290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Белый дирижабль на синем море (СИ) » Текст книги (страница 13)
Белый дирижабль на синем море (СИ)
  • Текст добавлен: 7 декабря 2019, 04:00

Текст книги "Белый дирижабль на синем море (СИ)"


Автор книги: Рина Лесникова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

– Ани, – Николь испуганно посмотрела на умудренную опытом подругу, – а вдруг у него это несерьезно?

– Несерьезно? Да все его разговоры только о тебе, его глаз следят только за тобой. Я, конечно, знаю Макса не достаточно долго, но Алекс говорит, что в последнее время Макс больше похож, ты уж прости, но так говорит Алекс, так вот, он говорит, что Макс похож на идиота.

– Да? Макс говорит то же самое про Сашу.

Подруги весело рассмеялись.

– Девочки? Над чем смеетесь? – спросил зашедший в комнату Александр.

– Ай, ну над чем могут смеяться девушки! – махнула рукой Анита.

– Понятно, над нами, идиотами, – глубокомысленно заключил он, чем вызвал очередной неконтролируемый приступ смеха.

– Что, надо мной смеетесь? – к веселой компании присоединился Макс, с подозрением отмечая, как к смеющимся девушкам присоединился Александр. – Так смешон?

– Не больше, чем обычно, – успокоил его брат.

– Обед готов, идите накрывайте на стол! – сообщил Макс и вышел из комнаты Саши и Аниты.

– Обиделся? – испугалась Николь.

– Если бы обиделся, не стал бы нас кормить, – глубокомысленно заметил Александр. – Пойдемте же скорее, моей невесте нельзя пропускать такое важное мероприятие! – он подхватил обеих девушек за талию и повел их на кухню.

За обедом Николь с надеждой и опаской ждала, когда же Макс заговорит про свое предложение. Но разговор вился вокруг посторонних вещей. О том, что по команде объявили готовность номер один, и в любой момент можно ждать вызова, о том, что это может внести коррективы в планы Саши и Аниты. И совсем ничего о том, что волновало больше всего.

– Вы готовили, мы убираем, все честно, – объявила Анита и вытолкала Николь и Макса с террасы, где проходил обед. – Идите, муниципалитет работает до пяти, еще успеете!

– Муниципалитет? – удивилась Николь, оказавшись за закрытой дверью.

– Ну да, заявления на заключение брака подаются в муниципалитете. Ты согласна? – Макс оказался вдруг необычайно близко, осторожно положил ладони ей на предплечья, а, не встретив сопротивления, прижал к груди. – Ники, любимая, ты ведь согласна?

Любимая, Макс сказал любимая. Как же хорошо, что можно спрятать лицо на груди и кивнуть головой, смущенно пряча взгляд.

Скрипнула открывающаяся дверь и ударила Макса по спине, он захлопнул ее досадным пинком.

– Они еще здесь! – послышался голос Александра. – Целуются!

– Дело молодое, пусть целуются, – успокоила его Анита.

– Я тоже хочу!

За дверью что-то звякнуло, потом наступила подозрительная тишина.

– Он на нас наговаривает, мы еще даже не начали целоваться! – шепнул Макс, осторожно взял лицо Николь в ладони и стал медленно склоняться.

И опять мир перестал существовать. Губы коснулись губ. В голове ликовали серебряные колокольчики. Как можно было так долго находиться рядом и не прикасаться друг к другу? Не зарываться в волосы? Не ощущать на спине больших шершавых ладоней? Не…

– Лекс может не одобрить, если мы не остановимся, – прервался Макс. – И, вообще, у нас важное дело!

– Какое? – неужели можно так поглупеть от одного, ну ладно, пусть не одного, а нескольких поцелуев?

Макс отошел на шаг, встал на одно колено и произнес:

– Николь, я люблю тебя, и не могу находиться без тебя ни единого мгновения. Выходи за меня замуж!

– Ну что ты прямо как в сказке, – накатило такое смущение, как будто она и правда была сказочной принцессой из сказочного замка.

– Я и есть в сказке. Николь, ты не ответила.

– Да, я согласна.

– Ура!

Макс подхватил девушку на руки, прокричал закрытой двери: «Сашка, она согласна!» и умчался наверх.

– Скорее, скорее, вдруг муниципалитет закроют раньше!

Собирались в спешке, как будто сегодня был последний день подачи заявлений. Расчесывалась Николь уже в машине. В муниципалитете они нашли отдел регистрации браков, взяли бланки заявлений, заполнили их. При помощи волшебной шоколадки и не иссякающего красноречия Макс сумел убедить усталую женщину, что их случай особенный и сочетаться браком нужно как можно скорее. Чиновница внимательно оглядела абсолютно плоский живот Николь, являющийся причиной спешки большинства пар, но не удержалась перед напором жениха и «изыскала окно» в плотном графике бракосочетаний.

– Успеем еще за кольцами! – удовлетворенно сообщил Макс при выходе. – А платье. Можно без меня, а? – жалобно спросил он. – Анита и мама будут более дельными советчиками.

Кольца, платье. И всего через три дня они станут мужем и женой. Голова шла кругом, словно еще не отошла от поцелуя.

– Макс, а не слишком ли мы спешим?

– Нет, что ты?! Три дня – это очень большой срок!

Дома на них набросились с поздравлениями и совсем смутили Николь. Лилианна и Анита живо принялись перебирать магазины, в которые завтра необходимо «заскочить». Мужчинам было позволено выбрать кафе, в котором предстояло отметить предстоящее событие. По общему согласию решили отметить свадьбу в узком семейном кругу. Привлекать лишнее внимание не стоило.

Жаль, что с ними не будет мамы. Как там она? Ведь мужчины и не скрывали: что-то намечается. На границе или в самом Либерстэне. Впрочем, если они сочтут ее помощь нужной, то обязательно обратятся.

Привычных посиделок после ужина не получилось. Джеймс, извинившись, сообщил, что у него дела и закрылся в кабинете, Лилианне позвонила подруга, и женщина, ахая и охая в трубку, удалилась. Александр и Анита даже не стали искать оправданий, просто обнялись и скрылись, не замечая ничего и никого вокруг.

– День был тяжелый, пора отдохнуть, – поднялась со стула Николь.

Неизвестно отчего, но именно сейчас в компании Макса находиться было более неловко, чем даже в первые моменты знакомства. Вдруг он догадывается, о чем она думает и чего хочет? А если догадывается, это хорошо или плохо?

– Отдохнуть? Пойдем отдыхать, я согласен! – Макс словно не заметил заминки, подхватил невесту, да-да, самую настоящую невесту на руки и понес ее наверх.

– Макс, что о нас подумают!

– Хм, что о нас подумают? А что мы думаем о Лексе и Ани?

– Ты думаешь? – спросила Николь и сама улыбнулась содержательности их разговора.

– Сейчас я думаю не о них, а только о тебе, – шепнул он, исхитряясь открыть дверь своей комнаты одной рукой. – Ты не возражаешь?

Ну вот, опять он повернул все так, что все доводы, которые готовила Николь, забылись, как и стеснение, настойчивым котенком скребущееся где-то глубоко внутри. И ведь подождать-то нужно было всего три дня. Вернее, три ночи. Но зачем? Зачем вырывать из жизни целых три волшебных ночи? Нетерпеливый поцелуй рассеял несущественные доводы и прогнал прочь стеснение. Сегодня Макс был терпелив и нежен. Возносил Николь на волнах блаженства, пил ее стоны и неистово рычал в ответ.

– Ники, любимая, с тобой я схожу с ума. Ты украла мои разум и сердце, маленькая колдунья! Я никогда не смогу тобой насытиться. Я знаю, мне нужна ты и только ты!

И ни один из них не догадывался, что бессознательные импульсы, посылаемые Николь в магическую матрицу Макса, связывают их прочнее стальных канатов.

ГЛАВА 12

– Замечательно выглядишь, – стоящий в дверях Александр скептически оглядывал открывшуюся картину: раскрасневшаяся Николь, режущая овощи, и довольный Макс в трусах и мамином фартуке с веселенькими подсолнухами.

– Я знаю, – самодовольно ответил тот.

А Николь засмущалась и принялась путанно объяснять, что они пришли на завтрак сразу после осмотра. «Да, кстати, матрица Макса полностью восстановилась!», потом после завтрака сразу решили начать готовить обед и… вот.

– Моя маленькая сестренка, – Саша покровительственно обнял сестру, за что получил обжигающе ревнивый взгляд Макса, – ты счастлива?

Кажется, даже шипящее на сковородке мясо перестало издавать какие-либо звуки. Или это Макс снял сковороду с огня? А Николь глянула сияющими глазами на брата, широко улыбнулась и промолчала.

– Все ясно, – Александр стащил кусочек прямо со сковороды, подул на него, положил в рот, прожевал, а потом, как ни в чем не бывало, продолжил: – А мы ездили в клинику, становились на учет, подали заявление.

– Все нормально? – Николь была благодарна брату, что он не полез раньше времени в те отношения, что стали складываться между нею и Максом.

– Да, все прекрасно. И с малышом, – как он нежно произнес это слово, – и с узакониванием отношений. Свадьбу решили устраивать без размаха, но быстрее.

– Николь, выходи за меня замуж! – прервал разглагольствования счастливого жениха Макс.

– Ай! – из порезанного пальца побежала кровь.

– Ники! Прости, прости, прости меня! Я опять виноват!

– Ничего, – успокоила Николь, – я сама порезалась.

– Ну ты, брат, даешь! Даже я не ожидал от тебя такого! – Александр нашел аптечку и принялся умело обрабатывать порез.

– А ты и не дождешься, – отмахнулся Макс. – Ну так что, Николь, не позволим твоему братцу жениться раньше меня?

– Это кто не позволит Алексу жениться? – в дверях стояла Анита и улыбалась. Улыбалась так, как это делают только беременные женщины – не тем, кто находится рядом, а внутрь себя. – Ох, что здесь произошло? – она отодвинула Алекса и принялась обрабатывать рану сама.

– Макс сделал предложение Николь, – неужели в голосе Саши прозвучала ревность?

– С ножом в руках? – Анита изобразила ужас. – Да, кстати, Макс, неплохой вид для подобных мероприятий, – она тоже оценила необычный наряд будущего деверя. – Ну ладно, мальчики, вы и без нас справитесь, а у нас – ранение! – и быстро утащила Николь из кухни.

– Ну что, рассказывай! – невеста брата не дала даже опомниться.

– А что рассказывать? Ты сама слышала, – смущенно произнесла Николь.

– Я. Ничего. Не слышала, – с самым серьезным видом заверили ее. – Ни сегодня, ни вчера!

– Что, слишком громко было, да?

– Я же говорю, что ничего не слышала, – продолжала настаивать Анита. – А потому ты сейчас расскажешь мне все с самого начала!

– А что рассказывать? Все происходило на твоих глазах. Я и сама не заметила, как… Знаешь, Макс он такой, такой. Как Саша, только Макс!

– Как Саша? Тогда я тебя понимаю, – улыбнулась понятному объяснению подруга. – А потом, что было потом?

– Когда Револ кинул в него магическим сгустком?

– Ну, и тогда тоже.

– Понимаешь, мне показалось, что кинули в меня, что это из меня выходит жизнь! Как будто она у нас одна на двоих. И я не знаю, как получилось, но… Я сошла с ума, Ани! – Николь смущенно прикрыла лицо руками.

– Можно сказать и так, но заявляю тебе ответственно, этому сумасшествию есть еще одно название: ты влюбилась!

– Да? Но как же прошлое? То, что было?

– Прошлое потому и прошлое, что прошло! Позволь ему там и оставаться, – убеждала Анита. – Смотри в будущее, Николь! Знаешь, ведь у меня тоже были расставания и разочарования. Сейчас я даже готова говорить о них без боли и сожаления. Все прошло, когда у меня появился Алекс! Алекс и наш малыш. Я их так люблю, что готова полюбить вместе с ними весь свет!

– Ани, – Николь испуганно посмотрела на умудренную опытом подругу, – а вдруг у него это несерьезно?

– Несерьезно? Да все его разговоры только о тебе, его глаз следят только за тобой. Я, конечно, знаю Макса не достаточно долго, но Алекс говорит, что в последнее время Макс больше похож, ты уж прости, но так говорит Алекс, так вот, он говорит, что Макс похож на идиота.

– Да? Макс говорит то же самое про Сашу.

Подруги весело рассмеялись.

– Девочки? Над чем смеетесь? – спросил зашедший в комнату Александр.

– Ай, ну над чем могут смеяться девушки! – махнула рукой Анита.

– Понятно, над нами, идиотами, – глубокомысленно заключил он, чем вызвал очередной неконтролируемый приступ смеха.

– Что, надо мной смеетесь? – к веселой компании присоединился Макс, с подозрением отмечая, как к смеющимся девушкам присоединился Александр. – Так смешон?

– Не больше, чем обычно, – успокоил его брат.

– Обед готов, идите накрывайте на стол! – сообщил Макс и вышел из комнаты Саши и Аниты.

– Обиделся? – испугалась Николь.

– Если бы обиделся, не стал бы нас кормить, – глубокомысленно заметил Александр. – Пойдемте же скорее, моей невесте нельзя пропускать такое важное мероприятие! – он подхватил обеих девушек за талию и повел их на кухню.

За обедом Николь с надеждой и опаской ждала, когда же Макс заговорит про свое предложение. Но разговор вился вокруг посторонних вещей. О том, что по команде объявили готовность номер один, и в любой момент можно ждать вызова, о том, что это может внести коррективы в планы Саши и Аниты. И совсем ничего о том, что волновало больше всего.

– Вы готовили, мы убираем, все честно, – объявила Анита и вытолкала Николь и Макса с террасы, где проходил обед. – Идите, муниципалитет работает до пяти, еще успеете!

– Муниципалитет? – удивилась Николь, оказавшись за закрытой дверью.

– Ну да, заявления на заключение брака подаются в муниципалитете. Ты согласна? – Макс оказался вдруг необычайно близко, осторожно положил ладони ей на предплечья, а, не встретив сопротивления, прижал к груди. – Ники, любимая, ты ведь согласна?

Любимая, Макс сказал любимая. Как же хорошо, что можно спрятать лицо на груди и кивнуть головой, смущенно пряча взгляд.

Скрипнула открывающаяся дверь и ударила Макса по спине, он захлопнул ее досадным пинком.

– Они еще здесь! – послышался голос Александра. – Целуются!

– Дело молодое, пусть целуются, – успокоила его Анита.

– Я тоже хочу!

За дверью что-то звякнуло, потом наступила подозрительная тишина.

– Он на нас наговаривает, мы еще даже не начали целоваться! – шепнул Макс, осторожно взял лицо Николь в ладони и стал медленно склоняться.

И опять мир перестал существовать. Губы коснулись губ. В голове ликовали серебряные колокольчики. Как можно было так долго находиться рядом и не прикасаться друг к другу? Не зарываться в волосы? Не ощущать на спине больших шершавых ладоней? Не…

– Лекс может не одобрить, если мы не остановимся, – прервался Макс. – И, вообще, у нас важное дело!

– Какое? – неужели можно так поглупеть от одного, ну ладно, пусть не одного, а нескольких поцелуев?

Макс отошел на шаг, встал на одно колено и произнес:

– Николь, я люблю тебя, и не могу находиться без тебя ни единого мгновения. Выходи за меня замуж!

– Ну что ты прямо как в сказке, – накатило такое смущение, как будто она и правда была сказочной принцессой из сказочного замка.

– Я и есть в сказке. Николь, ты не ответила.

– Да, я согласна.

– Ура!

Макс подхватил девушку на руки, прокричал закрытой двери: «Сашка, она согласна!» и умчался наверх.

– Скорее, скорее, вдруг муниципалитет закроют раньше!

Собирались в спешке, как будто сегодня был последний день подачи заявлений. Расчесывалась Николь уже в машине. В муниципалитете они нашли отдел регистрации браков, взяли бланки заявлений, заполнили их. При помощи волшебной шоколадки и не иссякающего красноречия Макс сумел убедить усталую женщину, что их случай особенный и сочетаться браком нужно как можно скорее. Чиновница внимательно оглядела абсолютно плоский живот Николь, являющийся причиной спешки большинства пар, но не удержалась перед напором жениха и «изыскала окно» в плотном графике бракосочетаний.

– Успеем еще за кольцами! – удовлетворенно сообщил Макс при выходе. – А платье. Можно без меня, а? – жалобно спросил он. – Анита и мама будут более дельными советчиками.

Кольца, платье. И всего через три дня они станут мужем и женой. Голова шла кругом, словно еще не отошла от поцелуя.

– Макс, а не слишком ли мы спешим?

– Нет, что ты?! Три дня – это очень большой срок!

Дома на них набросились с поздравлениями и совсем смутили Николь. Лилианна и Анита живо принялись перебирать магазины, в которые завтра необходимо «заскочить». Мужчинам было позволено выбрать кафе, в котором предстояло отметить предстоящее событие. По общему согласию решили отметить свадьбу в узком семейном кругу. Привлекать лишнее внимание не стоило.

Жаль, что с ними не будет мамы. Как там она? Ведь мужчины и не скрывали: что-то намечается. На границе или в самом Либерстэне. Впрочем, если они сочтут ее помощь нужной, то обязательно обратятся.

Привычных посиделок после ужина не получилось. Джеймс, извинившись, сообщил, что у него дела и закрылся в кабинете, Лилианне позвонила подруга, и женщина, ахая и охая в трубку, удалилась. Александр и Анита даже не стали искать оправданий, просто обнялись и скрылись, не замечая ничего и никого вокруг.

– День был тяжелый, пора отдохнуть, – поднялась со стула Николь.

Неизвестно отчего, но именно сейчас в компании Макса находиться было более неловко, чем даже в первые моменты знакомства. Вдруг он догадывается, о чем она думает и чего хочет? А если догадывается, это хорошо или плохо?

– Отдохнуть? Пойдем отдыхать, я согласен! – Макс словно не заметил заминки, подхватил невесту, да-да, самую настоящую невесту на руки и понес ее наверх.

– Макс, что о нас подумают!

– Хм, что о нас подумают? А что мы думаем о Лексе и Ани?

– Ты думаешь? – спросила Николь и сама улыбнулась содержательности их разговора.

– Сейчас я думаю не о них, а только о тебе, – шепнул он, исхитряясь открыть дверь своей комнаты одной рукой. – Ты не возражаешь?

Ну вот, опять он повернул все так, что все доводы, которые готовила Николь, забылись, как и стеснение, настойчивым котенком скребущееся где-то глубоко внутри. И ведь подождать-то нужно было всего три дня. Вернее, три ночи. Но зачем? Зачем вырывать из жизни целых три волшебных ночи? Нетерпеливый поцелуй рассеял несущественные доводы и прогнал прочь стеснение. Сегодня Макс был терпелив и нежен. Возносил Николь на волнах блаженства, пил ее стоны и неистово рычал в ответ.

– Ники, любимая, с тобой я схожу с ума. Ты украла мои разум и сердце, маленькая колдунья! Я никогда не смогу тобой насытиться. Я знаю, мне нужна ты и только ты!

И ни один из них не догадывался, что бессознательные импульсы, посылаемые Николь в магическую матрицу Макса, связывают их прочнее стальных канатов.

ГЛАВА 12

Заснули они только под утро. Казалось, Николь только смежила веки, как раздался стук в дверь. Макс легко коснулся губами виска: «Спи любимая, еще рано!», и пошел открывать. Да, да, еще можно поспать, и она опять ушла в сновидения.

– Ники, Ники, – Макс ласково гладил ее по плечу, – мне нужно срочно уезжать.

– Что? – сон слетел мгновенно. – Куда уезжать? А как же?..

– Любимая, свадьба остается в силе. Но, пойми, приказ есть приказ. Я вернусь. К моему приезду найди себе самый сногсшибательный наряд. Оставляю с тобой свое сердце и банковскую карту.

Уезжал не только Макс. Все трое мужчин были уже собраны и необычайно серьезны. Саша шептал что-то на ушко Аните и ласково гладил ее живот. Джеймс поправлял прядки в прическе жены, а Макс, Макс так прижал к себе Николь, что, казалось, разлучить их не будет никакой возможности. Но с дороги раздался гудок машины, и все трое мужчин ушли. Очень хотелось плакать. Вот и Анита подозрительно шмыгает носом. Не хватало еще разреветься всем троим.

– Они вернуться, они всегда возвращаются, – сдавленно произнесла Лилианна. – Сколько я уже их провожаю вот так. Сначала Джеймса, теперь всех троих.

– И каждый раз так тяжело?

– Да, каждый. Но так надо. А сейчас можно еще отдохнуть. Или завтрак?

– Заснуть не получится, – призналась Анита, – а малыш хочет есть!

– Пойдемте его кормить! – Лилианна обняла обеих девушек, и они прошли на кухню. Осенняя утренняя прохлада прервала уютные посиделки на террасе.

Как и было запланировано, все трое отправились с утра по магазинам. Продавцы, узнав, что требуются платья сразу двум невестам и одной маме женихов всполошились и бегали с утроенной энергией, украдкой переглядываясь между собой и гадая, почему же все три женщины так грустны и встревожены. Наконец, наряды были выбраны, можно отправляться в опустевший дом.

– Лилианна, как же вы это выносили одна? – спросила Анита в попытке развеять давящую тишину.

– В последнее время Джеймс не выезжал на задания сам. Вдвоем, конечно, легче, но…

Ясно, сколько бы родных ни уехало, и сколько бы их не осталось ждать, тревожная тяжесть ожидания всегда давит на плечи каждого.

После обеда Николь принялась за книгу, которую ей дал доктор Геращенко. Как он сказал? «Сначала прочитай, выпиши все вопросы, потом будем разбирать». Как оказалось, объем вопросов едва ли не превосходил объем самой книги. К счастью, Анита посоветовала воспользоваться компьютерной сетью, чтобы там искать непонятные слова. Это отсеяло четверть вопросов. А как быть с остальными? По телефону все расспросить невозможно. Придется договариваться о личной встрече. Решено. Дочитает книгу до конца, а потом еще раз, и позвонит дяде Пете. Было бы приятно встретиться со старым ворчуном.

Доктор Геращенко позвонил сам наутро после беспокойной ночи, проведенной в одинокой постели. Как можно было привыкнуть всего за одну ночь?

– Да, дядя Петя, я тоже рада вас слышать и сама хотела связаться. … Что? Требуется помощь? Дядя Петя! Что-то случилось?! … Не телефонный? Я понимаю. … Да, конечно, буду готова.

Доктор сказал, что требуется ее присутствие. Машина заедет через час. Время пошло.

Николь заметалась по комнате, не зная, с чего же начать сборы. Потом вспомнила, как это делал Макс, и заставила себя успокоиться. Принять душ, убрать волосы, одеться в пусть не форменную, но удобную одежду – джинсы, майка, рубаха и, если будет прохладно, приготовить куртку. А теперь завтракать.

На кухне уже хлопотала Лилианна. Как же нехорошо получилось, нужно было сначала сообщить ей!

– Лилианна, меня вызвали. Вызвала Служба, – коротко ответила она на невысказанный вопрос. – Заедут через… – она глянула на часы, – тридцать минут.

– Николь, – женщина испуганно вскинула глаза, – это точно Служба?

– Что вы хотите сказать? – холодом окатило осознание: а вдруг?.. – Но как же?

– Мы должны быть готовы ко всему. Думаю, случай экстренный, – и Лилианна взялась за телефон. – Алло, Джеймс? Да, не терпит отлагательства. Николь позвонили и сказали, что вызывают. Да. Хорошо. У вас все нормально?! За тобой заедет знакомый тебе человек, – это она сказала уже Николь.

И вот опять три женщины стоят во дворе. На этот раз провожают Николь. Ей помогли собрать «тревожный чемоданчик», на самом деле оказавшийся одним из вещмешков, во множестве имевшихся в доме, где жили трое мужчин, периодически выезжающих на подобные задания. В рюкзаке лежало несколько смен белья, зубная щетка и разные женские штучки, включающие расческу, полотенце и гигиенические принадлежности.

Время вышло. Пора прощаться. Оказывается, уезжать, даже в неизвестность, гораздо легче, чем оставаться.

– Если встретимся, я обязательно присмотрю за ними, – пообещала Николь и, быстро чмокнув обеих женщин в щеку, подошла к машине, из которой выглянул сам подполковник Геращенко. – Все нормально, – заверила она подруг, узнав старого доктора.

***

– И вроде выглядела в сарафане ты гораздо интереснее, но сейчас какая-то другая. Даже светишься как будто, – не преминул заметить дядя Петя. – Это тот боец тебя так вдохновил?

– Какой боец? – Николь сделала вид, что не поняла.

– Которого ты с того света вытащила.

– Скажете тоже, вдохновил.

– И скажу! Думаешь, дядя Петя старый, так ничего не видит и не понимает? Эх, дело молодое, горячее. Не упусти мужика, горяч, должно быть, я еще на столе заметил.

– Дядя Петя!

– А что «дядя Петя»? Говорю, как есть. Притяжение между вами, и никуда от этого не денешься.

– Что, сильно заметно?

– Я же один из лучших специалистов! – констатировал доктор Геращенко.

– Кстати, вы не объясните мне, как можно визуально отличить эуферный узел от узла ирдэ? – поспешила сменить тему Николь. – Двухмерные рисунки не дают четкого представления.

И подполковник Геращенко попался. Или только сделал вид, что попался. Он поднял стекло, отделяющее их от водителя, и воодушевленно принялся растолковывать возникшие вопросы, одновременно выхватывая из воздуха магические линии и ловко сплетая из них всевозможные узлы и их комбинации.

Машина быстро неслась на север.

По дороге дядя Петя продолжил лепить различные магические конструкции, сопровождая их пояснениями и воспоминаниями случаев из своей богатой практики. И он по-прежнему не говорил, зачем же они едут.

К уже знакомому зданию в чахлом лесочке на границе с Либерстэном они прибыли ближе к вечеру. Только машина проехала немного дальше, почти к самой Стене, которая сияла и переливалась в надвигающихся сумерках. Пассажиры выбрались, подошли к кучке ожидающих их военных, двое из которых уже были знакомы Николь. Подполковник поздоровался за руку со всеми, а потом, оставив девушку с ними, подошел к барьеру, из-за которого за ними наблюдали люди, и заговорил о чем-то.

– Леди Николаева! – неужели дядя Петя зовет именно ее? – Пожалуйста, подойдите сюда!

Николь перевела удивленный взгляд с доктора на командира заставы майора Гюрзу, стоящего рядом.

– Подойдите, – он утвердительно прикрыл веки, отпуская ее к Стене.

– Здравствуйте, – так страшно было увидеть в глазах бывших сограждан ненависть и презрение. Но нет, незнакомые бойцы смотрели на нее с интересом и толикой зависти.

А доктор Геращенко стал подробно разъяснять, что нашел себе достойную смену и уже совсем скоро его место займет «эта талантливая красавица», а он, «старая больная развалина», наконец-то сможет заняться своими розами. Потом передал мужчинам прихваченный ранее пакет, в котором что-то весело звякнуло.

– Попьете чай, пока мы работаем, – пояснил он и, кивнув Николь, чтобы шла за ним, бодро отправился назад.

Что-то в знакомом здании заставы было сегодня не так. Напряжение? Как будто здесь находилось гораздо больше людей, чем было заметно с первого взгляда. Не просто людей, магов. Но где они все? И, главное, зачем?

– Дядя Петя, и что это было сейчас? – Николь кое-как дождалась, пока они зайдут в выделенную им для отдыха комнату и останутся вдвоем.

– Ладно, ладно, теперь можно рассказать, – в своей ворчливой манере согласился он. – Георгий, где ты там, сколько можно тебя ждать?!

Почти сразу же в комнату зашел начальник заставы, катя перед собой заставленную блюдами тележку. Доктор Геращенко внимательно ее осмотрел и недовольно хмыкнул.

– Уж извините, господин подполковник, но боевые в нашем случае полагаются после боя, – правильно понял возмущение вошедший.

– Ладно, ладно, – опять повторил доктор Геращенко. – А то старый тертый калач не знает правил. Что тут у нас? – и он, потерев руки, подвинул к себе ближайшее блюдо.

И тут Николь почувствовала, что пошла магия. Она вскинула удивленный взгляд на сидящих рядом мужчин, но ни один не прореагировал на изменение магического фона, хотя оба должны были заметить.

– А ты чего не ешь, девочка? – дядя Петя удивленно поднял брови.

– Я хочу знать, что сейчас происходит, – Николь нахмурила брови.

– Обедаем, – и блестящий грибок отправился в рот старому интригану.

– Николь, вы ешьте, пока горячее, а я буду объяснять, – вступил в разговор майор. – Сегодня пациента нет. Пока нет, – непонятно добавил он. – Все это представление: и ваш приезд, и прилет вертолета якобы с нуждающимся в лечении, и ваш разговор с коллегами – все это фикция, спектакль. По ту сторону должны думать, что все, как обычно – рутинная купля-продажа магических потоков для медицинских целей. Даже если «на той стороне» и был менталист, он убедился, что все как обычно – доктора приехали подлатать очередных пациентов. А теперь, извините, но мне пора.

– Началось? – даже дыхание перехватило от осознания того, что затевается. – Что я должна делать? – спросила она у закрывшейся двери.

– Что-что, есть этот замечательный стейк! – недовольно отозвался дядя Петя.

– Но я могу, я умею. Я училась! Я хочу быть там! – Николь правильно поняла шум, поднявшийся за окном.

– Хочет она. Твое место здесь! – сейчас на нее глянули безжалостные глаза подполковника Службы Безопасности. – Там и без тебя есть кому размахивать стволами и кидаться всякой гадостью. А ты не просто лекарь, ты целительница! Да, каждый из них, – он кивнул в сторону все увеличивающегося шума, – уникален. И они делают то, что умеют лучше всего. А что умеешь делать лучше всего ты? Правильно, спасать их уникальные шкуры! Ешь давай! Ночью могут понадобиться силы!

И Николь почти с ненавистью принялась резать остывший стейк. Саша, Джеймс. Макс. Они тоже где-то там, возле купола. Только гораздо дальше. И им никто не откроет его с той стороны. И не поможет в случае чего.

Как же она отвыкла от бегущей свободно силы. Или это возбуждение так действует? Нужно что-то делать. Нужно хоть как-нибудь снять напряжение. Николь соскочила со стула и стала бегать по комнате. Вот же досада! В окно видна была уходящая вдаль часть лихорадочно переливающегося купола, но не место, где шло само сражение, и откуда доносился лишь шум.

Первое правило, которое не единожды озвучивали тогда, когда она готовилась вступить в отряд Макса и Саши: «Слово командира – закон». А командир у нее подполковник. И он велел ждать. Опять ждать.

Видя, как Николь мечется по комнате и в досаде кусает костяшки собственных пальцев, дядя Петя, закряхтев, поднялся из удобного кресла, в котором приготовился вздремнуть, подошел к двери и поинтересовался у находящегося за ней стража:

– Ну, что там?! Нет никакого завалящего раненого для нас?

– Разрешите узнать, господин подполковник? – радостно вытянулся часовой. Похоже, ему еще больше, чем Николь было обидно находиться здесь, а не в гуще боя.

– Бегом! И, если есть хоть кто-нибудь, тащи его сюда! А то ведь изведется девка, – буркнул доктор, прикрыв дверь. – Делом займешься у меня сейчас. Нечего казенные ковры протаптывать! – повысил он в звании непритязательную дорожку, лежащую на полу.

– Я пройду в кабинет? Посмотрю, как там и что?

– Иди, иди!

Николь выбежала за дверь и огляделась. В затемненном холле, выделенном под больничное крыло, у закрытого плотными жалюзи окна стояли двое мужчин в медицинской одежде, скорее всего, хирургов, и нервно курили. Все ясно, подготовились не только к магическим ранениям.

– Что там? – она машинально отогнала от лица вонючие струйки дыма.

– Не видно ничего, – досадно поморщился один из них и потушил сигарету.

Николь присела на корточки перед окном и чуть-чуть приподняла жалюзи. Во всегда плотном и ярком куполе сейчас пульсировала огромная дыра, из которой свободно текли яркие магические потоки. Тут и там летали кажущиеся беспорядочными энергетические сгустки. Можно было даже увидеть матрицы тех, кто их бросал. И тех, кому они предназначались. Но видеть это могли только такие, как Николь. Или те, чей магический уровень был не меньше девятого. Даже Револ не видел. Были ли на республиканской заставе такие, высокоуровневые? Их матрица светилась бы намного ярче остальных. Отсюда не видать. Кажется, от места боя идут двое. Ведут раненого? Девушка кинулась к входной двери и стала нетерпеливо ждать.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю