355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сайрита Л. Дженнингс » Страх падения (ЛП) » Текст книги (страница 18)
Страх падения (ЛП)
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 06:10

Текст книги "Страх падения (ЛП)"


Автор книги: Сайрита Л. Дженнингс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Глава 25. Блейн.

– Неужели мы почти на месте?

Я повернулся к Ками, сидящей на пассажирском сиденье моего грузовика, и, сжав ее обнаженное колено, покачал головой.

– Терпение, малыш.

– Уф, я не люблю сюрпризы. Ожидание меня убивает, – пожаловалась она, наблюдая за проносящимися мимо деревьями. – Я бы позволила тебе просто завязать мне глаза, если бы не была таким уродцем.

Я нежно развернул ее лицо обратно в свою сторону, кинув на нее быстрый, критичный взгляд, а затем вернулся взглядом на дорогу.

– Эй, ты не уродец. Не говори о себе подобное дерьмо.

Ками пренебрежительно пожала плечами.

– Это правда. Ты знаешь каких-либо еще взрослых женщин, которые боятся темноты?

– Нет, не знаю. Но это всего лишь крошечная часть тебя. Она не характеризует тебя как личность.

– Теперь ты говоришь как Дом.

– Ну, что тут скажешь... Если двое абсолютно нормальных, здоровых мужчин видят в тебе удивительную, красивую женщину, какой ты и являешься, значит это действительно правда, – улыбнулся я.

– Уф. На самом деле из вас двоих нормальный только один… – пробормотала она себе под нос.

– М-м?

Ками покачала головой и потянулась к радио.

– Ничего.

– Ты в порядке, малыш?

Ками выглядела чем-то озабоченной с тех пор, как я забрал ее из квартиры. Она была немного отстраненной и даже угрюмой. Мы провели вместе все выходные, как в баре, так и у меня дома, полностью поглощенные друг другом. Но накануне вечером в ней словно переключился воображаемый выключатель. Что-то изменилось.

– Да, – ответила она, но противореча сама себе, покачала головой. – Не знаю.

– Кам, – позвал я, разъединив ее руки, которые она сцепила на коленях. – Ты же знаешь, что можешь со мной поговорить. Ничего из того, что ты мне скажешь, не заставит изменить мои чувства к тебе. Я здесь. И никуда не собираюсь.

Ками глубоко вдохнула, подготавливаясь к словам, которые, очевидно, она не хотела произносить.

– Эм... Просто прошлой ночью я плохо спала. А потом я проснулась от сигнала входящего сообщения по электронной почте. От... него.

– От него?

Перед тем, как едва прошептать ответ, Ками сглотнула.

– От моего отца.

От неожиданности я почти съехал с дороги, едва не угодив в канаву недалеко от обочины.

– Что? Он с тобой связался?

– Он все еще поблизости. Я переехала, поменяла всю информацию электронной почты. Проклятье, меня даже нет на Фейсбуке. Но каким-то образом он всегда меня находит.

Ее рука вспотела от волнения, и я не раздумывая ее сжал.

– Что, черт подери, ему от тебя нужно? Дерьмо, неужели он еще не закончил тебя мучить? – спросил я, стискивая челюсти.

Я хотел сказать совсем не эти слова. Будь на то моя воля, я бы развернулся и кинулся выслеживать этого хрена лично.

– Деньги.

– Деньги? Почему он просит у тебя деньги?

– Потому что… – Она обреченно вздохнула. – Его деньги – у меня.

Я резко повернул голову, увидел на ее лице застывшее мрачное выражение и с трудом заставил себя вернуть взгляд на асфальт, стелющийся перед нами.

Ками забрала свою руку и начала ловко складывать старую квитанцию из моего подстаканника.

– Моя бабушка по отцу умерла пять или шесть лет назад. Это случилось в результате ДТП с участием городского автобуса. Так как это была вина муниципалитета, ее семья получила огромную компенсацию. Большая часть денег досталась моему отцу, поскольку он был самым старшим и, к тому же, ее опекуном. Но из-за того, что он не выплачивал алименты, задолжав нам огромную сумму, его отыскали и изъяли все деньги, отдав их моей матери.

– И правильно сделали, – добавил я.

Я сжимал руль так сильно, что побелели костяшки.

Единственное, что могло заставить меня дрожать от ярости – это мысли о ее папаше. Я никогда не знал своего родителя, но видя, что сотворил отец Ками с ее жизнью, я испытывал облегчение, что никогда не имел «удовольствия» знать своего бесхребетного сукиного сына.

– Как только я окончила среднюю школу, моя мать переехала обратно на Филиппины к своей семье. Ее даже не волновало, на какой специальности я остановилась. Проклятье, она даже не спрашивала о моих планах на колледж. Просто дала мне денег и уехала.

Ощущая беспомощность, я покачал головой. Я хотел стереть все плохое, что когда-либо с ней случалось. Мне хотелось дать Ками ту жизнь, которую она заслужила. Я хотел забрать всю ее боль при помощи своей любви.

– Кам… малыш. – Это все, что я сумел связно сформулировать.

– Все в порядке. Я выше этого.

Она продолжала автоматически складывать фигурку, практически не глядя на бумагу.

– Значит... он хочет их вернуть?

– Да. – Она кивнула. – И я отдам их ему, если это будет означать, что он уйдет из моей жизни навсегда. Дом говорит, что это не сработает, и что он будет продолжать возвращаться. На самом деле, он хочет не денег, а контроля. Он понимает, что я все еще его боюсь, и однажды узнает где я нахожусь. Он никогда не оставит меня в покое и будет продолжать меня терзать.

Я поразмыслил над ее словами и согласно кивнул.

– Дом прав. Дерьмо, Кам, он прав. Тебе нужно обратиться в полицию.

– Они уже знают. Он нарушил каждое ограничительное судебное предписание, но никто не может определить его точное местоположение. – Ками положила крошечное бумажное сердечко на приборную панель и посмотрела на меня затуманенными зелеными глазами. – Мне не остается ничего другого, кроме как уехать, Блейн.

– Нет, – прорычал я прежде, чем смог себя остановить. – Нет. Ты никуда не поедешь. Пошел он, Кам. Он не управляет тобой.

– Нет, управляет! – закричала она. – Целиком и полностью. Ты понятия не имеешь, какой ничтожной и отвратительной я себя чувствовала, когда читала это электронное сообщение! Он называл меня шлюхой. Шлюхой! Глупой маленькой ворующей сукой! Я хотела сбежать, Блейн. Спрятаться, чтобы меня никогда не нашли.

– Малыш… – отозвался я, смягчив тон. – Это естественная реакция. Он глубоко тебя ранил и по-прежнему находит способы задеть. Не позволяй ему. Ты здесь... со мной. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

– Он нашел меня в Атланте, – произнесла она бесстрастно.

– Что?

– Он нашел меня. Сначала были электронные письма. Потом сообщения и телефонные звонки. А потом он отправил письмо на мой почтовый адрес. Мой почтовый адрес, Блейн! Он нашел меня! Вот почему мы с Домом сюда переехали.

Я провел свободной рукой по своему лицу и выругался под нос.

– Дерьмо, Кам, я...

– Блейн, я завалила свой последний семестр в колледже за два месяца до выпуска. Я была слишком напугана, чтобы ходить на учебу. Переехала к Дому и никуда не выходила. Несколько чертовых месяцев я пряталась в своей спальне, напуганная настолько сильно, что даже нос не высовывала за ее пределы.

Я боролся с желанием пробить дыру в лобовом стекле своей машины.

– Кам, мне так жаль. Блядь! Мне так чертовски жаль.

Она обхватила своей маленькой, тонкой рукой туго натянутые сухожилия на моем предплечье, пытаясь убрать ярость, бегущую по моим венам.

– Эй... не надо. Это не твоя вина. Извини, что испортила настроение. Я чувствую себя такой задницей. Ты что-то запланировал, а я здесь разнылась словно Дебби Даунер, выплескивая на тебя свое дерьмо.

Жар нашей напряженности был заперт в замкнутом пространстве окружающих нас стекла и стали. Я тяжело втягивал воздух сквозь зубы, ощущая не столько злость, сколько боль за нее. После всего пережитого в своей жизни, эта девушка сейчас была здесь и пыталась меня успокоить. Мне хотелось съехать с этого чертового шоссе, втянуть ее к себе на колени и бездумно целовать. Стереть поцелуями все негативные эмоции. Поцеловать каждый участок ее тела, к которому этот ублюдок когда-либо прикасался.

– Мы можем просто забыть об этом разговоре? – спросила она слабым голосом, и я накрыл ее руку своей ладонью. – Не хочу портить этот день. Знаю, ты запланировал что-то особенное и я хочу просто этим насладиться.

Я провел своими губами по костяшкам ее пальчиков и кивнул.

– Да, малыш, звучит здорово. Для этого мы сюда и приехали.

В тот момент, когда я вырулил на гравийную дорожку, глаза Ками увеличились вдвое, а рот открылся от изумления. Хотя все мое внимание было обращено на маневрирование по дороге через высокие деревья, растущие по обе стороны от дороги, я чувствовал ее озадаченный взгляд, направленный в мою сторону.

– Сюда? Почему ты привез меня сюда снова? – закричала она.

Я подъехал к парковочной зоне перед озером Норман и заглушил двигатель. Затем повернулся к ней, уже приготовившейся к очередной словесной атаке.

– Потому что я не хочу, чтобы твое последнее воспоминание об этом месте было негативным.

Она съежилась, словно пребывание здесь приносило ей физическую боль. Я почувствовал себя полным придурком из-за того, что подумал, что это могло быть хорошей идеей. Моя задумка с выступлением Тейлора принесла нужный эффект, поэтому я предположил, что эта теория сработает и в данном случае. Но, вы же знаете, что говорят, когда ты предполагаешь...

– Просто попробуй, хорошо? Если ты не захочешь в него войти, мы не будем этого делать. Но, хотя бы, позволь мне попытаться упростить для тебя этот шаг.

Она прищурила глаза, озабоченно нахмурив лоб.

– Зачем?

– Зачем?

– Да. Зачем ты хочешь для меня что-то упростить?

Избавив Ками от ремня безопасности, я притянул ее к себе ближе.

– Потому что ты это заслужила. Потому что на Земле нет ничего более прекрасного, чем твоя улыбка.

«И потому что я тебя люблю. Ого. Что?»

Словно услышав мое мысленное признание, губы Ками растянулись в понимающей улыбке. Мы соединились в сладком поцелуе.

– Хорошо, Блейн Якобс. Я вся твоя.

Тридцать минут спустя, мы, лежа рядышком на одеяле, поглощали обед, упакованный мною, и наблюдали за группой детей, плескающихся в нескольких метрах от нас. Ками внимательно на них смотрела, ее губы подергивались от слабой улыбки, а плечи дрожали от тихих смешков. Я не мог не попасть под ее обаяние.

– Ты хотела бы завести детей? – Услышал я свой вопрос прежде, чем меня остановили хорошие манеры.

Ками пожала плечами, не отрывая глаз от детворы.

– Было бы хорошо, но у меня их, скорее всего, не будет.

– Почему?

Она перемешала песок своими голыми ступнями и опустила взгляд.

– Кому-то вроде меня не стоит заводить детей.

– Кому-то вроде тебя?

Ками тяжело вздохнула.

– Кому-то в моем состоянии. Моя... болезнь. Страхи. – Она повернулась ко мне лицом, и я увидел, насколько она серьезна. – Мы все – порождение нашего прошлого, Блейн. Мой родитель стал омерзительным придурком из-за своего отца. Кто сможет поручиться, что я не превращусь в его подобие? И, к тому же, я не знаю, что это значит – быть матерью. Моя собственная была слишком сломлена, чтобы ею быть. Я знаю, что она меня любит, действительно знаю. Но не могу припомнить, чтобы она говорила мне об этом хоть раз. Поэтому я не могу представить себя, произносящую эти слова. Когда-либо.

Я попытался переварить горькую пилюлю ее слов, не позволяя проявиться своим эмоциям на лице. Но я никогда не был хорош в маскировке своих чувств, особенно если дело касалось Ками.

