Текст книги "Оборотные цветы (СИ)"

Автор книги: Северина Флокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)

Глава 4

Запах смерти в логове стал нестерпимым – волчица перестала подниматься и только шумно дышала. Этой ночью ветер бесновался, залетая в пещеру и подхватывая острые снежинки, швырял их мне в спину. А я сидела возле старой волчицы и гладила её спутавшуюся шерсть, серую и вонючую, но от этого не менее тёплую и почему-то приятную на ощупь.

Север молча лежал рядом с матерью и касался влажным носом её тяжело вздымающего бока. В глазах волчонка была тоска. Звериная, но такая понятная мне печаль.

Старая волчица встрепенулась и, неожиданно сбросив мои ладони и морду Севера, тяжело поднялась, уставившись в проход, за которым бесновалась метель.

Белая мгла была страшнее чёрной ночи. Она давила на сознание и заставляла сжиматься в комочек, пытаясь скрыться от того, что было не подвластно ни зверю, ни человеку. Но старая волчица уставилась в метель и, волоча лапы, поползла к выходу. Север устремился за ней, но я удержала его, вцепившись в серую шкуру.

Не нам спорить с теми, кто в эту страшную ночь позвал волчицу. Пусть её лапы ступали по земле этого мира, но тень уже радостно бежала по вечным лугам.

Её силуэт растворился в белой мгле, и прощальный вой Севера потонул в беснующейся стихии. В тот миг его звериная тоска осела и в моей душе, а я поняла, что запах сырой шерсти и крови на морде волчицы стал таким же родным, как запах вереска и дыма. Облизнув губы, словно на них осталось её тёплое молоко, зарылась лицом в шерсть Севера и тихо запела, чтобы прогнать нашу тоску.

А на следующий день я, словно одержимая, бросилась, утопая в снегу, искать тело волчицы. Почему-то безумно не хотела, чтобы её растерзали другие звери. Но, видимо, белое безмолвие не желало возвращать то, что принадлежало ему. И снег надёжно укрыл старую волчицу от чужих глаз, закутав закоченевшее тело в белый саван.

Глава 5

Солнце разбивалось тысячами осколками о снежную гладь, а я, утопая по пояс в снежном пуху, бездумно рвалась вперёд. Север давно остался где-то позади, но даже на это моё изнемождённое сознание не обратило внимания.

Очнулась и пришла в себя только от того, что стало слишком тепло, и снежную перину стал прорезать клубившийся пар. Не торопясь, огляделась вокруг и замерла, надеясь, что это не игра воображения.

Горячие источники. Прикоснувшись рукой к тёплой воде, я улыбнулась. Кто бы знал, что здесь есть такое чудо. Ну надо же, Север меня ни разу не приводил сюда. Внимательно приглядевшись к воде, недоумённо нахмурилась. На меня смотрело больное отражение, в котором я с трудом  разглядела прежнюю себя.

Глаза стали чёрными провалами, кожа совсем бледная, словно передо мной бескровное существо, и настолько тонкая, что, казалось, острые скулы прорвут её изнутри. Спутанные чёрные волосы колтунами падали ниже груди.

Сколько же времени прошло? Мне казалось месяц или полтора, но судя по отросшим волосам – никак не меньше четырёх. За это время я и сама стала похожа на волчицу: звериная сухая худоба, дикий взгляд.

Резко ударив ладонью о поверхность, заставила пар растворить волчьи черты и, сбросив одежду, погрузилась в живительную воду, уйдя под неё с головой. Глубоко. Тепло. И как же прекрасно! Задержав дыхание, нырнула, целиком погружаясь в горячий источник. Прохладные потоки воды змейками коснулись кожи.

Вынырнув, я жадно вдохнула воздух и удивлённо оглянулась вокруг. Странно… Показалось? Могут ли быть холодные ключи в горячем источнике? Или это и впрямь были змейки, которые хотят утащить меня под воду? Но, заставляя кожу покрываться мурашками, прохладные вихри обволакивали моё тело, путешествуя вдоль ног, словно стайка маленьких рыбок. Вздрогнув, озадаченно замерла в воде, удерживаясь на поверхности. В Оленьем Логе были только неширокие речки, и никакой опасности они не таили. Но здесь был совершенно чужой край, и кто знает, что за звери водятся в нём. Может, я излишне поспешно окунулась в манящую воду?

