Текст книги "Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием (СИ)"

Автор книги: Полли Нария

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Глава 83

Лика

Я не находила себе места. Бродила из угла в угол, как лев, закрытый в клетке. Хотя, кому я вру, во мне ничего не было от грозного хищника. Я была кроликом, которого вот-вот должны были освежевать и отправить на вертел.

Но я это заслужила.

Вдох. Выдох. Анжелика, возьми себя в руки.

Самогипноз уже не помогал. Успокоиться не получалось от слова совсем. Сердце бешено билось о грудную клетку, и та отдавалась болью на каждый удар.

Как же я оплошала. Взяла да и сболтнула то, что не имела права. Тем самым подставив себе. И Дамиона. За себя страшно не было совершенно. А вот за советника переживала так, как никогда. Каким бы холодным и отстраненным со мной он не был, Дамион был дорог мне.

Я чувствовала, как каждая клеточка тела наполняется тревогой. Дыхание становилось все более поверхностным и рваным, словно воздуха в комнате становилось меньше и меньше. Мысли путались паутиной, в которую я сама себя и загнала.

Попыталась сосредоточиться, но разум, застигнутый врасплох, не был способен справиться с навалившейся волной паники.

А всему виной была неизвестность. Явись в мою комнату советник, живой и невредимый, и начни меня ругать, я бы успокоилась. Возможно, даже рассмеялась… Прямо ему в лицо. Он бы подумал, что я вновь нарываюсь на неприятности, а я бы просто была счастлива его видеть.

Вдох. Выдох. Вдох…

Сидеть на месте стало невыносимо. Хотелось что-то делать. Руки неосознанно потянулись к тайному кармашку в платье и я, нащупав круглый неровный предмет, достала на свет осколок камня, принесенный утром служанкой.

Сейчас у меня было больше времени, чтобы его рассмотреть. Маленький обломок. Раньше он точно был частью чего-то большего. Шероховатая поверхность как будто била статическим током. Едва заметно, но вполне ощутимо.

В том, что вещь оказалась у меня в комнате не просто так, я была уверена. А еще в том, что она не несет в себе ничего хорошего. И правильным решением было бы показать ее Дамиону.

Для этого мне всего лишь нужно было пройти через маленькую неприметную дверь. Прямо в покои советника.

‒ Я отдам ему камень… И уйду.

Легко сказать, но как же сложно сделать. В итоге прошел почти час, прежде чем я окончательно убедила себя в том, что поступок мой логичен и даже обязателен к исполнению.

Преисполнившись решимостью, я в считанные минуты оказалась в покоях Дамиона. Не застав его в спальне, прошла в гостиную. Но и та была пуста и безжизненна. Сердце вновь сжалось в тревоге. За окном было темно. Так почему же советник еще не вернулся к себе?

А вдруг что-то все же случилось?

Нет. Сидеть сложа руки я просто не могла.

Взгляд переместился на входные двери, и меня озарила мысль: охрана дежурила у моих покоев. Здесь же у меня был маленький шанс на свободу. Словно воровка, я подкралась к резным дверям и тихонько, стараясь не шуметь, провернула дверную ручку до характерного щелчка и выглянула в щель. Коридор, освещенный светом пульсаров, оказался пуст.

Бинго!

Но не стоило забывать, что за поворотом стояла моя стража. Попадаться им на глаза в мои планы точно не входило. По правде говоря, у меня в целом не было никакого плана действий. Но мне необходимо было найти Дамиона. Это все, что я знала. А как… Это уже дело второе.

Я осторожно вышла в коридор, каждый шаг измеряя собственным дыханием. Вдох. Выдох. Свет пульсаров мерцал, создавая игру теней, которые танцевали вокруг меня, словно призраки прошлого. Я прижалась к стенам, стараясь быть незаметной.

‒ Я тень, ‒ прошептала себе под нос и мотнула головой. Со стороны я была похожа на сумасшедшую.

Первый шаг дался с трудом. Затем стало легче. Мое сердце билось в унисон с тихим эхом шагов. Я прислушивалась к каждому звуку, надеясь, что никто не заметит моей пропажи. Казалось, что страх отступил.

Но тишина была обманчива, и вдруг я услышала чьи-то шаги за своей спиной. Резко остановившись, затаила дыхание, надеясь, что мне послышалось.

