Текст книги "Война 1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Элайна поднялась и направилась к двери.

– Я не оскорблял, – растерялся Асмирилий, с ходу не сообразивший, как реагировать на это выступление. Леди сама придумала, сама обиделась.

– В мыслях, Асмирилий. Я же теперь страшный Тёмный Властелин, которому подвластны мысли всех людей. Вот сейчас вы в голове перебираете самые страшные ругательства, возможно, даже придумываете новые, ибо старых уже не хватает.

Асмирилий прикрыл глаза, но тут вспомнил всё, что сказала леди, и резко их открыл.

– Новая песня⁈ – Она даже вскочил с места. – Леди, давайте её сюда!

Он подскочил к ошарашенной такой реакцией девочке и буквально вырвал у неё из руки листы. Вернулся к себе в кресло и лихорадочно принялся читать.

Элайна, сразу не понявшая, что произошло, растерянно взглянула на свою пустую руку, потом посмотрела на Асмирилия, что уже устроился в кресле с отнятым и ни на что больше не обращал внимания.

– Нет, – пробормотала она, – а ещё говорят, что я чудовище. Это они поэтов не видели в тот момент, когда их муза стукнула.

Девочка вернулась на стул и с опаской стала посматривать на поэта, подумывая, не позвать ли охранника, поставив того между ней и поэтом. Потом решила, что раз новых песен у неё нет, то Асмирилий вряд ли повторит нападение. Так-то он обычно тихий и спокойный.

Но вот он закончил читать и поднял задумчивый взгляд.

– Необычно… Будет непросто… Но это вызов…

– Асмирилий. – Не дождавшись реакции, Элайна рявкнула: – Асмирилий!!!

Поэт вздрогнул и глянул на Элайну.

– Леди?

– Вы справитесь?

– Да! – без тени сомнений заявил он.

– Эту песню я хочу исполнить для брата и отца, потому она нужна мне к их приезду. Понимаете?

– О… – поэт задумался. – Так быстро… Хм… Справлюсь, – резко кивнул он. – Не будь я великим Асмирилием.

– Я плохо влияю на людей, – пробормотала Элайна, глядя на возбуждённого поэта. – И ещё… Самое главное. Асмирилий, эту песню я хочу исполнить для своих родных. После этого можете делать с ней что хотите, можете продать бардам. Но первое исполнение моё и только моё! Это ясно? – Элайна смотрела серьёзно и требовательно.

Асмирилий под этим взглядом поёжился даже. Леди редко когда была серьёзной в его присутствии, но когда бывала… Он очень быстро вспоминал, что леди, это не какая-то девчонка, с которой запросто можно позубоскалить, пообсуждать поэзию, поспорить о направлениях литературы, а маркиза, обладающая очень большой властью и влиянием. И сейчас на него смотрела именно маркиза. Холодно, оценивающе… И предупреждающе.

– Конечно, ваша светлость, – сглотнул Асмирилий. Обратиться сейчас как-то иначе у него просто не хватило бы духа.

– Надеюсь на это, – чуть склонила она голову. – Если эта песня распространится раньше, чем я её исполню… я знаю, с кого спрашивать. Баронесса Тангорс вам не поможет.

Элайне не очень нравилось запугивать Асмирилия, но она уже успела его изучить. Увлёкшись, он мог свои новые стихи читать в коридорах прямо слугам, которые там прибираются. Мог не удержаться и эту песню всем вокруг продекларировать, особенно если будет доволен результатом. Тогда он всех вокруг мог пожелать осчастливить своими гениальными виршами.

– Я… Я понял, ваша светлость. Как только закончу, представлю результат только вам.

Элайна кивнула и поднялась.

– Рассчитываю на вашу гениальность, Асмирилий.

– Даже не сомневайтесь, леди, – поэт уже пришёл в себя. – Сделаю всё в лучшем виде.

Девочка вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь.