– Вот это засада, да? – Она улыбалась, но я чувствовал боль, скрытую в ее словах.

– Ну... да. Но ты не облажалась. Ничуть.

Она пожала плечами, а затем оглянулась на шумных детей.

– А что на счет тебя? Ты хотел бы их иметь?

Я, поморщившись, посмотрел в сторону, вспоминая о раздувшемся животе Аманды. В котором был ребенок от другого мужчины.

Она, конечно, призналась мне в неверности, но это случилось только через месяц после сообщения о ее беременности. Она специально сделала так, чтобы я думал, что стану отцом, наполнив меня гордостью, только затем, чтобы запятнать это ожидание уродливой правдой. Я возненавидел ее и какое-то время мне была противна даже сама мысль об отцовстве.

Но это было тогда. Теперь... теперь у меня есть повод желать вернуть это чувство обратно.

– Да, когда-нибудь. Целую баскетбольную команду.

– О, Боже! – рассмеялась она. – Маленькие Блейны с татуировками и пирсингом, сеющие хаос среди бедных людей Шарлотт.

Ее заразительная улыбка стирала неприятный привкус моих болезненных воспоминаний. Все мое внимание было сконцентрировано на Ками. Она делала мир вокруг меня лучше. Она заставляла меня хотеть быть лучше.

– Снова живешь стереотипами? Южный парень с грузовиком, полным диких детишек? – спросил я, подталкивая ее рукой.

– О, Боже, да! Я не удивлюсь, если ты и имена им уже выбрал. Позволь мне угадать: Кеш, Кейдж, Гейдж...

– Не-а. Еще не успел. Но в одном ты права.

Ками повернулась ко мне, вопросительно прищурив глаза, но не произнесла ни слова.

– Мы – порождение нашего прошлого.

Ками придвинулась ближе.

– Усовершенствованные.

Я кивнул, отводя глаза к голубому, безоблачному небу.

– После смерти мамы я стал неуправляемым. Это непросто – быть тринадцатилеткой с бушующими гормонами и хреновым влиянием сверстников. Потеря самого близкого человека довела меня до настоящей темноты. Я постоянно был зол. Никого не слушал. Ни о чем не заботился. Драки, перепады настроения... никто не знал, как до меня достучаться. Из-за этого со мной провели несколько тестов, чтобы убедиться, что я не страдаю тем же самым заболеванием, от которого умерла моя мать. Чтобы увидеть, была ли и у меня шизофрения.

Ками медленно выдохнула.

– И?

Я повернулся и с улыбкой прижал ее к себе.

– Я чертовски схожу по тебе с ума.

Она расслабилась, позволяя мне прижать ее к себе. Я скользнул языком по ее нижней губе, дегустируя клубничный блеск для губ и восхитительный уникальный вкус Ками. Я ничего не мог с собой поделать. Она была мне необходима целиком. Я пристрастился к этой девушке и постонно нуждался в новых дозах ее внимания.

– Эм-м-м, думаю, у нас есть зрители, – промурлыкала она в мои губы.

Я повернул голову и увидел группу хихикающих и указывающих на нас детей. Я улыбнулся, подмигнул им и, оставив быстрый поцелуй на губах Ками, сел. Девочки захихикали и покраснели, а мальчики изобразили рвотные позывы.

– Готова измениться? – спросил я, вытерев капельку пота со лба.

Сейчас было достаточно жарко, а ощущение Ками, лежащей подо мной, казалось, увеличило температуру еще на несколько делений.

– Измениться? – Она посмотрела вниз на свои джинсовые шорты и майку. – Каким образом?

Я извлек подарочный пакет, который упаковал вместе с припасами для пикника, и передал ей. Ками взяла пакет в бело-розовую полоску и приподняла бровь.

– Victoria's Secret? Тебе не кажется, что это немного самонадеянно с вашей стороны, мистер Якобс?

– Просто открой его, пошлячка. Это не то, что ты думаешь. Кроме того, значимость женского нижнего белья слишком переоценивают. Это просто ненужное препятствие, удерживающее меня от того, чего я действительно желаю, – ответил я, игриво поигрывая бровями.