Шаги становились все громче и яснее, и я поняла, что это не игра моего воображения. Кто-то действительно шел за мной.

‒ Ох, черт!

Паника схватила меня за горло, и я сделала то, что сделал бы любой на моем месте: побежала, не оборачиваясь. Мои ноги двигались автоматически, унося меня все дальше от безопасных покоев Дамиона.

Бежала я до тех пор, пока холодный воздух не ударил в лицо, заставляя прийти в себя. Пахло влажной листвой и свежестью. Я огляделась, пытаясь понять, куда занесли меня ноги, и вдруг увидела Его.

‒ Стикс!

Глава 84

Дамион

Но долго мое одиночество не продлилось. Надо сказать, что Карла стража пропустила как-то уж слишком поспешно. А потом я увидел его лицо, искаженное открытой животной яростью. Что же, я бы тоже пропустил наследника к кому угодно, будь моя жизнь подневольной. Отказать ему было смерти подобно.

‒ Что, уже заручился поддержкой Терезы? ‒ едкий вопрос с привкусом яда слетел с губ брата.

‒ А ты за мной следишь? ‒ я откинулся в кресле, ожидая увидеть самое настоящее представление с невероятно яркой кульминацией. Если учесть предыдущий конфликт и новую порцию внезапного откровения, зрелище меня ожидало фееричное. С запахом гари и пепла.

‒ Это вынужденная мера, Дамион. Ты не оставил мне выбора.

Карла просто разрывало от переизбытка негативных эмоций, что отражалось в каждом резком движении, в каждом слове.

‒ Мой брат, которому я верил, предал меня!

Я сжал челюсть и зажмурился. Слышать о предательстве было дико. Наследник даже представить не мог, на какие я шел шаги ради его благополучия. На что был готов ради его азгаровой жизни.

Злость рождалась во мне, как пламя из углей. Она проникала в каждую клетку, заполняя дымом легкие.

‒ Предал? ‒ голос мой звенел сталью.

‒ Именно! ‒ не мог угомониться брат. ‒ Ты пытаешься украсть мою невесту, рассказываешь ей все, скрываешь от меня связь матери и Кайруса… Что это, если не предательство?

Стукнув со всех силы кулаком по столешнице, я подскочил с места и нагнулся вперед. Мне нужна была эта преграда между нами, чтобы я не свернул шею зазнавшемуся дракону. Я был так взбешен, и контроль давался все сложнее и сложнее.

‒ Все, что я делал в этой гребаной жизни, всегда было связано с защитой, ‒ прорычал я. ‒ Неблагодарный ты… ‒ последнее слово проглотил. Нет, я не опущусь до оскорблений. ‒ Я всегда делал то, что считал лучшим для тебя.

‒ Для себя! ‒ поправил меня Карл. ‒ Ты всегда делал то, что было лучше для тебя.

‒ Нет! ‒ закричал я так, что стекла кабинета зазвенели. ‒ Я всегда думал о тебе!

‒ Лжец! ‒ Карл сделал шаг в мою сторону. Руки его объяло драконье пламя, и в комнате моментально стало жарко. ‒ Поселив Анжелику рядом с собой, ты тоже думал обо мне? Ну, скажи мне. Чего молчишь?

Дракон внутри меня взбунтовался. Его передернуло от возмущения, и я почувствовал, как чешуя забугрилась на плечах. Вторая ипостась присвоила Лику себе давно и хотела уничтожить любого, кто заденет ее даже словом. А брат и так позволил себе много лишнего.

А в следующую секунду принц решил и вовсе разрушить все границы между нами.

Он бросился на меня через стол, сметая все на своем пути, и мы сцепились в рукопашной. Кресло опрокинулось. Но упав на пол, мы продолжали обмениваться ударами. Я был сильнее Карла, но он был быстрее. Его кулаки летели со скоростью молнии, и я едва успевал их блокировать.

Пламя опалило мне лицо, и я извернулся, отскакивая в сторону. Недолго думая, я и сам обратился к стихии, с темным удовольствием ощущая, как проявляется огонь на пальцах.

‒ Ты должен остановиться, ‒ предупредил Карла, поднимаясь в полный рост и становясь в удобную стойку. Древняя сила кипела во мне, подобно ведьминому котлу. Подбрось поленья, и жидкость перельется кипятком через край. И уже ничто не сможет ее остановить.

‒ Ну конечно, ‒ прищурив глаза, брат цокнул языком. ‒ Ты ведь сильнее меня. Умнее меня. Хитрее! ‒ последнее слово он выплюнул, скривив от отвращение лицо. ‒ Это в тебе увидела леди Соли? Или, быть может, ты показал свои другие достоинства? А? Дамион? Успел осчастливить брюнетку?

Разум затуманила яркая алая вспышка, и я в миг оказался возле Карла. Я заехал ему кулаком в челюсть, едва сдерживая мощь, и он отшатнулся, но тут же перешел в контратаку. Он же ударил меня в живот, не ограничивая себя никакими моральными рамками, и я согнулся пополам от резкой боли. Воспользовался моим замешательством, Карл нанес еще несколько ударов.

Я пошатнулся, но устоял на ногах. Собрав все свои силы, пихнул Карла ладонью в грудь, и он, отлетев назад, с глухим стуков врезался в стену. Рубашка его вспыхнула и сразу потухла, повиснув черными ошметками.

И все внутри меня оборвалось. Пропал запал, сменившись ледяной вьюгой страха. Я ведь только что мог убить наследника алых драконов. Собственноручно. На радость менталисту.

 Чуть пошатываясь и прижимая руку к животу, я подошел к брату. Он сидел на полу, тяжело дыша. Один его глаз уже начал опухать. Но другим Карл смотрел на меня пронзительно ясно.

‒ Мне кажется, на сегодня достаточно.

Я протянул ему руку в знак примирения, но принц оттолкнул ее.

‒ Не смей прикасаться ко мне, ‒ прохрипел он, отирая рукавом уголок разбитой губы. Кровь ярким пятном отпечаталась на белой ткани.

Карл поднялся и встал передо мной.

‒ Ты мне больше не брат, бастард, ‒ отвесив словесную пощечину, наследник алых драконов задрал подбородок и направился к дверям. ‒ Я снимаю тебя с должности советника.

‒ Не неси чепухи!

Мои слова заставили мужчину замереть. Затем Карл обернулся и зловеще улыбнулся.

‒ И прошу покинуть поместье в ближайшее время. Иначе отправишься передавать привет стенам Малефиса.

Глава 85

Дамион

Кульминация, безусловно, оказалась фееричной и яркой, как взрыв от огненного шара. И неожиданной, как снег в пустыне. И посему можно было сделать закономерный вывод: Карл сошел с ума. Не более и не менее.

И я тоже обезумел, раз не стал догонять брата, силой пытаясь его вразумить. Нет.

Я чувствовал облегчение. Даже душевное спокойствие. Словно груз, лежавший на моих плечах всю мою жизнь, слетел в азгарово пекло. И зуд в спине знаменовал перемены. У меня появились силы, чтобы отрастить себе крылья. Эфемерные для начала.

А за настоящими я мог обратиться к Анжелике. Ох, как сладка была эта мысль. Как прекрасна в своей незаконности.

Но сейчас, когда мои глаза окончательно раскрылись, мне плевать хотелось и на мнение Карла, и на выбор дайвов. Я хотел получить свое по праву. Получить ту, к которой был привязан незримой нитью. Ту, что украла сердце моего дракона, а потом и мое...

Сокрушенно мотнул головой и поморщился от боли в лице. Брат не сдерживал себя. В целом, как и всегда. Дамион же уступит. Дамион же не станет идти поперек приказа короля.

Плевать.

 Раны затянутся за считанные мгновения, но былые отношения уже не вернутся.

‒ Дамион. Дамион. Дамион!

Всегда один Дамион. С силой ударив кулаком по стене, я улыбнулся, почувствовав щекочущую боль в костяшках пальцев. Затем ударил еще раз. И еще. Внутри разгорался бунт. Осознание, что в этой жизни у меня отнимали все, вспышкой озарило разум.

Бастард. Не заслуживающий ничего, кроме как подчищать за собственным братом. Закрывать дыры, прятать недостатки. Советник! Важная шишка, да пустое место.

Азгар! Как же так вышло? В какой момент пути я свернул не на ту тропу и заплутал в чаще абсурда?

Ах да! Это произошло еще в утробе матери, когда та узнала, что понесла от короля. Что же, этот факт меня ни капельки не утешал. Когда выбор делают за тебя, жить с этим еще сложнее.

Но ведь сейчас я мог сам вершить судьбу.

Дракон одобрительно заерзал и как будто заурчал. Мол, иди, верши. Хватай в охапку. Неси в постель. И верши. Верши. Верши.

Я зажмурил глаза со всей силы. В голове вертелись пикантные страстные картинки, и я не мог с ними бороться. Их было так много. И ох, как же они были сладки.

Что-то щелкнуло внутри меня. Невидимый переключатель. Сорвалась многолетняя печать контроля и я, распахнув глаза, рассмеялся.

От души, всем сердцем. Это был смех облегчения и освобождения. От привычных устоев. И я смеялся над абсурдностью своей жизни, над тем, как я позволил другим решать мою судьбу. Над тем, как много лет подчинялся правилам, которые меня не устраивали. Которые ломали меня пополам, стирая грани личности.

Пустое место. Жан-Луи внушил это мне, а Кайрус впечатал. И так у них это ладно вышло. Так легко.

Мой смех звучал мелодией избавления.  Это был звук свободы, звук перемен.

И так же резко смех оборвался, когда я почувствовал, что внутри меня что-то перевернулось.

Раз и навсегда.

Губы растянулись в предвкушающей улыбке. Анжелика была зла на меня. И имела на это полное право. Своим утренним поведением я унизил ее. И этого не убрать.

Но я ведь мог искупить вину? И был готов на все, чтобы добиться прощения. Упасть на колени. Молить. Доказать, что выбор между ней и Карлом очевиден.

Теперь очевиден.

Щелкнув пальцами, в один миг оказался возле покоев Анжелики. По какой-то причине мне показалось, что заявиться к ней как обычно ‒ непристойно. Дверь, носящая в моей обыденной жизни лишь формальный характер, теперь казалась обязательной вещью, мимо которой я не мог себе позволить пройти.

Стража, привычная к моим неожиданным появлениям, лишь едва заметно дернулась и переглянулась.

‒ Леди Соли у себя?

Глупый вопрос, ведь за стенами поместья стояла глубокая ночь.

‒ Да, лорд Бессо. Невеста наследника не покидала своих покоев с момента, как ее привели с прогулки.

Это заявление слегка царапнуло меня, напомнив, в каком состоянии я застал свою истинную и брата. За это я тоже буду просить прощение. Много. Много раз.

Кивнув охране, вошел в покои. Гостиная, как и ожидалось, оказалась пуста. А вот к тому, что не найду Лику в спальне, я был не готов. В ушах зашумело, когда я прошелся по всем возможным местам, где девушка могла быть. Но ничего не обнаружил. И лишь потом мое внимание привлекла чуть смещенная створка скрытой двери.

И я взмолился Многоликому, чтобы девушка оказалась в моих покоях.

Но нет. Те были так же пусты.

Внутри все оборвалось.

Глава 86

Дамион

С чувством полной беспомощности я подошел к окну. И замер. Лика стояла на коленях перед Стиксом и гладила цербера по центральной голове. Другие две морды активно облизывали щеки девушки, отчего она заливисто смеялась.

Попалась!

Щелчок ‒ и я оказался прямо возле нерадивой беглянки, теряясь в собственных желаниях. То ли придушить ее за опрометчивый поступок, то ли прижать к себе, наслаждаясь свежим ароматом и мыслью, что с ней все хорошо.

Из всего это я выбрал самый нейтральный вариант: стоять на месте до тех пор, пока девушка меня не заметит. А там как карты лягут. Хотя, по правде говоря, ругаться с истинной мне совершенно не хотелось. Надоело. Мне хотелось чего-то диаметрально противоположного. Чистого и светлого.

За все время, что мы были знакомы, я только и делал, что отчитывал ее, а она защищалась. Хватит!

‒ Ты будешь на меня ругаться?

Голос ее в тишине ночи прозвенел колокольчиком, вызывая в груди тесноту.

‒ Нет, ‒ ответил быстро и искренне. ‒ Не буду.

Анжелика перестала баловаться с псом, игриво пихнула его в шею и, встав в полный рост, обернулась. И я остолбенел, пораженный ее неземной красотой, преумноженной светом луны. Ее длинные волосы цвета карамели струились по плечам, как шелк. Ее глаза сверкали подобно звездам. Ее кожа, безупречной, словно фарфор, так и манила прикоснутся к ней.

Лика была божественно красива. Такой женщины, как она, я никогда не встречал. И я выбрал бы ее из тысячи других, даже не зная, что она является моей парой. Эту аксиому я принял для себя, окончательно осознав, какие чувства Анжелика во мне открыла.

‒ Дамион?

‒ Что?

‒ Скажи тогда хоть что-нибудь, а ты меня пугаешь.

А что я мог сказать? Что покорен? Или что обезумел от чувств настолько, что готов бросить все? Ради нее… Но ведь такое просто так не вываливают. Наверное. Сейчас я уже просто не был уверен ни в чем.

‒ Как лапа Стикса?

Это все, на что меня хватило. Дракон рычал, требуя перекинуть Лику через плечо и отправиться с ней в места более приятные и уединенные. Животный инстинкт, надо сказать, действовал мощно. До зуда в пальцах. До рези в груди.

Но я держался из последних сил.

Лика заслуживала деликатности и уважения. Я ведь не дикарь какой-то.

‒ О-о-о, ‒ напряжение в плечах истинной пропало, и она расслабилась, даже позволила себе улыбнуться. ‒ Мне кажется, что лучше.

‒ Это хороший знак. Значит мазь, которую я передал псарю, подошла.

Подойдя к церберу, я стукнул по бедру, и он, повинуясь безмолвной команде, опустился рядом с моей ногой, активно обнюхивая меня. Я сел на корточки и, взяв лапу, оглядел рану, которой почти не было видно.

‒ Да. Как я и думал, с ним все будет хорошо.

Я посмотрел на Лику через плечо и словил на себе взгляд ее удивленных глаз.

‒ Что? ‒ спросил я вновь.

‒ Почему ты решил позаботиться о собаке? ‒ вопросом на вопрос ответила девушка.

‒ А не должен был? ‒ я встал и уже полностью обернулся к Лике всем телом.

Она задумалась на минуту, а потом кивнула:

‒ Думаю, что это не входит в твои обязанности советника. И есть много других проблем, которые тебе следует решить. Поэтому логично, что не должен был.

Это было больно. И звучало в какой-то степени неприятно. Но и правда в словах Анжелики тоже присутствовала. Если оглянуться назад во времени до моей встречи с девушкой, то я, скорее всего, просто спихнул бы все на слуг. Пусть сами решают этот вопрос. Выживет цербер или нет, меня бы мало волновало. Только Карл и его благополучие. Всегда на первом месте. Гадство!

‒ Так почему же?

‒ Все просто, ‒ я сделал едва заметный шаг к девушке. ‒ Потому что знал, как для тебя это важно.

В глазах Лики мелькнуло что-то неуловимое. Она смотрела на меня, и казалось, что видит насквозь. Язык же мой, как назло, заплетался. Мысли путались. А сердце грозилось вырваться из груди. Признание далось сложнее, чем я думал.

‒ Потому что ты мне не безразлична, ‒ выпалил, поражаясь тому, как очевидно это звучало.

Сократив расстояние между нами до минимального, я вторгся в пространство Лики, отмечая реакцию ее тела. Грудная клетка стала вздыматься чаще, в глазах поселились искры, а рот приоткрылся, маня меня стереть границы дозволенного.

‒ Но я ведь невеста Карла… ‒ сказала Лика едва слышно, чем вызвала во мне целую бурю.

‒ Плевать! Никому тебя не отдам!

И обрушился властным поцелуем на ее губы, позволяя себе полностью в нем раствориться.

Глава 87

Лика

Я не помню, как мы добрались до кровати, но догадываюсь. Легкое головокружение, и мы стоим в покоях Дамиона, не думая прекращать начатое. Губы к губам, жаркое дыхание, воля в руках. Я могла позволить себе трогать советника везде, где вздумается, а он не сбегал как обычно. Нет. Он принимал активное участие, сводя с ума бабочек в моем животе.

‒ Ты невероятная… ‒ шепот обжог мочку уха.

Его руки скользили по моему телу трепетно и робко, словно он изучал произведение искусства, которое может разрушиться под пальцами.

‒ Дамион, я не сахарная, ‒ рваный стон сорвался с губ, когда я почувствовала свободу в груди, а платье упало к нашим ногам. И когда только успел справиться с тесемками?

‒ Но такая же сладкая, ‒ рокочущие нотки вызвали во мне во мне дрожь и желание полностью отдаться во власть мужчины. Делай со мной все что хочешь, но только не останавливайся.

Я стояла перед Дамионом почти обнаженная, поэтому поспешила исправить несправедливость. Мне хотелось увидеть его всего. Дотронуться до мощной груди, провести рукой по торсу вниз, ощутить в руках всю силу его желания.

‒ Ты куда-то торопишься? ‒ горячий смешок ударил мне в шею.

‒ Если честно, да, ‒ не стала отнекиваться. ‒ А то вдруг ты передумаешь…

Дамион резко отстранился. Обхватив мои плечи руками, мужчина наклонился вперед и посмотрел мне в глаза. В темноте было сложно прочитать эмоции, однако казалось, что я задела его своим высказыванием. Но я о нем не жалела. Я действительно боялась, что разум советника прояснится, и он вспомнит о чести. О долге. О своем брате… Да о чем угодно.

И да, я нагло пользовалась ситуацией. Но Дамиону, видимо, это не очень понравилось.

‒ Ты правда думаешь, что я передумаю?

Я смогла лишь кивнуть. Слова застряли в горле шершавым комом. Это ведь так очевидно.

Следующая секунда заставила меня охнуть от неожиданности: Дамион рухнул на колени и уткнулся лбом в мой живот. Руки мужчины обвили мои ноги, и он тихо, но отчетливо проговорил:

‒ Прости… Прости меня.

Сердце забилось гулко, все набирая и набирая темп. Пульс ударил по вискам, а я застыла, не зная, как вести себя дальше.

‒ За что?

Я провела руками по взъерошенным длинным волосам и заставила мужчину поднять голову, чтобы мы могли смотреть друг на друга. В свете луны он уже не казался грозным советником, скорее запутавшимся мужчиной, которому очень не хватало понимая. И любви.

‒ За то, что оттолкнул… За то, что был близок выбрать не тебя, Лика.

‒ Но я все понимаю! ‒ с чувством призналась я. ‒ И не злюсь…

‒ А должна, ‒ мотнув головой, Дамион вновь уткнулся мне в живот. Сейчас он был открыт передо мной. Честен. И я так хотела вознаградить его за эту честность.

Поэтому медленно опустилась на колени и, приподняв подбородок мужчины, аккуратно и нежно поцеловала его в уголок губы. И пока он не успел возразить переместилась на другой край.

‒ Ох, Лика…

‒ Тише! ‒ шикнула я на него. ‒ Не мешай мне получать удовольствие.

Строгий шутливый тон, наконец, развеял гнетущую обстановку. Дамион рассмеялся, и звук его смеха отозвался в моем сердце теплой волной. Следом мужчина очень мастерски избавился от рубашки и, встав в полный рост, подхватил меня, как пушинку и отнес на кровать.

‒ Тогда давай получим его вместе, ‒ нависая надо мной, произнес он с озорством и впился в губы страстным поцелуем. Я ответила тем же, попутно расшнуровывая веревки штанов советника. Следом за ними в полет отправились остатки моей одежды, и наши тела, наконец, соприкоснулись.

Кожа к коже. Невероятно горячо. Невероятно желанно.

Разорвав поцелуй, советник отправились на разведку, оставляя влажную дорожку на моей шее. Заставляя меня невольно стонать от каждого движения губ и языка.

‒ Да… ‒ прошептала я, притягивая Дамиона ближе и выгибаясь ему навстречу.

Я ощущала его силу, его уверенность, его желание. И это желание было направлено на меня. Только на меня.

Его руки изучали каждый изгиб моего тела. Я чувствовала, как мужские пальцы скользят между грудей. К пупку. И ниже… Пока не находят желанную точку и умелым движением заставляют меня дрожать от удовольствия.

‒ О боже, еще… ‒ с губ срывается мольба.

Мне мало этого. Ужасно мало. И Дамиону мало.

‒ Я больше никогда не передумаю! ‒ доносится до меня хриплое дыхание, а следом идет толчок, и я тону в ощущении всецелой наполненности.

Все смешалось, спуталось. Рваное дыхание, стоны… Мои и его. Наши. Время рвануло с неведомой скоростью и вместе с тем, как будто замерло, позволяя нам раствориться друг в друге. Стать единым целым. Дойти до самого конца. Взорваться и возродиться вновь.

И так снова. Снова. И снова… Пока не иссякнут все силы и в тишине спальни не послышится:

‒ Моя. Только моя!