Текст книги "Дикий волк. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Арст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Печати, сковывавшие его дар, были сорваны. Он поднял руку и откинул седые пряди волос. На глазах у всех его тело стало меняться – и вот перед ними стоял молодой парень лет двадцати, не старше. Его кроваво-красные волосы были уложены в излюбленную причёску.

– Вы, Урбены, так ничего и не поняли, как я погляжу. «Удар человечеству»? Ха! Если бы вы делали то, что должны, это самое человечество давно вырезало бы всю зелёную погань. Скажи честно – это старик тебя заставил?

Рональд устремил злобный взгляд на бывшего пленника.

– Можешь не отвечать. Я так и думал. Знаешь, я теперь понимаю все его громкие речи перед учениками. Жить и знать, что все твои ученики рано или поздно вынуждены подчиняться бездарностям вроде вас. «Защитник Эрама»? Что ж, слушайте сюда, выкормыши рода Урбен: хоть одна тварь появится в моём городе – убью, не задумываясь.

– Мальчишка, не дерзи мне! Я теб...

Тело Рональда Урбена рванулось вперёд, но его шея оказалась в холодной хватке. За спиной Радана возникли кровавые фигуры – на их лицах застыли боль и отчаяние. Затем все они уставились на Рональда, потянулись к нему руками, и их лица исказились гневом.

Поднялась паника. Люди бросились к выходу, образовалась давка. Кто-то упал, но по счастливой случайности сумел отползти в сторону, избежав участи быть затоптанным.

– Не забывайся, Рональд. Может, ты и победил тогда, но знай – у меня было много времени, чтобы обдумать наш бой. А ты... ха-ха-ха... Не буду повторяться. Выход найду сам.

Проходя мимо парня, которого чуть не затоптали, он остановился.

– Эх, Джек... Знаешь, ты идиот. Но добрый идиот. Потому открою тебе тайну: Мари пользуется тобой, но спит с конюхом.

Рассмеявшись, Радан поправил рубашку Джека и вышел из замка.

У ворот стояла карета, в которую он и запрыгнул.

– Ох, и я даже не знаю, как к вам обращаться – председатель или, может быть, ректор?

– Главное – не «стариком», мой неблагодарный ученик.

– Ректор, вы ведь старше нашей школы?

– Вообще-то нет. Согласно записям, она старше меня на семьдесят лет.

– Но тогда она не была магической!

– Про Эрам ты уже знаешь. Наши маги нашли там след противника. Я хочу знать о нём как можно больше. И ещё: главным будет Гиперион. Это его город.

– Ладно. Всё будет, ректор. Когда мне отправляться?

– Вчера.

Молодой парень улыбнулся и распался на туман, устремившийся в сторону Эрама.

– Эх, молодость... Проклятый показушник.

Из кареты вылетел сгусток пламени и направился к своей башне.

Глава 23

На третий день мы снова выступили. Гиперион наткнулся на несколько организованных групп гоблинов, что и определило наш маршрут. За эти дни многие солдаты начали нервничать из-за отсутствия дневного света. Трудно представить, как бы мы справились, не обладай Майя способностью освещать путь – факелы в таких пещерах бесполезны.

Гоблины продолжали наседать, но магов среди них больше не встречалось. Наша скорость существенно снизилась, а самое обидное – приходилось уничтожать их здесь и сейчас. Не перебьём здесь – придётся сражаться на обратном пути.

Стиснув зубы, мы шли вперёд. Даже мне пару раз пришлось обнажить меч. Вспоминая первое столкновение с тем гоблином, я усмехнулся: я ведь видел его, просто не среагировал вовремя. Жизнь ценна, и всё такое... Быстро же из меня вышла эта любовь ко всему живому.

С противоположной стороны пещеры вновь раздались громкие выстрелы, на которые ответили хищные молнии Варина. Мы уже выяснили, что старшим магам такие снаряды не страшны. Если Дане пришлось адаптировать экзоскелет и следить, чтобы корпус не отрывало от пола, то трое других могли просто игнорировать обстрел.

Пайрос буквально поглощал снаряды – уникальное свойство, которое невозможно воспроизвести в доспехах. Но сам маг оставался совершенно неуязвим для подобного типа атак. Гиперион и Бартолд утверждали, что уже сталкивались с подобным – правда, то были быстрые монстры. Удары, которые они наносили, оказались очень похожи, потому маги давно научились противодействовать им. Когда пала Империя, экосистема этого мира быстро отвоевала свои позиции.

Гоблины могли противопоставить нам лишь численность и корявую магию, в то время как местная фауна буквально вела геноцид зелёнокожих. Те же волки из Агатоновского леса регулярно сокращали их популяцию.

А после рассказа о ликантропе мне ясно дали понять, что встретил я ещё волчонка. Взрослые особи обладают интеллектом, не уступающим человеческому, а их контроль над плотью схож с умениями Гипериона. В общем, плохо, что мы встретились, но могло быть и хуже.

– Смотрите, там опять какой-то зал!

Небольшое свечение впереди, нас ожидало просторное помещение. Войдя внутрь, я огляделся. Дана сразу же собрала своих големов в огромного «Первого».

Посреди зала была освещена небольшая территория. Я сразу заметил технологичный вид конструкции и хотел предупредить остальных, как вдруг раздалось оповещение на незнакомом языке.

Майя, как всегда, запустила светляка под потолок – и тут началась стрельба. Гвардейцев передо мной смело, как кукол. Дана начала возводить каменные стены. Увидев, как Леонид пытается построить оставшихся, я закричал:

– Все к стене!!

Схватив Леонида, я потащил его за собой. К счастью, он не спорил и повёл людей к укрытию. Оглядевшись, я увидел бесчувственные тела гвардейцев – среди них лежал Гаррет, который так завидовал Леониду, что вёл отряд, пока тот валялся с переломами.

Тут раздался крик Варина – ему, как и Гильберту, оторвало руку. Гвардейцы на четвереньках, стараясь не привлекать внимания, забросили его на щит и потащили к нам. У нас были все инструменты, чтобы помочь, и мои люди сразу приступили к работе.

Краем глаза я заметил Эреба, тащившего к стене уже мёртвого гвардейца. Похоже, он думал, что тот ещё жив. Первый шок прошёл, и его сменила ярость.

Выглянув из-за укрытия, я увидел разворачивающийся бой: старшие маги буквально разрывали роботов на части. На поле боя стояло несколько стен, возведённых Даной. Мы с гвардейцами начали смещаться ближе, чтобы помочь в случае необходимости.

Рядом с соседним укрытием заметил Эреба с бойцами – он был бледен, но держался. Думаю, я выгляжу не лучше.

Раздались тяжёлые взрывы. Роботы отчаянно сопротивлялись – Бартолд вынужден был поднимать обломки поверженных противников и использовать их как щит для атаки.

Тут рядом разорвался снаряд, и я увидел, как тела двух магов превратились в кровавое месиво. Гвардеец рванулся к ним, но его вовремя удержали. Там уже не помочь, а рисковать напрасно не стоит.

И в этот момент моё сердце пропустило удар.

«Первый» стоял посреди боя и рассматривал свои руки – проклятие, Дану, похоже, контузило! Я сорвался с места и, подбежав, начал стучать по корпусу. Она должна была понять, что это я, и отреагировать. Но вместо этого голем развернулся ко мне и... вынул Дану из кабины. Та была вся в крови и без сознания.

Не понимая, что происходит, я закричал, чтобы он шёл в атаку – такая команда у него была заложена. Посмотрев на меня и на противника, машина действительно двинулась в бой. Я пытался оттащить Дану, когда увидел, что на меня наведены два хищных ствола.

Понимая, что это конец, я встал так, чтобы прикрыть собой Дану. Услышав, как рвётся моя броня, я подумал: «Вот это выверт сознания...» Потом почувствовал, как треснул шлем, и... стал лучше видеть происходящее. По мне всё так же стреляли, но я твёрдо стоял на ногах. Моё тело покрывала энергетическая пелена – точь-в-точь как у Рени.

Тут к роботам подбежал Филипп и начал наносить удары. Одна машина рухнула, но вторая взорвалась, и его отбросило в нашу сторону. Видя, что его костюм лишился конечностей, я схватил его и Дану и потащил в укрытие.

В укрытии я обнаружил, что мои гвардейцы тоже пострадали – они пытались перевязать Леонида. Количество роботов подходило к концу, но когда Гиперион приблизился к постройкам, вокруг здания развернулся энергетический купол. Наружу выдвинулась установка, всем видом показывая, что сейчас сотрёт всё сущее. Гиперион и Бартолд колотили по щиту изо всех сил.

Первый выстрел испарил голову и часть позвоночника Гипериона. Остатки массивного тела рухнули на землю с отвратительным хлюпающим звуком. В этот момент в купол на полном ходу врезался «Первый». Щит ощутимо мигнул. Следующим выстрелом установка поразила голема, но снесла ему лишь левую руку.

«Первый» выхватил монструозный меч и нанёс новый удар. Щит не выдержал и погас. Набирая скорость, голем прыгнул и вертикальным ударом уничтожил установку. Раздался оглушительный взрыв.

***

СИСТЕМНЫЙ ЖУРНАЛ:

Вы находитесь на частной территории. Назовите себя.

Зафиксированы энергетические возмущения..

Зафиксированы агрессивные действия.

Поиск противника по базе данных...

Совпадений нет.

Активация охранного протокола.

Уничтожение противника.

Уничтожены неэнергетические структуры: 31 объект.

Уничтожены энергетические структуры: 2 объекта.

Защитные дроны уничтожены на 67%.

Запуск защитного купола.

Запуск турели «Луч».

Купол прорван.

Турель уничтожена.

Связь с базой потеряна.

***

Открыв глаза, я увидел незнакомый потолок. Осмотревшись, заметил Дану – вся в бинтах, но дышала. Окинув себя взглядом, обнаружил на себе разорванную броню Помпео. «Сдам по гарантии. И скажу, что больше такое барахло не надену.»

Сняв шлем и смахнув слёзы, я осушил свою фляжку. Я отчётливо помнил, как погибли все мои гвардейцы – да и не только мои. «Лучшие воины – это крестьяне», – вспомнил я поговорку папаши.

– И кто после всего этого вернётся в деревню? Кретин!

Огляделся – Дана лежала так же неподвижно. Сняв снаряжение, я попытался воспроизвести то чувство защиты. Частицы вновь покрыли моё тело – не показалось, значит. Выйдя из комнаты, я наткнулся на спящего гвардейца. Не стал его будить и двинулся дальше. Раз я жив, значит, в этой схватке мы победили. А раз мы внутри этого здания – значит, ещё и что-то захватили.

Услышав голоса, я нашёл Леонида – тот, перешучиваясь, пил с уцелевшим гвардейцем. Не говоря ни слова, я подошёл и присел за их столик.

– Сколько?

– Семнадцать.

– У Эреба?

– Тринадцать.

– У нас есть данные, откуда парни пришли? Где живут их близкие?

– Да, в контракте всё прописано.

Я окинул взглядом отсутствующую конечность Леонида.

– Руку мы тебе вернём. Не солидно капитану гвардии без руки.

– Ваше благородие, может, возьмёте меня камердинером или дворецким?

Вспомнив уроки Доминика и Грозу, я улыбнулся.

– Можно и дворецким. Тут комнаты свободные остались?

– Нет, ваше благородие.

– Ты мне тут не «благородькай». Отныне и впредь – только по имени. Это касается и тебя. Там наш гвардеец в коридоре уснул – плащ бы ему.

Пройдя дальше, я увидел Гипериона с Пайросом, старательно изучавших пульт управления станцией. Думаю...

– О, Цербер! Ты-то мне и нужен. Понимаешь, что тут к чему?

– Так ты же...

– Да, та штука меня знатно потрепала. Но пока от меня остался хоть кусочек – я могу вернуться.

– В таком случае я бы ничего не трогал. Может, тут есть какие-то книги или что-то подобное?

– Мы не нашли.

– Много погибших магов?

– Двое молодых – Майя и Рауль. Твои – Варина и Филиппа – вовремя замотали.

Тут к нам ввалился Филипп – его правая рука и нога были из кристаллов.

– А ты это... как?

– Грань открылась. Меня теперь и вовсе не убить.

Он посмотрел на свою антрацитовую руку и горько улыбнулся.

– Но к лекарю я всё же похожу. Не готов пока в доспех превращаться.

– А раны?

– Обезболивающее. Правда, через пару дней буду выть белугой, и мне не будет стыдно.

Выйдя со станции, я увидел гвардейцев и Эреба, сидевшего перед ними.

– О чём задумался?

– Ты знаешь, Цербер, многих я знал с малых лет. А они теперь... вот.

– Для мёртвых уже ничего не сделаешь. Но присмотреть за их близкими мы можем.

Эреб кивнул. Я передал ему флягу с вином – гвардейцы несли это добро с собой, а теперь его некому пить.

– Бурда.

– Бурда, – подтвердил я.

Он ещё раз приложился к фляге. К нам подошёл Бартолд.

– Хватит убиваться. Им всё равно, а мы ещё на территории врага.

– Где Первый?

– Считай, он теперь везде. Взрыв был такой, что разметал его на части. Теперь можно с уверенностью говорить – голем был легендарным.

Я покивал головой. Картина того, как он пробивался мечом к установке, ярко отпечаталась в памяти.

– Кстати, поздравляю с пробуждением. Мир у нас так себе, но без таких, как мы, наступит полная жопа.

Улыбнувшись простой шутке, я поднялся и подошёл к стене. Знак нашего дома – порезы на полотне – и я, кажется, понял почему. Включив броню, я попробовал ударить, как медведь лапой, и получил закономерный результат.

– Всегда не мог понять, почему наш знак такой. А теперь это так очевидно.

Через пару дней все более-менее пришли в норму. На станцию было пару нападений гоблинов, но Бартолд и Пайрос не подпустил их близко. А когда пришла в себя Дана, соорудила простенький каменный купол для защиты.

Мы похоронили павших, и Дана постаралась создать скульптуры всех, кто остался здесь навсегда.

После похорон

– Что помнишь про бой?

– Практически ничего. Как только всё началось, меня будто молотками отбили. До сих пор всё болит.

– А Первый бился как герой.

– И бросил меня тут одну?

– Ну, вообще-то он отдал израненную тебя мне и отправился карать обидчиков.

– Это как? Я ему таких команд не давала!

– Ну, как есть. Если ты в порядке – создавай какую-нибудь «кракозябру», и поехали отсюда.

– Эксплуататор! Вообще-то я ранена!

– На руках тебя понести?

– Лет через двадцать, может быть.

Закатив глаза, я отправился к пульту управления. Гиперион за прошедшее время так ничего и не нашёл, а меня радовало, что тут нет системы самоуничтожения. Пайрос остановил все возможные действия этой станции, механизмы замерли, потеряв важные элементы для работы. Мы научились переключать виды с камер, но без карты вообще не было понятно, что и где происходит. Тут было множество механизмов, но ни одной вещи, которая хоть как-то приблизила бы нас к разгадке о противнике.

На следующий день Дана создала многоножку, способную увезти всех нас. Мы двигались в темноте – не осталось никого, кто мог бы освещать путь. Я размышлял о том, что могли бы сделать гвардейцы, и приходил к неутешительному выводу: ничего. Даже не все маги оказались полезны в такой переделке – простым людям в подобных разборках не место.

Вспомнив свою разорванную в клочья броню, я поморщился. Полтора золотых, улучшена Филиппом... И что в итоге? В итоге мы оказались не готовы к подобной войне. А враг, можно сказать, даже не вышел на бой. И почему мне интересно... Хотя нет, не хочу знать.

А ведь ещё предстоит зачищать гоблинов, а нас теперь – полтора землекопа. Приближаясь к порталу, Дана особо не церемонилась с нашим комфортом. Гвардейцы несли Филиппа, который, в соответствии со своими обещаниями, орал белугой. Но никто не сказал ему ни слова – на своих протезах он прыгал два дня, пытаясь быть полезным.

Когда мы добрались до лагеря армии Орфена, где, наконец, дали «белуге» снотворное, произошла ещё одна странная встреча.

– Гиперион, друг! Наконец-то я тебя увидел!

– Радан, дружище! Дай обниму!

Воздух между ними сгустился, будто перед грозой. Несмотря на дружелюбный тон, я видел, как мышцы Гипериона напряглись, а взгляд стал хищным. Он сделал шаг, другой – и словно сорвался с цепи.

Первый удар не предупредил свистом. Первобытная ярость обрушилась на «друга» со всей силой великана. Это было не просто ударом – это было вбивание в землю. Красноволосый парень буквально исчез, сметённый с поверхности, а на его месте осталась глубокая воронка, из которой взметнулся столб пыли. Но Гиперион отступил на шаг.

Из самой тени, отброшенной взрывом, вырвалась фигура. Фигура вырвалась из пролома, будто земля вышвырнула его обратно в виде сгустка энергии. Радан, в испачканной одежде, с оскалом дикого зверя. Он не ломил в лоб – бил точно: в сухожилия, в нервные узлы. Короткий хлёсткий удар по колену, сбивающий импульс; второй – под диафрагму, вышибающий воздух; третий – ребром ладони в ключицу. Гиперион, могучий и стремительный, отступил, тяжело дыша. По его лицу пробежала судорога боли.

Они сошлись снова, как два хищника. Гиперион пытался поразить противника могучими ударами, но Радан был словно вода – ускользал, пропускал удар и вкручивал свои, точные и болезненные. Щелчок по локтевому суставу. Рывок за запястье. Гиперион рявкнул от ярости, но в следующий миг его пальцы, уже изменившиеся, с когтями, впились в руку противника.

Казалось, всё кончено. Но вместо того чтобы вырываться, Радан использовал захват. Он резко шагнул вперёд, вжался в Гипериона, свободная рука обвилась вокруг его шеи, нога сцепила конечности. Удушающий приём, выверенный до миллиметра, заставил гиганта захрипеть.

И тогда Гиперион перестал сдерживать зверя внутри. Он не просто рванулся – он начал меняться. Боевая форма делала любые болевые приёмы бесполезными. Трёхметровый монстр со стальными мышцами уставился на «друга».

Радан, не раздумывая, оттолкнулся от вздыбившейся груди противника и отпрыгнул на пять метров. Он приземлился в лёгкой стойке, грудь вздымалась, но на лице играла ухмылка. Он смотрел на превращение не со страхом, а с оценкой знатока.

– Что, старина, правила забыл? – прокричал он, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Или думаешь, шерсть и клыки всегда решают?

Гиперион, теперь мохнатый гибрид человека и зверя, ответил лишь низким рычанием, от которого по коже побежали мурашки.

– Эх-эх, друг, ты снова проиграл!

Он вытянул руку и...

Глава 24

Радан удивлённо посмотрел на свою руку.

– Какого...

Мощный удар снова вбил его в землю. Гиперион принялся крушить место, где должен был находиться его «друг». Затем он вернулся в человеческую форму и закричал:

– Ублюдок! Почему ты ничего не сказал?!

Радан, одетый в лохмотья, начал выкарабкиваться из земли и поправил остатки рубашки, стараясь выглядеть презентабельно.

– А ты хотел, чтобы вместо одного идиота поймали двух?

– Какая разница?!

– Это было тридцать лет назад! Спиши на юношескую глупость. Старикашка отправил меня под твоё командование.

– Что нужно Председателю?

– Понять, кто наш враг. План-максимум – пара-тройка заложников. План-минимум – хоть какая-то информация о противнике.

– Минимум выполняем без проблем. Заложников мы не встречали.

Радан, оглядев нашу потрёпанную группу, уточнил:

– А это что за отряд задохликов?

– Мы вошли в портал. Нас... неожиданно потрепали.

– Похоже, меня ждёт увлекательный рассказ.

Мы наблюдали за этой потасовкой, лишь беспомощно хлопая глазами. Непонятно, кто этот человек, но, выдержав такой шквал ударов, он стоял как ни в чём не бывало. Чёрт, на нём даже следов крови не было! Впрочем, увидев развязку, я понял: это действительно союзник. Накосячивший, но союзник.

Расположившись в лагере, я отправился в шатёр искать данные о своих гвардейцах. Гвардейцы были безграмотны, потому вся информация хранилась в бумагах. Наёмники тоже не обрадовались смерти своего капитана. Действительно, я какой-то неудачливый: шаман, оборотень, теперь ещё эта техника...

Похоже, падение Империи – не случайность, а закономерность. Раз Гиперион пострадал от их оружия, почему не может существовать чего-то ещё более смертоносного? И оно точно есть. Маги пропали... Похоже, это была масштабная операция по ликвидации угрозы. А потом выпускали гоблинов на «зачищенные» территории. Ладно, надеюсь, в ближайшее время мы не столкнёмся с чем-то подобным.

На следующее утро я навестил Дану в лазарете – она сходила с ума от скуки. Выслушав тираду о том, какой «Первый» неблагодарный и как он её «бросил», я улыбнулся.

– «Первый» теперь действительно легенда. Может, «Второй» прослужит дольше?

Она посмотрела на меня, затем на дырявый край палатки.

– Ладно. Но «Второй» будет зелёным. И придётся проводить новые испытания.

– Зелёный, говоришь? – я улыбнулся самой дружелюбной улыбкой. – У меня есть идея. Но нужно научиться управлять теми турелями.

– А у нас получится?

– У нас есть Филипп. Что-нибудь да придумаем.

– Ладно. Только чтобы он снова от меня не сбежал.

Филипп оказался тут же и, в принципе, слышал наш разговор. Он делал вид, что спит, но, видя его дёргающийся глаз, я решил подыграть. В конце концов, именно он разобрался с теми машинами. А мне теперь предстояло понять, что оказалось в моих руках.

В лагере царило оживление – все готовились к штурму города. Многие теперь знали, что маги провели контратаку, и командование не спешило разубеждать солдат.

– Надеюсь, генерал Арин уже изучил тактику для эффективного уничтожения противника.

Что же делать теперь мне? Для армии у меня слишком мало войск, да и, честно говоря, не хотелось попадать в очередную переделку. С другой стороны, возвращаться было некуда. Можно было отправиться в Агатон, но там, наверное, уже всё уладилось.

Что ж, буду писать картину. В голове стояло столько ярких моментов, что так и просились на холст. Кивнув собственным мыслям, я направился обратно в свой пустующий лагерь.

***

– В каком смысле Гильберт ранен?!

Под давлением немыслимых обстоятельств Арин Афис был вынужден протрезветь. Гибель пары сынков аристократов – это ещё можно было пережить. Но ранение мага... Это ему Помпео точно не простит. Чёрт, да он самолично снесёт ему голову с плеч – для острастки остальным.

Заметавшись по узкой палатке, Арин лихорадочно соображал, что делать. Нужно было брать проклятый город. Точно, мальчишка передавал какие-то записи... – Стража! Чёрт вас подери, тысячников ко мне!

Стражник вошёл в палатку и тут же бросился выполнять приказ.

– Стоять, болван! Те, кто бился рядом с этим Цербером, – тоже сюда!

Стражник вновь ворвался внутрь, отдал поклон и выскочил обратно. Арин набросился на стол с документами, как бесстрашный рыцарь на врага. В ворохе бумаг он отыскал краткие выписки, составленные Гильбертом. Усевшись на пол, он стал вчитываться в строки, сорвал с гвоздя карту и разложил её перед собой. Расставив фигурки, он начал восстанавливать ход действий отрядов: когда они вступали в бой, когда отступали.

Картина начала проясняться. Вот почему они били их на марше... Вот почему разбивали отряды поодиночке... А эти аристократишки с шаманом... Они должны были отступить, значит... Так где же этот доклад?

– Да-да! Они должны были отступить! Вот оно что... Понятно.

В палатку вошли сотники и несколько аристократов, находившихся рядом с позициями Цербера. Они застали генерала сидящим на полу перед картой, уставленной фигурками и заваленной докладами. Арин окинул их горящим взглядом.

– Сюда! Оба!

Тысячники не понимали, что происходит, но подчинились и сели на пол к карте. Генерал начал растолковывать каждое действие, которое он вычитал в документах. Видя это безумное зрелище, аристократы попытались вмешаться:

– Ваша милость, давайте мы зайдём завтра... Видимо, у вас много...

Генерал взглянул на них так, что аристократ забыл, как дышать.

– Ты будешь стоять здесь и ждать, когда понадобишься. Иначе я с тебя шкуру спущу.

Аристократы побледнели и замерли, не смея мешать генералу разбирать тактику отряда. Через пару часов тысячники вышли с горящими глазами – тактика, позволяющая крушить орды гоблинов! Расплата за недели унижений.

Одно дело, когда это делает маг, парящий в воздухе. Совсем другое – когда то же самое может провернуть обычный человек, такой же, как ты.

Под взглядом генерала аристократы готовы были обняться от страха и звать на помощь. Да, в последнее время он сдал... Да, было недовольство... Но пока Помпео не снимет с него полномочия, трогать генерала никто не посмеет.

– Рассказывайте всё, что видели в отряде Цербера! Как они строились, как проходили бои, когда спали, когда ели! Я хочу знать всё – от и до!

Уже на следующий день армия заготавливала древесину, а большая часть отрядов училась зачищать здания. Сотники и десятники слушали инструктаж о том, как удерживать закреплённые за ними районы.

Сонная и потрёпанная армия поднималась с новым восходом солнца. Проработав прошлые поражения, генерал готовился взять реванш.

***

Орфен, Замок Совета

– Объявляю заседание Совета открытым. Первый вопрос, который я хочу поднять, – выделение защитников для Эрама. Насколько мне известно, до сих пор не был отправлен ни один маг. Давайте начнём с тебя, Найтхел.

– Председатель, все наши маги заняты патрулированием. В любой момент возможно нападение гоблинов – нам понадобятся все силы.

– Нет, не понадобятся. Твой самый результативный боец – Гай Люмен, по моим данным. Отправишь мальчика с почестями на защиту Эрама и даруешь ему право основать собственный дом.

Люк нахмурился. Гай и вправду был одним из самых перспективных бойцов. Хотя до мастеров дома ему ещё было далеко, его боевая мощь впечатляла. Однако, вспомнив, чем закончилось возражение верховного судьи, Люк решил отступить.

– Документы будут подготовлены сегодня, Председатель.

– Что скажет дом Пьер?

– Председатель, мой дом обеспечивает целостность города и крепостей. Если мы отдадим хотя бы одного мага земли, в городе начнутся проблемы.

– Франческа, а как давно ты лично участвовала в строительстве? Давно не получал от тебя подобных докладов. Зато имя Сайлоса Гревела часто мелькает в отчётах. Он хорошо потрудился за последние пять лет и достоин основать собственный дом в Эраме.

– Да, Председатель.

– Что скажет нам представитель разведки, Виктус Лейдж?

– Председатель, вы же знаете, что мои люди днями и ночами отслеживают всё в столице. Нам нельзя отзывать магов тени.

– Пожалуй, это не самое простое для меня решение, но всё же отправь туда Нокса. Судя по докладам, кражи магов осуществлялись тайно. Я хочу, чтобы в каждом городе была создана система, подобная столичной. Даруй право основать дом Ноксу и отправляй парня.

– Как прикажете.

– Элеонора Грем, потребуется маг воды.

– Можно отправить Кордела Брука. Он и за себя постоять может, и с водными артериями знает, что делать.

– Одобряю. Действительно достоин основать дом. Как насчёт дома огня Санчес? Есть кто-то, способный с тобой потягаться?

– Нет, но есть один годный парнишка. – Гарет Спарк, достойный маг огня. Думаю, лет через двести из него выйдет что-то путное.

– Да будет так. Даруй ему право основать дом и отправляй. Что скажет дом Вейгель?

– Председатель, Брайан Торн справится с поставленной задачей. Учитывая кандидатов, тоже достоин основать свой дом.

– Хорошо. Выбор одобряю. Френсис Дарк, думаю, ты понимаешь важность человека, которого нужно отправить?

– Да, понимаю. Есть один талант – Лисандр Вейн. Возможно, его понимание времени сможет обуздать магию порталов.

– Вот так бы сразу! Заигрались вы во власть, стайка засранцев. Враг впервые показал слабость, и мы должны этим воспользоваться.

На это заявление собравшиеся давно перестали реагировать. Ведь самому молодому в этой комнате было около двухсот лет.

