Текст книги "Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ)"

Автор книги: Станислав Кемпф

Соавторы: Дмитрий Буров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 6

– Ну что, песец недоделанный, полютовал и хватит. Иди сюда, морда рыжая. Цыпа-цыпа-цыпа, или как там тебя? Кыс-кыс-кыс? – издевался я, выманивая Морга.

Собственно говоря, до третьего этажа, где засела Гринпис, я добрался за полтора часа. Больше всего времени потратил на объяснения с кандидатам из подвала. Лэарды с ни с первого раза, ни со второго раза не поняли, что на вершину Олимпа, в смысле особняка, им взобраться не светит. Никогда.

Кандидаты на руку и мозги Гринпис отчего-то засомневались, принялись настаивать на диалогах, чему несказанно обрадовались организаторы. Распорядитель в черном, он же лорд со сложным именем, которое постоянно вылетало у меня из головы, подсуетился и устроил ринг, похожий на тот, что час назад размещался на улице перед особняком.

Пришлось по второму кругу объяснять навьим отродьям, кто в доме хозяин. В результате сокрушительных побед я расчистил первый этаж и принялся преодолевать ступени длинной внушительной лестницы.

– А почему лифта нет? – поинтересовался у лэарда Отторио Со Собачака, перед тем как наступить на первую ступень.

– Увы, уважаемый лэард дель Мандо, любимый питомец госпожи Розалии дель Гринпис регулярно обрывал тросы, удерживающие кабины.

– Уверен, в кабинах кто-то всегда находился, – хмыкнул я.

– К сожалению, да. Поэтому мы отказались от подобного способа подъема. Теперь каждый кандидат перемещается исключительно по лестницам.

– Узнаю Морга в гриме, – фыркнул я себе под нос. – И что же, любезный, полагаю, лестницы натыканы не только ловушками от лэарды Гринпис? Организаторы тоже постарались? – поинтересовался у дель Собачака.

На что черный костюмчик только улыбнулся, но ничего не ответил. Ну что ж, мы люди не гордые, и сами догадались, что наша очаровашка Гринпис просто так на свой этаж не подпустит навязчивых самоуверенных юнцов и наглецов. Впрочем, среди тех, кто остался зализывать раны после состязаний на ринге, бандитов не наблюдалось. В основном отпетые мошенники, в том смысле, что уверенные в себе воины, колдуны и прочая сильная нечисть. Если, конечно, жителей Нави можно считать нечистью. Вот, к примеру, бабу Ягу отныне у меня язык не повернется назвать нечистью. Или ту же русалку. Улыбнувшись своим мыслям, я начал подъем.

Гринпис оказалась предсказуема для меня и невероятно обманчиво-ловкой для местных навьих ухажеров. Отчего-то мужские особи решили, что лэарда, хоть и обладает могучей ментальной силой, но она дева из Прави, а потому ловушки будут примитивными. Собственно, хитромудрая княжна на это и рассчитывала. Для отвода глаз понатыкала капканов первого уровня, наивно-детских и незамысловатых. Самоуверенные самцы-претенденты сносили их движением мизинцев, совершенно не заглядывая вглубь.

Убедившись, что лэарда оправдала их ожидания по части ума, кавалеры, потоптавшись настороженно на первых пяти ступеньках, расслаблялись и шагали на шестую. Вот тут-то ребятушек и ожидал сюрприз. Под примитивными ловушками Гринпис хорошенько припрятала неприятные сюрпризы, продемонстрировав не только свое коварство, но и мастерство чем только распалила претендентов, судя по количеству частей тел, которые валялись на лестницах и этажах

Не зря тогда в ботаническом саду княжна очень настаивала на том, что цветочек-террорист заслуживает лучшей доли, его надо не уничтожить, а хорошенько изучить. Видимо, именно этим Гринпис занималась с помощью Коржика в его лабораториях.

Весь подъем на второй этаж милая Розалия утыкала двойными и тройными капканами ментальных кошмаров. Милая княжна собрала из всех фильмов ужасов, триллеров и ужастиков всех своих любимых ужасных чудовищ, монстров, маньяков и прочих мертвецов.

Едва претендент наступал на шестую ступень, как перед ними разверзалась бездна в ад. Чтобы соотнести, где реальность, а где вымысел, в смысле – кошмар, необходимо время на подумать. А вот времени на раздумья коварная княжна охотникам за её разумом не оставила.

Монстры шли один за другим, выскакивая из двойных ловушек, как из матрешки. Реальность пластовалась, сменяя одна другую, как картинки в калейдоскопе. И все это в таком диком темпе, что неопытный боец, никогда не сталкиваясь с иллюзиями подобного рода, просто не замечал той тонкой грани, которая отделяла фантазии Гринпис от лестницы вверх.

Но мне, прошедшему многоуровневый ад испытательных лабораторий Коржика, иллюзии казались примитивно грубыми. Монстры не пугали, а умиляли, рифовые твари казались ужасно медленными, а зомби и вовсе вызывали во мне дикий смех. Что-то все они оказались на одно лицо. Или это лицо отчего-то очень напоминало нашего Кощея.

Пройти сквозь иллюзию и оказаться на площадке между первым и вторым этажом оказалось парой пустяков.

Собственно говоря, после успешного прохождения второго испытания господа организаторы попытались меня приостановить. Им показалось, что я сильно борзо, в смысле, быстро двигаюсь к финалу. Сначала меня убеждали через гарнитуру, что нужно помедленней, а то мало ли что. Невнятные попытки объяснить, что подразумевается под «мало ли что», меня не впечатлили, и я продолжил в своем темпе.

Тогда организаторы применили замедлитель времени. Не знаю, как эта штука на самом деле называется, с такой магией я столкнулся впервые. Да, Карачун что-то похожее использовал на ринге, но в особняке время не просто замедлилось. Оно словно растворилось, исчезло, схлопнулось. Черт его знает, как объяснить собственные ощущения. Я будто оказался вне всего, застыл, как муха в янтаре на века. При этом все жизненные потоки в моем организме двигались очень медленно, в сотни миллионов раз медленней, чем обычно.

Остался только я и непонятный серый туман, заполнивший все пространство. Мне казалось, что я бродил (или стоял?) несколько часов в этом мерзком мареве, в то время как на самом деле управился за десять минут. Стоило просто представить под ногами лестницу и конечную цель путешествия, как ощущение вне времени и вне пространства ослабло, а потом и вовсе схлынуло под напором воспоминаний.

После этого я выкинул гарнитуру и пообещал организаторам: если они будут нарушать договор и вставлять палки в лестничные пролеты, пойду напрямик. И тогда спонсоры лишатся не только прекрасно оборудованного особняка, но и всего, что здесь успела понатыкать и внедрить Гринпис. Впрочем, старания организаторов я тоже успел оценить.

Орги смирились, и я пошел дальше.

Выбраться из зеленого лабиринта зеленых живых растений, оставленных на страже второго этажа, тоже не составило труда. Собственно, стоило выпустить чуть побольше собственной силы, как все эти пестики, тычинки, лианы и прочие лютики мигом сделались покладистыми и доброжелательными.

Хотел было нарвать букетик для Гринпис, но не получилось. Зубастые цветочки внезапно превратились обратно в бутоны. Не разжимать же мне им лепестки, в самом деле. И так бедным организаторам испортил почти всю малину, пусть хоть наследие от княжны останется на долгую память в особняке и поможет другим претенденткам успешно отбиваться от потенциальных женихов.

Ядовитый туман из лягушачьей слюны, кровавый комариный дождь, бегающие шипы, прыгающие виноградины, испытание водяными лилиями. Вот тут я восхитился трижды. Сначала, когда площадка между этажами внезапно стала озером, очень холодным и глубоким. Затем, когда мясистые стволы кувшинок отделились от широких листьев и попытались связать меня по рукам и ногам, спеленав для надежности зелеными толстыми лопухами.

Финальной ягодкой в изучении безумной биологии оказались плодовые коробочки. Внезапно не просто зубастые и ядовитые, но и с поглотителем магических способностей. Вот тут я чуть не попался, действуя традиционными методами. Пока сносил мечом семенные коробочки, цветочки высасывали силу. Ну как высасывали. Попробовали, не понравилось, обломались.

