Текст книги "Подарок мертвеца (СИ)"

Автор книги: Сергей Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11. Жрец отверженный богами

Несколько минут понадобилось Питеру, чтобы окончательно прийти в себя. Собравшись с силами, он выбрался, наконец, из бассейна и чуть не споткнулся о распростертое на полу тело Жалера.

Старик лежал на спине и глаза его были закрыты. Он казался мертвым, и лишь слабое дыхание показывало, что в нем еще теплится жизнь.

Украденный нож лежал в нескольких метрах от Питера. Мальчик поспешно поднял его, не сводя взгляда со своего врага.

– Что произошло? – спросил Питер, как только рукоять ножа оказалась у него в ладони. – Что случилось с Жалером?

– А как ты думаешь? Пришлось слегка поджарить его, чтобы он тебя не заколол.

Опустив взгляд на бесчувственного старца, Питер увидел, что его руки почернели до самого локтя, а покрывавшая их ткань одежды истлела и осыпалась.

– Ты спас мне жизнь, – мальчик крепко стиснул нож. – Спасибо!

– Попридержи свои благодарности на потом, дело еще не закончено. Убей его!

Как ни странно, но жестокое требование Мастера на сей раз не вызвало у мальчика отвращения. Наоборот, его захлестнуло непреодолимое желание перерезать горло этому лживому жрецу, чтобы тот медленно истекал кровью. При этом Питер точно знал, что желание это не было навязано ему Мастером.

– Нет, – не без труда пересилил это желание Питер. – Мне еще нужно с ним поговорить.

– Все еще надеешься, что он поможет тебе расторгнуть наш договор?

Питер оторопел.

– Так ты… так ты все знал? – растерянно спросил он.

Дух тихо засмеялся.

– О том, что в своем свитке добрый староста просил Жалера помочь тебе избавиться от моего присутствия? Разумеется, знал!

– Но как? Ведь тебя не было рядом, кода мы это обсуждали!

– Мне это и не нужно! Договор связывает наши души воедино, так что я могу слышать и видеть все то же, что и ты. На любом расстоянии.

Питер сглотнул, увлажняя внезапно пересохшее горло. Если Мастер в курсе всех его замыслов, то вполне вероятно он уже вынашивает план его убийства. Возможно, встреча с гулями была совсем неслучайна.

– Так ты можешь читать мои мысли? – на всякий случай уточнил мальчик.

– Не только читать, но и изменять, – похвастался дух. – Наше общение происходит через твой разум, я просто немного меняю твои мысли, отчего тебе кажется, будто мы разговариваем.

Такое положение дел не радовало Питера, но и хорошая сторона тут тоже была. Раз общение происходит мысленно, то отныне можно было не бояться, что кто-то посторонний услышит духа.

– Выходит, ты знаешь обо мне абсолютно все?

– К сожалению, так далеко я заглянуть не могу, – печально вздохнул Мастер. – Однако мне известно, что ты прибыл из далеких краев и очень хочешь вернуться домой. Но вот подробности от меня скрыты.

От слов духа Питер почувствовал облегчение. Мастер и так знает слишком много, не хватало еще, чтобы он разузнал обо всех его секретах.

– И часто ты копаешься в моей голове?

– Только когда мы достаточно близко, – ответил тот. – Чем дальше мы находимся друг от друга, тем слабее становится связь. Глубже всего я проникаю в твое сознание, когда ты держишь меня в руках. Как сейчас.

Питер молча обдумывал сложившуюся ситуацию. Он не знал, как ему теперь быть, что предпринять. Разговор с Жалером терял всяческий смысл, да и любые другие планы будут пересекаться духом в зародыше. Мастер никогда не позволит Питеру расторгнуть договор, скорее уж он просто его убьет.

– Почему ты меня спас? – наконец спросил мальчик у духа. – Если ты все знал, то почему просто не позволил Жалеру убить меня? Ты мог заключить с ним новый договор, лучше нашего, ведь он сам этого хотел!

