Текст книги "Подарок мертвеца (СИ)"

Автор книги: Сергей Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 19. Пустошь

Утро медленно переходило в день. Фургон Ино плелся в самом хвосте каравана, поскрипывая плохо смазанными колесами. Сонные лошади лениво перебирали копытами, то и дело отставали от идущей впереди повозки.

– Поверить не могу, что она так со мной обошлась! – в который раз возмутился чародей и хлестнул лошадей плетью, заставляя их идти быстрее.

– Начальство нужно задабривать! – поучительно сказал Питер.

Ничего не ответив на замечание мальчика, Азель вновь хлестнул лошадей плеткой, словно несчастные животные были в чем-то виноваты.

Вот уже час как караван покинул пределы города и взял путь на север. Едва рассвело, Ино растолкала Питера и велела ему готовиться к отправлению. Вместе с пиратами он запряг в фургоны лошадей, которых Бык парами выводил из прилегавшей к харчевне конюшни.

Помогал в этом занятии и Азель, который весьма комфортно переночевал в зале, отсыпав трактирщику немного мелочи из украденных им накануне денег. Несмотря на это, чародей был хмур и всячески избегал Ино, а когда они с Питером оказались на козлах, принялся без устали бранить травницу.

– Еще ни одна женщина не заставляла меня ночевать на улице! – выдал чародей после нескольких минут молчания. – И главное, кого она мне предпочла? Ребенка!

– Я не ребенок! – возмутился Питер.

Мальчик понял, что чародей был уязвлен до глубины души и всячески пытался поднять свой моральный статус. Именно поэтому он так старательно унижал Питера, хотя тот и не был виноват в случившемся.

Намеки чародея относительно проведенной им с Ино ночи были абсолютно нелепы. Фургон был достаточно велик и в нем без труда уместились два гамака. Места вполне хватило бы и на третий, если бы Азель оказался немного предусмотрительнее и додумался преподнести травнице подарок.

– Между нами ничего не было, – сказал Питер в надежде успокоить своего пылкого друга.

– Конечно, не было! Она хоть и странная, но вряд ли опустилась бы до такого, как ты!

Несмотря на очередную издевку, в словах Азеля уже не было столько желчи, отчего его реплика походила скорей на шутку. На лице чародея впервые за утро появилась улыбка.

Дальше они ехали в молчании. Поудобнее устроившись на жесткой скамье, Питер грелся в лучах утреннего солнца и любовался природой. После серых и унылых пейзажей, которых он вдоволь навидался в окрестностях «Гентвиля», здешняя природа казалась ему невероятно красивой!

По обе стороны от дороги простирались обширные луга, густая зелень которых переливалась различными оттенками зеленого. Голубое небо заполняли причудливой формы облака, величественно плывущие строем, словно армада небесных кораблей. Этот вид был настолько умиротворяющим, что мальчик стал невольно погружаться в сон.

Внезапно фургон сильно тряхнуло и резко повело в сторону. Задремавший мальчик едва не вылетел на дорогу, но вовремя схватился за перила и удержался на скамье. Он стал озираться по сторонам, пытаясь понять, что же произошло.

Пейзаж вокруг был все так же безмятежен, однако что-то незримо изменилось, и лошади это явно почуяли. Они упирались, упрямо не желая идти вперед, беспокойно фыркали, мотая головами из стороны в сторону и пытались сойти с дороги.

Плеть в руке чародея мелькала, как молния, нанося животным беспощадные удары: он кричал на них и натягивал свободной рукой вожжи, силясь заставить животных идти по дороге, но, несмотря на все его усилия, лошади продолжали упираться.

Питер заметил, что у впереди идущих повозок были точно такие же проблемы, а скачущие позади каравана всадники отстали и спешились.

– Что происходит? – с тревогой спросил Питер.

– Пустошь! – сквозь зубы процедил чародей. – Мы только что пересекли ее границу.

Наконец, лошади перестали своевольничать и пошли вперед, продолжая, тем не менее, беспокойно фыркать. Чародей утер выступивший на лбу пот и откинулся на спинке сидения.

– Что это вообще такое, Пустошь? – спросил Питер, который с трудом сдерживал любопытство, пока чародей боролся с непослушными лошадьми. – И откуда в ней всякие чудовища?

– Ты должно быть шутишь, мальчик? – устало выдавил чародей, с удивлением покосившись на Питера. – Разве же я не рассказывал тебе о Пустоши во время наших уроков?

Питер отрицательно покачал головой.

– Ну, так уж и быть, расскажу теперь, – милостиво решил Азель. – Пустошь – это самый центр королевства и самая жаркая его часть. Собственно, Пустошь здесь была всегда, вот только в прежние времена ее называли так из-за засухи, не позволяющей выращивать урожай. Люди жили лишь в прибережных городах и возле оазисов, а остальные земли оставались практически безлюдны.

Чародей взял паузу, чтобы перевести дух, а затем продолжил:

– Все изменилось по пришествии хвори. Люди бежали из городов, кто как мог, и тысячи из них нашли свою смерть в Пустоши, умирая от болезни или голода. Магическая гильдия пыталась хоть как-то повлиять на ситуацию. Они лечили больных, жгли тела и вещи умерших, строили временные лагеря для переселенцев. Все целители королевства собрались близ «Черного города» но…

– Но? – с придыханием спросил Питер.

– Ничего у них не получилось! Магия не могла излечить от хвори, а сами маги заражались один за другим. Потом еще Некромо со своей армией мертвецов явился… – Азель тяжело вздохнул. – Все погибли! А кто не погиб – разбежались во все стороны, будто тараканы. А затем…

– А затем? – аж подался вперед Питер.

– А затем пришли твари. Самые разные хищники наводнили Пустошь, притянутые обилием легкой добычи. Пришли, да так и остались там. Когда кончились трупы, они стали охотиться на выживших, а затем и друг на друга. Уж не знаю, то ли эта вечная борьба за жизнь, то ли болезнь сыграла с ними шутку, а может, высокая концентрация магической энергии или все сразу – да только с каждым годом чудища становятся все крупнее и свирепее. В Пустоши уже давно нет поселений, и лишь торговые караваны изредка осмеливаются ее пересекать.

Будто услышав рассказ чародея, лошади вновь заартачились, но на сей раз Азель быстро их усмирил.

– И какие они, эти чудища? – с любопытством спросил мальчик.

– Змеи толщиной в ногу, многоножки размером с голову, песчаные жуки, лунные волки, саблезубые львы, способные за раз проглотить человека, – взялся перечислять чародей. – Ближе к «Черному городу» можно наткнуться на остатки армии Некромо или столкнуться с варварами, а в самом городе, поговаривают, завелись злые духи.

Поначалу Питер думал, что Азель преувеличивает, стараясь разжечь в нем чувство страха, но каменное выражение лица говорило о серьезности чародея.

– Злые духи? Кто-нибудь их видел?

– Те, кто видел, уже не расскажут, – едва заметно пожал плечами чародей. – Но ты не бойся, мальчик. Сейчас нам больше следует опасаться живых!

Но слова чародея совсем не успокоили Питера, ведь выходило, что он добровольно и почти задаром загнал себя в огромную, безлюдную пустыню, наводненную полчищами опасных монстров.

Мальчик с тревогой оглядел окрестности, которые больше не казались ему безмятежными и умиротворенными. Высокая трава могла скрывать подползавшего змея, а заросли кустарника были отличным укрытием для притаившегося хищника.

«Мастер, ты знаешь что-нибудь о Пустоши?» – мысленно обратился к духу Питер, слегка касаясь рукояти ножа.

– Почти ничего, – ответил на этот вопрос его бестелесный спутник. – Я ведь не мог далеко уходить от своей пещеры, помнишь?

Дух появился рядом с Питером, вновь приняв образ сеньора Жалера. Он бодро вышагивал рядом с фургоном, передвигаясь такими огромными шагами, на которые обычный человек был просто не способен.

– Никакой от тебя пользы! – разочарованно пробормотал Питер и вновь обратился к чародею: – Как же король управляет севером Селиона, если пересекать Пустошь так опасно?

– Никак, – улыбнулся чародей. – Крупными городами управляют наместники, которые правят от имени короля и имеют почти неограниченную власть. Под их контролем находятся городская стража, казна и власть над всеми ближайшими поселениями. Конечно, наместники платят короне налоги, которые раз в год перевозят через Пустошь хорошо вооруженные караваны, но фактически именно они и есть истинные короли севера.

Питер задумался. Огромное и могучее королевство Селион, которое поначалу рисовало воображение мальчика, на деле оказалось раздробленным вассальным государством. Пустошь и фактически потерянный север занимали большую часть его территории, оставляя под властью короля лишь жалкий огрызок южных земель.

Хворь и восстание Некромо подвергли эту страну серьезным испытаниям, выдержать которые ей оказалось не под силу. Ничего хорошего не намечалось и в будущем. Достаточно было незначительного политического сдвига, чтобы толкнуть страну к кровавой междоусобной войне, которая неминуемо принесла бы с собой разруху, голод и нищету.

– Война – это хорошо! – со смаком протянул дух, подслушав мысли Питера.

Мальчик поспешно убрал руку с ножа.

«Неужели тебе так обязательно питаться людьми? – мысленно спросил он, искоса взглянув на Мастера. – Нельзя ограничиться животными?»

– А ты можешь питаться травой? – вопросам на вопрос ответил Мастер.

«Но ведь это не одно и тоже! – возмутился Питер. – Я же не ем людей!»

– Ты не ешь людей, а я духов, – заявил Мастер. – И это говорит лишь о том, что мы оба не каннибалы.

Питер мог возразить, что при необходимости он мог бы совершенно отказаться от мяса, но дух уже исчез, явно не желая продолжать этот разговор.

Чародей оказался отличным кучером и прекрасно справлялся с лошадьми в одиночку, из-за чего Питер чувствовал себя абсолютно ненужным. Мальчику было откровенно скучно, поэтому, когда караван остановился на обед, он направился к Ино, намереваясь спросить у нее разрешения продолжить путь в фургоне. Он надеялся, что девушка найдет ему хоть какое-нибудь занятие.

– Слушай Ино, я хотел попросить… – начал Питер.

– О, ты как раз вовремя! – обрадованно перебила мальчика травница. Она схватила его за руку и потащила к столу, где в ряд стояли несколько кружек.

– С самого утра готовила, – гордо сказала Ино, протягивая ему первую кружку. – Ну-ка выпей!

От напитка шел приятный аромат, однако первый же глоток заставил мальчика скривился.

– Невкусно?

Питер отрицательно покачал головой. Невкусно было совсем неподходящим словом, подходящим было – тошнотворно!

– Горько, жуть! – пожаловался он. – И вяжет так сильно.

– Эх! Не получилось, значит… – Ино явно была расстроена. – Ну, тогда пей вот это.

Девушка протянула ему следующую кружку, но Питер решительно ее отстранил.

– Нет уж, с меня хватит!

– Уверен?

– Да!

– Ну ладно, что же делать! – печально вздохнула Ино. – Пойду тогда скажу, чтобы обед на тебя не готовили.

– Это еще почему? – возмутился Питер, у которого кишки уже давно играли марш.

– Так ты все равно помрешь через пару часов. К чему на тебя еду переводить? – Ино вновь протянула ему кружку. – Или, может, все же выпьешь противоядие?

Питер схватил кружку и стал жадно из нее пить. Несмотря на то, что нынешнее пойло было не менее противным, чем предыдущее, он выпил все до последней капли.

– Вкусно? – с надеждой спросила Ино.

– Отвратительно!

– И тут не вышло! – досадливо покачала головой девушка. – Пей тогда следующую.

– Постой! – заподозрил неладное Питер. – Так разве это было не противоядие?

Девушка задумчиво посмотрела на стол.

– Противоядие в следующей, наверно… или через одну. Ты знаешь, я уже запуталась. Придется тебе выпить их все!

Когда раздался гонг к обеду, Питер как раз допивал последнюю кружку. Он чувствовал себя ходячим пивным бочонком, наполненным до самых краев.

– Ты вроде хотел меня о чем-то попросить? – вспомнила Ино, когда они вместе покидали фургон.

– Забудь! – мотнул головой Питер.

Переваливаясь, словно пингвин, он направился к передней части фургона. Не без труда взобравшись на ставший внезапно высоким борт, он уселся на скамейку и тяжело вздохнул.

– Тебе же вроде скучно было? – ехидный голос Мастера раздался где-то справа, однако воочию дух не появился.

– Лучше ехать со скукой, но в безопасности! – ответил мальчик.

Дуновение ветра принесло с собой ароматный запах еды, вызвавший у Питера лишь рвотный позыв. Сейчас его желудок был так переполнен, что он не мог без отвращения смотреть даже на лошадей, мерно жующих траву.

Спустя несколько минут появился чародей, без труда запрыгнув на скамейку, которую Питер брал приступом, словно вершину Эвереста.

– Ты пропустил отменный обед! – поставил он мальчика в известность. – Сегодня была куриная похлебка с овощами!

– Давай без подробностей, – взмолился Питер, которому ужасно хотелось согнуться пополам и очистить желудок. Но тошнить Питер боялся, потому что наружу могло выйти то, что должно было оставаться в желудке, а то, чему в нем как раз не место, запросто могло остаться внутри. Питеру лишь оставалось запастить терпением и молиться, чтобы противоядие подействовало.

После того, как караван возобновил движение, всадники, которые до этого ехали в хвосте, переместились в авангард. Трое из них, пришпорив коней, ускакали вперед на разведку.

Примерно каждые два часа караван делал короткие остановки, во время которых пираты могли размять ноги и справить нужду. На одной из таких остановок Ино вышла из фургона. Держа в руках дымящуюся чашу, она направилась к группе пиратов, разминающих ноги у соседнего фургона.

– Мальчики! – нарочито ласково позвала их девушка. – Никто не желает попробовать мой бодрящий напиток?

Никто не шелохнулся.

– Ну же! Смельчаки! Шаг вперед!

Пираты шарахнулись от нее в такой спешке, что их замешкавшийся товарищ оказался заметно впереди остальных.

– Вот он, мой герой! – томно промурлыкала девушка, как бы невзначай положив на плечо пирата руку с ядовитыми когтями.

– Пей! – потребовала она.

Напиток перекочевал из ее руки, в руку пирата. Он бросил обреченный взгляд на своих товарищей, словно прощаясь с ними, после чего залпом осушил чашу.

Первые несколько секунд ничего не происходило, а затем пират скривился, согнулся пополам и в таком положении побежал в ближайшие заросли кустарника.

– Э, как проняло! – сочувственно покачал головой пират, стоявший недалеко от Питера. – Повезло хоть, что сразу копыта не отбросил!

– И такое случалось? – ужаснулся Питер, с тревогой прислушиваясь к ощущениям своего организма.

– После ее снадобий всякое бывало! – понизив голос поведал ему пират. – Вот однажды…

Ино обернулась и так пристально посмотрела на пирата, что его как ветром сдуло. Горестно вздохнув, девушка вернулась в фургон, где принялась готовить новую порцию снадобий.

До самого вечера караван ехал без приключений. Большую часть дня Питер дремал, а когда просыпался, со страхом прислушивался к своим ощущениям, ища признаки надвигающейся смерти, и только когда солнце начало клониться к закату, понял, что на этот раз встречи с костлявой обладательницей косы ему удалось избежать.

– На сегодня все! – сказал чародей, когда фургон съехал с дороги на небольшую поляну и остановился. Они спустились на землю и, не сговариваясь, одновременно потянулись.

Раздался синхронный хруст затекших суставов.

Под руководством Быка пираты быстро соорудили лагерь, демонстрируя богатый опыт в этом деле. Не прошло и пяти минут, как все лошади были распряжены и стреножены, а фургоны выстроены в круг, образуя маленький неприступный форт.

– Слушайте все! – проревел Бык, созывая команду. – Ночью нам понадобится много огня! Поэтому все, кто свободен от работы по лагерю, отправляйтесь на поиски дров!

Пираты разбрелись кто-куда и принялись стаскивать к стоянке все, что могло гореть. Большинство из них отправилось к растущему неподалеку одинокому сухому дереву и принялись беспощадно рубить его ветки.

По другую сторону от дороги росли обильные заросли кустарника. Азель кивнул на них Питеру, и они вместе отправились туда.

– Зачем нам так много дров? – спросил Питер, когда куча древесины и хвороста сравнялась по высоте с фургоном.

– Ты уже забыл, что я говорил тебе о Пустоши, мальчик? Огонь – это единственное, что удержит чудищ на расстоянии от лагеря!

– Не так их здесь и много, этих чудищ, – беззаботно сказал Питер. – За весь день мы не встретили ни одного!

– Как только наступит ночь, ты изменишь свое мнение, – снисходительно улыбнулся чародей.

Но прежде чем наступила ночь, им вдвоем пришлось еще много поработать. Вначале Седовлас велел им разыскать воду и напоить лошадей, а когда они не без труда раскопали пересохший ручей и натаскали несколько десятков ведер мутной воды, он приказал разложить вокруг лагеря костры, не дав даже минуты передышки.

Все это время рядом с ними крутился Скряга, без устали подгонявший их крепкими ругательствами, которые он ставил в опасную близость от их имен. Несмотря на то, что остальные пираты работали намного меньше, Питер безропотно повиновался Седовласу и Скряге, помня предупреждение Быка. Как ни странно, но вспыльчивый Азель тоже покорно сносил все эти унижения.

С наступлением темноты пираты отправились внутрь форта. Измотанный Питер расположился вместе со всеми и моментально заснул. Однако выспаться мальчику не удалось. Посреди ночи его бесцеремонно разбудил Азель.

– Твой черед дежурить! – громким шепотом объявил он.

– Дежурить? – Питер сонно потер глаза. Вокруг была непроглядная тьма, и лишь свет костров позволял видеть хоть немного.

– Бык перед сном назначил нас с тобой часовыми этой ночью. Свою половину я уже отстоял, так что ты дежуришь до самого рассвета.

Питер с трудом поднялся на ноги, и Азель тут же улегся на нагретое им место.

– И что мне делать? – спросил мальчик, зевая во весь рот.

– Поддерживай костры, – велел чародей и уже сквозь сон добавил: – Ни в коем случае не дай огню погаснуть.

Так началось первое дежурство Питера. Он медленно наворачивал круги вокруг лагеря, переходя от одного костра к другому, и время от времени подбрасывал в огонь дрова из большой кучи, размер которой, впрочем, уже заметно уменьшился.

Все было тихо и спокойно. Вскоре Питеру надоело это однообразное занятие. Подкинув в огонь побольше дров и убедившись, что костры горят ровно, он сел у колеса ближайшего фургона, чтобы немного отдохнуть.

Сон пришел сам, без всякого желания Питера. Он просто закрыл глаза и почти мгновенно провалился в небытие. Казалось, прошла всего минута, а затем его тело пронзила вспышка, словно от удара электрическим током.

– Просыпайся! – голос Мастера звучал тревожно.

Питер открыл глаза и обнаружил, что стоит на ногах, сжимая в руке обнаженный клинок. Мастер без спросу взял под контроль его тело! Но не успел Питер возмутиться по этому поводу, как раздался низкий гортанный рык, заставивший его позабыть обо всем на свете.

– Что это? – со страхом спросил он, озираясь по сторонам.

– Не знаю, – ответил Мастер, – но, судя по объему легких, это что-то очень большое и сильное!

Питер напряг зрение, стараясь разглядеть что-нибудь в непроглядной тьме. Огонь ближайшего костра уже затух, превратившись в кучу раскаленных углей, света которых было недостаточно, чтобы увидеть притаившегося зверя, однако Питер нутром ощущал его присутствие.

Остальные костры еще горели, но их вялый огонь грозился потухнуть в самое ближайшее время. Мальчик мысленно проклинал себя за проявленную беспечность. Несмотря на предупреждения чародея, он позволил огню затухнуть, навлекая тем самым опасность не только на себя, но и на весь караван.

