Текст книги "Война 1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

– Зачем?

– А почему нет? У них свои площадки, и вам они никак не помешают. Зато кто-то отыщет себе оруженосца. Да и им стимул.

– Это же для твоей гвардии, да?

Элайна помолчала, вздохнула.

– Они заслужили.

Отец потёр подбородок в задумчивости. Покачал головой.

– Ты понимаешь, что они не готовы и могут в этих соревнованиях серьёзно пострадать?

– Мы не планируем никаких соревнований из самых травмоопасных. Никто не собирается отправлять тринадцатилетних или четырнадцатилетних подростков на поединки с рыцарскими копьями. А турнир с мечами… Чем это принципиально отличается от тренировочных схваток? А если судьи из опытных воинов не сумеют остановить задир, в случае если поединки выйдут за грань, то стоит задуматься об опыте этих воинов. К тому же, если ты почитал план, большая часть турнира заключается в соревновании. Бег с препятствиями на скорость. Вытолкнуть без рук противника из круга, пройти по качающемуся бревну. Ну и тому подобное. Стрельба из луков и арбалетов ещё.

Герцог кивнул.

– Ладно, ты затеяла, тебе и разбираться.

– Папа… Приз. Я обещала, что победители среди новиков будут зачислены в гвардию автоматически.

– Хм… И почему тебе в голову пришла такая идея?

– Из-за Аргота, – честно призналась она. – Я же вижу, что ему нелегко среди новиков приходится. Так-то я за конкуренцию, но там уж как-то всё слишком нездорово. Все тренирующиеся мечтают стать гвардейцами, а тут приходит кто-то незнакомый и он уже в гвардии. С точки зрения всех – это нечестно.

– Если кто-то из тех «всех» спасёт тебе жизнь, он тоже попадёт в гвардию.

– Для них это всего лишь рассказ.

– То есть забота о твоём приятеле, да? Полагаю, сам он тебя о таком не просил.

– А разве я что-то несправедливое придумала? Победитель же не по блату попадёт к тебе в гвардию. Заслуженно.

– Элайна, никто из них не пропадёт. Не попадут в гвардию – есть пограничная армия. А после гарлов я думаю её увеличивать. Но я понял. Ладно, я согласен. А значит… Судьями будут гвардейцы. Возражения?

– Конечно, нет, – мотнула головой Элайна. – Я исключительно за честные соревнования.

– Ты же знала, что я не отменю твоё решение?

– Но если ты с ним будешь сам согласен, то мне будет спокойнее.

– Хитрованка… Кстати, а что ты от этого имперца бегаешь? Я заметил, что у тебя постоянно какие-то дела находятся, если я с ним подхожу.

Элайна чуть покраснела.

– Да так… Просто первая встреча у нас вышла не совсем удачная. Меня потом Лария пропесочила на тему дипломатических приёмов. Ну так-то, она права, я согласна.

– То есть, чувствуешь себя виноватой? – удивился герцог.

– Нет. Просто боюсь, снова не сдержусь. – Элайна шмыгнула. – А чего они к гарлам полезли помогать? Можно подумать, у империи других дел нет.

– Ну этот Вастон точно не виноват в этом, – рассмеялся герцог, глядя на обиженное лицо дочери.

– Знаю. Потому и бегаю, чтобы не ляпнуть лишнее.

* * *

Отряд наёмников Торвина прибыл очень вовремя, что сами быстро поняли, услышав по дороге, что на следующий день ожидается кортеж королевы. Опоздай они буквально на несколько часов, и кто знает, сколько им пришлось бы прождать на дороге, прежде чем сумели бы войти в Лоргс. Орвильд вздохнул. Капитан покосился на своего заместителя.

– Надеялся, что все устанут ждать и откажутся от участия в турнире? – ехидно поинтересовался он.

– Я не настолько наивен, чтобы верить в такое, – буркнул Орвильд.

Приближающийся отряд, явно знакомый с дисциплиной и производивший впечатление закономерно вызвал интерес городской стражи. Даже подмогу к воротам вызвали. Арлерий Торвин невозмутимо протянул письмо с приглашением, подписанное маркизой Райгонской.

Подошедший командир ворот повертел письмо в руке. Глянул на отряд, потом изучил подпись. Обречённо вздохнул и поднял глаза к небесам.

– Вам тоже это не нравится? – посочувствовал ему Орвильд. – Я тебя понимаю, друг.

Командир с большим интересом глянул на заместителя капитана.

– На моей памяти впервые приглашение получает целый отряд, – дипломатично отозвался он.

– Вам нужно будет убедиться в правдивости письма, – понятливо кивнул Орвильд и дёрнул поводья, пытаясь развернуть коня. – Мы всё понимаем и подождём снаружи.

– Нет, – обломал его с улыбкой командир. – Если у меня и были сомнения, то ваша реакция её рассеяла бы. Господин Горин Орвильд, не так ли? Леди прислала на все ворота предупреждения о вашем прибытии… И заметила, что некоторые захотят сбежать, тогда такого нужно арестовать и доставить в город.

Лицо Орвильда вытянулось, остальные из отряда, слышавшие диалог, откровенно развеселились. Даже Арлерий Торвин посмеялся и хлопнул заместителя по плечу.

– Она меня пугает, – пробормотал Орвильд тихонько.

– Поехали, – оборвал его Торвин и первым въехал в ворота. Остальной отряд въехал следом мимо бубнившего что-то себе под нос Орвильда. Наконец, тот очнулся и бросился догонять командира.

Как оказалось, им и место отвели – казармы неподалёку от полигона, на котором тренировались новики. Как им пояснили, обычно тут останавливались отряды разных гостей. Сейчас жили новики, но их временно подвинули.

– Они не в обиде, если что. – Пояснил провожатый. – Леди и для них устроила турнир. Так что все готовятся.

– А разве не должна прибыть ещё королева? – поинтересовался Торвин.

– Ага, – кивнул провожатый. – Только её и ждём. Как прибудет, так турнир и начнётся. А, вы про казармы? Не переживайте, для них тоже места уже приготовлены.

Не успели они устроиться, как заметили приближающуюся процессию. Ну как процессию… Герцог, младшая дочь и какой-то незнакомый мужчина в классическом облачении знатного имперца. Когда эта троица приблизилась, Арлерий расслышал слова мужчины, обращённые явно к леди.

– Мне кажется, ваша светлость, с первого дня у вас сложилось неправильное впечатление обо мне. Помощь гарлам в их вторжение продвигал управляющий дворца Косен Дарсий. И я вовсе не поддерживаю его политику, ибо считаю, на пользу империи она не идёт.

– Насколько я понимаю, интерес был к Северной Итали…

– Которую империя даже в случае победы удержать бы не смогла. Ни Карская республика, ни Небесный Отец нам бы этого не позволили.

– У Небесного Отца нет армии.

– Зато были бы тысячи гарлов, преданные победоносному вождю, который за корону мог бы оказать небольшую услугу Небесному Престолу.

Девочка сбилась с шага, покосилась на отца.

– Об этом я не думала, – пробормотала она. – Небесный Отец… А я то гадала, с чего Карская республика взялась снабжать гарлов провизией. Удивительные открытия вы мне преподносите, господин Вастон Горхос. С чего вы вообще решили поделиться со мной этими размышлениями?

– Просто мне показалось, что вы меня избегаете после той первой встречи. Я догадывался почему, но увы, рассеять недопонимание не получалось. Пришлось прибегнуть к помощи вашего отца.

– И зачем вам это? – Элайна с подозрением посмотрела на имперца.

– Я по пути в Лоргс проезжал через Тарлос… И мне очень захотелось встретиться с героиней города.

Элайна на мгновение застыла. Видимо, впервые кто сказал в её адрес такое абсолютно искренне, без всяких подтекстов. Это было видно.

– Моя роль там сильно преувеличена, – наконец проговорила она, быстро взяв себя в руки и избегая смотреть на гостя. – В основном я просто поддерживала в людях веру в победу.

– Конечно, ваша светлость, – даже не подумал спорить с этим утверждением имперец.

Элайна увидела слушавшего их наёмника и явно обрадовалась возможностью сменить тему.

