Текст книги "Война Трёх ведьм (СИ)"

Автор книги: Рита Корвиц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Глава 31. Неожиданная встреча

Тяжёлое, мокрое после стирки одеяло Диона с трудом закидывает на бельевую верёвку. Плечи ноют от боли, а спина готова рассыпаться песком. Диона потягивается, хрустя позвонками и разминает затёкшую шею. На улице холодно. Хоть зима и выдалась на удивление тёплой, с началом весны пришли заморозки. Диона потирает замёрзшие пальцы друг об друга, согревая их дыханием.

Корзина с бельём опустела лишь наполовину. Диона приседает рядом на корточки и тычет пальцем в светлую ткань. Тяжело вздохнув, ведьма кладёт голову на колени. В голове вместо мыслей ветер. Веки слипаются и Диона сонно зевает. Живот голодно урчит, но ведьма шикает на него и снова принимается за развешивание белья. Когда места на верёвке уже не остаётся, Диона подхватывает опустевшую корзину и, ускорив шаг, идёт в сторону пристройки. Близится время обеда и настроение немного поднимается.

Со стороны тренировочного плаца раздаются лязг металла, недовольные восклицания командира и усталые вздохи солдат. Диона кидает на площадку мимолётный взгляд, хмыкает и уже протягивает руку, чтобы открыть дверь, как кто-то хватает её за кисть и утягивает в сторону. Корзина падает на землю. В голове за несколько секунд успевает пробежаться толпа мыслей, одна хуже другой.

“ – Договорилась! Сказала что-то не то, сделала?! Убьют, точно убьют! Богиня… нет, кто угодно, пожалуйста, помогите! Спасите! Я не хочу умирать! Не хочу, не хочу…”. Слёзы брызжут из глаз и Диона жмурится. Смотреть в глаза смерти страшно до дрожи.

– Это правда ты, – дыхание опаляет висок, а почти забытый, но такой знакомый голос заставляет тело прекратить трястись в ужасе.

Диона застывает как вкопанная. Она открывает глаза, но видит перед собой лишь солдатскую тренировочную униформу. Гулко сглатывает, боясь поднять взгляд выше. Диона слышит как бешено бьётся собственное сердце когда мужчина перед ней приподнимает её лицо за подбородок. Прерывистый вздох вырывается из груди. Девушка сама не заметила как задержала дыхание.

Такие знакомые, чуть потускневшие, золотые глаза в обрамлении пушистых чёрных ресниц смотрят болезненно и растерянно. Диона протягивает руку, осторожно касаясь кончиками пальцев колючей от бороды щеки. Заострившиеся черты лица, смуглая кожа, широкий нос и густые брови. Диона кладёт вторую ладонь на другую щёку, неверяще качая головой. Подбородок дрожит и слёзы готовы хлынуть в любой момент.

– Э… Эрб… Эрбин? Это, это правда ты? – внезапно охрипшим голосом спрашивает Диона, не переставая блуждать взглядом по чужому лицу.

Эрбин кивает часто, прижимая чужие ладони к губам, выцеловывая каждый палец.

– Нашёл, наконец-то нашёл, – шепчет Эрбин, прижимая девушку к себе.

Диона, оказавшись прижата к сильной тёплой груди, такой знакомой и родной, не сдержавшись, начинает рыдать, закидывая руки парню на шею. Эрбин успокаивающе гладит девушку по голове, шепчет на ухо какие-то глупости и целует в макушку.

– Всё хорошо, – горячее дыхание опаляет Дионе ухо. – Теперь всё хорошо.

– Но, но как? Как ты здесь оказался? Вы же, ты! Что случилось после того как тебя поймали?

Эрбин качает головой.

– Не сейчас, – говорит он. – И не здесь. Приходи сегодня в полночь к конюшне. Я буду ждать.

Маг аккуратно отстраняет от себя девушку и тепло улыбнувшись, целует её в лоб. Диона кивает заторможенно, всхлипывая и совершенно не понимая спит она сейчас или это происходит в реальности. После того как Эрбин уходит, девушка ещё некоторое время смотрит ему вслед, пока небо не окрашивается охровым. Подобрав с земли корзину, Диона на негнущихся ногах заходит в пристройку, пытаясь успокоить вихрь мыслей в голове.