***

Стоя рядом с Леонидом, мы наблюдали, как начинался новый виток противостояния с гоблинами. И произошло неожиданное: всё пошло... хорошо. Гоблины выбегали из ворот, но уже без прежнего остервенения. Когда первые волны были уничтожены, в город начала входить пехота – я вначале даже глазам не поверил.

Отряды шли за башенными щитами – кривыми, косыми, но всё же щитами. Выходит, генерал не только вино попивал, но и сумел проанализировать данные и подготовить армию. Бартолд и Гиперион тем временем выслеживали шаманов, а это означало, что наши солдаты встретят только рядовых гоблинов.

Я с изумлением смотрел, как армия без особых потерь занимает позиции в городе, как туда хлынули поставки древесины и провизии.

– Леонид, ты это тоже видишь?

– Да. И меня это радует.

Наблюдатели из армии Орфена вглядывались в происходящее, не в силах понять, как это возможно. Буквально в прошлый раз тактика была той же, но теперь армия Окрида действовала иначе – будто всё было давно продумано. Наблюдатели бросились с докладами об увиденном. Глядя на это оживление, я улыбнулся.

– Похоже, завтра мы увидим генерала Орфена собственной персоной.

Насладившись зрелищем, я отправился обратно. Деньги сами себя не заработают, а на семнадцать семей нужно очень и очень много.

***

Радан, сидя на крыше одного из замков, наблюдал за слаженной работой людей. «Ничего себе, – подумал он, – когда я только появился, тут было такое уныние. А теперь – вон, забегали, засуетились».

Заметив, как очередной шаман направился в сторону людей, Радан взял один камень из кучки, которую заблаговременно собрал. Бросив камень, он с удовлетворением наблюдал, как гоблин нелепо распластался на земле.

На самом деле шаманов осталось не так много – он приложил немало усилий, чтобы сократить поголовье противника. Сделав глоток вина, он создал из крови копию человека.

– Вот скажи, чего вам было нужно? Чего вы добились?

Фигура не могла ответить; она лишь беспомощно пыталась вырваться из кровавых оков.

– Интересно, окажись я здесь раньше, устоял бы этот город?

Заметив еще одного шамана, он снова взял камень, но на этот раз промахнулся.

– Жаль.

Гоблин остановился и уставился на крышу замка. Щелчок пальцев – и тот рухнул замертво.

– Ладно, пора заканчивать.

Чутье мага уловило еще тридцать особей. Радан спрыгнул с крыши и растворился в кровавой дымке. Шаманы умирали, даже не понимая, что происходит: в один миг они просто падали бездыханными.

***

Площадь перед главным замком Эрама, еще недавно представлявшая собой груду щебня и обгоревших балок, теперь кипела жизнью. Воздух, еще вчера пропитанный гарью и смертью, сегодня дрожал от гула радостных голосов, смеха и залихватских песен. Захват города был не просто военной победой; это было возвращение к жизни, пусть и на руинах.

Солдаты, еще утром сжимавшие в потных ладонях рукояти мечей, теперь сжимали кружки с плохо очищенным, но невероятно желанным вином и пивом, которое удалось раздобыть в развалинах склада.

Я стоял в стороне, прислонившись к уцелевшей стене, и наблюдал. Кто-то из солдат, раскрасневшийся и хмельной, рассказывал истории о том, как он смело шел в бой. Кружка в его руке словно меч разила противников, а остальные подбадривали рассказчика.

И, конечно, всеобщим центром внимания был он – Радан. Он не участвовал в общем веселье, а сидел на обломке колонны, с насмешливой ухмылкой наблюдая за происходящим. Но одного его присутствия было достаточно. Он стал живой легендой за одну ночь. Шепот «Кровавый дым» бежал по толпе, и каждый, кто проходил мимо, кивал ему с безмерным уважением, а то и страхом. Он был их необъяснимым, странным, но несомненным спасителем.

Вдруг гул стих. Вышел генерал Арин Афис. Он был чист, побрит, и в его осанке вновь появилась стальная выправка, сменившая недавнюю прострацию. Он поднял кружку.

– Солдаты и гвардейцы!