Текст книги "Подарок мертвеца (СИ)"

Автор книги: Сергей Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16. Юный господин

Смех оборвался, уступая место абсолютной тишине. Питер видел, как лица людей медленно вытягиваются от удивления, и не смог удержаться от самодовольной ухмылки.

– Где ты взял эту монету, мальчик? – растерянно спросил торговец.

– Она всегда была при мне, я держал ее за щекой, – нагло соврал Питер.

Торговец сделал шаг вперед, протягивая руку ладонью вверх.

– Ну-ка отдай ее мне! – потребовал он.

Но Питер не торопился расставаться с монетой. Он попятился от торговца, не забывая при этом об охранниках.

– Ни шагу больше! – потребовал он, подходя к краю платформы. – Иначе я брошу ее в толпу!

И Питер демонстративно поиграл монетой, вызывая среди зрителей суматоху. Люди стали отталкивать друг друга, стараясь оказаться как можно ближе к неожиданно богатому рабу.

– Если ты это сделаешь, я велю запороть тебя до смерти! – прорычал торговец, потрясая пухлыми кулаками.

– Денег вам это не принесет, – пожал плечами Питер. – А вот если согласитесь на сделку, то гарантированно получите оплату!

Торговец задумался. Несмотря на вспыльчивый характер, он был очень умен и видел в предложении мальчика немалую выгоду. Продать его дороже одного су он все равно не сумеет, а так получит целый агл!

– Что ж, будь по-твоему, наглец! – решил он наконец, после чего крикнул своим помощникам: – Эй, ротозеи, ну-ка развяжите его, да побыстрее!

Питера быстро освободили от веревок, после чего к нему подошел торговец, держа в руках уже заверенный свиток.

– Вот твоя купчая, – сказал он, протягивая мальчику свиток. – Ты готов передать оплату?

Пробежав глазами по тексту, Питер убедился, что все в порядке, после чего передал торговцу монету. Повертев монету в руках, торговец опустил ее в сундук и, внезапно подобрев, с улыбкой кивнул на жаровню.

– Не желаешь? – весело спросил он.

– Пожалуй, откажусь! – покачал головой мальчик, с ужасом наблюдая, как трескаются угли.

– Что ж, тогда ступай! – усмехнулся торговец. – Теперь ты – свой собственный раб!

Питер решил не дожидаться смены настроения торговца. Он поспешно спустился с помоста и стал протискиваться сквозь толпу, стараясь как можно быстрее покинуть площадь. Люди смотрели ему вслед: кто с любопытством, кто с сожалением об упущенной возможности получить агл.

– И куда же ты теперь подашься, раб? – насмешливо окликнул его кто-то.

– В нужник! – не оглядываясь, ответил Питер и с удвоенной энергией заспешил прочь.

Не прошло и часа, как Питер вновь стоял на площади. Он по-прежнему был гол, но за длинной туникой, в которую плотно укутался мальчик, это было практически незаметно.

Питеру повезло дважды. Во-первых, никто из толпы не последовал за богатым рабом, чтобы проверить, не осталось ли у него еще деньжат, а во-вторых, он наткнулся на двор, где кто-то беспечно вывесил сушиться одежду примерно его размера.

Туника, которую Питер украл без зазрения совести, делала его похожим на юного прислужника. Стараясь не привлекать внимания, мальчик неторопливо протискивался сквозь толпу поближе к помосту.

Съеденные утром фрукты вновь сослужили ему службу, на сей раз в качестве отменного слабительного. Покинув площадь, он едва успел добежать до ближайших кустов, откуда вышел лишь через полчаса, обогатившись на четырнадцать аглов.

Стараясь не обращать на себя внимания, Питер стал протискиваться сквозь толпу. У помоста он оказался в тот момент, когда с него спускался Ятис в обществе пожилой дамы и ее супруга – купца.

– Лучшего прислужника и приобрести было нельзя! – вещал вслед покупателям торговец.

По довольному виду женщины и хмурому виду ее супруга становилось понятно, что помимо прислуживания Ятиса определенно ждет и другая работа, о которой юноша пока не подозревал.

Троица без остановки прошествовала мимо жаровни, и Питер облегченно вздохнул. Он ничем не мог помочь приятелю, но был рад, что участь клеймения обошла его стороной.

Следующий час он провел, наблюдая за продолжающимися торгами. Старик в расшитом золотом жакете, который предлагал за Питера один су, купил за пять рах женщину вместе с ребенком, после чего яростно торговался за двух крепких мужчин, отдав в результате за каждого по аглу.

Перед началом очередных торгов заинтересованные люди подходили поближе к лестнице, сменяя тех, кто торговался за предыдущего раба. Обычные любопытные держались поодаль.

Когда очередь дошла до чародея, возле лестницы собрались несколько человек, среди которых выделялся высокий воин в стальных доспехах с испещренным шрамами лицом, толстый, почти круглый купец и суровый плантатор, которого сопровождали двое подручных.

Питер встал позади этой троицы, твердо намереваясь выкупить чародея, даже если для этого ему потребуется отдать все оставшиеся деньги.

– Итак, наш последний товар на сегодня! Сильный и красивый молодой мужчина! – громко вещал торговец. Он подал знак охранникам и те подвели к нему упирающегося Азеля.

– Посмотрите, какие густые у него волосы, тугие мышцы, крепкие зубы!

Каждое слово торговец сопровождал небольшой демонстрацией расхваливаемой части тела. Когда же он попытался разжать чародею челюсть, то чуть не расстался с пальцем.

– Прекрасный раб! – громко проговорил торговец, потирая укушенный палец и недобро поглядывая на Азеля. – Итак, начальная цена за него всего один агл!

– Даю агл! – крикнул кто-то в толпе, позади Питера.

– Два! Даю два! – вступил в спор плантатор.

– Три! – тут же перебил цену воин.

– Пять! – резко поднял ставку купец.

Питер пока не торопился вмешиваться в торг, чтобы раньше срока не привлекать к себе внимания. Он решил дождаться, пока не будет названа самая высокая цена и лишь затем перебить ее.

– Шесть аглов! – выкрикнул воин.

– Семь! – дал новую цену купец.

– Семь и пять рах! – неуверенно предложил плантатор.

– Восемь! – резко повысил цену воин.

Сплюнув на землю, плантатор резко повернулся и вместе с подручными стал протискиваться сквозь толпу. Торговец повернулся к купцу, ожидая, что тот повысит цену, но тот колебался.

– Неужели, достопочтенный господин уступит столь ценный товар этому неотесанному варвару? – попытался сыграть торговец на чувстве достоинства купца. И не прогадал!

– Девять дам! – надрывно выкрикнул купец, срывая с головы шапку. Он с вызовом глянул на воина, но не выдержал стального взгляда и опустил глаза.

– Десять, – даже не поморщившись, принял вызов воин.

– Десять и пять рах! – словно мечом, взмахнул шапкой купец.

– Одиннадцать!

Купец сдался. Натянув шапку на голову, поднял ладони вверх, демонстрируя, таким образом, свою капитуляцию.

– Кажется, у нас есть победитель! – крикнул торговец, жадно потирая руки. Такую огромную сумму за одного раба он не выручал уже давно.

Воин шагнул к лестнице, уже намереваясь подняться на платформу, когда Питер решил, что пора и ему выходить на сцену.

– Двенадцать аглов! – громко проговорил он, стараясь сделать голос более низким и грубым.

Уже вступивший на лестницу воин остановился и резко обернулся. Увидев Питера, его каменное лицо вытянулось от удивления.

– Кто сказал? – подскочил к краю платформы торговец.

Питер поднял руку, старательно прикрывая при этом лицо капюшоном. Он очень боялся, что торговец опознает его, но тому и в голову не могло прийти, что недавний раб вдруг стал его самым богатым покупателем.

– Молодой прислужник дает двенадцать аглов! – проговорил торговец и вопросительно глянул на воина.

– Тринадцать, – ответил воин, к которому вернулось былое хладнокровие.

– Четырнадцать! – сказал Питер и затаил дыхание.

Дыхание затаил и торговец, у которого от счастья пошла кругом голова. Замерла и толпа, ожидая новую цену. Все взгляды были устремлены на воина, но тот молчал. Его челюсть была плотно сжата. Он медленно убрал ногу с лестницы и отошел, уступая Питеру дорогу.