И вот теперь стоял на площадке третьего и последнего этажа в двух шагах от тяжелой двери из красиво отполированного камня неизвестной породы, голодный, мокрый и очень злой. Чертов Морг постарался от души, сооружая собственную ловушку. Видите ли остро отточенных кольев, выращенных прямо из паркета, наглой зверюге оказалось недостаточно. Между штырями, наставленными впритык друг к другу, было не протиснуться. Все свободное пространство Морг облагородил особыми минами. Очень ароматными минами, я бы сказал. Внушительными и по размеру, и по запаху. На третий этаж без противогаза лучше не соваться. Уверен, организаторы об этом знали, но решили мелочно отомстить за мое не согласие с правилами восхождения.

– Ну ты и горазд гадить, – просипел я, прикрываясь рукавом.

Очистительный огонь сделал свое дело, выжигая все до белого пепла. Но я по-прежнему стоял и не двигался с места, печенкой чуя, что мелкий засранец, в смысле, пушистый любимец наших девочек, гадская росомаха и просто душка по кличке Морг где-то рядом.

– Ну не хочешь выходить, как хочешь, – изображая глубокую обиду, громко произнес в пустоту.

Я рассчитывал, что Морг радостно выбежит навстречу, едва окажусь на площадке третьего этажа. Но упустил при этом маленькую деталь: росомаха чуял чужака и готовился к атаке. Мой запах, как и прочие интересные способности, перед походом на шоу я успешно скрыл. И теперь, похоже, у Морга ум за разум заходит: он видит меня, а чует непонятно кого. Ну или мелкий засранец просто-напросто выделывается давным-давно сообразив, что я – это я. Самый что ни на есть настоящий.

– Ну, и ладно, мне больше достанется, – усмехнулся я, доставая из пространственного кармана большое краснобокое яблоко и смачно надкусывая румяный бок. Сок брызнул во все стороны, и не успел я проглотить первый кусок, как меня едва не сшибла с ног мохнатая молния.

– Да тише ты, зверюга, – выругался я, отирая руку о штаны. Мерзавец нарочно меня обслюнявил, выхватывая яблоко.

– Какой ты к лешему Пушистик, – покачал я головой, глядя с какой скоростью и жадностью уничтожаются яблоки, которые благоразумно прикупил на местном рынке. – Засранец ты и есть. Как оно?

Морг покосился на меня черным блестящим глазом, оскалился в приветственной как бы улыбке, прикрыл одной лапой ящике с яблоками, поднял заднюю и…

– Скотина, – от души наградил я росомаху новой кличкой. – Ну как есть скотина.

Ожидая чего-то подобного, я вовремя отпрыгнул, причем сразу в тень. Морг оросил половину этажа, видимо настолько обрадовался нашей встрече.

– Ладно, признавайся, как двери открыть? – пнув мохнатую задницу, поинтересовался я. – Ну не ломать же в самом деле. Хорошая дверь, нам на базе пригодится, перекроев вход в лаборатории к Коржику. Оттуда иной раз так смердит, что никакой ароматизатор не спасает, – воззвал я к разуму зверюги.

Мохнатый яблокопожиратель дернул носом, на секунду отвлекся от поедания вкусняшек, прицелился и метко швырнул в мою сторону огрызок.

– Задницу надеру, – пообещал я, уворачиваясь.

Оказалось, Морг целился не в меня, а в дверь. Метил в потайную кнопку.

– Однако, внушительные в Нави огрызки, – покачал я головой, разглядывая вмятину, которая осталась от остатка фрукта.

Дверь, тяжелая и каменная, бесшумно отъехала внутрь стены, и на меня обрушились приятные ароматы. Ваниль, корица…

– Кофее-е-е-е… – зажмурился я от удовольствия, предвкушая первый глоток. – Надеюсь, с солью, – достаточно громко оповестил я Гринпис, переступая порог.

Но вместо радостного визга и крепких дружеских объятий на меня обрушилась гневная тирада:

– Не знаю, кто ты, путник, и что сотворил с моим верным зверем. Берегись! Если он погиб – молись, без боя я не сдамся и заберу тебя с собой за черту! – отчеканила Гринпис. – Убей или умри! – провозгласила княжна и на меня обрушилась сильнейшая ментальная атака.

Я даже не успел ответить на ее наезд. «А девочка-то выросла! – изумился я. – Впрочем, и мои способности значительно подскочили в уровнях», – с не меньшим удивлением отметил про себя.

