Текст книги "Оборотные цветы (СИ)"
Автор книги: Северина Флокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)
Глава 31
Дорожка, мощёная гравием, давалась мне нелегко. Ступая по ней босыми ногами, я то и дело морщилась, когда наиболее острый камень любезно позволял прочуствовать себя. Киса выглядела не лучше: она поджала больную лапу, на которую теперь практически не становилась. Должно быть, печальное зрелище представляем мы со стороны. Просто парад калек, где один другого краше. Подойдя к широкой парадной лестнице я в сомнении остановилась никто – не выходил нас встречать. Возможно, мы были крайне нежелательными посетителями. Оборванцами, а если быть точнее, то попрошайками, на вежливых, красиво одетых гостей, которые приходят на ужин только по-письменному приглашению, скреплённому родовой печатью, мы походили также как хитрая лисица на мёртвую, давно залежавшуюся мышь. Но василиск был где-то там, а значит мы не могли его бросить. Оставляя за собой мокрые следы, я решительно взялась за тяжёлую дверную ручку и, предварительно постучав, потянула на себя.
И в немом изумлении замерла, возмущённо вглядываясь в прищуренные жёлтые глаза.
– Очевидно тебе с выходом из портала повезло больше всего.
Василиск усмехнулся и покачал головой:
– Лишь отчасти...
И только сейчас я заметила, что его голый торс покрывают многочисленные порезы, которые уже были обработаны магией. Значит, изначально они были гораздо глубже.
– Я проломил крышу в беседке.
Лютик уткнулся широкой мордой в ноги Шерсара, требуя внимания. Тот, присев рядом, внимательно оглядел лапу и произнёс заклинание, окутавшее её сизым светом.
– Перелом в двух местах со смещением. Первую помощь я оказал, но на большее чар не хватает. Стоит показать его завтра лекарю.
Машинально кивнула головой и потрепала вредную кису за ушком. Кому-то придётся какое-то время не носиться по ночам, словно стадо слонов.
– Шер, знаешь где мы?
– На месте.
Весело усмехнулась, оглядываясь по сторонам:
– Прости, но мне кажется, что это место мало чем напоминает департамент.
И действительно, на иллюстрациях книг здание департамента было почти чёрного цвета, его архитекторы явно избегали подобной роскоши, от которой режет глаза. В этом же особняке всё кричало о благосостоянии его хозяина: лестница, выложенная неизвестным мне камнем, изумительные статуи, величественно кутающиеся в мраморные куски ткани и всё остальное, прекрасно гармонирующие друг с другом.
– Всё верно. Портал перенёс нас в моё загородное поместье. Из-за того, что точка прибытия была вам совершенно незнакома, выход получился неудачным, однако никто не пострадал, что крайне важно. Я уже отправил срочного вестника главе департамента, он примет нас завтра. Сегодня вы можете отдохнуть. Мои слуги помогут вам устроиться.
Слова доходили до меня, словно я всё ещё была там, под водой. Глухо и неясно. Вот всё и закончилось. Разве не этого я хотела? Мысли рассыпались в разные стороны и, словно не зная нужного порядка, снова сталкивались. Вот и проведена черта, которая всегда разделяла нас, пусть во время путешествия она и стала призрачной. Есть мы и есть он. Нас ничего не связывает помимо того, что я единственный свидетель случившегося, а Змееглаз мой сопровождающий. Теперь василиск снова в своей стихии, точно так же, как и в тот день, когда он затянул на моей шее лассо и потащил к выходу. Цепной пёс императора – эхом бродили в голове крики и обвинения Мириам. Разве только она называла его так? Я внимательно наблюдала за его властными движениями, хищными чертами лица и жёлтыми змеиными глазами. Вот он приказывает кому-то, и его пепельные волосы больше не кажутся мне похожими на родной снег.
– Ссая...Ты в порядке?
Страж пытливо вглядывается в мои глаза. Сколько я стояла, застыв на одном месте, почти утонув в себе? Мне хочется закрыть уши руками, но вместо этого киваю головой, в горле слишком сухо.