Она закатила глаза, а затем разорвала пакет, вытаскивая бирюзовый, украшенный стразами, купальник.

– Мне помогла его выбрать девушка-консультант, поэтому, если тебе не понравится, то это ее вина. – Я пожал плечами на ее молчание.

– Нет. Он мне нравится. Купальник прекрасен, Блейн. Спасибо. – Она вознаградила меня за старания мягким поцелуем. – Но как ты узнал мой размер? – спросила она, проверив бирку.

– Ками, я уверен, что видел каждый сантиметр твоего обнаженного тела. Не думаю, что смогу когда-либо забыть этот образ. Вкус твоих губ, запах, шелк твоей кожи, тихие звуки, который ты издаешь, когда кончаешь… – Я постучал себя пальцем по лбу. – Все отложилось в памяти. Подробно.

Она вспыхнула ярко-красным румянцем и шлепнула меня по руке.

– Гад ползучий.

– Только полу-ползучий, там, где ты заинтересована.

Ками повертела в руках мягкую ткань и посмотрела мне в глаза.

– Не знаю, смогу ли я войти в воду, Блейн. Ты не должен тратить на меня свое время.

Я покачал головой.

– Не беспокойся об этом, Кам. И тебе не нужно входить, если ты не хочешь. Просто надень его и посмотри, что почувствуешь, хорошо? Мы будем преодолевать твой страх медленно. Вместе.

– Хорошо. – Она кивнула. – Я попробую.

Я, безусловно, знал, что Ками была великолепна, но рассматривая ее в этом бикини, я поймал себя на мысли, что хочу послать это озеро и утащить ее обратно в машину, чтобы сорвать с нее зубами эти крошечные тряпочки. К счастью, я уже переоделся в свои пляжные шорты и кое-как смог скрыть под свободной тканью свой энтузиазм. Лежать, мальчик!

– Ну, ты получил всю меня, но голую, – сказала она после своего возвращения из раздевалки. Она была одета в откровенный бирюзовый купальник, украшенный искусственными камнями. – Что теперь?

Я схватил ее за руку и рывком притянул к себе.

– Ты же знаешь, что со мной ты в безопасности, да? Ты можешь мне довериться.

Ками, не мигая, посмотрела на меня своими ясными глазами.

– Да.

Не отрывая от нее свой взгляд, я обнял Ками рукой за талию, и медленно повел ее к кромке воды.

– Первое. Просто смотри на меня. Ни о чем больше не думай. Только о нас. Второе. Если ты приказываешь, мы останавливаемся. Я просто хочу тебе показать, на что ты способна, насколько на самом деле ты сильная.

– Я не полная дура, Блейн, – заметила Ками, закатив глаза, тем не менее, сильнее сжимая свои руки на моей спине, как только вода коснулась наших ног. – Я не боюсь воды. Я просто не хочу в нее погружаться.

Мы зашли в воду, двигаясь по сантиметру за раз. Я не разрывал своих оберегающих объятий. Каждые несколько секунд я ждал, что Ками станет напрягаться или задыхаться, но она реагировала нормально. Она позволила мне занести ее глубже, пока мы не остановились в озере по пояс.

– Приятное ощущение, да? – спросил я, улыбаясь.

– Приятно? – Она заломила тонкую бровь и прищурила глаза. – Да, конечно. Примерно так же, как и колонскопия .

– Ой, да ладно. Знаешь, от пребывания в воде есть определенные преимущества.

Ками наклонила голову на один бок и спросила:

– Например?

– Ну, – ответил я с похотливой улыбкой, поднимая ее и притягивая за бедра к себе. – Мы можем делать так.

– Хм-м-м. – Она улыбнулась, обвивая руками мою шею. – Думаю, это приятно.

– А также мы можем делать так. – Я привлек ее ближе к твердости под своими шортами и осторожно потерся о мягкую плоть, прикрытую лишь тоненькой полоской нейлона.

– М-м-м-м, да, – промурлыкала она, затаив дыхание и прижимаясь лицом к моему плечу, чтобы скрыть румянец на своих щеках. – Приятно.