* * *

Аргот с подозрением рассматривал бумагу, что держал в руке. Это был приказ. Полноценный, с подписью и печатью, заверенный временно исполняющим обязанности главы герцогства Элайной… Великолепной. Аргот мысленно простонал. Да когда ж она наиграется? И самое печальное, опять им прилетело. Хотя… А на что он, собственно, жалуется? Аргот ещё раз перечитал приказ, который гласил, что объявляется мобилизации гвардии Элайны Великолепной, дабы защитить честь её и всех защитников Тарлоса на грядущем турнире, который повелел организовать его светлость герцог Райгонский.

Словно понимая, что после такого гвардия скорее разбежится, чем мобилизуется, Элайна поясняла, что она приняла решение (так и написала, кстати), помимо взрослого турнира организовать ещё один, для тех, кто ещё не может участвовать наравне с рыцарями, но чувствует в себе дух, способный бросить вызов всему миру.

Так-то можно радоваться, кто ж из новиков не мечтал принять участие в настоящем турнире? А тут специально для них всё организовывается. Он бы и радовался, но в приказе был ещё один пункт, который его малость пугал. Там он и Шольт провозглашались членами организационного комитета, во главе которого стояла лично Элайна Великолепная и по совместительству Тёмный Властелин, что бы это ни значило.

– Интересно, успею я сбежать на границу? К гарлам. У них, наверное, будет безопаснее… О! Точно! Нужно будет Шольта обрадовать.

Шольт отреагировал так, как предполагал Аргот.

– Сбежать успею? – поинтересовался он, когда Аргот зачитал приказ.

– Может, да, – кивнул Аргот. – Только бить тебя будут все новики, которые могли бы принять участие в турнире, но из-за одного труса, который не готов пожертвовать собой ради общего блага, этого шанса у них не будет. Так что тебя достанут и у гарлов.

– За что мне это? – вопросил у небес Шольт. – Я ж думал, что с окончанием осады избавлюсь от неё?

– От кого? – к ним подошёл один из новиков. Аргот охотно просветил, и у того ожидаемо загорелись глаза.

– То есть мы сможем принять участие в настоящем турнире?

– В настоящем вряд ли, – охладил его пыл Аргот. – Среди своего возраста. То есть новики и все, кто подходит под определение. Ты попадаешь.

– Хм… А почему вы попали в этот организационный комитет и что это значит?

– Потому что это наше наказание от Единого за грехи, – буркнул Шольт. – Общение с леди Элайной равносильно исповеди и искуплению разом. Мы точно попадём в рай хотя бы потому, что приходится её терпеть.

Новик нахмурился. Аргот поспешно вмешался.

– Не обращай внимания, он просто волнуется от той ответственности, что возложила на него леди. Полагаю, что именно организационный комитет будет определять те соревнования, которые должны быть проведены. Подробности, полагаю, узнаем непосредственно у леди, а потом уже сообщим всем. Но, думаю, нужно быть готовым…

– К тому, что мы превратимся в очередные мишени для издевательства леди, – вмешался крайне мрачный Шольт. – Помяните моё слово – это всё добром не кончится.

– Шольт, – Аргот так крепко стиснул приятеля за плечо, что тот аж поморщился и присел. – Всё будет зависеть исключительно от нас. Точнее от всех, кто в этот комитет попадёт. Не так ли?

– Ага, – прохрипел Шольт, пытаясь освободиться от объятий друга. – От нас и от леди.

– Но в наших силах убедить её сделать всё нормально.

– Я рад, что ты в это веришь, – Шольт всё же сумел вывернуться и отошёл подальше. – Но почему нельзя всё сделать без меня?

– Потому что есть приказ маркизы.

– Угу. Аргот, я уже достаточно умею читать и разглядел подпись. Элайна Великолепная, да? Ты сам прекрасно понимаешь, чем это чревато для всех вокруг! А я не хочу быть крайним.

– Да, в конце концов! – не выдержал Аргот. – Будь ты мужчиной, а не тряпкой! Прими свою судьбу с достоинством!

– А можно я лучше с гарлами отправлюсь воевать? – осторожно поинтересовался Шольт.

– Нельзя! Или ты думаешь, я там один должен отдуваться? Ага, размечтался.

– Ты дворянин! Тебе положено!

– А ты мой слуга, если не забыл. Моя судьба – твоя судьба!