– Не пугайся падших. Они привязаны к этому дому и служат ему много лет. Падшие не причинят никому вреда. – Шерсар показал в сторону полувоплотившихся существ, которые возникли из ниоткуда.
Самые сильные маги, которые погибли из-за применения запрещённых и слишком могущественных для них заклятий, однако имели достаточно сил, чтобы заключить сделку и остаться в мире живых полупризраками-полулюдьми. Лютик вздыбил шерсть и, оскалившись, припал на передние лапы. Я придержала его за загривок, и нахмурилась, прогоняя предательские мысли прочь.
На мне сказывается усталость долгого пути, да и последний год не был самым лёгким. Ни к чему привязываться к холодным змеям, зная, что они не могут тебя согреть. К тому же, у меня есть пушистый забияка, с которым ничего не страшно. Пальцы на загривке ослабли, а потом я и вовсе убрала их, подмигнув Лютику. Никогда не нравились мне эти сказки про падших. Почему они воплощались в человека, но всегда оставляли себе призрачные ноги? Пусть киса познаёт мир, заодно и шороху в доме наведёт нашему высокородному и высокомерному стражу.
– Ссая...
Устало собрала волосы в узел и не оборачиваясь побрела за падшим, проговаривая про себя, как мантру: держи в голове образ злой гадюки и не сдавайся. Ты же не любишь змей! Ну же, Сая...
Отравленные сети. Глава 32
– Лютик, слезь с меня, я же задохнусь, – просипела задушенно.
Наглая киса развалилась поверх одеяла и, громко урча, ластилась, покусывая за руки. Так как сопротивление было почти невозможно – кокон одеяла опутал слишком плотно, то я просто начала барахтаться и всячески громко возмущаться, давая ощутить своё недовольство. И даже если учесть, что тесная связь барса и его владельца работает в обе стороны, то усатый кусака был явно на своей кошачьей волне. Лютик радостно ворчал, излучая довольство жизнью. Его увеличевшееся от сытного завтрака брюшко изрядно мешало мне дышать.
– Из такого бессовестного котяры, как ты, получится отличный пушистый воротник, который я буду с гордостью носить на шее.
Воодушевившись угрозами ирбис, фыркая, стал облизывать шершавым языком моё лицо. Тихо взвыла, начиная звереть. Порезы от стекла сильно саднили. Лекарская магия падших весьма ограничена, поэтому лучше ею не злоупотреблять. Так или иначе, было решено первым делом залечить травмы Лютика и предоставить моим порезам заживать естественным путём. Конечно, стоило посетить лекаря, ведь от подобных ран могли остаться шрамы, но всё это позже. Тем более, на моём теле за последний год их количество резко возросло.
Наконец, вырвавшись из кошачьего плена, встала на ноги и прошлёпала в ванную комнату. В отражении на меня смотрело измученное бледное лицо с глубокими тёмными глазами. Всю кожу покрывали алые царапины. Памятный знак о том, что не стоит беспричинно разбивать окна в эльфийском дворце. Даже если вам этого хочется. Ищите способы проучить ушастых более гуманные, для себя, в первую очередь. Змееглазу вот всё нипочём. Заживает, как на собаке... змее, вернее, поправила себя. А я буду ещё неделю радовать окружающих своим видом. Можно подумать, что это мной стёкла выбивали.
Забинтованные руки нещадно саднили, словно крошечные осколки всё ещё оставались внутри. Но это уже было не так. Ночью падшие помогли мне, вытягивая магией крохи стекла из кровоточащих ран, а я молча терпела, сжав зубы.
Волосы цвета вороного крыла опускались уже ниже талии, их также любезно вчера расчесали, применив бытовые чары. Теперь они чёрными прядами окутывали мою фигуру. Наверное, я даже больше походила на привидение, нежели мои ночные помощники.