***

Улизнуть по-тихому получается с трудом. Диона ещё раз осматривается и сильнее натягивает капюшон плаща на лицо. Лёгким бегом, стараясь не попадать под лунные лучи, девушка добирается до конюшни. Людей нет, лишь сонное фырканье лошадей и шум листьев разносятся вместе с лёгким ночным ветром.

– Эрбин? – шепчет Диона в темноту ночи.

Со стороны сеновала слышится шорох. Диона вздрагивает, прикусывая губу чтобы не раскричаться, и отходит дальше в тень, надеясь остаться незамеченной.

– Ты пришла? – Эрбин выходит из здания.

Лунный свет освещает его фигуру, словно укрывая полупрозрачной вуалью. Одетый в простые штаны и рубаху с закатанными рукавами, что позволяет разглядеть каждый мускул на сильных руках, он подходит к Дионе ближе. Маг протягивает руку и аккуратно снимает чужой капюшон, касаясь волос. Перебирая прядь между пальцев он подносит её к лицу и выдает запах.

– Ты стала пахнуть по-другому, – говорит Эрбин.

– Это правда ты? – спрашивает Диона, не моргая смотря на мага, словно боится что от одного её движения веками он тут же растворится в воздухе. – Я же не сплю?

– Не спишь, – улыбается Эрбин, а в глазах появляется родной заборный огонёк.

Диона сдерживает в себе порыв разрыдаться. Она прикусывает губы и кивает.

– Пойдём, – Эрбин берёт Диону за руку. – Я приготовил тебе сюрприз.

В небольшой пристройке воздух сухой и пахнет чуть кислым сеном. Темноту прорезают серебристый луч света, просачивающийся из окошка, и маленькая свеча на глиняной тарелочке, огороженная небольшим каменным кольцом. Прямо на полу расправлен плед, в некоторых местах поеденный молью.

Изо рта вырывается удивлённый вздох. Диона осматривает приготовленный магом сюрприз, замечая корзинку с фруктами и полную флягу с водой.

– Что это? Зачем? – недоумевает Диона, переводя взгляд на мага.

Эрбин, тепло улыбаясь, пожимает плечами.

– Мы встретились спустя два года разлуки. Хотелось сделать этот момент особенным.

Диона улыбается в ответ, проходит и садится на плед. Тонкая ткань не защищает от холода, идущего от земли, а лунный свет и одинокая свеча не справляются с темнотой помещения, но Диона нравится созданная обстановка. Она смотрит на плохо освещённое лицо Эрбина и хлопает рядом с собой. Маг садится рядом, тут же обнимая девушку за талию.

– Я так скучала, – шепчет Диона, прижимаясь к тёплой мужской груди.

– Я тоже, – отвечает Эрбин, целуя девушку в висок.

– Я, я пыталась тебя найти. Спрашивала у всех, кто мог знать хоть что-то, но… От тебя не было никаких вестей и я думала… думала, что больше никогда тебя не увижу.

Диона прикусывает губу и трётся носом о чужую шею. Запах Эрбина, тёплый и мягкий, успокаивает. Маг тянется к корзинке, вынимая оттуда сияющее спелостью яблоко и разламывает его надвое. Сок брызжет в разные стороны и начинает стекать по рукам. Диона берёт половинку фрукта из рук Эрбина и вдыхает сладкий медовый аромат белой мякоти.

– Как сладко, – с улыбкой произносит она. – Где ты всё это достал?

– Немного обворовал кухню, – ухмыляется Эрбин.

– А если узнают? Тебя ведь накажут.

– Не волнуйся. Ну пробегусь пару кругов по плацу, не умру.

Маг протягивает руку, заправляя волосы девушки за ухо. Диона смотрит на него с долькой укоризны. Она знает, что за проступки наказывают намного сильнее, чем простой бег по плацу. Но Диона просто вздыхает, решая ничего не говорить. Она надкусывает яблоко. Приторно-сладкий сок начинает течь по пальцам. Без всякой доли элегантности Диона слизывает его языком и случайно замечает взгляд Эрбина. Потемневший и глубокий, из-под нахмуренных бровей. Диона хорошо знала этот взгляд и знала, что за ним следует.

Эрбин поддаётся вперёд. Целует резко, жадно, валя Диону на спину. Пальцы переплетаются, пачкаясь липким соком.

– Ах! Эрбин… – пытается что-то сказать Диона, но чужой горячий язык толкается глубже в рот, выбивая из лёгких воздух.

Эрбин одной рукой торопливо развязывает завязки платья, второй притягивает девушку за шею ближе к себе. Языком проводит по нёбу, касается кромки зубов, переплетается с языком Дионы. Ведьма стонет, прикусывает чужие губы и прижимается грудью к Эрбину. Платье, спущенное до колен, быстрым движением ноги оказывается откинуто в угол.

– Так, ах, так нечестно, – пыхтит Диона, жмуря глаза, когда поцелуи переходят на шею. – Почему только, мхм, я раздета?

Ведьмы чувствует кожей ухмылку Эрбина.

– Неужели так сильно хочется увидеть меня без одежды? – интересуется парень, зализывая укус на ключице.

Эрбин отстраняется. Потемневшее золото скользит по девичьему телу. Диона смотрит в ответ недовольно и нетерпеливо. Маг снова хмыкает и стягивает с себя рубаху. Натренированное, покрытое мелкими рубцами тело освещается лунным светом. Диона аккуратно касается смуглой, горячей кожи кончиками пальцев.

– Нравится? – склоняет голову в бок Эрбин.

– Нет, – дерзко отвечает Диона с вызовом в глазах смотря на мага.

– Врунья, – улыбается Эрбин.

Они снова целуются. Диона гладит парня по рукам и закидывает руки ему на плечи. Гладит шею, зарываясь в волосы, а второй рукой гладит спину. Под пальцами чувствуется шероховатость огрубевшей кожи.

– Что это? – прерывая поцелуй, спрашивает Диона.

Эрбин хмурится и дёргает уголком губ. Он садится и разворачивается к девушке спиной. На ней, чуть ниже шеи, между лопаток, красный шрам от клейма. Витиеватый узор, состоящий из линий, треугольников и кругов, в некоторых местах побелевший, уродует мужскую спину. Диона касается пальцами изувеченной кожи, так осторожно, будто любое неверное движение и зажившая рана снова начнёт кровоточить.

– Кто это сделал? – спрашивает Диона.

Эрбин пожимает плечами.

– Я не знаю его имени. Один из множества солдат тренировочного лагеря, куда меня привезли два года назад. Они клеймили всех магов. Сказали, это что-то вроде печати, которая будет сдерживать магию и без кандалов.

Эрбин несколько раз щёлкнул пальцами, от которых в разные стороны разлетелись тусклые искры.

– Не обманули, – констатировал он надломленным голосом.

– Но почему тогда нас не клеймили? – спрашивает Диона смотря на кандалы на своих запястьях.

– Разная природа магии, – отвечает Эрбин, пожимая плечами. – Слышал, королевские учёные думают над способом, который полностью лишит ведьм магии, но пока безрезультатно.

Диона съёживается от слов мага. Она смотрит на оковы, опоясывающие её запястья, и пытается вспомнить каково это, пользоваться магией. Ощущать как она течёт по телу, словно вторая кровь.

– Ты не пыталась их снять? – спрашивает Эрбин, беря руки девушки в свои.

– Конечно пыталась. Все пытались, но они сидят так плотно, что даже если ты отрежешь себе палец, всё равно не снимешь. Да и такие толстые… Пили всю ночь, даже до середины не дойдёшь.

Зло фыркнув, Диона снова ложится на плед.

– Не собираешься продолжать? Ночь не длиться вечно.

Эрбин хитро улыбается и поддаётся вперёд накрывая губы девушки своими. Воздух в помещении начинает медленно накаляться. Вздохи, шелест одежды, звон цепи и звуки поцелуев заполняют пространство. Диона прикусывает губу, боясь вскрикнуть, когда губы Эрбина накрывают вставший сосок. По телу проходит дрожь. Маг мнёт одну грудь между пальцами, вторую лаская языком. Диона стонет, подаваясь бёдрами вперёд и чувствуя возбуждение парня. Низ живота ноет и требует внимания. Горячие руки Эрбина блуждают по телу, обжигая кожу прикосновениями.