– Пятнадцать аглов? – уговаривал торговец воина, но тот отрицательно покачал головой.

– Не дам больше ни су! – мрачно сказал он и, отвернувшись, зашагал прочь от платформы.

– Продано! – радостно крикнул торговец. – Сей раб продан молодому прислужнику за четырнадцать аглов!

Развернув свою плеть, торговец резко ударил ею в воздух, объявляя окончание торгов, после чего жестом пригласил Питера взойти на платформу.

Поднявшись наверх, Питер передал оплату, которую торговец тщательно пересчитал, пробуя на зуб каждую монету. Питер при этом тихонько посмеивался, вспоминая, откуда эти монеты только что вышли.

– Как-то странно пахнут твои монеты, юный прислужник! – сказал торговец, принюхиваясь.

– Деньги не пахнут! – давясь смехом, ответил Питер.

Торговец пожал плечами и ссыпал аглы в сундучок, после чего жестом велел своим подручным привести хмурого Азеля.

– Вот твой раб! – сказал торговец, передавая Питеру купчую, и учтиво спросил: – Прибудет ли охрана твоего господина?

– В этом нет необходимости, – ответил мальчик. – Освободите его!

– Но этот раб весьма опасен! – предостерегающе воскликнул торговец и в знак доказательства продемонстрировал укушенный палец. – Позволь предложить свою охрану в сопровождение, всего за один рах...

– Не нужно! – перебил торговца Питер. – Уверен, мы с ним отлично поладим!

Торговец неодобрительно покачал головой, мысленно уже похоронив этого самонадеянного мальчишку. Сожалел он, впрочем, лишь об упущенной возможности заработать на своих людях пару лишних монет.

По кивку торговца охранники принялись быстро освобождать чародея от веревок. Азель напрягся, явно собираясь сбежать, как только с него снимут путы. Заметив это, мальчик немного приоткрыл лицо, демонстрируя его своему другу, и заговорщицки подмигнул. Лицо чародея осталось бесстрастным, но мышцы на руках расслабились, а в глазах заиграло удивление.

Тем временем толпа на площади потихоньку стала редеть. Увидев, что сделка успешно завершена, люди стали расходиться по домам, обмениваясь впечатлениями, и лишь некоторые остались стоять у платформы, ожидая акта клеймения.

– Иди за мной, раб! – командирским голосом велел Питер и быстро зашагал вниз по лестнице.

– Слушаюсь, мой господин! – иронично ответил Азель, демонстративно повинуясь своему новому владельцу.

К разочарованию ожидающих, новоиспеченный господин миновал жаровню, даже не взглянув в ее сторону. Питер шел быстрым шагом, стараясь подальше уйти от площади. Он шел и шел, все ускоряя темп, и так, наверное, вышел бы за пределы города, если бы Азель не остановил его, положив руку ему на плечо.

– Куда мы идем? – спросил он.

Питер остановился и удивленно взглянул на чародея.

– Не знаю, – растерянно ответил он.

– Так я и думал! – вздохнул чародей и посмотрел на небо. – Близится время обеда. Если поторопимся, то сможем устроиться на постоялый двор и поесть наконец-то нормальной пищи. Не знаю, откуда ты взял все эти аглы, но с таким богатством мы точно не пропадем! Сколько у тебя осталось денег?

– Нисколько, – удрученно ответил Питер. – На торгах я потратил все, что было…

– О Великие… – простонал чародей, закрывая лицо руками. – Мальчик, ты хоть подумал о том, что нам теперь есть и где провести ночь?

– Я думал о том, чтобы вернуть нам свободу!

– И куда нам теперь идти, вот так? – чародей развел руки в стороны, и покрутился на месте, демонстрируя свою наготу.

– Хочешь сказать, что для тебя лучше было уйти оттуда рабом? – начал злиться Питер.

– Во всяком случае, едой и одеждой я был бы обеспечен!

Несколько минут они стояли молча, старательно не глядя друг на друга. Внезапно ноздри Питера защекотал приятный аромат. Он принюхался, и рот его моментально наполнился слюной.

– Еда! – мечтательно простонал он.

– Мясо жарят, – кивнул Азель. – Где-то недалеко отсюда должна быть харчевня.

Они, не сговариваясь, отправились искать харчевню, ориентируясь по запаху жареного мяса. Питер понятия не имел, что они будут там делать без денег, но голод настойчиво твердил, что вначале нужно найти еду, а о том, как ее добыть, подумать можно после.

– Куда ты отправишься отсюда? – спросил чародей, нарушая недолгое молчание.

– К Храму Света, – не задумываясь ответил Питер.

– Это очень далеко! – усмехнулся чародей. – Каким путем ты собираешься туда добираться?

– А как быстрее всего?

– Для начала тебе нужно войти в Пустошь и добраться до «Черного города». Затем у тебя будет выбор: либо обогнуть город и идти дальше, вплоть до новой столицы, либо войти в город и поискать там корабль. Первый путь длиннее, но безопаснее, а вот второй…

Чародей замолчал, не договорив, и Питер нетерпеливо переспросил:

– А второй?

– А второй – это верная смерть! – закончил чародей.

– Верная смерть? Но почему?

Впереди показалась харчевня, и друзья ускорили шаг.

– Потому что «Черный город» – это бывшая столица королевства, первоисточник хвори! Каждый камень, каждая пылинка там несет в себе следы этой страшной заразы! Те, кто пробуют проникнуть в город, назад уже не возвращаются.

– Сколько времени займет путь, если я пойду в обход «Черного города»?

– Где-то полгода, если двигаться в составе каравана.

Полгода! Питер мысленно застонал. Полгода, это как минимум две человеческие жертвы, которые он должен будет преподнести Мастеру. Впрочем, раз нож теперь не у него, может и жертвы приносить не нужно?

– Решил нарушить договор?

Питер охнул, рядом с ним вышагивал Мастер в обличии покойного Жалера. Дух иронично смотрел на удивленного мальчика.

– Как… ты…

– Нож внутри, как и его новый владелец, – сказал дух, указывая на харчевню.

Перед входом в харчевню стояли хорошо знакомые Питеру фургоны, в одном из которых он провел последние несколько дней. Заметил их и Азель. Он замедлил было шаг, но затем зашагал вперед с удвоенной решимостью.

Едва поспевая за другом, Питер влетел вслед за ним в переполненную харчевню и буквально врезался в могучую спину, не узнать которую было просто невозможно. Наверное, во всем «Великом» не было человека, который мог бы сравниться с Быком.

Почувствовав столкновение, Бык повернулся и смерил Питера уже привычным мальчику безразличным взглядом. В руках здоровяк держал столь огромную кружку, что она вполне могла сойти за маленький бочонок.

– Ты? – брови пирата слегка приподнялись, но это было единственное, что выдавало в нем удивление.

Никакой враждебности великан не выказывал, и Питер успокоился. Смерть от рук Быка ему явно не грозила. Во всяком случае, пока.

Тем временем, разгневанный чародей метался среди посетителей харчевни, большую часть которых составляли пираты.

– Где этот проклятый альбинос? – ревел он, привлекая к себе все больше и больше внимания. – Выходи, отпрыск блудницы!

Пираты один за другим оставляли свои напитки и подходили ближе, образуя вокруг чародея круг.

– Парень явно ищет смерти, – прокомментировал ситуацию Мастер. – А ведь эти ребята не так уж плохи!

– Что ты имеешь ввиду? – шепотом спросил у духа Питер.

– Видишь ли, на самом деле они когда-то были торговым караваном, но отсутствие средств к существованию вынудило их заняться разбоем.

– Откуда ты это знаешь? – удивился Питер.

– Узнал от своего нового владельца, – усмехнулся дух. – Недавно нашим пиратам крупно повезло. Они перехватили торговый караван с грузом шелка, и теперь направляются через Пустошь в столицу, чтобы там выгодно его продать.

– Через Пустошь? Ты уверен?

Мастер кивнул, и Питер, озаренный внезапной идеей, стал протискиваться к продолжавшему бушевать чародею.

– Азель, постой, – подхватил он чародея под локоть. – У меня есть идея!

Но Питер не успел раскрыть и рта, как среди пиратов показалась светлая шевелюра Седовласа. Главарь пиратов остановился напротив друзей, и рядом с ним, как по волшебству оказался Бык.

– Какая неожиданная встреча! – изумился Седовлас и издевательски спросил: – А где же ваши хозяева?

Глава 17. Договор

Слова Седовласа, сказанные с издевкой, вызвали бурю негодования и злости на лице Азеля. Он шагнул вперед, с силой сжимая кулаки. Ярость затмила разум чародея, в его глазах горело пламя решимости!

Он явно был готов вступить в бой не только с Седовласом, но и со всеми его подчиненными. Последствия этой схватки предсказать было несложно: Азеля убьют, а его, Питера, вновь сделают рабом, чтобы тут же продать толстопузому торговцу живым товаром.

– Сейчас ты ответишь мне за все… – гневно начал Азель, но Питер перебил друга, встав между ним и Седовласом.

– У нас нет хозяев, я выкупил нас обоих, – сказал он, демонстрируя всем присутствующим купчие. – И теперь, как свободный человек, я хочу предложить тебе сделку, Седовлас!

– Сделку? – криво усмехнулся главарь пиратов. – И что же ты предлагаешь?

– Я знаю, что ваш караван отправляется в столицу через Пустошь, и мы хотели бы примкнуть к вам.

Азель что-то недовольно буркнул, но смолчал, лишь покрепче стиснув кулаки. Ухмылка слетела с лица Седовласа. Он хмуро осмотрел своих людей, выискивая тех, кто, как он думал, проболтались о его планах.

– Примкнуть, значит? – сердито проговорил он. – И зачем мне нанимать парочку оборванцев?

Лицо чародея налилось краской, глаза недобро вспыхнули. Он вновь был готов наброситься на Седовласа с кулаками, рот его уже открылся, дабы разразиться бранью. Питер вновь опередил своего не в меру вспыльчивого друга, заявив:

– Путешествие через Пустошь крайне опасно! Разве не выгодно получить в подчинение двух чародеев, да притом практически даром? Нам всего-то нужны обратно наши вещи и немного денег на текущие расходы!

– Звучит неплохо, – согласился Седовлас.

У Питера отлегло от сердца.

– Значит, договорились?

– При других обстоятельствах – конечно! Но назвать меня отпрыском блудницы? Такого я спустись с рук не могу, – Седовлас криво ухмыльнулся и кивнул стоявшему рядом Быку: – Убей их обоих!

– Ничего личного, – сказал здоровяк, глядя на Питера таким взглядом, каким работник убойного цеха смотрит на свинью.

Огромный пират шагнул вперед, занося над головой свой массивный топор. Могучие руки напряглись, и он наверняка разрубил бы друзей пополам, но в этот момент раздался тонкий, но очень властный голос:

– Стоять!

Толпа пиратов расступилась, и вперед вышла молодая, стройная девушка. Несмотря на юный возраст, она явно была даже младше Азеля, по виду она мало чем отличалась от окружавших ее мужчин.

Крепкая, в грубо-скроенной, но добротной одежде, она выглядела весьма воинственно. Лишь стиснутые в хвостик волосы и зеленые, как лес, глаза выделяли ее из мрачного ряда пиратов.

– Оставь их, Бык! – вновь потребовала девушка.

– Приказ Седовласа, Ино, – пробасил Бык не очень, впрочем, уверенно.

– Я сказала, оставить их! – голос девушки внезапно стал тихим, почти шипящим. Она сделала несколько шагов, становясь напротив Быка, и ее левая рука, словно в приглашающем жесте вытянулась вперед.

Питер увидел, что на кончике каждого пальца поблескивают тонкие металлические коготки. Явно острые, они все же не выглядели смертельно опасным оружием.

На фоне могучей фигуры пирата и без того невысокая девушка казалось крохотной и хрупкой. Но, несмотря на это, великан вздрогнул и попятился назад, опуская топор. Он растерянно посмотрел на своего главаря, ожидая нового приказа.

– Ино, ты в своем уме? – подошел к девушке Седовлас.

– Я-то в своем, – криво усмехнулась девушка. – А вот вы, папенька, по-моему, совсем свихнулись!

Губы Седовласа стиснулись, а лицо стало наливаться кровью. Он схватился было за рукоять меча, но обнажать его не стал.

– Надеюсь, у тебя найдется достойное объяснение своему поведению, – проговорил он, стараясь унять бушующую ярость. – Или же ты хочешь бросить мне вызов?

– Нет, папенька, не хочу, – девушка опустила руку. – Тем не менее, позволить тебе убить их я не могу.

– Объяснись!

– Ты привез этих людей в город как рабов?

Седовлас кивнул.

– И продал их владельцу невольничьего рынка?

– Так.

– И этот мелкий паренек выкупил на торгах себя и этого пылкого здоровяка, что подтверждают купчие?

Главарь пожал плечами, но шестеренки в его голове уже закрутились, и он стал понимать, к чему клонит его непокорное чадо.

– Дошло ведь уже, да? – насмешливо спросила Ино. – Если он не раб и, более того, сам владеет рабом, значит, он считается господином! А что сделает городской совет, если узнает, что ты в стенах города поднял руку на господина и его раба?

Главарь молчал. Его глаза с бессильной злобой сверлили стоявшую напротив него троицу, но крыть ему было нечем.

– Уйди, Бык! – мрачно велел он.

Громадный пират моментально убрал оружие, скользнул по друзьям безразличным взглядом и, как ни в чем ни бывало, отправился к столику, на котором оставил свою кружку.

Питер посмотрел на застывшего в растерянности чародея, а тот уставился на девушку, словно ожидая от нее команды.

– Ступайте за мной! – велела их спасительница и быстрым шагом устремилась к выходу из харчевни.

День был в самом разгаре, но стоявшее в зените солнце почти не грело. Питер поплотнее закутался в тунику, стараясь уберечь тепло. Полунагой чародей никак не выказывал недостатка в тепле, однако по гусиной коже на его плечах Питер догадался, что ему тоже холодно.

Не задерживаясь у двери, девушка повела их вдоль стоявших у стены харчевни повозок. Запряженные лошади фыркали и били копытами о землю, провожая людей любопытными взглядами.

Идти пришлось совсем недалеко. Свернув за угол харчевни, они остановились перед еще одним фургоном – высоким, с широкими бортами и массивной округлой крышей, выкрашенной в ярко-зеленый цвет. Несколько окошек в бортах делали фургон похожим на маленький дом.

– Трейлер дикого запада! – тихо озвучил свои мысли Питер.

Чародей покосился на мальчика, краем уха расслышав его слова, но от вопросов воздержался, сочтя странные слова своего спутника иноземной речью.

– Прошу на борт! – улыбнулась Ино, и Питер не смог не подивиться красоте ее белоснежных зубов.

Приятная, добродушная улыбка девушки также вызывала удивление и совершенно не вязалась со звериным оскалом, которым она совсем недавно отпугивала от себя пиратов.

Внутри повозки оказалось не так просторно, как могло показаться снаружи. Большую часть свободного пространства занимали шкафы, полки которых были заставлены кувшинами, глиняными горшками, бутылями и склянками. С потолка свисали связки сушеных трав.

Благодаря наличию окон внутри фургона было почти так же светло, как на улице.

– Травы, снадобья, яды… – перечислил чародей, оценивающе оглядывая убранство повозки. – Ты ведунья?

– Всего лишь травница, – вновь продемонстрировала свои белоснежные зубы Ино. Она провела их к дальнему концу повозки, где располагался стол, на котором, судя по всему, и готовились все те снадобья, о которых говорил чародей.

Под столом находился небольшой сундук. Отперев его, девушка достала и протянула Питеру мешочек, внутри которого оказались монеты среднего и низкого достоинства. Денег было совсем немного, но их звонкое позвякивание приятно грело душу.

– Считай это задатком, – усмехнулась девушка, наблюдая за реакцией Питера. – Остальное получишь в конце путешествия.

– А мне? – удивился чародей, заметив, что другого мешочка в руках девушке нет.

– Тебе-то? – девушка вновь усмехнулась. – Так ведь рабам плата не положена! Плату за твои услуги получает твой господин!

Азель помрачнел, а Ино достала из сундука чистый свиток и склянку чернил. Сев за стол, она стала быстро, но аккуратно что-то писать.

– Как тебя звать, юный рабовладелец? – спустя минуту спросила девушка, ехидно поглядывая на скривившегося при этих словах чародея.

Его реакция явно ее забавляла!

– Мое имя Питер, – представился мальчик и указал на чародея. – А это мой друг и наставник – Азель.

– Так и запишу: Питер и раб его Азель! – весело хихикнула девушка. Дописав последние символы, она протянула Питеру перо и велела: – Подпиши!

Старания чародея не прошли даром: Питер уже неплохо читал, так что без труда понял написанный текст. Это оказался договор о найме, в котором коротко и ясно говорилось, что вместе с чародеем они обязаны сопровождать караван сквозь Пустошь до стен столицы, а также были перечислены их обязанности.

Договор выглядел честно, без подвохов, так что Питер, неуклюже орудуя пером, размашисто расписался, оставив при этом на бумаге несколько жирных клякс.

– Вот и все, до вечера свободны! – убирая свиток сказала Ино. Заперев сундук, она окинула чародея сочувственным взглядом и прибавила: – Советую закупиться одеждой.

– У нас была хорошая одежда, пока ваши бродяги ее не украли! – возмутился чародей. – Мы хотели бы забрать ее назад.

– Все, что они украли, давно уже продано или пропито, – пожала плечами девушка.

– Мой нож, – вспомнил Питер. – Они не продали нож, я видел его в харчевне!

– Нож? – девушка задумалась. – Если он добыт в честном бою, то это боевой трофей! А трофеи назад не возвращают.

– Четверо на одного – это честный бой? – возмутился Питер. – Бить лежачего и безоружного разве честный бой?

– Наверное нет… – Ино вздохнула. – Ладно, посмотрю, что можно сделать. Что-то еще?

– Золотой амулет, его забрал себе Седовлас. Думаю, он тоже его не продал.

– Об этом можешь забыть, – уверенно заявила Ино. – Папочка никогда не отдает того, что считает своим. Что-то еще?

Питер покачал головой.

– Больше ничего.

Хоть мальчику и было жаль амулета, но в целом он был очень доволен сложившейся ситуацией. Жизнь и свобода остались при нем, у него появилась работа, но главное – он отправляется в столь нужное ему путешествие!

Оставив свою спасительницу в фургоне, они отправились к главным воротам, где, как уверял чародей, находится местный рынок. Доверившись знаниям друга, Питер шел вслед за ним, мысленно прикидывая, что им надо купить и хватит ли на все это выданного аванса.

Азель шел быстро, то ли спасаясь от холода, то ли торопясь побыстрее закончить дела. Миновав несколько улиц и уже знакомую Питеру площадь, они наконец оказались на месте.

Рынок выглядел примерно так, как Питер его себе и представлял: большая прямоугольная площадь, тесно заставленная палатками, между которыми, как муравьи, сновали покупатели. Царивший тут гомон прорезали громкие голоса торговцев, без устали расхваливавших свой товар.

Азель остановился недалеко от палатки с посудой и повернулся к Питеру.

– Тут мы разделимся, – сказал он и требовательно протянул руку. – Давай мою долю.

Разделив деньги поровну, Питер ссыпал свою часть во внутренний карман накидки, а вторую, вместе с мешочком, передал чародею. Не говоря ни слова, тот развернулся и быстро направился к торговым рядам.

– Постой! – крикнул Питер, внезапно почувствовав тревогу. – Ты ведь вернешься?

Чародей не обернулся.

– Встретимся здесь! – громко крикнул Питер, легко перекричав не только толпу, но и стоявшего рядом торговца посудой.

– Какой голос! – восхитился тот, удивленно разглядывая тщедушную фигуру мальчика. – Хочешь работать на меня?

– Нет, спасибо, – с секундной задержкой ответил Питер, не сразу сообразив, что торговец обращается к нему. – У меня уже есть работа.

– Ах, как жаль, ах, как жаль! – театрально повздыхал тот и тут же предложил: – Желаешь купить хорошую посуду?

