Текст книги "Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием (СИ)"

Автор книги: Полли Нария

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Глава 22

Дамион

‒ Ты идиот, Карл! ‒ взревел я, стоило тюремным дверям закрыться за моей спиной. Благо на комнату всегда был наложен полог тишины, и стража не могла нас слышать. ‒ Ты зачем устроил весь этот цирк?

‒ Дами, не кричи, пожалуйста, ‒ принц, наконец стянул со своей головы соломенную шляпу и снял личину. Не самую качественную, надо сказать. Рукой махни, и она могла слететь еще в комнате невесты, к которой этот остолоп решил проникнуть.

‒ Я буду кричать столько, сколько потребуется. А если кто-то из невест и есть твоя погибель. Об этом ты, конечно же, не подумал?

Карл скривился и, опершись плечом о скользкую каменную кладку, потер виски.

‒ У тебя крыша поехала от этих россказней. Никто не собирается меня убивать.

Ну конечно!

‒ Я и забыл, что ты у нас не только будущий король, но и пророк, знающий все наперед.

Я сжал челюсти и подошел вплотную к брату. Ему столь плотное взаимодействие не понравилось, и он даже выставил вперед ладони, чтобы меня отпихнуть.

Плевать мне было сейчас на его комфорт. Карл ходил по тонкому льду, балансировал над бездной, которая уже раззявила свою огненную пасть, чтобы съесть его вместе с костями. Но брат отказывался видеть очевидное. Нет, он, вопреки всем моим просьбам, усложнял мою работу бредовыми выходками.

‒ Ты последний наследник рода Либирато. И не имеешь права рисковать своей жизнью до тех пор, пока твоя будущая жена не понесет от тебя!

Карл скривился, а я сжал кулаки, потому что костяшки пальцев чесались пообщаться с братом в другой форме. Более мужской и доступной для понимания. Но я сдержался. Просто потому, что это были приемы отца. А не мои. Я все еще уповал на силу слов. И на свои способности убеждать и быть убедительным.

‒ Так для чего все это? ‒ спросил я уже спокойно. И даже отступил на пару шагов, чтобы не давить на Карла. Все же не стоило забывать, где чье место. Он будущий король, а я всего лишь советник. И дело мое ‒ давать советы. А уж прислушиваться ли к ним, решать наследнику престола.

‒ Ты перекрыл мне кислородом, Дамион. Закрыл в покоях. Спрятал от чужих глаз... Я, по-твоему, похож на любовницу, которую скрывают от ревнивой жены? Мне надоело!

Карл потер шею сзади и посмотрел на меня из-под растрепанных белых волос. Взгляд упрямый, непокорный, детский. Он вел себя как разбалованный ребенок, у которого отняли любимую игрушку. И чтобы отомстить нерадивым родителям, он делал все, чтобы привлечь их внимание. В нашем случае родителем был я.

И, кажется, я совершенно не справлялся со своей ролью.

‒ И это единственная причина? ‒ я разжал кулаки, потому что у меня свело пальцы. ‒ Тебе надоело. Прекрасно!

‒ И мне скучно.

‒ Великолепно! ‒ от напряжения в челюсти у меня стало сводить еще и мышцы. ‒ Теперь прикажешь мне тебя развлекать? Орнеллы тебе мало?

Карл фыркнул:

‒ Да ты же не знаешь, что такое веселье, Дамион. Ты статуя, без чувств и эмоций, нацеленная лишь на достижение поставленной цели. Ты вбил себе в голову, что меня нужно защищать, и теперь сводишь с ума этим все поместье.

Мне пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не ругнуться.

‒ Отец погиб. Кайрус превратился в непонятно что после встречи с менталисткой, Карл. Тебе этого недостаточно? Этернель предсказала твою скорую смерть. Этого тебе мало?

‒ Достаточно! ‒ брат взмахнул рукой, призывая к молчанию. ‒ Я уже слышал это множество раз. И не нуждаюсь в повторении. Хочешь верить слухам ‒ я мешать тебе не стану. Хочешь искать выдуманную тень ‒ вперед! Но не вмешивай меня в эти дела. Достаточно того, что я женюсь на той, что выберут мне духи. Ты думаешь, так просто смириться с тем, что я потеряю свою свободу?