– Разожги огонь!

Голос Мастера вывел Питера из оцепенения. Рык затих, но ощущение близости зверя не пропало. Монстр все еще был неподалеку. Возможно, тлеющие угли отпугивали его, а быть может, он ощущал магическую ауру Мастера и не решался нападать. Как бы там ни было, это давало Питеру драгоценные секунды времени.

Убрав нож в ножны, мальчик подбежал к куче дров и, не глядя, сунул в нее руки, стараясь ухватить как можно больше. При этом он загнал под кожу несколько крупных заноз, но не обратил на это внимания.

Бегом вернувшись к затухшему костру, он кинул дрова поверх углей, руками ощутив идущий от них жар. Присев на корточки, Питер стал изо всех сил дуть, стараясь вернуть огню жизнь. Под создаваемой им струей воздуха угли краснели, временно наполняясь жаром, но сырая древесина упрямо не желала загораться.

Раздавшийся прямо над ухом рык заставил Питера отскочить назад и схватиться за нож. Прямо за костром появилась неясная фигура с двумя большими красными глазами. Постояв несколько секунд без движения, зверь пошел в обход костра.

Несмотря на большую массу, а зверь был размером с маленькую лошадь, он двигался с бесшумностью леопарда. Питер наблюдал за ним, не находя в себе силы сдвинуться с места, он хотел криком позвать на помощь, но его горло сдавило стальным кольцом страха.

Питер крепко сжал рукоять ножа и только сейчас почувствовал глубокие занозы, которые от этого движения начали кровоточить. Почуяв кровь, зверь замер, а затем, потеряв всякий страх, ринулся к мальчику прямо через кучу углей.

Мелькнула огненная грива и пасть с доброй сотней острых зубов, среди которых отчетливо выступали два клыка размером с предплечье Питера. Вскрикнув от ужаса, мальчик наугад рубанул ножом и попал. Зачарованное лезвие легко рассекло толстую шкуру зверя, обильно потекла кровь, зловеще зашипевшая на углях.

Раненый зверь отпрянул, издав вопль гнева и боли, и исчез в темноте, но мальчик знал, что рассвирепевший зверь скоро вернется.

Он припомнил рассказ Азеля о чудовищах Пустоши и догадался, что столкнулся с саблезубым львом. Для волка эта махина все же великовата, да и огромные клыки говорили сами за себя.

– Мастер, помоги мне! – в отчаянии взмолился Питер.

И внезапно его тело стало легким, как пушинка. Движимые чужой волей ноги поднесли его к костру, рот открылся, и легкие вобрали в себя столько воздуха, сколько это вообще было возможно, а затем он выдохнул с силой кузнечного меха. Огонь вспыхнул вначале на одной ветке, но затем быстро перекинулся на соседнюю, и вскоре уже вся куча дров полыхала пока еще слабым, но уверенным пламенем.

Рык зверя раздался чуть поодаль, у другого костра. Вновь набрав полную охапку дров, Питер побежал по кругу, подкидывая топливо в остальные костры. Он повторял эту процедуру до тех пор, пока пламя всех костров не превратилось в одну большую стену огня.

Все это время зверь преследовал мальчика, перебегая от одного костра к другому в попытках отыскать новую лазейку, но, не обнаружив ее, зарычал уже не угрожающе, а разочарованно.

Лев нарезал круги вокруг лагеря, то приближаясь к огню, то скрываясь во тьме. Утробное рычание и громкое дыхание зверя выдавали его местоположение. Он не скрывался, ему это было просто не нужно.

Больше этой ночью Питер не спал. До самого рассвета он стоял, сжимая в руке нож, и только когда над горизонтом показался солнечный диск, позволил себе устало присесть у фургона.

– С добрым утром! – поздоровался чародей, проснувшийся раньше всех. – Ого! Кажется, ночью у нас были гости?

Он с любопытством рассматривал следы, щедро рассыпанные возле костров. Питер судорожно сглотнул, вспоминая ночные события. Он не стал рассказывать об этой схватке со львом, но память о пережитом ужасе осталась с ним до конца его дней.