Текст книги "Дикий волк. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Арст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Его голос, привыкший командовать, прорезал праздничный шум.

– Сегодня мы выпиваем не просто за победу! Сегодня мы отстояли нашу землю!

Раздался оглушительный рев. Тысячи кружек взметнулись в задымленный воздух. Кто-то начал скандировать: «Арин! Арин!» – но генерал резко опустил руку, прекращая этот порыв. Он знал, что его триумф был хрупким, но в этот миг он был настоящим.

Я видел, как Леонид, стоя по другую сторону площади, с суровой улыбкой смотрел на ликующих солдат. Его взгляд встретился с моим, и он коротко кивнул. Да, мы прошли через многое, эта победа очень дорого обошлась.

Устроившись перед костром, я думал о том, чем займусь дальше – наведаться к Помпео или остаться тут, в Эраме. Нет, все-таки к Помпео. Хочу взглянуть на его лицо, когда буду возвращать броню.

Глава 25

Армии потихоньку стали собираться в обратный путь, начали подготовку к возвращению и мои наемники с медиками. Многое пришлось оставить – теперь у нас не было такого количества людей, и тащить с собой щиты да и многое другое не имело никакого смысла.

– Дана, привет. Как ты?

– Привет, Люций. Я почти восстановилась.

– Мне нужно отправиться в Окрид. Может, составишь мне компанию?

– Нужно уточнить у Гипериона, но думаю, могу отправиться с тобой.

– Это хорошо. Я хотел тебя с кое-кем познакомить.

Она картинно закрыла лицо руками и выдала:

– Оу, ты хотел представить мне свою подружку? И это после того, что между нами было?

Я закатил глаза от неумелой игры этой актрисы.

– Вообще-то с другом. Но если хочешь, с девушкой тоже познакомлю – готовит просто потрясающе.

– Э-э-э... Так ты уже помолвлен?

– Да нет же! И вообще, меня из дома выгнали, считай, что я теперь бездомный и никому не нужный.

– Это ты так намекаешь на жизнь в моем замке?

– Да. Не хочу идти на поклон к Гипериону.

Плюхнувшись на противоположный стул, Дана разожгла чайник.

– Ладно, рассказывай, что у тебя там за друг?

Рассказ не занял много времени: сын охотника имел очень короткую, но вполне яркую историю.

– Хочешь его тоже сюда пристроить?

– Поначалу думал устроиться в столице, но и тут будет отлично. Я тебе такое нарисую – твой замок будет самым сказочным. И еще хотел привести сюда родственников гвардейцев – тебе все равно будут нужны люди.

– Да, так и есть.

Дана сжала чашку.

– Чертовы гоблины... Мои люди, мой замок...

Закрыв глаза, она поставила чашку на стол.

– Ладно, когда выдвигаемся?

– Можем завтра. Караван уже, наверное, тронулся.

– Ты оставил своих людей одних?

– Нет, Эреб сопроводит их. В нашем обозе много его раненых гвардейцев.

– Хорошо. А что будешь делать сегодня?

Я активировал свой дар.

– Нужно понять, что я могу.

Дана швырнула в меня куском булыжника, но тот разлетелся на мелкие осколки и попал в мой чай. Я был возмущен подобным варварским отношением к недопитому напитку.

– Ты чего творишь? А если бы чай был с вареньем?

Для убедительности я погрозил ей кулаком. Дана облокотилась на стол, подставив руки под голову.

– Крепкий щит. Обратись к Бартолду – думаю, ваши способности похожи.

– Хорошо. Тогда пойдем к Гипериону, он точно будет у него.

Наша прогулка была короткой – всего пара этажей – и мы вскоре нашли искомого человека. Дана осталась у своего начальника, а я потащил на улицу недовольного происходящим Бартолда.

– Ну ладно, – проворчал он, посматривая по сторонам. – И что ты там умеешь? Показывай.

Как и в прошлые разы, меня начало накрывать серое свечение: руки, одежда, обувь. Оно повторяло все изгибы, но вполне спокойно позволяло двигаться. Я стоял и спокойно ждал оценки своей магии.

Бартолд свистнул, уже с гораздо большим интересом оглядывая конструкцию.

– Неплохо! Очень неплохо для старта! Полное покрытие... А теперь... напрягись.

Я кивнул, ожидая толчка или умеренного удара. Удар, который последовал, не выглядел особенно сильным – просто короткое, резкое движение. Но следующий миг был заполнен оглушительным грохотом. Щит не разбился, он выдержал. Но всю конструкцию, вместе со мной внутри, сорвало с места и отшвырнуло, как теннисный мячик, прямо в стену полуразрушенного здания. Стена с треском поддалась, и я снес ее на полной скорости.

– Ой, – раздался спокойный голос Бартолда.

Выбираясь из-под завалов, я огляделся и увидел виновника происшествия, рассматривающего свой кулак. Делать было нечего – встал и осмотрел себя: хотя повсюду была пыль, на меня она не осела.

Направляясь к временному учителю, анализировал свое состояние – переломов я тоже не почувствовал. Блин, так сколько же силы было в том ударе? Меня пули с места не сдвигали, а тут я пролетел несколько метров и снес стену.

Бартолд не смотрел на меня. Он рассматривал свой собственный кулак с видом человека, совершившего небольшое, но любопытное открытие.

– Ты прав, наши способности схожи. Стихийных зазнаек ждет неприятный сюрприз. И первое, что тебе нужно освоить, – это ускорение мышления.

– В каком смысле?

– Одна из моих граней позволяет ускорять сознание, чтобы поспевать за телом в бою. Видишь мир... – он щелкнул пальцами, – как будто он движется в воде. Успеваешь подумать куда двинуться, пока противник заносит кулак. Ты должен видеть, куда тебя бьют, и отвечать на выпад.

Звучало перспективно. Очень перспективно.

– И как мне открыть такую грань?

Бартолд ухмыльнулся во всю ширину своего лица. Его пальцы потянулись к пряжке массивного кожаного ремня.

– О, есть один проверенный временем метод…

Внутри меня что-то екнуло, давно забытый первобытный страх.

– Подожди! Стой! – мой голос взвизгнул. – Нет!

А потом он пропал, а я почувствовал, что сзади приближается кара за все мои грехи. Я попробовал уйти в перекат, но было критически поздно.

«Ваше самолюбие получило критический урон».

Последующие три часа руины Эрама оглашались отчаянными воплями, звонкими щелчками пряжки о барьер и раскатистым смехом. Я носился среди обломков, стараясь поддерживать щит, который под ударами ремня грозился вот-вот сдаться, позволив свершиться непоправимому. Мозг работал на пределе: чтобы не кувыркаться бесконтрольно, приходилось предугадывать траекторию удара, передвигая тело, чтобы избежать его. Все мое существо кричало о необходимости стать быстрее и выносливее, чтобы хоть как-то компенсировать дикую нагрузку.

Спустя три часа.

– Ну вот. Проще простого, да? – рассмеялся Бартолд, водружая ремень на его законное место.

– Это было отвратительно.

– Не переживай, кроме твоего самолюбия, больше ничего не пострадало. К тому же, открыл обе нужные грани.

Это была правда. Когда тебя хотят отходить ремнем по причинному месту, а человек двигается как чертова пуля, приходится не только быстро двигаться, но и смотреть, куда.

– Да, две грани: и мышление, и усиление. Какие следующие?

– Пока это все. Остальные грани я получал в сражениях, они касались усиления чувствительности и противостояния разному дерьму. Но твой барьер – это действительно нечто. Хуже, чем мой, конечно, но сразу такой крепкий... Лет через сто об тебя можно будет сломать мой молот.

Глянув вслед Бартолду, я потащился за ним.

– Мне нужен кофе. Много, много кофе.

Бартолд остановился и развернулся ко мне.

– Чуть не забыл: старайся не выключать его и сделай незаметнее.

– Хорошо, и спасибо.

Осмотрев свой барьер, я начал думать о цвете и довольно просто смог сделать его бесцветным, но другие цвета мне так и не поддались. А я уже мечтал о невидимости... Эх, мечты, мечты.

– Похоже, твоя тренировка прошла хорошо, – сказала Дана.

Я устало улыбнулся и плюхнулся на стул.

– Три грани. Быстрый, сильный и теперь не свечусь.

Дана встала в театральную позу, изобразив на лице преувеличенно надменную гримасу и скопировав чей-то голос, произнесла:

– Свечение является дурным тоном.

Потом села и улыбнулась.

– Гиперион отпустил меня, так что отправляемся завтра. Жители вернутся еще не скоро, считай, у нас есть пара недель.

Кивнув, я допил чай и решил ретироваться – хотелось отдохнуть от тренировки. Я задумался: держать способность постоянно активной – это уже грань? Интересно, как там Рени, далеко ли он продвинулся в своих изысканиях?

Мы отправились в деревню на многоножке. За это время Дана получила еще несколько граней. Пришлось доказывать, что тряска на проселочной дороге – это ненормально. И спустя уже какие-то пару часов многоножка начала двигаться ровно и плавно. Еще через некоторое время она смогла ускорить свой транспорт. Мы и так двигались быстрее лошади, а теперь нас можно было догнать, только если пустить лошадь в галоп.

За день путешествия меня одолела идея дома на колесах. По сути, маг земли могла утащить с собой кучу всего, включая хорошую кровать, которой так не хватало в поле.

На остановках я осваивал свою способность, и, знаете, этот вариант экзоскелета был превосходен. Да, я не мог повторить что-то из магии земли, но лучшие спортсмены могли бы мне позавидовать. Я смог встретить стаю волков и при этом даже прокатился на одном из них.

Еще недавно свирепые хищники ничего не могли поделать с моими способностями. Увернуться от могучего укуса и запрыгнуть на спину этой зверюги оказалось буквально развлекательной прогулкой. Хотя Дана потом долго доказывала, что я издевался над бедными животными. Но я-то знал, какие они «бедные» при нападении.

По пути мы подхватили Эреба. По факту, это был один из немногих дворян, который нормально ко мне относился. Если он приедет с нами, это должно укрепить его статус в семье. Хотя куда уж укреплять – он и так очень результативно действовал в боях за Эрам.

Добравшись до деревни, я наконец-то смог увидеть Рени. И это чудо вышло в закрытом шлеме.

– Я так понимаю, у тебя получилось?

– Да. На всю деревню.

– Если будешь стоять у ворот, поймешь, что происходит у других?

– Да.

Сонар на шестьдесят метров. Неплохая способность.

– Снимай свой шлем, у нас гости!

Познакомив всех и устроив посиделки, я внутренне расслабился. Предстояла сложная работа в Окриде, но это будет потом. Дана, оценив все убранство деревни, наотрез отказалась тут спать и, отправившись за ее пределы, затеяла стройку поместья. Само собой, на это сбежались посмотреть абсолютно все.

Трехэтажное поместье было воздвигнуто буквально за пару часов. Наняв пару деревенских для быта, она спокойно отправилась отдыхать. Рени, увидев реальную работу одного из магов, не мог найти себе места. А новость о том, что у меня тоже открылся дар, просто выбила у него остатки здравомыслия.

– Ого, – он метался по кругу. – Покажи, что ты можешь!

Хотя мои способности, особенно на фоне особняка, его не слишком удивили. Ну, тут я в принципе согласен – выглядит это не так зрелищно.

На следующее утро мы отправились гулять по лесу. Пришлось даже надавить на Олафа, чтобы он выделил нам провожатого. Но когда он услышал, что с ним будут три мага, тут же сам вызвался нас сопровождать. Я планировал повидаться со старым знакомым. И мы отправились на территорию волков.

Оборотень не заставил себя ждать. Я все еще испытывал перед ним страх, но тут вспомнил, как Радан сражался с Гиперионом на равных, и понял, что бояться мне нечего. За время моего отсутствия оборотень как будто стал больше. Когда я вышел вперед, он даже вроде бы узнал меня. Хотя, может, и нет – кто этих блохастых разберет.

– Люций, если проиграешь, напишешь мне картины для моего поместья, – крикнула Дана.

– Я тебе их и так напишу.

Сжав и разжав кулаки, я двинулся в сторону этого громилы. Это было нужно мне – чтобы проверить себя в бою и убрать один из своих страхов.