На столе стоял любезно приготовленный завтрак, а на тумбочке лежал коричневый свёрток, скорее всего, с одеждой. Самым забавным было то, что в краткие промежутки беспокойного сна, я не уловила чьего-либо присутствия. Всё выглядело так, словно никто не заходил в комнату. Дверь была закрыта изнутри, да и Лютик не беспокоился. Хитро скосила глаза на пушистика, который мирно развалился на середине кровати, занимая большую её часть, и вылизывал свою лапку. Скорее лапищу – размером с мою голову. Теперь я не смогу поднять его на руки, только если не захочу быть похороненной под пушистым задом. Барс после исцеления гонялся полночи за падшими, но в итоге осознал, что играть в догонялки с ними крайне неинтересно, почти так же, как и кусать равнодушных призраков. Даже визуально материализовавшуюся верхнюю часть туловища падших сцапать было невозможно. Зато клянчить у них еду – вполне. Чем он, очевидно, и занимался вплоть до самого утра. Лютик – друг призраков, – произнесла мысленно и пожала плечами. Почему нет? Это первые существа, накормившие его досыта.
Подошла к тумбочке и развернула свёрток, тут же поморщившись. В нём оказалось алое платье с открытым верхом и туфли, которые оказались точно впору. Однако предложенный наряд пришёлся мне не по душе. В Оленьем Логе только маленькие девочки носили платья, да и то в самую тёплую пору. И, разумеется, они были в разы проще. Здесь же дорогая атласная ткань переливалась всеми оттенками красного в лучах утреннего солнца, а на туфли с небольшим каблуком я вообще косилась подозрительно. К чему такой вызывающий цвет? Убийцы наверняка поджидают меня в городе. Кричащий алый явно не поспособствует маскировке. В конце концов, в департаменте кто-то проникнет в мою голову, вскрыв её, словно консервную банку.
Тяжело вздохнула и закрыла глаза руками. Впрочем, всё равно. Какая разница, что на мне надето. Это не изменит моих воспоминаний и не исправит того, что случилось. Просто случайный свидетель, который даст показания по доброй воле или же без неё, а затем может идти на все четыре стороны.
Прохладная ткань приятно скользила по коже, заставляя покрываться её мурашками. Выдохнув, провела руками по вырезу платья. Возможно, это проделка падших, потому что единственное с чем сочеталось платье – это царапины на лице, а обнажённые предплечья позволяли насладиться забинтованными руками, походившими на самодельные дамские перчатки. Расчесала волосы замысловатым гребнем и оставила распущенными. Пусть хотя бы немного они скроют излишне обнажённое тело. Не понимаю, зачем весь этот маскарад, но стоило признать, что платье на фигуре сидело идеально. Подчёркивало тонкую талию и юбкой-солнцем опускалось в пол. Если бы не обстоятельства, то я даже бы рискнула сказать, что никогда ещё не видела себя такой красивой. Но моё отражение продолжало хмуриться, и в голове всплывал только один вопрос: у кого это в поместье такой точный глазомер? Ладно, с этим разберёмся потом.
– Потом выспишься, кроха, – обратилась к Лютику, – нужно поскорее закончить всё это.
Кот лениво обнажил клыки в сладком зевке и нехотя последовал за мной.
После вчерашнего перемещения василиск больше не появлялся, но, зная безупречное чутьё стража и его верных слуг, сомневаться в том, что он узнает о нашей готовности, не приходилось. Выйдя из спальной комнаты, направилась в сторону парадной, ориентируясь по памяти. Барс вальяжно вышагивал впереди, указывая дорогу. Комната была пуста.
– Хозяин скоро будет, – прошелестело за ухом.
Вздрогнув, резко обернулась и уставилась в мертвые остекленевшие глаза падшего.
– Благодарю.
Отступила на пару шагов, не спуская с призрака пристального взгляда. Даже с этого расстояния я чувствовала затхлый запах сырого помещения, который исходил от него, и чуждый живому существу холод. Как Лютик только мог принимать от них пищу?
– Ссая, ты вовремя. Нас уже ожидают.
Шерсар спускался по лестнице, застёгивая манжеты на рукавах. Он надел чёрный костюм, который удивительно ему шёл и собрал волосы в низкий хвост. Невольно я залюбовалась его статной и мощной фигурой.
– Ты в порядке? – Страж подошёл почти вплотную, с подозрением прищурив глаза. Повела носом, вдыхая знакомый запах мужчины.
– Более чем.
Падший повелительно взмахнул рукой, и перед нами открылся зелёный зёв портала. Ну надо же, насмешливо протянула мысленно. Это первый раз, когда я вхожу в него по собственной воле, без чужих понуканий, не подталкиваемая в спину руками Змееглаза. Нужно запомнить этот момент.
Глава 33
– Ты должно быть издеваешься? Почему нельзя было сразу переместиться к зданию департамента?
Рассерженно развела руками, требуя ответа. Портал любезно выпустил нас в мощёный плитами дворик. Небольшой, но уютный сад пестрил самыми разнообразными растениями. Каменная ограда была сплошь увита плющом.
– Департамент – это одно из самых охраняемых зданий Лазурной империи, если бы мы открыли несанкционированный переход прямо у его дверей, то нас бы уничтожили охранные заклинания. И потом, всё же сейчас я официальное лицо.
– Ну естественно, как я могла об этом не подумать, – фыркнув, прикрыла глаза и ещё раз огяделась по сторонам. Мне здесь определённо нравилось, но чувство противоречия и проснувшейся вредности не покидало.
– Лютика стоит оставить здесь, в здание департамента его не пустят. Не волнуйся, управляющий за ним присмотрит.
Шерсар говорил это уже на полпути к высоким кованым воротам. Попыталась прожечь гневным взглядом его самодовольную спину, но ожидаемо ничего не вышло. И где это здесь? В очередной резиденции господина стража?
– Извини пушистик, но с этим точно ничего не поделаешь. Придётся тебе подождать, пока допрос закончится. Надеюсь, это не продлится долго.
Ласковое урчание было мне ответом. Василиск уже скрылся за воротами – стоило поспешить.
– И да, – нахмурила чёрные брови, – постарайся к моему возвращению не стереть это место с лица земли. Шерсар просто обплюётся ядом, если вернётся на руины и найдёт бездыханным своего таинственного управляющего.
Почти бегом выскочила за ограду и потонула в гуле города. Тёплое полуденное солнце ласково согревало кожу. Столица давно проснулась, и теперь её жизнь протекала своим чередом. Многочисленные жители спешили по своим делам, от их разнообразных нарядов непривычно пестрило в глазах. Очевдно, что мы были на одной из центральных улиц, так как по выложенной булыжниками мостовой неспешно прогуливались изящно одетые дамы со своими спутниками. Торговцев и людей более низкого положения практически не было видно.
Я остановилась взглядом на крытой карете, запряжённой парой лошадей. Увиденное совершенно не внушало мне доверия. И судя по тому, как с нетерпением поблёскивали глаза стража, именно на этом подозрительном транспорте нам и предстояо совершить последний отрезок пути.
Тоскливо вздохнув, сделала шаг к тряскому ящику. Тут же мой каблук застрял между булыжниками, и я, пытаясь остановить падение неловкими взмахами рук, стала заваливаться вперёд, чтобы неизбежно уткнуться носом в угол подступенка. Холодные сильные ладони подхватили за талию и, оторвав от земли, словно пушинку, водворили внутрь кареты. На какое-то мгновение мне показалось, что ладони задержались чуть дольше требуемого, но затем дверь кареты захлопнулась, и мы тронулись.
Василиск сидел прямо передо мной, чуть наклонившись вперёд так, что почти касался кончиками пальцев моих коленей, скрытых под тканью платья. Кукловод распоряжается своей марионеткой, как только ему вздумается. Вжалась в мягкую спинку кресла, стараясь отодвинуться от него подальше. Длинные и тонкие пальцы Шерсара невольно притягивали взгляд. Но обмануть меня было уже трудно. Сложно представить, как они трепетно прикасаются к кому-то, причиняя не боль, а удовольствие. И всё же почти физически я ощущала их силу, сопряжённую с нежностью.
Казалось, что наша поездка продолжалась целую вечность, и, когда мы наконец-то прибыли, я готова была целовать твёрдую землю от облегчения. Очевидно, наш возница собрал все кочки, которые только можно было собрать. Тошнота, подкатываемая к горлу, мешала связно мыслить. Страж вышел из кареты и подал мне руку. С благодарностью облокатилась на неё. Голова чуть кружилась, а лицо, наверняка, приобрело идеальный зеленоватый оттенок. Продолжайся эта тряска чуть дольше, и я немиуемо испортила бы костюм василиска. Тряхнув волосами, уверенно оглядела здание департамента. В груди что-то сжалось в предчувствии недоброго, словно сердце сжала противная лапа страха.
Дюжина широких ступений, облицованных чёрным сверкающим камнем, вела к монументальному строению. Самый высокий пик которого словно пытался проткнуть небесное полотно, так безрассудно облокотившееся об него. Узкие окна больше напоминали бойницы, недружелюбно ощерившиеся на нежданного гостя. Трудно найти во всей империи здание, производящее более удручающее впечатление на его посетителя. Подхватив подол платья, решительно ступила на первую ступень и, не замечая никакого подвоха от чёрных плит, пошла дальше.
Наверное, архитектор этого строения пологал, что тот, кто входит в центральный оплот империи, должен заранее ощутить свою ничтожность и беззащитность перед этим величественным зданием. Что ж, у него это явно получилось. Шерсар, обогнавший меня, уверенно шёл вперёд, сливаясь с мрачными оттенками департамента, я же, выделялась на этом фоне, словно неуместное пятно, которое следует немедленно стереть. Из глубин памяти сама собой всплыла картинка: вот бесконечно медленно падает кузовок, и калина алыми пятнами рассыпается по белоснежному снегу, а затем её с хрустом вдавливает когтистая вольчя лапа.
Отгоняя дурные мысли прочь, поспешила за Змееглазом. Зачарованные двери распахнулись перед посетителями, и моему взору открылся гигантский вестибюль, разветлявшийся множеством коридоров. Его наполняли люди в строгих костюмах, которые совершенно не обращали на прибывших внимания. Никто не попытался нас остановить или окликнуть. Шерсар шёл, направляясь к центральному коридору, и дорога на нашем пути расчищалась сама собой. Сотрудники расходились, вежливо склонив головы. Стук моих каблуков отчётливой дробью разлетался по гулкому помещению. Досадно поморщившись, продолжала идти дальше, стараясь не обращать на это внимания. Ох уж эти светские условности. Они больше похожи на паутину, сковывающую человека, чем на правила приличия. Ощутила, как зачесались ладони от желания скинуть с себя эту мишуру. Ну хотя бы туфли, простонала мысленно. Остаться совсем голой тоже не самый предпочтительный вариант.
Страж резко остановился перед тяжёлой дверью и открыл её, пропуская меня вперёд. Разумеется, идти первой туда не хотелось, но мало кого интересовало моё мнение. Угрожающий взгляд Змееглаза ощутимо кольнул в бок, подталкивая вперёд. И хорошо так кольнул, на совесть. Да так, что я чуть не вскрикнула. Так вот чему учат в магической академии одарённых василисков. Послала злой взгляд своему спутнику, но лицо мужчины стало непроницаемым. Он словно надел ледяную маску. Растерянно моргнув, внимательно огляделась.
За столом, заваленным кипой бумаг, нас встретила очаровательная помощница ни много ни мало главы департамента, как гласила табличка, прикреплённая к следующей двери. Вот где скрывается чудовище, подумалось мне.
– Господин Шерсар Валлийский, – секратарь почтительно поклонилась, – Вас уже ожидают.
– Благодарю, Сильвия.
Ну надо же! Значит, василиск умеет разговарить вежливо, не затягивая на шее лассо и не вызывая желания похоронить себя заживо под взглядом гипнотизирующих змеиных глаз! Но Сильвия уже занималась своими делами, больше не обращая на нас никакого внимания. Её золотистые волосы были уложены в замысловатую причёску, но один локон выбился и игриво касался румяной щеки. Пока я любовалась красотой помощницы, страж подтолкнул меня к последнему рубежу, отделявшему меня от главы департамента, и стёр его.
Глава 34
Интерьер кабинета составляли лишь пару шкафов, кресла для посетителей и широкий стол с массивными резными ножками. Огромное окно выходило на центральный вход департамента. Но моё внимание приковало вовсе не оно, а хозяин кабинета. Мужчина стоял к нам спиной, рассматривая что-то за стеклом, нам была видна лишь его высокая мускулистая фигура, облачённая в белоснежную рубаху и тёмно-синие штаны. Короткие чёрные волосы не закрывали могучей шеи. Широкие ладони сцеплены вместе. Подобный жест, безусловно, говорил об уверенности и властности. Хотя чего же ещё ожидать от человека, занимающего подобную должность?
– С возвращением, Шерсар.
Низкий баритон заставил испуганно вздрогнуть, а затем его владелец повернулся к нам. Его черты лица были более грубыми, чем у Шерсара: квадратный подбородок, смоляные брови и ширие скулы. Насмешливая улыбка не сходила с губ. Невольно поёжилась, ощутив неприятный холодок, простирающийся между мужчинами.Так не встречают верных друзей после долгих месяцев разлуки. Впрочем, могли ли они быть у стража?
– Рад тебя видеть, Лукас.
Внезапно я вздрогнула и резко отступила на шаг, проследив за движениями главы департамента. Его зрачки мгновенно среагировали, сузившись, а в глазах полыхнула притаившаяся болотная зелень. Мышцы в ногах напряглись, готовые двинуться с места в эту же секунду. Инстинкты отчаянно завопили, оглушая. Беги, Сая, беги! Это оборотень. Шерсар легонько коснулся моей руки, призывая успокоиться.
– К сожалению, госпожа Сая, подобным образом теперь на меня и мне подобных реагирует почти вся империя. С одним маленьким отличием: как правило, они сразу совершают какие-то необдуманные действия. Начинают готовиться к атаке или бегут, снося всё на своём пути. Не беспокойтесь, я полностью контролирую себя и не намерен повторить печальную судьбу сородичей. Присядьте.
Мужчина хищно повёл носом и сам опустился в кресло напротив меня. От огромного оборотня, который мог в любую секунду перевоплотиться в жуткого монстра, меня отделял всего-лишь стол, теперь уже не казавшийся мне массивным и таким уж добротным.
Шерсар безмятежно сел в кожаное кресло, соседствующие с моим, и расслабленно откинулся в нём. Ничего, Сая. В конце концов, пока что этот зверь выглядит вполне вменяемым, да и василиск всё ещё рядом. Успокоив себя, осторожно присела на край мягкого сидения, готовая в любую минуту подскочить с него.
– Позвольте мне кое-что пояснить: за то время, которое вам потребовалось, чтобы прибыть в столицу империи, было зафиксировано ещё двадцать подобных случаев, когда оборотни теряют над собой контроль и начинают уничтожать мирное население. Последнее нападение произошло неделю назад. Однако, благодаря принятым мерам безопасности по всей империи, нам удалось фактически избежать потерь с человеческой стороны. К сожалению, оборотней приходится уничтожать. В Лазурной империи большинство высоких постов занимают именно они. Но даже несмотря на то, что нам удалось прекратить панику среди мирного населения, люди всё равно боятся оборотней и требуют, если не полного их истребления, то как минимум постоянного надзора и отречения высокопоставленных лиц от занимаемой должности. Как вы можете понять, меня эта ситуация крайне не устраивает. И возможно, ваша помощь поможет остановить это безумие.
Я тяжело выдохнула и открыто посмотрела в пронзительные зелёные глаза дознавателя. Ещё двадцать нападений! И ни одного ответа.
– Думаю, у меня нет особого выбора в принятии решения.
– Ваша помощь заключается в непротивлении.
– В таком случае я надеюсь, что мои воспоминания помогут вам, хотя и сильно сомневаюсь в этом.
Дознаватель спокойно кивнул и стал, не торопясь, закатывать рукава рубахи.
– Придвиньте кресло ближе к центру стола и сядьте комфортно.
