Текст книги "Война 1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

– Но разве это не повредит нашим интересам?

Небесный отец медленно повернул голову и с улыбкой посмотрел на секретаря.

– Лоренц, у империи нет сил для успеха. Дарсий, как обычно, не умеет считать. Вот что бывает, когда теоретики пытаются строить хитрые планы, опираясь исключительно на донесения. Да и Валенштейн получил весьма чёткие инструкции. Он знает, кто настоящий враг Небесного Престола. Он не будет активно действовать, когда империя начнёт вторжение. Булагрия должна иметь силы, чтобы утопить имперцев в крови… В крайнем случае мы объявим, что вторжение еретиков имперцев грозит вере, и предложим Булгарии союз…

Лоренц помолчал. Порой его коробило от цинизма Небесного Отца, даже если он признавал успешность этой политики.

– А как на это отреагирует Карск?

– Карск? – усмехнулся Небесный Отец. – Карск будет биться за Триполи, потому что не сможет отступить. Потерять лицо для них хуже поражения, ибо потеря лица приведёт к потере денег. Они будут штурмовать стены, терять корабли, тратить золото… и чем глубже они увязнут, тем слабее станут. Мы же будем стоять в стороне и смотреть, как они сами себя истощают. А как отреагируют… Никак, Лоренц, ибо и в самой республике не всё ладно с верой в Единого. Вряд ли они захотят увидеть в своих пределах армию Валенштейна… Она же там рядом будет. Почти у их границ… Говорю же, он знает, кто настоящий враг Престола.

Лоренц на мгновение прикрыл глаза, мысленно выстраивая эту картину: Карск, увязший в осаде; Варистис, втягивающийся в конфликт под предлогом возвращения мятежников в лоно империи, Булгария, вынужденная платить за спасение и слабеющая под ударами со всех сторон.

– Значит, мы будем просто ждать и следить? – уточнил Лоренц.

– Не просто ждать, – поправил Небесный Отец, подавшись вперёд. – Мы будем подталкивать. Тонко. Незаметно. Одно письмо не туда, один слух в нужном порту, одна лишняя бочка смолы в караване, идущем к Триполи… Мелочи, Лоренц. Из мелочей и делаются великие дела.

Он поднялся, подошёл к высокому окну, за которым свинцовое небо сливалось с морем, и на мгновение замер, глядя вдаль.

– Пусть дожи Карска считают, что управляют ситуацией. Пусть Дарсий верит, что переигрывает всех. А мы… мы будем теми, кто соберёт плоды.

Глава 15

Новость о том, что король собирается принять участие в «детском» турнире, прогремела как гром среди ясного неба. Многие приехавшие крупные феодалы взяли с собой семьи, особенно юношей. У многих они были возрастом, в котором они могли бы принять участие в этом турнире. Гордыня. Участие в том, что организовывают новики? Фи. Да кто они такие? Дети рыцарей, дворян без наделов, вторые и третьи сыновья низшей знати. А во главе тот, чей отец только-только получил титул барона. Может, если бы решение принимали сами мальчишки, они бы с радостью согласились, но если присутствуют главы родов… Без шансов. Со всех сторон последовал буквально прямой запрет.

– Урон чести! – И всё.

Причём в чём именно урон никто сказать не мог. В том же обычном турнире происходит то же самое, что планировалось и в детском. И если в детском участниками были вторые-третьи сыновья мелких родов или обедневших дворян, то в основном участвовали их отцы и братья. То есть взрослым с ними мечи скрестить не зазорно, а их детям с детьми тех, с кем сражался только что – урон чести. Логику Элайна понять не могла.

Леодрик хмурился, когда глядел на записи участников, а вот Элайна сияла.

– Чему ты радуешься? Участников почти нет. Может, мне стоило раньше сказать…

– Не стоило, – отрезала Элайна.

– Но может…

– Не может, – оборвала его Элайна.

– Но ведь тогда…

– Всё равно не надо.

– А если…

– Смысла нет.

– Да я даже ещё ничего предложить не успел! – взорвался выведенный из себя Леодрик, когда в очередной раз Элайна перебила его.

– Это ты не даёшь мне ничего сказать! – возмутилась в ответ Элайна. – А что ты хочешь сказать, я и так знаю. Типа если раньше сообщить о твоём участии, то туда запишутся многие. И я бы согласилась, если бы нашей целью был сам турнир.

– А разве нет?

Элайна жалостливо посмотрела на Альвиру.

– Держись, подруга. Не переживай, он просто ещё маленький и глупый.

Альвира явно не поняла причину такого, но согласно кивнула. Повернулась к мужу. Открыла рот… Закрыла. Но тут Элайна пришла на помощь:

– Наша цель – заставить всех узнать о тебе. Потому нам нужны скандалы! Ты громогласно объявишь, что поддерживаешь этих новиков, которые готовятся встать на защиту королевства! Что нет никакого урона чести другому рыцарю скрестить с ними меч, а король тоже рыцарь, только защищающий всё королевство!

Всё-таки ни Леодрик, ни Альвира дураками не были. Суть идеи ухватили моментально. Глаза Альвиры вспыхнули от восторга, а вот Леодрик засомневался:

– Но ведь тогда представители главных родов не смогут принять участие…

– Кто сказал? – поинтересовалась Элайна. – Кто им помешает потом записаться?

– Но сроки?

– Разве мы их ограничивали? Но да, поспешить придётся. – Элайна коварно улыбнулась. – Но за гордыню придётся заплатить…

Буквально! Но это Элайна не сказала. Зачем?

Так что когда король сделал объявление… При всём честном народе заявил… Ну что там они целый день репетировали с позами и словами. Менестрели, присутствующие здесь же, всё это записали. За те деньги, что они получили от Элайны, старались они не за страх, а за совесть. Впрочем, и за страх тоже, ибо Элайна пообещала оторвать руки тем, кто осветит это событие не так, как нужно. Ей поверили. Иногда репутация полезна.

После этого участвовать в детском турнире пожелали очень и очень многие, точнее, чтобы их дети засветились в обществе короля. И ломанулись к председателю комитета Арготу. Тот, капитально заинструктированный Элайной, клялся и божился, что вот бы и рад, но решение принимает капитан Марстен Дайрс, что детский турнир едва не отменили из-за малого количества участников, потом расходы сократили, мало всё подготовили, что сократили постройки из-за нехватки средств и они теперь не соответствуют высокому стандарту таких влиятельных родов…

– Капитан меня убьёт, – плакался Аргот. – Деньги ушли в главный турнир, мы ничего не можем…

Скупой платит дважды, гордый десять раз… Как так, король участвует, а их детей там не будет? Нет денег? Оплатим! И Арготу понесли… Элайна аккуратно записывала суммы в отдельную тетрадь. По итогу получилось, что занесли больше, чем они потратили на подготовку. Не поверила – пересчитала.

– Гордость… – протянула она. Ну конечно, как могли эти знатные господа подкинуть мелочь? Они устроили целое соревнование щедрости.

Когда с этими деньгами девочка пришла к отцу и смущённо шаркнула ножкой, тот сначала с недоумением перечитал тетрадь. Потом ещё раз. Потом задумчиво посмотрел на стоявшую напротив девочку, изображающую смущение… А может, и не изображающую.

– Что это? – поинтересовался он.

– Дополнительное финансирование службы садоводства… Ну и мне на булавки. А ещё призовой фонд нашего детского турнира.

Герцог обречённо вздохнул и покачал головой.

– Я с тобой с ума сойду.

– А я виновата, что они столько понесли? – изумилась Элайна. – Думала, подкинут немного. А они… гордостью мериться стали.

– Тогда может…

– Не отдам! Это мои честно свистну… в смысле заработанные средства! Граф Ряжский жмот и дракон! Приходится трудиться самой в поте лица, чтобы заработать себе на краюху хлеба… – Под взглядом полным иронии Элайна смутилась, её голос звучал всё тише и тише, пока не смолк окончательно. – Я вообще могла не показывать, – пробурчала она уже под конец, понимая, что утаить такие средства не получилось бы никак. Жалкая попытка, признаться. – Мне вернуть их?

Герцог чуть не подавился словами.

