Текст книги "Виктория. Вспомнить себя (СИ)"

Автор книги: Раяна Спорт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Глава 3

Входная дверь резко открылась и также резко захлопнулась за моей спиной в тот момент, когда я завороженно смотрела в одно единственное вытянутое окно, за котором уже был не серый, уже привычный мне, Стагон, а дождливый город среди бурной растительности.

– Добрый вечер! – поздоровался со мной приятного вида мужчина, снимая шляпу и поправляя намокший сюртук.

– О, – лишь смогла выговорить, не зная, что делать и что предпринять.

Инструкций как вести себя с постояльцами у меня еще не было, кроме как той, относящейся непосредственно к моей деятельности, то бишь уборки. Я осталась стоять с открытым ртом, ибо тупо не знала, что надо произнести.

Гость был молод, моложе тридцати лет точно, статен и жилист, с открытым ясным лицом, которое мило улыбалось мне, как при виде котенка. Под шляпой оказалась скрыта копна темных волнистых волос, с кончиков которых стекали капли воды.

– Я бронировал, – мягко произнес путник, что указал головой на стойку.

Я кивнула и поджав губы, лихорадочно пыталась найти взглядом метрдотеля или хотя бы кого-то, кто мог бы помочь новому постояльцу. И только убедившись в отсутствии оных, вздохнула и посеменила за стол ресепшена. Гостя ведь надо заселить, не гоже держать его у порога.

За стойкой я нашла несколько журналов. Пролистнув один из них, удивилась непонятным записям. «Две тысячи десять, коты. Не звонить!» – гласила одна из них. «Три тысячи пятьдесят четыре, наполнить солью бассейн» – сообщала другая. Ну вот что это за бред такой?!

Следующий журнал оказался не лучше. Какие-то закорючки, непонятные символы, цифры, выстроенные без всякой логики. Я чувствовала себя полной идиоткой. Решив, что разобраться в этом нереально, я обернулась к ключнице. Выбрав один из ключей с витиеватым брелоком под номером «1055», я протянула его гостю.

– Вы меня не проводите? – спросил он, улыбаясь и не отводя от меня взгляда.

В его голосе звучала легкая ирония, что я невольно почувствовала, как начала краснеть. Наверное, в действительности я должна была представлять собой жалкое потерянное зрелище, никак иначе.

Кое-как совладав со своими чувствами, призадумалась. Номер наверняка не готов к приему гостя, и в идеале стоило бы попросить мужчину подождать другого персонала отеля, более компетентного, чем я, но, словно во сне, я продолжала совершать одну ошибку за другой. Мало того, что я завела его в какое-то боковое крыло, так еще и на протяжении почти всего пути испытывала панический страх перед ковром, что, конечно же, не осталось незамеченным новым клиентом этого странного отеля. Когда же я наконец собралась с духом и ступила на него, то замерла на несколько секунд, ожидая, что пол провалится подо мной и утянет в неизвестность. К моему облегчению, пол остался на месте, и я, с облегченной улыбкой, продолжила путь.

Добравшись до самого конца коридора, мы с разочарованием убедились: нужной нам комнаты здесь нет.

– Извините, – пролепетала, облизнув губы,

И тут я заметила, что гостя качает из стороны в сторону. Боже мой, он же пьян! Только этого мне не хватало!

На этих типов у меня выработался рефлекс еще от Лейлы, в приют которых постоянно пытались затолкаться заядлые алкоголики. Она их терпеть не могла, поэтому приучила весь дом гнать пьянчуг шваброй. Чем я успешно занималась последние три недели, раз уж в другом не смогла проявить свои уникальные способности.

Только вот было в его поведении что-то странное и нелогичное. Если гость был столь пьян, что шел, качаясь от стены к стене, то говорил он весьма внятно, правда уставши.

– Возможно, мы найдем его в другом крыле, – предложил он.

– Ага, – ответила я, теперь еще и принюхиваясь к нему. И нет, от него явно не разило спиртным, а только чем-то тонким, как специя. Нет, он определенно не был пьян, скорее просто устал настолько сильно, что с трудом держался на ногах.

Мы вновь вернулись к стойке регистрации и хотели было направиться к другому крылу, как мой взгляд зацепил движение на втором этаже. Это был никто иной, как единственный человек, с кем мне пришлось иметь дело в этом странном отеле.

Метрдотель нахмурился, взглянул на свои часы и стремительно спустился в холл. Я невольно восхитилась его стремительностью, мысленно аплодируя его ловкости, ведь росту в нем было чуть больше метра.

– Ох, господин Саагаши, прощу прощения за некомпетентность! – воскликнул он, широко улыбаясь и театрально всплескивая руками. – Боюсь, я задержался по вине одного из гостей, которому в строчном порядке была необходимость поесть свежий дуриан, коль уж мы попали на границу с джунглями Иссари.

И поспешил пожать руку гостю. Гость сомнительно посмотрел на его конечность, а потом нерешительно протянул свою. То ли его не учили таким манерам, либо в том месте, откуда он родом, здороваются немного иначе?

– Если честно, я был уверен, что Вы опоздали.

– Успел залететь в последнюю секунду, – пожал плечами, скромно улыбаясь, путник. И указал головой на небольшой чемодан.

– Да, идемте, – и метрдотель полез в картотеку за стойкой. – Я приготовил Вам номер с самыми красивыми видами, – гордо произнес он, протягивая ключ.

– Но мне уже выдали другой.

Господин Саагаши и метрдотель вопросительно посмотрели на меня. Но если гость улыбался мне, то абсолютно противоположные эмоции показывал мой наниматель.

– Да-а-а, я думала, что номер 1055 готов принять гостя, – кое-как, запинаясь, произнесла я.

– В следующий раз лучше не думай, – широко улыбаясь лишь ртом, ибо глаза его сверкнули злостью, проговорил метрдотель и указал на лестницу. – Прошу за мной на третий этаж, господин Саагаши, – и мужчина сделал несколько шагов в сторону лестницы.

Гость прокашлялся и не сдвинулся с места.

– Прошу прощения, но могу ли я все же заселиться на первом этаже.

Мой наниматель застыл с занесенной над полом ногой. Было видно, что ему редко кто отказывал, ведь кому как не метрдотелю лучше всего знать, где какой номер более подойдет гостю. О том, что он является здесь главным, я лишь предположила: ведь кроме него мне никто из персонала не попадался.

– Что ж, – выдохнул он и посмотрел на меня. – Я провожу господина Саагаши, а ты пока уберись на втором этаже, оттуда только что выселился постоялец.

Кивнув в знак понимания, поспешила в выделенную мне комнату за ведром со шваброй, периодически оборачиваясь назад, чтоб проводить взглядом симпатичного уставшего гостя, который в свою очередь лишь раз посмотрел в мою сторону, прежде чем скрыться за дверью.

Взяв рабочий инвентарь, я ненадолго зависла. А где тут набирают воду? Спросить было не у кого, да и какая-то робость охватила меня, уж слишком здесь все было загадочным и непривычным.

Наконец-то увидела малюсенький кран, торчащий из тупиковой стены. Вода из него лилась так, словно здание испражнялось по-маленькому, либо у меня сложилось впечатление, будто оно жалело каждую каплю.

Не прошло и получаса, как набралось с половину ведра. Плюнув на это, поспешила наверх. Мне нельзя терять работу, иначе Лейла может сильно расстроиться, да и подводить мне мою спасительницу ой как не хотелось. И только добравшись до нужного этажа поняла, что не спросила номер комнаты, из которой выписался постоялец.

– Вот ведь растяпа! – с досадой стукнула я саму себя по лбу и не найдя занятия получше начала мыть полы в коридоре. Учитывая, что и тут пол был постелен ковровой дорожкой из красного ворса, мне оставалось лишь протереть вдоль стен, периодически задевая настенные факелы.