Оборотень рыкнул и рванул в мою сторону, намереваясь схватить меня лапой. Активировав свои способности, я вспомнил самый базовый прием – бросок через себя. Вот лапа тянется ко мне, я делаю шаг навстречу, перехватываю ее, выворачиваю лапищу монстра и просто, незатейливо, швыряю его на землю. Грохот и удар получились знатными.

Как и в случае с Гиперионом, я сразу отпрыгнул назад. Животина попыталась ухватить меня, но не смогла дотянуться. Не понявший, что произошло, оборотень вскочил на четвереньки, зарычал и теперь уже попытался укусить меня. Но тут я просто и незатейливо ударил его по морде ногой.

Оборотень был выбит из колеи. Его обед оказался ему не по зубам, а я совсем по-детски крикнул:

– Я тебя не боюсь, понял?!

Забавно, но после этого мое спокойствие было восстановлено. Оборотень рычал и скалился, всем видом показывая, какой он грозный. А я просто шагнул вперед – и он попятился. Вот она, мощь магического мира: огромный сгусток ненависти и живой мощи оказался беспомощен в столкновении со мной.

Постояв еще пару минут и попилив друг друга глазами, оборотень решил ретироваться, а я с чувством выполненного долга отправился к своей группе, которая уже распивала чай в беседке. Весь момент моего триумфа испортила Дана: меня, победителя жестокого сражения, подняли и посадили к себе на колени.

– Ты чего творишь?!

– Награда победителю.

– Победителю нужен чай и стул!

Рассмеявшись, мне наконец-то выделили место. Окинув взглядом поляну и окружающие деревья, я вздохнул. Теперь уж точно нужно будет ехать в столицу. Книги Империи определенно стоят того, чтобы их почитать.

Агата до последнего не понимала, как можно уехать, не продав свое жилье. До нее пока не доходило, что ее жизнь кардинально изменится в лучшую сторону. Сколько сил стоило Рени убедить ее отдать все вещи, но он справился. Они взяли только самое памятное, что позволило нам отправиться в Окрид налегке.

***

Земли Эрама

Нокс давно мечтал о вылазке за стены. Его изводили бесконечные глупые приказы главы, который боялся собственной тени. Ох, как он был взбешен, когда узнал о той неудачной вылазке! Отправить всего десяток магов с тридцатью тысячами обычных людей – это не стратегия, это самоубийство.

Увидев вдали очередной костер, он ускорился. Там был настоящий враг, а не призраки, которыми его постоянно пугал командир.

Работая в разведке, Нокс получил доступ к данным и теперь знал: в том провале были виноваты главы домов. Они могли выставить пятьдесят магов по его самым скромным подсчетам, но выставили десяток – да еще и достаточно посредственных.

Преодолев овраг, он бесшумно взлетел на дерево. Внизу копошились шаманы и кучка тварей.

– И как, скажите мне, это может сдерживать нас? – прошептал он.

Лишь Гиперион на тот момент был реальной боевой единицей, способной сокрушать толпы противников. Маги земли, участвовавшие в походе, вообще не смогли возвести нормальные укрепления. Покопавшись в документах, Нокс и вовсе пришел к выводу, что срыв поставок – это больше вина бюрократии, чем гоблинов.

Тень скользнула по земле – и Нокс материализовался позади шамана, словно возникнув из самого мрака. Его движение было стремительным и беззвучным. Пальцы, обтянутые плотной пеленой маны, пронзили спину зеленокожего и вышли наружу, сжимая в кулаке еще пульсирующее сердце. Шаман не успел даже вдохнуть. Нокс поднял бездыханное тело, окидывая застывшую толпу гоблинов взглядом, полным холодного презрения.

– Ну что, зеленые?

Его голос прозвучал тихо, но каждое слово отдавалось в наступившей тишине.

– Время платить по счетам.

Вскоре стойбище огласилось отчаянными криками. Расправившись со всеми, он вернулся к первому убитому.

– И что же такого особенного было в этой палке, зеленый?

Подняв посох, он с любопытством осмотрел его. Странно... Ножи, дубины – и вдруг посох с кристаллом.

– Доложить... или нет?

***

Пещеры за порталом

Прибывших магов света и камня сразу же отправили к порталу, чтобы извлечь оттуда всё, что можно было изучить. Им подробно рассказали, с чем они могут столкнуться по пути.

Гай был приятно удивлен, когда ему выделили боевое звено для сопровождения его и Сайласа. Конечно, маг земли был недоволен, что его используют как вьючную лошадь, но перечить не стал.

Гиперион был уважаемой и известной фигурой в столице. Хотя он и не смог закрепиться на новой земле, именно он привел людей обратно, несмотря на Волну. Повторить подобное другие бы не смогли и, скорее всего, сгинули бы в подобном походе.

Да и когда они познакомились с Леонардом и Оскаром, то были приятно удивлены боеспособности и слаженности группы. Аристократы, которых они видели раньше, были способны разве что поднять бокал вина. Эти же не боялись стоять в первых рядах и прикрывать самые тяжелые направления.

Он слышал о броне Помпео, но также видел, как эти двое используют её для прикрытия своих людей. И когда на привале они устроили небольшой концерт, Гай понял: вот так должны выглядеть аристократы. Опора в самый тёмный час. Надёжные, как сталь, люди.

***

– Оскар, ты мне доверяешь?

– Глупый вопрос, друг мой.

– Мы должны пойти с этими двумя.

– Мы и так охраняем юную магессу. Зачем нам рисковать?

Увидев осуждающий взгляд друга, он поморщился. Опять он чего-то не знает.

– Эти маги прибыли из столицы. Они здесь никого не знают.

– Иииии?

– Будущие защитники, Оскар! Черт тебя дери, ты хочешь свой особняк?

– Конечно, хочу, но...

– Вот сейчас! Мы! Его! Заработаем!

– Но ведь это просто поход за какими-то железками...

Поймав очередной осуждающий взгляд, он понял, что упустил что-то важное.

– Я поговорил с Леонидом и узнал маршрут. Кроме того, там была настоящая бойня с какими-то другими големами. Понимаешь?

Глава 26

Для Рени и Агаты приезд в Окрид стал одновременно радостным и пугающим событием. С одной стороны, они во все глаза разглядывали двухэтажные домики и замки вдалеке, ровные дороги и хорошо одетых горожан. С другой – чувствовали себя неуютно из-за своего простого происхождения. Пару раз мне даже пришлось напоминать другу, что он теперь маг, и его жизнь круто меняется.

Дана была в восторге от произведенного эффекта. Похоже, мое нестандартное поведение так ее впечатлило, что теперь она наслаждалась реакцией Рени на всё подряд. Хотя особых усилий и не требовалось – парнишка и так ходил с открытым ртом.

В замке Помпео нас встретили радушно. Я сам притащил манекен с доспехом в зал. Помпео принял нас довольно быстро, и, когда я внес доспех, я пристально посмотрел на него. Честно говоря, эта куча металлолома доставила мне целый ворох проблем, но, увидев дергающийся глаз Антонио, я понял – оно того стоило.

– У меня возврат, – сказал я, улыбаясь во все тридцать два зуба.

Помпео привстал с кресла и, не обращая на меня внимания, подошел к доспеху. Проведя рукой по броне, он извлек несколько мелких осколков. И только потом посмотрел на меня.

– Как?.. Как ты умудрился сломать мой лучший сплав? И как ты вообще выжил?

Я улыбнулся еще шире и активировал свой барьер. Выражение лица Антонио снова сменилось, но на этот раз он добродушно ухмыльнулся.

– Похоже, нас жд…

Дверь с треском распахнулась, и в комнату ворвалась Эмилия. Жена Помпео подхватила меня на руки и, не глядя на мужа, выпалила:

– Это ведь он, да? Та самая картина? Он?

Антонио посмотрел на супругу с укором, но тут с ужасом заметил, как ее взгляд упал на мой изодранный в клочья доспех. Она посмотрела то на меня, то на доспех, то снова на меня. Потом прижала к себе и зашипела на мужа:

– Ты говорил: «Ему ничего не угрожает!»

Она с пародией на его интонацию выдала:

– «Дорогая, это же мое лучшее творение! Ни один гоблин его и пальцем не тронет!»

И тут он нанес сокрушительный удар:

– Дорогая, в общем... ты была права. Мне стоило к тебе прислушаться.

Я почувствовал, как у нее перехватило дыхание. Похоже, такая капитуляция стала для нее полной неожиданностью.

– Надо было сразу представить его нашей внучке!

Плохой знак! Очень плохой знак! Я попытался вырваться, но стальная хватка магессы была беспощадна и не оставляла ни шанса.

– Представляешь, парень пробудился! – воскликнул Антонио.

Скотина! Он просто переводил весь огонь на меня! Магесса взвизгнула от восторга, на лету чмокнула мужа в щеку и побежала прочь, не выпуская меня из объятий.

***

Антонио выдохнул. Конфликтовать с женой в кабинете, где хранились все самые ценные документы, он не любил. Но так удачно уйти от проблемы удавалось редко. Обратив внимание на остолбеневших от происходящего гостей, он сделал глубокий вдох и, как радушный хозяин, принялся устраивать их в замке.

– Не переживайте за Люция. С моей женой и внучкой ему ничего не угрожает.

Дана оправилась первой и сделала изящный реверанс.

– Мы и не думали, ваша светлость. У меня с собой послание от Гипериона. Также позвольте представить вам Рени и его мать Агату. Рени открыл в себе дар воды и решил поступать в магическую школу вместе с Люцием.

Осмотрев представленных ему людей новым, оценивающим взглядом, он улыбнулся.

– А сколько тебе лет?

Рени вышел вперед и с детской непосредственностью ответил:

– Мне двенадцать.

Рядом с ним появился водяной олененок. Удивление Помпео быстро сменилось расчетливой оценкой.

– Тогда у меня будет к тебе и Люцию небольшая просьба.

Рени, недоверчиво окинув взглядом продавца доспехов, решил уточнить:

– Какая просьба?

– В этом году моя внучка тоже поступает в школу. Одно из правил – четырнадцатилетний возраст. Когда вы поступите, я хочу, чтобы вы присмотрели за ней.

Поскольку он теперь маг, Рени кивнул. Что значит присмотреть за одной девочкой? Не проблема.

– Мы присмотрим. Но моему другу понадобятся доспехи покрепче.

Тут уж Дана не выдержала и заливисто рассмеялась.

– Рени, учитывая его магию, доспехи ему теперь вообще не понадобятся.

Рени задумался. А ведь и правда, у Люция так лихо получилось биться с оборотнем. Сам Рени не был бы так уверен в победе над тем хищником.

– А что попросить? Меч у него остался, я сам видел.

Дана присела на корточки, чтобы оказаться с ним на одном уровне.

– Можно попросить услугу на будущее.

Антонио кивнул и добродушно улыбнулся, но внутри у него бушевала буря эмоций. Он так долго ломал голову, как защитить внучку от нападок столичных кланов, а тут к нему пришли сразу два юных мага, которые будут с ней знакомы.

В первый год точно ничего не случится – там все только обретают грани. На второй год могут начаться проблемы, но для девочки это даже полезно. А вот третий год – время настоящих разборок, и тут-то они и пригодятся. За эти пару лет парни ни в чем не будут уступать третьему классу.

***

Пробегая лестницы и коридоры, я понял: мы поднимаемся наверх. Когда мы ворвались в огромный зал, увешанный гобеленами, Эмилия остановилась и поставила меня на пол. В центре зала тренировалась девочка чуть старше меня. Хлопок в ладоши разрушил ее концентрацию, и металлический шар упал, оставив на полу черную отметину.

– Бабушка!

– Никаких «бабушка»! У тебя гости!

На меня бросили оценивающий взгляд, и я вспомнил, что одет в крепкую, но далеко не презентабельную одежду. Поблагодарив судьбу за это стечение обстоятельств, я выпрямился и представился.

– Я помню ваше имя. Благодарю за шкуру, которую вы мне прислали.

Чего? Какую шкуру? Я ее твоему деду отправлял! К счастью, в ее голосе не было ни капли заинтересованности.

– Бабушка, я сейчас занята. Может, встретимся попозже?

– Тебе скоро отправляться в школу. Не стоит ли уделить время налаживанию связей?

Лирин картинно запустила шарик в воздух, и он раскалился докрасна.

– Такие встречи мне ничем не помогут.

Ах ты, мелкая девчонка... На моем лице застыла дружелюбная улыбка, а способность активировалась без свечения. Я сделал пару шагов вперед, схватил шар и раздавил его. Мелкая крошка посыпалась на пол.

– Стоит прислушиваться к старшим.

Развернувшись, я пошел назад.

– Ваша светлость, Эмилия, я привез несколько картин. Хотите их увидеть?

Понты, скажете вы. Понты, сознаюсь я. Лирин так и не пошла за нами, а я корил себя за выпендреж. Ну что стоило тихо раскланяться и свалить в закат? Нет, надо было козырнуть: «Смотрите, какой сильный маг в двенадцать лет заявился! Ух!». Хотя Рени тоже двенадцать – значит, это скорее норма, чем что-то особенное.

Продажа картин принесла мне целых сорок золотых. Это были сцены сражения за Эрам, но Эмилии было все равно. Она заявила, что всем полотнам найдется применение.

Далее мой путь лежал в гильдию торговцев. Мне выделили сопровождение, и Рени тоже отправился со мной. Найдя контракты гвардейцев, я принялся узнавать, где можно найти их семьи.

– Ваше благородие, я настоятельно не рекомендую вам туда соваться.

– Люди там живут?

– Да, но там опасно. Лучше возьмите стражу.

– Так и поступлю. Спасибо.

Договориться с главой стражи было делом пяти минут: когда ты рассекаешь на карете Помпео, с тобой предпочитают не спорить. И вот мы с десятком городских стражников начали искать тех, кому полагалась выплата за погибших. Я не сразу обратил внимание, но к стражникам подошел хорошо одетый мужчина и начал расспрашивать.

– Добрый день. А вы кто?

– Добрый день, ваше благородие. Я представитель семьи Либион. Хотел поинтересоваться, зачем вы ищете этих людей?

– Моя гвардия понесла потери. Я хочу выплатить компенсацию их родственникам.

– Понимаю, ваше благородие. Давайте я передам им нужную сумму, не утруждайте себя.

– Не стоит. Но я буду благодарен, если вы укажете, где я могу их найти.

Мужчина даже не пытался скрыть своего недовольства.

– Ваше благородие, вам там нечего делать!

– Где и что мне делать – решу я сам. Идем, у нас большой список.

– Стойте! Иначе вы оскорбите род Либион!

Опешив от такой наглости, я резко развернулся.

– Эй, убогий! Ты видел, чья карета там стоит? Твой род Либион, что, бессмертные что ли?

Мужчина перевел взгляд на карету и побледнел.

– Но... благородные туда не ходят!

Ситуация начала вызывать у меня тревогу. Развернувшись и направляясь к баракам, я не мог понять, что не так. Потом, присмотревшись к людям, осознал: они были худы, как щепки. Я начал громко зачитывать имена тех, кого искал. Ко мне начали подходить люди. Стражники взяли меня в оцепление, чтобы никто не мог подойти слишком близко.

– Кто знает, где найти этих людей?

– Ваше благородие, я знаю пару. Они вон в том бараке.

Пройдя внутрь, я увидел удручающую картину: люди почти не реагировали на мое появление. Похоже, кто-то решил сэкономить на самых беззащитных. Сопровождающий от Помпео разразился целой серией команд, и уже через полчаса на месте было пять десятков стражников, оказывавших помощь.

С ужасом я узнал, что не смогу выплатить компенсацию восьми семьям. Больше было некому платить – они не дожили до этого момента. Вспомнив лица своих гвардейцев, я почувствовал, как меня обуяла ярость. Подойдя к представителю Либионов, я потребовал объяснений. Ответ был закономерен: взятки.

Пока мы бились с гоблинами, эти люди решили сэкономить на припасах. Еды для моих людей не хватило, и в итоге они умерли.

– И какая же семья придумала этот гениальный план?

– Вы уже видели их представителя.

– Либион, значит...

Тут мне вспомнился один из персонажей на той злополучной пирушке. «Тухлятиной воняет...» Он громил кабаки, потому что чуял тухлятину. Для него воняла не еда – вонял статус. Теперь все стало на свои места.

– Что ж, за каждого умершего я с них спрошу. Поедем к Либионам и спросим, как так вышло.

– Ваше благородие, за это положен лишь штраф, не более.

– И какой же?

– Десять медных монет за человека.

После этих слов мое терпение лопнуло. Я понял, что сегодня буду вымещать свой гнев. Повернувшись к Рени, я велел ему возвращаться.

– Рени, тут умерли родственники моих гвардейцев. Я пойду требовать ответа с семьи Либион. Скорее всего, это закончится кровью. Возвращайся в замок.

– Я пойду с тобой! Я не трус!

– Я и не говорю, что ты трус. Но сейчас – не время.

Рени, недовольный, уехал в карете, а я в сопровождении представителя направился к резиденции рода.

Она напоминала поместье Церберов, но была кричащим новоделом, щедро украшенным позолотой. Гвардия была облачена в красивые, но совершенно непрактичные доспехи. Когда мы сообщили о цели визита, к нам даже не вышел глава семьи – нам просто передали мешочек с парой серебряных монет.

– Где ваш глава?

– Глава занят важными делами.

– Я спросил: где он?

Дворецкий окинул меня взглядом и, посмотрев на мой запыленный знак рода, презрительно бросил:

– Проваливай отсюда, иначе твой род пожалеет.

Я улыбнулся недоброй улыбкой, ударил его ногой по колену, чтобы его лицо оказалось на моем уровне и обнажив меч, повторил вопрос:

– Где глава?

– Он у себя.

– Ваше благородие, мы уже получили компенсацию!

Горожане подходили ближе, с интересом наблюдая за представлением. Я с презрением посмотрел на представителя Помпео и продолжил путь. Гвардейцы преградили мне дорогу, обнажив оружие.

– Я – Люций Цербер, и я пришел спросить за жизни родственников моих гвардейцев! Кто встанет у меня на пути – пожалеет.

Гвардейцы лишь усмехнулись и попытались схватить меня. А я изо всех сил сдерживался, чтобы не перебить этих идиотов. В фильмах всегда бьют по шее – и противник отключается. Но если я не буду контролировать силу, то могу просто порвать человека вместе с броней. В итоге я так никого и не вырубил, но получил доступ ко входу.

Передо мной была массивная дверь, обитая железом. Улыбнувшись, я вынес ее вместе с петлями, на которых она держалась, и присвистнул. Неплохо они устроились! Зал пестрил дорогими безделушками и роскошной мебелью. Увидев такого эксцентричного гостя, прислуга бросилась врассыпную, а я просто взревел (жаль, голос еще не мог достойно рыкнуть):

– Либион!

Ко мне вышел пожилой, но все еще крепко сложенный мужчина.

– Кто посмел?!

– Это ты мне скажешь! Как ты посмел погубить моих людей?!

– Я уже заплатил за это.

Я окинул взглядом зал, заметил очень дорогой на вид диван и решил им воспользоваться. Пройдя в грязной обуви по ковру, я уселся.

– Ты заплатил городу. Теперь будешь решать вопрос со мной.

– Гвардия! Вышвырните этого щенка!

– Они пока не могут. Видишь ли, я их немного побил.

В комнату с мечами наготове вышли еще двое мужчин. Уловив фамильное сходство, я понял – это его сыновья.

– Сейчас мы решим, как вы будете расплачиваться. Или я могу придумать сам, но вам это не понравится.

Глава сорвал со стены меч и начал приближаться.

– На улице лежат десять ваших гвардейцев. Неужели вы думаете, что сильнее их?

Он остановился и взглянул на улицу, где его гвардейцы все еще пытались прийти в себя.

– Кто ты?

– Люций Цербер, к вашим услугам. В этом доме, я смотрю, чай не подают?

Он залился громким, издевательским смехом.

– Ко мне заявился безродный щенок и что-то требует! Ты там с гоблинами совсем с ума сошел!

– Безродный? – скептически приподнял я бровь.

– Пару недель назад тебя уже лишили дворянства! Стража бросит тебя в тюрьму за нападение на аристократа!

Тут уж рассмеялся я.

– Я – гость Помпео, а вон там стоит его официальный посланник. «Простолюдин», говоришь? Это даже интересно. Но все это потом. Сейчас у нас с тобой проблема: ты причастен к смерти родственников моих гвардейцев. Решай, как будешь возмещать.