– Арлерий Торвин! Я рада, что вы приняли моё приглашение. Я посчитала, что для вашего отряда будет хорошо показаться на подобном мероприятии.

Торвин покосился на Элайну, но всё же первым поприветствовал герцога, как самого старшего по положению, потом только повернулся к его дочери:

– Для нас это будет хорошей рекламой, ваша светлость, – ответил он, чуть поклонившись. – И мы все искренне благодарны вам за это.

– Все? – Элайна огляделась. – Не вижу вашего заместителя…

– Он занимается обустройством людей, а я поспешил выразить вам своё почтение. Мне сказали, что вы неподалёку.

– Ну не могла же я не поздороваться с отрядом, который сыграл большую роль в обороне Тарлоса. – Девочка покосилась на имперца. – Что касается героизма… Вот одни из тех, кто защищал город.

– Очень приятно познакомиться, господа, – совершенно невозмутимо изобразил лёгкий поклон имперец. – Путешественник, профессиональный бездельник Вастон Горхос. Как и говорил, я был проездом в Тарлосе. Слышал и о вашем отряде, Арлерий Торвин. Слава о нём вполне заслужена.

Торвин пристально глянул на безмятежного имперца, никак не понимая, что именно в нём его настораживает. С виду типичный богатый бездельник, прибывший полюбоваться на, как наверняка он считает в душе, варварское развлечение. А потом будет рассказывать об этом друзьям, наверняка многое переврёт и приукрасит. Впрочем, ему что за дело?

– Ваша светлость, – Арлерий счёл за лучшее обратиться к герцогу, заметив, что того как-то исключили из разговора. Вызывать неудовольствие такого человека Торвин не хотел

Тот усмехнулся и махнул рукой.

– Продолжайте, господа. Делайте вид, что меня тут нет, чрезвычайно интересно.

Арлерий глянул на смеющегося герцога и подумал, что странности маркизы вовсе не приобретённые в результате ритуала. У них, похоже, вся семейка такая. Герцога, видите ли, забавляет их разговор. Вастон, кстати, тоже покосился на герцога с подозрением. Тот, видимо, поняв, что сказанное им никого не успокоило, снова усмехнулся, но отмалчиваться больше не стал.

– Господин Торвин, дочь рассказывала мне о вашем вкладе в оборону города. Картен Тарлес тоже о вас высокого мнения. Надеюсь, на турнире ваши люди докажут, что слава вашего отряда заслужена целиком и полностью.

– Они будут очень стараться, ваша светлость, – чуть поклонился Торвин.

– Правильно, – согласилась Элайна. – А кто не будет, отправляйте ко мне.

– Ваша светлость, – повернулся к ней Торвин и совершенно серьёзно заметил: – они не заслуживают настолько сурового наказания. Я сам с такими разберусь.

– Да что ж все из меня какого-то монстра делают⁈ – возмутилась Элайна. – Папа, скажи же им, что я белая и пушистая! Гениальная, талантливая и скромная.

– Чрезвычайно скромная, – согласился герцог серьёзно.

– Вот! – Элайна повернулась к Торвину. – Папа меня хорошо знает. Но ладно, поскольку я всё-таки скромная, не будем больше о моих героических деяниях. Господин Торвин, я вас искала поприветствовать и передать расписание турнира…

– Расписание? – удивился Торвин. Такого он не встречал раньше.

– Да, – пояснила девочка. – Мы сочли так сделать лучше. В нём по дням расписаны те мероприятия, что запланированы. Будет стрельба из арбалетов, луков, поединки на мечах, конные поединки и, собственно, рыцарский турнир с тяжёлыми копьями… Завтра к вам подойдёт человек, и вы передадите ему списки тех, кто захочет участвовать и в каких именно поединках. Не переживайте, если что, сможете и заменить кого, и добавить. Это просто чтобы хотя бы примерно представлять количество участников на каждое состязание, чтобы могли прикинуть, какое время отводить на него.