Не так давно нападение подобной сила могло бы свести меня с ума на какое-то время. Сейчас я не только с легкостью отбил атаку, но и выставил мощный заслон, который разом отрезал меня от Гринпис.

– Что за чепушня! – раздался звонкий возмущенный голос княжны. Атака повторилась, мощь усилилась, мой щит слегка заскрипел, но устоял.

– Да чтоб ты гнилых яблок обожрался, и бумаги не было! – возмутилась Гринпис, усиливая нажим.

– И эти люди запрещают мне ковыряться в носу, а еще леди, – достаточно громко и осуждающе произнёс я, моментально сформировал в голове мыслеобраз, где надираю чью-то аппетитную княжескую задницу, причем даже не ремнем, а своей широкой крепкой ладонью. Затем от души рявкнул.

– Гринпис, ты совсем берега попутала? Начальство не признаешь?

Ментал вздрогнул, а затем пола волна ярких эмоций княжны. Яростное возмущение, недоверие, робкое изумление перекрыла чистая волна незамутнённой искренней радости. И все это хлынуло на мою защиту. Я покачнулся, но удержал и щит, и себя на ногах.

Спустя пару секунд атака прекратилась, и на меня с объятиями и поцелуями накинулась Гринпис, счастливо вереща, не скрывая слез.

– Шеф! Свар! Ты жив! Ты пришел! Хвала богам, ты жив! Жив! Как ты меня нашел? Где все? Пушистик! Пушистик, сюда, скорей! – восклицала Гринпис, тормоша меня и обнимая. – Свар, это правда ты? Хвала богам!

– Ну все, хватит! – я перехватил руки Гринпис. – Хватит я сказал. кофе есть?

– Да, шеф! – радостно завопила княжна. – Ой, а что ты с Пушистиком сделал? он жив? – вспомнив о питомце, с тревогой спросила Розалия.

– Жив, яблоки трескает, – отмахнулся я. – Полцарства за кофе! – наигранно простонал я и рухнул в ближайшее кресло. – А неплохо ты здесь устроилась.

Апартаменты внушали уважение. Роскошь и удобства на каждом квадратном сантиметре. У княжны было все, что душа пожелает. Разве что луна с неба не освещала комнату. Впрочем, уверен, если бы Гринпис попросила небесное светило, организаторы раздобыли и установили в качестве люстры.

– Кофе только сварила! – радостно щебетала Гринпис. – Как я рада, что ты пришел! Я так устала! – радовалась княжна, разливая напиток по чашечкам. – И поговорить не с кем, – пожаловалась девушка.

– Слушай, а побольше кружки нет? – скривился я, глядя на наперсток, в котором княжна подала кофе.

Гринпис демонстративно закатила глаза, напомнив мне Колокольчик. Графиня точно также не приветствовала мое желание быть проще, засунув поглубже собственные аристократические корни.

– Сейчас сделаю, – тем не менее, согласилась княжна.

С кружкой кофе в одной руке и внушительным бутербродом с мясом в другой, развалившись в кресле, я слушал злоключениях княжны. Большую часть я знал, благодаря болтливой голове на колу и Димону с Бесом, теперь выслушивал подробности, которые знала только Гринпис.

В какой-то момент разговора из коридора приперся довольный Морг, развалился возле ног княжны и довольно засопел. Минут через пятнадцать после того, как я попал в апартаменты Гринпис, начал трезвонить телефон, что стоял на столе.

– Орги, – отмахнулся я. – Потом.

Княжна согласно кивнула, и мы продолжили кофе-тайм. Телефон надрывался минут десять, но затем заткнулся. Мы закончили разговор, княжна собрала свои личные вещи, и наше трио покинуло гостеприимный особняк.

– Свар, уходим с боем? – уточнила Гринпис на первом этаже.

Я задумчиво оглядел помещение. Организаторы убрали все следы разрушений, включая покалеченных претендентов.

– Выйдем – увидим, – хмыкнул я и распахнул входную дверь.

На секунду нас с Гринпис ослепили вспышки фотокамер и оглушил рев толпы. Когда же мы проморгалась, я смачно выругался. Во внутреннем небольшом дворике особняка нас встречала небольшая армия.