Питер уже собирался отмахнуться, но подумал, что неплохо было бы купить что-нибудь для Ино. Как-никак, она теперь их начальник, а начальство подарки любит! Это Питер усвоил еще на Рате, где без соответствующего подношения пройти дальше приемной было практически невозможно.

Быстро пробежавшись глазами по рядам, Питер признал, что посуда в лавке отменная! Кружки, тарелки, кувшины… Внимание мальчика привлек небольшой горшочек с крышкой. Его изящные формы буквально притягивали взгляд, а великолепная роспись просто пленила.

– Сколько? – спросил он, не отрывая взгляд от горшочка.

– Всего пять рах, – безошибочно определил выбор мальчика торговец. Сняв товар с полки, он продемонстрировал его со всех сторон, не забывая попутно расхваливать: – Хороший выбор! Столичная работа! Единственный экземпляр!

Пять рах! Это была треть всех имевшихся у Питера денег, и вот так запросто отдавать их в загребущие лапы торговца он не собирался. Нет уж, дудки! Он еще поторгуется, ведь торг – это второе, чему Питер научился на родном острове.

– Отдай за три! – потребовал Питер, вмиг стерев с лица выражение заинтересованности.

– Куда за три! – ахнул торговец. – Да ты посмотри, какой товар! Пять – это справедливая цена! На всем рынке такого не найдешь!

– А мне точно такой и не надо! – небрежно сказал Питер, отворачиваясь от торговца. – Пройду дальше, небось, и за два найду!

– Постой, постой, зачем уходить? – зачастил торговец, понимая, что цену все же придется сбить. – За четыре рах и пять лун отдам!

Питер сказал: «Ха!», шагнул от прилавка, и цена мигом упала еще на пять лун; следующий шаг – и торговец оценил горшочек уже в три с половиной.

– По рукам, – сказал Питер, одним прыжком возвращаясь к прилавку. Конечно, он мог бы торговаться и дальше, но в таком деле важно соблюдать меру. Наглость – вещь опасная: сбил цену до приемлемой, и довольно!

Думая об этом, Питер быстро отсчитывал деньги, а когда последняя монета оказалась на прилавке, получил из рук торговца заветный горшочек.

– А ты знаешь толк в товарах, – пересчитав деньги улыбнулся торговец. – Могу предложить со скидкой замечательный поднос…

– Спасибо, не нужно, – вежливо, но решительно отказался Питер, прекрасно зная навязчивость рыночных торговцев. Стоит лишь на секунду выказать заинтересованность, и деньги быстро превратятся в кучу ненужного хлама!

Поняв, что Питер больше ничего не собирается покупать, торговец резко потерял к нему интерес, переключившись на других покупателей, осматривающих его товары. Питер же нырнул в людской поток, который быстро понес его вглубь рынка.

Перемещаясь между рядами, мальчик приглядывался к товарам, спрашивал о цене, пробовал торговаться, но ничего пока не покупал. Лишь обойдя весь рынок вдоль и поперек, он выбрал лавку с приемлемыми ценами, где и закупился всем необходимым.

Примерно половину денег Питер потратил на теплые штаны с подкладкой из овчины. Вторую половину он отдал за рубашку и сапоги. За пригоршню оставшейся мелочи он выторговал у того же торговца несколько метров плотной ткани.

Облачившись в обновки прямо у лотка, Питер не торопясь двинулся в обратный путь, наслаждаясь блаженным теплом, обволакивающим все его тело. Горшочек он завернул в ткань и сунул себе подмышку, чтобы случайно не разбить.

Минуя лавку с посудой, Питер заметил на прилавке точно такой же горшочек, как тот, что был завернут в ткань и, который со слов торговца, был в единственном экземпляре. Не зря все же торговался!

Покинув рынок, Питер остановился в том месте, где они с Азелем расстались, и стал оглядываться по сторонам.

Чародея нигде не было.

Прождав около часа, Питер вынужден был уйти, так и не дождавшись своего друга. Удрученный и встревоженный, он по памяти отправился к харчевне. Он был уверен, что Азель, получив свободу и деньги, бросил его одного на произвол судьбы.