Текст книги "Подарок мертвеца (СИ)"

Автор книги: Сергей Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20. Ино

На четвертый день пути караван не снялся с места на рассвете, как это было прежде. Фургоны остались на своих местах, лошади мерно жевали травку, а пираты после завтрака принялись отдавать дань богу лени.

– Что происходит? – спросил Питер у травницы. – Когда мы выдвигаемся в путь?

– Сегодня караван никуда не идет, – объявила Ино.

– Почему? – удивился Питер.

– Три дня в пути, один день отдыха, – коротко пояснила травница.

Такая перспектива не очень радовала Питера. Он хотел как можно скорее добраться до столицы, чтобы оттуда незамедлительно отправиться к Святой горе! Теперь же и без того долгий путь становился еще длиннее.

Мальчик даже думать боялся, сколько лишних жертв потребуется заплатить Мастеру из-за этих остановок. Сказать об этом травнице он, разумеется, не мог и все, что ему оставалось – это негодовать.

– Но ведь я совсем не устал! Мы все едем в телегах или верхом, зачем отдыхать?

– Телеги тянут животные, а им нужен отдых, – терпеливо пояснила Ино. – Пустошь – это не шутки, Питер: загубишь коня – погибнешь сам! Ты заметил, что в караване ровно семь повозок и семь всадников?

Питер кивнул.

– А знаешь, почему всадников именно семь?

Питер отрицательно покачал головой.

– Потому что это запасные кони для повозок! Если одно животное падет – ему на смену ставят другое.

– А если падут все животные?

– Тогда погибнем и мы, – просто ответила Ино.

В словах девушки был толк, да и спорить все равно было бесполезно, ведь караваном руководила не Ино, а Седовлас, и уж он точно не станет внимать его просьбам. Поэтому, все что оставалось Питеру – это угнетенное смирение.

– Значит, весь день будем лениться? – спросил он, глядя на отдыхающих поблизости пиратов. Те сидели на земле собравшись группами или поодиночке лежали в густой траве.

Ино положила руку мальчику на плечо.

– Сегодня у меня для тебя есть особая работа!

Слова травницы о работе заставили Питера приуныть еще сильнее. Только вчера по ее поручению он перебрал целый мешок высушенных ростков, вручную перетирая каждый из них, чтобы извлечь семена. Ладони мальчика после этого покрылись мозолями, которые болели до сих пор.

То ли по унылому виду Питера, то ли по отчаянию, с которым он смотрел на свои израненные руки, девушка догадалась об опасениях мальчика.

– Сегодня никакой тяжелой работы, – поспешно успокоила она его. – Мы идем собирать травы!

Питер не смог сдержать вздох облегчения.

– Пойду позову Азеля!

– Не надо, – остановила Питера Ино. – Вчера он весь день работал, так что сегодня пусть отдыхает.

То обстоятельство, что вчера Питер тоже весь день работал, о чем наглядно свидетельствовали мозоли на его руках, травницу, похоже, не особо волновало, что было по меньшей мере несправедливо, а по большей части – удивительно. Ей ли было не знать, что для сильного и выносливого чародея роль кучера была просто отдыхом!

Однако Питер не особо задумывался об этом, уже представляя себя вместе с Ино на уединенном поле. Девушка была красива и, несмотря на непредсказуемый характер, с каждым днем нравилась Питеру все больше и больше. В ее присутствии сердце мальчика билось чаще, а мысли начинали путаться.

Вот и сейчас, глядя на девушку, мысли Питера потихоньку уплывали туда, где им быть совсем не полагалось.

– А ты потвердел, маленький плут! – ехидный голос Мастера вернул Питера с небес на землю.

Пойманный с поличным, Питер залился краской и ничего не возразил духу.

– Какой-то ты красный, тебе нездоровится? – Ино ладонью коснулась лба Питера, заставив мальчика покраснеть пуще прежнего. – И лоб у тебя горячий…

– Все в порядке, просто солнце напекло, – с трудом выдавил из себя Питер. – Давай скорее пойдем за травами!

Вооружив Питера большим холстяным мешком, травница повела его прочь от лагеря. Вскоре они вышли на большое поле, среди высокой травы которого в изобилии росли цветы и небольшие растения. Питер подумал, что собирать травы они будут именно тут, но девушка продолжала идти с прежней скоростью, игнорируя всю эту роскошную растительность.

Первое время Питер был напряжен. Он с опаской прислушивался к шуму травы и с напряжением вглядывался в нее, ожидая нападения, но уверенная походка девушки и ее безмятежный вид успокоили мальчика. Он понял, что опасность им не грозит и тоже расслабился.

– Так куда мы идем? – спросил Питер, когда они миновали поле и стали подниматься вверх по крутому оврагу.

– К царской долине!

– К царской долине? – удивился Питер. – Но я думал, что мы идем собирать травы!

– Поймешь, когда увидишь.

Склон стал практически отвесным. Ловко, словно кошка, девушка перепрыгивала по едва различимым выступам и вскоре уже оказалась наверху оврага, исчезнув за его краем.

Опасаясь отстать от травницы, Питер попытался повторить ее движения, но поскользнулся на первой же кочке и чуть не полетел вниз. Лишь в последний момент он чудом успел ухватиться за пучок травы, которой обильно зарос склон.

Питер никогда не был особо набожным, но сейчас мысленно воздал благодарственную молитву собственного сочинения всем богам и добрым духам, о существовании которых знал или просто догадывался.

Решив, что с акробатикой лучше завязывать, он стал медленно и осторожно взбираться вверх, цепляясь руками за траву.

– Сегодня никакой тяжелой работы, Питер, – тихо передразнил он Ино, хватаясь за очередной пучок травы и с силой дергая его, чтобы убедиться в его надежности. – Никаких нагрузок, мы всего лишь пойдем собирать травы!

В конце подъема Питер рывком затянул себя на склон, как морж затаскивает свою массивную тушу на льдину. Оказавшись наверху, он улегся на спину и стал тяжело ловить ртом воздух.

Ино сидела к Питеру спиной и смотрела куда-то вдаль. Немного отдышавшись, совсем обессиленный от подъема Питер на четвереньках подполз к девушке и уселся рядом с ней.

– Смотри! – рука Ино указала вперед. – Разве это не прекрасно?

Питер посмотрел в указанном направлении и восхищенно охнул. Они сидели на вершине холма, который плавно переходил в огромный луг, пестрящий яркими красками, как огонь праздничного фейерверка.

Золотой, красный, желтый, голубой, фиолетовый… От бесчисленного количества цветов и оттенков рябило глаза. Поле, которое повстречалось им по дороге сюда, было жалкой пародией на это великолепное зрелище.

– Ух ты! – восхищенно прошептал мальчик. – Будто сокровищница!

– Царская долина! – улыбнулась Ино. – Я ведь говорила, что ты сам все поймешь!

Запрокинув голову вверх, травница закрыла глаза, продолжая при этом улыбаться. Ее волосы были распущены, и легкий ветерок развивал их, заставляя сверкать в лучах солнца. В этот момент девушка была столь прекрасна, что Питер не мог оторвать от нее взора! Сейчас она одна была красивее, чем вся царская долина разом!

– На что это ты уставился, извращенец? – Мастер появился прямо перед Питером, загораживая от него девушку.

Покраснев до мочек ушей, Питер перевел взгляд на долину.

– Ты уже бывала тут раньше? – спросил он, стараясь скрыть смущение.

– Только однажды, очень давно, когда наш караван пересекал Пустошь с юга на север. Папочка тогда был простым торговцем и понятия не имел, что вскоре станет пиратом!

– Расскажи о своем детстве, – попросил Питер, решив узнать о девушке побольше, раз уж она сама ударилась в воспоминания.

– Да что там рассказывать! – губы травницы тронула грустная улыбка. – Я росла без матери, которая умерла от хвори, когда мне исполнилось шесть лет. Отец от горя с головой ударился в работу, без конца разъезжал по разным городам, так что его я тоже почти не видела. У нас тогда был небольшой дом в пригороде «Корна». Меня воспитывала няня – низенькая и толстенькая; ее звали Томо, но я любила звать ее «Шарик» – ох, как же это ее бесило!

Питер вспомнил тетушку Ханси, все прозвища, которыми он ее наградил, и не удержался от улыбки. У них с Ино оказалось очень много общего: уютный дом, детство без родителей, няня.

– Томо была травницей, так что в свободное время учила меня своему ремеслу, – продолжала тем временем девушка. – Она делала вкуснейшие напитки из травяных сборов, а лечиться к ней приезжала даже знать из столицы!

Тут Ино прервалась, заметив, что Питер странно машет рукой, и нахмурилась.

– Мой рассказ тебя утомляет? – спросила она то ли растерянно, то ли обиженно.

Питер же просто пытался избавиться от Мастера, который старательно заслонял от него девушку и всячески мешал ее слушать.

– Нет, нет! Продолжай, пожалуйста, – попросил он и со злостью добавил: – Это я одну муху назойливую отгоняю!

Дух возмущенно охнул и исчез, бросив на прощание:

– Я тебе это еще припомню!

– Так вот, – немного неуверенно продолжила свой рассказ Ино. – Томо научила меня всему, что я знаю, но отцу это не нравилось. Он считал, что я должна учиться торговле, так что в один прекрасный день он просто выгнал Томо, продал наш дом, купил на вырученные деньги товар и отправился через Пустошь, завоевывать новые рынки. Перед отъездом Томо рассказала мне об этом месте и как его найти. Папочка повелся на звучное название долины и помог мне ее отыскать. Ох, каково же было его разочарование!

Девушка вновь погрустнела.

– Знаешь, именно тогда я поняла, что для этого мира он уже потерян. Мы сидели с ним на этом же самом месте, смотрели вперед, но он ни разу не улыбнулся! Только сетовал на зря потраченное время. Он ни в чем уже не видел красоты, ни в чем, кроме денег.

– А что было потом? Как вы стали пиратами?

– Ну, север оказался куда менее радушен, нежели юг. Начиналось все даже неплохо, мы продали товар в «Великом» и там же закупились новым, а по дороге в «Гентвиль» на нас напал пиратский караван.

– И вы победили их? – предположил Питер, но Ино отрицательно покачала головой.

– Ту битву мы проиграли, но папочка сумел откупиться от пиратов, променяв свою жизнь на товар. Что касается остальных, то их угнали в рабство. Всех, включая меня, а затем продали на торгах.

Питер удивленно охнул, такого он совсем не ожидал.

– Но как же тогда…

– К тому моменту я уже была травницей, причем весьма искусной! – перебила его девушка. – Мои господа очень ценили меня и даже пальцем не трогали, так что рабство я едва ли ощущала. А через несколько лет я скопила достаточно денег, чтобы выкупить свободу. С тех пор я путешествую между городами, продаю снадобья и яды, иногда лечу, а иногда убиваю.

Ино замолкла, устремив взор куда-то в прошлое.

– Но как же тогда… – вновь начал Питер, но девушка снова его перебила, ответив на так и не озвученный вопрос.

– С папочкой мы встретились случайно, чуть больше года назад. К этому времени его банда уже пять лет успешно действовала на севере. Я узнала, что он планирует вернуться на юг, ну и прибилась к нему.

Ино поднялась на ноги и помогла подняться Питеру.

– Вот такая моя история! – закончила она свой рассказ.

Больше всего на свете Питер боялся, что Ино попросит его рассказать о себе. После такой откровенности он просто не смог бы ей соврать, притворяясь сыном морского торговца из далекой страны или учеником чародея, и обязательно рассказал бы свою историю, несмотря на то, что это могло навлечь на него беду.

Однако девушка не стала ничего у него спрашивать. Так они и стояли в молчании, размышляя каждый о своем. Питер смотрел на царскую долину, оценивая ее размеры, и гадал, сколько же трав хочет собрать Ино.

Во время этого осмотра его внимание привлекла небольшая низина на хребте оврага, метрах в двухстах от того места, где они сейчас находились.

– Послушай, Ино, а разве мы не могли пройти вон там?

Питер указал травнице на низину.

– Могли, конечно!

– К чему тогда было подниматься на холм?

– Чтобы полюбоваться видом, дурачок! – Ино вновь указала на открывающийся с холма вид. – А теперь, давай вниз наперегонки! Кто последний спустится – тот понесет назад все, что мы соберем!

И девушка с задорным смехом бегом припустилась вниз, навстречу долине царей. Ее веселья Питер не разделял. Оценив крутизну спуска и скудность росшей на этой стороне холма травы, Питер дважды перекрестился, произнес короткую молитву, после чего свесил ноги с холма и стал спускаться вниз с еще большей осторожностью, чем до этого поднимался наверх.

Почти до самого обеда они собирали травы и цветы, вперемешку складывая их в мешок. Работала девушка как заведенная, будто намеревалась утащить с собой все травы из долины царей! Остановилась они лишь после того, как очередной пучок растений наотрез отказался влезать в мешок.

Во время работы Ино краем глаза наблюдала за Питером, удивляясь обширности его познаний. Конечно, она догадывалась, что ученик чародея должен хорошо разбираться в травах, но ей и в голову не приходило, что столь молодой мальчик, почти ребенок, обладает настолько глубокими познаниями!

Девушке достаточно было произнести название, и Питер безошибочно приносил ей цветы, не растущие нигде, кроме этой долины, или самую редкую траву в королевстве. Он приносил ровно столько, сколько было нужно, и всегда в должном виде, без дополнительных разъяснений снимая цветок или извлекая корень.

Конечно, девушке и в голову не могло прийти, что в этой нелегкой работе Питеру помогает древний злой дух, разбирающийся в травах ничуть не хуже, а может, даже лучше ее самой.

Мастер далеко не сразу откликнулся на призыв Питера о помощи. Мальчику долго пришлось извиняться перед ним за свои слова о мухе, а также применить изрядную долю лести, чтобы вернуть расположение духа. Однако в конце концов тот все же снизошел до выполнения его просьбы.

– А ты молодец! – похвалила Питера Ино. – Я думала, мы тут до самого вечера провозимся, но благодаря тебе мы управились так быстро! – лукаво подмигнув, травница добавила: – Если надоест заниматься чародейством, я с радостью возьму тебя к себе в ученики!

От похвалы травницы Питер возгордился и прямо поплыл. Он был готов немедленно отречься от Азеля, чтобы посвятиться свою жизнь травничеству под нежной дланью красавицы Ино!

Будто верный ослик, он безо всяких возражений взгромоздил на спину пудовый мешок и потащил его вслед за травницей обратно к лагерю.

Они как раз успели к обеду, а после, уже вместе с Азелем, они за несколько часов перебрали все собранные травы, развесив и разложив их по всему фургону для просушки.

– У тебя весьма искусный ученик! – похвалила чародея Ино. – Меня поразили его познания в травах.

– Каков учитель, таков и ученик! – заявил Азель, гордо выпятив грудь.

Оставшееся свободное время Питер решил провести с пользой для себя. Вооружившись ножом и иглой с нитками, которые он одолжил у Ино, мальчик стал готовить для себя палатку из ткани, купленной им на рынке «Великого».

Отдыхавшие неподалеку пираты вначале молча наблюдали за работой Питера, а затем стали громко потешаться над его потугами, раздавая советы о том, как правильно шить паруса.

Их шутки продлились до самого заката, но веселье сменилось удивленными возгласами, когда, вбив в землю деревянные колья и натянув на них «паруса», Питер за пару минут соорудил просторную и устойчивую палатку.

– А ты и впрямь весьма искусен, – похвалил Питера Азель, с любопытством рассматривая палатку. – Столь миниатюрный шатер мне видеть еще не доводилось!

– Хочешь, и тебе сделаю? – растаял от похвалы Питер. – Ткани хватит!

– Не стоит, я уже привык спать под открытым небом, – покачал головой Азель. – Лучше расскажи, откуда ты так много знаешь о травах? Ино мне все уши об этом прожужжала.

– Эээ… – протянул Питер, старательно придумывая ответ, который смог бы объяснить, как сын простого торговца из далекого заморского края вдруг обернулся искусным травником.

Как назло, в голову совсем ничего не приходило! Он уже готов был ляпнуть какую-нибудь чушь, но к счастью, именно в этот момент раздался окрик повара, созывающий всех к ужину.

Позабыв обо всем на свете, чародей заспешил к полевой кухне.

Так и не придумав ничего путного, Питер облегченно выдохнул, радуясь, что и на этот раз ему удалось избежать щекотливой темы. Однако мальчик прекрасно понимал, что рано или поздно ему придется либо рассказать Азелю всю правду, либо остаться одному.

Глава 21. Сон из прошлого

Ночь прошла довольно спокойно, если не считать протяжного воя и аккомпанирующего ему уже знакомого Питеру низкого рыка, которые разносились по окрестностям с наступлением сумерек и не прекращались до самого рассвета.

Несмотря на этот леденящий душу концерт, весь лагерь спал без задних ног, за исключением клевавшего носом часового да Питера, который ворочался с боку на бок в своей палатке и никак не мог уснуть.

То и дело ему мерещилось, что костер потух, и проникшие в лагерь твари уже рыщут вокруг палатки, готовясь разорвать тонкую ткань и наброситься на Питера. Дрожа от страха, мальчик выглядывал наружу и, убеждаясь, что все в порядке, вновь пытался заснуть, но тут раздавался вой, и все повторялось по новой.

Так Питер и пролежал всю ночь, крепко сжимая нож и вслушиваясь в вопли бродившего неподалеку зверя. Задремать ему удалось лишь на рассвете, но не прошло и часа, как его бесцеремонно растолкал ввалившийся в палатку Азель.

– Подъем! – проорал он в самое ухо мальчика. – Пора выезжать!

Питер сморщился от громкого звука и с трудом разлепил веки, демонстрируя чародею красные глаза, под которыми красовались неприятного вида синяки.

– Ну и видок у тебя, – покачал головой чародей. – Опять в дежурство поставили?

Питер мотнул головой, отвечая на вопрос чародея и одновременно стараясь сбросить с себя остатки сна.

– Чем же ты занимался всю ночь?

– Концерт слушал! – буркнул Питер.

– О, вижу ты не в духе, – сказал Азель, задом выбираясь из палатки. – Тебе лучше поторопиться. Бык уже распорядился впрягать лошадей!

Питер выбрался вслед за чародеем и оказался в центре суматохи. Пираты поспешно сворачивали лагерь и готовились к дороге. Почти все лошади были впряжены, а первые фургоны уже стояли на дороге.

Питер в растерянности оглядывался по сторонам.

– Уже едем? А как же завтрак?

– А завтрак ты проспал! – радостно сообщил ему чародей, и похлопав себя по животу добавил: – Но ты не волнуйся, я отведал той вкусной каши за нас обоих!

Поспешно свернув палатку, Питер закинул ее в фургон и уже на ходу запрыгнул на козлы. Ему повезло, что фургон Ино выезжал в последнюю очередь, иначе он неминуемо остался бы один.

– Мог бы и разбудить меня к завтраку, – упрекнул Питер Азеля, принимая на скамейке уже привычное состояние – полулежа, полусидя.

– Голос повара довольно громкий! – ответил чародей, без тени раскаяния и это взбесило Питера еще сильнее.

– Между прочим, я не спал всю ночь! – почти закричал он.

– И весьма напрасно! Ночь была на редкость тихой и спокойной!

– Тихой и спокойной? – Питер буквально задыхался от возмущения. – Но ведь звери были так близко…

– Звери? О чем ты, мальчик? Пока ярко горит огонь, ни одна тварь не осмелится приблизиться к лагерю на расстояние полета стрелы! – ответил чародей, явно начиная раздражаться. – Говорю тебе, ночь была тихой и спокойной!

– Но как же вой? – Питер запнулся, начиная сомневаться в своих словах. Быть может, ему все это только приснилось?

Тут чародей оторвал взгляд от дороги и с посмотрел на Питера с искренним удивлением.

– Какой еще вой?

– Ну так ведь твари…

И тут тишину прорезал душераздирающий вой, заглушивший все вокруг. Питер оглянулся и ахнул – справа от фургона, на расстоянии вытянутой руки от него бежало огромное создание, напоминавшее одновременно и волка, и льва. Размером зверь был с небольшую лошадь, а его тело покрывала короткая темная шерсть, ближе к шее переходившая в густую гриву, из которой торчала заостренная морда с двумя длиннющими клыками.

Питер безошибочно угадал в создании саблезубого льва.

Ни жив ни мертв, Питер во все глаза смотрел на страшное создание и ожидал рокового прыжка. Вот тварь повернула к нему свою массивную голову, приоткрыла пасть и проговорила:

– Ну, как тебе мое новое обличие?

Голос, которым говорил лев, был хорошо знаком Питеру.

«Мастер!» – мальчик с силой выдохнул воздух, который держал в себе последнюю минуту, поскольку забыл, как дышать. Он чувствовал одновременно облегчение от осознания безопасности и злость за отвратительную шутку духа.

Пасть льва исказилась в подобии улыбки, демонстрируя ряд длинных и острых зубов. Затем его голова взметнулась вверх, и воздух прорезал вой, еще более громкий, чем предыдущий.

«Так это ты не давал мне уснуть всю ночь!» – сообразил Питер.

– Должок вернул! – вновь осклабился лев. – Я ведь говорил, что отплачу тебе за оскорбление! Это же надо, посмел сравнить меня с мухой!

«Но я ведь извинился!» – мысленно застонал Питер.

– Я принял твое извинение, – согласился Мастер, – но месть – дело святое! Так что теперь мы в расчете.

Питер вскочил на ноги и проорал что есть глотки:

– Уйди с глаз долой, кошка облезлая!

Дух расхохотался и исчез, а мальчик прикусил язык, сообразив, что на него смотрит Азель. Чародей печально покачал головой и сказал:

– Да ты смотрю совсем того… не выспался. Иди-ка лучше внутрь, может сумеешь поспать.

Питер согласно кивнул, и Азель трижды стукнул кулаком о стенку фургона позади себя. Открылось небольшое смотровое окно, из которого показалась голова Ино.

– Что случилось?

– Да вот ученик мой совсем не выспался. Пустишь его внутрь подремать?

Чародей скосил на мальчика глаза и, убедившись, что тот не смотрит, многозначительно покрутил пальцем у виска.

– Конечно, пусть поспит! – обрадовалась девушка. – Я тут как раз снадобье снотворное приготовила, будет на ком опробовать!

Азель натянул вожжи, замедляя ход коней настолько, чтобы Питер мог спуститься на землю. Фургон тут же стал отставать от каравана.

Задняя дверь была открыта. Заскочив внутрь, Питер закрыл ее за собой. Ино трижды стукнула кулаком о стенку, давая Азелю понять, что пассажир внутри, и фургон вновь начал набирать скорость.

– Сейчас гамак повешу, а ты выпей пока вот это! – Ино сунула в руки Питера кружку.

Мальчик жалобно посмотрел на девушку и с надеждой спросил:

– А может не надо?

– Надо, Питер, надо! Пей!

Спустя минуту Питер уже лежал в гамаке, который раскачивался из стороны в сторону, как люлька младенца. Усталость, выпитое снотворное и мерное укачивание быстро вогнали Питера в сон.

Вначале перед его внутренним взором не было ничего. Затем появилась расплывчатая картина, которая постепенно обретала четкость: маленький двор у небольшого дома, тихо плачущая женщина, прижимающая к груди мальчика лет семи-восьми, и двое мужчин, один из которых ссыпает другому в ладони пригоршню монет.

– Больше не дам ни су! – твердо сказал высокий широкоплечий мужчина, когда последняя монета оказалась в руках его собеседника.

Тот придирчиво сосчитал полученные деньги и недовольно скривился.

– Этого мало, Крыс вырастет богатырем!

– Кем он там вырастет, еще неизвестно! – фыркнул первый.

– Взгляни на меня!

Второй мужчина закатал рукава и встал в позу борца, демонстрируя тонкие жилистые руки.

– Глядя на тебя, я вообще начинаю сомневаться, стоит ли покупать твоего отпрыска! – презрительно проговорил первый покупатель и твердо добавил: – Больше не дам ни су!

Какое-то время они яростно спорили, но в конечном счете цена осталась прежней. Ударив по рукам, мужчины скрепили сделку, после чего покупатель подошел к напуганному мальчику и бесцеремонно вырвал его из рук матери.

Без труда оторвав ребенка от земли, он закинул его на широкое плечо и бодро зашагал прочь от дома.

– Мама! Отец! – мальчик, рыдая, тянул руки к родителям. Женщина, продолжая плакать, потянулась было за сыном, но муж остановил ее, крепко схватив за руку.

– Он больше не наш! Оставь!

Женщина упала на колени и зарыдала навзрыд, а высокий мужчина тем временем уносил только что купленного им мальчика все дальше и дальше.

Питер открыл глаза и не сразу сообразил, где он. Казалось, только что он стоял на грязном дворе какой-то захолустной деревеньки, а уже в следующую секунду оказался в фургоне Ино.

Это был не просто сон, Питер был в этом абсолютно уверен. Видение было настолько реалистичным, что он помнил все, вплоть до дуновения ветра, который приносил с собой запахи скошенной травы, пота и навоза.

Питер огляделся. Ино сидела за своим рабочим столом и увлеченно готовила новое снадобье.

– Мастер, это ты устроил? – тихо спросил мальчик.

Дух молчал.

– Мастер, ответь мне!

С тех пор, как Питер проснулся, он не менял своего положения. Его руки по-прежнему покоились на животе, и одна ладонь слегка касалась выступающего из-под рубахи ножа. Несмотря на тесный контакт, дух упрямо молчал.

Питер крепко обхватил рукоять ладонью и позвал снова:

– Мастер, отзовись!

И вновь тишина была ему ответом. Дух либо не желал беседовать, либо… спал. Мастер как-то упоминал, что видит все его сны. Должно быть, он вновь намеревался полюбоваться бесплатным кино, но выпитые Питером травы неожиданно подействовали и на него. Дух уснул, и на сей раз уже Питер видел его сон.

Мысль о том, что Мастер тоже может спать, казалась абсурдной, но другого объяснения Питер не находил. Мальчик уже достаточно долго был связан с духом и все это время ощущал его присутствие, даже в те моменты, когда нож находился далеко. Ощущение связи было мимолетным, почти незаметным, но оно было всегда. А сейчас Питер не ощущал ровным счетом ничего.

Это могло говорить о многом, а могло и ни о чем. Вполне вероятно, что дух вновь решил поиздеваться над ним, как в случае с ночным явлением саблезубого льва. Но если нет, если дух действительно спит, то это был отличный шанс, чтобы узнать о нем побольше!

Питер слез с гамака. Снотворное еще не выветрилось из него, и когда он встал на ноги, пол зашатался под ним, словно палуба корабля во время шторма. Мальчика повело вправо, и он уперся о стенку, чтобы не упасть.

– Ино! – позвал Питер травницу.

Девушку стремительно обернулась, на ее лице застыло выражение крайнего удивления.

– Уже проснулся?

Питер кивнул и спросил:

– Что было в снадобье, которое ты мне дала?

– Настой из черволистника, корни звездочки и лепестки клевера, – без запинки перечислила девушка.

Эти названия были знакомы Питеру, ведь едва лишь вчера он помогал ей собирать эти растения в царской долине.

– Ты должен был спать до самого вечера, но не прошло и часа, – растерянно проговорила девушка. – По-видимому, что-то я с концентрацией напутала. Дать тебе еще?

Питер энергично закивал головой.

– Угу-угу! Только покрепче сделай, как для Азеля.

– Для этого здоровяка? Да ты, видимо, смерти хочешь!

– Не волнуйся, я крепче чем выгляжу! – успокоил ее Питер. – Иначе мне хватило бы и прежней порции, верно?

Доводы Питера показались травнице убедительными, и она принялась готовить новую порцию снотворного. Смешав необходимые травы и залив их кипящей водой, девушка дала снадобью настояться несколько минут, после чего протянула Питеру.

Напиток был намного крепче предыдущего, что ощущалась уже по аромату, а горький вкус лишь подтверждал это. Едва кружка опустела, как Питер ощутил сонливость. Силы стремительно покидали его. С помощью Ино он добрался до гамака, где незамедлительно провалился в сон.

Питер вклинился в сон Мастера столь же резко, как и покинул его. Он вновь увидел высокого мужчину и мальчика, но теперь они стояли друг напротив друга, вооруженные деревянными мечами. Они находились на тренировочной площадке, огороженной невысоким забором, как загон для лошадей.

– Ну давай! Нападай! – проревел мужчина, приглашающе подзывая противника взмахом меча.

Помимо меча, у мальчика был круглый щит. Он поднял его на уровень головы и рванул вперед, замахнувшись мечом.

Мужчина не стал ждать атаки и сделал упреждающий выпад. Его меч описал дугу и с громким стуком ударился о выставленный щит. Удар был такой силы, что мальчик остановился на бегу, головой ударившись о внутреннюю сторону щита. Следующим ударом мужчина выбил из рук мальчика меч, а завершающим отправил его на землю.

– Вставай, Крыс! – тут же велел мужчина.

Мальчик тяжело дышал, все его лицо было в ссадинах, а из носа сочилась кровь, но он словно не замечал этих ран. Тяжело поднявшись на ноги, Крыс поднял с земли меч и вновь встал напротив своего учителя.

Питер приблизился, чтобы разглядеть происходящее получше. Пока он бодрствовал, во сне Мастера прошло немало времени. Крыс заметно подрос, вытянулся вверх и окреп в плечах. На нем были надеты тряпичные штаны и мешковатая куртка. Меч он держал в руке уверенно, а движения его были хоть и сбивчивы, но весьма грациозны.

– Представь себе, что я медведь! – проорал мужчина. – Представил? А теперь атакуй меня!

Мальчик вновь бросился в атаку, но на сей раз он опустил щит на уровень живота, а меч занес далеко назад и слегка наклонил его вниз. Мужчина ударил, как и в прошлый раз, но мальчик успел уйти в сторону, боком подставив щит так, что лезвие деревянного меча лишь скользнуло по нему. Не снижая скорости, Крыс заскочил за спину мужчины и с разворота ударил его своим мечом по ногам.

Точнее, попытался ударить, потому что мужчина каким-то немыслимым движением сумел завести руку за спину и блокировать этот удар. Затем он крутнулся на месте, и его тяжелый сапог впечатался в незащищенную грудь мальчика. Крыс вновь полетел на землю.

– Уже лучше! – одобрительно хмыкнул мужчина. – Ты почти достал меня! Все видели?

Раздались смешки. Питер обернулся, обнаружив за своей спиной других детей. Их было около дюжины, в возрасте от десяти до пятнадцати лет. Они стояли у ограды, позади Питера, и были одеты и экипированы примерно так же, как и Крыс.

На первый взгляд дети казались самыми обыкновенными, но, когда рядом с ними встал Крыс, Питер сразу обратил внимание на различия. Несмотря на то, что мальчик был довольно высок и широкоплеч, он казался самым хилым в этой компании.

Но больше всего поражало то, и Питер был в этом абсолютно уверен, что никто из этих детей, кроме Крыса не был человеком.

Кожа стоящего рядом с Крысом юноши была бледнее мела, глаза имели ярко-красный цвет, а из-под тонких губ выбивались небольшие, но острые клыки. Юноша старательно прятал лицо под капюшоном, явно не желая подставлять бледную кожу солнечным лучам. Питер не удивился бы, узнав, что это вампир.

Остальные были не лучше. У кого-то были собачьи уши, кто-то выделялся рожками на лбу, а у стоявшей в конце ряда девочки не было глаз. Вместо них ее лицо усеивал десяток безобразных черных бородавок, которые, как понял Питер, и заменяли ей глаза.

– Ну что, воины света! Готовы вы к бою с силами зла? – проревел мужчина.

– Да! – азартно закричали все, кроме Крыса. Мальчик понурено стоял рядом с товарищами, явно не ощущая себя частью команды.

Внезапно, перед глазами Питера все помутнело, всего на секунду, а когда пелена спала, картинка изменилась. И вновь прошло несколько лет. Крыс еще больше возмужал, превратившись из мальчика в красивого юношу.