Продолжая поступательные движения, я завел нас глубже в воду, оставляя поцелуи на ее плечах и шее. Ками отвечала мне тихими похныкиваниями и вздохами, привлекая чрезмерное внимание к тому, чем занимались наши тела внизу. Я остановился только тогда, когда вода достигла груди. Я не хотел ее слишком тревожить, к тому же, моя эрекция стала уже настолько болезненной, что мне трудно было ходить.

– Блейн, – шепнула она в мое плечо.

Я скользнул руками под ее ягодицы и потрогал ее обнаженную попку.

– Да, малыш?

– Ах, – застонала она от моего прикосновения. – Я знаю, что ты делаешь. Ты пытаешься меня отвлечь.

– Получается?

Она пососала мою шею и слегка ее прикусила, заставляя меня толкнуться в ее мягкость еще сильнее.

– А ты как думаешь?

– Дерьмо, – прошипел я. – Почему это ощущается так, словно это ты пытаешься меня отвлечь?

– Возможно, так и есть, – ответила она, глядя на меня с улыбкой. – Может быть, я просто хочу увезти тебя домой и показать свою признательность.

– Признательность?

– За эту поездку. И за веру в меня несмотря на все мои безумства. Ты хороший человек, Блейн. Я действительно тебе благодарна, даже если по мне и не скажешь.

Я криво ухмыльнулся.

– Вы пытаетесь мне сказать, что влюбляетесь в меня, мисс Дюваль?

Ками закатила глаза и покачала головой, изогнув пухлые губы в улыбке. Я ничего не мог с собой поделать. Прежде, чем она смогла запротестовать, я накинулся на эти губы в неконтролируемом голодном поцелуе, сжимая ее попку. Но здесь я не мог встать достаточно близко, не мог поцеловать ее на столько глубоко, как бы мне хотелось. Она была мне нужна. И, кстати, она также нуждалась во мне. Ее состояние выдавали ее торчащие соски и издаваемые ею стоны.

– Как же сильно я хочу отсюда выбраться, – пробормотал я между поцелуями. – Если я тебя не опущу, то, вероятно, меня арестуют за сокрытие смертельного оружия.

Она рассмеялась, но я увидел промелькнувшую на ее лице тень серьезности.

– Эй, – сказал я, обхватив ее подбородок, чтобы она на меня посмотрела. – Я здесь. Я не позволю тебе уйти, хорошо?

– Хорошо, – почти прошептала она.

Я глубоко ее поцеловал и отпустил, позволяя ей соскользнуть вниз. Из-за разницы в росте, уровень воды достигал ее груди. Заметив панику на ее лице, я плотно обхватил ее тело руками.

– Блейн… – Она задышала тяжело и часто.

– Малыш, я тебя держу. И не отпущу. Ты в безопасности. Я ни за что не разомкну рук, Ками.

Я сжимал ее как можно крепче, надеясь успокоить дрожь, пронзающую ее тело. Стук ее сердца отдавался во мне вибрациями. Через несколько минут ее испуг стал проходить, и я медленно отстранил ее, чтобы посмотреть в лицо. Даже сквозь ужас, застывший в глазах Ками, я мог видеть ее силу, медленно пробирающуюся на поверхность. Она была настолько невероятно выносливой, что я не мог не поразиться.

– Я бы отдал все на свете, чтобы ты смогла увидеть себя моими глазами. Увидеть то, что вижу я. В тебе столько красоты и бесстрашия, Кам. Смотри, твои фобии не имеют над тобой власти. Они не характеризуют тебя. Только что ты переступила через страх, связанный с этим озером. Видишь, это не так уж и трудно. Малыш, ты боец. Ты не боишься. Ты не сумасшедшая. Ты. Боец.

Ее глаза затуманились, и я уже предположил, что пересек какую-то невидимую черту, но, не успел я ее утешить, как она обрушила свои губы на мои.

– Спасибо за предоставленную возможность бороться, – сказала она, отстранившись и заявляя права на мой следующий вдох. – А теперь, что касается проявления благодарности... Забери меня домой.

Глядя в эти прекрасные зеленые глаза, я не смог сдержать облегченный вздох и почувствовал, как у меня в шортах стало тесно.

– Да, мэм.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю