Текст книги "Вперед в СССР! Том 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 10

Разумеется, я, как и подобает любому нормальному пацану, сразу распаковал новую игрушку и принялся её изучать. Очень хотелось всё пощупать, подвигать и так далее, но я взял себя в руки. В конце концов, профессионал я или кто? Так что достал со дна ящика инструкцию, развернул и принялся изучать, параллельно разглядывая пушку.

Она оказалась, на удивление, компактной. В смысле – по сравнению с тем, на что я рассчитывал. Мне думалось, что из посольства пришлют нечто под стать гратхам с их могучим телосложением. Но, конечно, оружие предназначалось для человека, так что было размером всего лишь с кольт-револьвер. На Земле сказать про такую пушку «всего лишь» язык не повернулся бы, но в этом мире всё, что ложилось в мою ладонь, уже казалось маленьким.

Я сразу заметил, что оружие отличалось от стандартного огнестрельного. Не знаю, специально его разработали для агентов, заброшенных к оркам, или модифицировали готовую модель, но в барабане было восемь патронов среднего калибра, ствол выглядел укороченным, так что на дальнюю стрельбу рассчитывать не приходилось, а мушка отсутствовала вовсе. Зато имелся встроенный глушитель. Ну, этим меня уже не удивить: видел такое в пансионате, где пришлось разбираться с вражескими агентами, управляемыми псиоником.

Корпус револьвера был изготовлен из какого-то керамического материала. Инструкция уверяла, что местные рамки его отсканировать не в состоянии. Это хорошо, потому что пушку лучше иметь при себе.

Особенно меня заинтересовали патроны. По ним имелась отдельная инструкция. Если верить ей (а с чего бы нет?), боеприпас был мне прислан особой мощности. Иначе говоря, средний калибр не стоило недооценивать. Эти малышки пробивали даже броню толщиной до полутора сантиметров. Была также маленькая коробка разрывных. В общем, экипировали меня серьёзно. О лёгких ранениях речи не шло: валить противников предлагалось на убой.

И всё же, я был разочарован. Ожидал, что мне выдадут оружие для охоты на эмиссара, а револьвер, даже такой, всё-таки личное оружие. Против гратхов или дворфов, если понадобится защищаться, сойдёт на ура. Но завалить из него тварь, ради которой я прибыл в этот мир, едва ли удастся. Надо будет задать оружейнику вопрос на этот счёт, когда увижу.

Пока же я зарядил револьвер бронебойными, насыпал в карман запас, добавив на всякий случай четыре разрывных, и уселся завтракать. Местные хлопья, купленные вчера, оказались практически безвкусными. Насыщали, правда, отлично.

Пока ел, смотрел телевизор. Увы, ещё вчера стало ясно, то с языком гратхов у меня серьёзные проблемы. Во-первых, они говорили куда быстрее Кадахмиры и диктора программы, которой я пользовался, чтобы его изучать. Во-вторых, как я понял спустя пару часов залипания в экран, орки собрались в города из разных племён, и у каждого племени имелся свой акцент. И не только акцент, но и лексика частично различалась. Диалекты, короче. Гратхи-то друг друга отлично понимали, а вот я едва улавливал смысл сказанного. Так дело не пойдёт. Необходимо чётко осознавать, что мне говорят, и что говорю я. Иначе точно впросак попаду. Тут и без языкового барьера поди разберись, что к чему и как бы во что не вляпаться ненароком.

Поразмыслив, я решил прибегнуть к читерству. Вернее – рационализаторству.

– Чупа!

Хомяк материализовался на столе, воспарил, проплыл по воздуху ко мне и опустился на подлокотник дивана. Уселся, подвернув под себя ноги.

– Что за аттракцион? – спросил я.

– Хотел немного поразмяться.

– Рассекая над полом?

Чупа пожал плечами.

– Каждый делает свою зарядку. Чего хотел?

– Мне надо быстро изучить местный язык. Вместе с акцентами и диалектами. В полном объёме. Прямо вот записать его в голову, – я постучал согнутым указательным пальцем себе по виску. – Есть идеи, как это сделать?

– Хм… Задача ясна. И тебе повезло, что язык у гратхов один. В основе. Но дело не такое простое, как кажется. Это не просто диалекты. Скорее, варианты языка. Иногда различия очень даже существенные.