– Эр… Эрбин! Ах, – простанывает Диона, кусая палец, чтобы сдержать вскрик полный удовольствия.

Эрбин забрасывает ноги девушки себе на плечи, проводя цепочку поцелуев вдоль стопы, пока проворные пальцы опускаются ниже. Диона вздрагивает всем телом, когда Эрбин начинает двигаться внутри. Пальцы на ногах поджимаются. Диона сжимает в кулаке ткань пледа. Холодные кандалы касаются голого разгорячённого тела, заставляя толпу мурашек пройтись от бёдер до шеи.

– Пожа..! Пожалуйста, Эрбин! – просит Диона, притягивая к себе лицо парня.

– Пожалуйста, что? – издевательски переспрашивает маг, начиная двигать пальцами быстрее.

Вместо ответа Диона поддаётся вперёд, мстительно кусая нижнюю губу Эрбина.

– Хорошо, понял, – смеётся парень. – Какая нетерпеливая.

Маг вынимает пальцы, пододвигает Диону за бёдра ближе и входит, сразу набирая быстрый темп. Девушка вскрикивает, тут же зажимая себе рот и начиная стонать в ладонь. Не переставая двигаться Эрбин наклоняется, целует висок, скулу, щёку, убирает ладонь, сразу же переплетая пальцы, и накрывает губы девушки своими. Поцелуй медленный и глубокий, полностью противоположный резким движениям внизу. Диона теряется в ощущениях, стонет в чужой рот, цепляясь за мага и царапая ногтями его плечи. Наслаждение внизу живота нарастает всё сильней и на пике ведьма прижимается к Эрбину сильней, изгибаясь всем телом. Бёдра, что обвивают талию мага напрягаются и начинают мелко дрожать. Эрбин толкается ещё пару раз и выходит, изливаясь девушке на живот. Тяжело дыша, он ложится на бок и заключает Диону в объятья.

Они лежат в тишине несколько минут. Дыхание приходит в норму, а сквозняк, гуляющий по полу, заставляет поёжиться и прижаться друг к другу сильнее. Диона поднимает голову и произносит, вглядываясь в глубину золотых глаз возлюбленного.

– Я люблю тебя.

Эрбин не отвечает, лишь заправляет прядь волос ведьме за ухо и наклоняется, даря новый поцелуй.

Глава 32. Рассвет

Звонкие удары бубна пробиваются сквозь переливчатый задорный мотив лютни и волынки. Музыканты, полностью забывшиеся в мелодии собственного исполнения, пританцовывают на месте и подпевают барду, что поёт уже двенадцатую по счёту песню. Гости скачут по залу, раскрасневшиеся от выпивки и танцев. Хохот пьяной аристократии разносится по всему помещению. Пол залит вином, а под столами скопились горки обглоданных утиных ножек.

Диона стоит в самом углу зала, за колонной, куда не попадёт свет даже если собрать свечи со всего замка. Прислуги опять не хватило, поэтому мадам Нильсен, скривив недовольное лицо, приказала нескольким служанкам-ведьмам присутствовать на празднике, но “сильно не светить лицом”.

Рождение принцессы Павлены празднуется с особым размахом, которым не отличились даже свадебная церемония и коронация. Кэлвард держит новорождённую дочь, совершенно не слушая нескончаемый поток поздравлений от собравшейся в зале знати. Стоящей рядом Теофане приходится отвечать на поздравления, выжимая из себя вежливую улыбку. Когда очередной барон уходит наслаждаться едой и выпивкой, она толкает мужа локтём в бок и коситься на него, собираясь высказать всё недовольство, но застывает с приоткрытым ртом, а затем умилённо улыбается.

Кэлвард, не отводя от дочери влюблённого взгляда, шепчет ей что-то, ласково гладя пальцем по мягкой щеке. Малышка, несмотря на оглушающий шум вокруг, не просыпается, наоборот, лишь причмокивает сонно, жмёт кулачки и куксится во сне. Король издаёт толи писк, толи задушенный всхлип.

Диона смотрит на семейную идиллию, ощущая, как внутри колючей крапивой всё обожгла зависть.

“ – У меня всё могло быть так же”, – думает девушка. Сердце болит, но взгляда от счастливой семейной пары Диона не отрывает, будто наказывая саму себя.

С момента воссоединения с Эрбином прошло всего несколько недель. Влюблённые встречались каждый день под пологом ночи, что оберегала два увлечённых сердца от посторонних глаз. Диона не могла поверить своему счастью и всё ждала подвоха, не отпуская руки Эрбина до восхода солнца.

Затылок жжёт от чьего-то взгляда. Девушка оборачивается, встречаясь глазами с главнокомандующим. Ларес смотрит пристально, оценивающе. В обжигающем льду его глаз отблеск желания.

Диона чувствует, как по рукам проходятся мурашки. Она подавляет желание дёрнуться, сбросить с себя чужой липкий взгляд. Диона отворачивается и, устремив взгляд в пол, заходит ещё дальше в темноту колонны, закрывает глаза и начинает считать минуты до конца мероприятия.

***

Празднование заканчивается почти под самое утро. Солнце ещё не показалось на горизонте, но тёмное небо уже начинает светлеть. Диона идёт по коридору в сторону кухни. Нести тяжёлую грязную посуду трудно и железные кандалы лишь ещё сильнее тянут вниз, заставляя руки дрожать. Длинная цепь бьётся о колени, оставляя на нежной коже синяки.

– Эй, ты, ведьма! – окрикивает голос позади.

Диона оборачивается. Ларес идёт к ней размашистым шагом, с противной ухмылкой на лице. В груди у девушки расправляет свои крылья тревога. Страх сжимает сердце. Тарелки в руках начинают трястись уже не от тяжести. Ларес подходит слишком близко. Диона чувствует его дыхание на волосах, а затем мужчина наклоняется ещё ближе, обжигая ухо горячим дыханием.

– Как только закончишь с уборкой, приходи в мои покои. И только попробуй не явиться.

Мужчина отстраняется, удовлетворённо хмыкает и уходит. А Диона остаётся стоять на месте, чувствуя, как трясутся колени и на глазах выступают слёзы. Продолжив свой путь до кухни, она обдумывает все возможные причины и отговорки чтобы не идти, но разум твердит, что, если она ослушается наказание будет суровым. Поэтому, когда все работы были окончены, Диона подходит к комнате главнокомандующего. Не решаясь войти, она топчется у двери, перебирая пальцы. Страх такой сильный, что мешает дышать, а в голове только мысли о побеге.

Диона поднимает трясущуюся руку и пару раз стучит в дверь. На той стороне слышатся неторопливые шаги. Дверь открывается, но девушка взгляд не поднимает. Над головой хмыкают, а затем Ларес берёт девушку за руку и затаскивает в комнату. Помещение укрыто полумраком, тёмные шторы закрывают половину окна, и освещает покои только несколько свечей на письменном столе. Огромная кровать занимает половину комнаты. Диона старается на неё не смотреть.

– Ты же поняла зачем я тебя сюда позвал? – спокойный голос Лареса пускает мурашки по телу. Мужчина подходит к зеркалу и начинает самовлюблённо разглядывать своё отражение, поправляя, итак идеально лежащие, волосы. – Так что давай обойдёмся без прелюдий.

– Что?! – Диона поднимает глаза, обращая полный страха взгляд на мужчину.

Ларес развязывает завязки на своей рубахе, доходя ближе.

– Только не говори, что до тебя не дошло зачем я тебя сюда позвал, – говорит он раздражённо. – Будешь и дальше продолжать строить из себя непорочную? Наверняка уже перепихнулась со всей солдатнёй, как остальные девки.

– О чём вы? Я не понимаю! Что вы хотите…

Мужчина грубо хватает девушку за руку, притягивая к себе.

– Не строй из себя дурочку, – шипит он Дионе в лицо. – Потерпишь немного, получим оба удовольствие и можешь катится на все четыре стороны.

– Нет! Зачем? Не надо! Пожалуйста, пожалуйста не надо!

Диона начинает вырываться из крепкой мужской хватки, гремя цепью. Слёзы застилают обзор. Ведьма всхлипывает, мотает головой и всё просит отпустить её. Ларес раздражённо рычит и толкает девушку на стол. Диона падает и, не успев затормозить, рассекает губы об железный канделябр. Острая боль молнией пронзает кожу. Диона машинально слизывает выступившую кровь. Губы начинает щипать, на языке оседает тяжёлый металлический привкус. Ларес грубо хватает Диону за щёки, разворачивая её лицо к себе.

– Ты специально испортила себе лицо? – говорит он брезгливо. – Ну ничего, сзади ты тоже довольна хороша.

Мужчина тащит ведьму к кровати и роняет на жёсткий матрац лицом вниз, придавливая своим телом сверху. Диона чувствует, как чужое возбуждение упирается ей в бедро. Становится мерзко, к горлу подкатывает комок. Дионе кажется, что её сейчас вырвет.

Ларес задирает подол девичьего платья. Горячие ладони начинают бродить по телу. Захлёбываясь плачем, Диона дёргается, пытаясь отпрянуть от неприятных прикосновений.

– Лежи смирно, – рычит Ларес, прижимая дрожащее тело девушки к кровати. – Не дёргайся и это закончится быстро.

Диона послушно замирает, стараясь лишний раз не шуметь. Раздаётся звук плевка. Ларес хватает ведьму за волосы, больно оттягивая пряди, и входит одним резким движением до упора. Диона вскрикивает. Боль пронзает всё тело. Мужчина начинает двигаться резко, размашисто, не контролируя свою силу. Слёзы льются градом. Диона прикусывает зубами одеяло, мычит в ткань, пачкая её слюной. Звуки шлепков разносятся по комнате, вливаясь в уши ядом.

Диона не знает сколько прошло времени. Боль притупилась и лишь мерзкое ощущение собственной нечистоты окутало всё тело. Не чувствуя ничего ниже пояса, Диона смотрит на робкий рассвет, пробивающийся сквозь щель неплотно закрытых штор. И этот рассвет она уже ненавидит. Слёзы на щеках высыхают, рана на губе начинает покрываться корочкой. Диона лежит бездушной куклой и просто ждёт, когда мужчина закончит. И, наконец, Ларес низко стонет, выходя из девушки. Диона чувствует, как на её бёдра изливается густое и горячее. Ведьму передёргивает всем телом.

Ларес падает на кровать рядом.

– Вот видишь, всего-то надо было потерпеть, – говорит он расслабленным довольным голосом. – А теперь выметайся.

Диона поднимает себя трясущимися руками и встаёт на не менее дрожащие ноги. Идти больно. По бедру стекает сперма и кровь. Слёзы снова подступают, губы начинают дрожать, но Диона сдерживает порыв разрыдаться, боясь разозлить Лареса. Она выходит из комнаты и, опираясь на стену, медленно идёт по коридору. Шаги даются тяжело. В ушах до сих пор стоит звук шлепков тел друг о друга. Проходящие мимо слуги смотрят с презрением и брезгливостью. Путь до комнаты Диона помнит, как в тумане. Оказавшись в своей спальне, она сползает по двери вниз на холодный каменный пол. Эмоции берут вверх и Диона рыдает, притянув колени к груди и сжавшись в маленький комок. Бэйла, занявшая освободившуюся кровать, смотрит на соседку перепуганным взглядом, спрашивает, что случилось, но так и не дожидается ответа. Она просто приносит Дионе стакан воды, оставляя его около не прекращающей плакать девушки. Диона плачет так долго, что в конце не остаётся ни слёз, ни эмоций, ни каких-либо сил. Заснув от изнеможения на полу, вечером она просыпается на своей кровати. Бэйлы в комнате нет. Диона с трудом поднимается на трясущихся ногах, берёт со стола маленький кухонных ножик и подходит к ушату с водой, стоящему на табурете. В чистую воду падает несколько капель крови.