– Даже думать забудь! – прорычал он, не замечая довольной улыбки под опущенной головой, да ещё и спрятанной под распущенными волосами. – Это будет смертельным оскорблением… Так… Ладно. – Герцог замолчал и задумался. Вздохнул. – Забирай, – смирился он. – Используй, для чего там хотела… Ещё не хватало у дочери деньги отнимать, – пробормотал он тихонько.

Элайна улыбалась внутри – взрослые такие предсказуемые…

На следующий день Элайна откуда-то раздобыла книгу с чистыми листами… Обложка была простая, без украшений. Кожа, сталь. Замок в виде щита, мечи в качестве обрамления, а в центре золотыми буквами надпись: «Первый турнир короля Леодрика». С этим фолиантом Элайна лично обошла всех, кто внёс деньги в пользу детского турнира и попросила там что-нибудь кратко написать и подписаться. Мол, в память о том, кто помог осуществиться мечте… Благодарность… Пообещала отдать книгу королю…

Никто не задумался над тем фактом, что этот… своеобразный блокнот сделан слишком качественно и хорошо. Золотая надпись, обложка. За день-два такое не сделаешь, а значит, подготовлена она была давно. Впрочем, кого это интересовало?

Потом началось паломничество… Элайна не возражала. Ей нетрудно достать книгу и позволить поставить свою подпись. И принимала подношение. Уже не от тех, у кого были дети подходящего возраста. Деньги готовы были принести многие, лишь бы поставить свою подпись. Общая сумма подношений выросла где-то в полтора раза… Побольше… Немного… Самую капельку…

А на очередном приёме, под подходящие торжественные слова и опять в присутствии менестрелей вручила книгу Леодрику…

Позже, когда они остались втроём, Леодрик с недоумением покрутил в руках книгу и поинтересовался:

– И что мне с этим делать?

– Ты как маленький! – хмыкнула Элайна. – Объяви это сокровищем и спрячь. Лет через пятьсот или шестьсот эта книга будет стоить миллионы.

Леодрик скептически посмотрел на Элайну.

– Мне это, безусловно, поможет.

– Да боже ж мой, – всплеснула руками Элайна. – Ну, назначь ты для этой книги хранителя… У тебя что, нет слуги, который уже не может исполнять обязанности… по старости там, по другой причине, а выгнать жалко, всё-таки давно служит? Вот и назначь его хранителем и провозгласи книгу почётной памятью о первом турнире короля Леодрика Первого. Тебе это ничего не стоит, а остальным, кто там расписался, приятно. Разговоров будет… Всё, как нужно.

Альвира наградила Элайну задумчивым взглядом.

– Скажи, там много тебе всучили?

Элайна замялась.

– Ну… на рюшечки там, булавки хватит, – промямлила она.

– Значит, много, – вздохнула королева и некоторое время изучала Элайну. Та невинно смотрела в ответ. Потом всё-таки отвела взгляд.

Альвира снова вздохнула.

– Знаешь… Я рада, что ты нам не враг.

Леодрик непонимающе посмотрел на жену, Элайну. Пожал плечами.

– Не понимаю, чего вы из какой-то глупой книги с подписями устроили представление. – И поймал два жалостливых взгляда…

Когда новости дошла до герцога, он сначала долго молчал. Потом вызвал Элайну и долго на неё смотрел. Элайна так же долго изображала смущение.

– Что ж с тобой делать, чудовище ты моё? – со вздохом проговорил он.

– Пап… Ну они ж сами мне деньги несли! Мне что, отказываться надо было?

Герцог опять вздохнул.

– Если кто-нибудь когда-нибудь узнает…

– То будет молчать, – буркнула Элайна. – Кому охота идиотом себя выставить? К тому же они получили то, за что платили. Они расписались в книге, король книгу получил, скоро объявит её национальным сокровищем… ну или личным.

– Это-то ты как уговорила его сделать?

– Ну он же тоже не дурак. Дёшево и сердито. Всем приятно. Память в веках и всё такое.

Герцог снова помолчал.

– Скажи… Ты ограбила высший свет королевства на очень и очень приличную сумму даже для меня. И они при этом довольны и восхваляют тебя, короля и твой турнир… Я ничего не перепутал?

– Ну… – Элайна носочком туфли поковырялась в полу. – Меня все любят… Уважают. Восхищаются моим умом, талантами…

– Не надо мне пересказывать свои мечты!

– А что, я ничего… – Девочка отвернулась. Что сказать, она не знала. И правда, было немного неудобно. В оправдании можно сказать, что она сама не ожидала такого эффекта. Недооценила величину… гм… гордости некоторых представителей высоких родов.

– Скройся с глаз моих, чудовище… милое и симпатичное, – обречённо махнул рукой герцог. – И что б дня два мне на глаза не попадалась!

Хорошего выхода он не находил. И в самом же деле – все довольны, слышны хвалебные оды некой маркизе, которая придумала отличную вещь с книгой памяти о первом королевском турнире. Хвалили короля. Менестрели слагали баллады о достойном и благородном короле, решившем принять участие в турнире будущих защитников королевства. Совсем немного хвалили маркизу, придумавшую турнир и книгу памяти. Но особенно восхваляли тех, кто пожертвовал средства на благородное дело…

После этого денег ещё немного прибавилось. Но немного. Ясно было, что это уже последние пожертвования и на большее рассчитывать не стоит.

В общем, герцог, подумав, смирился. Лучшее, что он мог сделать – промолчать. И сделать вид, что ничего не было.

Вечером после всех треволнений, Айрин Райгонский всё-таки решил посетить дочь. Из комнаты неслась неизвестная ему мелодия на гитаре и слышалась незнакомая песня. Тоже на незнакомом языке. Герцог прислушался, но так ничего и не понял, хотя язык и узнал. Элайна как-то говорила на нём, показывая язык мира близнеца. Вот именно это и есть.

Снова прислушался, ничего не понял и покачал головой. Судя по всему, дочь была чем-то очень довольна и даже не пыталась это скрыть. Ну ещё бы, он тоже был бы доволен, проверни такую аферу. Герцог даже поймал себя на мысли, что завидует. Покачал головой и ушёл.

А из-за двери комнаты Элайны красивый детский голос выводил на незнакомом здесь языке слова песни:

Нет, я не плачу и не рыдаю,

На все вопросы я открыто отвечаю,

Что наша жизнь – игра, и кто ж тому виной,

Что я увлёкся этою игрой.

И перед кем же мне извиняться?

Мне уступают, я не смею отказаться.

И разве мой талант, и мой душевный жар

Не заслужили скромный гонорар?

Элайна пребывала в приподнятом настроении. Настолько, что даже потрудилась поднять из памяти (на этот раз правильно), услышанную когда-то в мире Лены песню по телевизору, подобрала ноты и теперь старательно выводила, не боясь, что кто-то её услышит:

И согласитесь, какая прелесть

Мгновенно в яблочко попасть – почти не целясь.

Орлиный взор, напор, изящный поворот,

И прямо в руки – запретный плод.

О наслажденье – скользить по краю.

Замрите, ангелы, смотрите – я играю.

Разбор грехов моих оставьте до поры.

Вы оцените красоту игры.

Песню Элайна вспомнила случайно и решила, что она очень даже подходит к ситуации. А ещё чётко понимала, что никогда в жизни эту песню переводить не будет и не отдаст её в шаловливые ручки Асмирилия. Пусть она будет только её и для неё. Элайна снова ударила по струнам гитары:

Я не разбойник, и не апостол.

И для меня, конечно, тоже всё не просто.

И очень может быть, что от забот моих,

Я поседею раньше остальных…[1]

* * *

Аргот пребывал в довольно странном состоянии, которое он не смог бы и сам описать. Ему хотелось одновременно повеситься, утопиться, броситься на нож, побиться головой о стену, спросить у Единого, в чём он провинился. Впервые в жизни ему приходилось общаться сразу со столькими высшими вельможами королевства. Причём все эти вельможи буквально умоляли взять у них деньги ради того, чтобы оставить запись в книге, с которой носится она… маркиза… виновник всех его бед. А он, следуя инструкции от… от… этого чудо… чудо какой удивительной её сиятельства маркизы, вынужден был от них отбиваться, отказываться от денег и врать, что турнирное поле не готово. Потом заявилась она лично и показала мастер-класс…

Маркиза, казалось, была везде и всех знала лично. С одним она поговорила об охоте и что этим летом она, действительно, не очень хороша. Другому посочувствовала из-за смерти сына, у другого поинтересовалась здоровьем внучки. Похвалила ещё одного за отличных лошадей, что он разводит. Повосхищалась с какой-то матроной по поводу её собачки, обсудила с молодыми людьми последние веяния моды. Произнесла короткую речь про опору трона и долг аристократов. Выложила свою книгу на стол, а вельможи пошли потоком. Несли деньги, а потом что-то писали в книге и, довольные, уходили, получив на выходе не слишком украшенную медаль, на которой была выгравирована надпись: «С благодарностью за пожертвование». На другой стороне был выбит профиль Леодрика, под которой шла надпись: «Леодрик I».

И люди, расставаясь с деньгами, выглядели счастливыми, хвастались друг перед другом медалями, отправлялись на торжественный приём, где цепляли эти дешёвые медальки на шею, хвастаясь ими перед другими. Арготу, казалось, что он сходит с ума… Или все вокруг. Или, что намного вернее, маркиза Райгонская свела всех вокруг с ума.

Потом было торжественное вручение книги Леодрику. Король явно не понимал, что с этим делать, но принял подарок торжественно, провозгласив, что будет хранить это как сокровище.

Шольт отыскал приятеля за складом, где хранилось снаряжение новиков. Аргот стоял там и стучал лбом об стену.

– Помогает? – поинтересовался Шольт с интересом.

Аргот поднял на него мутный взгляд.

– Шольт, ты знаешь, сколько денег принесли эти вельможи нашей леди?

Шольт торопливо огляделся по сторонам, после чего треснул приятеля по затылку.

– Надеюсь, ты не трепался об этом?

– Ты меня за идиота держишь? – Аргот даже возмутился.

– Тогда прекрати страдать фигнёй и пошли нанимать строительные бригады для работы на площадке детского турнира.

– Там всё готово.

– Ты идиот? Если эти вельможи несли деньги для работы на площадке турнира – работы должны быть сделаны. Пусть там хоть попойки устраивают, главное, чтобы на работу ходили.

– А если кто-то из вельмож спросит?

Шольт посмотрел на приятеля как на идиота.

– Когда это знатные вельможи интересовались такими мелочами? Знаешь, хоть одного такого?

Аргот подумал, а потом честно ответил:

– Знаю.

Шольт замер и опасливо покосился на Аргота.

– Знаешь?

– И ты знаешь. Она бегала в мальчишеской одежде по всем стройкам и складам Тарлоса и проверяла наличие вещей, как идут работы и ведомости.

– А-а-а, – облегчённо вздохнул Шольт. – Всё в порядке. Она будет проверять всё и в этот раз. Но раз деньги брала тоже она… Всё в порядке.

Аргот снова подошёл к стене и ещё раз стукнулся об неё лбом. Шольт покачал головой и повертел пальцем у виска. Переживания приятеля он не понимал совершенно. А вот маркизу… зауважал. Сильно. Оказывается, она может издеваться не только над теми, кто ниже её по положению. Но здесь был совсем другой размах.

И тут появилась она… Элайна вывернулась откуда-то со стороны полигона и появилась совершенно неожиданно. Шольт, увидевший её первым, попятился и сделал вид, что сильно занят чисткой учебного меча. Элайна покосилась на него, потом шагнула к Арготу, оценила картину, покачала головой.

– Аргот, я не совсем понимаю цель, но могу дать пару советов. Если хочешь проломить стену, то лучше взять что-нибудь покрепче дуба. А если цель поставить на место мозги, то лучше использовать книги… – Элайна помолчала и добавила: – Их читать надо, а не по голове ими стучать. Это я на всякий случай напоминаю… Вдруг не знал…

Аргот одарил её мрачным взглядом.

– Спасибо, леди. Что б я без ваших подсказок делал.

Элайна просияла.

– Всегда пожалуйста. Мы же друзья. Ах да…– Элайна пошарила в сумке на плече и вытащила стопку листов. – Держи, – она сунула листы ему в руки. – Прочитай, к концу турнира что б от зубов отскакивало.