Мне стало так смешно. Карл больше переживал из-за секса с одной единственной женщиной до конца жизни, чем о том, что эта жизнь может оборваться раньше, чем ему все это наскучит.

‒ Я думаю, что ты идиот.

‒ Это я уже слышал. Не цепляет, ‒ лениво произнес Карл и скрестил руки. Закрытая поза говорила больше, чем принц хотел показать. Его задевали мои слова. Но мне было все равно. Я готов был превратиться в дятла, чтобы наконец, вдолбить брату, как он не прав. Может это и больно, но точно эффективно.

И я обязательно продолжу это утомительное занятие, но уже не сегодня. Мне еще было необходимо разобраться с той леди, к кому он проник.

‒ Скажи хотя бы, чье имя, садовник, ты опорочил?

Тут лицо Карла из раздраженного вдруг превратилось в мечтательное.

‒ Леди Соли…

‒ Что?

Только этого еще не хватало. Азгар! Почему эта дурнушка так притягивала к себе всевозможные неприятности?

‒ А нечего было про нее умалчивать. Ты мне про всех все рассказал, а про первую как будто ни сном, ни духом. Вот я и решил взглянуть самолично. Короче, ты сам во всем виноват! А она… М-м-м-м…

Меня от его слов словно окотило холодной водой, а потом заморозило ветрами Ревении. Не хватало, чтобы брат нацелился именно на эту девушку. Я даже думать об этом не хотел.

‒ Свободен, ‒ выдавил из себя и отвернулся.

После того как Карл телепортировался к себе, я вышел из камеры и отпустил стражу. Конечно, ничего им объяснять не стал. Теперь же мой путь лежал в покои Анжелики. Нужно было спасти ее честное имя, прежде чем слухи разнеслись бы по поместью.

Глава 23

Лика

Заявление расфуфыренной брюнеточки меня ни капельки не задело. Так уж повелось в этом мире, что меня постоянно обвиняли в том, чего я не делала. И раз так, то и реагировать я решила соответственно. Никак.

‒ А вы кто?

‒ Орнелла Малин, ‒ свысока представилась незнакомка.

В комнате повисла неловкая пауза и девушке пришлось добавить:

‒ Я вообще-то распорядительница.

Фифа заявила это самодовольным тоном, будто грех было не знать такую знаменитую личность.

‒ И чем вы распоряжаетесь? ‒ полюбопытствовала я. И не только из соображений деликатности, вовсе нет. Мне действительно было интересно, кого еще занесло в мои покои этим ранним утром.

Новая знакомая моего вопроса не оценила. Но, поморщившись и поправив иссиня-черную копну волос, все же снизошла для объяснения:

‒ Я распоряжаюсь невестами.

‒ Оу...

‒ Слежу за тем, чтобы участницы отбора вели себя достойно и прилежно, ‒ с поучительными нотками выдала дамочка, зыркнув недовольно.

Ну конечно, я ведь уже не подходила под данное описание. Так что поведение девушки меня не удивило. Ей была предоставлена информация, которую она интерпретировала согласно словам стражи. И, как известно, даже самые простые слова могут оказаться неточными и непонятными. Каждый может представить что-то свое, услышав одно и то же объяснение ситуации. Поэтому люди всегда понимают и оценивают одни и те же события по-разному.

Для Орнеллы я была порочной особой, решившей весело провести время с садовником. И все это прямо под боком принца. То есть я еще была невероятно глупа.

Деревенщина, что я нее взять.

‒ Вы знаете, как должна вести себя леди? ‒ решила-таки просветить меня распорядительница.

И по сути, мне бы плюнуть на все это с высокой колокольни и уйти в закат, однако не стоило забывать про договор, заключенный с советником. Если сейчас моя репутация рухнет, то неизвестно, чем мне это аукнется в будущем. В очень ближайшем, нужно заметить.

‒ Можете не отвечать, ‒ перебила меня Орнелла, стоило мне открыть рот. ‒ Пока решается ваша судьба, я проведу с вами небольшую беседу. Леди ‒ это…

И она пустилась в объяснения, вдохновенно рассказывая о женщинах, которые, по ее мнению, были примером для подражания. Рассказ пестрил неизвестными именами и фамилиями. И этот монолог казался бесконечной пыткой. Все, что я могла ‒ просить богов о том, чтобы мучения быстрее прекратились.

И, словно услышав мои мольбы, дверь в покои распахнулась и порог переступил сам Дамион Бессо. Его персона тут же заполнила комнату темной тяжелой аурой. Статный, в идеальном мундире, в чистых сапогах, он представлял собой эталон мужественности. И это несмотря на длинные волнистые волосы, которые я никогда не ценила в мужчинах. Но, как оказалось, я просто не встречала в своей жизни таких мужчины. От взгляда которых замирало сердце и сбивалось дыхание.

Только глаза его смотрели не на меня. Пальчиком подманив к себе леди Малин, он что-то шепнул ей на ушко. Что-то такое, отчего лицо оной в момент изменилось.

– Закрой рот, пока муха не залетела, – резко прокомментировал советник. ‒ И можешь быть свободна.

Орнелла пару раз моргнула. Вид у нее был крайне ошеломленный.

‒ И да, не забудь пресечь любые слухи, поняла?

Под тяжестью взгляда девушка чуть сжалась, но, понятливо кивнув, вышла из покоев, оставив меня с мужчиной наедине.

‒ Ты наступаешь на одни и те же грабли, привлекая к себе лишнее внимание, ‒ рыкнул на меня Дамион, стоило Орнелле покинуть мою комнату. Он сразу перешел в атаку, а я сразу перестала им любоваться. Вспомнила, что красота ‒ не залог адекватности.

И вообще мне захотелось возмутиться. Если надо, я еще раз на них наступлю. Просто во имя протеста. Чтобы больше со мной подобным тоном не общались. Но в слух этого, конечно же, не сказала. Впечатлений за сегодняшнее утро я набрала, как корзинку с горкой ягод: добавь туда еще ругань с советником, и корзинка лопнет. Так себе аллегория, но голова моя и правда была готова взорваться. Как и возмущение.

Я не виновата, он сам пришел. Хотелось оправдаться фразой из советского фильма. Да толку.

‒ Это не я залезала в чужие окна!

Факт? Факт! Чем бить будете, советник?

А бить этому бесу было чем.

‒ А охранное заклинание на окна вас никто не учил ставить?

Ну вот, приехали. Я насупилась и, сложив руки на груди, отвернула голову к злополучному окну. И Дамион все понял без слов. Ругнулся и в миг очутился прямо передо мной.

Мое сердце из-за его близости предательски проделало унизительный акробатический трюк. Но я не подала вида. Не дождется!

‒ Из какого же ты захолустья вылезла, если самых простых вещей не знаешь?

‒ Из какого вылезла, там меня уже нет, ‒ буркнула в ответ и насупилась.

Я ждала, что Дамион продолжит читать мне нотации. Обвинит в порочном поведении. Разорвет договор. Но вместо этого мой живот запел печальные серенады. Довольно громкие и говорящие.

Советник окинул меня нечитаемым взглядом, тяжело вздохнул и устало произнес:

‒ Иди на завтрак. А я пока поставлю охранки. Теперь окно сможешь открыть только ты. И если я застану тебя в комнате с мужчиной... ‒ Дамион запнулся и решил перефразировать. ‒ Если кто-то застанет тебя в постели с мужчиной, и это будет не принц, то наш договор разрывается. А это значит...

‒ Тюрьма, ‒ закончила я тихо. ‒ Спасибо, что напомнил.

После этих слов я ушла в гардеробную. Нет, не так. Я сбежала в гардеробную. А когда вышла, мужчины в комнате уже не было.

Глава 24

Лика

Завтрак проходил в привычной атмосфере. Гнетущей и напряженной. Девушки переглядывались, недовольно щурили глаза, кто-то морщил носик, кто-то елозил вилкой по тарелке, без особого аппетита. Я же ела.

‒ Вот и правильно, ‒ похвалила меня сидевшая рядом Агата. Она так же, как и я, не собиралась отказывать себе в удовольствии, даже находясь в обществе не самых приятных особ. ‒ Нечего портить фигуру голодовками. До добра это точно не доведет.

Да, в нашем змеином клубке появились новенькие. Но и к ним у меня были вопросики.

Ева ан Готье, например, не сразу приступила к приему пищи. Сперва она прижала указательный палец ко лбу и закрыла глаза. Посидела так пару минут и только после этого позволила замершему возле нее слуге наполнить пустую тарелку.

‒ Анжи, не стоит так пялиться на тех, кто молится, ‒ Агата вновь привлекла мое внимание. И я даже немного смутилась.

‒ Я не знала…

Леди Грин вопросительно изогнула брови, а я тяжело вздохнула. Точно так же, как это недавно сделал Дамион. Сокрушенно. Как от безысходности. Ну что я могла поделать со своей попаданческой безграмотностью?

‒ Ты странная, ‒ девушка мотнула головой, а потом открыто мне улыбнулась. ‒ Мне такие нравятся.

Я улыбнулась в ответ с благодарностью за то, что девушка не стала ничего уточнять. Надо признаться, что Агата мне тоже нравилась. Она ничего из себя не строила. И была вполне обычной, приземленной.

‒ О чем шушукаетесь? ‒ ворвался в наш тихий диалог незнакомый писклявый голос.

Я подняла глаза и встретилась с ярким пронзительным взглядом одной из новоприбывших невест. Блондинка с пепельными волосами выглядела очень эффектно в своем алом платье и тиарой на голове. Для завтрака наряд не подходил. Однако ей, несмотря на все правила хорошего тона, он шел.

Виктория Бланш, припомнила я имя. Ну, прямо как королева, ей-богу. Держалась она именно так. Уж кто-кто, а эта девушка прибыла во дворец по назначению. А взгляд ее упрямых глаз закономерно говорил о категоричности и высоком мнении о себе.

‒ Да-да, нам всем было бы интересно послушать! ‒ влезла в разговор Дженис.

И снова внимание всех было направлено на нас с Агатой. Как будто мне было мало сегодняшнего утра. Благо, по лицам девушек я поняла, что никто из них не в курсе случившегося. Будь иначе, никто бы молчать не стал. Устранить конкурентку ‒ вот что важнее всего.

‒ А какое вам дело? ‒ леди Грин поднесла к губам бокал с гранатовым соком, отпила его и, вернув на стол, сложила руки на груди.

‒ А может, вы сговор готовите? ‒ вечно недовольная Дженис прожигала нас своим взглядом. Не хватало только искр, летящих в нашу сторону.

‒ Вот именно, ‒ поддержала ее Виктория. Птички окончательно спелись. И мне хотелось удариться лбом об стол, потому что такой тандем не сулил ничего хорошего. ‒ Затеваете гадость. Если хотите разговаривать, говорите громко и четко.

‒ Просто потому, что тебе этого хочется? ‒ не выдержала я. Выскочки мне не нравились никогда. Да и молчать в тряпочку я больше не собиралась. Да, Дамион просил меня не выделяться, однако все изначально пошло не по плану. И молчать в таком случае было не лучшим вариантом.

Один раз прогнешься, и от тебя никогда не отстанут.

‒ Потому что того требуют приличия, леди Соли. А вы…

Сбоку послышался звон стекла, и мы все обернулись на источник шума. Пенелопа Хилл сидела с широко распахнутыми глазами и смотрела на свою руку, по которой стекала тоненькая струйка крови. Рядом с рукой лежал треснувший бокал.

Все тут же позабыли про разговор, и в малой столовой начался сущий хаос. Некоторые невесты окаменели и побледнели. Барбара, хватаясь за горло, начала заваливаться в сторону, где ее нехотя подловила Дженис. Ева стала тыкать себя пальцем в лоб и шевелить губами в безмолвной молитве.

Но пик пришелся на тот момент, когда Зара, еще одна новенькая, всхлипнув, стала горько плакать и кричать:

‒ Уберите! Уберите кровь! Не могу-у-у-у на нее смотреть!

Я же, не обращая внимание на творящийся вокруг бедлам, встала со стула и подошла к поранившейся девушке. Взяв ее ладонь, я аккуратно взглянула на рану, оценивая масштабы бедствия. И, осознав, что девушке ничего не грозит, обвернула кисть Пенелопы чистой тканевой салфеткой.

‒ Держи крепко и кровь остановится сама.

Онемевшая девушка едва заметно кивнула, прижав к груди руку. И в этот момент в столовую вбежала Орнелла вместе со слугами.

‒ Что здесь происходит? ‒ грозным тоном спросила она, окинув комнату гневным взглядом.

‒ Это все она! ‒ пальчик Виктории указал в нашу сторону, и распорядительница посмотрела сначала на леди Хилл, а потом уже на меня.

Надо было видеть ее лицо.

И снова здравствуйте, как говорится.

Глава 25

Лика

‒ Леди Соли, что вы сделали с леди Хилл?

Ну конечно, других вариантов, кроме как обвинить меня в голове Орнеллы не возникло. Что-то мне подсказывало, что с этих пор я находилась под пристальным вниманием этой дамочки. Не знаю, что именно сказал ей Дамион, чтобы прикрыть мою многострадальную спину, но девушке это явно не понравилось. Точнее, ей не понравился тот факт, что выходка с садовником обошла меня стороной. Не было разбирательств, и принц не решал судьбу своей падшей невесты.

Что не сулило мне ничего хорошего со стороны распорядительницы. Я уже заведомо была виновна во всех прегрешениях, даже если лично в них не участвовала. Вот и сейчас со стороны казалось, что именно я навредила Пенелопе, этой хрупкой низенькой девушке, дрожавшей как осиновый лист под грозным взглядом фифы.

‒ Помогла ей остановить кровь, ‒ я же Орнеллу не боялась. ‒ Бокал треснул, и леди Хилл поранила руку.

‒ И вы, конечно же, знали, как оказать первую помощь?

Вопрос брюнетки звучал странно. С двойным дном.

‒ А что в этом удивительного?

И только потом я поняла очень очевидную вещь, ускользнувшую от меня в разгар хаоса. Никто из невест не вскочил с места, кроме меня. Никто не стал пытаться хоть как-то помочь испуганной сопернице. Но не потому, что здесь собрались кровожадные твари, а всего лишь из-за того, что никто не знал, что именно нужно делать в подобной ситуации.

В столовой собрались истинные леди, белоручки, возможные будущие королевы, которым не нужно было знать, как помогать людям. Их удел ‒ плести интриги, рожать наследников и вышивать на пяльцах. Ну или что еще делают знатные девицы в свободное время. Ах, точно, еще играть на фортепиано, петь песни и красиво танцевать на баллах.

Вид крови испугал участниц и только я, бывшая ученица медицинского университета, знала, что именно стоит делать.

‒ Леди Хилл нужно срочно обработать рану, пока туда не попала инфекция. И перебинтовать ладонь.

‒ Инфекция?

Могли ли брови Орнеллы взметнуться еще выше? Как оказалось, могли. Так, глядишь, и убегут в шевелюру цвета воронова крыла. Опасненько.

‒ Заражение… ‒ исправилась я. Но было поздно. Я вновь ляпнула, не подумав.

‒ Так ты целительница?

Вот тут я яму себе копать точно не стала. Ну их… Может я и смыслю что-то в лечении, но вряд ли моих знаний хватит для этого мира. Тут точно еще не изобрели парацетамол и ибупрофен. Я даже про градусники боялась спросить. Нет. Я не целитель. Хватит мне уже других всевозможных ярлыков.

‒ Нет! ‒ я замотала головой и затараторила: ‒ Приложить чистую тряпку к ране каждый может. Я не целитель и ничего в этом не понимаю. Все испугались крови, а я нет. Вот и все.

Брови леди Малин вернулись на место, хвала богам всех миров. Но теперь она смотрела на меня не с удивлением, а с подозрением. То бишь мы вернулись к тому, с чего все началось. Ну и отлично.

‒ Прошу вас сесть на свое место.

Просьба Орнеллы звучала как приказ, но я была рада, что допрос закончился, толком не начавшись. Пока я шла к своему стулу, распорядительница о чем-то переговорила со слугами, и бедную курносую Пенелопу, под взглядами всех участниц вывели из малой столовой. Как прокаженную. Мне было отчего-то жаль девушку. Она походила на робкий цветочек, которому только что оторвали лепесток.

‒ Раз уж ситуация исчерпала себя без моего вмешательства, ‒ леди Малин выдержала небольшую паузу. ‒ Думаю, пришло время объявить вам о чем-то более важном.

В комнате повисло напряжение. И я бесконтрольно заерзала на месте. Агата, сидевшая рядом, волновалась не меньше. Девушка вцепилась в края рукавов своего платья и сжала их в кулаки.

‒ Вас десять. А это значит, что дайвы отобрали всех невест.

Я перевела взгляд на Викторию, которая в отличие от всех остальных, не выглядела взволнованной. Она, наоборот, улыбалась. С предвкушением. Фантазия быстро всучила ей в руки топорик, и в голове замелькала потешная картина, где леди Бланш расправляется со своими конкурентками не самым мирным способом. Может, алое платье было выбрано не просто так? На такой ткани точно не будут видны брызги чужой крови.

Я тряхнула головой, скидывая наваждение.

‒ Сегодня вечером состоятся смотрины, мои дорогие участницы. Где вы предстанете во всей своей красе перед принцем.

По столовой пролетели возбужденные шепотки. Да и я сама обрадовалась. Чем быстрее начнется отбор ‒ тем быстрее он закончится.

‒ Так что идите, готовьтесь. У вас не так много времени.

Девушки подскочили со своих мест и, позабыв про приличия, ринулись к двери. Я же бежать не спешила: все равно меня никто не пропустил бы вперед. И пока я в спокойном темпе допивала бокал воды, возле моего лица мелькнуло что-то размытое и голубое. А следом, вызвав рой ледяных мурашек, до моих ушей донесся хриплый протяжный шепот:

‒ Наше-е-е-ел…

 Я резко дернулась, силясь увидеть говорившего, но комната столовой позади меня была пуста. Неужели показалось?

Глава 26

Дамион

Я сорвался. Вот так, увидел Анжелику в одной ночной сорочке, и у меня все поплыло перед глазами в красном мареве гнева. Зная, что она ни в чем не виновата, обвинил ее в распутстве. Дурак!

Вот нужно было Карлу заинтересоваться именно этой невестой. Хотя я тоже хорош. Конспиратор хренов. Не подумал, что умалчивание, наоборот, привлечет внимание брата. Но даже если и так, я даже представить не мог, что он решится на абсурдный маскарад с переодеванием. Многоликий, он визуализировал себе усы...

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Моему разуму нужна была передышка от театра абсурда, творящегося в поместье. Что ни день ‒ то свистопляска. Надоело!

А на вечер уже были назначены смотрины. Азгар! Толпа слуг, невест и... Марион. Она была словно вишенка на торте: красивая и аппетитная, но с червячком внутри. И пока не надкусишь, не поймешь, что сердцевина испорчена. Правда, так думал только я. Для всех остальных мать-королева была примером для подражания. Добрая, отзывчивая, сердечная. Народ боготворил ее так же сильно, как она ненавидела меня.

Да, судьба любила баланс во всем. А мою жизнь она сбалансировала сполна.

В дверь постучали.

‒ Войдите, ‒ я сел в кресле ровно и сложил руки в замок на столешнице, мысленно обращаясь к Многоликому, чтобы вновь ничего не случилось.

Средний зал для смотрин был почти готов, и у меня в планах было осмотреть его на наличие подозрительных вещей. Просканировать помещение на магию... Дел хватало. В нагрузке поверх всего этого я точно не нуждался.

Орнелла впорхнула в мой кабинет быстрой, грациозной походкой. Длинная шея, стать, точеная фигура ‒ эта девушка умела себя подавать и пользовалась этим без зазрения совести. Я, правда, никогда не понимал, чего она пыталась добиться, резвясь в постели с принцем. Женой она быть не могла. Любовницей? Лишь до свадьбы.

Не знай я ее с самого детства, мог бы заподозрить в тайных мотивах: подобраться поближе к Карлу и убить его. Но нет, этот вариант себя не оправдывал. Орнелла любила деньги, красивые вещи и драгоценности. И сейчас получала их сполна. Устранять свой такой своеобразный доход ей было попросту невыгодно.

‒ Королева прибыла, ‒ присаживаясь в пустое кресло, сообщила распорядительница. Девушка при близком рассмотрении выглядела запыхавшейся и уставшей. Тяжело дыша, она попыталась сдуть со лба темную прядь, но у нее ничего не получилось. Поэтому Орнелле пришлось смахнуть волоски рукой и только после этого она посмотрела на меня прямо.

‒ Если ты пришла ради этого, то спешу тебя огорчить ‒ мне уже доложили.

Девушка недовольно сжала губы, но взгляд отводить не спешила. Нет. Она точно пришла по другой причине.

‒ Почему Карл полез в окно к этой дерев... к леди Соли?

Вопрос меня крайне удивил. И немного позабавил. Неужели он был вызван ревностью. Да, мне пришлось рассказать Орнелле правду про выходку принца. Без ее участия все могло бы выйти из-под контроля. А так репутации Анжелики почти не пострадала.

‒ Ты уверена, что спрашиваешь у того человека?

‒ Мы на такие темы не общаемся. Мы...

‒ Давай без подробностей, ‒ перебил брюнетку. ‒ Если это все...

‒ Не все! ‒ кулачок Орнеллы со стуком опустился на край столешницы с той стороны, где девушка сидела. На щеках заиграл румянец. А глаза наполнились возмущением. Но под моим взглядом она поспешила спрятать руку в складках платья. ‒ Эта леди Соли недостойна Карла.

‒ Орнелла!

Разговор я продолжать намерен не был.

‒ Даже если забыть тот факт, что она впустила его к себе в комнату. Но она ведь не знала, что он принц! Она... распутная. И странная, ‒ в распорядительнице играли эмоции. Бурлили гейзером, выливаясь изо рта словесным потоком. ‒ Представляешь, она возомнила себя лекарем сегодня. И за завтраком пыталась остановить кровь у одной из невест.

‒ И? ‒ я пытался выглядеть равнодушным, но внутри опять поднималась буря.

‒ Леди так не делают!

‒ Не помогают другим? ‒ хотел я того или нет, мне по какой-то странной причине хотелось защитить Анжелику. Я не желал, чтобы о ней говорили плохо. И дракон был со мной полностью солидарен.

‒ Не лезут не в свое дело, Дамион. А вдруг она под таким предлогом хотела сделать леди Хилл хуже? Устранить конкурентку?

‒ Чего ты от меня то хочешь?

Этот разговор необходимо было прекратить. Немедленно.

‒ Поговори с Карлом. И предупреди его, что она может быть опас...

‒ Хорошо. Это все?

На лице Орнеллы расцвела улыбка. Я мог бы даже засмотреться. Но нет. Меня не цепляло.

‒ Спасибо, Дамион! Это все, о чем я хотела поговорить. И я рада, что ты меня услышал.

Еще как услышал.

Встав из кресла, брюнетка, дабы показать, насколько она благодарна, даже присела в книксене, а потом ветром вылетела из моего кабинета, оставив шлейф сладких удушающих духов.

Я тоже встал из-за стола. Хотел я того или нет, но одно дело все же на меня свалилось, и решить его я вознамерился прямо сейчас. Щелкнув пальцами, отправился в покои Лики. О разговоре с Карлом и думать забыл. Точнее, я даже не собирался. Да не осудит меня леди Малин.