Текст книги "Спаси меня, командор! (СИ)"

Автор книги: Саша Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 31. Тишина перед бурей

Глава 31. Тишина перед бурей

Мы лежали на краю леса, вжавшись в холодную землю, и смотрели на лагерь Корина. Тысячи огней мерцали в низине, как звёзды, упавшие на землю. Но эти звёзды не сулили ничего доброго.

– Две тысячи, – прошептал Кассиан, лежа справа от меня. – Может, больше. Я насчитал около двухсот палаток только в ближнем кольце.

Я молчал, пересчитывая в уме. Шансы были не просто плохими – они были смехотворными. Но выбора не оставалось. Амалия была там, в центре этого чудовищного муравейника, и каждый час приближал ритуал.

– Нам нужно отвлечение, – сказал я, наконец. – Мощное. Такое, чтобы они бросили все силы на одну сторону, пока мы проникнем с другой.

– У нас нет мощного отвлечения, – возразил Кассиан. – У нас только тридцать человек и двое магов. Огонь – да, он может поджечь несколько палаток, но через час всё потушат.

– Часа вполне достаточно.

Я приподнялся на локтях, достал ветку – импровизированный карандаш – и начал чертить на земле схему лагеря.

– Смотри. Лагерь растянут вдоль низины. Основные силы – в центре, вокруг палатки Корина. Здесь, с южной стороны, – склады с припасами. Я видел их, когда мы обходили лагерь. Там деревянные ящики, бочки с маслом, солома для лошадей. Одна искра – и всё полыхнёт.

– Маг огня справится, – кивнул Кассиан.

– Хорошо. Значит, план такой. – Я провёл веткой линию от южного края леса к складам. – Маг огня берёт половину отряда для своего прикрытия. Они подходят к лагерю с юга, на максимально близкое расстояние и поджигают склады.Главное – не вступать в бой. Как только тёмные начинают реагировать – сразу отступать к точке сбора, вот сюда, к старому дубу на холме.

– А если их начнут преследовать?

– Значит, будут отступать с боем. Но задача – не победить, а отвлечь. Чем дольше за ними гоняются, тем лучше. Если повезёт, Корин отправит за диверсантами часть своей личной охраны.

Кассиан задумался, потом кивнул.

– Допустим. А вторая группа?

– Вторая – это ты. Твоя задача – проникнуть в лагерь с северо-востока. Ты берёшь остальных. Вы должны незаметно снять часовых – тихо, без шума – и создать видимость, что основная атака идёт оттуда.

– А ты?

– Я иду в центр. Со мной – второй маг.

– Зачем тебе маг?

– Если в лагере нарвёмся на Корина магия будет необходима .

Кассиан смотрел на меня долгим взглядом.

– Ты ранен. Ты едва стоишь на ногах.

– Я стою, – ответил я, и это было почти правдой. – И я сделаю то, что должен.

Кассиан вздохнул, но спорить не стал.

– Когда выступаем?

– Сегодня ночью. Когда в лагере сменяют караулы. Это будет наш час.

Мы спустились в лес, к лагерю, и я собрал всех.

Бойца стояли передо мной в полукруге. Усталые, грязные, но с решительными лицами. Они знали, на что шли. Кассиан собрал их не для лёгкой прогулки.

– Я не буду врать, – сказал я, обводя их взглядом. – Шансов мало.

Бойцы молчали.

– Наша цель – не победить армию. Наша цель – вытащить одного человека. Леди Амалию. Последнего светлого мага.

– Что мы должны делать, командор? – спросил один из бойцов, здоровенный детина с топором за спиной.

– Первая группа, под командованием мага огня, пойдёт к южным складам. Вы поджигаете припасы, поднимаете шум и отступаете. Не вступайте в бой. Ваша задача – отвлечь.

Маг огня, коренастый мужчина с выжженной бровью, кивнул.

– Вторая группа, под командованием Кассиана, проникает с северо-востока. Вы снимаете часовых и создаёте видимость атаки. Как только тёмные повернутся к вам – вы тоже отходите, но медленно, заманивая их подальше от центра.