Вокруг уже собрались несколько новиков из тех, что был на тренировке, и теперь все они с недоумением наблюдали за спором. Один из них не выдержал:

– Не понимаю, чем ты недоволен? – удивился он.

– Это же Элайна придумала! – воскликнула Шольт так, словно это всё объясняло.

– Леди Элайна имеет собственное представление о различных мероприятиях, которые она задумывает, – дипломатично отозвался Аргот. – Но работать с ней бывает весьма проблемно.

– Говори уж сразу – катастрофа, – буркнул Шольт, уже явно принимая неизбежное. И пояснил всем вокруг: – Леди однажды вынудила меня устроить с ней литературную дуэль и сочинить про неё рассказ, где бы я её высмеивал.

– О-о-о… – озадачились вокруг, явно не доверяя словам.

Но Аргот вмешался и рассеял сомнения:

– Сам виноват. Нечего было в глупый спор с леди встревать. Она тебя тупо подловила за твой длинный язык.

На приятелей все вокруг уставились весьма ошарашенно.

– Гм… – выступил один. – Вы сейчас точно про маркизу говорите?

– А про кого ж, – буркнул раздражённо Шольт, как обычно, совершенно не умеющий читать атмосферу. Даже тычок от Аргота не помог. – Это монстр в обличье милой девочки, честное слово! Она надо мной издевалась!

Последняя фраза вызвала общую оторопь. И если до этого Шольта явно собирались побить за оскорбление маркизы, то когда Шольт с явной детской обидой воскликнул про издевательства, все застыли. Ошарашенно глянули на Аргота. Тот вздохнул, сообразив, что длинный язык Шольта опять привёл их к неприятностям. Придётся спасать положение. Потому махнув всем, он прошёлся к скамьям вокруг полигоны, где шли тренировки, принялся рассказывать о знакомстве с Элайной Великолепной и их совместных приключениях в Тарлосе. А также про литературную дуэль с Шольтом. Под конец все вокруг уже лежали от смеха, сочувственно глядя на насупленного Шольта.

– Да, маркиза может, – подтвердил кто-то знающий. – Слышал от слуг, как она ночью привидение изображала. А вы, получается, теперь элитная гвардия?

Шольт ещё больше насупился.

– Это, между прочим, была вина Аргота! Он там отряд собирал!

– Молчи уж, Шольт Простоватый, – перебил его Аргот, намекая, что может и ещё кое-что про него рассказать, о чём пока промолчал. Можно предположить, что истории про Элайну Великолепную и Шольта Простоватого тут зайдут. Шольт понял и заткнулся. Обиженно отвернулся.

– Прилетает почему-то всегда мне, – пробурчал он.

– Потому что язык держать не умеешь за зубами. А нашей леди дай только возможность с кем сцепиться в словесной баталии. Шольт, признай, ты идеальная мишень.

– Вот потому я и не хочу во всё это встревать!!! Это опять с леди постоянно рядом быть? Нет уж.

Новики Шольта вежливо окружили и также вежливо намекнули, что всем хочется поучаствовать в турнире и если для этого нужно принести в жертву леди одного не в меру болтливого слугу, то все с удовольствием на это пойдут. И все глядели на Шольта так добро-добро.

Шольт нервно сглотнул и заверил, что ради друзей готов на всё, даже на общение с леди. На этом вопрос был закрыт, а инцидент исчерпан. Только когда они уже шли в кабинет к Элайне для получения официального поручения по турниру, Шольт всё же высказал Арготу всё, что о нём думает.

– Ну и чего ты стонешь? – поинтересовался Аргот. – Можно подумать, Элайна тебя прям пытает. Шольт, согласись, во многом ты сам виноват со своим неумением держать язык за зубами. Вот прямо как сейчас. Кто тебя заставлял при всех трепаться об этом приказе? К тому же, Шольт, ты в самом деле полагаешь, что у нас с тобой был шанс избежать чего-то, если леди твёрдо вознамерилась это сделать?

Шольт подумал, повздыхал и вынужден был признать, что шансов у них изначально не было.

– Вот как у неё это получается? – вопросил он непонятно у кого. – Ведь явную дичь придумала, но теперь все вокруг, в том числе и взрослые, будут усиленно бегать, стараясь воплотить эту дичь в жизнь.