– И? Мне нужна от тебя идея. Давай, предложи что-нибудь. Наверняка же имеется магический лайфхак.

Фамильяр задрал голову и, задумчиво уставившись в потолок, принялся яростно чесать себе подбородок.

– Полагаю, можно связаться с духом местного одарённого, – изрёк он, наконец. – Кажется, их тут шаманами кличут.

– И что это даст?

– Попросим его внедрить в тебя знание языка.

– И он согласится?

Чупа пожал плечами.

– Ну, ладно. Не попросим, а заставим.

– Звучит, конечно, неплохо, но как ты собираешься это провернуть? Например, где взять этот самый дух?

– Там же, где обитают и остальные духи. В подпространстве. Ты же сам знаешь, что при желании в нём можно отыскать кого угодно.

– И ты сможешь?

Хомяк возмущённо фыркнул и встопорщил усы.

– Постараюсь!

– Звучит не слишком обнадёживающе, – подначил я его.

– Давай-ка отправимся туда прямо сейчас и посмотрим, что получится!

– Ладно, покажи, на что способен.

Через несколько минут комнату начало затапливать вязкой чёрной жидкостью. Её появление каждый раз знаменовало проникновение между границами миров. Сначала звук работающего телевизора, по которому показывали строительство нового района столицы, стал глуше, затем умолк совершенно. А в следующий миг экран несколько раз быстро мигнул и погас – словно утонув в поднимающейся толще эктоплазмы.

Мы устремились сквозь слои подпространства. Чупа летел впереди, светясь, словно мохнатый фонарик. Но вот его очертания начали меняться. Фамильяр постепенно приобретал черты, которые я считал его реальным обликом. Затем они стали размываться, а спустя секунд десять наполненный видениями и мерцающими искрами мир вокруг лопнул, будто огромный мыльный пузырь, и мы оказались посреди пустыни.

Меня выбросило в горячий золотистый песок. Ладони и колени сразу зарылись в него, в воздух взметнулась переливающаяся пыль.

– Вот мы и на месте, – объявил Чупа. Он завис над землёй, приложив лапу к глазам на манер козырька. – Если я не ошибся, конечно.

Поднявшись на ноги, я быстро осмотрелся. Хотя смотреть было особо не на что. Повсюду, до самого загибающегося вверх горизонта, простиралась пустыня. Ровная, как скатерь. Ни дюн, ни барханов, ни гор, ни пирамид. Только бесконечный песок, сменяющийся где-то в невообразимом далеке слегка дрожащим куполом бледно-розового неба. Мы словно находились внутри гигантского стеклянного шара.

– Красиво, конечно, – заметил я скептически. – Если нравится ландшафтный минимализм. Но что-то не видать шамана.

– Терпение, хозяин, – пробормотал фамильяр, не отрывая взгляда от горизонта. – Думаю, нам туда, – он указал лапой вперёд.

– С чего ты взял? Как по мне, тут со всех сторон одно и то же.

– Именно поэтому я и веду тебя, а не наоборот! – самодовольно ответил хомяк и поплыл вперёд в полутора метрах над песком.

– И далеко идти?

– Это как повезёт.

Вот засранец. Наверняка ведь сам не знает, вот и рисуется. Тем не менее, не оставалось ничего, кроме как последовать за ним.

К моему удивлению, ноги не вязли в песке. Идти было легко, ибо поверхность оказалась довольно твёрдой.

Время в иных мирах течёт по-своему, так что я понятия не имел, как долго Чупа вёл меня через пустыню, но устать я не успел.

Впереди показалось нечто, торчащее из песка. Словно здоровенный кусок вертикально воткнутого в землю рафинада. Когда я подошёл ближе, то понял, что это покрытая грубо вырезанными письменами плита из пористого камня вроде пемзы.

– Мы на месте! – радостно объявил Чупа и бесцеремонно уселся на обелиск.

Тотчас по камню побежали дрожащие от напряжения красные линии. Они разветвлялись и пересекались, превращаясь в подобие паутины.

– Что за хрень? – поинтересовался я, наблюдая за этим процессом.

