Текст книги "Нескончаемая тьма (ЛП)"

Автор книги: Рейвен Вуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Рейвен Вуд
Нескончаемая тьма

Информация

Нескончаемая тьма

Автор: Рейвен Вуд

Серия: Kings of Blackwater № 3

Внимание! Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его на просторах интернета. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Copyright © 2024 Рейвен Вуд

All rights reserved.

Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена, сохранена в поисковой системе или передана в любой форме и любыми средствами без предварительного письменного разрешения издателя, а также не может быть иным образом распространена в любой форме переплета или обложки, отличной от той, в которой оно публикуется и без аналогичного условия, включая это условие, навязываемого последующему покупателю. Все персонажи в этой публикации, за исключением тех, которые явно находятся в открытом доступе, являются вымышленными, и любое сходство с реальными людьми, живыми или мертвыми, является чисто случайным.

Дизайн обложки: Krafigs Design

Посвящение

Для всех, кому втайне нравятся игры с ножом

Примечание автора

Нескончаемая тьма – это мрачный буллинг роман для взрослых. Он содержит насилие и откровенные сексуальные сцены, включая даб-кон.

Глава 1

Алина

Когда люди считают тебя хрупким, последнее место, где тебе следует находиться, – это, вероятно, университет для наемных убийц. И, честно говоря, я не могу не согласиться с этой логикой. Но это был единственный способ, с помощью которого я могла получить хоть немного свободы.

– Алина! Мы уезжаем.

Я вздыхаю.

Да, вот тебе и немного свободы. Ключевое слово здесь – немного.

Дверь в мою спальню вибрирует на петлях, когда кто-то нетерпеливо колотит по ней кулаком.

– Алина. Сейчас.

– Да, – отвечаю я, не потрудившись скрыть раздражение в своем тоне. – Я услышала тебя с первого раза, Михаил.

Пригладив руками рубашку, я подхожу к двери и открываю ее.

Мой старший брат, Михаил, стоит с другой стороны, его голубые глаза устремлены на меня, а светлые брови выжидающе приподняты. Я уже собираюсь рявкнуть на него, что вообще-то уже готова, и у меня еще есть две минуты, но мне удается сдержаться.

Злить Михаила – плохая идея. Особенно сегодня. Поскольку он старший, он отвечает за всех нас, Петровых, здесь, в Блэкуотерском университете. И если он решит ограничить мою и без того крохотную свободу, все это будет напрасно. Не говоря уже о том, что нам предстоит вернуться в наш семейный дом в городе на семейное собрание, где мы обсудим, стоит ли мне оставаться в Блэкуотере или нет. И я очень боюсь этой встречи.

Поэтому вместо того, чтобы выместить это на Михаиле, я опускаю взгляд.

– Прости.

Его голос смягчается, когда он отвечает:

– Все в порядке. У тебя еще есть одна свободная минутка.

Я поднимаю глаза и вижу, что он улыбается мне. Такую улыбку мало кому удается увидеть. Михаил – один из лучших наемных убийц в выпускном классе, и большинство людей обходят его и всю нашу семью стороной. Особенно сейчас, когда нас в кампусе пятеро. Никто не хочет рисковать и злить семью Петровых. Ну, кроме Хантеров, конечно.

– Михаил! Алина! – Кричит Антон внизу. – Вы идете или как? Близнецы грозятся уехать, если вы не спуститесь сюда в ближайшее время.

– Только через мой труп, – отвечает Михаил. – Если кто-то из них сядет за руль, нас всех прикончат.

Мои кузены-близнецы, Максим и Константин, издают мрачное хихиканье, доносящееся откуда-то снизу.

Михаил раздраженно качает головой, а затем кивает мне. Мы направляемся к входной двери.

Мы арендуем один из отдельно стоящих домов в жилом районе Блэкуотерского университета. Здесь живут все студенты, поэтому весь район застроен жилыми домами, а также более крупными зданиями, в которых есть квартиры или комнаты в общежитии. Хотя я бы предпочла жить отдельно, а не делить дом с двумя моими братьями и двумя кузенами, я должна признать, что он просто прекрасен.

Пол и стены в этом доме выполнены из светлого дерева, на кухне установлены столешницы из белого мрамора, а арочные окна наполняют пространство естественным светом. Вокруг нашего дома раскинулась зеленая лужайка с кустами и деревьями. Они создают уютную атмосферу и отгораживают нас от шумной главной дороги и соседних домов.

Я смотрю в окно на припаркованную у тротуара машину, когда мы с Михаилом выходим в коридор, где нас ждут Антон и близнецы. Страх снова скручивает мой желудок.

– Готова? – Спрашивает Антон.

– Да, – отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно.

Серые глаза Антона, не отрываясь, смотрят на меня. Он, наверное, видит, что я нервничаю. Но, к счастью, никак это не комментирует.

– Хорошо, тогда поехали, – говорит Константин.

Хлопнув брата по руке, он распахивает дверь и выходит. Максим следует за ним. Михаил тяжело вздыхает и еще раз качает головой, после чего они с Антоном тоже выходят. Я останавливаюсь на секунду, пытаясь взять под контроль этот ужасный страх, после чего тоже покидаю дом.

Входная дверь издает щелчок, когда я запираю ее. Мои братья и кузены уже прошли половину пути по мощеной дорожке, которая ведет через лужайку к выходу на улицу. Но я не тороплюсь их догонять.

На востоке едва взошло солнце, окрасив небо и весь остальной мир в красные тона. Слабый свет играет на четырех мужчинах, идущих впереди меня. Я похожа на них, но в то же время мы совершенно разные.

Константин и Максим не однояйцевые близнецы, поэтому их легко отличить друг от друга. Но у них обоих каштановые волосы и карие глаза. У Антона такой же цвет волос, благодаря нашему отцу и их отцу, которые являются братьями. Но Антону достались серые глаза нашей матери. И мне тоже. Мне также достались и ее светлые волосы. Как и Михаилу.

Но на этом сходство заканчивается.

Все они высокие, спортивные и сильные.

А я... нет.

– Говорю тебе, я поеду на переднем сиденье, – заявляет Константин, когда я наконец догоняю четверку, остановившуюся рядом с машиной.

– Черта с два, – парирует Максим.

– Спереди сидеть буду я, – вмешивается Антон.

– О, серьезно? – Отвечает Константин. – И почему это?

– Потому что это машина моего брата.

– Мы действительно будем обсуждать это? – Перебивает Михаил, бросая на них троих недоверчивый взгляд. – Вам сколько? Пять лет?

– Мы...

Все резко замолкают, когда из-за угла внезапно раздаются голоса. Мы все поворачиваемся и видим троих мужчин, которые появляются на улице неподалеку от нас.

Мое сердце подскакивает к горлу.

Хантеры.

Конечно, я видела их раньше. Но поскольку мы решили, что мне не следует появляться на публике вместе со своими братьями и кузенами, Хантеры не знают, кто я такая. И поскольку я не хочу быть втянутой в их войну с моей семьей, я планировала вообще не попадаться им на глаза.

Раздражение борется во мне с ошеломляющим шоком.

Интересно, что эти трое психов делают в жилом районе ни свет ни заря в эту чертову субботу?

Я бросаю взгляд на своих братьев.

Температура, кажется, резко падает на несколько градусов, когда их взгляды останавливаются на братьях Хантер.

Черт возьми. Этого не может быть. Только не сегодня.

Я быстро перевожу взгляд обратно на Хантеров, пытаясь уловить их настроение, в то время как мое сердце бешено колотится в груди.

Рико, парень посередине, удивленно смотрит на меня. Как будто он в шоке от того, что в кампусе есть пятый член семьи Петровых, о котором он не знал. Что, вероятно, так и есть. Затем его взгляд становится оценивающим.

Горечь бурлит у меня в животе, потому что я знаю, что он видит. Худенькую девушку, которая едва достает им до ключиц. У которой нет тех мускулов, которые есть практически у всех первокурсников. Никакого атлетического телосложения. Никакой угрозы. Мне двадцать лет, но все, кто смотрит на меня, видят во мне хрупкую маленькую девочку.

Рико и его братья выглядят совсем не так. Все трое высокие и мускулистые. Они даже крупнее моих братьев. И от них исходит почти осязаемая смертоносная сила.

Хотя Рико невероятно привлекателен, с его мягко вьющимися каштановыми волосами, и карими глазами, отливающими золотом в лучах восходящего солнца, в его взгляде всегда ощущается спокойная уверенность и властность. Одно его слово, и, я уверена, сама трава склонится перед ним.

По слухам, именно ему каким-то образом удавалось держать в узде их старшего брата Илая, когда тот еще учился в Блэкуотере. Я узнала об Илае от своих братьев, так как он окончил академию этим летом, до того как я туда поступила. По их словам, он настоящий маньяк с очень слабым самоконтролем. В прошлом году он приставил пистолет к голове Антона и чуть не вырезал глаз Михаилу. Слава богу, что сейчас его здесь нет. Если бы он был, Михаил наверняка уже напал бы.

Я перевожу взгляд на широкоплечего парня слева от Рико.

Джейс, самый младший из них, каким-то образом всегда умудряется выглядеть так, будто только что встал с постели. Но, несмотря на его растрепанные каштановые волосы, при виде него мне становится жутко не по себе. Потому что он похож на человека, который может сжечь весь мир только потому, что ему скучно.

Но самый худший из них – Кейден.

Я перевожу взгляд на мужчину, стоящего по другую сторону от Рико.

И мое сердце замирает.

Кейден Хантер смотрит прямо на меня.

В отличие от Джейса и Рико, чьи каштановые волосы мягко вьются, у Кейдена волосы черные и прямые. Да и выглядит он весьма сурово: у него резкие черты лица, холодные темно-карие глаза и смертоносные мышцы. Когда эти безэмоциональные глаза встречаются с моими, в жилах словно застывает лед, а пульс учащается от волнения.

Почти каждый раз, когда я вижу Кейдена, он вертит в руке нож. Но сейчас он просто стоит совершенно неподвижно, и смотрит на меня. Как хищник, оценивающий свою жертву. А я лишь смотрю на него широко раскрытыми глазами, пока мое сердце бешено колотится в груди, потому что у меня внезапно возникает ощущение, что если я сейчас хотя бы вздохну, он нападет.

– Алина, садись в машину, – бросает Михаил, стоя рядом со мной.

Но я не могу отвести глаз от Кейдена. Потому что, если я это сделаю, то точно знаю, что случится что-то плохое.

На губах Кейдена медленно появляется улыбка, похожая на оскал настоящего психопата. От этого по моему телу пробегает сильная дрожь.

– Что это, Михаил? – Спрашивает Кейден, хотя его темные глаза по-прежнему устремлены на меня. – У тебя есть младшая сестра? Ты скрыл это от меня.

Михаил тут же делает шаг вперед, поворачиваясь так, чтобы заслонить меня. Холодная ненависть сочится из его голоса, когда он рычит:

– Если ты подойдешь к ней ближе, чем на шесть футов, я убью тебя.

Садистская улыбка на губах Кейдена становится шире.

Антон и близнецы тут же придвигаются ближе ко мне.

Я бросаю на них быстрый взгляд, а затем снова смотрю на Кейдена.

Удивление пронзает меня насквозь.

Кейден смотрит на меня не так, как Рико. Он не смотрит на меня так, будто я хрупкая. Он смотрит на меня так, словно хочет проверить, сколько я смогу выдержать, прежде чем он сломает меня. Хотя разница и невелика, она все же есть. И от осознания этого у меня по спине пробегает электрический разряд.

Однако, прежде чем я успеваю расшифровать эту эмоцию, Кейден делает шаг вперед.

Мои братья реагируют мгновенно. Бросившись вперед, они пытаются зажать Кейдена между собой. Но прежде чем им это удается, Рико бросается вперед и бьет Антона кулаком в бок. Я отскакиваю назад, когда Михаил наносит сильный удар ногой в сторону Кейдена, в то время как мои кузены атакуют Джейса.

В прохладном утреннем воздухе разносятся звуки ударов руками и ногами, когда они дерутся. А я лишь стою и наблюдаю за этим. Внутри меня нарастает разочарование, потому что я отчаянно хочу помочь. Но я знаю, что если сделаю это, то только помешаю.

Я не боец. Я поступила в этот университет не для того, чтобы стать наемным убийцей. Я здесь только потому, что мне удалось убедить отца, что будет лучше, если я пройду базовую подготовку, прежде чем он выдаст меня замуж за человека, с которым захочет заключить союз. Так моему будущему мужу и его семье будет сложнее использовать нашу семью в своих интересах. По крайней мере, так я ему сказала.

Но тренироваться я точно не стану. Я здесь, потому что отчаянно хочу расторгнуть помолвку, пока не стало слишком поздно. Я хочу получить несколько лет свободы, прежде чем меня снова заставят вступить в брак по расчету. Я знаю, что, сколько бы я ни умоляла, отец не разорвет и следующую помолвку. Он уже все решил, и следующий брак, который он для меня устроит, не подлежит обсуждению.

Поэтому все, что мне остается, – это наблюдать за тем, как дерутся мои братья и кузены. Я чувствую себя такой же бесполезной, как фарфоровая кукла, за которую меня все всегда принимают.

Паника охватывает меня, когда Кейден неожиданно делает ложный выпад влево от Михаила, но вместо этого ныряет вправо. Ко мне. Я пытаюсь отпрыгнуть назад, но Кейден хватает меня за руку, прежде чем я успеваю увернуться.

Его пальцы впиваются в мое предплечье, когда он притягивает меня к себе.

Воздух с шумом вырывается из моих легких, когда я врезаюсь спиной в его твердую грудь.

В следующее мгновение я чувствую холодное лезвие ножа у своего горла.

Драка вокруг нас прекращается.

Мое сердце бьется так сильно, что я уверена, Кейден это чувствует.

– Еще один шаг, и я перережу ей горло, – объявляет псих позади меня.

В двух шагах от нас Михаил смотрит на нас со смесью ужаса, паники и ненависти в голубых глазах.

– Шевельнешь хоть одним мускулом, и мы сломаем ему руку, – парирует Максим.

Я бросаю взгляд на своего кузена. В моей груди вспыхивает надежда. Антон и Рико стоят в нескольких шагах от нас и друг от друга, но благодаря тому, что Джейс решил открыться Михаилу, дабы помешать Константину добраться до Рико, близнецам удалось хватить его. И сейчас Константин держит руку на шее Джейса, удерживая его на коленях, а Максим заводит его руку за спину.

Ошеломляющая тишина накрывает пустую улицу, словно раскаты грома.

Хватка Кейдена на моей руке усиливается.

– Если ты не скажешь своим кузенам, чтобы они убрали свои гребаные лапы от моего младшего брата, ты увидишь, как твоя сестра истечет кровью на улице, – заявляет Кейден таким холодным голосом, что, клянусь, я вижу, как лед растекается по его ножу.

Мой пульс гулко стучит в ушах, но я остаюсь совершенно неподвижной, потому что по тону его голоса понимаю, что он говорит серьезно. Если мои кузены не отпустят Джейса, он перережет мне горло.

На лице Михаила вспыхивает ярость, но в его голосе слышится скрытая паника, когда он отвечает:

– Если ты не уберешь свой гребаный нож от моей младшей сестры, я...

– Я сказал, опусти его руку, мать твою! – Перебивает его Кейден.

Я сдерживаю испуганный вздох, когда он поднимает нож еще выше. Он с силой давит плоской стороной лезвия на мой подбородок, заставляя меня запрокинуть голову назад, пока мое горло полностью не обнажается.

– Сейчас же! – Заканчивает Кейден, его команда пронзает воздух и вибрирует на моей коже.

Мои кузены бросают обеспокоенный взгляд на Михаила, который резко кивает. Кажется, все они понимают, насколько серьезно настроен Кейден.

Максим опускает руку Джейса, но они не позволяют ему подняться с земли. Однако, прежде чем Кейден успевает выполнить свою угрозу, заговаривает Рико.

– Нам нужно покончить с этим и разойтись, – говорит он.

– Согласен, – тут же отвечает Антон.

Меня охватывает облегчение.

Михаил переводит взгляд на Антона, в его голубых глазах мелькает недовольство, потому что все мы знаем, что именно Михаил принимает решения. Но Антон просто смотрит на него в ответ. Наш старший брат не любит проигрывать. Даже ничья в его глазах считается проигрышем. Тем более против семьи Хантер.

Однако Михаил знает, что Антон прав. Если они не хотят, чтобы пролилась кровь, и в частности моя, то это противостояние должно закончиться именно так.

Михаил делает глубокий вдох.

– Хорошо.

Все поворачиваются к Кейдену.

Из-за того, что моя голова откинута назад, я вижу жестокую улыбку, играющую на его губах.

– Я отпущу ее, – обещает Кейден. – В обмен на брата. И имя.

Взгляд Михаила становится острее.

– Что?

Кейден смотрит на меня сверху вниз, все еще прижимая лезвие к моему подбородку.

– Как тебя зовут, маленькая лань?

Мое сердце делает странное сальто от того, как он произносит этот вопрос.

– Ты, блять... – начинает Михаил.

Я перебиваю его, прежде чем он успевает сказать что-то еще, что может снова разжечь конфликт.

– Алина, – отвечаю я. Прижавшись затылком к его мускулистой груди, я пристально смотрю в темные глаза Кейдена. И я чертовски стараюсь, чтобы в моем голосе или глазах не было страха, когда повторяю: – Меня зовут Алина.

Его холодные глаза загораются, и он улыбается еще шире.

Тревога пронзает меня, и мне вдруг кажется, что я совершила огромную ошибку. Мне не следовало скрывать свой страх. Все же стоило ответить дрожащим голосом. Стоило показать ему, как быстро бьется мое сердце, пока он приставляет нож к моему горлу.

Однако прежде чем я успеваю что-то предпринять, Кейден резко убирает нож и толкает меня к Михаилу. Я спотыкаюсь и почти врезаюсь в грудь брата, прежде чем его ладони оказываются на моих руках. Моя левая все еще слегка побаливает от железной хватки Кейдена, но я стараюсь этого не показывать.

В нескольких шагах от нас мои кузены отпустили Джейса и отступили назад.

В течение нескольких секунд я слышу лишь быстрый ритм своего сердца.

Затем Михаил вздергивает подбородок.

– Садитесь в машину.

Мы все тут же подчиняемся.

Константин придерживает для меня заднюю дверцу, пока Антон забирается на пассажирское сиденье, а Максим обходит машину. Я проскальзываю на середину заднего сиденья. Близнецы садятся по обе стороны от меня.

Как только мы все оказываемся в машине, я оглядываюсь на Михаила.

Мой старший брат плюет под ноги Кейдену. Закрыв на секунду глаза, я борюсь с желанием застонать. Я пристально наблюдаю, как Михаил поворачивается спиной к трем психам и направляется к водительскому сиденью. Кейден выглядит так, будто хочет снова напасть, но, к счастью, не делает этого.

Затем его холодные глаза скользят по мне.

Я снова перевожу взгляд на лобовое стекло, в то время как мое сердце бешено колотится в груди.

Через секунду Михаил подходит к машине.

Захлопнув дверцу, он заводит машину и резко трогается с места.

– Решено, – объявляет он. – Ты не останешься в Блэкуотере.

– Что? – Страх и паника захлестывают меня, и я сажусь прямо, пытаясь поймать его взгляд в зеркале заднего вида. – Конечно, останусь! Ты...

– Разве ты не видела, что там произошло? – Перебивает меня Михаил, не отрывая взгляда от дороги.

– Это произошло только из-за вашей войны с ними, – протестую я. – Ко мне это не имеет никакого отношения.

– Теперь имеет, потому что Кейден, мать его, Хантер приставил нож к твоему горлу.

– Но он сделал это только потому, что я была с вами. Если я буду держаться от него подальше, ничего подобного больше не повторится.

– Конечно, повторится. Ты...

– Как, по-твоему, отреагирует папа, если я расскажу ему, что ты позволил Кейдену приставить нож к моему горлу? – Перебиваю я, позволяя страху, бушующему во мне, придать моему голосу твердость.

В машине воцаряется тишина. Антон неловко ерзает на пассажирском сиденье, а близнецы вдруг сосредоточенно смотрят на мелькающие за окнами поля.

Наконец, Михаил встречается со мной взглядом в зеркале заднего вида.

Я никогда не перечу Михаилу. Более того, я никогда не нарушаю его приказы. И я никогда, никогда не угрожаю ему.

Но сейчас я в отчаянии.

– Я останусь в Блэкуотере, – заявляю я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. – Я останусь, по крайней мере, на этот год. И ты поможешь мне убедить в этом маму и папу на семейном собрании. А взамен мы все сделаем вид, что того, что произошло сегодня утром, никогда не было.

Михаил еще секунду смотрит на меня, а потом снова переводит взгляд на дорогу. Тишина в машине такая напряженная, что я почти чувствую, как она давит на мою кожу.

Я знаю, что Михаил находится под большим давлением. Что он отчаянно пытается проявить себя перед нашим отцом. Доказать, что он достоин быть наследником известной семьи Петровых. Нашей великой семьи наемных убийц, которая всегда конкурирует за лучшие контракты наряду с такими легендарными семьями, как Хантеры и Смиты.

Если наш отец узнает, что мои братья позволили кому-то из Хантеров, которых он ненавидит больше всех остальных семей, приставить нож к моему горлу, он воспримет это как недопустимый и унизительный провал. Я знаю, что угрожать Михаилу этим жестоко, но я не могу позволить ему отнять у меня этот единственный кусочек свободы.

Мое сердце бешено колотится о ребра, когда Михаил еще несколько секунд молча продолжает вести машину. Его челюсть сжимается. Антон и наши кузены стараются смотреть на что угодно, только не на нас.

– Ладно, – наконец выдавливает из себя Михаил.

Облегчение переполняет мою грудь.

– Спасибо, – говорю я, смягчая голос.

Он коротко кивает.

– Но если ситуация обострится, мы вернемся к этому разговору, Алина. – Он окидывает меня властным взглядом. – Поняла?

Я опускаю взгляд.

– Да.

– Хорошо.

Я практически ощущаю, как его гнев вибрирует в воздухе из-за того, что я прибегла к шантажу. Но чувство вины не может затмить облегчение, которое наполняет мою душу. Я останусь в Блэкуотере. У меня будет по крайней мере один год свободы.

Теперь все, что мне нужно сделать, это держаться как можно дальше от Кейдена Хантера.