– Природный талант и обаяние, – рассмеялся Аргот, вспомнив Элайну. – Признайся, тебе ведь тоже интересно, что там леди придумала. А ворчишь ты просто по привычке.

– Ворчу я потому, что я опять там окажусь крайним. – Но ворчал он, уже явно смирившись со своей участью. Ну и действительно было интересно, что там ещё леди придумала. Есть такое.

Глава 7

По поводу службы Валиора Строжа за несколько дней было несколько встреч, в которых принял участие ещё и граф Ряжский. Элайна, которой последний сунул практически под нос свои выкладки, после прочтения даже растерялась. Это надо было так суметь свести все её бессвязные рассказы и построить хоть какую-то стройную модель. Наверное, надо было изначально собираться втроём. Могла бы и сообразить, что мимо сенешаля герцогства всё это не пройдёт в любом случае. Покосилась на Строжа.

– У меня есть несколько вопросов, леди, – выдернул из размышлений девочку сухой голос графа.

– Я вся во внимании.

И началось… Граф докапывался до каждой идеи и мысли. Выспрашивал, зачем в её рассказе делали именно так, а не иначе. Что пытались сделать. Какое место занимает в структуре аналитика и с чем её едят. Это, кстати, был самый главный вопрос. Никто не понимал, что такое аналитическое управление и для чего нужно. Элайна и сама не понимала, потому никого не убедила. Почесала затылок.

– Я не могу сформулировать мысль, – заявила она в итоге. – Знала бы, на изучении всей этой фигни потратила бы больше времени. Могу сказать собственное ощущение. Получить факты мало, надо ещё понять, что они означают. Я вот слышала историю…

– Полагаю, из мира близнеца? – поинтересовался Строж.

– Да. У нас до такого ещё недоросли, извините, если кого обидела. В общем, история про одного доблестного разведчика в чужой стране, который не выкрадывал никаких секретов и никуда не проникал. Он просто садился в кафе… Ну таверну, только более благородную и там читал новости… Ну или слушал, что вокруг говорят. И на основе этого делал прогнозы, которые и сообщал куда следует. Причём его прогнозы были настолько точны, что все просто поражались. Но прогнозы он строил на основе услышанных фактов, которые сами по себе не секретны, но чтобы из них построить картину… Понимаете?

– Признаться, не совсем, – задумался Строж.

Элайна всплеснула руками.

– Вы отцу что хотите предоставить? Кучу добытых фактов? А там пусть герцог думает, что они значат? У него, мол, голова большая? А моё дело – высыпать на него всё и ждать похвалы, какие вы молодцы? Или всё-таки и свои выводы из этих фактов сделаете? Допустим, в вас, Строж, я не сомневаюсь, вы уже доказали в Тарлосе, что умеете работать с добытыми материалами. Но, во-первых, вы один, а значит, есть шанс что-то упустить, а что-то вы, банально можете не знать. Не может один человек охватить все области знаний. А информация ведь будет совершенно разной. И там, где для человека знакомого с производством, скажем, шерстяной одежды, информация покажет, что государство N сумело открыть какой-то новый способ выделки, что может принести ей баснословные барыши, вам не скажет абсолютно ничего. А во-вторых, вам, как руководителю, и без того будет чем заниматься. На анализ времени просто не хватит.

– Вроде как руководитель у нас вы, леди, – хмыкнул Строж, но по рассеянному взгляду было видно, что над словами Элайны он задумался крепко.

Элайна наградила Строжа хмурым взглядом, который тот просто не заметил, целиком погрузившись в свои мысли. Граф Ряжский, наблюдавший за этим, чуть улыбнулся.

– Именно это леди и называет делегированием полномочий, – неожиданно поддержал граф Элайну. – Леди, вы подкинули мне кое-какие мысли. Надо будет у себя сделать что-то такое.

– Ну раз уж и граф поддерживает, – с сомнением протянул Строж, – то я попробую. Особенно если граф выделит средства на содержание этой вашей аналитического отдела.

Граф хмуро глянул на Строжа.

– Общая смета у вас есть, вот от неё и отталкивайтесь.

Строж хмыкнул.

