Текст книги "Сказки американских писателей"

Автор книги: Рэй Дуглас Брэдбери

Соавторы: авторов Коллектив,Урсула Кребер Ле Гуин,Ричард Дэвис Бах,Генри Каттнер,Вашингтон Ирвинг,Джон Чивер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 40 страниц)

XVI. Волшебство Великого Обманщика

На следующее утро Страшила сказал друзьям:

– Поздравьте меня! Я отправляюсь к Озу за мозгами. Когда вернусь, буду как все люди.

– А мне ты и такой, как есть, нравился, – простодушно сказала Дороти.

– Очень мило с твоей стороны, что тебе нравился Страшила, – ответил её друг. – Но уж, верно, ты станешь относиться ко мне ещё лучше, когда узнаешь, какие сногсшибательные мысли смогут рождать мои новенькие мозги. – И Страшила, весело распрощавшись со всеми, направился в Тронный зал и постучал в дверь.

– Войдите, – отозвался Оз.

Страшила вошел и увидел, что старичок сидит у окна, погруженный в глубокую думу.

– Я насчёт мозгов, – заметил Страшила, которому стало как-то не по себе.

– Ах да, присядь, пожалуйста, вот стул, – ответил Оз. – Ты уж извини, придется снять с тебя голову, но иначе не вложить мозги куда следует.

– Да пожалуйста! – сказал Страшила. – Делай с моей головой что хочешь, лишь бы, когда ты поставишь её на место, она стала умней.

Волшебник снял со Страшилы голову и вытряхнул из неё солому. Потом ушел в заднюю комнату, взял горсть мякины, добавил пригоршню иголок и булавок, тщательно все перемешал и наполнил голову Страшилы, а вниз подложил солому, чтобы мякина не высыпалась. Прикрепляя голову на место, он сказал:

– Ну теперь ты и впрямь будешь великим умником, на мякине тебя не проведешь!

Страшила себя не помнил от радости и гордости – наконец-то сбылось его заветное желание! – И, горячо поблагодарив Оза, он вернулся к друзьям.

Дороти посмотрела на него с любопытством: сверху голова Страшилы просто раздулась, столько у него стало мозгов.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила девочка.

– Чувствую, что я умный, – серьезно отвечал Страшила. – А когда привыкну к мозгам, все на свете узнаю.

А почему у тебя из головы торчат иголки и булавки? – спросил Железный Дровосек.

– Это чтобы все видели, какой у него острый ум, – догадался Лев.

– Ну ладно, пора и мне идти к Озу за сердцем, – сказал Дровосек. И тоже пошел к Тронному залу и постучал в дверь.

– Войдите, – отозвался Оз, и Дровосек вошел в зал и заявил:

– Я пришел за сердцем.

– Хорошо, – сказал старичок. – Только мне придется проделать у тебя в груди дырку, а то ещё вложу сердце куда-нибудь не туда. Надеюсь, я не сделаю тебе больно.

– Да чего там, – сказал Дровосек, – я и не замечу.

Тогда Оз принес специальные ножницы, какими работают жестянщики, и вырезал слева в груди у Дровосека маленькую квадратную дырочку. Потом пошел к комоду и вынул оттуда прехорошенькое сердце, сшитое из шелка и набитое опилками.

– Загляденье, правда? – спросил Оз.

– Как раз то, что нужно, – подтвердил Дровосек, которому сердце очень понравилось. – А оно доброе?

– О да! – ответил Оз. Он вложил сердце в грудь Дровосека, потом закрыл дыру вырезанным прежде кусочком железа и тщательно его припаял.

– Ну вот, – объявил Оз, – таким сердцем каждый может гордиться. Прости, пожалуйста, что пришлось поставить тебе на грудь заплату, но без этого никак было не обойтись.

– Подумаешь, заплата! Ерунда! – воскликнул довольный Дровосек. – Премного тебе благодарен, вовек не забуду твою доброту.

– Да не стоит благодарности, – сказал Оз.

Дровосек вернулся к своим друзьям, и они горячо поздравили его с тем, что все так удачно вышло.

Теперь в Тронный зал отправился Лев. Он тоже постучал в дверь.

– Войдите! – сказал Оз.

– Я пришел получить храбрость, – сказал Лев, входя в зал.

– Прекрасно! – ответил старичок. – Сейчас я займусь тобой.

Он подошел к буфету, достал с верхней полки квадратную зеленую бутылку и вылил содержимое в красивое золотисто-зеленое резное блюдо. Поставив блюдо перед Трусливым Львом, который подозрительно к нему принюхался, Волшебник сказал:

– Пей!

– А что это? – спросил Лев.

– Ну как тебе объяснить? – ответил Оз, – Когда проглотишь эту жидкость, она превратится в храбрость. Ты же знаешь, храбрость у всех внутри, так что пока этот напиток не выпьешь, назвать его храбростью нельзя. Вот я и советую тебе его выпить, да поскорее.

Лев отбросил сомнения и быстро осушил блюдо.

– Ну как ты теперь себя чувствуешь? – спросил Оз.

– Меня распирает от храбрости, – ответил Лев и весело пошел к друзьям поделиться своей радостью.

Оставшись один, Оз с улыбкой размышлял, как ловко он наделил Страшилу, Железного Дровосека и Льва тем, в чём они, по их мнению, нуждались. «Ну как мне не быть мошенником, – говорил он себе, – если все заставляют меня делать то, что сделать совершенно невозможно? Осчастливить Страшилу, Льва и Дровосека было проще простого, ведь они вообразили, что я все могу. А вот как вернуть Дороти в Канзас, ума не приложу!»

XVII. Как был запущен воздушный шар

Три дня Оз не подавал Дороти никаких вестей. Для девочки это были грустные дни, хотя её друзья веселились и радовались. Страшила сообщал, что у него в голове роятся удивительные мысли, но он не скажет какие, потому что, кроме него, никто их не поймет. Железный Дровосек при каждом шаге прислушивался, как стучит у него в груди новое сердце. Он признался Дороти, что это сердце кажется ему куда более мягким и добрым, чем прежнее, с которым он жил, когда ещё был человеком. Лев утверждал, что не боится ничего на свете и рад встретиться лицом к лицу с целой толпой людей или с дюжиной свирепых Калидасов.

В общем, все члены нашей компании, кроме Дороти, были довольны и счастливы, а ей пуще прежнего хотелось вернуться домой, в Канзас.

На четвертый день, к её большой радости, Оз прислал за ней и, когда она вошла в Тронный зал, приветливо сказал:

– Садись, деточка, мне кажется, я придумал, как отправить тебя отсюда.

– Домой, в Канзас? – спросила она радостно.

– Понимаешь, насчёт Канзаса я не уверен, – признался Оз, – я ведь представления не имею, где он. Но главное – перебраться через Пустыню, а там уж найти дорогу домой нетрудно.

– А как мне перебраться через Пустыню? – спросила Дороти.

– Послушай меня, – сказал старичок. – Ты помнишь, что я попал в здешние места на воздушном шаре? Ты тоже прилетела сюда по воздуху, тебя принес ураган. Вот я и думаю, что перебраться через Пустыню легче всего по воздуху. Ну, сама понимаешь, ураган я вызвать не могу, но, хорошенько пораскинув мозгами, я решил, что смогу соорудить воздушный шар.

– Как? – спросила Дороти.

– Воздушные шары, – объяснил Оз, – делают из шелка, который смазывают клеем, чтобы не выходил газ. Шелка у меня во дворце сколько угодно, так что воздушный шар мы изготовим без труда. Вот только во всей стране нет такого газа, нечем заправить шар, чтобы он полетел.

– Но если он не полетит, – заметила Дороти, – какой от него прок?

– Правильно, – согласился Оз. – Однако есть ещё способ заставить шар полететь – можно наполнить его горячим воздухом. Горячий воздух хуже газа: если он остынет, шар сядет посреди Пустыни. Тогда мы пропали.

– «Мы»! – воскликнула Дороти. – Разве и ты полетишь со мной?

– Ну конечно, – сказал Оз. – Мне надоело быть мошенником. Ведь если я буду выходить из дворца, мои подданные быстро сообразят, что я вовсе не Волшебник, и рассердятся, что я так долго их морочил. Приходится поэтому целыми днями сидеть здесь взаперти, а это довольно тоскливо. Лучше я вернусь с тобой в Канзас и снова пойду работать в цирк.

– Я буду очень рада, если мы полетим вместе, – проговорила Дороти.

– Спасибо, – поблагодарил Оз. – А теперь, если ты согласна помочь мне сшивать шелк для шара, давай возьмемся за работу.

Дороти взяла иголку с ниткой и, как только Оз раскроил шелк, принялась аккуратно сшивать куски. Сперва она сшивала бледно-зеленые полоски шелка, потом темно-зеленые, потом изумрудно-зеленые. Это Оз придумал, что шар должен быть всех оттенков того цвета, какой окружал их в Изумрудном городе. Целых три дня они сидели за шитьем, а когда работа была закончена, у них получился огромный зеленый шелковый мешок, и в длину, и в ширину он был не менее двадцати футов.

Тогда Оз смазал его изнутри тонким слоем клея, чтобы шелк не пропускал воздух, и объявил, что шар готов.

– Но нужна ещё корзина, в которой мы полетим, – добавил он и послал зеленоусого солдата за большой бельевой корзиной, которую привязал к нижней части шара множеством веревок.

Когда все было готово, Оз оповестил своих подданных, что собирается погостить у брата, тоже Великого Волшебника, живущего в облаках. Новость быстро облетела город, и все сбежались смотреть на поразительное зрелище.

Оз велел вынести воздушный шар на площадь перед дворцом, и горожане разглядывали диковинку с большим любопытством. Железный Дровосек нарубил кучу дров и развел костер, а Оз придерживал шар над огнем, чтобы поднимавшийся горячий воздух попадал прямо в шелковый мешок. Постепенно шелк расправлялся, шар так и рвался вверх, а корзинка, казалось, вот-вот отделится от земли.

Тогда Оз забрался в неё и громко обратился к собравшимся:

– Я улетаю в гости. Без меня вами будет править Страшила. Приказываю вам повиноваться ему так, как вы повиновались мне.

К этому времени шар уже просто плясал на державших его веревках, ведь он наполнился горячим воздухом, стал гораздо легче, чем воздух снаружи, и его тянуло ввысь.

– Поспеши, Дороти, – закричал Волшебник, – а то шар улетит!

– Никак не найду Тото, – отвечала девочка, она не хотела улетать без собаки.

А Тото с лаем нырнул в толпу за котенком, и Дороти с трудом нашла его. Она схватила собаку и бегом бросилась к шару.

До него оставалось несколько шагов, Оз уже протянул руку, чтобы помочь девочке забраться в корзину, как вдруг – трах! – веревки лопнули и воздушный шар начал подниматься в воздух без Дороти.

– Вернись! – закричала девочка. – Я тоже хочу с тобой!

– Ничего не могу сделать, деточка! – отозвался Оз из корзины. – Прощай!

– Прощай! – закричала, толпа, и все задрали головы, глядя на Волшебника Оза, парящего в корзине, а шар с каждой минутой поднимался все выше и выше.

Больше никто никогда не видел Удивительного Волшебника Оза, хотя, может быть, он благополучно долетел до Омахи и живет себе там по сей день, как знать! Подданные всегда вспоминали его с любовью и говорили:

– Оз был нам другом. Пока он здесь жил, он выстроил для нас наш прекрасный Изумрудный город, а теперь, когда его с нами нет, он оставил нам в управители Мудреца-Страшилу.

И всё же им ещё долго не хватало Великого Волшебника, и они никак не могли утешиться.

XVIII. Вперед, на Юг!

Когда Дороти поняла, что ей не удастся вернуться домой в Канзас, она горько заплакала, но потом, поразмыслив хорошенько, даже порадовалась, что не унеслась на воздушном шаре. Ей было грустно, что с ними больше нет Оза, и её друзья горевали вместе с ней.

Железный Дровосек подошел к ней и сказал:

– Честное слово, я был бы крайне неблагодарным, если бы не грустил по человеку, который подарил мне такое замечательное сердце. Если бы ты согласилась утирать мне слезы, чтобы я не покрылся ржавчиной, я бы немного поплакал оттого, что Оз нас покинул.

– С удовольствием, – ответила Дороти и сразу пошла за полотенцем. Тогда Железный Дровосек заплакал и плакал несколько минут, а девочка внимательно следила за каждой слезинкой и утирала ему лицо полотенцем. Когда Дровосек кончил плакать, он вежливо поблагодарил Дороти и на всякий случай тщательно смазал себя маслом из украшенной драгоценными камнями масленки.

Страшила стал теперь Правителем Изумрудного города, и хотя он не был Волшебником, жители очень им гордились.

Ни одним городом на свете, – объясняли они, – не правит Чучело.

И в меру их разумения они рассуждали совершенно справедливо.

На другое утро после того, как воздушный шар унес Оза, четверо наших путешественников собрались в Тронном зале обсудить, что же делать дальше. Страшила сидел на высоком троне, а остальные почтительно стояли перед ним.

– Наши дела не так уж плохи, – сказал новый Правитель, – ведь и этот дворец, и Изумрудный город принадлежат теперь нам, и мы можем делать что хотим. Как вспомню, что совсем недавно я торчал на шесте посреди кукурузного поля, а сейчас управляю этим прекрасным городом, так ясно вижу, что должен благодарить судьбу.

– Я тоже не могу нарадоваться на своё новое сердце, – сказал Железный Дровосек. – А ведь больше мне ничего на свете не надо.

– Что до меня, я счастлив сознавать, что я такой же храбрый, как все другие звери, кого из них ни возьми, а может быть, и ещё храбрее, – скромно сказал Лев.

– Вот если бы и Дороти согласилась остаться в Изумрудном городе, – продолжал Страшила, – как бы мы прекрасно здесь зажили!

– Но я не хочу здесь жить! – воскликнула Дороти. – Я хочу вернуться домой в Канзас и жить там с тетей Эм и дядей Генри.

– Что же тогда делать? – спросил Железный Дровосек.

Страшила решил подумать и думал так старательно, что у него из головы начали вылетать булавки и иголки. Наконец он сказал:

– А почему бы не вызвать летучих мартышек и не попросить их перенести тебя через Пустыню?

– Ой, верно, как это я сразу не догадалась! – обрадовалась Дороти. – Так и надо сделать. Пойду схожу за золотой шапочкой.

Вернувшись в Тронный зал, Дороти произнесла волшебные слова, и тут же в открытое окно влетела стая летучих мартышек и встала перед ней.

– Ты вызвала нас во второй раз, – проговорил главарь мартышек и склонился перед девочкой в низком поклоне. – Что пожелаешь?

– Я хочу, чтобы вы перенесли меня в Канзас, – сказала Дороти.

Главарь мартышек покачал головой.

– Этого мы сделать не можем, – проговорил он. – Наше место здесь, и только здесь, мы не имеем права покидать эту страну. В Канзасе никогда не было летучих мартышек и, полагаю, не будет, – им там не место. Мы рады служить тебе верой и правдой, но мы не можем пересечь Пустыню. Прощай!

И, отвесив ещё один поклон, главарь мартышек взмахнул крыльями и вылетел в окно, а за ним и вся стая.

Дороти чуть не заплакала от досады.

– Я истратила второе желание зря! – воскликнула она. – Летучие мартышки не могут мне помочь!

– Действительно ужасно! – вздохнул мягкосердечный Дровосек.

Страшила снова принялся думать, и голова у него раздулась так сильно, что Дороти испугалась, как бы она не лопнула.

– Давайте пригласим зелено-усого солдата, – сказал Страшила, – и попросим у него совета.

Друзья позвали солдата, и он робко вступил в Тронный зал: ведь пока здесь царил Оз, солдату не разрешалось заходить дальше дверей.

– Вот эта девочка, – обратился Страшила к солдату, – хочет перебраться через Пустыню. Как бы это устроить?

– Не могу знать! – ответил солдат. – Через Пустыню никто никогда не перебирался, разве что сам Оз.

– Неужели никто не может мне помочь? – серьезно спросила девочка.

– Глинда могла бы, – сказал солдат.

– Кто такая Глинда? – спросил Страшила.

– Южная Ведьма. Из всех ведьм Глинда – самая могущественная. Она управляет кубариками. Да и замок её стоит на краю Пустыни, так что уж она, наверно, знает, как эту Пустыню перейти.

– Глинда – Добрая Ведьма? – спросила Дороти.

– Кубарики говорят, что добрая, – сказал солдат. – Она никому не делает зла. Я слышал, что Глинда – красавица и знает секрет, как сохранять молодость, хотя ей много-много лет!

– А как найти её замок? – спросила Дороти.

– Дорога к нему идет прямо на юг, – ответил солдат. – Но ходят слухи, что на этой дороге путников поджидает множество опасностей. В лесу водятся хищные звери, да к тому же живет племя каких-то странных людей, которые терпеть не могут, когда в их владениях показываются чужаки. Поэтому ни один из кубариков никогда не был в Изумрудном городе.

С этими словами солдат покинул зал, а Страшила рассудил:

– Хоть это и опасно, но, похоже, Дороти ничего не остается, как только идти к этой Глинде и просить Добрую Ведьму помочь ей. Ведь если Дороти останется здесь, она никогда не вернется в Канзас.

– Видно, ты опять хорошенько подумал, – заметил Дровосек.

– Было дело, – согласился Страшила.

– Я пойду с Дороти, – объявил Лев. – Мне надоело сидеть в городе, хочу снова в лес, на простор. Я ведь дикий зверь, правда? И потом, должен же кто-то защищать Дороти.

– Это верно, – поддержал его Дровосек. – Мой топор тоже пригодится, так что и я пойду с ней в Южную страну.

– Когда мы отправимся? – спросил Страшила.

– А ты тоже пойдешь? – удивились все.

– Конечно! Если б не Дороти, не видать бы мне моих мозгов. Это она сняла меня с шеста в поле и взяла с собой в Изумрудный город. Так что своей удачей я обязан ей, и я не покину её, пока она не вернется в Канзас навсегда.

– Спасибо, – сказала растроганная Дороти. – Вы все так добры ко мне. Но мне бы хотелось отправиться как можно скорее.

– Мы выступаем завтра утром, – объявил Страшила. – А теперь давайте-ка собираться, дорога у нас длинная.

XIX. Нападение драчливых деревьев

На следующее утро Дороти расцеловалась на прощание с хорошенькой девушкой в зеленом, а затем путники пожали руку зеленоусому солдату, который проводил друзей до ворот. Привратник, увидев их, очень удивился, что они собираются покинуть такой прекрасный город и снова отправляются навстречу опасностям. Но он тут же снял с каждого очки, спрятал их обратно в зеленый сундук и пожелал друзьям всяческих благ и удач.

– Ты теперь наш Правитель, – напомнил он Страшиле, – так что тебе не следует задерживаться, возвращайся скорей.

– Само собой, постараюсь, если смогу, – ответил Страшила. – Но прежде я должен помочь Дороти попасть домой.

А Дороти, прощаясь с добродушным Привратником, сказала:

– В вашем чудесном городе все были со мной очень добры и ласковы. Сказать не могу, как я всем благодарна.

– И не надо, деточка, – ответил Привратник. – Очень бы хотелось, чтобы ты осталась с нами, но раз тебе не терпится вернуться в Канзас, желаю поскорей найти туда дорогу.

Затем он открыл ворота, друзья вышли за стену, окружавшую город, и отправились в путь.

Путники шагали к Южной стране, и солнце ярко светило им в лицо. Настроение у всех было прекрасное, друзья весело болтали и смеялись. Дороти опять поверила, что скоро вернется домой, а Страшила и Железный Дровосек радовались, что могут ей услужить. Что же до Льва, то он с наслаждением втягивал свежий воздух и помахивал хвостом от восторга, что снова вырвался на волю. А Тото носился вокруг них, гоняясь за бабочками и мотыльками, и весело лаял.

– Городская жизнь не по мне, – заметил Лев, бодро шагая вместе с остальными. – Вон как я исхудал в городе.

К тому же мне не терпится показать всем зверям, какой я теперь храбрый.

Тут путники остановились, чтобы в последний раз взглянуть на Изумрудный город. Но увидели только лес башен и островерхих крыш за зеленой стеной да высоко над ними шпили и купола дворца Оза.

– А не такой уж плохой Волшебник был Оз, – сказал Железный Дровосек, прислушиваясь, как стучит у него в груди сердце.

– Сумел же дать мне мозги, и недурные притом, – поддержал Дровосека Страшила.

– Если бы Оз принял такую же дозу храбрости, какую дал мне, он стал бы настоящим смельчаком, – добавил Лев.

Дороти ничего не сказала: Оз не выполнил того, что обещал ей, но очень старался, поэтому она его простила. Оз был, как он сам заметил, хороший человек, хоть и неважный Волшебник.

В первый день друзья шли по зеленым полям, поросшим яркими цветами, такие поля со всех сторон окружали Изумрудный город. Ночью путники спали прямо на траве, над ними были только звезды, и все чудесно отдохнули.

Наутро они продолжали свой путь, пока не подошли к густому лесу. Лес тянулся направо и налево насколько хватало глаз, так что обойти его было никак нельзя, к тому же друзья боялись сворачивать в сторону, чтобы не заблудиться. Пришлось искать место, где бы войти в чащу.

Страшила, который шагал во главе, в конце концов высмотрел большое дерево, ветки которого так широко раскинулись во все стороны, что друзья могли свободно пройти под ними. Страшила уже направился было в просвет, но стоило ему вступить под ветки, как они тут же опустились, обвились вокруг Страшилы, вздернули его в воздух и отшвырнули туда, где стояли его друзья.

Страшила нисколько не ушибся, но очень изумился, и когда Дороти помогла ему подняться, вид у него был довольно оторопелый.

– Вон ещё проход между деревьями, – позвал их Лев.

– Дай-ка я пойду вперед, – сказал Страшила. – Меня ведь хоть бей, хоть швыряй – мне все нипочем. – С этими словами он направился к соседнему дереву, но и тут ветки сразу схватили его и отшвырнули обратно.

– Что за чудеса! – воскликнула Дороти. – Как же нам быть?

– Похоже, эти деревья решили ни за что не пускать нас дальше и хотят, чтобы мы повернули назад, – предположил Лев.

– А ну-ка, теперь я попробую, – сказал Железный Дровосек и, вскинув топор на плечо, зашагал к первому дереву, которое так нелюбезно обошлось со Страшилой. Когда нижняя ветка опустилась, чтобы схватить Дровосека, он яростно ударил по ней топором, и она разлетелась пополам. Остальные ветки сразу задрожали, словно от боли, и Железный Дровосек благополучно прошел под ними.

– Скорей! – крикнул он друзьям. – Идите за мной.

Все бросились вперед и вскоре проскочили под деревом, только одна маленькая ветка подхватила Тото и трясла его до тех пор, пока он не заскулил. Но Дровосек быстро отрубил негодницу и освободил песика.

Другие деревья в лесу не препятствовали друзьям продвигаться вперед, и все решили, что так командовать ветвями умеют только деревья, которые растут в первом ряду; наверно, они обладают таким чудесным свойством, чтобы никого не пускать в чащу, и охраняют лес, как полицейские.

Четверо наших путников спокойно миновали заросли и дошли до дальней опушки. Тут, к своему удивлению, они уперлись в высокую стену, сделанную, по всей видимости, из белого фарфора. Она была гладкая, как блюдце, и уходила высоко вверх.

– Что же теперь делать? – спросила Дороти.

– Сейчас сооружу лестницу, – ответил Железный Дровосек. – Надо же перебраться на ту сторону.