– Дежавю, – буркнул я себе под нос и широко улыбнулся.

Глава 7

– Это что? – изумленно поинтересовалась Гринпис, нехорошо так улыбнувшись.

– Это твои потенциальные женихи, если правильно понимаю, – хмыкнул я. – Похоже, кто-то решил устроить третий сезон «Публичного особняка».

– Да пошли они, – рыкнула княжна.

– Ай-яй-яй, ваше сиятельство, не пристало княжне так выражаться! – подколол я.

– Я – опричник! – с достоинством ответила Гринпис.

Вооруженная толпа желающих приобрести Гринпис в свое вечное пользование колыхнулась в нашу сторону. Мы спокойно стояли на крыльце, разглядывая разномастных высокородных граждан Нави. У меня еще оставалась надежда на то, что организаторы дружат с головой и потасовки удастся избежать. Но едва толпа колыхнулась, чтобы расступиться, я понял: дежавю продолжается во всей красе.

Вперед шагнул высокий бледнолицый мужчина в плаще, подбитом алым шелком.

– Ух ты, упырь, похоже. Гринпис, хочешь стать бессмертной? – поинтересовался у Розалии.

– Фу-у-у… – княжна недовольно скривила губы и наморщила носик. – В Империи так уже никто не одевается. Фи-и-и… – Гринпис втянула воздух. – Мне кажется, или здесь запахло нафталином?

– Однако, – ухмыльнулся.

Как-то чересчур быстро наша девочка заматерела, еще и дурные привычки у графини переняла. Если Гринпис сейчас достанет пилочку и примется пилить ногти, откат в прошлое станет практически полным. Но нет, княжна всего лишь отбросила с плеча тяжелую косу и нежно так улыбнулась парламентеру.

– Скорее, главный претендент на твою руку, сердце и кровь, – хмыкнул я, услышав последние слова княжны насчет парламентера, сказанные негромко, но отчётливо.

– А может… – Гринпис лукаво улыбнулась, не сводя глаз с потенциального жениха, который начал терять терпение, заметив, что на него не обращают внимания.

– Может, – согласился я, отмечая суету в стороне.

Оказалось, операторы налаживали прямой эфир, а руководил ими немного нервный лэард Отторио Со Собачак.

– Похоже, организатор не больно-то торопится выполнять мой контракт. Значит, руки у меня развязаны. Морг, а Морг, – позвал зверушку.

Росомаха лениво на меня оглянулся. Все это время он стоял рядом с Гринпис, буквально впечатавшись своим мохнатым боком в округлое княжеское бедро.

– Хочешь грузовик яблок? – поинтересовался у наглой морды.

Морг заинтересованно облизнулся.

– Видишь веселую компанию? – я указал на толпу женихов.

Компания начала волноваться. Высокий лэард в черно-красном плаще нахмурил брови, оскалился, демонстрируя острые клыки. Ну, точно упырь. Любопытно было бы узнать, чего они все ждут, почему не реагируют и не пристают с вопросами и предложениями. Но на светские беседы времени нет. Нас ждет Кровавая графиня и Арена.

– Можешь делать с ними что хочешь, – разрешил я зверю. – Главное – не убивай. Усвоил, задница мохнатая? – уточнил у росомахи.

Морг еще шире оскалился, смачно облизался, затем широко зевнул и неторопливо потрусил с крыльца.

– Лэард, вы ведете себя в высшей степени непозволительно, – заговорил, наконец, длинный тип в черном плаще очень недовольным тоном. Но высказать претензию до конца не успел.

Очаровашка Морг смахнул упыря легким движением лапы и вошел в толпу, как раскаленный нож в масло. Точнее, как оскаленный зверь в загон с живой едой. При этом Морг своей мохнатой задницей каким-то невероятным образом умудрялся выражать всю свою огромную скорбь из-за наложенного ограничения. Бедняге не разрешили рвать на части, только калечить. Зато мелкий пакостник отрывался во всю, поливая поверженных врагов золотым дождем.

– Откуда в нем столько жидкости? – покачал я головой, спускаясь по ступеням на плиты двора.

– Ну, он очень талантливый мальчик, – с материнской гордостью ответила Гринпис, грациозно ступая рядом.