– Каждый шаман, путешествуя между мирами, пользуется якорями, – ответил фамильяр. Глаза его сощурились, превратившись в светящиеся алым щёлочки. – Это один из них. Я воспользуюсь им, чтобы призвать дух шамана.

Едва он договорил, как из камня показалось призрачное лицо. На мгновение проскользнули орочьи черты, а затем субстанция утратила чёткие очертания. Она словно струилась из белой плиты, пока не оказалась снаружи, где принялась быстро клубиться.

– Готово, – проговорил Чупа. – Кто начнёт диалог – ты или я?

– Эм-м… Как его зовут-то хоть?

– Откуда мне знать?

Я повернулся к призрачной субстанции.

Всё это смахивало на голограмму или мираж в пустыне.

– Меня зовут Владленом Громовым. Я прибыл в ваш мир из Советского Союза.

– Мы знаем, кто ты, – прозвучал шелестящий голос. – У меня в этом мире нет имени. Но ты можешь использовать прозвище Ульхар.

– Хорошо, Ульхар, – кивнул я. – Прости, что отвлекаю, но я почти не владею вашим языком. Это мешает моей работе. Можешь помочь?

– Тебя прислали, чтобы избавить нас от чужака, – субстанция собралась в светящийся шар. – И я помогу.

Светящийся шар медленно проплыл над песком, коснулся моей груди, застыл на пару секунд, словно раздумывая, а затем погрузился в тело. Весь, без остатка. Меня прошиб резкий озноб. Только и всего.

Чупа расплылся в довольной улыбке.

– Ну, как, хозяин? Чувствуешь себя знатоком языка гратхов?

– Пока не знаю, – честно ответил я, прислушиваясь к ощущениям. – Думаю, нужно проверить.

– Тогда предлагаю отправиться в обратный путь.

Вокруг нас взметнулся песок. Золотистые тучи скрыли всё, включая белый обелиск, завертелись, превращаясь в смерч, и меня выбросило обратно в комнату, из которой мы пустились в путешествие по мирам.

Чёрная эктоплазма схлынула, исчезнув в полу и стенах.

Я уставился в телевизор. Прошло несколько мгновений, прежде чем уши наполнились звуком.

Орочиха в сером жакете и белой блузке произнесла:

– … таким образом, бесспорные достижения наших тружеников дарят надежду на досрочное завершение строительства нового жилого комплекса для особо отличившихся советских граждан.

Это был всё тот же репортаж. Значит, времени мы провели в пустыне немного.

– А на следующей неделе во Дворце дружбы открывается конференция с участием наших социалистических партнёров, – продолжила ведущая новостей. – Будет обсуждаться вопрос строительства атомной электростанции.

Я взял пульт и приглушил звук. Голос орочихи превратился в бормотание.

– Ну как? – осведомился материализовавшийся на телевизоре Чупа.

– Я всё понял. Каждое слово. Как будто она говорила по-русски.

Фамильяр изобразил реверанс.

– Как обещал, хозяин. Надеюсь, теперь ты почувствуешь себя уверенней.

– Нужно подкачаться, – сказал я, вставая с дивана. – Чтобы чувствовать себя уверенно, мне требуется больше энергии.

– С чего начнём? – деловито спросил хомяк. – Плюс или минус?

– Плюс. Надо узнать, какие тут есть развлечения.

Увы, отсутствие ОГАСа сильно затрудняло такие вот поиски. Пришлось выйти на улицу и прогуляться, разглядывая афиши. Как в моём мире, здесь рекламу представлений расклеивали на тумбах и стендах, а иногда – прямо на стенах домов.

Я выбрал концерт музыкальной группы, который должен был начаться через пару часов. На плакате были фотографии пяти орков, одетых самыми натуральными металлистами. Похоже, здесь данный вид музыки капиталистическим не считался. Название коллектива я, как ни старался, прочитать не смог: слишком уж витиеватый был выбран шрифт. Даже знание местного языка не помогло.

– Не уверен, что нам достанутся билеты, – заметил Чупа, на мгновение появившись у меня на плече. – Но ты попытайся.

Я добрался до стадиона, где должен был проходить концерт, на автобусе. Всю дорогу на меня откровенно пялились. Я всё ждал, что кто-нибудь попытается заговорить, но этого не случилось.

К моему удивлению, перед стадионом уже собралась толпа. И были там не только гратхи. Примерно шестую часть составляли люди. Да, группа явно пользовалась популярностью.

Отовсюду сверкали заклёпки, шипы и цепи. Количество пирсинга на чёрных лицах с алыми ирокезами поражало. Некоторые фанаты держали над головами плакаты, то и дело в воздухе разносились кричалки.

Протиснуться к кассам оказалось трудновато, но я справился, используя псионику, чтобы заставлять фанатов уступать мне дорогу. С очередью такой фокус проделывать не стал: могло выйти боком.

Так что до окошка я добрался только через сорок минут. Билеты ещё были. Правда, стоили так дорого, что я даже усомнился, что оно того заслуживает. Но эмоции восторженной толпы могли дать мне огромный запас силы. А я чувствовал, что крайне нуждаюсь в нём. Так что выложил деньги (давно не приходилось платить наличными), забрал билет и стал ждать, когда начнётся запуск на концерт.

Чтобы скоротать время, купил в киоске попкорн и какой-то напиток, похожий на лимонад, но тягучий и без пузырьков.

Наконец, ворота стадиона распахнулись, и живой поток хлынул внутрь. Я не хотел оказаться в давке, так что подождал, пока большинство зайдёт, и только тогда отправился ко входу.

Билеты проверяли четверо здоровенных охранников. Я ожидал, что они проверят, нет ли у меня при себе оружия, и приготовился покопаться в их мозгах, но гратхов интересовал только мой билет. Так-так… Похоже, на концерте не избежать поножовщины или чего похуже.

Вперёд лезть я не стал. Репертуар исполнителей меня мало интересовал. Вообще не интересовал, если честно. Мне лишь требовалось собрать волны восторга и обожания, которые начнут разливаться по стадиону, когда на сцену выйдут любимые музыканты. Потом, конечно, придётся искать негатив, чтобы уравновеситься. Но я уверен, что в столице имеется кладбище. Наверняка даже не одно. Не знаю, как у орков обстоят дела со скорбью и печалью, но что-нибудь да соберу.

Спустя двадцать минут на сцену, расположенную в центре поля, вышла группа для разогрева. Два гратха и три орочихи. Грянули мощные аккорды. По воздуху пробежала звуковая волна, толпа радостно и поощрительно загудела.

Группа сыграла четыре песни и свалила. Вместо них к микрофону выскочил относительно невысокий гратх в золотом пиджаке.

– Дорогие товарищи! – завопил он, как ненормальный, только что не вгрызаясь в микрофон. – Сегодня и прямо сейчас для вас на этой сцене! Встречайте – великие и неповторимые, «Космонавты»!

Так вот, что было зашифровано на афише. Никогда бы не подумал.

На сцену строевым шагом вышли пять орков в чёрной коже, увешанные металлом сверху донизу. Дружно поклонившись под бешеный рёв зрителей, они взяли инструменты.

Барабанщик ударил палочками над микрофоном раз, другой, третий…

И стадион буквально взорвался мощнейшим аккордом, наполненным дисторшном и низким басом.

Ритм был жёстким, как удары рельса о череп. На заднем плане из сцены начала подниматься огромная статуя облачённого в доспехи гратха, держащего в руках здоровенный топор. На груди у него красовался герб гратхов. За спиной колосса взвились алые стяги, а затем со всех сторон ударили в небо огненные фонтаны пиротехники!

Солист издал душераздирающий вопль и запел, чеканя слова – будто пятидюймовые гвозди забивал в уши слушателей.

О, похоже, сегодня на стадионе будет далеко не только позитив! Тут я малость просчитался. Текст песен приводить и пересказывать не буду, но образы светлого коммунистического будущего перемежались в них с такой лютой дичью, что я не представляю, как цензоры это одобрили.

Зато не придётся бродить по кладбищам. Растекающиеся и быстро крепнущие с каждым куплетом и припевом эмоции фанатов тяжёлого металла смешивались в причудливый коктейль, в котором было всё, что мне требовалось. Оставалось только следить за тем, чтобы плюс и минус поступали в мою энергетическую систему в правильных пропорциях.

На концерте я провёл полных два часа. Позитива оказалось всё-таки больше, но перевес был незначительным и выражался лишь в том, что уходил я со стадиона с отличным настроением.

Правда, длилось оно не так долго, как хотелось бы.

Ибо утром следующего дня Чупа начал с того, что забрал у меня зрение.

Глава 11

Давно я так не матерился.

Понятно, что по счетам надо платить, но выходка Чупакабры застала меня врасплох. А всё потому, что я не учёл разницу между земным и местным временем. Здесь всё то же самое, двадцатичасовой суточный цикл, но дни недели называются иначе. И такого понятия как «воскресенье» не существует. По понятной причине.

С кровати я кое-как слез, но сразу после этого налетел на комод, ударился коленом и грязно выругался. Замер, потирая ушибленное место. Постарался припомнить расположение мебели в комнате. И наощупь, вытянув перед собой руки, добрался до дверного проёма. Чтобы попасть в санузел, мне пришлось обогнуть массивный шкаф. Унитаз был заточен под гратхов (видимо, другого в городе не нашлось, а тащить из СССР гальюн специально для человеческого агента никто не захотел), но я кое-как справился с задачей, хотя и возникло подозрение, что струя не всегда летела, куда надо.

Душ я принял без особых проблем.

А вот зубную щётку с пастой пришлось поискать, попутно переворачивая мыльницы и какие-то баночки, доставшиеся в наследство от прежних жильцов. К этому моменту я уже окончательно принял решение пересидеть дома. В планах у меня не значились поездки в посольство или ещё куда-нибудь. Самое разумное – не дёргаться.

Плыви по течению.

Вот только голодать я не собирался, а на кухне, куда я шёл минут пять, холодильник встретил меня… недружелюбно. Рука шарила по пустым полкам в тщетных попытках найти хоть что-нибудь съестное. Куда там. Бутылка с местным продуктом, напоминающим кефир, пара продолговатых овощей, которые с натяжкой можно назвать огурцами, и кусок недоеденной колбасы. Хлеба, естественно, нет. Поэтому бутерброды не сделаешь. В наличии яйца, но я не уверен, что смогу их пожарить вслепую.

Так, пора включить мозг.

Из квартиры придётся-таки вылезти. Хочется есть. Вопрос в том, чтобы добраться до местного общепита и позавтракать… ну, хотя бы в столовой. И я припоминаю подходящий вариант на соседней улице.

– Чу, – позвал я.

– На связи! – раздался жизнерадостный голос фамильяра откуда-то сбоку. – Слушай, как офигенно видеть мир твоими глазами! Вы, смертные, не цените…

– Всё мы ценим, – мрачно перебил я. – Нужна помощь.

– Какая?

– Хочу попасть в столовую «Котелок мамаши Харгу». Будешь моим проводником.

– А по дороге много интересного?

– Очень много, – соврал я.

По большому счёту, у нас был тихий райончик – с арками, дворами-колодцами и малоэтажной застройкой. Оружейная и рунная лавки, сапожная мастерская, дом быта, продуктовый магазин – вот, пожалуй, и все достопримечательности. И столовая, ага.

– Согласен, – сдался фамильяр. – Что я должен делать?

– Верни мне зрение.

– Это так не работает, – запротестовал демон.

– Ну, я должен был попытаться.

– Очень смешно! За дурачка меня держишь, что ли?

– Тогда будешь указывать мне дорогу. Чтобы я не попал под машину, не шагнул в открытый люк или не столкнулся с каким-нибудь орком. Это в наших общих интересах.

– Утверждение спорное, но ладно, так и быть. Когда начинаем?

– Сейчас.

И мы начали.

Минут двадцать я потратил на поиск одежды, потом кое-как выбрался из квартиры, долго не мог попасть ключом в замочную скважину, но в итоге справился и запер дверь. Горсть местных тугриков сунул в карман брюк, чтобы не таскать с собой весь кошель. Чупа озвучивал номиналы монет, так что я понимал, на какую сумму могу рассчитывать.

По лестнице спускался с максимальной осторожностью. Благо, имелись перила. В прошлой жизни я хоть и был стариком, но проблемами со зрением не страдал. Теперь же начал понимать бедолаг с катарактой, глаукомой и макулодистрофией. Приятного мало. Ноль, если честно.

Выбравшись из подъезда, сказал фамильяру, что мне надо попасть на улицу Четырёх Топоров, а для этого нужна арка. Чу быстро разобрался в обстановке и вывел меня в нужное место. Мы постояли, сверяясь с ориентирами.

– Остановку видишь? – спросил я.

– И очень хорошо, – довольно ответил фамильяр. – Во всех красках и деталях.

– Издеваешься?

– Нет, отвечаю на вопрос.

Пожалуй, я мог бы воздействовать с помощью Дара на своих соседей или случайных прохожих. Опыта оперирования умами гратхов у меня нет, но что мешает его приобрести? Отправить кого-нибудь в магазин за продуктами, а потом вернуть ему деньги. Но я решил не спешить с подобными манипуляциями. Во-первых, обойдусь своими силами. Во-вторых, я не знаю возможности здешних шаманов и то, как они отреагируют на мои действия.

– Веди меня по тротуару мимо остановки, – сказал я, щупая каменную стену жилого дома. – Предупреждай о препятствиях.

С фамильяром я общался мысленно.

Не хватало ещё вызвать у прохожих нездоровый интерес…

Споткнувшись о что-то мягкое, я выругался. Мягкое издало мяукающий звук и куда-то умчалось. Я вспомнил, что в городах орков водятся кошки. Кажется, у них к ним особое отношение – примерно, как у египтян.

– Куда прёшь⁈ – раздался над ухом утробный недовольный голос. – Понаехало человеков…

Фраза была произнесена на языке гратхов, но я понял.

Не подвели шаманы.

Чу описал говорившего:

– Здоровенный чёрный отморозок, похож на рабочего. Лучше не связывайся.

– Извините, – пробормотал я, используя то же наречие.

– Алкаши! – буркнул прохожий, и его шаги начали удаляться.

Эх!

Как дома…

Точнее – как дома в прошлой реальности. После моего переноса в СССР жить стало гораздо приятнее. Культурных и воспитанных людей больше. Факт.

Мы продолжили свой путь.

Я двигался вдоль стены, время от времени касаясь шероховатых кирпичей. Раза три под руку попалась гнутая водосточная труба. Удивительно, как обостряются слух и осязание, когда ты ослеп. Мозг автоматически ищет замену утраченным зрительным ориентирам.

– Куда теперь? – задаю мысленный вопрос фамильяру.

– Дом сейчас закончится, – ответил Чу. – Осторожно.

Рука скользнула в пустоту, и я покачнулся вслед за ней, едва не потеряв равновесие.

Пришлось остановиться.

– Нам налево, – сообщаю Чупакабре. – Смотри, чтобы я не налетел на прохожих.

Радует, что орки в этом мире почти не пользовались велосипедами и электросамокатами. В моей прежней реальности нужно было постоянно оглядываться, чтобы малолетки или курьеры Яндекса на тебя не наехали. Здесь доставщики тоже были, но в гораздо меньшем количестве.

Мы продолжили свой путь.

Прижались к стене, пропуская компанию молодых гратхов.

Я чётко выполнял инструкции демона и никуда не спешил. Минут через десять мы-таки добрались в «Котелок мамаши Харгу».

– Где дверь? – уточнил я.

– Три шага налево, поворот направо, ступеньки, – проинструктировал меня Чу. – Осторожно, их три.

Дверь оказалась массивной.

Потянув ручку, я ощутил напряжение.

Сначала на меня обрушились звуки столовой: звякающие приборы, хлопающие по столам подносы, грохот отодвигаемых стульев. Потом навалились запахи. Вкусные запахи. У гратхов был схожий с людьми метаболизм, и они неплохо готовили. Правда, в рационе доминировало мясо. Сейчас мне показалось, что пахнет перловкой. И жареными бифштексами.

– Гадство, – я сдвинулся вправо, чтобы не оказаться на пути случайных посетителей. Не стоять же в проёме. – Опиши, что видишь.

– Ты слева от двери, – ответил Чупакабра. – Рядом стопка подносов. Чуть дальше начинается раздача. В очереди несколько орков. Другие орки в белых фартуках и колпаках. Сюр, если честно. У них в руках половники и большие ложки. Что-то накладывают. Идёт пар. Перед тобой – двенадцать столов. Много пустых мест. Думаю, завтрак уже закончился. Основная масса посетителей ушла. Слушай, удивительное место! И краски такие сочные…

– Не отвлекайся, – осадил я фамильяра. – Мы должны взять еду и расплатиться. Там касса есть?

– Древняя, как моя бабушка.

– У тебя нет бабушки. Ты же демон.

– Мог бы тактично промолчать, мешок с костями. Я же твоих родственников не трогаю.

Руководствуясь указаниями Чупы, я нащупал поднос и медленно двинулся к раздаче. Ух, тяжело будет. Хорошо, что я завтракаю. Суп ещё не приготовили…

– К нам приближается орк, – предупредил демон.

– Он далеко?

– Близко.

В следующую секунду раздался знакомый голос:

– Здорово, Влад.

Я без особых проблем узнал говорившего. Владелец рунной лавки, где я приобрёл усиливающую оружие руну. Курц – так его звали. Он ещё в Ленинграде учился.

– Доброе утро, Курц.

На моё плечо опустилась тяжёлая лапища.

– Что с тобой не так, братан?

Вопрос застал меня врасплох.

– Двигаешься словно наощупь, – пояснил гратх. – Взгляд в пустоту. Ты что, ничего не видишь? Как ты вообще сюда добрался? И что случилось?

– Долго рассказывать. Но ты прав, у меня проблемы со зрением.

– Ну ты даёшь, брат, – прогудел рунный мастер. – Есть хочешь?

– Хочу, – честно признался. – Непросто было сюда дойти.

– Идём, помогу тебе еды набрать.

И мы направились в сторону раздачи.

Гратх называл мне блюда из меню, переговаривался с поварами, помогал двигать поднос и ставить на него тарелки. Минут через пять мы дошли до кассы, где я смог расплатиться без особых проблем. Чупакабра временно выключился из игры, но я знал, что фамильяр близко. Гратх, естественно, не заметил демона.

Мы заняли один из крайних столиков.

Из-за открытой оконной рамы к нам проникал уличный шум.

У меня на подносе стояла густая похлёбка, напоминающая чечевичный суп. Также я взял яичницу с хорошо прожаренной отбивной и овощами, похожими на картошку. Ещё был салат из неизвестных мне продуктов. Плюс травяной чай с бутербродом.

Есть в кромешной тьме сложно, но можно.

И я приступил к завтраку.

– Ты отдал своё зрение демону, – констатировал Курц.

У меня от неожиданности чуть ложка не выпала из пальцев.

– Я его вижу, – подтвердил гратх. – Благодаря сигнальным рунам.

Крыть нечем.

– Можешь ничего не отвечать, – продолжил рунный мастер. – Это не моё дело.

– Но ты помогаешь, – заметил я.

Похлёбка оказалась очень вкусной, хоть и острой.

– Ты мне понравился, – добродушно ответил собеседник. – И я решил, что ты не случайно заглянул в мою лавку. Надолго заключил сделку со своим духом?

Отпираться было бессмысленно.

Гратх был осведомлён гораздо лучше агентов КГБ, которые меня курировали до сих пор. При этом он не собирался разбрасываться данными направо и налево. Я применил свой Дар, чтобы считать собеседника.

– День, – я отодвинул пустую миску и нащупал тарелку с яичницей.

Гратхи пользовались преимущественно ложками, хотя и вилки у них появились сравнительно недавно. Благодаря советскому влиянию.

– Надеюсь, оно того стоило.

– Стоило, – заверил я.

Ох, непростой мне подвернулся орк. Если и не шаман, то очень близкий по силе к этим ребятам. Разглядеть невидимого Чупакабру, пусть и с помощью рун… Задача нетривиальная.

– Пусть так, – Курц вздохнул, почти как человек. – Но сейчас у тебя проблема. И мне кажется, я могу её решить.

– Каким образом? – я поймал себя на мысли, что орки – суровые, но правильные кулинары. Их еда мне нравилась. – Только не говори, что способен вернуть мне зрение.

В голове раздался тихий смешок Чупакабры.

– Я могу дать тебе духовное зрение, – на серьёзных щах заявил гратх. – Ты будешь видеть контуры мира.

– Это как?

– Статичные, неживые объекты, – пояснил Курц. – Не людей, не гратхов. Даже не кошек или собак.

– А машины? – уточнил я. – Это ведь неживые объекты. Но при этом их нельзя назвать статичными.

– Сечёшь! – восхитился собеседник. – Правильно, автомобили ты тоже воспринимать не будешь. Поэтому переходи дороги аккуратно, ха!

– Ладно, – я решил подвести итог всей этой замечательной ереси. – Ты наделяешь меня способностью видеть стены и другие неподвижные поверхности. Здания, окна, двери. Фонари, скамейки. Правильно?

– Именно так.

– Как это работает?

– Да как и всё у меня. Я подарю тебе руну. Совершенно безвозмездно. Руна дорогая и редкая, я сам её напитывал энергией. Хватит с запасом, дня на три-четыре. После этого будет нужна подзарядка.

– И что мне с ней сделать?

– Положи в карман. Сожми пальцами. Или в кулаке держи.

Нечто стукнулось о столешницу.

Скользнуло к моей тарелке.

Накрываю ладонью плоский камень с врезанными в поверхность чёрточками. Гладкий, вылизанный тысячелетними приливами неведомых морей. Провожу пальцем по одной линии, затем по другой. Вслепую руну не определить. К тому же, есть разница между «нашими» и «не нашими» рунами. Гратхи много чего интересного насочиняли.

– Сожми, – посоветовал Курц. – Влей немного пси-энергии.

Я последовал совету рунного мастера.

И перед мысленным взором распахнулась интересная картина.

Столовая без единого посетителя. Окна, стены, столы, раздача и кассовый аппарат. Лампы под потолком. Приёмка грязной посуды. Всё, как у людей… только без людей.

Охренеть.

– Можешь спрятать руну в карман, – предложил Курц. – Теперь она работает даже на расстоянии.

Гратх не обманул.

Я видел неживой мир в блекло-сером формате, но видел!

– Невероятно! – прошептал я.

– Твоя энергия просто для контакта, – пояснил Курц. – Чтобы руна настроилась на нынешнего владельца. Постоянно вливать туда пси не нужно. Через три дня активного использования потребуется подзарядка. Тогда загляни ко мне в лавку. Всё, бывай.

Дружеский хлопок по плечу.

Я не сразу сообразил, что мастер встал, забрал поднос и ушёл, оставив меня в гордом одиночестве. Просто в моём сером мире Курц отсутствовал. Движущийся, мать его, объект.

– Неприятный тип! – пробурчал Чупа. – С хрена ли он меня видит⁈

– Вот сам у него и спроси.

Неторопливо доев свой завтрак, я занёс грязную посуду к окошку. При этом фамильяр давал подсказки, чтобы я не столкнулся с другими посетителями. Это наверняка было бы воспринято как оскорбление, а мне проблемы не нужны. Не в столовой, уж точно. А как орки относятся к инвалидам по зрению, я понятия не имел. Может, это от поединка чести и не освобождает. Как-то не пришло Кадахмире в голову упомянуть о подобных деталях.

Домой я шёл более уверенно, хотя улицы казались пустынными и безлюдными. Опасная иллюзия, если учесть необходимость пересечения проезжей части. Гратхи устанавливали светофоры на ключевых перекрёстках, но, в целом, носились как придётся. Чем-то это напоминало Бомбей, в котором мне довелось побывать в семидесятых. Там тоже правила дорожного движения игнорировали. Смену символов и цвета светофоров я не видел – для меня всё выглядело одинаково серым и статичным. Но можно было понять, какой свет зажёгся, по местоположению светящегося кружка. Верхний – красный, средний – жёлтый. Нижний – можно шагать.

Во дворе ругались соседи.

Я слышал их голоса, но количество и расположение гратхов мне описал Чу.

– Проститутка! – вопила скрипучим голосом пожилая женщина-гратх. – Сколько раз тебе говорить, чтобы не оставляла велосипед на площадке? Не пройти, не проехать!

– На себя посмотри! – последовал ответ с другого направления. – Ты когда волосы красила в последний раз?

Враждующие стороны поддерживались выкриками из толпы.