Север давно нашёл меня, но почему-то сел вдалеке от источника, нервно рыча и испуганно прижимая уши. Я набрала в грудь побольше воздуха и снова скрылась в глубине, распахнув веки под водой, и до рези в глазах всмотрелась в чёрную глубь. Воздух заканчивался. Необходимо было выныривать, но небольшое свечение отвлекло меня, заставив замереть. Словно подводные светлячки, маленькие шары света выплывали из глубины, устремившись ко мне. Сферы скользили рядом, касаясь кожи и обдавая её прохладой. Дёрнула ногами, отталкивая их.

Воздух закончился. Взмахнув руками, устремилась к поверхности, но прохладные потоки стали ледяными, сдавливая меня по бокам, мешая выплыть.

– Слушай, слушай. Смотри, смотри. Не бойся. Смешная. Хрупкая. Мешает. Оставьте, пусть живёт.

Шелест голосов исходил от светящихся сфер и неприятно отдавался многоголосым эхом в ушах. Давление ослабло, и я выплыла из воды, глотая воздух. Достигнув берега в пару гребков, замерла, сев на каменном выступе и не решаясь уходить.

– Боишься? Зря. Жить будешь. Мы так решили.

Не в силах выдавить из себя и слова, смотрела на клубящийся пар и не понимала, откуда идут голоса, шелестящие в голове.

– Они так решили, – с насмешкой ещё один свистящий голос прошептал на ухо.

От неожиданности резко отпрянула, безрезультатно всматриваясь в пустое пространство. Ощущая рядом только странное завихрение ветра, и больше ничего.

– Немая? Скучно. Утопим. Оставь. Обещали.

Шипящие голоса начали спорить, переходя на слишком высокие тона, от которых моментально заболела голова. И с каждой секундой их спора боль только усиливалась. Должно быть, общаются мысленно, раз мне так плохо.

– Что... вы такое? – Сдавленно прохрипела, прекращая это безумие, пока моя голова не взорвалась.

– Говорит. Не убьём.

Вот уж спасибо за радушный приём! Хотя чего ожидала? Даже Север чувствовал что-то неладное, ведь не могло у такого прекрасного места не быть хозяев.

– Что мы такое?

Шелестящий смех раздался отовсюду.

– Духи. Теперь духи. Раньше не так. Прикованы. Здесь. Дальше холод. Пустота. Нам не нравиться.

– Вы можете показаться?

– Можем, – раздался тихий шелест у самого уха.

Я испуганно отпрянула, чуть не свалившись в воду.

– Не пугай. Такая смешная.

Из воды показалась маленькая чуть светящаяся голубоватая сфера, а за ней и остальные. Всего я насчитала их семь.

– Не представилась, – зашебуршала в ухо восьмая.

Я ещё раз вгляделась в пустоту, но вредный дух так и не счёл нужным показаться.

– Сая, – ответила чуть подрагивающим от волнения голосом.

– Не помню таких имён. Мир поглупел.

Снова нелестный комментарий от восьмой безызвестной сферы. Впрочем, остальные меня убить собирались, и настроение у них, как я поняла, меняется быстро.

– Есть ли у вас имена?

– Может, и были. Не помним. Слишком давно.

Марьяна рассказывала мне много легенд, но ни в одной из них никогда не упоминалось про подобных существ. С другой стороны – это мой шанс. Эти Озёрные духи, как мысленно прозвала их, ни что иное, как сгустки чистой энергии. Им подвластна такая магия, о которой никто из ныне живущих просто не знает. Возможно,они мой ключ к тому, чтобы выбраться отсюда.

– Вы можете сказать, где находится это место?

– Какая глупая. – Таинственная сфера обдала прохладой моё плечо.

– Когда последний раз мы покидали это место, не было этих гор, и земля была другой. Откуда нам знать, как называют нашу обитель?

Вот противный и зловредный дух! Хотя он единственный, кто отвечал на мои вопросы, не комкая обрывки слов.

– А заходили ли к вам люди?

– Конечно, конечно.

Семь сфер снова погрузились в воду, и я могла видеть их разноцветное свечение, мельтешащее под водной гладью.

– Давно ли это было?

– Нет. Последний раз человек был здесь, когда зима приходила лишь на три луны.

Сколько же веков существуют эти духи? Нахмурившись, я аккуратно опустила ноги обратно в воду – холодно всё-таки. Значит людей здесь давно не было, ну да это не печаль. Попытаться выбраться отсюда всё равно нужно.

– Не знаете ли вы, куда направлялись те люди?

– Нет. Не разговаривали.

– Почему?

– Топили.

С громким всплеском выдернула ноги обратно. Нет уж, помёрзну.

– Смешно. Потом скучно. Тебя не утопим. Так решили. Не бойся.

– Они так решили, – тут же прошептал мне мерзкий дух на ухо.

Передёрнув плечами, попыталась избавиться от холодка, шедшего от невидимого духа. Я внимательно пригляделась к сферам и поняла, что они чуть-чуть отличаются друг от друга. Оттенки, которыми они переливались, были несколько разными. Вдалеке тоскливо завыл Север. Вздрогнув, я обернулась на его зов.

– Не отпустим. Будешь здесь.

Рассмеявшись покачала головой:

– Не могу, меня ждут.

– Убьём волка. Там холодно. Подзовём.

Вот и неожиданный поворот дел. Задумалась, слушая перебранку духов, в которой не участвовал только восьмой. Но прохлада, исходящая от него неприятно холодила плечо, заставляя тело покрываться мурашками.

– Я вернусь завтра, – пообещала духам, пока они не надумали чего ещё.

– Не врёшь?

Прозвучало скорее как утверждение, а не вопрос. Умеют читать мысли? Вряд ли. Иначе я бы давно была мертва.

– Нет.

– Знаем твоё имя. Везде найдём. Убьём, – прошелестели сферы.

Только вредный дух ничего не сказал, так и оставшись невидимым. Я молча встала и, одевшись, на нетвёрдых ногах пошла к Северу. Волк радостно уткнулся лбом в мои колени, а потом, зарычав, вцепился в рукав самодельной шубы, безнадёжно испортив его.

– Понимаю, что чуть не утопили, но кто знает, чем для меня обернётся эта встреча. Духи и правда стары как мир, им многое известно, и может, они мне помогут. Понимаешь?

Наткнувшись на скептический взгляд волка, пожала плечами:

– А может, и утопят.

Глава 6

На следующий день я вернулась к Озёрным духам, как и обещала. И затем приходила снова и снова. Север по-прежнему всякий раз пытался меня остановить, но я вырывалась из волчьей хватки и уходила, объясняя ему, что это необходимо. Ровно пятнадцать дней уже прошло с нашего знакомства.

Я привыкла к резвящимся сферам, и даже про себя называла духов по кличкам, которые сама им придумала. Прозвища были просты и незамысловаты: они соответствовали цвету сфер. Наверное, узнай духи про это, я бы давно пошла ко дну горячих источников. Исключением являлось прозвище восьмого духа – он был единственным невидимкой, который не желал показывать мне свою сущность. Поэтому называла я его, разумеется, про себя, ситуативно, чаще всего засранцем, врединой и бездушным шариком. Однако, несмотря на нетерпимость восьмого по отношению ко мне, всякий раз, подходя к источнику, я сразу ощущала холод, исходящий от него.

В отличие от остальных он всегда незримо находился рядом. Другие духи по многу болтали между собой, рассказывали мне множество сумбурных вещей. Наверное, очень интересных, но по отрывкам фраз это понять было довольно трудно. Они постоянно вились вокруг ног, пока я плавала, и в целом вели себя как дети, если не учитывать того, что это были очень древние и крайне злобные дети. Правда, ко мне пока относились дружелюбно, развлекались как с новой игрушкой. Лишь Восьмой постоянно подтапливал меня и, зависая на плечом, вечно добавлял ложку дёгтя в любой разговор. Однако ничего критичного не совершал. Возможно, у него не хватало сил утопить меня, а может, он просто не шёл наперекор воле остальных духов.

Однажды, стоя на камнях у источников, я попыталась вызвать внутреннюю магию, переживая из-за того, что слишком уж подозрительно она молчала и не откликалась на мой зов. Спустя долгое время бесполезных попыток, расстроившись, села и бездумно уставилась на горячие клубы пара.

– В тебе нет магии, зачем же пыхтишь? Думаешь, она появиться от твоих жалких попыток призвать поток силы? – Ехидный голос Восьмого вернул в реальность.

– Во мне есть магия, – уверенно возразила задире. Ну или по крайней мере была.

– Нет. Магии нет.

– Поясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду.

– Не стану. Ты слишком глупа.

Ну и зазнайка! Я повела плечом и больше с ним не разговаривала. На следующий день вредина молчал и не тревожил своим присутствием. А затем, когда я уже не думала услышать ответ и окончательно запуталась в том, кто кого игнорирует, тихий шелест на ухо нарушил наш молчаливый спор.

– Ты её выжгла. Заклинание забрало весь резерв. Не восстановишь. Никогда.

Слова Восьмого камнем упали на душу.

– Ты лжёшь.

И почему я раньше не спросила об этом других духов? Ведь он мог сказать эту ложь ради шутки, чтобы посмеяться над глупой смертной.

– Будь ты магом – была бы уже давно мертва. Они их боятся. Сильному магу подвластно изгнать непокорных духов за черту.

– А ты их боишься?

– Я устал.

– Бояться?

– Глупая. Устал видеть, как горы сменяют друг друга.

Я нахмурилась и провела ладонью по воде. Остальные духи ушли в глубь источников – они не любили подолгу быть на северном ветру. Кажется, они называли такой ветер мёртвым. Только Восьмой неизменно оставался рядом со мной. Раньше думала, что он ждёт удобного момента, чтобы избавиться, но теперь…

– Совсем не осталось магии?

– Только та, что является неразрывной твоей частью.

– Я могу создавать заклинания?

– Нет.

Вот и всё. Безумный прыжок в пространстве не дался мне просто так. Я выжгла магию дотла, а та, что скрывается внутри –  ничем не поможет. Надежда, которую так долго лелеяла в груди, рассыпалась в прах. Никаких телепортов. Ничего. А я надеялась выбраться отсюда. Больше с Восьмым я не разговаривала.

Глава 7

В логове без старой волчицы было одиноко. Каждую ночь я засыпала, прижавшись к тёплому боку Севера, и, зарывшись носом в его густую шерсть, старалась развеять грустные мысли сном.

Дни сменяли друг друга, и постепенно моя одежда обрастала новыми шкурами зверьков, изменивших цвет шерсти с белого на коричневый. Теперь и я стала походить в этой шубе на огромного полинялого хорька. Ночи становились короче, и казалось, что всесильная зима отступает под натиском тепла и робкого солнечного света. Север вытянулся, стал сухопарым и долговязым. Охотились мы теперь вместе.

Почти каждый день я спускалась к источнику и подолгу купалась в горячей воде, беседуя с Озёрными духами. Иногда мне начинало казаться, что из-за того, сколько времени я провожу в воде, у меня должны были уже появиться жабры. Что было бы неплохо – хорошая защита от смены настроения Озёрных духов.

Волк никогда не составлял мне кампанию. Он только неодобрительно щерился при виде того, как я иду в сторону источников.

Перекинув длинные волосы за плечо, задумчиво посмотрела на ещё тёмное небо и тихо прошептала:

– Скоро я уйду, Восьмой.

Лёгкое дуновение ветра возле плеча переросло в болезненное нажатие.

– Не отпустят. Убьют. Духи не любят ничего менять.

– Я должна идти, пока зима отступила. Через месяц, а может, и меньше холод снова возьмёт своё – мне не выжить.

– Если ты попытаешься уйти, то умрёшь наверняка.

– Я не стану игрушкой для духов, – прошептала, уверенно качнув головой.

– Нет выбора.

– Выбор всегда есть.

Хриплый смех духа разлетелся над источниками:

– Смерть не самый лучший выход.

Я мрачно усмехнулась и погрузилась с головой под воду. Остальные духи стайками поднимались из глубины источника, скользя возле моих ног и обдавая их прохладой. Нужно решаться как можно быстрее – время не терпит.

Вяленого мяса достаточно, чтобы вместе с тёплыми ветрами уйти с этой земли. Хотя бы попытаться уйти.

Вынырнув, я ещё долго сидела на камне, слушая редкую болтовню духов, и смотрела на темнеющий небосвод, словно ожидая чего-то. Восьмой молчал. Я даже не ощущала его присутствия рядом. Пора. Нужно заставить себя встать и совершить безумную попытку бегства, сыграв с духами в догонялки. Жаль будет если проиграю – не хотелось бы камнем пойти ко дну источников. Впрочем, есть наказания и похуже смерти. Уж вечно скучающие духи в этом точно знают толк.

Тело было всё ещё влажным, когда я надела подобие самодельной шубы и неслышно пошла в сторону логова.

– Остановись.

Властный голос Восьмого прозвучал за моей спиной. Я грустно усмехнулась – ведь он следовал за мной так долго, скрывая своё присутствие. Повернувшись на голос, смотрела в темноту даже не вглядываясь – я давно привыкла к тому, что мой собеседник невидим.

Что буду делать, если Восьмой попытается остановить? Ничего. Не смогу просто. Магии нет, а что сгустку чистой энергии мой старый нож? Тоже ничего.

Внезапно перед моим лицом ярко вспыхнул свет. От неожиданности глаза ослепило. Проморгавшись, удивлённо уставилась на тёмно-фиолетовую сферу с чёрными всполохами.

– Так вот ты какой… – Протянула восхищённо, любуясь Восьмым. Но тот словно и не заметил.

– Ступай по следу Предвенечной звезды. Возможно, она выведет тебя к таким же как ты, а может, и нет. Я укрою тебя от остальных духов.

Восьмой подумал и чуть померк.

– Ненадолго. Иди быстро. Не останавливайся.

Я стояла под куполом ночных небес, и только светила были свидетелями того, как Восьмой пытался помочь мне и защитить от остальных.

– Спасибо, – только и смогла сказать.

Безумный дикий север, твоя мёртвая земля пустынна. Она никогда не видела зелени и чего-то другого, кроме угрюмых скал и таких же безразличными ко всему небес. Но именно здесь кровожадная волчица, которая едва выходила своего волчонка и старый как мир дух отнеслись ко мне человечней, чем родная мать.

– Сая.

Вздрогнула и удивлённо посмотрела на Восьмого. Он ни разу не называл меня по имени.

– Мы не забыли кто мы. И имена свои тоже помним, но теперь это ни к чему. Когда-то я был старшим Богом ветров. Мне поклонялись те, чьих следов больше не носит земля. И пусть почти всё кануло во тьму, но я отдаю тебе мои крылья. Мне они больше не нужны.

Свет от сферы стал ярче. Восьмой оказался так близко к моему лицу, что вечный холод, исходивший от него, стал обжигать кожу. Как заворожённая я всматривалась внутрь сферы. Казалось, что внутри неё живёт целая вселенная. Мне нестерпимо хотелось протянуть руку, чтобы прикоснуться хотя бы к малой её части, но Восьмой решил иначе. Он подобно молнии врезался в мою грудь и прошёл насквозь. Удар был такой силы, что меня отшвырнуло в сторону. Глотая воздух, пыталась снова начать дышать. Ничего себе, тут подарочки раздают…

– Беги, беги, беги…

Голос Восьмого заставил меня подняться с земли и я, пошатываясь, бросилась к логову. Там подхватила припасённый заранее небольшой мешок с вяленым мясом хорьков и самодельный бурдюк, который, как я надеялась, воду не пропускал, потому что проверить это случая ещё не довелось. Но если повезёт, то однажды я сумею вырваться из лап зимы, и тогда он сослужит мне хорошую службу. Север недоумённо распахнул глаза и настороженно следил за моими действиями. Присев рядом с ним на корточки, потрепала за ухом:

– Спасибо тебе, брат, за всё.

Стёрла тыльной стороной ладони предательскую слезу и рванула прочь из пещеры. На секунду замерла, внимательно всматриваясь в чистое ночное небо.

Однажды, когда мы разговаривали с Восьмым, он стал называть мне имена самых древних ночных светил. Яркая звезда над горизонтом приветливо сверкнула. Ну что же, Предвенечная, веди меня, к худу ли, к добру… Но желательнее, конечно, второе.

Поправила прицепленный к поясу нож и почти бегом бросилась по глубоко промёрзшему насту. Ветер подгонял, яростно дуя в спину. Что ж, если Восьмой и в самом деле когда-то повелевал ветрами, то стоит расценивать это как добрый знак. Где-то спустя час безумного забега я заметила серую тень, скользящую невдалеке. Не останавливаясь, крикнула:

– Беги обратно, Север! Домой!

А потом с горечью поняла, что и у него нет обратного пути. Не сумеют духи дотянуться до меня, так волка точно растерзают хуже голодный зверей.

Дальше все мысли растворились. Я сосредоточилась только на беге, стараясь не сбавлять темп, напрягая мышцы в решающем рывке. Нужно уйти как можно дальше. В голове, словно мантра, возникал голос Восьмого, шепчущий:

– Беги, беги, беги…

И я бежала до тех пор, пока скупое летнее солнце не вытеснило страшную ночь, а нога предательски не зацепилась за каменный выступ. Растянувшись на белом покрывале, жадно заглатывала воздух, не в силах подняться. Ноги онемели от бега, мышцы сводило судорогой. Рядом лёг, высунув язык, Север. Для него эта гонка не была такой изнурительной, всё-таки он выносливый волк, которому под силу пробежать гораздо больше. Но я заметила, как Север вылизывал свои лапы, израненные в кровь. С трудом поднялась и заставила себя пойти дальше, преодолевая усталость и изнемождение.

Глава 8

Дальше были лишь короткие перерывы на сон и снова изнуряющий путь.

Ночами Предвенечная насмешливо сверкала на небосклоне, словно дразня и раззадоривая своей высотой и недосягаемостью. Днём мы с Севером шли просто вперёд. Редкие остановки на ночлег в укромном месте и кусок вяленного мяса. Где-то на девятый день пути я перестала бояться быть настигнутой духами – видимо, Восьмой сумел выиграть нужное мне время.

Зима чуть отступила, и теперь я могла есть маленький зелёный мох, росший на выступах камней. После вяленого мяса хорьков это было приятным разнообразием. Так мы продвигались около двух лун. Зима стала возвращать свои права. И с каждым днём идти становилось труднее, особенно когда с небес валил снег, закрывая ночное небо и пряча от моих глаз единственный ориентир. Мороз заставлял искать более надёжные убежища для сна и ожидания того времени, когда закончится метель. И всё равно, я чувствовала, что мы с Севером движемся на юг. Холода перестали быть такими суровыми, местность стала более ровной, да и волк однажды подтвердил мои догадки, притащив мне свою добычу, чем-то напоминающую зайца, на которого я когда-то ставила силки. Если появились такие животные, то наверняка есть и крупней – стоило осторожней выбирать место для ночлега.

Снег застилал небо уже третий день. С покрывала богов падали пушистые снежинки, но отчего то мне было беспокойно. Я ожидала сильной пурги и не желала покидать надёжного убежища. Ведь если метель застанет нас в пути, то вряд ли мы вообще отыщем подходящее укрытие. Но время шло, а снег всё так же мирно падал с неба. Север удивлённо вертелся около меня, не понимая, почему мы остановились на столь долгий период времени. Тяжело вздохнув, попыталась себя успокоить тем, что волк не чувствует опасности. Небо спокойное и ветер не предвещает беды. Потрепала Севера и, чуть улыбнувшись, вышла, подставляя лицо снегу:

– Уговорил. Пошли, а то я уже успела заскучать среди этой красоты.

Подхватив скудные пожитки, мы направилась в ту сторону, где в ясную ночь должна была появиться Предвенечная.