– Это точно, – хмыкнул я, глядя на то, как очередной любитель потрясти мечом отлетает к забору вместе с двуручником. Причем оружие воошло четко между раскинутых ног противника, пришпилив кусок ткани в опасной близости от самого главного.

– Талантливо, – я небрежно похлопал.

Пушистая задница даже не обернулся. Но будь я проклят, если этот мохнатый гад не помахал мне хвостом!

Громкие крики, стоны и вопли смешались со звоном отброшенного оружия. Над площадью засверкали вспышки магии, контуры защитных щитов. Но четырехлапую машину убийства не смущали ни шум, ни бесславные попытки прикончить, ни магические заклинания. Морг уверенно двигался вперед, расчищая перед нами широкий проспект, украшенный по сторонам живыми статуями в стиле сюрреализма. Было очень сложно понять, где у покалеченных потенциальных женихов руки, а где ноги. Впрочем, я и не старался.

Мы с Гринпис шли следом за Моргом по камням площади, залитой кровью, усыпанной пеплом. И обсуждали дальнейшие планы.

– Ты знаешь, где находится Арена? – уточнил я у княжны, отмахиваясь от шлема, слетевшего с чьей-то головы. – Морг, аккуратней, – велел я.

Росомаха рыкнул, демонстрируя, что услышал меня.

– Арена… – задумалась Гринпис. – Что-то такое я слышала от оргов. Поначалу мне предлагали простейший отбор: все дерутся друг с другом, потом победитель выходит против Пушистика, затем сражается со мной и получает все.

– Все – это тебя и Морга? – уточнил я.

– Угу, – хмыкнула княжна. – Я отказалась. И предложила вариант заработать больше.

– Однако, вот что значит дочь главного торговца редкостями княжеских кровей, – присвистнул я.

– Да вы можете умирать потише, господа⁈ – неожиданно рявкнула Розалия. – В конце концов, это неприлично – стонать так громко! Вы рыцари, или где? – возмущённо закончила опричница.

Мне показалось, что стоны стали потише.

– Наша девочка выросла, – я театральным жестом смахнул со щеки несуществующую слезу. – И вот юный цветочек уже кровавый опричник. Я всегда знал, что у тебя есть потенциал.

Гринпис закатила глаза, не оценив моей галантности и гордости в ее адрес. Тем не менее, я успел заметить легкую довольную улыбку, скользнувшую по губам девушки.

– Убей или умри, не так ли, босс? – подмигнула мне княжна, элегантно переступая через длинного упыря, который хотел, но не успел высказать мне претензии по поводу закрытия шоу «Публичный дом».

Высокий лэард лежал на камнях, завернутый в собственный плащ. В мокрый плащ. Поверженный жених бешено вращал алыми глазами, но даже его удлинённые когти не могли прорвать ткань.

– А хорошие у тебя портные-артефакторы в клане. Адресок подскажешь? – полюбопытствовал я. – Нет? Личный портной? Жаль, я бы сделал заказик.

Мы прошли мимо, за нашими спинами раздался яростный вой. Но говорить бедняга тоже не мог. Каким-то образом Морг умудрился оторвать от плаща воротник и засунуть упырю в пасть вместо кляпа.

– Слушай, а ткань и правда хорошая, – отметила Гринпис. – Нам бы с Колокольчиком пригодилась для формы.

– У нас получше будет, – отрезал я.

– Эх, – огорчённо вздохнула княжна. – Для платьев на выход? – закинула удочку.

– Не вздумай рассказывать графине, – приказал я.

– Но как ты? – изумлённо охнула Гринпис.

– Опыт, детка, опыт, – с философским видом заметил я. – Нехорошо, лэард, нарушать контракты. Боги вас покарают, но, видимо, чуть позже. А пока накажем мы, – я широко улыбнулся распорядителю, пришпиленному к воротам особняка.

– Лэард… – прохрипел Отторио Со Собачак. – Я всего лишь служащий… Обманутые вкладчики единогласно проголосовали за… разговор. Вам хотели сделать новое выгодное предложение.

– Мы заметили, – кивнул я в ответ. – Предложение не принимается. Всего хорошего.

Мы с Гринпис одновременно кивнули, прощаясь с распорядителем, и покинули гостеприимный особняк.

– Кажется, я буду немножко скучать, – вздохнула княжна. – Они были такими милыми, так мило ухаживали.

– Я так понимаю, коллекция артефактного оружия ты пополнила? – хмыкнул я.

– Ну… немножко, – смутилась Розалия, поглаживая кольцо на пальце.

– Дома покажешь.

– И расскажу, – заверила Гринпис.

* * *

– Сидящий на троне из черепов приветствует вас, – прочитал я вслух, разглядывая афишу-фреску на стене Арены. – Масштабно, – одобрил, переходя от сцены к сцене.

– Впечатляет. Ой, смотри! Это что, наша Ло? – воскликнула вдруг Гринпис, тыкая пальчиком в очередную картинку.

– Быть того не может, фрески выглядят старыми, – с сомнением произнес я, тем не менее подошел поближе и принялся разглядывать. – Хм… надо было брать другой слоган.

– Какой? – с восхищением в голосе выдохнула княжна.

Портрет графини высотой в два человеческих роста на стене Арены впечатлял. Ло, невероятно красивая в своем боевом безумии, с идеальной прической, стояла на горе из отрубленных голов. Художнику, кем бы он ни был, удалось передать и ярость боя, и торжество победы в глазах Колокольчика. И даже искру сумасшествия в ее глазах. А уж доспех впечатлял даже самых не впечатлительных. Вернее, отсутствие доспеха.

– Так вот ты какой… бронелифчик… – протянул я, старательно пряча улыбку. – Ни сантиметра для полета фантазии.

– И бронетрусы, – хихикнула Гринпис. – Интересно, Ло действительно выступает в ЭТОМ? – княжна выделила голосом последнее слово. Затем достала телефон и сделала несколько снимков на память.

– Сомневаюсь. Подозреваю, это вольная интерпретация художника. Интересно, он еще жив?

– Интересно, графиня в курсе? – в голос выдали мы.

– Доберемся, узнаем. Ну что, берем билеты, идем на разведку.

– Как скажешь, босс. А слоган какой? – полюбопытствовала Гринпис.

– Чего? – не сразу сообразил я, потом вспомнил. – А, идущая по головам желает вам удачи, – хмыкнул в ответ.

– Ло и пожелание удачи? – удивилась княжна.

– Графиня – девушка из приличной семьи. К тому же Ло очень милосердна. Конечно же, она пожелает противнику удачи… Удачи сдохнуть быстро и безболезненно, – заверил я Розалию. – Два билета в цирк, на лучшие места, – велел билетеру.

– Это Арена… – буркнул продавец из темноты будки.

– Да хоть футбольное поле, – согласился я, получая два тонких медных прямоугольника с выбитыми цифрами, обозначавшими ряд и места.

– Пусть победит сильнейший, – проворчал билетер. – Следующий.

– Сильнейшая, – исправила Гринпис, принимая свой билет.

* * *

– Слава Кровавой богине! – взревели сотни голосов, приветствуя Ло, стоявшую на горе из свежих трупов.

– Однако нашу Ло повысили, вроде была Кровавой графиней, а тут на тебе, уже богиня, – ухмыльнулся я, глядя на невозмутимую безупречную Ло в залитом кровью костюме. Из прически графини как обычно не выбился ни один волосок. Белоснежные волосы, забранные в высокий конский хвост, венчала едва заметная диадема.

– Мне кажется, или у Ло на голове рожки? – ахнула восхищенно Гринпис. – Причем рожки на из рубинов Бездны!

– Все может быть, – согласился я, внимательно разглядывая лэарда на троне.

Царственное сиденье действительно соорудили из черепов. 'Хуже только трон из мечей, – подумал про себя. – И на том, и на другом долго не посидишь, задница отвалится.

– Свар, – взволнованно вскрикнула Гринпис.

– Что? – напрягся я, осторожно сканируя местность.

Трибуны ревели, обезумевшие от боя зрители кидали к ногам Кровавой графини драгоценности, цветы, золото, небольшие артефакты и даже оружие. Ло невозмутимо стояла на вершине мертвой горы и равнодушным взглядом скользила по Арене, не обращая внимания на беснующуюся толпу. Вот взгляд графини остановился на хозяине Арены, который восседал на троне, но не задержался надолго.

Внезапно Ло замерла. Уверен, никто другой, кроме меня, даже не заметил, как на секунду изменилось дыхание Кровавой графини. Как возникла и тут же растворилась в уголках губ довольная улыбка.

Никто другой, кроме меня и лэарда, восседающего на троне из черепов. Он моментально почуял изменения в состоянии эмоционального фона Колокольчика и начал медленно обводить тяжелым взглядом беснующуюся толпу. Зрители потихоньку стихали, рассаживались обратно на места. Наконец, взгляд хозяина Арены остановился на мне.

Я вежливо улыбнулся и поприветствовал лэарда коротким наклоном головы. Существо Нави, по-другому я не могу назвать того, кого видел, долго и внимательно меня разглядывало. Затем коротко глянуло в сторону Гринпис, которая сидела рядом со мной с сосредоточенным лицом, похоже, мысленно общалась с графиней.

«Надо отправить Гринпис на тренировки к Коржику. Не умеет еще держать лицо, общаясь по ментальной связи. Нехорошо», – отметил про себя, сделал зарубку в памяти.

Повелитель Арены отвлекся от Гринпис, бросил короткий взгляд на Ло. Кровавая богиня по-прежнему стояла на возвышенности, небрежно опираясь на тонкую шпагу – трофей последнего боя.

– Лэард, – раздалось вдруг возле меня. – Лэард, господин приглашает вас к себе в ложу, – вежливо заговорил служка в ярко-красной ливрее, склонив голову в приветствии.

Я даже не стал интересоваться, что за лэард зовет к себе в гости, и так все понятно.

– Как зовут господина на троне? – опередив меня, полюбопытствовала Гринпис.

– Божественный Бхарн, лэард крови, титан, сын Хаоса, высший демон, покровитель воинов и сражений.

Я окинул задумчивым взглядом повелителя Арены. Точно, демон. Мощный, высокий, просто горы мышц. Голова увенчана небольшими, но мощными рогами, слегка загнутыми назад. Облаченный в любопытные медные доспехи, от которых за версту несло чужеродной магией, Бхар невозмутимо взирал на ристалище.

На коленях Бхарна лежал гигантский кнут. Во время представления мне довелось увидеть, как мастерски повелитель Арены им пользуется, наказывая нарушителей порядка. Скорость движения невероятная, причем сын Хаоса даже не привставал со своего трона.

– С удовольствием познакомимся с лэардом крови, – наконец ответил я посланнику, поднялся с места, кивнул Гринпис.

– Что? – рассеянно спросила княжна. Мы встретились взглядами, Розалия все поняла, моментально оборвала сеанс связи, поднялась следом за мной.

– Сюда, – пригласил провожатый, указав на неприметную дверцу под трибуной.

* * *

– Мне нужна моя сотрудница. У нее контракт. Пожизненный, – холодно повторил я бестолковому упрямцу на троне. – Договоримся по-хорошему и разойдемся сторонами, – предложил повелителю Арены.

«У него что, во всех комнатах троны из черепов?» – хмыкнул про себя.

Зал, в котором мы беседовали с лэардом крови, был вполовину меньше Арены, которая находилась у нас над головами.

– Леди в отпуске. Но отпуск закончился, пора возвращаться, – пояснил я божественному Бхарну, сыну Кхарна.

Как выяснилось из разговора с проводником, властитель Арены по совместительству оказался сыном Кровавого Кхарна, Повелителя Войны, Собирателя Черепов, Кровавого бога ярости, воинов и воинской доблести. Сосланный за какую-то провинность в мир Нави, наследный принц Хаоса Бхарн развлекался, как мог.

Арена существовала давно, но вот такого воина, к тому же женщины, на Арене не видывали с момента создания кровавого шоу.

– Человек, – пророкотал Бхарн.

– Опричник, – поправил я лэарда.

К сожалению, моя маскировка не обманула высшего демона, темную кровь во мне он тоже распознал.

– Мне нужна твоя… сотрудница графиня. Золотом по весу. Редчайшие драгоценности Хаоса по весу. По твоему весу, – уточнил лэард крови. – По весу вас троих, – добавил через секунду. – Через столетие кровавых сражений она станет богиней не на словах, по праву.