Кассиан кивнул, хотя его лицо было бледнее обычного.

– Третья группа – я и маг воды. Мы идём к центру, к палатке Корина. Я забираю Амалию, и мы все вместе отходим.

Мы обсуждали детали ещё час. Каждый боец получил задание. Каждый знал, куда бежать, если что-то пойдёт не так. Я настаивал на том, чтобы никто не геройствовал. Живой солдат ценнее мёртвого героя.

К полуночи всё было готово.

Я сидел у дерева прислонившись спиной к стволу . Грудь болела, но зелье лекаря притупляло боль до терпимого уровня. Кассиан подошёл, сел рядом.

– Вы думаете, она жива?

– Да, – ответил я, не колеблясь.

В это же время, в палатке Корина, Амалия лежала на жёстком тюфяке и смотрела в тёмный потолок. Цепь на ноге тянула к колышку, вбитому в землю. Магия молчала – оковы высасывали любую попытку коснуться света.

Но мысли работали.

Она перебирала в голове каждую деталь. Корин уходил каждый вечер – проверял караулы, отдавал распоряжения, иногда отсутствовал по часу, а то и по два. За это время в палатку заходил слуга – приносил еду, воду, менял свечи. Слуга был молодой, лет шестнадцати, с испуганными глазами. Он боялся Корина, но, кажется, не был предан Ордену.

– Я смогу его уговорить, – прошептала Амалия, глядя в потолок. – Или припугнуть. Он выглядит как человек, которого заставили служить.

Она мысленно прокручивала план. Дождаться, когда Корин уйдёт. Позвать слугу. Сказать, что ей больно, что цепь слишком тугая – попросить ослабить. Когда он наклонится…

– Что? – она усмехнулась своим мыслям. – С цепью на ноге и без магии? У меня ещё есть голова на плечах.

– Нужно отвлечь его. Сказать, что видела, как кто-то прячет что-то под его кроватью. Пока он отвлечётся – цепь. Не убить, не оглушить. Просто забрать ключ.

Но где Корин хранит ключ от оков? Он всегда носил его на поясе. Или в кармане? Амалия вспоминала каждый раз, когда он подходил к ней. Да, точно – на поясе, с левой стороны, рядом с чётками. Маленький серебряный ключ, почти незаметный.

– Только если он сам отстегнёт его, – прошептала она.

Внезапно она услышала шаги снаружи. Корин возвращался. Она быстро закрыла глаза, притворившись спящей.

Полог палатки откинулся. Корин вошёл, тяжело дыша – видимо, обходил дальние посты. Он прошёл мимо что-то бормоча, потом сел на стул и долго молчал.

– Ты не спишь, – сказал он вдруг.

Амалия не ответила.

– Я знаю, что не спишь. Твоё дыхание ровное, но слишком быстрое.

Она открыла глаза.

– Чего ты хочешь?

– Поговорить, – Корин повернулся к ней. – Скоро предатели нападут. Я знаю это. И когда я перебью их – мы выступим к капищу.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Чтобы ты понимала: надежды нет. Никто не придёт тебя спасать. Ты одна и твой единственный шанс дожить до рассвета это я.

Амалия сжала кулаки под одеялом.

– Ты ошибаешься.

– В чём?

– В том, что я одна, – она посмотрела ему прямо в глаза. – А ты всё потерял и теперь пытаешься вернуть мёртвых. Это не сила, это слабость.

Корин усмехнулся.

– Ты ничего не знаешь о моей боли.

– Знаю. У меня тоже есть что терять. Но я не стала чудовищем.

Он замолчал, потом встал и вышел из палатки.

Амалия осталась одна.

– Ты не одна, – прошептала она себе, глядя в потолок.

Она снова начала прокручивать план. Дождаться, когда Корин уйдёт на ночной обход. Он всегда уходил около полуночи – на час или два. Слуга появлялся через полчаса после его ухода. Значит, у неё есть полчаса, чтобы уговорить слугу, или припугнуть.

Что, если слуга окажется верным Ордену? Тогда её убьют на месте? Или просто затянут цепь крепче?

– Риск, – прошептала она.

Она закрыла глаза и представила Вульфа. Его синие глаза, его тёплые руки, его шёпот: «Я люблю тебя».

– Ты жив, – сказала она в темноту. – Я знаю. Я чувствую. И я буду ждать.

Вульф снова стоял на краю леса, глядя на лагерь. Кассиан подошёл сзади.

– Маги готовы. Люди готовы. Ждём ночи.

– Ждём, – кивнул Вульф.

Время тянулось медленно. Бойцы отдыхали, набирались сил. Целитель влил в Вульфа очередное зелье. Небо затянуло тучами. Две луны – золотая и красная – то появлялись, то исчезали за пеленой.

Лагерь Корина жил своей жизнью. Костры догорали, их заменяли новые. Часовые менялись. Где-то ржали лошади, где-то слышались песни.

Вульф сидел на корточках, прислонившись спиной к дереву, и смотрел на чёрное знамя. В голове крутилась одна мысль: «Только бы она была жива».

Кассиан подсел рядом.

– Командор, – сказал он тихо. – Если я не вернусь скажите Амалии, что я жалею. Обо всём.

– Скажешь сам.

– Вы не понимаете. Я много лет ненавидел её. За то, что отец любил её больше, а я был слабым.

– Теперь ты не слабый.

– Теперь – да, – Кассиан усмехнулся. – Но поздно.

– Никогда не поздно.

Они замолчали.

Ночь сгустилась. Красная луна поднялась выше, почти достигнув зенита. Золотая отставала на несколько градусов.

– Скоро, – сказал Вульф, вставая.

Он подошёл к бойцам.

– По местам, – приказал он тихо.

Маг огня с пятнадцатью бойцами бесшумно растворился в лесу. Маг воды остался рядом с Вульфом.

Кассиан подошёл, протянул руку.

– Удачи.

– И тебе, – ответил Вульф, пожимая её.

Кассиан ушёл. Вульф остался с магом.

Они ждали.

Красная луна замерла точно над чёрным знаменем палатки Корина. Золотая коснулась восточного холма.

Вульф сидел на корточках, прислонившись спиной к шершавому стволу сосны. Грудь ныла, а зелье делало мысли чуть вязкими, но он усилием воли отогнал боль. Вместо этого в голову пришло другое – нежное, тёплое, почти запретное здесь, на краю вражеского лагеря.

Он закрыл глаза и увидел её. Не той, что в плену, не той, что в лохмотьях на цепи. А той, что в его доме, в тёмно-зелёном платье, с волосами, распущенными по плечам. Как она сидела на подоконнике, поджав босые ноги, и смотрела на небо. Как улыбалась – кривовато, по-своему, не так, как придворные дамы, а так, будто знала какой-то секрет, который не расскажет никому, кроме него. Как её пальцы, тонкие и прохладные, касались его руки, когда они стояли в тайном саду, и она шептала: «Я тоже тебя люблю». Этот шёпот до сих пор жил где-то под рёбрами, грел, не давая окончательно превратиться в лёд. Он вспомнил, как она поправляла его воротник перед сном, как ругалась, что он мало спит, как фыркала на его мрачные шутки. И как смотрела на него – так, будто он не Ледяной волк, не командор стражи, не убийца с холодным взглядом. А просто Адриан. Человек, которого можно любить.

«Я верну тебя, – подумал он, сжимая эфес меча. – Даже если мне придётся пройти сквозь все круги этого мира».

Он открыл глаза. Две луны застыли в нужном положении.

– Пора, – сказал Вульф.

Он шагнул вперёд, в темноту, в сторону лагеря, где горели тысячи костров и где, где-то там, в центре этой тьмы, ждала его Амалия.

Лес замер в предрассветной тишине.

Завтра – или уже сегодня? – они начнут.

Исход неизвестен.

Но главное – они идут.

Глава 32. Хаос и сталь

Глава 32. Хаос и сталь

Маг огня стиснул поводья так, что побелели костяшки. Копыта его коня глухо ударяли по мокрой земле, и пятнадцать всадников двигались за ним единой тенью. Лагерь Корина уже показался из-за деревьев – чёрные палатки, редкие костры, силуэты часовых на окраине. До южных складов оставалось не больше полукилометра.

– Как только подойдём на расстояние хорошего броска – поджигаем всё, до чего дотянемся. И сразу отступаем не оглядываясь.

Бойцы молча кивнули. Они были готовы. Только бы удача не отвернулась в последний момент.

Но удача уже отвернулась.

Лес справа вдруг взорвался топотом тысяч копыт. Земля задрожала, и из-за деревьев, перекрывая дорогу к отступлению, выкатилась лавина всадников – чёрные плащи, чёрные знамёна, но не люди Корина. Раскольники.

Маг огня осадил коня, выругался сквозь зубы. Их отряд оказался аккурат между двумя армиями. Спереди – лагерь Корина с двумя тысячами солдат. Сзади – армия раскольников, которые явно собирались атаковать лагерь с юга. И он со своими пятнадцатью всадниками – мясо между двумя жерновами.

– Что прикажете, магистр? – крикнул кто-то из бойцов, хватаясь за меч.

– А что нам остаётся? – усмехнулся маг огня, выхватывая из седельной сумки зачарованный амулет. – Жечь? Жечь!

Он ударил амулетом о ладонь, и из его рук вырвалась огненная волна – широкая, ослепительная, которая накрыла ближайшие палатки Корина. В то же мгновение раскольники ударили с другой стороны. Чёрные стрелы взвились в воздух, засвистели, вонзаясь в тела. Кто-то закричал.

– К бою! – заорал маг огня, выхватывая меч.

Его люди развернули коней, пытаясь принять бой на два фронта, но их было слишком мало.

Маг огня видел, как горят склады – его огонь сделал своё дело. Но раскольники не обращали внимания на пожары. Они рвались вперёд, врубаясь в лагерь Корина, сметая всё на своём пути. Их командир, что-то кричал, указывая на чёрное знамя в центре.

– Держаться! – крикнул маг огня, но его голос утонул в звоне стали и предсмертных хрипах. Двое его бойцов упали. Лошади ржали, вставали на дыбы. Вокруг уже не было леса – только мечи, огонь, кровь и бесконечные всадники в чёрном, которые давили своей массой.

Он понял, что отступать некуда. Сзади – лагерь Корина, в котором уже поднялась тревога. Спереди – раскольники, которые не разбирают, кто перед ними, и рубят всех подряд. Маг стиснул зубы и рубанул мечом по шлему ближайшего врага, а другой рукой швырнул в гущу раскольников последний огненный шар.

Палатки Корина горели. Лагерь просыпался. И в этом аду небольшой отряд умирал в своём последнем сражении.

Кассиан стоял на краю леса, сжимая рукоять меча, и смотрел, как долина внизу превращается в ад. Горели южные склады – маг огня справился с задачей, но что-то пошло не так. Оттуда доносился не просто шум диверсии – там шёл настоящий бой. Тысячи голосов, лязг металла, крики раненых. Полномасштабное сражение.

Он перевёл взгляд на центр лагеря, где возвышалась палатка Корина. Вульф уже, наверное, двинулся туда с магом воды.

А в этот момент с северной стороны донеслись новые крики. Кассиан обернулся и увидел, как несколько десятков раскольников, прорвавшихся сквозь основные силы, ворвались внутрь лагеря. Они рубили палатки, поджигали всё, что попадалось под руку, сея панику среди солдат Корина. Их было немного, но хаос, который они создавали, умножался в десятки раз. Солдаты бежали в разные стороны, не понимая, откуда ждать удара. Кто-то в панике бросал оружие.

– Не дождётесь, – процедил Кассиан. – За мной! Мы идём в центр. Прикрываем командора, если понадобится – принимаем бой на себя.

Группа бойцов бесшумно двинулись за ним в обход основных сил, туда, где ещё не бушевало пламя, где можно было просочиться сквозь проснувшийся лагерь. Кассиан шёл быстро, почти бежал, перепрыгивая через тела первых убитых. В груди колотилось в такт сражения. Он должен успеть.

– Амалия, держись, – прошептал он. – Брат идёт.

В палатке Корина было тихо. Амалия лежала на тюфяке, прислушиваясь к далёким звукам снаружи. Сначала ей казалось, что это просто обычный лагерный шум. Но потом – крики. Много криков. И запах дыма.

Корин, сидевший на стуле, поднял голову. Его лицо оставалось спокойным, но глаза сузились.

– Началось, – сказал он тихо.

Полог палатки откинулся, и вбежал капитан стражи, хмурый ветеран со шрамами.

– Повелитель! Атака! Раскольники с юга, тысячи! – выпалил он, тяжело дыша. И тут же добавил, сбивчиво: – Они уже прорвались внутрь! Небольшие группы.

Корин медленно встал. Амалия не сводила с него глаз. Она видела, как напряглись его плечи, как он сжал чётки. Впервые он выглядел не уверенным, а озабоченным.

– Усилить охрану палатки, – приказал он капитану. – Вдвое. И вызови сюда магов Тона и Вейдера.

– Слушаюсь, – капитан выбежал.

Корин повернулся к Амалии. Его глаза были холодными, как зимняя сталь.

– Не думай, что это твой шанс, – сказал он. – Раскольники пришли убить тебя, не спасти. Если они прорвутся – ты первая умрёшь.

– Лучше так, чем быть твоей жертвой, – ответила она, хотя внутри всё похолодело.

Корин не ответил.

Он вышел. Полог захлопнулся.

Амалия осталась одна с цепью на ноге. Снаружи гремел бой, пахло гарью и кровью. Где-то совсем рядом раздались крики – то ли кто-то из раскольников прорвался к центру, то ли просто паника. В любом случае, хаос нарастал.

– Адриан, – прошептала она в темноту. – Если ты жив, сейчас самое время.

Вульф шёл быстро, почти бежал, хотя каждый шаг отдавался болью в груди. Маг воды, молодой парень с длинными русыми волосами, едва поспевал за ним.

Вокруг царил хаос. Лагерь Корина не просто просыпался – он горел. С южной стороны полыхало так, что небо стало багровым. С севера доносились крики – там тоже был бой. Солдаты метались между палатками, не понимая, куда бежать. Кто-то хватал оружие и бежал на юг, кто-то – на север. Лязг металла, проклятия, предсмертные хрипы – всё слилось в единый многоголосый гул.

Они свернули в узкий проход между палатками, перепрыгнули через брошенный меч, прошли мимо трупа – кого-то из раскольников, судя по чёрному плащу без знаков. Рядом лежали двое солдат Корина, истекая кровью.

Лагерь жил своей жизнью – хаотичной, безумной. Где-то в двадцати шагах раздался дикий крик: «Спасайтесь, они везде!» – и послышался топот бегущих ног. Чей-то голос скомандовал: «В круг, держать строй!» – но ему никто не подчинился.

– Времени мало, – сказал Вульф, выглядывая из-за угла палатки. – Корин скоро вернётся. И если он поймёт, что это не только раскольники…

– Думаете он ещё не понял? – спросил маг воды, бледнея.

– Не знаю. Но лучше нам успеть всё сделать как можно быстрее.

Они двинулись дальше. Палатка Корина уже виднелась впереди – большая, чёрная, с серебряными вышивками. Метрах в тридцати, не больше. Возле неё суетились стражники, выстраиваясь в оцепление. Вульф насчитал не меньше дюжины.

С северо-восточной стороны раздались крики.

Вульф бежал, низко пригнувшись, стараясь ступать бесшумно. Расстояние до полога палатки сокращалось. Сорок метров… тридцать пять… тридцать.

Он почти достиг цели, когда из тумана прямо перед ним выросла фигура. Стражник увидел Вульфа, раскрыл рот, чтобы закричать.

Вульф ударил первым. Клинок вошёл в горло стражника, и тот рухнул, не издав ни звука. Но его меч, выпадая из руки, со звоном ударился о камень.

Вульф замер. До палатки Корина оставалось каких-то тридцать метров. Он видел полог, за которым, наверное, была Амалия. Он слышал её сердцем.

Лагерь горел. Армии схлестнулись. Раскольники прорывались внутрь, сея панику. А в центре этого ада, в тридцати метрах от спасения, Вульф сжимал окровавленный кинжал и готовился к последнему рывку.

– Амалия, – прошептал он, – я рядом.

Глава 33. Сквозь пламя

Глава 33. Сквозь пламя

Кровь стучала в висках в такт бешеному ритму сердца. Вульф сжимал окровавленный клинок и смотрел на чёрный полог палатки Корина. Тридцать метров. Всего тридцать метров отделяли его от Амалии.

– Командор, – голос мага воды прозвучал глухо, почти шёпотом. – Маги тени. Двое. За палаткой, с левой стороны.

– Вижу, – ответил Вульф, не оборачиваясь.

Он видел их. Маги тени. Личная гвардия Корина. Самые опасные из всех, кто служил Ордену.

– Ты берёшь на себя магов, – сказал Вульф, перехватывая меч удобнее. – Я прорываюсь к палатке.

Маг воды кивнул. Молодой, бледный, с дрожащими руками. Он знал, на что шёл.

– Удачи, командор.

– И тебе.

Вульф шагнул вперёд.

И мир взорвался движением.

Он бежал, низко пригнувшись, перескакивая через тела и обломки палаток. Сзади раздался крик – маг воды атаковал. Вульф не оборачивался, но краем глаза увидел, как струя ударила в тёмный силуэт, и воздух наполнился шипением.

Первый стражник вырос перед ним из ниоткуда – широкоплечий детина с алебардой. Вульф не заморачивался. Короткий выпад, укол в горло, и тело рухнуло на землю, даже не всхрипнув.

Второй успел обнажить меч, но Вульф уже был рядом. Клинок вошёл под рёбра, вышел с другой стороны. Красное на чёрном.

До палатки оставалось пятнадцать метров.

Сзади полыхнуло всплеском магии. Вульф бросил взгляд через плечо – маг воды кружил в дуэли с одним из магов тени. Чёрный дым сталкивался с водяными кнутами, воздух звенел от напряжения. Второй маг тени лежал на земле, из его рта, носа и ушей вытекала вода.

– Хорошо, – прошептал Вульф.

Десять метров.

Ещё один стражник. Высокий, с коротким мечом, в полном доспехе. Опытный. Вульф ушёл от удара, скользнул влево, рубанул по незащищённому боку. Стражник взвыл, но не упал – и тогда Вульф добил его, всадив клинок в шею.

Пять метров.

Он почти добежал до полога, когда воздух за спиной содрогнулся от мощного удара. Вульф обернулся.

Корин.

Он стоял в двадцати шагах, чёрный кристалл в руке пульсировал багровым светом. Его мантия была разорвана, лицо перекошено от ярости – впервые Вульф видел его не спокойным, а по-настоящему злым.

– Ты, – процедил Корин, глядя на Вульфа. – Живучий, как таракан.

– Это семейное, – ответил Вульф, готовясь к удару.

Но Корин смотрел не на него. Взгляд Корина упал на мага воды, который пытался добить второго мага тени. Чёрный кристалл вспыхнул, и тёмное копьё ударило молодого мага в грудь. Маг воды вскрикнул, отлетел к стене палатки и затих.

Корин повернулся к нему. Усмехнулся – криво, безумно.

– Теперь ты один, командор.

И тут из тени, откуда-то сбоку, вырвался чёрный поток – и ударил Корина в плечо.

Вульф не сразу понял, что произошло. Корин вскрикнул, отшатнулся, и на его мантии расплылось тёмное пятно – кровь? Нет, не кровь. То, что ударило его, было не оружием. Это была магия. Тень.

Из-за горящих палаток вышли они.

Человек в чёрном плаще без знаков отличия, с посохом, на котором горели багровые руны. За ним – четверо бойцов с мечами наголо.

– Корин! – крикнул человек с посохом. – Твоя власть кончена!

Маг тени, который сражался с магом воды и чудом выжил, рванул к Корину, встал рядом, выставив щит.

Корин, зажимая рану на плече, посмотрел на раскольников.

– Вы выбрали смерть, – сказал он.

– Это ты выбрал смерть, – ответил маг раскольников. – Когда решил воскресить то, что должно оставаться мёртвым.

Он ударил посохом о землю, и из земли вырвались десятки теней. Они обвили ноги Корина, сбили его с ног, и он упал на колени. Маленький серебряный ключ от оков – сорвался с пояса и упал на землю в трёх метрах от Вульфа.

– Не дайте ему подняться! – крикнул маг раскольников, и его бойцы бросились вперёд.

Но второй маг тени выставил щит, и тени раскольников наткнулись на него, зашипели, но не смогли пробить.

Корин, шатаясь, поднялся с колен.

– Вы все умрёте, – прохрипел он.

Вульф не ждал больше ни секунды.

Он рванул вперёд, подхватил ключ с земли, не глядя и метнулся к пологу палатки. За спиной загремел бой – раскольники против Корина. Клинки, проклятия, крики – всё слилось в один сплошной гул.

Вульф ворвался в палатку..

Она сидела на полу, прижавшись спиной к деревянному сундуку, цепь на ноге тянулась к вбитому в землю колышку. Волосы спутаны, платье разорвано, лицо в грязи и копоти.

– Адриан, – прошептала она. – Я знала. Я знала, что ты придёшь.

Он упал на колени рядом с ней, пальцы дрожали, когда он вставлял ключ в замок оков. Тяжёлые цепи звякнули и раскрылись.

– Ты живой, – Амалия схватила его за плечи, провела ладонями по лицу, будто не веря, что он настоящий. – Ты живой, живой, живой.

– Я обещал, – ответил он, чувствуя, как собственное сердце готово выпрыгнуть из груди.

Она обхватила его лицо руками – грязными, исцарапанными, с обломанными ногтями – и поцеловала. Не нежно. Не осторожно. В этом поцелуе была вся её боль, все дни отчаяния, все ночи, когда она шептала его имя в темноту.

– Я думала, ты умер, – выдохнула она в его губы. – Корин сказал…

– Корин ошибся, – ответил Вульф, прижимая её к себе так сильно, что затрещали кости. – Я здесь. Я с тобой.

Она дрожала – всем телом, мелко, как осиновый лист. И он дрожал вместе с ней. Он гладил её по волосам, целовал в лоб, в щёки, в кончик носа. Слова были не нужны.

– Мы выберемся, – сказал он тихо. – Вместе.

– Я знаю, – ответила она, утыкаясь носом ему в плечо.

Снаружи гремел бой. Но здесь, в палатке, в этом маленьком кусочке ада, они были вдвоём.

– Можешь идти? – спросил Вульф.

Амалия посмотрела на свои ноги, пошевелила пальцами. Цепи больше не тянули, но мышцы затекли, и слушались плохо.

– Придётся, – ответила она.

Вульф помог ей встать. Она оперлась на него, и он почувствовал, как сильно она исхудала за эти дни.

– Держись за меня, – сказал он.

– Не отпущу, – ответила она.

Он поднял меч. Она подняла руки – кончиками пальцев чувствую знакомое покалывание магии.

– Пошли, – сказал Вульф.

– Пошли, – ответила Амалия.