355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сара О'Брайен » Горячая собственность » Текст книги (страница 8)
Горячая собственность
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 16:55

Текст книги "Горячая собственность"


Автор книги: Сара О'Брайен



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Я радостно кивнула, благодарная за это заболевание бедняги.

– Что-нибудь выпьете, Бобби? Чай, кофе или еще что-нибудь?

Бобби Вольф отрицательно покачал головой и поставил коробку, которую держал, на пол перед собой. Я увидела, что при солнечном свете он казался слегка оранжевым. Это не мог быть натуральный загар. Но где они нашли такой большой топчан для Бобби Вольфа?

– Волчонок [4]4
  Вольф – волк (нем.).


[Закрыть]
, все зовут меня Волчонком. Я здоров, спасибо. Я не пью много чая. Как бы то ни было, у меня мало времени, я скоро должен быть в гимнастическом зале. Сегодня утром я отвез Тони в аэропорт, и по дороге мы купили вот это.

Мы оба посмотрели на картонную коробку, стоявшую на полу между нами. О, Боже, подумала я, наклонившись и открыв верх. Тони думал обо мне сегодня. Я чуть было не упала в обморок от радости. Я заглянула в коробку.

– Это кэтоматик, – пояснил Волчонок. – Тони рассказал мне о вашем коте, и я решил, что это как раз то, что ему нужно. Их делает мой приятель, который живет по дороге в аэропорт, так что мы остановились и… В общем, вот подарок. Как он вам нравится?

К тому времени как Волчонок кончил объяснять, я сняла с коробки обертку. Между нами стояло нечто среднее между длинным каноэ и корзиной для кошек.

– Ну как? – повторил он, наклонясь, чтобы погладить выстеленное мехом дно корзины.

– Очень красиво, – похвалила я, хотя даже если эта штука была чудовищной, именно это принято говорить, не так ли?

Бобби Вольф улыбнулся мне.

– Я сказал Тони, что вам понравится. Вот, эта часть – кровать, а посмотрите на это…

Бобби показал на высокий шест в углу кэтоматика. На его верхушке наподобие тотема была вырезана голова мышки.

Я кивнула, боясь говорить.

– Это для точки когтей. Здорово, правда? Кошки любят все царапать, и это поможет сохранить мебель.

– О, правильно, – поддержала я.

– Мой приятель Фил, который делает это, не хранит их у себя. Они прямо-таки разлетаются. Заказы из Америки и отовсюду. Нужно заказывать за месяцы вперед. Тони сказал, что с этим можно подождать. Но я настоял на том, чтобы мы заехали по дороге и посмотрели. Мы зашли. И когда Фил узнал, что это для меня, то сразу предложил мне взять последний кэтоматик. «Бери, Волчонок, – сказал он мне, – а янки, который заказал его, подождет».

Бобби Вольф поднялся, и мы оба посмотрели на Джоя, который все еще крепко спал перед окном.

– У него никогда не было корзинки, – нерешительно сказала я.

– Это ничего. Несколько попыток посадить его, и он не захочет вылезать.

И прежде чем я успела остановить его, Бобби Вольф подошел и, подняв Джоя, посадил его на золотистую, выстланную мехом постельку. Джой с возмущением посмотрел на меня, когда его транспортировали по воздуху. У него был не самый лучший характер, поэтому я знала, что он думает о том, как бы оцарапать большую руку, гладившую его по голове.

– Ну иди, иди. Хороший котик. Как его имя?

– Джой.

– Ну, Джой, хороший мальчик, что ты думаешь о своей новой постельке, которую купил тебе дядя Тони, а?

Дядя Тони? Я подавила смешок.

– Красиво, правда? Потрогайте этот матрас. И посмотрите – мышка. Ты будешь царапать эту мышку и оставишь в покое мебель Эллен.

Я наблюдала, едва дыша, готовая вмешаться, если Джой решит искромсать ладонь Бобби Вольфа. Но Джой не двигался. Просто сидел, позволяя себя гладить. Внезапно глаза Джоя начали закрываться. Он глубже погрузился в свою роскошную постельку и постепенно – о чудо! – начал мурлыкать и уснул.

Бобби Вольф перестал гладить кота и улыбнулся мне. Он осторожно поставил кошкин дом обратно на солнечный квадрат перед окном. Джой поднял голову и, казалось, с благодарностью взглянул на Волчонка, прежде чем снова погрузиться в сон.

– Я знал, что ему понравится, – сказал гость, подходя ко мне.

Я кивнула.

– Вы уверены, что не хотите чая, Боб… Волчонок?

– Нет, спасибо. Мне надо идти.

– Ну что ж, большое спасибо за…

– Кэтоматик.

– Да, да, кэтоматик. И Джой тоже благодарит.

Волчонок внезапно рассмеялся, хотя я как будто не сказала ничего смешного. Его грудь вздымалась от непонятного веселья, от чего позвякивали, как колокольчики, тяжелые золотые цепочки на его шее. Я помахала ему на прощание рукой и сразу же вернулась к поглощению моего бутерброда и остывшего какао. С роскошного ложа Джоя доносилось тихое похрапывание. Из чего только оно сделано, думала я, листая журнал. Похоже на какой-то сорт красного дерева. Очень странное сооружение. Но это было мило со стороны Тони подумать обо мне или о Джое, когда он так занят. Мило и, возможно, немного по-фрейдистски посылать мне в подарок постель, учитывая все обстоятельства. Я приготовила еще какао и бутербродов и только-только закончила, как зазвонил телефон.

– Я не говорил, что хочу сегодня возиться с Кьераном, – прокричал мне в ухо голос Вилла. – У меня свидание в городе, Эллен. Я не могу быть с Кьераном.

– Вилл!

– Что?

– Послушай меня.

– Нет.

– В таком случае, Вильям Грейс, купи себе на карманные деньги машину и вози «Кишечный инстинкт» на выступления сам.

Молчание.

– О'кей. Я слушаю, но не соглашаюсь.

– Я просто хочу, чтобы ты послушал, Вилл, вот и все.

– О'кей. Кстати, группа теперь называется «Амплитуда». Мы изменили название – односложные названия несут больше энергии.

– О, прекрасное название, – сказала я, стараясь казаться искренней. – Теперь слушай внимательно, поскольку это касается не только меня, но и тебя.

– Говори по существу, Эллен.

– О'кей. Мама хочет приготовить много еды, Вилл, очень много еды в честь гостей. Если она это сделает, то заставит меня и тебя съесть большую ее часть. Доктора Дермота за обедом срочно вызовут к телефону – он всегда так делает. Папа, возможно, должен будет работать сверхурочно. А Элисон ест так мало, что ей не важно, если еда имеет вкус помоев. Так что остаемся мы – Вилльям и Эллен. Нам придется есть все, что она наготовит, а у меня такое ощущение, что она сейчас находится в стадии тайской кухни. Я не уверена, что смогу есть зелень, приправленную карри, а ты? Или, может быть, ты думаешь, что его съест бедный Кьеран?

– Нет, конечно.

– В таком случае, Вилл, ты должен быть мне благодарен за то, что я придумала хитроумный план спасения.

– Shit. Хорошо. Но как насчет моего свидания? Мне нравится Эйслинг Митчелл, и я не могу просто позвонить и сказать ей, что должен сидеть с ребенком. Как я буду выглядеть?

– Хороший мальчик, – сказала я. – Я думаю, что на нее произведет впечатление то, что ты Новый Человек. Это усилит твою сексуальную притягательность.

– Ты так думаешь?

– Я женщина, Вильям, я не думаю – я знаю. Мы поедем в город и встретим ее с Кьераном. Затем я увезу его, а ты вернешься после свидания. Ты ничего не потеряешь, Вилл. Девушка будет под впечатлением, а ты избежишь домашнего угощения.

– Ты ставишь меня в тяжелые условия, Эллен.

– Зелень с карри, Вильям.

– Договорились.

– Увидимся в три часа, когда привезут Кьерана.

– Тогда пока.

Глава 11

К тому времени как Элисон ровно в три часа позвонила в дверь, я уже с бешеной скоростью выскребла и убрала квартиру. Джой спал сном праведника в своей новой постели. Анжела позвонила мне из больницы сказать, как хорошо она себя чувствует, и поблагодарить еще раз за спасение своей жизни. И еще она пообещала дать мне почитать после нее «Сельского маньяка».

Я открыла дверь, и вошел, сгорбившись, Вилли, неся коляску и три сумки.

– Я оставила Дермота внизу в машине, – за спиной Вилли произнесла Элисон, державшая на руках Кьерана, который, увидев меня, улыбнулся и начал лопотать на своем языке. Я потянулась к нему, и он чуть не выскочил из маминых рук. Он ткнулся носиком в мою шею, и я едва не потеряла сознание от нежности. Может быть, мне надо переспать с Тони и родить ребенка? Пусть он потом и уйдет, у меня, по крайней мере, будет уютный сверточек вроде Кьерана.

– Мы можем забрать его сами, – говорила Элисон, приглаживая волосы малыша и целуя его в щечку. – Но если хочешь, привези его в своей машине. У тебя теперь есть машина, ведь так?

– У нее очень своеобразная машина, – вмешался Вилли.

– Заткнись, Вилл, – прикрикнула на него я.

Элисон нахмурилась.

– Если повезешь его в машине, используй детское креслице. Оно у Вилла в сумке.

– Я привезу его домой, Элисон, нет проблем. В котором часу?

– Мама сказала, что уложит его спать. Так что привези его в восьмом часу.

Я кивнула.

– Иди. Веселись. Увидимся.

Элисон поцеловала сына, и я могла поклясться, что у нее опять увлажнились глаза. Как только она вышла, Вилл захлопнул за ней дверь и взглянул на Кьерана и меня.

– Мое свидание в четыре часа, и я не могу опаздывать.

Я улыбнулась.

– Ты не опоздаешь. Где вы встречаетесь?

– Возле Макдональдса.

– Отлично, – проговорила я, перекладывая жующего кулачок Кьерана на другую руку. – Десять минут ходьбы. Мы возьмем коляску и встретим твою девочку. А когда ты произведешь хорошее впечатление, я заберу ребенка.

– Ты уверена, что она не сочтет меня размазней, если увидит, как я нянчусь с Кьераном?

– Поверь мне.

Таков был мой план, и он мне казался простым. И все было бы просто, если бы у нас не ушло полчаса на то, чтобы раскрыть коляску. Нам наконец это удалось. Но у Элисон была бы истерика, если бы она узнала, что мы позволили Кьерану полчаса просидеть в новой корзинке Джоя, поскольку это был единственный способ его занять.

– Кстати, я забыл выразить восхищение по поводу шикарной кошачьей корзины, – сказал Вилл, когда мы усаживали возмущенного Кьерана в коляску.

– Спасибо.

– Она очень… как бы выразиться… ретро-китч.

– Заткнись, Вилл.

– Кто тебе ее подарил? Потому что я знаю, что ты бы сама не купила ее. Анжела Маунселл?

– Посмотри на часы, – отмахнулась я. – Пошли, не то твоя девочка-стервочка уйдет, если мы опоздаем.

Вилли кивнул, сразу же вернувшись мыслями к своему свиданию. Я дала Кьерану бутылочку, взялась за ручки коляски, и мы пошли к лифту. Я почувствовала облегчение, потому что не только избежала разговоров об отсутствии у меня вкуса из-за покупки постели для кошки, но также и о Тони Джордане. Мне не хотелось рассказывать о нем Вилли, во всяком случае, пока. Вкус же – понятие субъективное, не так ли? Хотя, говоря объективно, будучи обладательницей розовой машины и кошачьей кровати в форме каноэ, я не могла претендовать на то, чтобы мое фото поместили в модный журнал.

Мы встретили выглядевшую очень серьезно подружку Вилла с розовыми волосами около Макдональдса, и, несмотря на розовые волосы, она впечатлилась. Я попросила Вилла проводить меня. Потом я и Кьеран помахали им на прощанье рукой.

Город был запружен потными, толкающимися людьми в шортах и футболках. Я повезла было малыша в городской парк, но движение коляски укачало его. Мне нужно было научиться делать покупки с маленьким ребенком, если я собиралась когда-нибудь завести собственного. Поэтому в качестве инвестиции в будущее я вместо парка пошла в обувной магазин. Купила пару кремовых сандалий и сказала себе, что это простое совпадение, что Дэвайна Блейк имеет почти такие же.

Когда Кьеран проснулся, мой шопинг закончился. Он извивался, и хныкал, и пытался встать в коляске. Я купила ему желтый леденец на палочке, который на время успокоил его, пока он не размазал часть его по коляске и мне не пришлось соскабливать его в течение десяти минут с помощью слюны и носового платка. Я знала, что моя сестра убила бы меня, если бы узнала, что я кормила ее ангелочка какой-то дрянью. Я решила вернуться и направилась домой.

Подходя к дому, я спохватилась, что весь день не видела своего мобильного телефона. Должно быть, я оставила его в машине. Решив не брать на руки измазанного леденцом Кьерана, я повезла коляску через нашу автостоянку. Розовая «хонда» была аккуратно припаркована в дальнем углу. Теперь, когда мы ушли с солнца, Кьеран стал спокойнее. Он дергал висевшие над ним погремушки и мурлыкал про себя какую-то песенку.

Я заглянула в окно машины и увидела мобильник, лежавший на пассажирском сиденье. Открыв дверцу, я взяла телефон и обернулась к племяннику, чтобы проинформировать его о моей удаче.

Вместо мордашки Кьерана позади себя я увидела краснолицего мужчину в куртке с капюшоном. Он толкнул меня, и я закричала. Мужчина склонился надо мной, и я разглядела голубые глаза и длинный белый шрам на левой щеке.

– Скажи своему дружку… – прошипел он, но вдруг исчез так же внезапно, как и появился. Огромная рука опустилась на его плечо и отшвырнула от меня. Волчонок! Парализованная ужасом, я смотрела, как он оторвал этого человека от земли и бросил на ограждение.

– Проваливай, Джонсон! – крикнул он, стоя над ошеломленным мужчиной. Резким движением он поднял его на ноги, а потом схватил за горло. Лицо человека еще больше покраснело. – Никогда не приближайся к этой женщине, если не хочешь больших неприятностей. Ты меня слышишь? И скажи этому мешку дерьма, на которого ты работаешь, что для него будет лучше, если он последует тому же совету.

Краснолицый повернулся, как только Волчонок отпустил его куртку. Волчонок рванулся вперед, как будто собирался снова напасть на него, и человек бросился бежать.

– Вы в порядке? – спросил Волчонок, подходя к тому месту, где я все еще стояла, словно приклеенная к машине.

Я кивнула.

– Вы уверены?

Я снова кивнула, но крупные слезы начали заливать мое лицо.

– Кто… кто… кто был этот парень? – заикаясь, произнесла я.

– Никто.

– Но вы назвали его Джонсоном.

Волчонок пожал плечами.

– Он просто мешок дерьма. Город кишит ими. Пошли, я провожу вас домой.

– Спасибо. Я вам очень благодарна. Он может быть поблизости. Надо вызвать полицию. Где мой телефон?

Я разглядела мобильник на полу машины и подняла его.

Я начала было набирать номер 999, но Волчонок отрицательно покачал головой.

– Не надо.

– Почему? – спросила я, останавливаясь.

– Нет смысла, он давно ушел.

– Но вы знаете, кто он.

– Знаю, но вы ведь не захотите оказаться замешанной в эту грязь. Этот подонок не вернется, но если вы вызовете полицию, то все Джонсоны в Лимерике будут за вами охотиться.

– О боже, что же мне делать?

– Ничего. Поверьте мне, с этим все кончено.

– Я не уверена.

– Послушайте, Эллен. Представьте себе: вы вызываете полицию. Они приезжают и принимают ваше заявление, а я говорю им, кто он. Но затем они уезжают, и вы остаетесь одна. И обещаю вам, что, как только полицейские начнут заниматься вашей жалобой, вы окажетесь по уши в дерьме. Эти Джонсоны никогда не оставят вас в покое. Забудьте об этом. Он ушел. С этим покончено.

– Вы уверены?

– Уверен. А теперь скажите, кто это у нас?

Я поняла, что Волчонок говорил о Кьеране, о котором я совершенно забыла. Правда, ребенок не выглядел очень травмированным от того, чему только что явился свидетелем. Он улыбнулся Волчонку.

– Только посмотрите-ка на него, – расчувствовался он, подпав под обаяние Кьерана. – Как поживаешь, молодой человек?

Кьеран ответил гуканьем. Я была рада, что он не сможет рассказать своей мамочке о том, что видел.

– Это мой племянник Кьеран.

– Кьеран? Отличное имя. У меня когда-то была борзая Кьеран.

– О, – только и могла вымолвить я, потому что меня начали заливать волны ужаса, когда я представила себе, что могло случиться, если бы Волчонка здесь не было. Двери лифта открылись на моем этаже, и мы вышли в коридор. Волчонок нес Кьерана. Я везла коляску и тащила сумки. Кто-то сидел на ступеньке возле моей квартиры.

– Руфь! – воскликнула я удивленно.

Руфь встала, одергивая свою мини-юбку, пока она почти ни закрыла верхнюю часть бедер, и помахала мне бутылкой вина.

– Ты что, забыла? – спросила она.

– Забыла что? Руфь, это Вол… Бобби Вольф, а моего племянника Кьерана ты знаешь. Волчонок – Руфь.

– Приятно познакомиться, – любезно проговорила Руфь.

– Мне тоже.

– Волчонок – это ваше имя? – Волчонок кивнул. – Хорошее имя, – одобрила Руфь усмехнувшись.

Я посмотрела на Кьерана и увидела, что он уснул на огромном плече Волчонка. Он мне улыбнулся. Какой мужик! Умеет покорять кошек, младенцев и убийц. Я подумала о том, нельзя ли я нанять его. Затем взглянула на Руфь. Она поправляла свой топ, который едва касался крошечной юбчонки, оставляя полоску голого загорелого живота. Ее глаза так впились в Волчонка, что мне сделалось почти что неловко находиться рядом с ними. Особенно потому, что он смотрел на нее с равным восхищением.

– Извини, Руфь, – сказала я, чтобы отвлечь ее взгляд и разрядить сексуальное напряжение.

Руфь посмотрела на меня с улыбкой.

– Боже мой, Эллен, мы же договорились поужинать здесь сегодня вместе. Ты сказала, что приготовишь ужин.

Я порылась в кармане в поисках ключа.

– Я была пьяна?

Руфь засмеялась.

– Возможно.

Мы все ввалились в мою квартиру. Я попросила Волчонка положить Кьерана на кушетку и налила чайник. Внезапно, словно я только что осознала, что произошло, передо мной возникло красное лицо человека, толкнувшего меня на машину.

– Так как же с ужином? – спросила Руфь, пока я вспоминала весь этот ужас. Я посмотрела на ее знакомое лицо, такое беспечное и нормальное, и расплакалась.

– Эллен! – воскликнула Руфь, подбегая ко мне. – Что случилось?

Я затрясла головой и зарыдала еще сильнее. Руфь, которая была по крайней мере на четыре дюйма ниже меня даже на этих гвоздиках, которые она называла туфлями, обняла меня.

– Эллен, Эллен! Что с тобой? Что произошло?

От обвивавших меня рук Руфи страшные руки человека, схватившие меня в автопарке, показались мне еще более страшными, и я зарыдала в голос.

– О Руфь, о Руфь, он схватил меня, и мне стало так страшно.

– Кто? Кто тебя схватил? Вы?

Я подняла глаза и увидела, что она смотрела на Волчонка.

– Ни в коем случае, – запротестовал он.

Руфь сделала угрожающее лицо.

– Послушайте, мистер Волчонок. Если вы думаете, что я…

Я схватила Руфь за локоть.

– Это не он. Меня схватил человек в капюшоне, а Волчонок спас меня.

Я улыбнулась Волфи, потому что не знала, что бы со мной стало, если бы не он. Но одна мысль о том, что он мог не оказаться там, заставила меня снова залиться слезами. Руфь еще крепче обняла меня за плечи.

– Успокойся, Эллен, сядь. Я приготовлю тебе чая. Что он делал, этот человек в капюшоне? Пытался тебя ограбить? Изнасиловать? Что?

– Не знаю, – прорыдала я, опускаясь на кушетку рядом со спящим Кьераном. – Я думаю… думаю, что он, возможно, собирался изнасиловать меня или что-нибудь в этом роде… он сказал что-то о моем дружке…

– Господи, – ужаснулась Руфь. – Он извращенец.

– Ага…

Руфь села рядом со мной и гладила меня по голове, пока я плакала. Волчонок, должно быть, приготовил чай, потому что появился горячий чай. Но и тогда Руфь не покинула меня. Кьеран тихонько посапывал во сне, и я увидела, что он похож на доктора Дермота.

– Спасибо за все, – сказала я, шмыгая носом. – Я рада, что вы пришли.

– Нет проблем, – ответил Волчонок. – Я рад, что был там.

– Я тоже, – отозвалась я. Вдруг меня пронзила мысль: – Кстати, почему вы там были?

Глаза Волчонка расширились, и он глубокомысленно кивнул.

– Э… я просто… просто заглянул, чтобы проверить, что у вас не возникло трудностей с кэтоматиком.

– Гарантийное обслуживание, – улыбнулась я.

Волчонок ухмыльнулся.

– Что-то вроде того.

– Кэтоматик? – переспросила Руфь.

– Да, – поспешно сказала я, прежде чем она могла увидеть его и проявить естественную реакцию. – Волчонок принес его сегодня. Для Джоя.

– Это был подарок от Тони, – уточнил Волчонок, махнув рукой в сторону суперпостели Джоя. – Почему только собаки должны иметь всякие там штуки?

Руфь посмотрела на кэтоматик, который по-прежнему был занят постоянно спящим Джоем.

– Действительно, почему? – поддержала она. – Джою он, кажется, нравится.

– Да, – подтвердила я. – Очень нравится.

– Эллен?

– Да?

– Извини, что меняю тему, но нельзя ли нам позвать полицию и рассказать, что случилось?

Она взглянула на Волчонка. Он пожал плечами.

– Нет смысла, – сказал он.

– Но что будет, если он вернется? – спросила Руфь.

– Не говори так, Руфь, – взмолилась я.

– Но, Эллен, ты должна быть благоразумна. Ты ведь не можешь быть уверена в том, что он не вернется. Возможно, это было не случайное нападение.

– Волчонок знает этого человека. Как вы назвали его? Джэксон?

– Джонсон. Это ничего не значит. Их целая семья, и я даже не знаю, который он Джонсон. И полиция тоже ничем не сможет помочь. Самое худшее, что может сделать Эллен, это привлечь к себе внимание этих Джонсонов. В любом случае он не вернется.

– Но откуда вы можете знать? – спросила Руфь, наклонясь вперед в своем кресле. Я видела ее грудь в глубоком вырезе платья, и Волчонок видел ее тоже, но в тот момент им было не до этого. Волфи улыбнулся ей.

– Я предупредил его, – сказал он.

– И бросил его на ограждение, – напомнила я.

Волфи кивнул.

– И это тоже.

– Ну не знаю, – заколебалась Руфь.

– Волчонок прав, – сказала я. – Не могу же я провести остаток жизни, постоянно оглядываясь, нет ли Джонсона.

– А вам придется, если вы вызовете полицию.

– Я все же думаю, что нам следует вызвать полицию, – не унималась Руфь.

– Нет, – решительно возразила я.

Руфь вздохнула.

– Так что вы собираетесь делать?

– Ничего, – ответила я, начиная приходить в себя. – Я буду в порядке, и в любом случае скоро должен прийти Вилли.

– Это, конечно, приведет в трепет криминальное семейство, – рассмеялась Руфь. И прежде чем я успела ответить, раздался звонок и пришел Вилл.

– Элл, ты никогда не догадаешься… – начал он и оборвал себя, увидев сцену в моей квартире. Верзила. Спящий младенец. Заплаканная сестра. И Руфь.

– Эй, Руфь, – обрадовался он знакомой, улыбаясь от уха до уха. Руфь была похожа на эротическую фантазию любого тинейджера, и любой тинейджер, играющий на барабанах, полюбил бы ее. Вилли не был исключением.

– Привет, Вилли, – отозвалась она.

– Это Вулфи, – представила я, до того как брат полностью сконцентрировал бы свое внимание на Руфи. – Он спас меня от одного подонка, который напал на меня на парковке.

Вилли взглянул на меня.

– Но ты о'кей, да?

– Конечно, – ответила я, раз ты здесь, чтобы защитить меня.

Вилл громко рассмеялся.

– Хорошо сказано, Элл. Послушай, я не могу остаться надолго. Я встретил в городе Гарри, мы сегодня вместе играем. В «Градисе» не пришли музыканты, и они попросили поиграть нас.

– Но ты ведь обещал помочь мне с Кьераном, – напомнила я, почувствовав внезапный страх от перспективы провести ночь одной с каким-нибудь краснолицым ублюдком, слоняющемся поблизости от моего дома, чтобы меня убить или изнасиловать.

– Знаю, знаю, но я не могу упустить такую возможность, Элл, мы долго ждали ее. Ты представляешь, сколько людей приходит в «Градис» в субботу вечером? Я поговорю с тобой позднее, ладно?

– Но как с инструментами? Я не могу подвезти тебя. У меня Кьеран.

– Отец Гарри нас довезет. Спасибо тебе. Поговорим позднее. Приятно было познакомиться, мистер Вулфи. Пока, Руфь.

И прежде чем я смогла возразить или ухватить его за ноги и попросить своего тощего, проткнутого булавками, одержимого музыкой братика: пожалуйста, ну пожалуйста, останься, – он исчез. Скрипнул кроссовками по моему натертому полу и хлопнул дверью. Исчез.

Волфи и Руфь стояли вместе, прислонившись к кухонному столу, и наблюдали за этой сценой.

– Езжай и проведи ночь дома, – сказала Руфь, прежде чем я собралась с духом. – Я бы осталась, но я сегодня работаю.

– Господи Иисусе, Руфь, я не могу и подумать о том, чтобы ехать домой. Со мной будет все в порядке. И я могу позвонить Вилли и попросить его приехать после выступления.

Руфь тяжело вздохнула.

– Послушай, Вилл хороший мальчик, но он всего лишь длинное тощее недоразумение, и я не понимаю, каким образом он сможет защитить тебя, если твой страшный человек вернется, чтобы тебя убить. Подумай, Эллен, ты в первую очередь должна думать о Кьеране. Что, по-твоему, сможет сделать Вилл? Оглушить нападавшего до смерти своим пением?

– Никто не собирается никого убивать, – вмешался Волчонок.

Руфь улыбнулась ему.

– Я знаю, что вы дали ему отпор, но, откровенно говоря… – Руфь сделала паузу и положила руку ему на бедро, словно приглашая к спору, – но Эллен моя подруга, и я должна быть уверена, что она в безопасности. Она должна ехать домой. Ее мамочка самому черту покажет кузькину мать. Дома с ней ничего не случится. Я думаю, что это лучший выход из положения.

Волчонок и Руфь уставились друг на друга, и я ясно видела, что Руфь была настроена решительно. Но выражение лица Волчонка я не могла понять. Что, если он решит обидеться и напасть на Руфь в моей квартире? Он мог бы всех нас схватить в охапку и выбросить из окна третьего этажа во двор на строительный мусор и мой топ, записанный Джоем. Нужно было что-то сделать, чтобы разрядить Обстановку.

– Ммм, – промычала я.

Они повернулись ко мне. Я не знала, что сказать, но поскольку они, по крайней мере, перестали смотреть друг на друга, я подумала, что это уже прогресс.

– Мм, послушайте, – выдавила я из себя.

Кьеран потянулся и что-то пролепетал во сне.

– Shit, – выругалась я. – Теперь еще ребенок просыпается.

Но Руфь и Волчонок снова уставились друг на друга, и я не могла с этим ничего поделать. О, господи, о, господи, о, господи, думала я, прямо какие-то Арнольд Шварценегер и Минни Маус. Мы все погибнем.

Вдруг Волфи усмехнулся.

– Последнего человека, который разговаривал со мной в таком тоне, я швырнул на телеграфный столб. Но я полагаю, что Руфь права. Почему бы вам, Эллен, не поехать к матери?

Я вздохнула, признавая свое поражение. Арни и Минни – это чересчур для меня. Кьеран проснулся и потянулся ко мне. Я взяла его на руки. Он засмеялся, когда я крепко прижала его к себе.

– О'кей, – сказала я, радуясь тому, что Армагеддон как будто на время откладывается. – Я соберу свои шмотки и поеду позднее.

– Почему бы вам не поехать сейчас? – спросил Волфи. – Я помогу вам.

Я посмотрела на Руфь, и она кивнула. В конце концов, может быть, это не такая уж плохая идея. Если я уеду, то, по крайней мере, не окажусь одна с маленьким ребенком, если вернется убийца. Тем более что рядом не будет Волчонка. Плюс к тому Руфь была права насчет моей матери. Если ничего не поможет, она в любом случае могла предложить грабителю свое угощение.

Итак, Руфь, Волфи и я упаковали все вещички Кьерана и я положила в сумку косметичку, чистое белье, футболку и джинсы. Затем мы все покинули мою квартиру и направились к машине. По моему телу пробежала судорога, когда я вошла на парковку. Я подумала о том, где можно достать оружие. Ведь Волчонок и Руфь не всегда будут со мной, чтобы меня защитить.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю