Спаси меня, командор! (СИ)

Текст добавлен: 6 сентября 2026, 06:30

Текст книги "Спаси меня, командор! (СИ)"

Автор книги: Саша Смит

Жанр:

Любовное фэнтези

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 20. Свет и тьма рядом

С тех пор как я поселилась в Академии она стала моим временным домом, а Лина и Финн – почти семьёй.

Стук в дверь раздался внезапно. Громкий, требовательный. Я спрыгнула с подоконника, подбежала, распахнула – и замерла.

Он стоял на пороге.

В чёрном дорожном плаще, с мечом на поясе, с лицом, осунувшимся от усталости, но с глазами, которые горели так, будто внутри него всё ещё полыхал тот самый огонь, который я полюбила.

– Адриан? – прошептала я.

– Амалия, – сказал он. Голос был низким, хриплым, но в нём не было привычной стали. Только усталость и радость. Та самая, которую он прятал за маской ледяного спокойствия.

Я не помнила, как бросилась к нему. Помнила только, что он подхватил меня, прижал к себе так сильно, что затрещали кости, и я уткнулась носом ему в плечо.

– Ты приехал, – выдохнула я.

– Я приехал, – ответил он.

Лина, которая всё это время стояла в углу с открытым ртом, наконец нашла в себе силы кашлянуть.

– Я сейчас выйду, – сказала она. – Выйду и ничего не скажу. Никому. Даже под пыткой.

Она выскочила за дверь, и мы остались вдвоём. Вульф отстранился, взял моё лицо в ладони, провёл большими пальцами по щекам. Его руки были холодными, но я чувствовала, как дрожат его пальцы.

– Ты похудела, – сказал он.

– Ты тоже, – ответила я. – И выглядишь так, будто не спал неделю.

– Почти, – усмехнулся он. – Но это того стоило.

Я потянула его, усадила на стул, сама села напротив на кровать. Сердце колотилось где-то в горле, но я заставила себя успокоиться. Сначала дела, потом чувства.

– Что в столице? – спросила я. – Ты нашёл Корина?

Вульф покачал головой. Его лицо стало серьёзным, почти мрачным.

– Нет. Но мы поймали нескольких его людей. Из тех, кто не успел сбежать после того, как Корин ушёл.

– И что они рассказали?

– Немного, но достаточно, чтобы понять главное. Корин собирает всех фанатиков Тёмного Ордена под свои знамёна. Он готовится к чему-то большому. Место сбора пока неизвестно – пленные или не знают, или боятся говорить. Даже под пыткой молчат.

– А что разведчики?

– Думаю скоро вычислят его местоположения. У нас есть зацепки – следы, показания. Это вопрос времени. – Он посмотрел на меня долгим взглядом. – А как ты? Орландо говорит, у тебя успехи.

– Успехи, – кивнула я. – Я учусь держать щит. Правда, он всё ещё распадается.

– Это лучший результат из всех про которые я слышал, ты молодец, за столь короткое время.

От этих слов мне стало гораздо лучше, но мысли не давали покоя.

– А Кассиан? – спросила я тихо. – Есть вести?

Вульф покачал головой.

– Ничего. Мы искали, но его след потерялся. Ни живого, ни мёртвого. Я не знаю, что с ним.

Он встал, подошёл к окну, выглянул во двор.

– Я говорил с магистрами. Они согласились, что тебе нужна дополнительная защита.

– Ты останешься? – в моём голосе прозвучала надежда, которую я не успела спрятать.

– Останусь. Но есть проблема.

– Какая?

Он повернулся ко мне. В его глазах, синих и усталых, мелькнуло что-то похожее на раздражение.

– Я просил выделить твою комнату. Для лучшей охраны.

– И?

– Мне отказали. Сказали, что «молодая леди и одинокий командор» не могут делить комнату по правилам приличия. – Он скрестил руки на груди. – Мне предложили соседнюю комнату. Через стену.

Я не сдержала улыбки.

– Ты обижен, Ледяной волк?

– Я зол, – поправил он. – Но выбора нет. Я буду в соседней комнате. Если что – кричи. Я услышу.

– Я всегда кричу, – напомнила я.

Он подошёл, наклонился и поцеловал меня в лоб. И это прикосновение для меня было самым тёплым, родным.

Ночью я почти не спала – всё думала о Вульфе, который теперь был рядом, за стеной, и, наверное, тоже не смыкал глаз.

С утра когда я вышла в коридор, он уже стоял у двери, свежий и выбритый, с кружкой горячего чая в руке.

– Ты когда-нибудь спишь? – спросила я.

– Когда рядом ты – редко, – ответил он, протягивая мне кружку.

Я закатила глаза, но чай взяла.

Лекция по теории магии начиналась через час. Вульф проводил меня до аудитории, кивнул и ушёл договариваться с магистрами о деталях своего пребывания. Я села на своё обычное место.

В аудиторию вошёл магистр Вейлин. Он оглядел аудиторию и начал лекцию без лишних предисловий.

– Сегодня мы поговорим о запретной магии. Той, что находится под строжайшим запретом во всех цивилизованных королевствах. Ты должна знать о ней для того, чтобы распознать и защититься.

– Существует три основных вида запретной магии. Первый – тёмная магия. Ты слышала о ней, даже сталкивалась. Изначально она не была запрещена, но несколько поколений назад её признали вне закона, потому что она слишком легко развращает душу. Тёмные маги могут быть очень могущественны, но за это могущество они иногда платят рассудком. Их врождённый дар угасает, вытесненный тьмой. Поэтому многие тёмные маги, которых вы встречаете, уже не могут колдовать иначе.

– Есть ли среди них те, кто сохранил свой дар?

– Единицы. И каждый такой случай – уникален.

Я сжала пальцы. В голове мелькнули слова пленника в столице: «Корин – один из тех, кто может владеть и тьмой, и своим даром одновременно». Значит, такие действительно бывают. Редко, но бывают.

– Он продолжил. – Второй вид – магия крови. Она запрещена уже больше тысячи лет. Её последователи либо уничтожены, либо прячутся так глубоко, что о них никто не слышал поколениями. Последние, кого поймали, были сожжены около тридцати лет назад. Магия крови могущественна, пожалуй, гораздо сильнее тёмной. Но она искажает не только разум, но и тело. Те, кто ею пользуется, перестают быть похожими на людей.

– Третий вид, – Вейлин остановился у моего стола и посмотрел прямо на меня, – некромантия.

– Некромантия – уникальная магия, в определённом смысле, противоположность магии целительства. И развить её могут только те, кто изначально обладал даром целителя. Разумеется, при этом они утрачивают свой врождённый дар. Некроманты могут управлять мёртвыми. Цена этой магии – жизнь и как правило невинных жертв.

– Их всех уничтожили? – спросила я.

– Мы надеемся, что да. Но точно не знает никто.

Вейлин закончил лекцию и вышел.

После обеда – занятия с Орландо. Я пришла в маленькую комнату на верхнем этаже библиотеки, где мы тренировались каждый день. Орландо уже ждал, сидя на корточках в центре пустого пространства.

– Садитесь, – сказал он, как всегда, без лишних слов.

Я села напротив, скрестила ноги, выпрямила спину. Со временем эта поза перестала быть мучительной. Я почти привыкла.

– Сегодня будем работать над щитом. Вы должны удерживать его не только в покое, но и под атакой.

– Под атакой? – я напряглась. – Вы будете на меня колдовать?

– Очень слабо, – ответил Орландо. – Просто чтобы проверить устойчивость.

Я выставила руки. Свет заструился из ладоней, собираясь в мерцающую стену передо мной. Не идеальную, с неровными краями, но плотную. Орландо кивнул.

– Хорошо. Держите.

Он поднял руку. Я ждала, что он просто коснётся щита, проверит его на прочность. Но из его ладони вдруг вырвался тонкий чёрный луч.

– Что? – я не успела даже испугаться.

Луч ударил в мой щит. Свет вспыхнул, затрещал – и рассыпался, как стекло, упавшее на каменный пол. Искры разлетелись в стороны, и я осталась сидеть без защиты, с дрожащими руками.

– Вы… – я смотрела на Орландо, на его ладонь, из которой ещё сочились остатки тёмного дыма. – Вы маг тени?

Он опустил руку. Его серые глаза смотрели на меня спокойно, почти устало.

– Да, – сказал он. – Но я перешёл на сторону света много лет назад. Именно поэтому Аргус попросил меня обучать вас. Только тот, кто знает тьму изнутри, может научить защите от неё.

– Но вы никогда не показывали… – я всё ещё не могла прийти в себя.

– Вы не спрашивали, – ответил он просто. – И я не видел необходимости. До сегодняшнего дня.

Я смотрела на свои руки. Магия внутри пульсировала – не гневно, а вопросительно. «Что теперь?» – словно спрашивала она.

– Вы боитесь меня? – спросил Орландо.

Я подумала. Страх был – но не от того, что он тёмный маг. А от того, что он скрывал это так долго. Что ещё он скрывает?

– Нет, – сказала я наконец. – Я просто не ожидала.

– Это нормально. – Он встал, протянул мне руку. – Поднимайтесь. Попробуем снова. На этот раз вы будете знать, с чем имеете дело.

Я взяла его руку, поднялась. Тьма, которую он выпустил, уже рассеялась. Но осадок остался.

– Почему вы перешли? – спросила я.

Он помолчал.

– Может когда нибудь потом я вам расскажу. – Он посмотрел на меня долгим взглядом. – А теперь – щит. И не отвлекайтесь.

Я выставила руки. Свет заструился снова.

После занятий я нашла Вульфа в его комнате. Он сидел на кровати, чистил меч и, кажется, скучал.

– Адриан, – сказала я, закрывая дверь. – Мне нужно тебе кое-что рассказать.

– Я слушаю.

Я села рядом и коротко пересказала всё. Про то, как Орландо атаковал меня тьмой на занятии. И про то, что он тёмный маг.

Вульф отложил меч. Его лицо стало жёстким, как перед боем.

– Ты уверена?

– Аргус знал. Он попросил его учить меня именно потому, что он знает тьму изнутри.

– Это могло быть опасно.

– Но не было, – возразила я. – Он мог убить меня сотню раз за это время. Не убил.

– Пока, – упрямо повторил Вульф.

– Адриан, я справлюсь. Но мне нужно знать о нём больше.

– Что ты хочешь?

– Информацию. Кто он, откуда, почему перешёл. Может, в столичных архивах есть что-то. Ты можешь узнать?

Вульф помолчал, потом кивнул.

– Я отправлю весточку в столицу. Мои люди проверят. Но это займёт время.

– У нас есть время?

– Будем надеяться.

После ужина я сидела в своей комнате с Линой. Мы пили травяной чай и болтали о всякой ерунде. О занятиях, о магистрах, о Финне, который снова пропал в архивах.

А потом Лина, которая всегда славилась умением задавать неудобные вопросы, вдруг спросила:

– Он хороший?

– Кто?

– Командор. – Она прищурилась. – Я видела, как он на тебя смотрит. Как ты на него. Вы же… ну…

Я покраснела. Снова.

– Лина!

– Что «Лина»? Я просто интересуюсь. У меня никогда не было серьёзных отношений. Я хочу знать, как это – когда мужчина смотрит на тебя так.

Я замялась. Не потому, что мне было стыдно. А потому, что слова не передавали того, что я чувствовала.

– Он – начала я и замолчала, подбирая слово. – Он невыносим. Холодный, молчаливый, вечно не спит и думает, что он неуязвим. Но он… он верит в меня. Даже когда я сама в себя не верю. Он защищал меня, рисковал собой. И он… – я улыбнулась, – он покупает мне туфли и запоминает размер моей ноги, когда я сплю в карете.

Лина смотрела на меня с раскрытым ртом.

– Это самое романтичное, что я слышала, – сказала она. – Туфли, Амалия. Это серьёзно.

– Заткнись, – ответила я, но беззлобно.

Она засмеялась, и я засмеялась вместе с ней.

– А ты? – спросила я. – Есть кто-нибудь?

Лина покачала головой.

– Нет.

– Ты встретишь своего человека, – сказала я. – Он будет носить тебя на руках.

– Ты идиотка, – рассмеялась Лина.

– Знаю.

Мы замолчали, услышав стук в дверь.

Финн выглядел взволнованным – очки съехали на кончик носа, волосы торчали во все стороны, в руках он сжимал стопку бумаг.

– Амалия, – сказал он, плюхаясь на стул напротив. – Я кое-что расшифровал.

– В дневнике матери?

– Да. Не всё, конечно. Но одну страницу я разобрал почти полностью.

Он разложил передо мной листы.

– Здесь говорится об артефакте, – продолжил Финн, тыкая пальцем в строки. – Каком-то древнем, очень мощном. Твоя мать писала, что он мог бы помочь ей. Усилить магию или защитить от тёмных. Но она не успела его найти.

– Она знала, где он?

– Нет. То есть я не уверен до конца. Нужно расшифровывать дальше.

Я смотрела на слова, написанные рукой матери. Она искала спасение. И не нашла.

– Это может помочь мне? – спросила я тихо.

– Возможно. Но сначала нужно понять, что это за артефакт и где он находится. – Финн поправил очки. – Я продолжу расшифровку.

– Спасибо, Финн, – сказала я. – Ты лучший.

– Я знаю, – ответил он с кривоватой улыбкой.

Глава 21. Весточка

Утром Вульф, как обычно, стоял у двери с кружкой чая.

– Ты сегодня бледная, – заметил он.

– Не спалось. Мысли.

– О чём?

– О тебе. О будущем.

Он ничего не ответил, только взял меня за руку и повёл к аудитории.

Лекция магистра Вейлина прошла как обычно – сухо, но интересно. Мы разбирали не только природу магических потоков, но и способы их усиления. Вейлин остановился у доски, на которой были начерчены сложные рунические вязи.

– Маги, часто используют артефакты для усиления своих способностей, – говорил он. – Самые распространённые это магические посохи. Их покрывают рунами, которые накапливают и направляют энергию. Хороший посох может удвоить силу мага, а в умелых руках – даже утроить. Но запомните: артефакт – лишь инструмент. Он не заменит контроля и не простит ошибки. Напротив он их сделает ещё более опасными.

Я слушала краем уха, но мысли были далеко. Вспомнила кулон матери – тот самый, который Аргус забрал на изучение. «Усилитель», назвал он его. Интересно, он тоже покрыт рунами? И почему мать не использовала его? Боялась?

Вейлин тем временем продолжал:

– Руны бывают разные: накопления, направления, преобразования. Некоторые маги вырезают их на собственной коже – но это опасно и запрещено. На следующей неделе мы начнём практические занятия по работе с простейшими руническими артефактами.

После обеда случилось то, что перевернуло всё.

Я сидела в своей комнате, перечитывала конспекты, когда в дверь тихо постучали. Не Вульф – он бы вошёл без стука. Не Лина – она стучала громче и веселее.

– Войдите, – сказала я.

На пороге стоял мальчишка лет двенадцати, в грязной куртке и с бледным испуганным лицом. Он сунул мне в руку свёрнутый в трубочку пергамент и тут же попытался убежать.

– Стой! – я схватила его за рукав. – Кто тебя послал?

– Не знаю, барышня! – он затряс головой. – Мужик в плаще, лицо не видно. Сказал, что вы дадите монетку, если я передам.

Я вздохнула, достала из кармана несколько медяков, Вульф настоял чтобы у меня всегда была мелочь, и отдала мальчишке. Он исчез так быстро, что я даже моргнуть не успела.

Записка была без подписи. Почерк нервный, косой, но разборчивый. Я развернула пергамент:

«Амалия. Не пугайся. Я не хочу тебе зла. Я сбежал из тюрьмы, подкупил стражника – Корин и его люди не причастны к моему побегу. Вместе с моими верными людьми я добыл информацию, которая может спасти тебе жизнь. Приходи одна. Без командора. Завтра в полночь к старой мельнице у северных ворот. Если не придёшь – я пойму. Но ты потеряешь шанс узнать правду. К.»

Я перечитала три раза. Кассиан. Мой брат. Тот, кто когда-то возможно пытался меня убить. Тот, кто возможно подставил меня с ядом. И тот, кто из тюрьмы прислал ту записку про мать. Теперь он писал, что сбежал сам и добыл информацию.

– Ловушка, – сказала я вслух.

Но сердце верило.

Я спрятала записку и пошла к Вульфу. Он сидел в своей комнате и чистил меч.

– Адриан, – сказала я, закрывая дверь. – Мне пришло письмо от Кассиана.

Он поднял голову. Меч замер в руке.

– Покажи.

Я протянула пергамент. Он читал молча, и я видела, как напряглись его скулы.

– Это ловушка, – сказал он, откладывая письмо. – Ты не пойдёшь.

– А если нет?

– Если нет, то он сам придёт сюда. Но ты не пойдёшь одна.

– Адриан, он просил без тебя.

– Тем более. Ловушка.

Я села рядом, взяла его руку. Пальцы были холодными.

– А что, если он говорит правду? Зачем ему тогда меня обманывать?

– Не знаю, но нельзя исключать то что он враг и возможно даже на стороне Корина.

– Корин уже и без него знает, где я. Я в академии, это не секрет. Зачем ему эта тайная встреча?

Вульф замолчал. Я знала, что он ищет контраргументы, но не находит.

– Я пойду, – сказала я твёрдо. – Но не одна. Ты будешь рядом. Просто не показывайся.

– Ты хочешь, чтобы я сидел в кустах?

– Как романтично звучит. Но да.

Он вздохнул, отложил меч и посмотрел на меня долгим взглядом.

– Если это ловушка, я убью его. Даже если он твой брат.

– Договорились.

Вечером мы вышли из академии. Вульф был в тёмном плаще, с мечом на поясе и кинжалом в сапоге. Я – в дорожном платье.

Старая мельница находилась за северными воротами, в низине, где ветер гулял как хотел. Две луны светили тускло.

– Я спрячусь за тем камнем, – сказал Вульф, указывая на большой валун.

Он поцеловал меня – быстро, почти по-хозяйски – и исчез в темноте. Я осталась одна.

Тишина. Только ветер шуршал сухой травой. Я ждала. Минута, две, пять. Уже начала думать, что Кассиан не придёт, как вдруг услышала шаги.

Из тени мельницы вышел человек. Худой, с впалыми щеками, в рваной одежде. Я узнала его не сразу – он сильно изменился с тех пор, как я видела его в суде. Кассиан похудел, оброс щетиной, и в глазах у него не была только усталость и боль.

– Амалия, – сказал он, останавливаясь в нескольких шагах. – Ты пришла.

– Ты просил.

– Я думал, не придёшь.

– Я тоже думала.

Он криво усмехнулся.

– Ты изменилась. Стала смелее.

– А ты стал худее. Тюремная диета?

Он опустил голову.

Я молчала. Он поднял глаза.

– Я не хочу тебе зла. Правда. Я сбежал из тюрьмы сам – подкупил одного из стражников, это было нетрудно. Более того, люди Корина искали меня, но я ушёл в леса, собрал остатки своих верных людей. Их немного, но они преданы мне.

– Зачем тебе это?

– А что мне остаётся? Обвинения с меня никто не снимал не смотря на новые обстоятельства.

– Кассиан, ты пытался меня убить.

– Это не так. Да, я тебя никогда не любил, но и смерти нежелал.

Он говорил, и я видела, что он не врёт.

– Что ты хотел мне сказать? – спросила я.

– Корин готовит ритуал. Он хочет воскресить тёмного бога. Для этого нужна светлая магия. Твоя.– Кассиан сжал кулаки. – Ритуал убьёт тебя. Я слышал это от одного из его приближённых, которого мои люди взяли в плен и допросили.

Я нахмурилась. В голове зашевелилось сомнение, которое мучило меня давно.

– Кассиан, вот что я не пойму. Если я нужна тёмным магам живая – для ритуала, – то почему они всё время пытаются меня убить? Нападение в лесу, яд на обеде у королевы? Где логика?

Кассиан помолчал. Потом вздохнул и посмотрел на меня с жалостью.

– Потому что в Ордене не все хотят воскрешать бога, – сказал он. – Есть те, кто считает ритуал безумием. Они хотят убить тебя, чтобы остановить Корина, среди тёмных идёт раскол. Один лагерь за Корина, другой – против. Те, кто против, готовы на всё, лишь бы ты не досталась ему живой.

– То есть меня хотят убить и те, и другие? Одни – чтобы не дать Корину завершить ритуал, другие – чтобы использовать мою магию для своих целей?

– Примерно так. Ты – яблоко раздора, Амалия. Пока ты жива, все хотят тебя заполучить. Но некоторые предпочли бы, чтобы тебя не было вообще.

Я закрыла глаза. В голове шумело.

– И что мне делать?

– Не давать им поймать себя, – ответил Кассиан. – И не давать убить. Разберись, кто твой враг, а кто – союзник. И помни: даже те, кто клянутся в дружбе, могут оказаться предателями.

Он замолчал. Я смотрела на него и не знала, что чувствовать.

– Что ты будешь делать теперь? – спросила я.

– Пока не знаю. Попробую тебе помочь, чем смогу. Следить за передвижениями Корина, перехватывать вести. Если узнаю что-то важное – дам знать.

– Корин найдёт тебя.

– Тогда я встречу смерть лицом. Как и подобает Торнвальду.

Я покачала головой.

– Ты дурак, Кассиан.

– Знаю.

– Но ты мой брат. Иди к королеве. Расскажи всё, что знаешь. Она отменит приговор.

– Ты думаешь?

– Я попрошу за тебя.

Он посмотрел на меня с удивлением.

Он шагнул ко мне, но я подняла руку.

– Не подходи. Я тебе верю, но не настолько.

Он кивнул и остановился.

– Я ухожу. Не верь никому, даже своим друзьям. У Корина везде шпионы. И береги себя.

Он развернулся и быстро пошёл прочь, растворяясь в темноте. Я смотрела ему вслед, пока он не исчез.

Из-за камня вышел Вульф. Его лицо было мрачным.

– Я слышал, – сказал он. – Думаешь, он сказал правду?

– Не знаю. – Я посмотрела на свои руки. – Но он говорил про раскол в Ордене. И это объясняет многое. Не все тёмные хотят воскрешать бога. Некоторые хотят просто убить меня.

– Это не обнадёживает.

– Зато даёт понять, что у нас есть не только враги, но хотя бы противники Корина. Вульф взял меня за руку.

– Пойдём домой. Уже поздно.

Мы вернулись в академию.

– Спи. Я посижу у стены.

Я не стала спорить. Разделась, натянула ночную рубашку и забралась под одеяло.

Но сон не шёл.

Перед глазами стоял Кассиан. Худой, с впалыми щеками.

Я закрыла глаза и попыталась представить что-то успокаивающее. Не получалось.

И тогда я почувствовала это.

Сначала лёгкое покалывание в кончиках пальцев – как после мороза. Потом тепло разлилось по рукам, поднялось к груди. Я открыла глаза – пальцы светились. Не ярко, а тускло, тревожно.

– Не сейчас, – прошептала я.

Но магия не слушалась.

Свет вырвался из моих ладоней и ударил в потолок. Пальцы сами сложились в жест, и передо мной развернулась картина.

Поле. Сухое, выжженное, с чёрной землёй и красным небом. Посередине Корин с чёрным кристаллом в руке. Кристалл пульсирует, как живое сердце. А у ног Корина лежит Вульф. Не двигается. Глаза закрыты, на груди – тёмное пятно.

Я закричала.

– Нет! Не смей!

Видение исчезло.

– Амалия!

Дверь распахнулась. Вульф влетел в комнату с мечом наголо, в одной рубашке, босиком. Его лицо было белым.

– Что случилось? Я слышал крик.

– Я видела… – я не могла выговорить. – Ты лежал. Кровь. Корин…

Он опустил меч, подошёл к кровати, сел рядом. Взял мои руки в свои.

– Дыши, – сказал он. – Я здесь.

Я дышала. Глубоко, как учил Орландо.

– Это видение, – выдохнула я наконец.

– Не обязательно правда, – ответил он. – Магия иногда показывает возможное будущее. Одно из многих.