– Ну я должен был попытаться.

Потом была ещё одна встреча, потом ещё. Вопросы, размышления, общее обдумывание. По итогу Строж вроде как создал более или менее работоспособный план, с которым были согласны все. Ну разве что Элайна всё ещё мечтала о рыцарях в тёмных плащах со всевидящим оком на них. Но мужчины решили эти идеи дружно игнорировать, за что Элайна обиделась и обозвала их шовинистами. Но те, кажется, прозвищем даже загордились, чем обидели Элайну сильнее.

– Я вам ещё отомщу, – пообещала она удаляясь.

– А ведь отомстит, – мрачно заметил Строж, глядя на закрытую дверь.

– Зато скучно не будет.

Строж хмуро посмотрел на графа.

– Вам легко говорить, а мне до сих пор икается, из-за того, что однажды я имел неосторожность назвать нашу леди, прошу прощения, сумасшедшей.

– Это да, тут вы знатно накосячили, – благодушно кивнул граф. – Что я могу сказать… терпите.

После этого, не дожидаясь ответа, тоже удалился, оставив Строжа в крайне мрачном настроении, только что сообразившем, что граф специально его подставил, уведя внимание леди с себя на него. Мстить ведь она будет не графу.

– Вот хитрый жук, – ругнулся он. – Это я, получается, негодяй, а он весь в белом и всегда за леди. Только я плохой все её идеи зарубил.

* * *

Попутно с обсуждением новой службы продолжались занятия и со Стургоном Гарленом. Тренировки ведь никто не отменял. Каждое утро Элайна приходила на занятия как на казнь. Жалела ли она, что продолжала тренировки? Глубоко внутри да. Но! Она видела, что даже без учёта приобретаемых знаний по упокоению ближнего своего занятия спортом очень благотворно влияют на неё. Тело становится сильным, ушёл лёгкий жирок, двигаться стало проще, в теле ощущалась небывалая лёгкость. И, глядя в зеркало, Элайна признавала, что стала выглядеть намного симпатичней, чем раньше. Во взгляде стало больше уверенности, появилась какая-то внутренняя сила, которую явно чувствовали и окружающие. Даже Лария уже не всегда решалась что-нибудь высказать в её адрес. Видно было, что Лария сама не понимала этого, а оттого терялась ещё больше. Эх, видела бы Лария причину…

Причина была проста… Элайна стояла с двумя ножами в руках, вся растрёпанная, потная и грязная. Похоже, она собрала с пола всю грязь, что скопилась тут. Слуг ведь в заброшенный зал не направишь для уборки. Как им это объяснить? Так что всё сами вместе с наставником убирали.

Гарлен спокойно стоял напротив неё, держа в руках деревянные ножи, и насмешливо смотрел на нахохлившуюся и сердитую девочку.

Когда Гарлен впервые на тренировку дал ей настоящие ножи, Элайна малость растерялась. Даже отказалась их брать, опасаясь серьёзно поранить наставника. Тот, услышав это, только рассмеялся.

– Леди, в тот момент, когда вы сумеете оставить на мне хотя бы царапину, я буду считать наши тренировки законченными, ибо мне больше нечему будет вас учить.

Гарлен учил не благородному искусству поединков. Он учил выживать, когда нет нечестных приёмов, есть только выживший и мёртвый. Потому показывал удары ногами по… ну по разным местам. Броски песком в глаза, отвлечения, подлые удары. Учил и саму леди от таких ударов уходить.

– Вы очень гибки и быстры, леди, но вы никогда не будете сильнее мужчин. Потому не пытайтесь вступать в открытый бой. Бегите, выждите, найдите слабость и ударьте туда. Быстро и без жалости. И бейте сразу насмерть. Ваша задача – не взять кого-то в плен, а выжить. И только мёртвый враг не представляет для вас опасности.

– А если нужно будет допросить напавшего?

– Леди, вы кем себя возомнили? Или сами поверили в историю про Элайну Великолепную? Ваша задача выжить, а не делать работу за вашу охрану. Брать живых врагов для допроса – это их обязанность. А если враг сумел пройти к вам, минуя охрану, то тут вопрос уже не о том, чтобы кого-то допросить, а просто выжить. Потому ножи не показывать до последнего. А если достали их, никогда не угрожайте, а сразу бейте. Не хотите по какой-то причине бить – не доставайте оружие.

Элайна что-то буркнула и снова атаковала, чтобы тут же оказаться на полу, один нож улетел куда-то в сторону, а второй вместе с рукой был зажат в захвате Гарлена.

– Будь вы мужчина, – спокойно пояснил он, – я бы вашу руку так не удержал. Но вы даже не пытайтесь трепыхаться, не получится. Потому повторяю, не пытайтесь делать что-то, для чего требуется сила. Стремительный удар и тут же отскок. А вы сейчас серьёзно планировали меня пересилить?

– Рассчитывала на внезапность, – буркнула она, поднимаясь и потирая освобождённую руку.

– Серьёзно? – усмехнулся Гарлен. – Хотели удивить профессионального убийцу? Вы оптимистка, однако, если полагаете, что сумеете чем-то удивить такого человека.

– А может он непрофессионал?

– Готовы будете поставить на это жизнь? К тому же непрофессионал просто не проберётся мимо вашей охраны. Учитывайте это.

Наконец, занятия закончилось, и Элайна, с трудом волоча ноги, направилась к выходу, где её уже ждала бледная баронесса Тангорс. Да-да, пришлось её посвящать в эти секретные тренировки. Элайне нужна была девушка, которая поможет ей привести себя в порядок после занятий. И переодеться, соответственно, в чистое. Кстати, занятия Элайна проводила исключительно в платье. На недоумение Элайны, когда Гарлен высказал такое требование, тот поинтересовался, будет ли леди просить нападавших подождать, пока она переоденется в более удобную одежду. Или придётся принимать бой в том, во что она наряжена? Правды в этом было больше, чем хотелось, потому сюда Элайна снесла все свои старые платья, которые приготовила выбросить. Но вот пригодилось. В них и занималась. Разве что разминку проводила в более удобном наряде.

Первое время баронесса, наблюдая тренировки, была в ужасе, грозила даже пожаловаться герцогу. Элайна тогда пристально посмотрела на баронессу, отчего та слегка сбледнула и попятилась.

– Ты кому служишь, мне или герцогу? – спокойно поинтересовалась Элайна. – Мне не нужны те, кто обсуждает мои решения. Можешь жаловаться кому угодно, но этот день станет последним в твоей службе у меня. Я многое могу простить людям, но предательства никогда. И потом герцог об этом знает.

– Знает? – зацепилась за последнюю фразу бледная баронесса, сообразившая, что леди вовсе не шутила про последний день службы. И это в лучшем случае.

– Знает. Я сумела отца убедить в необходимости тренировок. – Задумавшись, Элайна немного помолчала, а потом мрачно добавила: – Мне не понравилось, когда меня пытаются убить, а я практически ничего не могу сделать.

– Я… Я слышала, что вы… что вы…

– Убила одного из нападавших? Да, – спокойно отозвалась Элайна. – Просто удивительно, как быстро разносятся новости. Ульена, я там выжила исключительно из-за того, что на меня напали идиоты, которые серьёзно меня недооценили. И то неизвестно, чем бы всё закончилось, не подоспей помощь. Я больше не хочу быть беспомощной. Потому у тебя сейчас три выхода. Первый, ты во всём мне помогаешь и становишься моей очень доверенной помощницей… со всем из этого вытекающим. Второй, ты забываешь, что видела и возвращаешься к своим прежним обязанностям, и этот вопрос больше не поднимается. Третий, ты можешь уйти со службы и забыть, что вообще существует некая сумасшедшая маркиза, которая делает то, что делать леди не положено. Решение за тобой.