– Чьих зубов? – не понял Аргот.

Элайна скосила глаза.

– Шольта. – И умчалась.

Бумаги Аргот посмотрел только дома… Стало стыдно. Реально. Листы… Это было подробное описание всех знатных родов королевства. Описание гербов, кто глава, состав семьи с кратким описанием каждого. Кто чем увлекается, в чём силён или слаб. Немного о каждом главе семье. Аргот вспомнил, как отец вечерами говорил, что не понимает, к кому и как относиться, как часто влипал в неприятности по незнанию, общаясь со знатью. Здесь… здесь была полная подборка по каждому роду. То, что действительно нужно и ему, и… отцу. Аргот мог оценить важность этой информации.

Подумал о леди… Да, она была несносной, любила ставить всех в неловкое положение, высмеивала то, что считала чужой глупостью и неумением думать. Могла обидно пройтись по их ошибкам. Всё так. А потом в свободное время и вечерами она для него писала эти записи… И сделала бы такое для любого, кого считала своим человеком. В этом и была вся Элайна… Потому и он, и Шольт, не колеблясь, бросились её спасать в том архиве, не думая о себе, не думая, что они плохо подготовлены и их могут убить. И если понадобиться, сделают это снова… Знали, что Элайна точно так же будет спасать своих, если понадобится. Или сидеть ночами, готовя так необходимую ему и отцу справку.

Аргот собрал документы и отправился к отцу, понимая, что ему это тоже будет интересно. Точнее даже – для него важнее. Именно сейчас, когда идёт турнир.

А на следующий день на всех перекрёстках Лоргса менестрели пели балладу про благородство короля, который решил поддержать будущих воинов личным примером, и восхваляли тех вельмож, что пришли ему на помощь в организации сего дела. Что удивительно, про маркизу Райгонскую в этих балладах не было ни слова. Сначала немного что-то там вроде было, но быстро исчезло. Король захотел, вельможи поддержали и спонсировали. Всё. А площадки для турнира возникли по щелчку пальца на следующий день, как король захотел, а вельможи деньги дали. Но над этим никто не задумывался. В конце концов, баллады на то и баллады, чтобы малость приукрашивать.

* * *

Айрину Райгонскому даже интересно было, на что потратит его дочь гм… заработанные деньги. Потому не стал даже пытаться что-то у неё выпросить. Да начни он так делать – даже самому стыдно стало бы. Потом решил просто понаблюдать. Первый сюрприз ожидал его в комнате, куда слуга торжественно внёс на руках подбитую мехом накидку, с расшитой золотой нитью отворотами. Статусная вещь. Стоит столько, что сам герцог просто пожадничал бы столько тратить.

Герцог удивлённо глянул на слугу.

– Её светлость маркиза Элайна Райгонская велела передать вам подарок, мой лорд.

– О, как! – Айрин даже растерялся. Глянул на накидку. Да уж… доченька не мелочится. Такую накидку и варийскому императору не стыдно было надеть. Подумал и хмыкнул. Что-то ему подсказывало, что сегодня он не единственный получит подарок.

Как позднее он узнал, так и оказалось. Герцогиня Лейла Райгонская получила отрез великолепной ткани, по стоимости, сравнимой с его накидкой, если не больше. Причём Элайна знала любимый цвет матери, так что ткань привела герцогиню в полный восторг. А узнав от кого получила, на миг застыла, потом медленно кивнула.

– Спасибо, – слабо улыбнулась, глядя куда-то вдаль.

Турий обнаружил в комнате записку, что кузнец ожидает его для снятия мерки, по которым персонально ему будут изготовлены доспехи и меч. Персонально для него. Заказ оплачен. У Турия были доспехи… доставшиеся по наследству. Не совсем подходившие, но подогнанные. Делать доспехи персонально для себя… Это очень и очень дорого. Позже отец наверняка оплатил бы ему такие, но позже. А тут… И не только доспехи, но и меч. Личный. По персональному заказу. Элайна писала, что понятия не имеет, какие там железные игрушки нужны, потому оставляет всё на его фантазию.

– Хоть из золота делай, оплата внесена, – подводился итог.

Турий от радостного крика сдержался. Потом задумался откуда это у сестры такие деньги и с чего такая щедрость. К счастью, тут зашёл отец, прочитал записку и хмыкнул.

– Беги, заказывай.

– Отец?

– Я всё знаю. Всё нормально. На Элайну напала необычайная щедрость, которой она теперь всеми спешит поделиться. Ну и подлизаться заранее.

– Подлизаться? – насторожился Турий. – Она что-то натворила?

Герцог рассмеялся.

– О да. Но говорить не буду. Оставлю интригу. Сам узнаешь. – И ушёл, оставив растерянного Турия. Ушёл к Ларии.

Как оказалось, не зря. Та в такой же растерянности, что недавно Турий, вертела в руках набор украшений, явно восточных. Сколько он стоит, не хотелось даже думать. Набор представлял из себя тиару, колье, серёжки и браслеты. Тончайшая резьба, драгоценные камни… Очень всё в меру, очень тонкая работа.

– Элайна подарила, – пояснила она отцу.

– Я догадался, – хмыкнул он. – Но она… гм… Могла бы пояснения дать. А она всё втихаря. Как воровка прокрадывается, оставляет подарок и бежать. А я тут хожу – объясняю.

– Что она натворила? – сразу сообразила Лария.

– Сама узнаешь, – хмыкнул вредный отец. – Но подарок бери, не отказывайся.

Лария перевела взгляд на набор.

– Я ещё с ума не сошла отказываться, – буркнула она и торопливо убрала украшения в шкатулку, решив, что посмотрит позже, когда никого из посторонних не будет. А герцог отправился дальше.

Ларс получил учебный меч, приличные доспехи, не на заказ – бессмысленно. Мальчишка же ещё растёт. Но на турнир хватит, куда Ларс, само собой, записался одним из первых. Но это так, мелочи. Основной подарок в комнате не помещался. Это оказался великолепный конь, точнее, ещё жеребёнок… ну как жеребёнок, года три где-то. Как раз через два можно будет уже и под седло с всадником в доспехах. Пока же есть время, чтобы Ларс познакомился с ним, и приучил к себе, и воспитал как нужно. Ларс пришёл в полнейший восторг. Все знали, что коней он обожал…

Герцог тихонько удалился. Тут его помощь не требовалась. У Ларса, кажется, даже вопросов не возникло откуда у сестры деньги на такой подарок.

Как оказалось, подарок достался и Карену. На взгляд Айрина Райгонского, очень странный. Очень-очень. Чёрный глухой шлем, чёрная одежда с какими-то нашивками, чёрный плащ. Герцог слышал, как Элайна объясняет восторженному брату:

– Это одежда ближайшего помощника и правой руки Тёмного Властелина! Я Тёмный Властелин этого мира! А ты теперь мой помощник и моя правая рука. – Тут Элайна торжественно вручила какую-то палку с металлической рукоятью. Сама палка была зачем-то выкрашена красной краской. При этом Элайна с явным огорчением покосилась на эту корявую поделку и пробормотала что-то про то, что заставить краску светиться у неё так и не получилось.

Некоторое время понаблюдала за носящимся по коридору замка в глухом с прорезями шлеме странной формы и в чёрном плаще мальчишкой. Покачала головой.

– Вот какой смысл в шутках, если их никто не понимает?

– А это была шутка?

– Папа⁈ – Элайна подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Только сейчас увидела отца, который наблюдал за самым младшим сыном, который сейчас бегал с развивающимся плащом и размахивающим красной палкой.

– Он в этом не навернётся?

– Всё проверено! – даже обиделась Элайна. – Шлем с мягкой подкладкой, одежда крепкая и тоже с небольшой подкладкой. В этом можно об стену биться и ничего не будет!

Герцог покосился на дочь.

– Давай не будем проверять.

– Я что, дура? – возмутилась Элайна.

– Хм… – теперь герцог одарил её очень задумчивым взглядом.

– Эй, ты о чём задумался? Даже не думай! Ты должен был сразу возразить! Я серьёзно, между прочим!

– Что это за наряд, умная моя? – оборвал возмущение дочери герцог.

– Да так… – Элайна глянула на младшего брата и вздохнула. – Помощник Тёмного Властелина. И имя ему отныне – Дарт Карен! – последнее Элайна прокричала довольно громко. Карен, естественно, услышал.

– Ура! Я теперь дратс Карен!

– Дарт Карен! Дарт, а не дратс! Мой помощник не должен так ошибаться!

Герцог покачал головой и поспешил удалиться, благоразумно рассудив, что если задержится, придётся разбираться в тёмных властелинах и их помощниках. Но перед уходом всё-таки предупредил Элайну:

– И помни – ты наказана! Что б два дня мне на глаза не попадалась!

Элайна изобразила вежливый книксен, а когда отец отвернулся, показала ему язык.

– А расскажи мне про этого помощника! Расскажи! – затеребил её Карен.

Элайна вздохнула. Брата она любила… но не в такие моменты. Войдя в режим почемучки, он мог и камень достать. Так что легче было что-то сочинить.

– Ну слушай, – обречённо проговорила она разворачиваясь. – В одной далёкой-далёкой империи…

Герцог же, убедившись, что тут всё спокойно, мысленно прикидывал, сколько дочь потратила на подарки всем им и сколько ещё у неё осталось. Выходило, что оставалось много. Потратила же… сущие мелочи… М-да…

* * *

На что потратить деньги размышлял и Валиор Строж, глядя на сунутую ему прямо в руки ведомость с отчётом казначея о поступивших для садоводов деньгах. Казначей, когда давал ведомость, глядел на Строжа очень странно, и руки его слегка дрожали. Но вопросов не задавал, ушёл поспешно, оглядываясь.

Строж, поглядев на конечную сумму и пункт о назначении средств, его понимал. Поднял голову и, конечно же, заметил маркизу, которая пряталась за занавеской и с предвкушением за ним наблюдала. Со слишком явным, в результате потеряла осторожность. Впрочем, не девчонке пытаться спрятаться от человека, который проработал стражником в городе, где каждый год проходила одна из крупнейших ярмарок герцогства. Мала ещё, тягаться.

– Маркиза!

Элайна попыталась сделать вид, что её тут нет, поняла, что не получится, и, насупившись, вышла.

– Думала, хорошо спряталась, – пробормотала она.

– Зачем? – поинтересовался Строж.

– Что, зачем? – не поняла Элайна.

– Зачем прятались, леди?

– Хм… – Элайна отвела взгляд, но честно призналась: – Было интересно посмотреть на вашу реакцию по поступившим деньгам.

– Садоводам?

– Ага, – довольная, кивнула Элайна.

– Леди, я прекрасно знаю, как вы изволите называть нашу службу в разговорах. Тут вы не удивили. Зато казначея чуть до инфаркта не довели. Такая сумма и садоводам… Что он подумал?

– М-да, – после паузы, отозвалась Элайна. – Не подумала. С другой стороны, читать документ не его обязанность. С другой стороны… Он будет обсуждать это среди своих. Скоро слух пойдёт по дворцу, потом по городу… Здорово, правда?

– Здорово? – Валиор упустил логику маркизы.

– Конечно. Пусть теперь гадают, что за садоводы и за что им такое счастье. И завидуют садоводам герцогства. Вот! Здорово я придумала, правда?

– Леди, вы это придумали только что у меня на глазах. А до этого была попытка поиздеваться надо мной.

– Господин Строж, не ворчите. Просто моя гениальность настолько гениальна, что даже мои шутки превращаются в гениальные планы. – Элайна задрала нос.

Строж вздохнул, мысленно решив, что проще не обращать внимания, чем пытаться разобраться в логике маркизы. И мысль эта, кстати, не так уж и плоха. Поступление таких сумм не может остаться незамеченным. Также найдутся желающие их потратить. А тут… Маркиза передала их все каким-то садоводам, о чём вскоре будет судачить весь город, а вскоре и королевство. Что взять с избалованной девчонки? Все скорее позлорадствуют. И лицемерно посочувствуют герцогу. Мол, дочь получила такую сумму и всю спустила на садовников… Ладно, не на пьянство… Кстати, о герцоге…