Комфортно? Даже не сомневаюсь в том, что почувствовать себя умиротворённой в пристутсвии оборотня попросту невозможно. Однако чем быстрее это закончиться, тем скорее наше нежелательное знакомство прекратится. Скосила глаза на василиска. Вот, кто чувствует себя везде комфортно. Шерсар развалился в кресле и следил за всем происходящим из-под полуприкрытых ресниц, словно это был не допрос, а простая формальность.
– Положите руки на стол.
Молча подчинилась. Мужчина наклонился ко мне так, что я уловила его запах: елового леса, в котором можно бродить бесконечно и чего-то ещё, что укрылось от меня, так как он резко накрыл мои ладони и сжал их. Испуганно дёрнулась, но хватка услилась. Такие медвежьи лапы не выпустят живым из своих объятий.
– Не стоит волноваться, я не причиню вам вреда, Сая. Нужные нам воспоминания находятся достаточно глубоко, я не стану касаться лишнего. Сосредоточьтесь на них, так будет проще.
Смирившись с неизбежностью, закрыла глаза и, зажмурившись, приготовилась к волне боли. Но её не последовало. Вместо этого по телу пробежала приятная дрожь, ободряя и успокаивая. Очередные чары? И показалось ли мне, что, когда эта магия укрыла меня, мужские пальцы ласково погладили ладонь?
А затем всё исчезло: комната, дознаватель, василиск, моё настоящее и будущее. Осталось лишь прошлое, Я снова ощутила на щеках острые поцелуи льда, и с восторгом понеслась с горки на лыжах, приближаясь к Оленьему Логу. И хотя короб больно натирал спину, мне хотелось кричать от восторга. Комочек счастья, как маленький мурлыка, свернувшись, грел внутри. Марьяна дома, она ждёт меня и на столе стынет вкусный завтрак. Всё хорошо, это был лишь кошмарный сон. Внезапно странное чувство двойственности стало появляться у меня в сознании. Предметы смазывались, и моё перемещение в пространстве выглядело как-то неествественно, словно время то замедляет, то ускоряет бег. Я хотела закричать: – Бегите!, – и не могла вымолвить ни слова. Едкий дым ударил в глаза, и события, словно снежный ком, понеслись с нарастающей скоростью. Рыжие кудри, крики и рык за спиной, затем удар и океан боли, заключивший моё сознание в темницу.
Дознаватель бросил меня в логове волчицы, дальше он не стал следовать.
Вынырнув из омута воспоминаний, я поняла, что щёки мокрые от слёз, которые никак не желали останавливаться. Лукас сидел, нахмурив чёрные брови и задумавшись над чем-то. Всё моё существо наполняли ярость и боль, приследовавшие меня всё это время. Я видела зелёные искры в его глазах, и мне хотелось растерзать горло зверя, отомстив за тех, кто погиб в то утро. Сжала кулаки, призывая себя успокоиться.Терпение Сая, всё позади. Можно идти куда пожелаешь.
– Теперь я свободна? – голос всё-таки предательски дрогнул.
– Почти.
Что значит почти? Я резко вскочили с кресла, сдерживая негодование.
– В ваших воспоминаниях есть крайне интересные детали, которые требуют рассмотрения. Возможно, ваше присутствие ещё потребуется. Я попрошу вас задержаться в городе, как минимум на неделю. Раузмеется, примите мои извинения за задержку, и чтобы хоть как-то скрасить ваше пребывание в столице, прошу быть моей гостьей. Примите ли вы моё предложение?
Я в недоумении уставилась на оборотня. В его устах это предложение звучало как приказ или издёвка. А может, и то, и другое одновременно.
– Боюсь, что Ссая уже приняла одно предложение и его ей достаточно.
Василиск стоял позади меня, и я буквально ощущала злость, исходившую от него. Да что происходит между этими двумя? Похоже, что мир окончательно сошёл с ума. Иначе как объяснить то, что кукловоды, как дети, тянут несчастную марионетку в разные стороны?
– Всего доброго, господин дознаватель, – решительно прервала их спор и, не дожидаясь, ответа, вышла за дверь.
Сильвия всё так же сидела, склонясь над бумагами, увлечённо вчитываясь во что-то. Кажется, я пробормотала какие-то прощальные слова и стрелой вылетела в коридор. Голова шла кругом, а сердце билось, словно у загнанной лани.
Дверь снова распахнулась и из неё вышел невозмутимый василиск. Змееглаз сразу же пошёл обратно в вестибюль, не дожидаясь меня. Его лицо было настолько равнодушным, насколько это вообще было возможно. Усталость и вновь пережитая боль взяли своё. Догнав стража, толкнула его в спину:
– И всё, Шер? – я растерянно втянула воздух, пытаясь сложить пазл, – Почему нельзя было сразу прочесть мои воспоминания и послать в департамент вестника с докладом? Зачем было всё так усложнять? Тащить меня через всю империю! Почему этого не мог сделать ты?!
Гневно выдохнула в лицо мгновенно оказавшемуся рядом василиску.
– А ты бы этого хотела, Ссая? Хотела бы?
Непонимающе распахнула глаза: это-то тут при чём? Но нервное напряжение дало о себе знать. Вопрос стража совершенно дезориентировал меня, и всё, что я смогла сделать, это только обвинительно ткнуть пальцем в грудь Змееглаза и выдавить возмущённое:
– Ты...
Я хотела ударить его, сделать ему больно, чтобы он ощутил, как мне плохо. Хотела кричать и поносить его упрямство последними словами. Но договорить мне не дали. Шерсар перехватил запястье и, прижав к стене, жадно поцеловал, прикусывая губы. Томительная страсть, словно волна, захлестнула меня с головой. Только через несколько секунд я поняла, что вдыхаю его аромат и, запустив пальцы в пепельные волосы, бесстыдно прижимаюсь к мужскому телу. А он властно плавит меня своими прикосновениями, вынуждая забыть обо всём. Впервые я почуствовала не холод его тела, а раскалённый жар, который ненасытно поглощал меня без остатка. Одумавшись, отчаянно уперлась кулаками в его грудь, сопротивляясь собственному желанию, и сильно ударила, пытаясь оттолкнуть василиска.
Мужчина ощутил моё сопротивление и резко отпрянул. В его глазах плясали золотистые искры.
– Если ты помнишь, то я тоже допрашивал тебя. Однако господин дознаватель настоял на твоём личном присутствии в столице.
Вздрогнув, просто смотрела на него, не зная, что сказать.
Обратную дорогу я помнила плохо, всё было как в тумане, из которого невозможно найти выход. Вот уже Лютик радостно увивается возле меня, бодаясь широким лбом. Мы идём по деревянной лестнице, тринадцатая половица скрипит под ногой. Страж отвёл нам небольшую спальню на втором этаже. Он говорит что-то ещё, но вдуматься в смысл сказаного я даже не пытаюсь.
Холодная ванна несколько привела в себя. Постепенно мысли растворялись в воде, оставляя после себя лишь приятную прохладу. И только спустя пару часов пришло осознание того, что что-то не так. Растерянно оглядываясь вокруг, не находила ничего насторожившего меня, ровно до тех пор, пока случайно не опустила глаза на руки – ни единой царапины на них не было. Чуть бледная, но всё же совершенно здоровая кожа без единого изъяна. Удивлённо прикоснулась к лицу, осознавая отсутсвие повреждений. Мысли лихорадочно закружились. Когда? И самое главное – кто это сделал? Из взволнованной дымки воспоминаний свежими пятнами выступило моё знакомство с главой департамента: вот ладони дознавателя крепко сжимают мои, и по телу пробегает приятная прохлада.
– Лукас, – прошептала вслух его имя, пробуя его на языке. Мягкие баюкающие звуки совершенно не укладывались с моим первым впечатлением о нём. Возможно, оно ложное... Задумчиво произнесла имя ещё раз. У меня есть минимум неделя, чтобы подвердить или опровергнуть эту докадку. Но отчего-то делать этого совершенно не хотелось. Из огня да в полымя. Нет уж, стоит держаться от него подальше.
