Текст книги "Оборотные цветы (СИ)"
Автор книги: Северина Флокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)
Глава 58
Масло сандалова дерева наполняло окружающее пространство. Мерцание ароматических свечей отбрасывало чёрные тени, которые, извиваясь, танцевали на стенах. Тишину нарушали только редкие всплески воды. Казалось, вязкая дрёма запускала длинные и тонкие пальцы в мои влажные волосы и убаюкивала, поглаживая по голове. Не в силах сопротивляться – закрыла глаза и вдохнула успокаивающий запах масел.
Нежные руки Линси скользили по чёрным прядям, втирая очередной питательный эликсир. Её движения были плавными и осторожными. Среди горы флакончиков я разглядела вонючую драконью слизь, но девушка уверенным движением руки убрала его в зелёный чемоданчик.
Трудно было сказать, сколько прошло времени с тех пор, как мы зашли сюда. Наверное, часы и минуты тоже подчинились чарам тишины и вязко, неторопливо текли дальше. Зачерпнув ладонью пышную пену, медленно сжала её и отпустила. Остывшая вода приятно холодила тело. Линси молча протянула мне полотенце и пушистый мягкий халат. Завернувшись в него, благодарно улыбнулась ей.
– Что ж, остался последний штрих – финальная примерка платья, – мягко произнесла девушка.
– Ты думаешь, это действительно так важно? Полагаю, Джаннет постаралась на славу. К тому же, поздно что-либо менять или подшивать.
Линси пристально посмотрела на меня и насмешливо фыркнула:
– Конечно, ты права. Но если во время приёма с тебя свалится платье или треснет в самом неподходящем месте, то помни, что я предупреждала.
Пожалуй, подобная ситуация была бы даже забавной. Представила, как во время дурацкого церимониального танца на мне с треском расходится ткань, и улыбнулась.
Приоткрыв дверь ванной комнаты, мы вышли вместе с клубами пара, последовавшими за нами. Лютика на кровати не было. Кот сидел перед низким столиком и гипнотизировал взглядом широкий поднос с обедом на две персоны. Кусака жадно вдыхал запах жареного мяса, которое так и манило его. Поднимал лапу, желая стащить его, и нерешительно опускал. Мяукнув со взглядом, полным отчаяния, он покосился на меня. На секунду замедлив шаг, подошла к подносу и отдала Лютику свою порцию. Ирбис целые сутки не отходил от меня, не решаясь оставить одну. Я ощущала его волнение и была благодарна пушистому за защиту.
И пройти через моего верного охранника мог бесшумно сейчас только один человек на свете, вернее василиск. Слёзы предательски защипали глаза. Поспешно сморгнула их и выдохнула, стараясь успокоиться. Хватит на сегодня сентиментальностей.
– Линси, ты голодна? Давай прервёмся на обед, а я за это время высушу волосы.
Девушка отрицательно качнула головой, собираясь что-то сказать, но её живот издал недовольное урчание, и она досадно поморщилась.
– Да, спасибо, Сая. Ты не присоединишься ко мне?
Есть совершенно не хотелось. От пьянящих запахов немного подташнивало. Но рядом с сытными блюдами стояли кубки с тёмно-вишнёвой жидкостью. Готова поспорить, что это целебное вино, которое я пила с Шером.
– Только немного пригублю вина.
В нос ударил знакомый аромат пряностей. Живительное тепло разлилось по телу, согревая его. Лютик, доев собственную порцию, старательно вылизывал шершавым языком морду и лапы. А затем, хитро прищурившись, неторпливо подошёл ко мне и, величественно потянувшись, лёг в ногах.
– Всегда хотела спросить: как так получилось, что у тебя живёт ручной снежный барс? – Опустив вилку, спросила девушка.
– О, это долгая история, – чуть улыбнулась.
– Как здорово, что мы никуда не спешим.
Мелодично рассмеявшись, я начала рассказывать. Слова полились сами собой, сплетаясь в цельную историю. Разговаривать с Линси было так легко и естественно, и от одной истории мы переходили к другой. Оказалось, что каждый из нас мог быть благодарным слушателем. Девушка говорила о своей семье, о том, как оказалась у Джаннет. Её нежный голос то взмывал вверх, описывая светлые события, то опускался ниже, доверительно сообщая о том, что тревожило её. Я, взмахивая руками, пыталась объяснить, как выглядит настоящий северный лес с бесконечными снегами, в которых ты можешь утопать по пояс. Линси, смеясь ответила, что всегда мечтала побывать в таких местах, и попросила меня показать ей это чудо. Пообещав, согласилась.
Вино было давно выпито, остатки обеда остыли, а за окном медленно угасал свет уходящего дня. Растерянно ойкнув, Линси снова полезла в свой чемоданчик и достала из него косметику.
– Неужели при императорском дворе никто не ценит естественную красоту? – Спросила, чуть поморщившись, и представила как толстый слой макияжа стягивает лицо.
– Только некоторые эльфийки позволяют себе это, остальные же... – Задумчиво произнесла Линси. – Если хочешь, то я могу сделать лишь необходимый минимум и всё.
– Было бы здорово, – облегчённо выдохнула.
Пушистые кисти, оставляя воздушные поцелуи, слегка щекотали лицо. Девушка была сосредоточена на своей работе. Затем она тщательно расчесала мои волосы гребнем и заплела их в какую-то замысловатую конструкцию, сильно оттягивающую голову. По заверению Линси эта причёска безумна шла мне и далеко не все придворные дамы могли позволить себе такую красоту. Все мои жалобы насчёт её тяжести и неудобств были решительно отринуты.
– И последнее, – торжественно произнесла Линси и аккуратно распаковала громоздкий свёрток, внутри которого находилось платье.
Чёрная ткань с серебряными вкраплениями таинственно переливалась на каждом сгибе или при любом изменении в освещении.
Не без помощи девушки, надев на себя платье, задумчиво провела по нему руками, наслаждаясь прохладным прикосновением. Линси возилась с десятком мелких крючков, которые требовалось застегнуть. Свалится, как же. Скорее я в нём всю жизнь прохожу, потому что не сумею снять.
– Вот и всё, Сая.
Девушка подтолкнула меня к зеркалу, и я восхищённо замерла. В нём отражалась прекрасная незнакомка. Лишь отдельные черты которой были для меня узнаваемы. Платье сидело идеально. Белоснежная кожа выделялась на тёмном фоне, загадочно мерцали иссиня-фиолетовые глаза. Убранные волосы открывали тонкую лебединую шею. Моё отражение больше всего походило на полуночный цветок, который приходил ко мне во снах. Какое ироничное сравнение, подумалось мне. Постаралась отмахнуться от этой странной мысли.
– Какая же ты красавица, – ласково улыбаясь, сказала Линси.
Неловко улыбнувшись ей в ответ, обернулась к зеркалу спиной и взволнованно выдохнула. Вот эта часть наряда меня сильно смущала. Совершенно голая спина создавала ощущение собственной наготы. Ни к чему, чтобы этот наряд привлекал слишком много внимания. Но разве это возможно?
Всего лишь одна ночь, не больше, Сая. Ты можешь покинуть бал, когда пожелаешь. К тому же, продолжала успокаивать себя, ты будешь такая не одна. Будут наряды и откровеннее и богаче, в такой толпе пёстрых женщин и мужчин легко затеряться.
Благодарно обняла девушку:
– Спасибо тебе за всё, – произнесла, глядя в голубые глаза.
– Пожалуйста, Сая. Я надеюсь, что мы ещё встретимся.
– Обязательно, – заверила Линси.
– Думаю, что мне уже пора идти. Желаю тебе чудесного вечера.
Кисло улыбнулась в ответ. Линси стала поспешно собирать чемоданчик, укладывая в него всё необходимое. Проводила её до двери, дальше она категорически запретила, и тепло попращалась с ней.
В комнате сразу же стало пусто. Ласково потрепала любопытную морду Лютика, который увивался у моих ног, взмахивая огромным хвостом.
Часы пробили девять часов вечера.
Собранные осколки. Глава 59
Пару мгновений нерешительно стояла посреди комнаты. Ну и что делать теперь? Замереть красиво наряженой куклой и ожидать того, чтобы что-то изменилось? За то время, пока действовали чары сна, никто не решался меня тревожить, чтобы разъяснить детали. И теперь этого, очевидно, тоже не спешили делать. Хотя в этом угрюмом особняке и была то всего пара людских душ. И даже не людских поправила себя мысленно. А сколько шума, блеска вокруг сегодняшнего события!
– Бал у императора, – прошипела, пародируя манеру Шера, и тут же поморщилась. Шея ныла под тяжестью причёски.
Должно быть, на меня наложили чары спокойствия. Вся боль куда-то отхлынула, в груди поселилось чувство пустоты и грусти. Прислушалась к себе, но не ощутила никаких сильных эмоций. Нужно что-то решать и поскорее заканчивать этот маскарад.
Решительно надела чёрные туфельки, заботливо отставленные в сторону Линси. Быстрым шагом направилась к двери. Каблуки тихим цоканьем разносились по полутёмному коридору. На освещении здесь явно экономили. Замерла перед парадной лестницей и оглянулась вокруг. Дом казался спящим. Все магические светильники горели в полсилы. Тёмные портьеры были опущены. Потрепала Лютика по пушистой холке:
– Как думаешь: может и нет никакого бала? И всё это просто глупая шутка? Или страж забыл про меня и просто случайно оставил в особняке? – Последняя мысль была заманчивой. Просто забыл. Как иногда мы можем случайно не вспомнить, куда положили какую-то мелкую, но ценную вещь.
Ирбис лёг на ковровую дорожку и закрыл хитрющие глаза лапами, словно провинился.
Я пожала плечами: ну да, идея абсурдная. Трудно представить, чтобы василиск вообще мог что-то позабыть. Память-то у него хорошая. И злопамятная, – шепнул внутренний голос и тут же испуганно скрылся, делая вид, что ему дурно.
Мне и правда стало как-то нехорошо. В глазах потемнело, а в нос ударил до боли знакомый аромат полуночных цветов. Бессильно застонала, прикрывая глаза. Только не сейчас. Не тогда, когда погиб Адриан. Попыталась сконцентрироваться на воспоминаниях вчерашнего дня, представляя его открытое лицо, смешливые глаза. Но дурман заполнял собою обессиленное сознание.
Нежный шёпот бархатных лепестков раздавался всюду. Я ощущала себя предательницей, бесстыдно желающей лишь одного: прикасаться к мужчине, который приходил вместе с этим навождением. И он пришёл. Ядовитые змеиные глаза завораживали. Не в силах сопротивляться, прильнула к его губам и рванула ворот непослушной рубахи. Горячие ладони василиска скользили по моему телу, заставляя вздрагивать от наслаждения. Кажется, я шептала его имя. Умоляла не останавливаться. Страж властно впился в мои губы, подчиняя и лишая воли. Я таяла в его объятиях, словно восковая свеча... или послушная марионетка. Вскрикнув, оттолкнула мужчину и до крови впилась ногтями в ладонь. Дымка навождения неожиданно всколыхнулась и нехотя растаяла.
Я вновь стояла на верхних ступенях лестницы, ухватившись за каменный парапет. Никогда ещё эти видения не приходили во время бодрствования, только во сне. До этого момента. Да что же со мной происходит? Растерянно посмотрела на Лютика, который обрадовался неожиданной остановке и беззастенчиво вылизывал пушистую лапу. Кусака оставался равнодушным к моему затаившемуся страху. Тоже мне, связь. Связь у этого кошака есть исключительно со своим хвостом и только. Я уже собралась возмутиться этим фактом, высказав пушистому всё, что о нём думаю. Но удивлённо замолчала, прислушавшись к себе. Низ живота сладко ныл, и всё тело изнывало в томлении, требуя продолжения ласк.
Ну уж нет! Ни за что не проиграю Змееглазу. И не увижу победоносного блеска в его глазах. Это всего лишь навождение, минутная слабость. Которую нужно побороть. Решительно тряхнула головой и тут же пожалела об этом. От этой невообразимо прекрасной и тяжёлой конструкции на голове, у меня, кажется, скоро сломается шея. Протянула руку, желая вытащить особенно болезненную шпильку для волос. И одёрнула себя. Терпение, Сая. Просто нужно подождать. Лютик вот демонстрирует всем своим кошачьим видом его избыток.
В нерешительности постояла ещё с пяток минут, а потом, устало вздохнув, уселась рядом с ирбисом на алый ковёр. Обняла пушистого монстра и положила голову на серебристый мех. В конце концов ожидание могло затянуться.
Представляю, как мы выглядели со стороны. Нарядная незнакомка, которая совершенно непристойным образом сидит на ступенях в обнимку с гигантским развалившимся котом. Непозволительный поступок, нарушающий этикет, для аристократов. Но мы, к превиликой радости, не имели к голубой крови никакого отношения. Всё-таки во что дикарку не наряди, это никогда не изменит её сути.
Входная дверь резко распахнулась. На пороге недоумённо замер Лукас. Он был одет в тёмно-бордовый костюм, подчёркивающий его мощную фигуру. Короткие чёрные волосы убраны назад. Резкие черты лица, словно ещё больше заострились с нашей последней встречи. Хотя мне могло просто показаться. Всё же я не рассматривала его настолько пристально, как делаю это сейчас. Одёрнув себя, чуть нахмурилась. В тёмных глазах оборотня плясали водовороты зелёного пламени. Инстинкты требовательно пнули под мягкое место, заставляя подняться со ступеней, а не смотреть на мужчину, как затравленный олень. Но природа дознавателя была хищной, и разум подсказывал, что такое действие лишь раззадорит его.
Оборотень прикасался взглядом к каждому сантиметру моего тела. Демонстративно села в пол-оборота, и тут же пожалела об этом. Ну не привыкла я ходить с такой обнаженной спиной! Поежилась, ощущая колючий взгляд на открытой талии. Что я там размышляла про приличия? Кажется, Лукас тоже особо не придерживался их. Его сильные руки были расслаблены, ладони опущены. Но показная леность всего лишь маска, за которой скрывается сильный зверь. Почти физически я ощущала угрозу, исходящую от него, и представляла, как длинные пальцы в мгновение ока превращаются в подушечки лап с заточенными лезвиями когтей.
Моргнула и образ волка растаял. Возможно, моя неприязнь к оборотням давала о себе знать. И я намеренно искала в его чертах образ монстра, готового рвать людей на куски. А когда не находила его, то бессознательно дорисовывала сама. Ведь дознаватель ни разу не обидел меня и не причинил вреда. Даже наоборот, мысленно укорила себя, вспомнив исцелённые руки.
– Экипаж будет подан через полчаса, – низким бархатным голосом произнёс мужчина и двинулся ко мне.
Лютик недовольно заворчал. Я ощутила, как его мускулы под моей рукой окаменели. В нерешительности замерла на месте. Дознаватель быстро очутился рядом и насмешливо покосился на меня:
– Не стоит сидеть на холодных ступенях, Сая. Человеческое здоровье такое хрупкое.
Вздрогнула от этой странной реплики. Лукас свернул в левый коридор, и сколько я не прислушивалась, ожидая уловить эхо шагов, так ничего услышать и не смогла. Оборотни подкрадываются беззвучно, подумалось мне. Так писал Мервелл.
Запоздалая мысль больно уколола сознание. Почему он свернул именно в тот коридор? Ощутила, как болезненно засосало под ложечкой. Ответ был крайне прост: покои дознавателя находились рядом с моими. Выходит, что всё это время я была под защитой хозяина особняка или же в шаговой доступности от его нападения. Невольно нахмурилась и решительно прогнала злые мысли прочь.
Глава 60
Подперев голову, задумчиво уставилась на мраморные ступени. Камень оставался бездушным и холодным, как ему и полагалось. Тайны бытия не стремились быть разгаданными. Тонкие розовые прожилки причудливо извивались и соединялись в завораживающий узор. Природа так таинственна и прекрасна. Всякое её творение удивительно по своей сути. Пожалуй, даже оборотни – добавила скептически.
Время текло непозволительно медленно.
Устало размяв шею, решительно поднялась с места и свернула в правый коридор. Ноги сами понесли туда. Что-то в подсознании недовольно ворочалось и требовало идти сквозь тусклое освещение к Шеру. Вспомнила его змеиные глаза в тот момент, когда всё вокруг потонуло в омуте памяти. Из забытия меня вывел именно его взгляд – единственная реальная вещь во всём мире в те мгновения. Коротко постучала в дверь и закусила губу. И почему я с такой уверенностью шла именно сюда? Ведь я ни разу не была в покоях василиска, даже не видела откуда он выходил. И тем не менее из пяти возможных вариантов выбрала именно этот.
Никто не спешил отворять. Только тишина была мне ответом. Какая же глупость! Мысленно упрекнула себя. Метюсь из крайности в крайность, от огня и снова к нему, как наивный мотылёк. Видимо, я успокоюсь только тогда, когда обожгусь об него настолько, что уже не смогу летать.
Разум облегчённо выдохнул, ликуя победу:
– Иди, уходи отсюда, Сая. Ты же так хотела этого.
Сердце пропустило удар, и внутри поднялась горячая волна, которая заставила с силой постучать в дверь ещё сильнее. Вздрогнув, сама удивилась тому, зачем я это делаю. Вот он открывает дверь и окатывает меня презрительным взглядом – сама пришла. Как собака, которую бьёт хозяин, а она возвращается вновь и вновь с заискивающим затравленным взглядом.
Но ничего подобного не произошло. Дверь протяжно скрипнула, повинуясь моему напору и чуть приоткрылась. Что-то, толкавшее меня изнутри, заставило нерешительно заглянуть внутрь комнаты.
– Шер, – позвала тихо, – ты здесь?
Апартаменты стража были явно просторнее моих. Огромная гостиная с мягкими диванами, стоящими полукругом, и рабочий стол возле зашторенного окна. Налево уходила ещё одна закрытая дверь. Оглядываясь вокруг, шагнула на пушистый ковёр, сняла туфли и сделала по нему пару шагов. Никогда не видела подобной красоты. Нежно-зелёная пушистая ткань приятно щекотала босые ступни. Интересно, что за мастера сотворили подобную тонкую работу?
– Шер! – Воскликнула ещё раз, но было совершенно очевидно, что мужчины здесь нет.
Подхватив туфли-лодочки, сделала пару широких шагов и развернулась в сторону двери, желая уходить. Но так и не закончила движения, застыв в воздухе с поднятой ногой. Резко обернулась и в нерешительности остановилась, глядя на широкий, заваленный бумагами письменный стол. Медленно, словно там притаился выводок смертельно опасных гадюк, приблизилась к нему.
Пожалуйста, пусть это окажется всего лишь игрой воображения. Обманом, иллюзией, да чем угодно. Среди множества документов моё внимание привлёк один листок: на нём было изображено до боли знакомое лицо. Более юное, более озорное, чем его помнила я. Но сомнений быть не могло. С пожелтевшего листка бумаги на меня смотрела юная Марьяна. Россыпь золотистых веснушек украшала её лицо, рыжие локоны непослушно разметались по плечам.
Недоверчиво прикоснулась к изображению и вытянула его из под навалившихся документов. Художник изобразил её в движении так, словно она обернулась, завидев его среди толпы незнакомцев.
Но что этот портрет делал здесь? В беспорядочном хаосе затерявшись среди прочих документов. Мысли текли беспрерывным потоком, смешиваясь и запутываясь в ещё более непосягаемый клубок объяснений.
Прикоснулась к другим документам и, разглядывая их, бегло вчиталась в содержание. Многие из бумаг были испещрены мелким почерком на непонятном для меня языке. Бессмысленно смотрела на витиеватые буквы и тщетно пыталась вспомнить, почему мне знакомо их начертание.
Нужное воспоминание возникло перед глазами неожиданно. Низкая полка с книгами: травник, томик стихов Цериуса, которые я никогда не любила, и большой фолиант, исчерченный подобными символами. Его содержание оставалось для меня загадкой, зато Марьяна иногда читала его, бережно поглаживая кожаный переплёт. Отложив листы в сторону, прочла остальные. Вот моя история, расказанная в северной крепости Шерсару. Абсолютно всё – слово в слово. Краткое досье на каких-то незнакомых мне людей и папка, зашифрованная магической печатью, на которой каллиграфическими буквами было выведено имя.
– Лирьер Градье, – прочла тихо и вздрогнула от собственного голоса.
Похоже, что моё прошлое будет вечно следовать за мной по пятам и никогда не оставит в покое. "Преступник найден, нападения прекратились," – так говорил василиск. Но почему тогда на его столе лежит портрет моей приёмной матери? Что он пытается узнать? Острая боль в шее перекинулась на виски, сдавливая их. Закрыв глаза, тяжело облокатилась о столешницу. Ничего не было кончено. Просто я не хотела замечать этого, поверила в дурцкие сказки, которыми меня пичкали, как только возникали вопросы.
Я не верила ни одному слову оборотня, но Шер... Он всегда был рядом, понимал меня, как никто другой.
– Или так мастерски делал вид, что понимал, – шепнул ехидный внутренний голос. Сжала край столешницы так, что онемели руки.
Из груди вырвался сдавленный хрип. Почему я ощущала себя обманутой и преданной? Это всего лишь пёс императора, жестокий змей, с которым нас свела ради насмешки судьба. И поддаваясь только разуму, я топтала всё хорошее, что возникало в душе, рвалось наружу и тянулось к нему. Но невозможно всегда быть на стороже. Короткими ночами вместе с дурманящими цветами, которые уничтожали всё рациональное, правильное и неоспоримое, в сознание проникали безумные чувства и желания. Снами невозможно управлять. Их можно только отрицать. Но завеса между мирами настолько тонкая, что каждую полночь она рвётся, выпуская на волю наших демонов.
Провела пальцем по насмешливой улыбке Марьяны, и на глазах навернулись злые слёзы. Вспомнила слова Лукаса и горько усмехнулась. Хрупкие человечки. Сколько ещё раз меня нужно предать, чтобы сердце окончательно окаменело? Пожалуй, совсем немного. И на место чему-то светлому придёт обида и чёрная ненависть, разгрызающая тело изнутри.
В коридоре послышался приглушённый звук шагов, и прикрытая дверь резко распахнулась. Шерсар настороженно замер и остановился, прожигая меня пронзительными жёлтыми глазами. По его лицу слегка заметно пробежала тень досады и раздражения. Никогда он не был так красив, как сейчас. Заострённые черты лица притягивали к себе. Тонкий нос и высокие скулы вызывали желание прикоснуться к ним. Сузившиеся зрачки смотрели хищно и настороженно. Пепельные волосы были разбросаны по плечам и переливались серебром на фоне чёрного костюма. И никогда так сильно, как сейчас мне не хотелось стереть эту маску с его лица. Разбить её на мелкие осколки вместе с той ложью, которая сопровождала меня всюду. Направить в его сторону чёрный смертоносный сгусток чар и закончить всё это. Но ни единый магический поток не отозвался на мою просьбу – потерянное не вернуть. Говорят, выженная душа мага немного стоит. Возможно, так оно и есть.
– Ссая, – произнёс страж и осторожно шагнул вперёд, приоткрыв ладони в успокаивающем жесте.
– Нет, Шер, – перебила его, звенящим от злости голосом, – не лги мне снова. Ты сказал, что преступник пойман, ты свалил всю вину на безумца.
– Это так, Сая. Патруль обнаружил магический след, схожий с отпечатком отступника.
– Снова обман! Неужели ты не можешь сказать ни одного слова правды? Ты знал всю мою историю. Я сама рассказывала её, проходила ментальный допрос. Но ты мне не веришь! Вместо того, чтобы искать настоящих убийц, ты ставишь мои слова под сомнение, стараясь найти в них изъян. Может, именно из-за этого кровавая череда смертей не прекращается? Они применили запретную магию, Шер! Среди белого дня, в центре города! Где был этот проклятый патруль?
Жгучие слёзы опалили глаза. Сильнее стиснула столешницу, ощущая, как с каждым словом силы изменяют мне.
– Всё не так, Сая, – в голосе василиска раздаются стальные нотки едва сдерживаемого гнева. Страж медленно делает шаг вперёд.
– Не подходи ко мне! – Тело среагировало мгновенно, и я инстинктивно встала так, чтобы между нами оставалось как можно больше пространства.
Змеиные зрачки опасно сузились.
– Адриан был наследником богатого купеческого рода. Именно поэтому его и забросили в северную крепость – как можно дальше от возможной опасности. Его смерти желали многие, Сая. Никто не мог предугадать, что атакауют именно в тот момент. Он просто оказался не в том месте, не в то время.
– Ты сам-то веришь в это? Как легко объяснить эту череду случайностей! Но в твоих бумагах записана вся моя жизнь, лежит портрет моей матери! Очнись, Шер! Она была убита бешеным оборотнем, а ты копаешься в нашем прошлом, выворачивая его наизнанку!
Василиск резко подался вперёд и замер напротив меня. Нас разделял лишь деревянный стол. Страж тяжело дышал и едва сдерживал себя.
– Ты знаешь что-то о прошлом своей матери, Ссая? Может быть, я поведую тебе эту печальную историю? О том, как урождённая Эмилия Клирен торговала помимо безобидных лекарственных настоев в своей лавке смертельными ядами. Как думаешь, сколько людей она уничтожила, не запятнав рук? Без малого сотню невинных душ. Патрулю удалось найти всех виновных, кроме неё, разумеется. Всем был вынесен смертный приговор, а она счастливо жила долгие двадцать лет. Так что оборотни лишь завершили то, что было начато ей же много лет назад.
Я отшатнулась, словно от подщёчины. То, что он говорил, было ложью. Это просто не могло быть правдой. Марьяна заменила мне мать и приносила людям только добро. Обогнув стол, бросилась вон из кабинета, но сильная рука сжалась на тонком запястье и дёрнула на себя. Василиск легко встряхнул моё тело и с тоской заглянул в глаза.
– Сая, постой, я...
– Ненавижу тебя, – беззвучно прошептала.
Но он всё понял и, сжав сильнее, с нечеловеческим усилием отпустил. Ему было больно. Но гнев сковывал мои мысли, и в глазах, полных сострадания, я видела только беспощадность. Тошнота подступила к горлу. От металлического привкуса крови на языке закружилась голова. Бросившись вон из комнаты, зацепила фарфоровую вазу и услышала за спиной звук её бьющихся осколков, но не остановилась. Быстрые шаги Шерсара сзади заставиляли бежать быстрее.
Лежащий на ступенях Лютик встревоженно поднял морду и недоумённо посмотрел на меня. За считаные секунды преодолела лестницу и выскочила на улицу. Перед воротами уже стояли два экипажа, запряжённые всхрапывающими лошадьми. Они испуганно покосились в мою сторону и стали нервно ржать, завидев ирбиса, следовавшего за мной по пятам. Могучая фигура дознавателя виднелась возле одного из экипажей. Лукас удивлённо изогнул бровь и крикнул:
– Барса оставляй здесь. С питомцами во дворец нельзя.
Дрожащей рукой коснулась к влажному носу:
– Дождись меня, – произнесла с мольбой в голосе.
Шершавый язык обещающе обслюнявил рукав платья.
– Сая, – повелительный оклик Шерсара заставил, не раздумывая, податься вперёд и с громким хлопком закрыть за собой дверь экипажа. Того, в котором должен был ехать оборотень.
– Лукас, – угрожающе почти рыкнул Шер.
– Потом разберётесь, времени и так мало, – безразлично ответил дознаватель и запрыгнул в карету.
Под его весом она чуть наклонилась и снова выравнялась. Мужчина вольготно расположился на сиденьи напротив. Так, что его колени едва касались моих. Прищурив глаза с зелёными всполохами, Лукас насмешливо подмигнул мне и пару раз стукнул по дверце кареты. Нестройным шагом лошади тронулись, постепенно переходя в плавную рысь.