Ульена Тангорс выбрала первый вариант… И вот теперь после каждой тренировки она ждала Элайну в соседней комнате, которую они втроём более или менее привели в порядок. Там уже стояло несколько вёдер с водой из колодца во дворе, в которых Ульена смачивала полотенца, а потом ими обтирали маркизу, смывая грязь и пот. Последнее ведро с чистой водой опрокидывала уже сразу на маркизу. Потом старательное вытирание до красноты и нарядиться в новую одежду…

И вот уже леди со своей ближайшей помощницей чинно шествуют по коридорам герцогского дворца. И никто даже предположить не может, что буквально несколько минут назад леди с настоящими ножами нападала на кого-то, валялась на полу, собирая с него пыль и грязь. Сама Тангорс, кстати, присутствовать не тренировке отказалась, ей хватило одного раза. После терпеливо дожидалась госпожу в соседней комнате, читая какую-нибудь книгу, прихваченную с собой, чтобы не скучать.

* * *

Вопрос подготовки к турниру, о котором герцог написал в письме, взял на себя капитан Марстен Дайрс. К делу он привлёк и Картена.

– Тебе надо осваиваться и изучать вопросы, не только касающиеся военных действий. Турнир – это не только возможность похвастаться личными умениями. Для безземельных рыцарей это шанс показать себя, в надежде, что их умения привлекут внимание какого-нибудь аристократа и его возьмут на службу. Кстати, тебе, как барону, тоже полагается своя дружина. Так что будет возможность присмотреться, может, тоже кого пригласишь к себе.

– Мне кажется, что сейчас не самое подходящее время для этого после нашествия гарлов, – бурчал Картен, мысленно представляя, что те деньги, которые будут потрачены на турнир, могли бы пойти на помощь пограничным баронам, которым сейчас предстоит большая работа по восстановлению разрушенного.

– Я понимаю, о чём ты думаешь, – кивнул капитан Дайрс. – Только ты смотришь на всё с местячковой позиции. Вроде бы верно, деньги на турнир уйдут большие, когда на границе ещё гарлы гуляют. Но если взглянуть шире… Нам нужно восстанавливать армию? Пополнять гвардию?

– Нужно, – вынужден был кивнуть Картен.

– А откуда людей брать? А мы сейчас разошлём информацию по всему королевству. Скоро сюда съедется очень много желающих поучаствовать и себя показать. Я ведь не просто так говорил про твою личную дружину. Кстати, полагаю, твой бывший командир барон Горстайл тоже сюда заявится и будет подыскивать и для себя людей.

– Я как-то не подумал об этом…

– И ещё момент. Нужно показать, что герцогство не ослабло от нашествия, а наоборот, отбив его стало сильнее. Иначе позже устанешь отбиваться от набегов соседей, если кто хоть на миг усомниться в нашей силе. Полагаешь, не найдутся желающие воспользоваться нашей слабостью, если почуют её?

– Хм… М-да… Как-то…

– Тоже не подумал? – с усмешкой кивнул Дайрс. – А ещё учитывай присутствие короля, которого нужно показать всем как участника похода и, пусть и формального, но командующего. И королю нужно показать себя вассалам. До этого, кто его мог видеть? Он впервые выбрался из-под опеки как регентского совета, так и своей матери. Политика. Вот так вот. А есть ещё и четвёртый пункт, и пятый. Всё не так просто, Картен.

– Я в этой политике ничего не понимаю, – с досадой буркнул Картен. – Мне покажите врагов, и я пойду на них…

– Учись, – отрезал не очень довольный капитан. – Или, думаешь, мне нравится в этом разбираться? Приходится. А ты отныне становишься политической фигурой. Или, полагаешь, никто не сообразил, что тебя готовят вместо погибшего Хайрида Рамса? А заместитель командующего герцогской гвардией по умолчанию – политическая фигура. Так что либо ты научишься разбираться в политике, либо политика будет иметь тебя. Причём в прямом смысле.

Картен сморщился, но спорить больше не стал. Он был умным человеком и всё понял правильно. Придётся учиться.

Пришлось вникать, вызывать мастеров для организации площадей для турнира, зрительских мест, мест для герцогской семьи с королём. А потом, словно этого всего было мало, заявилась маркиза Райгонская со своими гениальными идеями. Марстен Дайрс всё-таки попытался отбиться, даже намекнул, что привлечёт к спору леди Ларию Райгонскую, на что получил фырк от младшей дочери герцога и её гордое заявление:

– Да что эти женщины в наших мужских делах понимают?

Пока Дайрс приходил в себя от такого заявления, а Картен торопливо уполз отсмеиваться подальше, дабы не оскорбить хохотом леди, Элайна высыпала на голову капитана свои мысли на этот счёт и объяснение, почему её идею следует считать гениальной.

– Я уже и приглашения разослала в Тарлос. Участие примут все, кто защищал город, но пока по возрасту не могут сражаться на турнире. И пусть новики себя покажут. Я видела их тренировки. Неужели они не заслужили права показать себе перед герцогской гвардией. И вам легче – сразу будет видно, кто там чего стоит.

– Я и так это знаю! – рявкнул капитан Дайрс, понимая, что спор проигрывает, но пока ещё не отказавшийся от него. – Я наблюдаю за их тренировками.

– Так пусть они и другим гвардейцам себя покажут, – невозмутимо парировала Элайна. – А их участие почти в турнире и их самооценку поднимет.

– Им её уменьшать надо, – из последних сил сопротивлялся капитан.

Элайна задумчиво подняла взгляд к небу и вроде ни к кому не обращаясь, заметила:

– А ведь папа ещё не забрал у меня печать… Я пока ещё временно исполняю обязанности герцога… Как-то даже не подумала об этом. Зачем я убеждаю… Хм… Из вежливости, наверное…

Капитан выдохнул.

– И какова ваша идея, леди? – процедил он.

Обрадованная девочка тут же достала из поясной сумки сшитую пачку листов.

– Вот тут я набросала кое-что. Даже я понимаю, что устраивать поединки с копейными ударами на ристалище, что будут демонстрировать рыцари, чересчур. Потому такого не будет. Так что самую трудоёмкую часть в плане подготовки турнира вам дублировать для подростков не придётся. А остальное всё не так уж и сложно сделать. Значит так, поединки на мечах, стрельба из луков по мишеням, стрельба из арбалетов. Я там накидала свои мысли. Там стрельба на точность, на скорость… Ну, в смысле, за как можно короткое время выбить максимальное количество очков. Потом я планирую ещё состязание отрядов. А в завершение битва на одних мечах без щитов всё против всех. Да останется в конце только один! Гм… Опять не из той оперы. Ну и ладно, в тему. Как-то так. Ну там ещё кое-какие идеи.

Капитан обречённо посмотрел на листы в руке.

– Леди, вы понимаете, что мы не можем отвлечься от подготовки основного турнира? У нас не будет времени этим заниматься.

Девочка радостно закивала.

– Понимаю. Потому я организовала специальный организационный комитет, который всё будет делать и следить за работами. Я их сегодня же к вам направлю. Вы им главное пропишите инструкций и помогите советом, если потребуется. Представьте рабочим, чтоб те знали, кому подчиняться.

– Инструкций я им пропишу, – зловеще пообещал Дайрс, окончательно смирившись с неизбежным.

– Тогда я пойду обрадую комитет, – сообщила до неприличия счастливая маркиза и удалилась.

А потом, когда к ней в кабинет заявились Аргот с Шольтом и Элайна их обрадовала назначением и объяснила их обязанности, а также вручила копию той тетради со своими намётками, которую отдала Дайрсу, радостно им заявила:

– Вы не справитесь. Аргот, ты, может, и потянул бы, если бы вопрос организации стоял у тебя в Ключе или, даже в Тарлосе после осады. Но тут у тебя нет такого влияния. И я знаю отношения других новиков к тебе. Так что считайте испытанием – как выкручиваться будете. Даю подсказку: все новики хотят участвовать в этом турнире. Они заинтересованы в этом. И заинтересованы, чтобы он состоялся. Особенно те, кому вскоре держать экзамен в гвардию. А я ещё объявлю, что победитель турнира будет зачислен в гвардию без испытаний. Капитан поддержит, уверена. То есть их интерес в турнире будет кровным. А потому согласятся подчиняться ради этого кому угодно. Но два человека для организационного комитета всё равно мало. Вы не справитесь, как я уже говорила. И авторитета нет, и двое мало для решения всех возможных проблем. И на это накладывается ваша неопытность. А потому… Бегом с моим указом с вашим назначением на тренировочную площадку и набирайте в комитет самых авторитетных и нужных вам людей.