Рыцарский турнир – дело особое. Даже из названия это следует. Называется он так не просто. Поединки на копьях верхом… Это вершина любого турнира. Из-за него зрители и идут сюда. Но если во всех прочих боях мог участвовать кто угодно, а уж стрельба из лука вообще считалась чуть ли не забавой простолюдинов, что изрядно веселило Элайну, хотя никто не понимал почему. Впрочем, дворяне вовсе не считали зазорным пострелять из лука, хотя и редко. Но вот рыцарский турнир… Тут даже не каждый дворянин допускался. Например, вновь посвящённый рыцарь участвовать в конной сшибке не мог, даже если победил на прошлых этапах. Всего этапов было пять. Первый – бой со щитом и мечом пешими. Второй этап тоже пешими, но бой с одним мечом. Второй бой уже верхом с мечом и щитом. Третий этап – произвольный выбор оружия. То есть каждый поединщик сам выбирает себе любое оружие, кроме копья. А вот на четвёртый этап допускались уже исключительно дворяне. Это и был поединок на копьях. А пятый этап завершал рыцарские турниры – бой все против всех. Этакая свалка. В конце должен был остаться только один… На ногах. Убийства на турнире не приветствовались.

Так что изначально было понятно, если в одно время проводить рыцарские этапы и соревнования для всех остальных, то посетителей на последних будет немного. А потому, под настоятельным влиянием Элайны их развели по времени. Все рыцарские этапы шли по утрам, где-то до двух после полудня. Потом час перерыв и начинались другие соревнования. А вот новики начнут соревноваться через шесть дней после начала основного турнира, когда естественным образом уменьшится количество участников взрослого турнира.

– Проигравшие отойдут в сторону, – пояснила Элайна, когда высказала последнюю мысль организационному комитету… Общему.

Девочка сочла за лучшее объединить всех, кто участвовал в подготовке турниров как с главной стороны, так и со стороны новиков. Себя назначила главной, понимая, что иначе трудно будет добиться нормальной совместной работы Марстена Дайрса и Аргота Тарлеса, например. А Дайрс же был не один тут, с ним и другие члены комитета, с другой стороны, тоже, кроме Аргота и Шольта, в наличие несколько приглашённых ими в комитет новиков. Вот Элайна и выдвигала свои требования, под которые все и подстраивались. Ну или спорили, доказывая, что идеи идиот… в смысле не очень хорошие. Но на последней фразе, про естественным образом уменьшения числа участников на неё очень странно посмотрели все. Потому решила пояснить, что имела в виду.

– Гм… Леди, вы там никаких ловушек не планируете случаем? – поинтересовался Шольт, даже про робость забыл, всё-таки единственный простолюдин тут. Хотя и шёл вроде как довеском к Арготу.

Элайна сначала гневно на него посмотрела, потом задумалась.

– Ловушки… гм… Шольт, ты гений! А это ведь мысль!

Теперь уже Шольт съёжился под общими гневными многообещающими взглядами.

– Нет! – отрезал Дайрс. – Только через мой труп, леди! Или увольняйте меня из вашего комитета.

– Ну нет, так нет, – пожала плечами девочка. – Чего драматизировать? – Потом повернулась к Шольту и послала в его сторону ехидную улыбку и подмигнула. Причём так, чтобы никто не видел.

А на следующее заседание Шольт пришёл, красуясь великолепным фингалом под глазом, а Аргот стоял рядом с ним и не сводил с приятеля предупреждающего взгляда. Девочка Шольту даже малость посочувствовала. На такое она не рассчитывала. В утешение позволила тому придумать любое соревнование, какое придёт в голову для новиков, согласившись выслушать его на другой день. Пусть теперь все новики подлизываются к Шольту и пытаются задобрить, дабы тот их выслушал и принял во внимание их пожелания. А вот нечего было колотить его. Бить Шольта только она имеет право. Ну, фигурально выражаясь.

По итогу и разнесли соревнования на десять дней, согласившись, что к тому времени количество соревнующихся действительно уменьшится, основываясь на практике, примерно вдвое. Потому юношеские соревнования сначала будут начинаться часов в пять вечера. А потом, по мере продолжающегося сокращения поголовья…

– Ну, придумайте сами, как их назвать! – не выдержала Элайна, когда после произнесения ею последнего слова на неё снова все смотрели крайне осуждающе.

– Потом по мере выхода из соревнования проигравших… – закончил за Элайну Марстен Дайрс.

– А я разве не так сказала? – изумилась Элайна, заметив, что все вокруг эту фразу приняли благосклонно.

– Мы передвинем время соревнований юношей часа на три дня, – продолжил как ни в чём не бывало капитан Дайрс. – Их всё равно значительно меньше, чем взрослых. Так что соревнования закончатся лишь на день раньше, чем турнир. Сумеют посмотреть его.

Элайна насупилась, но промолчала. На этом все и сошлись. Ну и вот это расписание ещё придумали…

– Леди, – заметил Торвин, мельком проглядев расписание. – Вы могли бы передать это нам со слугами.

– Могла бы. Но тогда я не смогла бы поприветствовать старых товарищей, с которыми вместе рубились в боях…

– Элайна? – осадил дочь герцог.

Элайна глянула на отца.

– Что, нажаловалась эта ябеда?

– А не должна была?

– Ну и ладно. А если серьёзно, господин Торвин, то я действительно считаю ваш вклад в оборону города очень большим, потому помочь немного вашему отряду считаю меньшим, что я могу сделать… Благо мне это ничего не стоит.

Торвин усмехнулся.

– Чувствуются уроки графа Ряжского. Когда мы с вами встретились, вы сто динаров считали мелкой суммой на карманные расходы.

Девочка слегка покраснела.

– Нашли что вспомнить. Я с тех поумнела и повзрослела. – Тут Элайна поймала скептический взгляд отца и пояснила. – Частично. Эх, никто мне не верит. Ладно, если что, обращайтесь ко мне через того слугу, что вас провожал сюда. Он как раз для этого к вам и приставлен. И разные проблемы по мелочи поможет решить. Было приятно с вами вновь встретиться, господин Торвин.

– Взаимно, ваша светлость.

Торвин проводил взглядом удаляющиеся фигуры отца с дочерью и только тут заметил, что имперец остался с ним и тоже смотрит вслед семейству Райгонских. Повернулся к наёмнику.

– А вы ведь искренне её уважаете, господин Торвин. Впервые вижу такое от наёмника. Мне казалось, что для вас все наниматели на одно лицо, которые забываются сразу после завершения контракта.

Торвин мгновение раздумывал, стоит ли отвечать этому непонятному имперцу. Но причин отказаться от общения не нашёл.

– Она лучший наниматель, который только возможен. Была честна с нами даже в мелочах и ни разу не пыталась подставить. Мне казалось, что она вообще не делает различий между нами и армией герцогства.

– Даже так? – Вастон хмыкнул. – Ну это понятно. Она ещё слишком молода, а я слышал, она любит всяческие… рыцарские романы про благородство и героев.

– Возможно, – беседовать Торвину резко расхотелось, как и в чём-то убеждать этого человека. Его не было в Тарлосе во времена осады, и он не видел маркизу, мотающуюся в мальчишеской одежде по разным частям осаждённого города. Может, он и побывал недавно в Тарлосе и что-то там слышал. Но слышать – это не видеть. А словами своё впечатление Торвин передать не смог бы. А книги про героев и рыцарей… Такие истории на войне выветриваются из голов очень быстро. Особенно в осаждённом городе. – Простите, господин Вастон, мне пора. Я хотел только выразить почтение маркизе, но у меня сейчас много дел по устройству отряда.

– Конечно-конечно, – улыбнулся имперец. – Не буду вас задерживать.

Идя в расположении своих людей Торвин никак не мог понять, чем же ему не нравится этот имперец…

* * *

Карета королевы въехала в Лоргс через южные ворота в сопровождении почти армии. Там была и её личная охрана, и присоединившийся отряд Ролана Брука, маркиза Соргенского. Конечно, встречать королеву – большая честь, но вряд ли он был так уж этим доволен. Из-за вторжения гарлов сорвалась его помолвка с Ларией Райгонской. Точнее, не сорвалась, просто отложилась. Была надежда, что её всё-таки проведут после завершения похода, но тут пришлось выехать навстречу кортежу королевы. Сейчас её снова наверняка отложат из-за намечавшегося турнира.

Толпа вышедших на бесплатное представление людей, приветственно махали руками. Охрана держала дорогу, чтобы никто не выскочил случайно. Альвира Крат, откинувшись на подушках кареты, с улыбкой наблюдала за радостной толпой. Впервые напряжение, которое преследовало её от самого Парса, покинуло её. Как же она устала от всех этих интриг королевского двора. Даже не интриг, а настоящей войны, в которой муж и король помочь ей никак не мог. С одной стороны, кампанию против неё развязала мать Леодрика, а с другой – мужчины в таких войнах традиционно не участвовали… И дело не в том, что это какой-то позор для них или ещё что. Просто любая попытка тут вмешаться могла закончиться вовсе не так, как ожидалось. Может, в этих чисто женских войнах не звенели мечи и не летели стрелы, но последствия их бывали ничуть не менее разрушительными. Взлетали и рушились карьеры ещё вчера всемогущих при дворе вельмож. Если бы Леодрик был полноправным королём…

Сейчас Альвира вспомнила свой отъезд из Парса и улыбку королевы-матери. И прекратившиеся нападки с её стороны. Не к добру эта показная доброта, ох не к добру… Но додумать мысль не получилось. Карета притормозила в крыльца замка, с которого уже спускался муж и герцог Райгонский.

Леодрик подскочил первым и, опередив слугу, сам распахнул дверь кареты и подал руку жене, помогая ей спуститься. Альвира улыбнулась ему и позволила помочь. Чуть обнялись, строго по этикету. Потом она посмотрела на улыбающегося герцога и тоже улыбнулась. Здесь она уже не стала сдерживаться и повисла у герцога на шее.

– Крёстный, как я рада.

– Ох, Альвира, ты же уже не маленькая девочка, так бросаться, – смутился герцог. – Что может подумать твой муж?

– Что я очень вас уважаю, герцог. – Альвира торопливо отстранилась, испытывая лёгкую неловкость от своего порыва. Но герцога она действительно любила как отца. На её памяти он был единственный, кто помогал и поддерживал её при дворе. Граф Стайрен Горзский был вечно занят делами королевства, хотя и прикрывал её с другой стороны. А отец… Лейстены были не слишком могущественной семьёй и мало чем могли помочь Альвире в Парсе. А отец Леодрика увы, умер слишком рано, чтобы как-то помочь им обрести силу. Альвира точно знала, что у него были какие-то планы и маркграф Дорен Лейстен даже получил какую-то должность, но после смерти короля удержаться у того не получилось. Он был хорошим воином, но плохим политиком и интриганом. И Альвира точно знала, что Виала Крат приложила руку к падению отца.

Герцог хмыкнул и правильно понял взгляд королевы.

– Ваш отец, Ваше Величество, прибудет завтра утром. Он уже прислал гонца.

– Герцог, я же просила, – изобразила обиду Альвира. – Какая я вам «Ваше Величество»?

– Прошу прощения, Альвира, – с улыбкой поклонился герцог. – Проходите.

Леодрик принял руку жены, и вдвоём они шагнули в дом…

В комнате Альвира откинулась на спинку кресла, пока слуги разбирали багаж и рассортировывали его по шкафам. Леодрик стоял рядом, скрестив руки и наблюдая за их работой.

– Тут спокойно, – вдруг заговорила Альвира. – Без тебя в Парсе стало так плохо… Если бы твоя мать не прекратила нападки, даже не знаю, как бы я пережила это.

– Прекратила? – вскинулся Леодрик. – Граф Горзский обещал присмотреть за тобой.

– Присмотрел, – кивнула Альвира. – Только… Леодрик, меня пугает эта неожиданная доброта твоей матери. Я боюсь.

Леодрик помолчал.

– Может, смирилась… – Он и сам понимал, что такое невозможно, потому голос был очень неуверенным.

– Или что-то задумала.

Леодрик нахмурился.

– Герцог сказал, что после похода у меня появилась определённая репутация среди вассалов… И ещё… Гм… Герцог пока об этом не знает…

Альвира открыла глаза и с подозрением уставилась на мужа.

– Леодрик?

– Гм… Понимаешь, меня тут отловила одна мелочь и утащила к себе посекретничать…

– Мелочь, это Элайна?

– А ты другую мелочь знаешь? – усмехнулся король. – В общем, она тут изрядно меня озадачила. Если коротко, она устраивает турнир для новиков и оруженосцев… Э-э-э… Ну, то есть, для всех, кто обучается на воинов, но ещё не достиг возраста, позволяющего участвовать в настоящем турнире. Я, как ты понимаешь, тоже не подхожу по возрасту, но… Короче, она предложила мне участвовать в этом её детском турнире.

– Прости? – нахмурилась Альвира.

– Ну она там целую стратегию разработала, как я понял… Кажется, она и турнир этот ради меня организовала. Считает, что это поднимет мой авторитет среди солдат. Мол, король не брезгует скрестить меч даже с обычными учениками…

– Если ты не проиграешь, – нахмурилась Альвира.

– Ну ты уж совсем не ценишь своего мужа, – даже обиделся Леодрик. – Ты не забывай, что у меня были лучшие учителя. Да и в походе я совсем не прохлаждался. Но да, я могу и проиграть… Мелочь что-то там по этому поводу говорила, мол умение проиграть тоже искусство и порой проигрывая, завоёвываешь больший авторитет, чем от победы. В общем, предложила честное соревнование. Себя показать, других посмотреть… – Леодрик вдруг замолчал и посмотрел на слуг. Наклонился к Альвире и тихо заметил: – Я тебе позже расскажу о её плане. Хотел с тобой посоветоваться, прежде чем принимать предложение… О нём даже герцог ещё не знает.

– Хм… – Альвира задумалась. – Знаешь… Предложение Элайны я бы приняла, но ты прав, надо сначала услышать все её предложения. Что там у неё за план.

– В принципе, я согласен с ней… Она ещё заметила, что я мог бы там присмотреть для себя личных слуг… Которые будут верны мне. Мол, впечатлённый успехами и прочее. Она считает, что такие люди будут мне верны больше, чем иные дворяне.

– А вот это я бы обдумала очень серьёзно, – протянула Альвира. – Даже одно это стоит того, чтобы согласиться. А почему, кстати, герцог ничего не знает? Элайна боится, что он не одобрит?

– С неодобрением герцога мы с Элайной как-нибудь смирились бы, – хмыкнул Леодрик. – Нет. Просто она не хотела ничего говорить отцу, пока не услышит моего согласия. Мол, если я не соглашусь, зачем тревожить занятого человека?

– Какая заботливая дочка, – рассмеялась Альвира. – Знаешь, а ведь твоя мать выступила бы резко против. Сказала бы, что ты позоришь своё положение короля, сражаясь с ничтожными.

– Как я понимаю, это должно меня подтолкнуть согласиться? – усмехнулся Леодрик. – Давай позже поговорим, когда останемся одни.

Альвира согласно кивнула. Проговорили они потом до самого ужина, когда нужно было уже выходить. Снова облачение в парадное платье, выход.

* * *

Юрмия Гарстин стояла рядом с Турием, ожидая появления королевской четы. Вскоре должно было состояться официальное представление. Покосилась на Элайну, в кои-то веки наряженную в подобающее её положению платье с аккуратной причёской. Она скромно занимала своё место за Ларсом и перед Кареном, который явно был слегка взволнован и вцепился в руку старшей сестры, словно ища поддержку. Элайна же словно и не замечала этого, вроде как так и надо, и ничего странного в этом нет. Даже что-то там ему сказала с улыбкой, отчего её младший брат явно успокоился и повеселел. Но руку сестры не отпустил. Это было даже… мило, наверное. Такая забота…

Но вот зашла королевская чета, началось положенное по протоколу представление. Герцогская семья, как хозяева, естественно, были первыми. Альвира, дождавшись окончания представления от Юрмии, улыбнулась ей и кивнула.

– Рада с вами снова встретиться, леди Юрмия, – кивнула в ответ королева. – Помнится, вы приходили к нам в гости в Парсе, но встреча была не очень продолжительной. Полагаю, нам стоит познакомиться поближе. Слышала, что завтра с утра приезжает ваш отец и братья.

– Да, Ваше Величество, – склонилась Юрмия, она не была уверена, что прошлая встреча прошла удачно и вспоминать о ней ей не очень хотелось. – Они уже прислали гонца. А я слышала, что и ваш батюшка будет завтра. В замке герцога собирается почти весь высший свет королевства.

Альвира чуть нахмурилась, а Юрмия прикусила язык. Надо же было ляпнуть такое… Она ведь знала об отношении королевы-матери к Альвире и противостоянии дворов старого и молодого. И сейчас ситуация ничуть легче не стало. Наоборот, даже. То, что именно к герцогу Райгонскому собираются все высшие аристократы королевства, говорит, что ситуация довольно шаткая и королеве такое явно не может понравиться. Тем не менее она осталась в Парсе, хотя логика требовала её присутствия именно здесь. И это явно неспроста. По сути, сейчас образовывалось два центра силы. Первый возглавлял граф Горзский и… вечно остававшийся в нейтралитете герцог Райгонский. Во главе второго находилась королева-мать и те, кто её поддерживал.

А король с молодой женой тут оказывался как бы между этими двумя силами. Сам он пока самостоятельной величиной не являлся. И пока никто не знал, на какую сторону он склонится. И Юрмия сейчас невольно напомнила о таком шатком положении.

– Мы, – королевское «мы», прозвучавшее из уст королевы, явно подчёркивало, что говорит она не только от своего имени, но и от имени мужа, – целиком поддерживаем политику графа Горзского.

Юрмия могла бы сказать, что политика графа вызывает острое отторжение высшей знати королевства, считающей, что тот слишком много власти забирает в пользу короны в ущерб крупным феодалом. Неоднократно слышала такое дома. И совершенно непонятно, как к этому относится хозяин дома герцог Райгонский. Юрмия пока ни от кого здесь не слышала про то, какую позицию займёт герцог в назревавшем противостоянии. А то, что противостояние назревает, ощущалось почти физически. Даже несмотря на то, что пока приехали не очень значимые рода.

Понятен и приезд аристократов сюда. Впервые король выбрался из дворца и оказался вдали от тех, кто его поддерживал, от влияния матери. Многим явно хотелось понять, что из себя представляет король и чего от него ждать.

Вторжение гарлов явно пошатнуло установившееся равновесие, но в какую сторону пойдёт движение, было непонятно.

Юрмия поймала себя на том, что действительно не понимает, к чему склоняется герцог Райгонский. А действительно, к чему? Она же вроде как будущая герцогиня и даже не пыталась вникнуть в происходящее. Покосилась на Элайну, которая весьма непринуждённо о чём-то беседовала с королём. Кивала в ответ на его слова. Сама же Юрмия задумалась, какую позицию займут её отец и братья.

То, что сторон может быть не две, а три и даже больше Юрмии в голову не пришло. Либо за, либо против. Полутона… неважны. Но трудно её винить в этом. До сегодняшнего дня девушка вообще предпочитала не задумываться о политике, считая это не её делом.

Представление тем временем закончилось, и все разбрелись по залу. Сновали слуги с напитками и закусками. Мужчины в основном наседали на короля и герцога, а вот женщины и девушки собирались вокруг королевы и Ларии. Одна Юрмия осталась вроде как не при делах, и в растерянности огляделась. Турий оставил её, присоединившись к отцу и другим мужчинам. Даже Элайна что-то там обсуждала с одной из гостьей. Но тут неожиданно королева пришла к ней на помощь.

– Леди Юрмия, присоединяйтесь к нам, – позвала она, заметив неприкаянную девушку. – Я слышала, что вы приехали сюда в не очень удачное время, но помогали в отражении вторжения гарлов.

– Это слишком преувеличено, Ваше Величество, – смутилась девушка. – Я немного помогала леди Ларии.

– Дамы, давайте на сегодня отменим титулы. Леди Альвира вполне достаточно.