Текст книги "Ножны для меча (СИ)"

Автор книги: Павел Кузнецов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Орденка в одно движение оказалась на ногах. Нависла надо мной. Это было несложно, ведь я сидел на столе, притянув ноги к себе, приобняв колени, так что казался сейчас особенно маленьким. Маленьким и взъерошенным, что тот кот.

– И для этого, как понимаю, нужно назваться твоей женщиной, Меч Республики?

От республиканки потянуло полями. Сильно. Пряно. Не знаю уж, как у Романы с потоками, но вот с полями у неё всё было просто отлично. Не хуже, чем у первой в моей жизни Высшей Ордена – Лираны О’Грай.

– Не назваться – стать ею.

– Тогда открой свои покровы. Прими мои поля.

– Ты должна понимать, что это палка о двух концах, Романа.

– Я понимаю это.

– И готова, как до того Лирана, полностью открыться навстречу?

– Не хочу больше совершать ошибок на твой счёт. Это слишком серьёзно, чтобы ограничиться полумерами.

Я резко поднялся на ноги. Замер точно напротив серьёзной и такой сексуальной в своей мудрости женщины. Провёл тыльной стороной ладони по её щеке. Она потёрлась о ладонь в ответ. Одновременно меня накрыло целым калейдоскопом ощущений от раскрывшихся навстречу полей – приглашающих, трепещущих, жадных.

– Значит, ты уже на пути к переосмыслению?

– Да. Нет смысла с тобой играть… наши игры отдают воспиталищем. Ломать сложившегося Высшего, пытаться что-то ему объяснить наглядной демонстрацией, когда он и так знает, как детей делать… Это глупо. Считай, добился своего. Я признаю твои кондиции Высшего Дальней разведки, Меч Республики!

Одновременно со словами начались действия. Романа оплела моё бёдро стройной сильной ножкой. Обняла мою шею руками. И, не отводя взгляда и не закрывая глаз, приникла в медленном, жадном поцелуе. Я ответил, крепко обхватив ладонями упругие ягодицы, из-за активной её позы особенно напряжённые. Ощутил, как женщина вся подаётся навстречу, как обнимает полями, точно гигантская бабочка – крыльями. В ответ метнулись уже мои поля, раскрываясь навстречу, укутывая плотно, но нежно и аккуратно.

Ещё до того, как мы слились в едином бесконечном экстазе, мечница издала сдавленный счастливый стон – и это послужило спусковым крючком нового броска. Мои бёдра теперь оказались оплетены уже обеими её ножками, я же с рычанием перевернул женщину, усаживая на стол. Воистину, мне везло на высокопоставленных республиканок с их невероятно удобными кабинетами, словно специально созданными для игры…

Я сидел в кресле-коконе кабинета Высшей, а на мне неистовствовала эта странная женщина, по которой и не скажешь, сколько в ней сокрыто страсти. Нет, все республиканки обожают секс и во время него словно бы раскрываются, становятся особенно активными и чувственными, но Романа даже среди своих товарок выделялась в лучшую сторону. Не выдержав очередного эмоционального взрыва, девочка с глубочайшим стоном опала на меня, прижалась, распласталась, даже в таком положении не забывая требовать очередную порцию ласк. Разумеется, тут же их получила!

Мои коготки прошлись по стройному телу – сейчас расслабленному, но готовому в любой момент сорваться в новую чувственную феерию. Мерные вибрации удлинившихся лезвий вспороли спокойствие податливой плоти. Они дотянулись буквально до каждой чувствительной точки, своими касаниями сводя с ума уже почти успокоившуюся женщину. И именно в этот момент, словно специально дожидалась завершения очередной кульминации и её медленного перехода на новый круг, над столом возникла голограмма.

Верховная Ордена несколько долгих секунд разглядывала открывшуюся ей композицию. Ни один мускул не дрогнул на её лице, но я отчётливо ощутил её недоумение, граничащее с изумлением.

– Вообще-то по нашему плану это должны были делать молодые мечницы, – безэмоциональным голосом заметила властная орденка.

Что примечательно, юмора в её словах не было от слова совсем. Она реально считала, что приобщением меня к Ордену должны заниматься молодые мечницы, и не след Романе подменять собой молодёжь. Мне же, хоть убей, фраза показалась насквозь ироничной. Секс подчинённой на рабочем месте – это в глазах Верховной нормально. Но он же, когда сексом должны заниматься другие – нет. Вернее, не категоричное «нет», а, скорее, лёгкое сомнение, которое предлагалось разрешить Высшей.

– Этот наш план, Львица – полная профанация, – вздохнула метиллия в моих руках, и её бархатистые влажные глаза подёрнулись поволокой грусти, от чего заблестели и сделались ещё прекрасней. Сопроводив свои акробатические этюды виноватой улыбкой, женщина извернулась, чтобы оказаться лицом к столу с голограммой, и устроилась у меня на груди, точно на спинке удобного кресла. Её стройные ножки протянулись вперёд, вытягиваясь напряжённой струной, а в следующий момент она сама гибко и сладко потянулась. – Сразу нужно было пообщаться с Кошаком по душам, а не заниматься воспиталищем.

– Теперь вы пообщались. Что скажешь? – в голосе Верховной прорезались нотки заинтересованности.

– Нечего ему делать в Ордене. Нужно признавать его кондиции Высшего Дальней разведки, и уже определяться, что с ним таким делать дальше. Лично я за то, чтобы доверить ему самостоятельно вести эту операцию, тем более что он её уже начал, – последняя часть фразы прозвучала немым укором, мол, почему вовремя не довела стратегическую информацию? А далее Высшая в скупых, информативных фразах пересказала начальнице суть моей отповеди.

– Леон, ты считаешь, Королева потянет? – обратилась ко мне высокопоставленная орденка, почему-то пропустив укол Высшей мимо ушей.

– Потянет, Львица, – принял я игру, понимая, что женщина намеренно включает меня в разговор, через это демонстрируя изменение отношения. – Я смотрел ей в глаза, ощущал её ауру. Она действительно Высшая – не по генетике, но по образу мыслей и темпераменту. Даже кошки это интуитивно считали. Королева точно наделает шороху в Конфедерации, нужно только немного подыграть ей с нашей стороны. Выделить то, что ей нужно для минимальных гарантий безопасности.

– Я получила её послание. Республика никогда не была склонна к мирной внешней политике. Откуда её уверенность в нашей готовности пойти навстречу?

– Мы разговаривали. Я предупредил её о возможном начале игры Республики с Псионом. Она готова рискнуть. Задета честь Династии. Можно стерпеть, получив компенсацию, а можно ударить в ответ. Королева очень хочет ударить. Тут вопрос принципа, особенно остро встающий при монархическом строе.

– Ситуативный союз?

– Да, Верховная, ты очень точно это определила. Монархия интересна в Конфедерации, где она – диковинка. Туристы готовы платить, местные элиты готовы платить. Однако её перспектива в Республике не очень понятна.

Мы помолчали. Верховная явно что-то просчитывала или с кем-то советовалась, несколько раз она даже исчезала из сектора обзора, но потом появлялась вновь. Появившись окончательно, Львица несколько долгих секунд вглядывалась в мои глаза, словно рентгеном просвечивала! Уверен, находись она напротив, выдержать такой взгляд было бы ой как непросто! Наконец женщина заговорила, и интонации её голоса оказались неожиданно мягкими, совсем человеческими. Такими увещевают непутёвого ребёнка.

– После твоего успеха в Ясени я уже не сомневалась, что все наши на твой счёт планы обречены на провал. Они просто бессмысленны. Мы тебя упустили ещё там, в Литании. О’Стирх сыграла на опережение, она чётко оценила последствия своих шагов, поняла, как именно оторвать тебя от Ордена, и начала работать. Даже её смерть в итоге сыграла на руку её плану, заставила тебя пережить ещё одну психологическую встряску, окончательно утвердив кондиции на новом уровне личностного развития. До Ясеня был шанс, что всё это несерьёзно, но теперь сомнений нет, тебя уже не переделать.

Однако самым острым были не слова – интонации властной женщины. Львица сожалела. Не старалась надавить, не старалась поставить ультиматум, а просто сожалела, признавая свершившийся факт. Я отчётливо вспомнил наш последний разговор, аккурат перед Ясенем. Тогда Верховная чётко сказала: тебе нужен статус именно в Ордене, чтобы вести предстоящую миссию. Эту самую миссию. Неужели она… Да ладно, не может быть! Из-за такой ерунды, как отсутствие личного контроля, сворачивать уже фактически идущую миссию? На которую заложились и валькирии и разведчицы? С чего бы?

– Разве нельзя иметь предрасположенность в… разных направлениях личностного развития? А после выбрать то, которое… пусть и не полностью определяет личность, но… тоже присутствует в числе прочих? – начал я осторожно, будто проходя по тонкому льду. Вопрос, в самом деле, был несколько щекотливым. Если всё называть своими именами, я предлагал, ни много ни мало, пойти на ухищрение, отойдя от сути вещей, от традиции, принеся её в жертву необходимости.

– Иметь предрасположенность – можно. Высшая, как ты знаешь – это умение оперировать запороговым числом потоков. Но есть психологическая деформация, которая для разных сфер своя. Есть наработанный авторитет, который в каждой фракции свой. Существует традиция не нарушать чёткую линию личностного развития. Ты же предлагаешь пойти против традиции. Фракции не примут такого волюнтаризма. Дальняя разведка не поймёт, если тебе, при доказанных и многократно подтверждённых кондициях разведчика, присвоят статус Высшего Ордена. Не после Ясеня. С подобными вещами не шутят.

– То есть всё дело… в формализме? Из-за банального формализма Республика готова свернуть перспективную операцию, из-за которой уже погибла одна Высшая, а ещё куча народа заложилась на неё? В тех же фракциях, о которых ты ведёшь речь?

– Дело не в формализме, – поморщилась Львица. – Внимательно проанализируй то, что я тебе сказала. Статус Высшего Ордена ты получить не сможешь. Всё слишком далеко зашло. А вести операцию в другом статусе… Ты не владеешь ситуацией Псиона в достаточной мере, но наши внутренние преграды должны быть тебе хорошо известны. Что, правда не понимаешь?.. – Львица посмотрела на меня, как на дитя неразумное. Вот космос! Тяжёлый же она переговорщик! Одна только мимика оказывает действие большее, чем крики и удары когтей.

– Ты про издержки для мужчины в женском коллективе?.. Не спорю, это проблема. Я хорошо помню, как было сложно Ва́лери О’Стирх на нашей единственной совместной десантной операции в составе сил Экспансии… Ей всем всё приходилось доказывать, причём каждый раз заново. Но тогда она брала на себя всю тяжесть договорённостей. Мне самому не нужно было командовать. Ты ведь это имеешь в виду?

– Да.

– С тех пор, Львица, прошло два года. Я уже не тот зелёный котёнок, каким был в самом начале. Научился ладить с рядовыми республиканками. Имя Меча Республики имеет прямо таки магическое воздействие. Если кто про мои планеты-прародительницы и не слышал, то уж эмообразы всяко пробовал… – подмигнул с интересом слушавшей меня метиллии. – С разведчицами, опять же, без проблем взаимодействую. С валькириями общий язык нашёл. Кошки меня вообще за своего считают! А это – уже половина дела, ибо мало кто может перебороть валькирью солидарность.

– Общий язык с валькириями, говоришь… Уж не хочешь ли ты покомандовать кошачьей братией? – изогнула бровь собеседница, и к интересу добавилось что-то ещё. Что-то непривычное, нехарактерное для этой серьёзной дамы.

– Зря ты так, Верховная, – а вот сейчас было реально обидно! – Я натаскивал молодёжь. Водил в бой стаю. Кошки мне доверяют. Но быть Высшим в десанте…

– А что, довольно перспективно. Кошки постоянно бравируют своими котами. Тыкают в них на любых совещаниях, когда речь заходит о статусе мужчин в Республике. Десантом ты, опять же, руководил…

– Я не вёл сложные операции. Не занимался работой тыловых служб, медиков. Десант – это подготовка стай, их снабжение. Я видел Смерть в работе. Для этого нужно уметь не только с магниткой бегать и когтями махать. Несколько десятков лет нужно в признанных Старших проходить. Получить необходимые компетенции.

– Нет, ты правда подумай, – стало очевидно, что Верховная банально… иронизирует! Ёрничает, если всё называть своими именами. Что-то в моих словах её задело, что-то показалось настолько выходящим за грань, настолько абсурдным, что невольно пробудило юмор в обычно предельно серьёзной даме. – Я поддержу.

– Поддержишь?.. – опешил я от подобной перспективны.

– Разумеется! Уважаете мужчин? Любите котов? В прошлом, в по преимуществу мужском командовании, единственной женщиной была именно десантница. Снежка. Теперь общество женское. Командиры – женщины. Валькирии запросто могут снова выделиться и предоставить общественности единственного мужчину-командира. Кошак – Высшая валькирия… Согласись, звучит!

– На Псионе точно обхохочутся… – протянул я кисло. – Ты ведь издеваешься?

Верховная улыбнулась. Очень по-доброму так, без издёвки или небрежения.

– Если бы речь шла об обычном коте, в котором проснулись потоки, ты уже был бы Высшей валькирией, Кошак. Излишне независимых кошек, которые ходят сами по себе даже от Ордена, иногда надо учить уму-разуму. Знаешь, как учат котов?

– За шкирку и мордой в г…но. И по заднице несколько раз съездить.

– Вот-вот! Именно так. В г…но. Сделать посмешищем остальных фракций.

– При условии, что кот будет липовым. Не советую в другой ситуации так шутить. Слишком много крови прольётся.

– Ничего. Переживут. В следующий раз умнее будут. Только скажи-ка мне вот что, – и Верховная, вмиг отбросив всякую показную несерьёзность, сделалась той, какой она и являлась по сути – тяжёлой и властной правительницей многотриллионного космического государства. Ещё и вперёд подалась, нависнув. Её взгляд опять сверлил до самых печёнок. – Зачем эта миссия нужна тебе?

– Мне?.. Нет, Верховная. Она нужна Республике. Это – часть Экспансии моих женщин. Валери я поклялся завершить её Экспансию. Диана спит и видит умиротворённый Псион. Кошки просто хотят игры. Даже Ярослава Ясеньская хочет праведной мести, пусть она и не республиканка ни разу. А ещё целый сонм моих сестёр по фракции ежечасно стоит на посту, в железных коробках посреди космоса, чтобы псионский бардак не пришёл в Республику. Это – их Экспансия тоже. Поэтому и я хочу того же. Помочь моим женщинам в их Экспансии.

– Ты можешь не вернуться. Это – дорога в один конец. По крайней мере, для многих и многих до тебя.

– Плевать! Главное, я буду знать, что сделал всё, что в моих силах, и даже больше. И они будут знать…

Мы помолчали. Орденка держала театральную паузу, продолжая сверлить меня пристальным взглядом своих тёмно-коричневых глаз. Но вот, очевидно посчитав накал моего нетерпения достаточным, начала, печатая слова:

– Хорошо! Будь по-твоему. Я одобряю, чтобы миссию по Псиону вёл Высший Дальней разведки. Ты полетишь на Псион уже через несколько недель. Придётся свести подготовку к минимуму – раз игра уже началась. Милослава Ясеньская тоже получит запрошенную помощь. И ты не прав, Кошак, – пожилая орденка усмехнулась, но вместо обаятельных ямочек в уголках губ у неё вышел натуральный оскал. – Я готова рушить стереотипы. Понимаешь… До тебя мы сами готовили агентов внедрения, даже мысль с гаремом пытались реализовать. Но когда даже сами мальчики не верят в то, что рядом с ними – их девочки, у псионцев все наши потуги вызывали лишь смех. Они мешали с грязью и мальчиков, и девочек. Другая культурная среда. Не внешников же готовить для внедрения! Да, по культуре они ближе, но ведь они ни разу не мечники! А немечнику в Псионе делать нечего. Он там на положении скота. Псионцы уважают только личную силу, только мощные поля, только волю и готовность убивать и умирать. Наша ошибка была в том, что мы всё брали на себя, не пытались бросать мальчиков к внешникам, чтобы те учились там выживать. Не пытались натаскивать мальчиков в других фракциях, создавали для них пусть и тяжёлые, но комнатные условия. Валери оказалась умнее Ордена. Гибче. Я теперь чётко вижу, что для такой миссии нужны не орденки, которых мы всегда использовали в Псионе, а именно валькирии. Импульсивные, сильные, отчаянные, готовые драться, обожающие играть мужиками. Тебя сделали натуральным Кошаком. Ты такой же безбашенный, как валькирии, с которыми спишь. И ведь не сломали, не раздавили! Значит, был достоин. Никто тебе не помогал, кроме самих валькирий, но их помощь ещё нужно заслужить, выгрызть у них самих.

Хоть мы тебя упустили, но это сыграло на руку Экспансии. Скажу больше. Сначала мы рассматривали тебя, как рядовую попытку внедрения. Чтобы попытаться делать через тебя точечные уколы. Но для Высшего Дальней разведки это мелко. Ты стоишь большего. Уже не один раз доказывал. Поверь, даже твоё успешное внедрение в стаю, твоя ей адекватность, которая у многих вызывала сомнение, уже доказывает твою адекватность и нашей миссии. Поэтому я решила расширить масштаб планируемой акции. Ты получишь в полное распоряжение все три Псионских Ударных Флота. Переговоры с их Высшими мы проведём совместно, в режиме конференции. Будут также присутствовать Тина и твоя принцесса. Пусть девочки проникнутся важностью момента. Это История, Большая История, мальчик! История, понимаешь⁈ Мы готовы двинуть флота, если ты посчитаешь это необходимым и аргументируешь своё решение. Пора заканчивать игры вокруг Псиона. Я считаю, что нужно использовать твою карту по полной. Все первоочередные задачи я для тебя обозначу при нашей личной встрече, как только прибуду в Цитадель. Твоя команда в целом меня устраивает, но будешь серьёзные вопросы решать с привлечением специалистов Ордена. Девочек в боевую группу мечниц подберёшь в Псионе, там собраны самые достойные. Это обязательное условие, потом поймёшь, что оно оправданно. Только Аню я одобряю, остальных не одобрю. Трахайся, сколько влезет, но все твои связи останутся в Республике. Девочек бери, какие тебе нравятся – кто в душе остался валькирией. Хватит экспериментов, хватит сдержанности! Будете играть и грызть глотки. И Леон, последнее. Если у тебя получится… Ты не пожалеешь. Никогда. Но и ответственность будет огромной. И сейчас, и потом. И всегда помни: за тобой твои девочки. И те, что идут с тобой рука об руку, и те, что находятся здесь, в Республике. Не подставляй их. В Ударных Флотах тоже не бестелесные роботы, там такие же девчонки. Думай, прежде чем подставлять их под удар. Даже если им суждено умереть, они не должны умереть напрасно. Если примешь неправильное решение – будешь потом всю жизнь жалеть о загубленных душах. Это – цена власти, цена такой игры. Это не Литания, тут всё по-взрослому. Ты должен это понимать, от сих до сих. И не считай мои последние вопросы издёвкой. Я хотела почувствовать твои эмоции, понять, зачем тебе всё это, понять, как ты сам относишься к выпавшей на твою долю миссии. Я услышала всё, что хотела. Рада, что ты принимаешь ситуацию с Псионом близко к сердцу, это вселяет надежду на благополучный исход. Рада, что тобой движут не пустые амбиции. Рада, что ты не собираешься просто использовать девочек… впрочем, это ещё вопрос, кто кого у вас там использует. Всё. Теперь Романа.

Властная метиллия перевела взор на мою очаровательную кураторшу. Та всё время нашего разговора сидела, не дыша. Её захватили разворачивающиеся на её глазах страсти, непривычная игра со мной Верховной, чтобы вывести на эмоции, мои совсем не примитивные ответы. Девочка даже позволила приобнять себя на глазах у начальницы, хотя до того пыталась дистанцироваться – пусть это и выглядело глупо в ситуации, в которой нас застала глава Ордена. Теперь же мечница и вовсе подалась вперёд, ловя каждое слово Верховной.

– Романа, надеюсь, ваши отношения не скажутся на эффективности совместной работы. Не требую держать дистанцию, я уже поняла, что с нашим Кошаком это сложно, но постарайся не смешивать. Это не твой домашний мальчик, это твоя работа. С кадрами, – усмешка в глазах метиллии переползла на губы. – Теперь к сути. Проведи инструктаж Кошака по псионским родам, дай материал по их истории и текущему раскладу. Далее. Пусть сегодня же с ним начинают работать инструкторы по клинковому бою. Но несколько недель времени – слишком маленький срок. Пока всё равно придётся делать акцент на когти – по ним пусть тренируется с валькириями. Викера вполне способна поддерживать его уровень. Сориентируй также инструкторов, чтобы были готовы отправиться с ним на Псио. Да, и эту рыжую к делу приставь. Пусть тоже осваивается с клинками, раз собирается там куролесить. Всё, работайте. Когда буду на Ариале – приглашу.