определением успеха: он будет измеряться не степенью контроля над пространством, а скорее степенью контроля над субстратом их окружения. В частности, успех, вероятно, будет измеряться количеством и качеством доступных им цифровых вычислений.

Во-вторых, следует более приземленный аргумент: стоимость. Если наше нынешнее понимание физики верно, и нет коротких путей к межзвездным путешествиям, то колонизация вряд ли будет дешевой. Кроме того, мы уже видели, как несколько авторов указали на потенциальные ловушки неограниченного роста. Если мы можем видеть это сейчас, то другие ВЦ также увидят эти риски на ранних стадиях своего развития. Чиркович утверждает, что технологические цивилизации сознательно выберут иной путь развития – возможно, основанный на модели «города-государства», а не имперской.

В-третьих, это этический аргумент: почувствовал бы вид или его постбиологические потомки, что они имеют право влиять на биосферу чужого мира? Дилемма исследования против потенциального планетарного загрязнения уже обсуждается.^[154] Разве этичная цивилизация не выбрала бы путь развития, который избегает этой дилеммы? Разве «город-государство» не перевесит «империю» по этическим соображениям?

В-четвертых, это политический аргумент: империализм может превратиться в тиранию. Некоторые футурологи считают, что глобальный тоталитаризм представляет одну из самых серьезных экзистенциальных угроз для технологически сложного общества. В частности, искусственная сущность, прошедшая некий неконтролируемый процесс повышения интеллекта, потенциально может сформировать синглетон, используя термин Ника Бострома.^[155] «Хороший» синглетон может быть полезен. «Плохой» синглетон был бы абсолютно катастрофическим: глобальный, стабильный и долгоживущий тоталитарный режим был бы кошмаром. (Вспомните ту леденящую душу строку из «1984» Оруэлла: «Если вы хотите представить себе будущее, вообразите сапог, топчущий человеческое лицо – вечно».) Это, безусловно, судьба, которой захотят избежать все цивилизации. Чиркович утверждает, что поскольку политика, основанная на модели города-государства, в целом с большей вероятностью позволяет избежать этой судьбы, чем та, что основана на модели империи, ВЦ будут склоняться к выбору первой. (Опять же, мне это неясно. Я могу представить ситуации, в которых риски обратны.)