И все бы ничего, но в какой-то момент я услышала голоса. Обернувшись и убедившись, что позади никого нет, я начала заглядывать в темные альковы. Но и ни в одном из них никого не встретила. Пока не поняла, что этот гул создают стены.

Можно было бы подумать, что говорят за ними, но в тот момент я была уверена, что дело именно в некотором волшебстве, что пропитало все здание. Я приложилась ухом к одной из темных досок, которыми были обшиты стены и прислушалась.

– Изииии, бегиии, – словно шептали они.

От этого меня пробрали мурашки. На время мне показалось, что я даже забыла, как дышать. И сама не заметила, как спотыкаясь о железное ведро (что с грохотом полетело вниз по лестнице), я поспешила к входной двери. Страх заставил действовать меня спонтанно и ноги не попросту поспевали за действиями испуганного сознания.

Каким-то чудом, иными словами я не могу описать того факта, что вполне успешно преодолела не только коридор и холл, но и лестницу, не успев посчитать телом ступени, добралась до заветной двери. Вначале я по инерции ударилась в нее и только затем попыталась открыть. Естественно, у меня ничего не получилось. Я стучала по ней кулаками, пинала, что есть мочи, но она была заперта. Да кто закрывает двери отеля?! Он же должен быть круглосуточным, как таверны! Это же приют для всех путников!

– Я не могу тебя отпустить. Ты не можешь уйти отсюда, – шикнул зловеще чей-то голос за спиной до того близко, что в ужасе остолбенела.

Несколько секунд я не могла решиться: стоит ли мне поворачиваться или все же оставить это в неведении. Головой я понимала, что со страхами надо бороться, ведь где-то в прошлом я была сильной, я уверена в этом! Но сердце трепетало. Оно выжидало с надеждой на то, что чем позже я повернусь, тем выше шанс, что там никого не окажется.

Я медленно-медленно разрешила себе посмотреть за спину, при этом прикрыв глаза, ибо услышала какой-то шорох.

Кое-как сдержав порыв теперь убежать в комнату, я приподняла ресницы и увидела господина Саагаши, что подходил к ресепшену. Я вскрикнула, отшатнувшись, отчего вновь врезалась в дверь и лишь потом прикрыла рот.

Гость отеля посмотрел на меня в замешательстве.

– Вам помочь, синая? – спросил он, всем видом показывая свою заинтересованность.

– Почему я не могу отсюда уйти? – с дрожащим голосом, задала я встречный вопрос.

Господин Саагаши посмотрел по сторонам в поисках моего собеседника.

– Прости, я тебя не понимаю, – потряс он головой.

– Вы сказали, что я не смогу отсюда выйти…

– Нет. Я однозначно этого не говорил. Даже более, был удивлен, увидев вас здесь. Я услышал звук…

– Звук? – сразу зациклилась на этом слове.

– Да, и судя по всему, это было ваше ведро, – указал он куда-то по ту сторону коридора, как-то устало (на тот момент я бы даже очевидные вещи не заметила, не то, что эмоциональное состояние окружающих). – Я искал метрдотеля, – и мотнул головой на стойку.

Вновь взглянула на гостя. Враг ли он или союзник? Что скрывает он под милой улыбкой? Врет или говорит правду? И почему тогда я не слышала его шагов? Ведь если человек движется, то его априори должно быть слышно.

Догадка осенила меня неожиданно и неприятно. Ковер! Длинный ворс ковра заглушает здесь все! Все, кроме стен.

– Вы его не видели? – продолжил вести беседу господин Саагаши, на что я лишь смогла потрясти головой.

– Что ж, жаль. Но если вдруг увидите его, то передайте, что мне нужно с ним кое-что обсудить.

С этими словами, он, шатаясь, пошел к себе в номер. Я же осталась стоять в оцепенении, прислонившись к злополучной двери, и понять, куда же я так вляпалась!

Спустя непродолжительное время наверху послышались голоса. Женский щебечущий и более знакомый – нахальный, моего нанимателя. Они мило вели беседу, ибо гостья хихикала с нотками флирта, именно так смеялась Лейла, прежде чем скрыться с мужчинами у себя в комнате.

– Что ты тут делаешь? – резко изменился в лице метрдотель, едва увидел меня у двери.

Я посмотрела на его спутницу и попыталась сделать шаг назад. Да где уж мне там! Я итак стояла к ней вплотную!

Отшатнулась в сторону, ибо не могла поверить своим глазам! Это оказалась странного вида существо. Оно однозначно было женской особью, ведь коротенькое платье с пайетками словно было сшито из ее же чешуйчатой кожи.

Переливаясь зеленым в огнях факелов, женщина гордо держала голову, весьма напоминающую рыбу, но с белыми волосами, ниспадающими ровными локонами до бедер. Большие глаза закрывались веками снизу, а не сверху, как у нормальных людей, и отсутствие ресниц заменяли яркие перламутровые тени. И тут до меня дошло – учитывая тот факт, что у нее вовсе не было никакой растительности на теле, следовательно и на голове – ничто иное, как парик!

Женщина ехидно улыбнулась широченными губами, показав мне свои остроконечные частые зубы. Я покачала головой и проморгалась. И знаете, помогло. Видение необычного пропало! Предо мной стояла весьма симпатичная девушка… да ей однозначно были присущи рыбьи черты, но не более. Странно…

– Я… Я хотела выйти, – и попыталась в очередной раз открыть рукой дверь за спиной.

– Мон шери, – обратилась дама, облокотившись на плечо метрдотеля. – Мы в пути. Двеги откгоются лишь по пгибытии, – она как-то странно коверкала слова.

– А… О…, – глупо выдавила я две буквы, не сводя глаз с нанимателя. Меня пугал его гневный взгляд. Господи, за что он меня так возненавидел в одночасье?! Что я ему сделала-то?! Я просто хотела покинуть этот странный и пугающий меня отель!

– Фганцуа, ты нанал новенкую? – обратилась она к мужчине, тем самым наконец-то заочно познакомив нас.

– Да. Не обращай внимания, Исса, – погладил он ласково ее ладонь, что все еще возлежала на его плече. На этот раз он был без шляпы, и его жидкие волосы были аккуратно прилизаны волосок к волоску. – Пойдем в буфетную, я угощу тебя самым вкусным тортом, о котором ты упоминала в свой прошлый приезд.

И все бы ничего, но тут он заметил ведро и разлитую воду у основания лестницы.

– Убери это немедленно, – прошипел он, зло свернув глазами, прежде чем увел странную женщину к двери, что находилась за лестницей.

Я осталась одна со своими нерадужными мыслями. Я в отеле, что по непонятным мне причинам имеет свойство передвигаться в пространстве и не могу из него выйти, пока мы не достигнем определенного местоназначения. Знать бы еще куда именно мы держим путь, и кто выбирает маршрут…

Что ж, мне надо лишь продержаться в этом здании, что нашептывает мне бежать из него со всех ног, всего лишь неделю и я смогу вернуться в приют к Лейле. Сомневаюсь, что она будет рада увидеть меня вновь на пороге с пустыми карманами, ибо у меня были опасения, что Француа мне не заплатит и монетки. Наши с ним отношения не задались уже с самого начала, и боюсь, они не выправятся к концу седьмого дня. Ну да ладно, мы найдем выход. Лейла всегда находит выход.

***Дуриан – самый вонючий фрукт, которые люди описывают как «ад снаружи – рай внутри»

Глава 4

День спустя

Я проснулась от резкого стука двери о стену и ставшего уже привычным крика метрдотеля:

– Быстро убери номера 3013 и 2100! У тебя полчаса! Мы скоро прибудем в Сноувилл.

– О, господи! – выкрикнула я в испуге, прикрываясь одеялом.

Зажмурилась от ворвавшегося в мою каморку ослепительного света, коим был освещен коридор. Протерев лицо ладонями, почувствовала влагу в уголках глаз. Я опять плакала во сне, а это могло значить только одно – буду опухшей и похожей на азиатку.

Резко пробужденное сознание нехотя возвращалось в реальность. Сноувилл? Мы же держали путь к Даркленд? Или мы уже там были? Ах да, были. Сколько же это я сплю? Какова же скорость этого отеля, если мы всего за одну ночь преодолели столь огромное расстояние?

Бегло осмотрела комнату в полутемноте и подмечая каждое изменение: у подножья кровати кто-то повесил мне униформу. Когда? Кто? Почему я не проснулась? Мне стало противно от того, что пока я спала, за мной наблюдали. Это уже ни в какие ворота не лезло!

Униформа оказалась длинным платьем закрытого кроя до середины икр, шоколадного цвета с белыми рюшечками. Ткань была грубой, но все же приятней чем тот мешок, что я носила до сегодняшнего дня.

Отбросив все сомнения, быстро натянула его, порадовавшись тому, что сидело оно на мне прям идеально. На скорую руку справив нужду и умывшись, я набрала воду в немного помятое теперь ведро и поспешила наверх. Однако едва я открыла дверь, то застыла как вкопанная!

Антураж отеля вновь сменился. Теперь вместо темных готических стен везде была снежная зима с некоторой рождественской атрибутикой, как пример, красногрудых птичек на ветках, что торчали из стен и у которых, как мне показались были живые глаза, что стало жутко на них смотреть. Я, наверное, не сильно удивилась бы, узнай прямо сейчас, что их просто заколдовали или же умертвили так быстро, что бедное создание даже понять не успело. В любом случае оба этих варианта были жестоки и омерзительны.

Всюду лежал сугробами снег. Его аж припорошило вдоль стен, от чего стал вопрос: есть ли необходимость мыть в коридорах полы?

Красный ковер все так же лежал под ногами, но теперь похрустывал от тяжести шагов. Воздух был прохладен и свеж.

Вспышка кратковременной боли в голове заставила меня поморщиться. Я будто помнила этот снег на вкус, однако воспоминания были какими-то неприятными. Возможно, где-то в прошлой жизни я не очень-то и любила зиму, но не могла поспорить с утверждением, что она волшебная!

На несколько секунд я позволила себе покружиться и половить редкие, но крупные снежинки, что медленно сыпались с потолка, прежде чем бежать выполнять свои непосредственные обязанности. И вот ведь какая досада: опять забыла номера комнат! Да что же это такое?! Почему я настолько невнимательна и глупа, что не смогла запомнить каких-то пару цифр!?

Делать нечего, пришлось идти к стойке регистрации в надежде, что мой работодатель тоже не отлынивает от своих дел. Да только где уж там! Француа как обычно не оказалось на месте.

Тяжело вздохнув, поняла, что следующая порция криков не за горами. Что-то я уже начала привыкать к ним, а ведь с момента как вступила моя нога в этот проклятый отель прошло всего ничего.

В надежде, что найду информацию на стойке, я заглянула в бумаги, но опять-таки ничего не поняла: «1055. Чемодан. Принц», «2041. Камнепад. Дожди». И ни слова про обязанности по уборке комнат! Да будь ты неладен! Ну неужели нельзя завести специальный журнал и вписывать, кто уезжает, а кто въезжает! Это же так просто! Как он вообще ведет учет? Одни каракули и символы, не говоря уже о неизвестных языках, которые я знать не знаю!

«Вот ведь поле для исследований для Дарьи Донцовой!», – вихрем пронеслась в голове мысль и так же стремительно исчезла, оставляя после себя ворох вопросов.

А она-то кто такая и что за странное имя? Нет, главное собственного имени я, знаете ли, не помню, а какую-то Донцову мозг мой взял, да и выдал! Гениально! Будем думать, что она была моей близкой подругой и вскоре я вспомню о ней еще что-то полезное.

Внезапно, словно из ниоткуда, перед моим внутренним взором развернулась сцена, настолько яркая и осязаемая, что я на мгновение потеряла связь с реальностью. Холодное, стерильное помещение с ослепительно белыми стенами, на которых нервно мерцала какая-то аппаратура, стало декорацией для странного действа. В центре этой картины возник расплывчатый силуэт мужчины, который, протягивая мне книгу, произнес с какой-то небрежной добротой:

– Маш, на, хоть почитай, что ли?

Я взглянула на обложку и увидела там нечто совершенно неожиданное – забавную карикатуру, изображающую целую толпу колоритных персонажей, и под ней – имя, которое я никак не могла связать с этим моментом: "Дарья Донцова".

Занавес опустился так же стремительно, как и поднялся. Этот мимолетный флэшбэк, длившийся всего несколько секунд, оставил меня в полном недоумении. Я не могла понять, было ли это реальным событием, затерянным где-то в глубинах моего сознания, или же это всего лишь игра моего разума, породившая столь странный образ. Единственное, в чем я была уверена, – это в том, что Дарья Донцова, скорее всего, никогда не была моей подругой.

Времени на то, чтобы вникнуть во все детали происходящего, у меня совершенно не оставалось. Я быстро пробежалась взглядом по паре ящиков, с удивлением отмечая царящий там беспорядок. Вздохнув, я решила действовать интуитивно, ориентируясь на звуки, доносящиеся из-за дверей. Логика подсказывала, что люди, которые выселяются, наверняка будут шуметь, собирая свои пожитки. Если бы я сама оказалась в подобной ситуации, будучи постоялицей этого необычного отеля-поезда, то, скорее всего, имела бы при себе целый арсенал сумок, набитых вещами "на всякий случай"...

Едва эта мысль мелькнула в голове, как меня вновь охватило странное ощущение дежавю. Этот день словно превратился в настоящую машину времени, переносящую меня в прошлое!

Я оказалась в просторной комнате, стены которой были окрашены то ли в теплый персиковый, то ли медовый оттенок. И да, я выбирала пышные платья для какого-то торжества, отбраковывая и сбрасывая большинство из них на огромную кровать с балдахином.

Это видение было мимолетным, настолько коротким, что даже не успела осознать, кем была в тот момент и где именно находилась. Но самое поразительное было то, почему за все недели пребывания в этом приюте я не вспомнила ничего подобного, а теперь, всего за сутки, на меня нахлынуло сразу несколько таких ярких воспоминаний!

Как в состоянии сомнамбулы осмотрела на стены и даже рискнула прикоснуться к холодной древесине, почувствовав, как пальцы тут же кольнуло холодом. Здание вновь издало протяжный выдох, заставив меня улыбнуться.

Мне почему-то показалось, что оно живое и ему явно нравятся мои прикосновения. Представила, как здесь, впрочем, как и во многих других отелях, порой происходит шумиха, драки, где ни раз эти стены были свидетелями кулачных боев и им самим попадало от безумцев. И никто и никогда не гладил эти доски, никто и никогда не проводил рукой по этой лепнине, поражаясь ее красотой.

Отель засмеялся. Ну или мне так показалось от того, что стены слегка затряслись, но это так подняло мне настроение, что я не сразу поняла, что стою напротив двери с номером 1055. Как назло, дверь резко открылась и на меня буквально налетел мужчина.

– О, доброе утро, – извинился господин Саагаши, одновременно убирая холодные руки с моих плеч и осматривая мою целостность. Затем он поправил свою шикарную шевелюру, а следом костюм. – Прошу простить меня. Не знал, что вы уже здесь.

От него пахло знакомой пряностью, медленно обволакивающей мое сознание. И что более было удивительным, так это то, что едва я подняла голову и посмотрела в его коре-зеленые миндалевидные глаза, как мгновенно все забыла: кто я и куда шла.

Стоявший передо мной мужчина был настолько очарователен, что я не могла отвести от него взгляда. И как я раньше этого не замечала?! Широкоплеч, от чего было непонятно, костюм его красит или наоборот.

Я вновь посмотрела ему в лицо и остановилась на чувственных полных губах. Мне захотелось прикоснуться к ним так же, как мгновение назад я прикасалась к стенам отеля. Я знала, что и это прикосновение принесет мне своеобразное удовольствие. Сама не поняла, как приподняла руку и едва не коснулась их пальцами.

– Дорогая, я бы не стал этого делать, – перехватил мужчина мое запястье, от чего я словно резко очнулась из сна.

О господи! Что творю!?

Набрав в грудь воздуха и им же задыхаясь, я кое-как выдавила:

– П– п-простите. Простите меня. Я… я… я не знаю, как так вышло, – и мой взгляд опустился ниже по его шеи.

Его белоснежная рубашка была наполовину расстегнута и оголяла слегка загорелую грудь. Я знала, что слишком многое себе позволяю и надо было вновь посмотреть ему в глаза, но не могла совладать с собой. Мне резко стало жарко, будто вся кровь ударила в голову. Я побагровела, что в свою очередь смутило меня еще больше. Господи, я сама себе враг!

– Эй, стойте, – улыбнулась моя невольная «жертва». – Все в порядке. Бывает.

Нет же, нет! Со мною такого не бывает! За три недели, пока я жила в приюте, такого не происходило, да и того раньше на вряд ли! О нет, неужели я и впрямь была сумасшедшей?! Может я кидалась на людей? И поэтому меня приложили хорошенько по голове?

Я потрясла головой, пытаясь совладать с эмоциями. Лишь спустя мгновение заметила, что господин Саагаши все еще держит мою руку и тоже смущенно рассматривает меня. Его глаза потемнели, дыхание замедлилось. И если бы не вся эта абсурдность происходящей ситуации, то я подумала бы, что он хочет меня поцеловать, ибо искрило, между нами, довольно-таки знатно.

– Мне надо… убраться в комнатах, – сглотнула я ком в горле и хотела было уйти, но мужчина удержал мою кисть.

– Уверен, моя комната была в списке, – и слегка притянул внутрь, будто без этого жеста я могла бы убежать. Впрочем, бегство было бы весьма кстати.

Я вновь посмотрела на дверь и номерную табличку. Мне и впрямь показалось, что утром метрдотель упоминал эти цифры. Эх, ладно, будь что будет. С виду господин Саагаши не вызывает во мне опасений, а значит не стоит лишний раз бояться неизвестного.

Кивнула и хотела было войти, но вспомнила, что где-то оставила ведро со шваброй. К счастью, обернувшись, обнаружила, что не так далеко. Видимо, там, где начала изучать стены, в нескольких метрах от меня.

Господин Саагаши отпустил меня и отступит, чем дал возможность совладать со своими странными чувствами.

«Позже, корить себя я буду позже. Сейчас надо работать», – шептала я себе под нос, когда, взяв инструментарий, поспешила в номер постояльца.

Признаюсь честно, я даже не представляла о том, как выглядят некоторые номера, занятые клиентами отеля. Думала, все стандартно, также, как и в пустых комнатах. Но нет, нереальность чуть не свалила меня с ног.

Номер представлял собой огромный дом. Нет, не так. Это был словно дворец, облицованный плитами из небесного мрамора. Его фасад, украшенный изящными колоннами в стиле классицизма, возвышался куда-то под своды потолка. Они словно стражи времени, поддерживали массивный карниз, украшенный тончайшей резьбой.

Окна были обрамлены витиеватыми рамами, которые словно обнимали стекла, отражая солнечные лучи и создавая игру света и тени на земле. В некоторых из них можно было увидеть цветные витражи, изображающие сцены из мифов и легенд, которые переливаются всеми цветами радуги при попадании солнечного света.

Внутри «дворца» царила атмосфера величия и спокойствия. Просторные холлы с высокими потолками и мраморными полами вели к уютным залам, где свет мягко лился через большие окна. Стены были украшены картинами известных художников, а антикварная мебель рассказывала о прошедших эпохах.

Это здание – не просто строение, а словно живое произведение искусства, которое дышит историей и вдохновляет каждого, кто пересекает его порог.

Я ахнула от удивления, рефлекторно прижав пальцами губы. Господин Саагаши хмыкнул и, шатаясь, прошел вглубь строения. Я поспешила за ним, откровенно боясь потеряться в закромах столь огромного помещения.

– Я разлил кофе в спальне, – спокойно произнес мужчина, проходя через райский сад в другое крыло здания.

Пару раз я врезалась в колонны, ибо просто не могла оторвать взгляд от той роскоши, которая предстала перед глазами. Когда же мы дошли до покоев, они снова напомнили мне о уже увиденном, о том, что я поймала там, в коридоре. В его покоях была таже подобная роскошь во всех деталях: начиная от канделябров с завитками заканчивая кованой люстрой, что ниспадала чуть ли до середины комнаты.

– Вон там, – указал на подножие кровати господин Саагаши и прошел неровной походкой к столу.

Пока я оттирала темную лужицу, он вновь обратился ко мне.

– Ты здесь недавно, не так ли?

– Угу, – кивнула я, ну а потом осмелела и спросила: – Выдает некачественная работа и растерянность?

– Не только. Скорее твой страх. Я его чувствую за версту.

Я на мгновение остановилась, чтоб осмыслить его слова.

– Меня заперли в этом отеле, не предупредив о его странностях. Уверена, страх – это естественная реакция моего тела.

И когда это я так красиво научилась излагать свои мысли? Вот интересно…

– Уверен, что так. Но я чувствую иного рода страх, – пожал красавец плечами, отчего его волнистые волосы качнулись, будто пружина.

– Какой же? – услышать мнение другого человека, сочувствующего тебе, всегда приятно.

– Страх неведения, если ты понимаешь, о чем я.

Я действительно пыталась понять смысл слов, но все же решила уточнить.

– Неведения?

– Я пару раз встречал таких…существ, которые не помнили своего прошлого и были до того потеряны в будущем, что у них все из рук валилось.

Господи, так это же и впрямь мой случай!

– Я угадал? – улыбаясь лишь одним уголком губ, спросил господин Саагаши, прежде чем сделать глоток какого-то бело-желтого напитка.

Я почти закончила с пятном от кофе на полу, поэтому просто кивнула.

Стоит ли бояться того, кто тебя читает тебя как книгу? Лично меня этот красавчик немного испугал. Точнее не он, а те эмоции, которые он во мне разжигал и, что уж тут греха таить – правда о его осведомленности на мой счет. Вот как он догадался, что я сейчас живу в подвешенном состоянии? Что я без прошлого и будущего? А если еще ему станет известно о моих умственных способностях? Наверное, разочаруется во мне до последней капли. А это самое горькое чувство.

– Хотите? – предложил хозяин сего «дворца» мне напиток.

Я покачала головой. Не хватало еще, что Француа выпер меня с работы преждевременно не пойми где из-за непозволительных вольностей в номере гостя. Конечно, господин Саагаши не предлагал мне спиртного, в покоях не пахло спиртным, но ведь и простой лимонад мог вызвать кривотолки. Мало ли, вдруг в этом отеле принято подглядывать и приглядывать за всеми, кто решился поселиться здесь.

– Мне иногда кажется, что пуста и страх во мне из-за отсутствия воспоминаний, – взявшись за ведро со шваброй и готовясь уйти, решила я все же высказать свои чувства.

Постоялец задумался, уставившись на пол и крутя в руках бокал.

– Я вам немного завидую, – ответил он в итоге.

– Простите? – не поняла я его.

– Вы можете заполнить свою пустоту всем, чем захотите. Нам же, остальным, надо принять все наши ошибки и жить с ними до конца наших дней. В то время как вы – чистый лист.

Я никогда не задумывалась с этой позиции. И вот уж точно не думала, что в потере памяти можно найти положительные стороны.

– Спасибо, – поблагодарила я господина Саагаши.

Приятное волнение прокатилось по моим венам, давая мне возможность воспрять духом. Позже я призналась самой себе, что теперь он мне нравился не только внешне, он сумел зацепить своим внутренним миром.