– Ты сам знаешь почему, – ответил Мастер. – Даже не погружаясь в глубину твоего сознания, я вижу, что ты не такой, как все. Ты особенный, уникальный и мне это нравится! А он? Пустышка! Обиженный на весь мир старик и только.

Питер и вправду был уникальным для этого мира человеком, и дух это ощутил. Его язык, некоторые воспоминания и, возможно, сны были доступны Мастеру, но объяснить их происхождения он никак не мог. Питеру оставалось лишь благодарить судьбу за то, что дух оказался столь любопытен.

– Кроме того, мы связаны с тобой договором, – спустя минуту прибавил Мастер. – И пока ты следуешь своему слову, я останусь верен своему.

– Значит, ты не станешь возражать, если я поговорю с Жалером? Не станешь меня за это убивать?

– Напротив, я даже с удовольствием на это посмотрю! – заявил дух, после чего жестко прибавил: – Только когда ты закончишь это бесполезное дело, убей его! Позволь мне наконец насытиться кровью!

Однако желанию Мастера не суждено было сбыться. Около получаса они прождали, пока Жалер очнется, а затем его дыхание внезапно оборвалось. Старик умер, так и не придя в сознание.

– Досадно, – прокомментировал это событие дух. – Хотя его кровь наверняка была бы отвратительной на вкус.

И вновь слова Мастера не вызывали у Питера того омерзения, которое он испытывал прежде. Мальчик смотрел на мертвого бывшего жреца и чувствовал лишь глубокое разочарование. Столько сил и времени было потрачено, чтобы добраться сюда, и все зря! В его голове сам собой появился вопрос: «Что мне теперь делать?».

Он задавался этим вопросом, глядя на мертвого Жалера, и продолжал задаваться им, надевая свою грязную одежду. Однако сколько он ни ломал голову, новых идей не появилось. Жалер был единственным, кто мог помочь ему избавиться от связи с Мастером.

– Помнишь наш разговор о некромантии? – вопрос духа вывел Питера из задумчивости.

– Помню, – вяло ответил он, с трудом натягивая штаны на мокрые ноги.

– Не хочешь попробовать?

– Попробовать что?

– Оживление мертвеца.

От неожиданности Питер чуть не упал, запутавшись в штанах, но удержал равновесие и с удивлением посмотрел на лежавший рядом нож.

– Ты что, предлагаешь оживить Жалера?

– Не целиком, конечно, только его голову, – поправил Питера Мастер. – Целиком он нам совсем без надобности!

– Но разве не ты говорил, что я не могу пользоваться магией? Ведь для этого нужна та самая магическая энергия, которой у меня нет.

Питер наконец-то совладал со штанами, подпоясался. Запах от грязной одежды стоял тот еще, но делать было нечего.

– Энергии понадобится довольно много, но тебе повезло, что у меня ее предостаточно.

Питер задумался. На первый взгляд замысел духа казался нереальным, да и попросту опасным. Оживить мертвеца? Невозможно! Но слово «невозможно» в этом мире давно перестало быть для Питера актуальным. Слишком много «невозможного» он успел повидать своими собственными глазами за очень короткий промежуток времени.

– Если ты оживишь его, будет ли он человеком? Сможет ли разговаривать? – спросил Питер, которому вовсе не хотелось оказаться лицом к лицу с очередным гулем.

– Можно оживить его полностью, но на очень короткий срок, – сказал дух. – Однако, если ты хочешь застать его дома, то лучше поторопиться. Душа покидает тело довольно быстро.

В душу, которая уходит из тела Питер верил слабо, но, как он знал из книжек и телепередач, клетки мозга начинают отмирать уже через шесть минут после остановки сердца. Так что в чем-то дух прав – чем дольше они медлят, тем меньше у них шансов что-нибудь узнать.

– Хорошо! – решил мальчик. – Что я должен делать?

– Для начала отрежь ему голову! – велел дух.

– Отрезать… голову? – ужаснулся Питер и с надеждой спросил: – А разве нельзя, ну скажем, просто… не оживлять остальное тело?

– Нет, магия распространяется на все, над чем читаешь заклинание.

– Но может…

– Не может! – перебил мальчика Мастер. – Голова, отделенная от тела, не будет представлять угрозы. К тому же, так потребуется намного меньше сил.

Питер сдался. Глубоко вздохнув, он сел рядом с трупом и стал примериваться. Он уж знал, насколько острое лезвие у зачарованного духом клинка, поэтому не стал пилить, а рубанул с размаху прямо посреди шеи.

Потекла кровь, много крови! Голова Жалера отделилась от тела и покатилась в сторону бассейна. Питер отпрянул назад, с отвращением глядя на дело своих рук.

– Поставь голову на самый верх печи, где погорячее! – скомандовал Мастер и, видя замешательство Питера, потребовал: – И поторапливайся!

Осторожно переступив через кровавую лужу, Питер подошел к отрубленной голове, с отвращением поднял ее и на вытянутых руках понес к печи. Обескровленные ткани лица уже побелели, отчего голова стала казаться сделанной из пластика.

Как и велел Мастер, мальчик водрузил отрубленную голову на раскаленный камень печи. Раздалось грозное шипение, в воздухе противно запахло горелым мясом. Питер сглотнул, едва сдерживая рвоту.

– Что теперь? – спросил он, отступая на несколько шагов назад. Он плотно зажал нос ладонью, но омерзительный запах пробивался и через нее.

– Теперь возьми мыло и кинь его в огонь.

– Чтобы запах сбить? – спросил Питер, разглядывая мыло.

– Нет, просто в нем столько всевозможных трав, что хватит для оживления целого кладбища, – пояснил Мастер. – Или ты хочешь вырезать на нем руны?

Питер поспешно выполнил поручение духа.

– Дверцу не закрывай!

Стоило мылу оказаться в печи, как из нее повалил густой белый дым, а воздух наполнился уже знакомым Питеру ароматом трав. Опасаясь надышаться всякой дряни, он поспешно отступил назад.

– Теперь повторяй за мной громко и четко! – вновь распорядился Мастер. – Понял?

Не дожидаясь ответа, дух начал тараторить что-то на неизвестном Питеру языке. Слова сменяли друг друга с такой быстротой, что повторять их на слух было просто невозможно. Однако сейчас Мастер записывал их прямо в памяти мальчика, так что он просто читал их, как по учебнику.

Когда поток слов иссяк, Питер устало вздохнул и улыбнулся. Он был доволен собой, чего нельзя было сказать о Мастере.

– Худшего исполнения и представить себе нельзя. Надеюсь, та чушь, которую ты озвучил, сработает хоть наполовину, – заявил дух, чем сильно задел самолюбие Питера, который был абсолютно уверен, что сумел повторить заклинание точь-в-точь.

Уныло потекли секунды. Питер во все глаза смотрел на голову Жалера, но никаких признаков воскрешения не наблюдал. Огонь полыхал в печи, а комнату все сильнее затягивало дымом.

Спустя несколько минут мальчик совсем приуныл. Он корил себя за то, что плохо прочел заклинание, но сдаваться не собирался. Лучше уж унизиться и попросить Мастера повторить ритуал, чем лишиться такой возможности получить информацию.

– Кажется, не сработало, давай…

Но не успел Питер закончить фразу, как голова Жалера внезапно ожила. Глаза и рот жреца широко распахнулись, и комнату заполнил дикий вопль. Жалер кричал так громко, что Питер невольно зажал ладонями уши.

– Сработало! – довольно заключил Мастер. – Правда, чувство боли я ему, похоже, зря восстановил. Ну-ка…

Дух вновь затараторил заклинание, а Питер стал повторять за ним, на сей раз стараясь повторять не только сами слова, но и интонацию, с которой их произносил Мастер.

Как только последнее слово было произнесено, истошный крик Жалера оборвался. Его рот захлопнулся, но глаза по-прежнему были открыты.

– Вот так, теперь ему совсем не больно! – довольно хмыкнул дух и великодушно предложил: – Давай, расспрашивай его о чем хотел.

С минуту Питер собирался с мыслями, а затем обратился к голове:

– Господин Жалер, вы меня слышите?

– Ты… ты… кто ты? – голос у Жалера был хриплый, уставший. Его глаза забегали по комнате, но Питера он явно не видел. Видимо, ткани мозга, отвечающие за зрение, уже успели отмереть.

– Я Питер, вы меня не помните?

– Питер… Питер! Да, я читал о тебе в послании… послание от кого я читал? Что в нем было?

– Что это с ним? – тихо, чтобы не услышал Жалер, спросил у Мастера Питер.

– Он слишком долго был мертв, и душа его здесь лишь наполовину. Можешь заканчивать, теперь ты ничего от него не добьешься.

Вот так, опять неудача! Отчаяние вновь захлестнуло Питера, но на сей раз ему не хотелось плакать, ему хотелось просто исчезнуть.

– Ты! – Питер вздрогнул. Ярость, с которой Жалер выкрикнул это слово, не оставляла никаких сомнений – он все вспомнил. – Чертов мальчишка! Грязный выродок! Конец хряка! Что ты со мной сделал?!

– Спроси его, что последнее он помнит, – посоветовал дух.

– Что последнее вы помните, господин Жалер? – озвучил вопрос Мастера Питер.

– Наш разговор и подлый удар по голове, – немного неуверенно пробормотал Жалер. – Потом ничего не помню. Что произошло?

– Похоже, я ошибся, – удивился Мастер. – Его душа все еще здесь.

У стены, недалеко от бассейна, стоял небольшой табурет. Питер придвинул его поближе к печи и сел прямо напротив головы Жалера. Парализующие свойства травы еще не развеялись, и мальчику было тяжело стоять.

– Вы умерли, и я оживил вас, – пояснил Питер, поудобнее располагаясь на табурете. – Точнее вашу голову…

– Ага, как же, он оживил! – фыркнул Мастер.

Питер пропустил мимо ушей язвительное замечание духа и вновь обратился к Жалеру, который, по-видимому, был сильно шокирован известием о своей смерти:

– Зачем вы пытались меня убить?

– Зачем? – жрец нахмурился, явно пятясь вспомнить ответ на этот вопрос. Затем его лицо исказили безумные черты. – Затем, что ты омерзителен! Заключил столь ценный союз! Ты! Смерд, грязь под моими ногами, да как ты посмел?! Ты не достоин такой силы, такого могущества! Только я достоин! Мне надо отомстить…

– Отомстить кому?

– Тому, кто предал меня! Тому, кто отнял у меня семью, несмотря на все мои молитвы, на все жертвы! Светозару – вот кому!

– Богу света, – сказал Мастер, опережая вопрос Питера.

– Но как я отомщу, если ты раскроешь мой секрет? – продолжал сокрушаться Жалер. – Нет! Тебя нельзя оставлять в живых – ты слишком много знаешь!

– Знаю, о чем? – не понял Питер.

– Полно притворяться! Ведь ты уже догадался, не так ли? Чертовы гули не должны были прожить так долго! О, если все узнают о моем маленьком эксперименте… я погиб! Пропал!

И тут до Питера дошло.

– Те люди на ферме! Это вы убили их и превратили в гулей! Не Некромо, а вы!

Все встало на свои места. Осведомленность старика о жизни Некромо, его испуг при упоминании фермы. Он был не просто убийцей, он был тайным поклонником некромантии.

Пока Питер молчал ошарашенный этим открытием, глаза жреца остекленели, веки плавно опустились, а лицо расслабилось, будто он заснул. В следующую секунду Жалер вновь ожил, но на лице его не осталось ни следа былой ненависти.

– Где я? Что со мной? – удивленно спросил Жалер. – Питер, ты не хотел бы принять ванну?

Питер до крови закусил губу, чтобы не закричать от злости и обиды. Ведь он всецело доверился этому подлому старику, а тот так жестоко с ним обошелся. И не только с ним! Убить трех людей просто для того, чтобы попрактиковаться в магии! Чем больше Питер узнавал об этом мире, тем сильнее ему хотелось вернуться домой.

– Нет, спасибо, – проговорил он, совладав с нахлынувшими чувствами. – Мы можем поговорить о делах?

– Конечно, только…

– Он не услышит, я оставил его в другой комнате.

– Тогда все в порядке! Что бы ты хотел узнать? – голос Жалера звучал мягко и добродушно, а на его губах играла елейная улыбка.

«Тоже мне добрый Дедушка Мороз, чтоб тебе в аду гореть!» – подумал Питер, а вслух спросил: – Как мне расторгнуть договор с Мастером?

Питер невольно сжался, ожидая реакции духа на столь дерзкие слова, но тот остался безмолвен.

– Если клятва была произнесена вслух, то расторгнуть такой договор нельзя, – Питер мог поклясться, что в голосе Жалера звучала печаль. – Но, возможно, хранитель знаний, живущий в храме на Святой горе, подскажет тебе путь к спасению.

– Храм Света? Святая гора? Где это?

Питер подался вперед, но Жалер молчал. Его глаза были плотно закрыты, а мышцы лица расслаблены. Неужели умер? Хотя, как может умереть тот, кто и так уже мертв? Питер даже привстал, намереваясь подойти поближе, но тут голова вновь ожила.

– Нет! Ты не смеешь стоять у меня на пути – ты недостоин! Ты мерзкий, маленький мальчишка! Умри же! Умри! Умри…

Безумие овладели тем, что осталось от сознания старого жреца, и Питер не сомневался, что это уже окончательно. Мудрый священнослужитель исчез, превратившись в безумного, помешанного на мести старика.

– Недостоин, значит, да? – тихо произнес мальчик.

Он больше не испытывал ни злости, ни обиды, ни сожаления, в душе осталось только безразличие. Он встал, поднял табурет, на котором сидел, и с размаху швырнул его в продолжающую кричать голову.

Бросок оказался метким. Тяжелый табурет буквально смел голову и вместе с ней полетел в бассейн. Раздалось звучное «бульк!» – и голова Жалера исчезла под водой. Несколько секунд со дна всплывали пузырьки воздуха, лопаясь на поверхности, но вскоре все затихло.

– Ну что, доволен? – подал голос Мастер.

– Зачем спрашиваешь, если умеешь читать мысли? – вяло ответил Питер.

Мальчик устал, и тешить злорадство духа ему совершенно не хотелось. Что ему, по сути, удалось узнать от этого сумасшедшего? Какой-то мифический Храм Света на не менее мифической Святой горе. И где это? Насколько успел заметить Питер, в окрестностях «Гентвиля» не было и намека на горы – ровное плато.

– Во всяком случае, про Храм Света он тебе не соврал, – заявил Мастер. – Если где-то и знают, как расторгнуть наш договор, то только там.

– Значит, ты знаешь, где это? – оживился Питер.

– Конечно! Я там даже бывал пару раз, давно, правда.

– И ты сможешь показать мне дорогу?

– Ну разумеется!

Питер вцепился в нож двумя руками и приблизил его к лицу.

– Где находится храм? Сколько туда идти? – набросился он на Мастера с вопросами.

Это была надежда, это был шанс! Сердце мальчика билось учащенно, он уже представлял себя поднимающимся по длинной лестнице к белоснежным воротам храма. Он уже видел, как тяжелые створки ворот распахиваются перед ним, и добрые жрецы проводят его в святыню, где с помощью мудреного ритуала очищения изгоняют злого духа прочь. А, может быть, они настолько могущественны, что смогут помочь ему вернуться домой?

– Увы, я не могу тебе этого сказать!

Слова Мастера спустили Питера на землю.

– Не можешь? Но почему? – растерялся он.

– Из принципа, – просто ответил дух. – Ты хочешь расторгнуть договор, так зачем мне тебе в этом помогать?

– Но ведь… – Питер запнулся, сообразив, что Мастер по-своему прав. Он собирался отобрать у него то, что дух считал своим: право распоряжаться жизнью Питера.

– Ты мой! – явно прочел мысли мальчика Мастер. – Рискнешь меня обмануть и сильно об этом пожалеешь!

Оставаться дальше в доме Жалера не было смысла, но перед тем как уйти, Питер обошел все комнаты в поисках чего-нибудь стоящего. Он не чувствовал себя ни вором, ни убийцей: он был гиком, а ведь работа гика как раз и заключается в поиске ценных вещей в местах, полных опасностей.

Благодаря Грому и Кири, Питер был весьма искусен в обыске домов. Он знал, где обычно хранят ценности, где делают тайники. Тщательнейшим образом мальчик рылся в шкафах и сундуках, опустошал ящики комодов. Ненужные вещи Питер кидал прямо на пол. Жалер все равно уже мертв, ему они больше не пригодятся!

Спустя несколько часов непрерывной работы, дом стал выглядеть так, будто его посетила банда вандалов. При этом никаких ценностей Питер так и не нашел. Лишь в одном из сундуков ему посчастливилось отыскать новые сапоги, которые как раз подошли к его ногам.

Там же он нашел немного денег. Однако горсть небольших черных палочек не вызвала у него восторга. Монета, которую он отдал за босву, была крупнее.

Когда Питер закончил с обыском и в новых сапогах покинул дом Жалера, на улице уже царила ночь. Никакого освещения в городе не было и в помине, но яркая луна давала достаточно света.

Ночь была холодной. Питер кутался в шкуру и старался идти как можно быстрее, чтобы хоть немного согреться. Он не знал, куда ему теперь идти, но ночевать в том доме он просто не мог, это было выше его сил.

Ноги сами вывели Питера на маршевую, а с нее он свернул на небольшую улочку, мрак которой разгонял одинокий фонарь. Здание напротив фонаря было знакомо Питеру. Тот самый трактир, где остановился его недавний знакомый из ордена чародеев.

«Трактир – это кровать и еда!», – радостно подумал Питер, толкая тяжелую дверь.

Внутри было тепло, вкусно пахло жареным мясом и еще чем-то сладким, наверное, медом. После соленого всегда хочется сладкого, а после сладкого – соленого. Несмотря на то, что Питер вдоволь наелся босвы, от запаха мяса его рот наполнился слюной.

Зал был пуст, но трактирщик еще не ушел спать. Он стоял, прислонившись к барной стойке, и подсчитывал дневную выручку. Заметив посетителя, он поспешно смахнул монеты в просторный кошель.

– Чего изволите?

Питер подошел к стойке, останавливаясь напротив трактирщика. Тот оказался очень крупным и упитанным мужчиной средних лет. Длинные рукава его рубахи были закатаны до локтей, обнажая массивные волосатые руки. Судя по жирным пятнам на фартуке, роль повара тоже исполнял он.

– Я хотел бы здесь переночевать, – ответил на вопрос трактирщика мальчик. – У вас есть свободная комната?

– Комната есть, – кивнул трактирщик. – Стоит она один шкаль за ночь. В стоимость входит ужин и завтрак.

«Мастер! – мысленно позвал Питер, в надежде на то, что дух его услышит. – Скажи, как выглядит один шкаль?»

– Большой серебряный прямоугольник, – без запинки ответил дух.

Питер колебался, ощущая, что его вновь пытаются обмануть, но раз в стоимость входит ужин и завтрак, то можно и согласиться. Ноздри мальчика раздулись, вдыхая ароматный запах, доносящийся с кухни.

– Ужин ты уже пропустил, но завтрак получишь, – предупредил заметивший это трактирщик. – И никакой скидки за это не жди. Плати или проваливай!

Хозяин был в своем праве, и других вариантов, кроме как согласиться, у мальчика не было. Скрипя сердцем, он отдал серебряный прямоугольник, получив взамен грубый металлический ключ.

– Вещи есть?

– Только это, – Питер продемонстрировал свою сумку.

– Хорошо, иди за мной, я провожу.

Взяв со стойки подсвечник, трактирщик отправился вглубь помещения. Крепко сжав в руке ключ, Питер отправился вслед за ним. Во всяком случае, ночевать на улице ему сегодня не придется!