Текст книги "Вперед в СССР! Том 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Она вручила мне белую пластиковую палочку длиной в полметра. На конце виднелся голубой индикатор.

– Что это такое? – спросил я, вертя непонятную штуковину в руках.

– Играл когда-нибудь в теннис или гольф с компьютером?

– Нет, но, кажется, понял, о чём речь. Это виртуальный меч?

Потапова кивнула.

– Длина соответствует среднему размеру клинка для дуэли. Наносит колющие и режущие удары. Готов?

– Всегда готов.

– Молодец.

Шушаника отошла подальше и активировала проекционный шар.

Тотчас вокруг меня возник большой зал с высоким потолком и дощатым полом. На нём имелась белая разметка, отдалённо напоминавшая хоккейную, только побольше.

В паре метров передо мной стоял одетый в спортивный костюм здоровенный орк с красным ирокезом и острыми зубами. Вид у него был свирепый. В правой руке он сжимал короткий клинок вроде того, что оказался у меня вместо пластмассового стика.

Справа у стены стоял ещё один гратх в полосатой куртке рефери.

– Участники поединка начинают по моему сигналу! – зычно проревел он, поднимая лапищу. – Поехали!

Принести извинения и примириться, как было принято в человеческих дуэлях прошлого, никто и не подумал предлагать.

Едва раздался сигнал к началу боя, мой противник с воинственным рёвом рванул вперёд, как самосвал, пригнулся, сшиб меня с ног, навалился сверху и стремительным ударом клинка пригвоздил к полу!

Боль пронзила грудь, да так, что в глазах потемнело.

Вашу ж мать!

Глава 3

Давненько я не просыпался в таком отвратительном настроении.

Пять виртуальных боёв закончились одинаково. Гратхи размазали меня по стенке, не оставив даже шанса на победу. Вот чего я стою без применения способностей анимансера и демонической руки.

Ночью меня преследовали фантомные боли.

Снилась всякая ересь с участием грёбаных орков.

Болели рёбра, шея, висок. Тянуло ногу, где были «перерезаны» сухожилия.

В конечном итоге, я успокоил себя глубокой медитацией, выбросил посторонние мысли из головы и кое-как уснул. Утром снова потратил пять минут на медитацию, взбодрился контрастным душем и пробежкой, позанимался на уличных тренажёрах. Начало понемногу отпускать.

По плану у меня шла поездка в Управление.

Как бы ни складывались у меня отношения с иностранной разведкой, а войну с Шестой колонной никто не отменял. Эмиссары сами себя не уничтожат. Так что придётся возрождать Спецотдел с нуля, и начинать я буду с подбора кадров.

Во время полёта на «Риге» я продумывал общую стратегию.

Многие думают, что в спецподразделениях работают исключительно матёрые спецназовцы, сокрушающие кирпичи одним лишь мизинцем. Такие ребята есть, это основная ударная сила. Но ещё мне потребуются аналитик, хороший компьютерщик, эксперт по чужеродным формам жизни, рунный мастер. Да, вы не ослышались. Руны укрепляют оружие, придают убойную мощь пулям, радуют дополнительной защитой. Но эти руны необходимо грамотно подобрать, нанести и зарядить пси-энергией, чтобы они работали. Анимансеры ничем подобным не занимаются.

Помню, мы потратили несколько лет на поиски подходящего рунного мастера. Не шарлатана какого-нибудь, а реально владеющего древними письменами человека. Отыскали правильного мужика в Сибири, на забытом хуторе близ озера Байкал. Естественно, через пять рукопожатий, в которых были задействованы этнограф, геолог и автор монографии о верованиях первобытных племён.

Оказавшись в оперативно-тактическом отделе, я занял полюбившийся кабинет, активировал компьютер дактилоскопом и после сканирования радужки ввёл четырёхзначный код доступа.

На экране развернулся ДЕМОС.

Подключившись к локальной сети Управления, проверил свою почту и обнаружил папку с говорящим названием «КАНДИДАТЫ». Я тут же скопировал всё содержимое папки в директорию «ГРАНЬ». Вспомнились слова Козлова о том, что набрать команду следует побыстрее, чтобы пробить финансирование. Значит, сейчас надо сосредоточиться именно на этом фронте работы.

Я погрузился в чтение.

План был прост – ознакомиться со всеми персоналиями, сравнить их между собой, выбрать лучшие, отсеять менее подходящие. Учесть, что наши с Козловым критерии могут различаться, и весьма существенно.

Хотелось бы заполучить второго анимансера.

Но я осознаю собственную уникальность для этого мира.

Итак, Козлов сумел меня удивить. В папке были собраны интересные личности, большинство из которых не были связаны с нашим Проектом. Среди кандидатов я нашёл и знакомых персонажей – менталистов, с которыми пересекался в закрытом городе. Но преимущественно в папке были собраны оперативники, имеющие серьёзный боевой опыт, обладающие высоким уровнем интеллекта и стрессоустойчивостью. Как правило, это были новы и менторы. Почему «как правило»? Встречались и обычные люди, без сверхспособностей. При этом все кандидаты были профессионалами высокого класса, так что глаза разбегались.

Пораскинув мозгами, я решил начать с аналитика.

Если выбрать такого специалиста грамотно, он поможет на первых порах не только в дальнейшем формировании «Грани», но и в отладке всего механизма.

На должность аналитика претендовали пять человек.

Я, разумеется, хотел бы заполучить неспящего, но такие менторы из разряда «один на миллион». Поэтому выбирать пришлось между новами и людьми «старого образца». В итоге я остановился на Геннадии Аксёнове, который был генетически заточен под решение сверхсложных задач и работал с данными в «многопотоковом режиме». В досье Аксёнова было отмечено, что он нова с усиленными когнитивными способностями. Перечисление модификаций мне ничего не дало, там куча специфических обозначений. А подкупило то, что Аксёнов нигде подолгу не приживался, менял отделы, колесил по стране, но пользовался уважением коллег и нередко привлекался в роли консультанта по особо запутанным и сложным делам. То есть, крутой профи со сложным характером и отсутствием привязки к тому или иному отделу. Как говорится, дайте два!

Связаться с Аксёновым я мог по локальной сети, используя для этого десктопный мессенджер «Мост». Никогда о таком не слышал, если честно. Значит, для внутреннего пользования. Когда на весь экран развернулось диалоговое окно, представился, назвал своё Управление и добавил, что работаю в Проекте 786.

– Наслышан, – ответил собеседник. – Козлов курирует?

– Он самый.

– А почему сам не позвонил?

– Мне поручено набрать людей в спецотдел «Грань». Собственно, я его и возглавлю. Вот поэтому мы с вами и разговариваем.

Аксёнов посмотрел на меня скептически.

Разница в возрасте между нами ощущалась. Я видел перед собой повидавшего жизнь сорокалетнего мужика, Аксёнов – неоперившегося юнца, вчерашнего выпускника академии. Справедливости ради замечу, что меня и выпускником-то нельзя считать.

– «Грань»? Не слышал о таком.

– Это потому, что спецотдел создаётся с нуля. Вы – первый человек, которому я позвонил.

Аналитик потрогал заросшую щетиной скулу. У меня возникли смутные воспоминания из прошлой жизни – кого-то мне этот тип напоминал.

Вспомнил!

Доктор Хаус.

– Хотите, чтобы я сразу впрягся, – усмехнулся аналитик. – Помог с набором.

– Это настолько легко просчитывается?

– Легче, чем вы думаете.

– Что ж, – я изучающе посмотрел на собеседника. – Так оно и есть на самом деле.

– Правда, что вы менгиры изучаете? – осторожно уточнил нова.

– В том числе. Но мы с вами будем решать… несколько иные задачи. Нам предстоит схватка с существами, лезущими в наш мир.

– Мой допуск позволяет это услышать?

– Сейчас – нет. Хотите подробностей, приезжайте.

Закинул крючок.

Осталось вытянуть рыбку.

– Что ж, заинтриговали, – наконец, выдал собеседник. – Сейчас найду свободного портальщика и перемещусь к вам в Управление. Ждите.

Я нажал отбой.

И тут же взялся за других кандидатов. Из предложенного списка меня прежде всего интересовали бойцы, способные благодаря своим пси-способностям на равных противостоять эмиссарам. А тут вариантов немного. Физики, энергеты, анималисты. Мне потребуется минимум один регенерат, но это уже заоблачные хотелки.

До прибытия Аксёнова я успел позвонить ещё троим. Дмитрию Михайлову, физику из расформированного спецподразделения «Кондор». Денису Жукову, ещё одному физику из штурмового отряда по борьбе с террористами «Вымпел». Инге Зиминой, энергету из внештатного подразделения спецназа «Каскад». Все эти люди были с непростой судьбой и по разным причинам не ладили со своим непосредственным руководством. Думаю, Козлов учитывал этот фактор, чтобы потенциальных сотрудников было легче переманивать.

Михайлов участвовал в боевой операции на планете орков, где были превышены полномочия. У меня имелись только общие сведения, из которых вытекало, что на ребят напали кочевники во главе с шаманами где-то за пределами юрисдикции ССПГ. Миссия была провалена, ибо с кочевниками шли договариваться советские агенты. Вместо этого – куча трупов, в том числе, шаманских. В рапорте Михайлова было указано, что он отдавал приказы бойцам, исходя из сложившейся боевой обстановки. Напали – получили по зубам. Просто этого пункта не было в изначальном приказе…

Жуков вполне успешно выполнял все задания, а потом что-то пошло не так, и он подал в отставку. Начал ездить по санаториям, бесконечно общаться с психологами-менталистами. В досье было указано, что Жуков боролся со вспышками агрессии и беспричинными паническими атаками. А началось это после засекреченной вылазки в мир акверов. Лично мне никто не потрудился предоставить доступ к деталям.

Инга Зимина была молодой девушкой двадцати четырёх лет, успевшей к этому сроку поучаствовать в нереальном количестве боевых операций. Замораживающие техники, Г-ранг. А потом у Инги заболел младший брат, официальным опекуном которого она числилась. Девушке пришлось срочно переводиться в Москву, где парень проходил реабилитацию. С боевых операций – на кабинетную рутину.

Я успел переговорить с каждым из этой троицы, заручившись как минимум обещанием приехать и обсудить детали на месте. От увлекательного процесса меня отвлёк вызов – умная система безопасности запрашивала разрешение на пропуск для Аксёнова. Нажав кнопку «Впустить», я выписал аналитику допуск до конца рабочего дня. Придём к соглашению – продлю. Или оформлю полноценный перевод в «Грань».

– А где секретарша? – поинтересовался аналитик, переступая порог моего кабинета. – У нас что, и диспетчеров нет?

– Пока нет, – нехотя признал я, делая себе мысленную отметку. – Великие свершения ждут впереди.

Аналитик заявился на встречу в белой рубахе навыпуск и таких же брюках. Нову можно понять – в ближайшие дни столбик термометра не опустится ниже тридцати.

Усевшись рядом, Аксёнов заявил:

– Кое-какие справки я навёл, товарищ Громов. Передо мной – человек с сомнительным прошлым, не имеющий опыта в органах, вчерашний школьник. Да, вы числитесь в академии. Да, вас пригласили в Проект 786. Но почему? Судя по вашему менторскому значку, пси-способности нельзя назвать выдающимися. Что не так? Вы чей-то протеже?

Я хмыкнул.

Да, наверное, так всё и выглядело.

– Товарищ Аксёнов, если уж совсем начистоту, по всем пунктам вы правы. Практически по всем. Нюанс в том, что я могу делать кое-какие вещи… выводящие меня за скобки ваших рассуждений.

– Почему я должен верить вам на слово? – прищурился аналитик.

– Здравый смысл. Проект 786 – не лучшая идея для карьерного роста. В спецслужбах есть много других направлений, более простых и необременительных. Так что мой гипотетический покровитель явно чего-то недоглядел. А так не бывает.

Аксёнов обдумал мои слова.

Кивнул:

– Боюсь, вы правы. Товарищ Козлов имеет весьма специфическую репутацию. Я слышал, об него обломали зубы многие личности, рассчитывавшие на родственные связи.

– Что вы знаете о Проекте? – перебил я.

Обсуждать начальника не хотелось. Мы тут не для сплетен встретились.

– Немного, – признал Аксёнов. – Исследования ведутся в закрытых городах и по всему миру. Сфера интересов – менгиры.

– Всё?

– А чему вы удивляетесь? Менгиры – основа безопасности нашего государства. Источник, благодаря чему сила ведущих менторов вырастает многократно. Думаю, вы в курсе, что самое большое скопление мегалитических структур находится в Сибири.

– В курсе.

– Так вот, больше всего наших агентов отправляется именно туда. И неслучайно над менгирами стараются не летать капитаны атомоходов.

– Товарищ Аксёнов, я не уверен, что могу обсуждать эти вещи до того, как мы с вами оформим официальный перевод и посвятим вас в суть проблемы.

– У меня должен повыситься допуск.

– Сейчас переговорю с Козловым. Но мне нужно знать, готовы ли вы работать под моим началом.

– Если ваш начальник одобрит мою кандидатуру, – задумчиво протянул Аксёнов, – то да, я готов работать в Проекте. Это интересно, и я смогу быть полезным.

– Договорились.

Через полчаса у меня был официальный перевод Аксёнова в спецотдел «Грань». Сразу после этого мой новый сотрудник получил базовый допуск к Проекту. Мне, например, уже выдали расширенный.

– Теперь рассказывайте, что у вас тут происходит, – аналитик пристально посмотрел на меня.

За четверть часа я успел выделить Аксёнову рабочее место со стационарных компьютером, и сейчас тот подключался к локальной сети.

Я ввёл сотрудника в курс дела.

Рассказал об эмиссарах, их связи с некродами, потенциальной угрозе безопасности и возникшей необходимости формирования силового крыла Проекта.

– Не складывается, – покачал головой Аксёнов. – Что мешает Козлову привлечь имеющиеся подразделения? Как вообще можно пробить финансирование, да ещё в столь короткие сроки, на целый спецотдел?

Мы ступили на скользкую дорожку.

Я не мог рассказать о своём прошлом, но получалось, что всё завязано на мою скромную персону. Пришлось импровизировать:

– Мои способности, товарищ Аксёнов, выбиваются за пределы стандартной менталистики. Почему-то я умею противостоять агентам внедрения некродов. Возможно, это связано с экспериментами моего отца, но к этим данным не подпускают даже Козлова.

– Допустим, – скептически протянул аналитик. – И как вы видите развитие спецотдела?

– Загляните в профиль, я скинул досье тех, кто может потенциально с нами работать. Сейчас вы получите информацию о боевых возможностях эмиссаров. Исходя из этого будем набирать людей.

– Что произошло в закрытом городе? – Аксёнов уже добрался до первых перекрёстных ссылок. – Вы были там?

– Конечно.

И я вкратце изложил Аксёнову то, что видел своими глазами.

Мы потратили около часа на обсуждение кандидатов, характер возможных спецопераций, требований к экипировке, взаимодействию внутри отдела. После этого Аксёнов запросил доступ к ещё нескольким засекреченным файлам, которые были для него недоступны. Виктор Викторович санкционировал, мы всё решили по сети. Дальше аналитик занялся своей непосредственной работой. Сказал, что в течение дня выработает оптимальный алгоритм быстрого развития «Грани».

Через сорок минут начали прибывать другие кандидаты. Сначала Зимина, потом Жуков с Михайловым. Я скормил им дозированную порцию правды и дал несколько дней на размышление. Сам же решил воспользоваться полным допуском к Проекту 786, чтобы составить мнение о деятельности Козлова.

Перебирать вагон документов не пришлось.

Всё было структурировано, снабжено перекрёстными гиперссылками. Возникло ощущение, что я не секретные бумаги читаю, а какую-нибудь сетевую энциклопедию. С оглавлением, списками и таблицами, фото и видеоматериалами. Чем глубже я погружался во всё это, тем больше понимал, во что вляпался. И дело не только в эмиссарах. Проект имел одну сверхзадачу – выяснить, что такое менгиры. Люди, работавшие на Козлова, сидели сплошь по закрытым городам. То, чем они занимались, было маркировано грифами приоритетной государственной важности. Помимо научных трудов, лабораторных отчётов и экспериментов я мог просматривать рапорты самого Козлова и его помощников, отправленные «наверх». Из этих рапортов следовало… А много чего следовало.

Например, я обнаружил ссылки, ведущие на отца.

Все упоминания исследований Громова сводились к простому факту: удалено из общего доступа. Некоторое время отец работал в Проекте. Начинал здесь работать, во всяком случае. А потом его перевели в некое жутко секретное ведомство, которое даже себя на карте найти не сумеет. И это ведомство, насколько я понял, отчитывалось напрямую в аппарат генерального секретаря.

Факты с трудом укладывались в голове.

Зачем столь ценного сотрудника расстреливать по обвинениям в госизмене? И вообще, часто ли в этом Союзе кого-то расстреливают? Я проверял, нечасто. Статья имелась, но в новостях – ни одного реального случая. Я поверю, что специалиста уровня Громова-старшего могут упрятать в какой-нибудь «несуществующий пансионат». Но расстреливать… Сомнительно. Исходя из этой логики, предположение западных спецслужб о том, что отец жив, не выглядело таким уж фантастическим.

Продолжая изучать рапорты Козлова, я пришёл к неутешительным выводам.

Простых ответов не будет.

Менгиры – это не инопланетные тела. Не спонтанно образовавшиеся формы кристаллической жизни. И даже не результаты неудавшихся экспериментов западных военных.

Похоже, эти штуки из другого мира.

Глава 4

Кажется, я начал понимать интерес эмиссаров к менгирам. Обелиски служили не просто источниками магии, но являлись чем-то вроде проводников, связующих звеньев между мирами. Они лезли к нам из некоего иного измерения, куда некроды, видимо, очень хотели попасть. Возможно, их экспансия в другие миры была не просто империалистической. Похоже, галоды искали менгиры. И вот, наконец, нашли! В нашем мире. И теперь больше всего им хотелось проникнуть сюда и открыть себе дорогу на Землю, чтобы захватить обелиски. И, судя по всему, они знали, что с ними делать. Учитывая религию и философию некродов с их культом смерти, нетрудно догадаться, что ничего хорошего.

И мой отец подозревал что-то подобное. Он вплотную приблизился к пониманию природы менгиров, осознавал, что они – лишь вершины айсбергов, остальная часть которых кроется в ином измерении, о котором здешние одарённые и учёные даже не подозревают. И он пытался «услышать» обелиски. Расшифровать их послания. Для этого и таскал сына к менгиру. Похоже, мой носитель был не таким уж и обычным парнем, как я считал до сих пор. Владлен Громов мог слышать обелиски, и его отец пытался использовать этот Дар.

Почему же он не довёл исследования до конца? Зачем совершил предательство? Ведь он понимал, что это положит конец его работе.

На эти вопросы я найти ответы не мог. Пока не мог. Но должен был. Потому что галоды явно опережают нас в плане понимания того, для чего служат менгиры, и как их можно использовать. Начинать с нуля – потеря времени. Если даже мой отец проводил исследования тайно, он не мог не записывать результаты. Учёные просто так не делают. Возможно, они спрятаны им, а может, хранятся в КГБ или иной схожей структуре. И к ним нужно получить доступ, причём, как можно быстрее. Вот только для этого нужны аргументы, которые однозначно и неоспоримо докажут местной бюрократии: работу необходимо продолжить! Либо же, если она идёт, пусть поделятся. В конце концов, мы в одной лодке.

Спецотдел должен помочь мне отыскать эти аргументы. И моё подсознание – тоже. Кто бы ни спрятал результаты исследований менгиров, он поставил мне блок. А значит, в моей голове было, что прятать. То, что сейчас в моих руках – лишь малая часть, ниточка, ведущая к истине. Я это чувствовал. А может, надеялся. Но надо искать. Надо.

Завершить чтение документов я не успел: стук в дверь заставил прерваться. Свернув на компьютере окна, я открыл и замер на пороге, глядя сверху вниз на приземистого, кругленького мужичка с венчиками курчавых волос над мясистыми, торчащими ушами. Маленькие серые глазки буквально утопали в складках век, нос был крошечным и походил на розовую кнопку, а рот улыбался широко, как будто я встретил не незнакомца, а старого друга, с которым не виделся несколько лет.

– Приветствую, мой дорогой товарищ! – с ничем не оправданным энтузиазмом воскликнул коротышка, бесцеремонно хватая мою правую руку обеими своими и принимаясь её яростно трясти, глядя мне в глаза. – Соратник и коллега! Безмерно счастлив с вами познакомиться! Корней Максимилианович Бурундуков, к вашим услугам.

– К каким ещё услугам⁈ – опешил я, не понимая, что происходит.

Попытался высвободить ладонь, но коротышка держал на удивление, крепко. И выпускать не собирался.

– О, вас не предупредили? – расстроился он. – Я ваш водитель. По статусу вам теперича полагается. Приказ свыше! – и он воздел указательный палец в потолок, состроив одновременно торжественную и загадочную мину.

Я воспользовался тем, что он поднял одну руку, чтобы, наконец, высвободиться.

– Владлен Громов. А…

– О, я в курсе, – перебил Бурундуков, лыбясь изо всех сил. – Вы теперь большой начальник, мой друг. Так приятно видеть, как молодеют управленческие кадры! Молодым везде у нас дорога, да?

– У вас документы какие-нибудь есть? – быстро вставил я, воспользовавшись тем, что мой собеседник сделал паузу, дабы вдохнуть воздуха.

– А как же! – обрадовался Бурундуков. – И приказ о назначении при себе имеется. Вот, извольте полюбоваться.

И он всучил мне в руки извлечённое из внутреннего кармана пиджака удостоверение сотрудника КГБ и изрядно помятый листок. Пока я изучал написанное, печати и автограф Козлова, Бурундуков переминался с ноги на ногу, сверля меня взглядом. Что весьма нервировало.

Аксёнов с любопытством наблюдал за этой сценой, но не вмешивался.

– Вроде, всё в порядке, – сказал я, возвращая водителю бумагу и удостоверение.

– Конечно, в порядке, – жизнерадостно кивнул Бурундуков. – Мы же в святая святых. Что тут может быть не в порядке? С улицы посторонний не вломится.

Небрежно запихав приказ и удостоверение обратно в карман, он быстрым движением поправил пёстрый галстук и неожиданно подмигнул.

– Вы как, товарищ Громов, машинку-то посмотреть не желаете? Экипаж – чистый зверь! Зверюга даже. Ценят вас, похоже. Не хотят, чтоб грохнули.

– Какую машину? – поинтересовался я.

– Так ту, на которой мне возить вас отныне велено. В гараже она. На подземной парковке. Ждёт не дождётся, пока вы её опробуете. Я вот уже прокатился, чтобы попривыкнуть.

– Предлагаете спуститься? – спросил я.

Так-так, видели мы такие сцены в фильмах. На подземных парковках никогда ничего хорошего не случается. Особенно если тебя туда заманивают конфеткой. Ну, или новой крутой тачкой.

– Ну подняться туда точно не получится! – хохотнул Бурундуков. – Так что, идём? Или у вас тут дел невпроворот?

Конечно, здесь меня вряд ли в ловушку тащат. Но если вдруг да, то лучше разобраться с этим сразу.

– Хорошо, показывайте своего зверя, – кивнул я, выходя и закрывая дверь.

– Отлично-отлично! – обрадовался коротышка. Даже подпрыгнул немного на месте. – Вам понравится! Никакой враг не подберётся.

– Так уж и никакой?

Бурундуков воздел пухлые ладошки, словно сдаваясь.

– Ладно, поймали! Каюсь, грешен – преувеличил. Конечно, на каждый хитрый болт… или наоборот. В общем, при желании что угодно раздолбать можно, но машина хорошая. Надёжная. Да вы и сами скоро увидите. За мной, дорогой мой товарищ!

И он устремился по коридору, нисколько не сомневаясь, что я последую за ним. Бурундуков не был похож на вражеского агента. Если честно, то вообще ни на какого агента он не смахивал. Коротышка казался в этих стенах просто парадоксом. Если я и представлял себе сотрудников спецслужб, то совсем не так. Да и те, которых я видел, были, в основном, громилами. Трудно было поверить, что этот колобок приставлен ко мне, пусть даже и водителем. Про его манеру речи вообще молчу. Он словно собирал её из самых разных стилей, не отдавая предпочтения ни одному. Советские обращения в его исполнении звучали, как издёвка. Хотя сам он едва ли это осознавал.

Догнав его в коридоре, я зашагал рядом. Бурундуков наградил меня лучезарной улыбкой.

– Знаю, что вы думаете, дорогой товарищ, – заявил он, не сбавляя темпа, что при его комплекции казалось удивительным. – Как такой увалень может быть в КГБ, да? Признавайтесь, начальник, закралась вам в головушку такая мысль?

Я невольно усмехнулся.

– Угадали.

Бурундуков понимающе кивнул.

– За честность – спасибки. Привыкший я. Вы на внешность не глядите. Некоторым мускулы без надобности. Меня ведь к вам не телохранителем поставили. А водила я классный. С опытом и стажем. Плюс порталы открывать умею. Иногда избежать драки важнее, чем победить в ней. Так что будем с вами рассекать по городам и весям с ветерком, – и он снова обезоруживающе подмигнул.

– Что ж, рад слышать, – ответил я. – В любом случае, Виктору Викторовичу виднее.

Бурундуков быстро закивал – как игрушка, которую устанавливают на приборной доске автомобиля.

– Вот-вот, не нашенское это дело, – сказал он. – Начальство знает, кого куда определить.

В этот момент мы остановились перед лифтом, и коротышка ткнул пальцем в кнопку вызова.

– Про вас тоже будут говорить, что не по годам должность, – заявил он доверительно. – А вы внимания не обращайте. Главное ведь как себя покажешь. Тогда и злые языки прикусятся. Верно я говорю, товарищ Громов?

– Думаю, да.

Двери лифта раздвинулись, и мы ступили в кабину. Бурундуков нетерпеливо застучал по кнопке подземной парковки, обозначенной как нулевой этаж.

– Я раньше сам на оперативной работе был, – поделился он, когда двери закрылись, и лифт двинулся вниз. – В поле трудился, на земле. Награды имею даже. Только после ранения пришлось прыть поубавить. Вот и раздался малость, – он с улыбкой постучал себя по округлым бокам. – Так что мне вашим водилой быть очень даже кстати. Подрастрясу жирок. А то в кабинете уже никакой мочи сидеть нет. Я уж просил-просил меня куда-нибудь пристроить, чтоб моцион был, да никак не отвечали на мольбы мои. И вот – вы. Подарок судьбы прямо.

– Ну, машину водить – так себе упражнение, – заметил я с улыбкой. – Да и приключения особые в ближайшем будущем не ожидаются.

– А они никогда не ожидаются, – вдруг серьёзно ответил Бурундуков. – А потом – раз! И вот ты уже с простреленным коленом. Или ещё чем-нибудь малоприятным. Приехали, кстати!

Двери, и правда, открылись, и мы вышли в подземный паркинг, забитый машинами.

– Сюда, начальник, – неистово махая рукой, как будто мы были в толпе, и я рисковал заблудиться, мой провожатый устремился между рядами автомобилей направо.

Идти пришлось недолго. Через десяток метров я увидел внушительный чёрный броневик с эмблемой КГБ, массивными колёсами и тонированными стёклами. На первый взгляд, машина напоминала угловатую черепаху. Только вот ездила, наверное, пошустрее.

– Вот и он! – гордо указал на автомобиль Бурундуков с таким видом, будто лично создал броневик. – Модель «Зубр». Выдерживает прямое попадание авиационной ракеты.

– И стёкла? – спросил я, обходя автомобиль.

Выглядел он, и правда, потрясно. Даже трудно поверить, что мне предоставили его в личное пользование. Похоже, меня, и правда, ценили.

– Обижаете, товарищ, – расплылся коротышка.

– А колёса?

– Сплошная огнеупорная резина, так что не лопнут и не сгорят. Но порвать, конечно, можно. Это минус, признаю.

– Тяжёлая штука, наверное.

– Четыре тонны.

– Ого! Я думал, больше.

– Специальная композитная полимерная броня. Облегчённая.

– Прямо супергеройская тачка какая-то. Сколько выжимает?

– Разгоняется медленно, зато двести выдаёт.

– Небось ещё и летает?

– Это уж как положено, – кивнул Бурундуков. – И, кстати, весьма маневренная. Я опробовал оба режима. Вам не предлагаю. Всё-таки, моя работа.

– А я бы не отказался.

– К такой крошке привыкнуть надо.

– Так вы ж сами сказали, что только раз на ней погоняли.

– У меня опыт.

Я не стал продолжать эту дискуссию, но про себя решил, что непременно потренируюсь водить этого чёрного монстра.

Вместо этого сказал:

– Значит, вас приписали к спецотделу?

– Именно так. И меня, и малышку эту. Оба поступаем в ваше распоряжение, дорогой товарищ Громов. Так что приказывайте – не стесняйтесь.

Я прикинул, не вернуться ли почитать выданные мне бумаги, но, кажется, в них ничего конкретного не было, так что можно и отложить. Да и график тренировок нарушать не хотелось. Хоть меня, в некотором смысле, и повысили, но обучение никто не отменял.

– Едем в академию, – сказал я. – У меня скоро по расписанию лекции и практические занятия. Пропускать нельзя.

Коротышка с готовностью кивнул.

– Ни слова больше, начальник! Я вас понял. Запрыгивайте – домчу с ветерком.

Внутри «Зубра» оказалось не так просторно, как можно было подумать, глядя на броневик снаружи.

– Маловат салон-то, – заметил я.

– Так тут столько оружия понапихано, – отозвался Бурундуков, заводя мотор. – Настоящий арсенал на колёсах. Это ж изначально как штурмовая машина проектировалось. Это уж потом такой вот гражданский вариант создали. Но огневая мощь у нас – ого-го! Надеюсь, не пригодится, конечно. Я ещё не во всём разобрался, тем более. Но сделаю – зуб даю. Пристегнитесь, дорогой коллега. Безопасность допрежь всего.

С этим я был полностью согласен. Едва накинул ремень, тачка тронулась и покатилась между рядами припаркованных машин к выходу. Как только выбрались на дорогу, Бурундуков прибавил газу, и мы помчались вдоль домов, ловко обходя попадавшиеся по пути автомобили.

– Мягонько идёт, да? – проговорил мой водитель, скалясь в лобовое стекло. – Отличная подвеска. Никакие ухабы не страшны. Надо будет за городом погонять.

Вскоре мы выбрались на шоссе. Подгадав момент, когда перед нами не будет машин, Бурундуков небрежно повёл рукой, и в воздухе открылся переливающийся разными цветами портал. Коротышка втопил педаль газа, «Зубр» рванул вперёд и через три секунды влетел в пространственную аномалию.

Оказались мы недалеко от академии. Что говорило о немалом уровне Дара моего водителя. Я взглянул на его лацкан, но рангового значка не заметил. Хм, странно. Большинство одарённых носило свои метки с гордостью. Может, Бурундуков скрывал свои способности?

Доставил он меня прямо к жилому корпусу. Сказал:

– Телефончик запишите, товарищ. Чтобы вызывать меня, аки Сивку-Бурку. Позовёте – и явлюсь. На быстрый набор поставьте, если угодно послушать моего совета.

– Так и сделаю, – пообещал я.

Обзаведшись номером водителя, я вылез из машины, и «Зубр» немедленно тронулся в обратный путь.

В корпусе меня встретил Булкин.

– Видел, на чём ты приехал, – сообщил он. – В окно. Нефиговая тачка! Откуда такая?

– Выдали во временное пользование, – ответил я уклончиво.

– Темнишь ты, Влад, – укоризненно произнёс Булкин. – Ну, да ладно. Если секрет, то не лезу. Тебя Потапова искала. Недовольна была, что не нашла.

Я проверил вызовы на планшете, но ни одного не было. Хм… Ну, значит, не срочно. Зато подходило время занятий с Кадахмирой, так что я отправился перекусить в столовую, а затем – сразу в отведённую нам аудиторию.