Текст книги "Остров миллиардеров. Часть 1 (ЛП)"
Автор книги: Оливия Хиллиер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
Глава 11
Элиза
– Элиза, как дела? – Джонатан заглянул поверх моей кабинки, прервав очередные глубокие поиски, которыми я была занята, но к этому моменту я так ничего и не нашла.
В смысле, как я могла хоть что-то найти, если у меня не было абсолютно никакой информации, кроме одного-единственного имени? Одного-единственного популярного мужского имени. Впрочем, это было не совсем так. Я знала больше. Я знала, что у него есть частный остров, или, по крайней мере, он сказал моей наивной сестре, что у него есть частный остров.
– Я так понимаю, ты не знаешь никого по имени Генри, кто живет в Нью-Йорке и владеет частным островом? – спросила я.
Джонатан нахмурил брови и поджал губы; он мгновенно скрылся за перегородкой кабинки, чтобы тут же появиться позади меня, подкатывая свое кресло к моему столу.
– Если это дело, то звучит очень интригующе, и я должен о нем знать, – сказал он, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки и ноги.
Он определенно ждал каких-то подробных излияний, которых я совершенно точно не собиралась ему выдавать. Не потому, что ему нельзя было доверять. Я бы доверила Джонатану свою жизнь, и не раз это делала. Он был моей правой рукой во многих делах. Но это не было делом. Это была простая проверка благополучия моей сестры, что, да, я знала, технически было незаконно, или, может быть, не совсем незаконно – в конце концов, у меня был к этому доступ. Наверное, это скорее то, что можно назвать крайне нежелательным, особенно со стороны Джонатана, главного поборника правил. Не то чтобы в соблюдении правил было что-то плохое. Я верила в соблюдение правил, а еще больше – в соблюдение закона, что и стало главной причиной, по которой я вообще выбрала карьеру детектива. И именно поэтому я была самым востребованным детективом во всей Филадельфии, наряду с Джонатаном. К слову, не было ни одного дела, которое бы мы не закрыли соответствующим судебным преследованием. Может, мне давно пора было попросить очередную прибавку к зарплате. Но всё же, даже с моим безупречным послужным списком, я не могла найти ни единой зацепки на этого парня по имени Генри, который предположительно владел частным островом, находившимся, как считалось, где-то у побережья Нью-Йорка. Чем больше я искала, тем больше понимала, что не могу найти ничего, вообще ничего. Ни единой детали. Меня начала охватывать паника. Боже, Молли, остается лишь надеяться, что ты не вляпалась в неприятности, девочка.
Я тупо смотрела в монитор, положив руки на клавиатуру, и полностью игнорировала Джонатана, который разглядывал оба моих экрана, где были вбиты запросы «Генри Частный Остров» и «Генри Нью-Йорк Миллиардер» во все правительственные поисковые базы, к которым у меня был доступ. Может, в этом и была проблема. Может, мне нужен был доступ к каким-то закрытым страницам. Может, нужно было вызвать кого-то из ФБР.
– Знаешь, это очень забавно. Потому что, насколько я помню, меня вводили в курс каждого дела, которое проходило через твой стол, но сейчас очень похоже, что ты оставила меня в неведении, ведь я вообще ничего не знаю о человеке по имени Генри, который является миллиардером и владеет частным островом. Это какое-то дерьмо в духе Джеффри Эпштейна, к которому тебя привлекли, а меня оставили за бортом? – сказал он, пристально наблюдая за мной в ожидании, что я просто моргну не в ту сторону, и он поймает меня на лжи.
– Чертовски надейся, что нет, – усмехнулась я, не сводя глаз с экрана, пока Джонатан концентрировал всё свое внимание на мне.
– Ах да, так тебя теперь еще и к нью-йоркским делам привлекают? Потому что в последний раз, когда я проверял, была только Филадельфия, – сказал Джонатан.
Ух, он не собирался это бросать.
Я со вздохом оттолкнулась на кресле от стола и повернулась к нему.
– Слушай, извини, это вопрос, который мне вообще не следовало тебе задавать, и тебя он не касается. Это скорее личное дело, так что, думаю, ты можешь возвращаться к своим бумагам. Спасибо.
Джонатан поджал губы, покусывая их изнутри, и прищурился, глядя на меня. Я ненавидела, когда он так делал. Пытался прочитать выражение моего лица.
– О чем речь, Элиза? Какой-то миллиардер пытается к тебе подкатить? Преследует тебя? Это что-то, о чем я должен предупредить Джордана? – спросил он.
Я закатила глаза и отвернулась обратно к столу.
– Нет, это не меня он выслеживает, он вцепился в мою наивную сестру, – ответила я вслух, снова усмехнувшись.
Черт. Ему даже не нужно было много говорить, чтобы вытянуть это из меня. Джонатан знал меня слишком хорошо, он знал, на какие именно кнопки нажать, чтобы я рассказала ему всё, что он хотел.
– Ага, вот теперь правда всплывает наружу, – сказал он с улыбкой, гордясь собой.
Полагаю, я была выдающимся детективом, но в нашем успешном дуэте выдающимся манипулятором был именно он. Я снова закатила глаза.
– Отличная работа, ты получил ответы, которые хотел, а теперь, как я уже сказала, заканчивай со своими бумагами, пожалуйста, потому что я готова к нашему следующему делу.
– Ты готова к нашему следующему делу? – рассмеялся Джонатан. – Потому что, похоже, свое ты уже нашла, – добавил он, указывая обратно на экран.
– Да, и оно явно продвигается не очень хорошо. Так что дай мне что-то более стоящее, во что я действительно смогу вцепиться зубами.
– Что? Ты уже сдаешься и признаешь, что поиск в закрытых базах данных человека, о котором ты, похоже, знаешь только имя, штат проживания и предполагаемый капитал, – это не самый продуктивный способ узнать что-то о новом любовном увлечении твоей сестры?
– Слушай, Джонатан, я даже не буду пытаться тебе это объяснить, потому что знаю, что ты не в состоянии этого понять. У тебя нет ни братьев, ни сестер. Не считая моего мужа, она – единственная моя семья. И я уверена, что если бы ты оказался на моем месте, ты бы просто из заботы быстренько проверил, можно ли что-то узнать о человеке, с которым встречается твоя сестра.
Джонатан вздохнул и кивнул; он знал достаточно об истории моей семьи и о том, какой матерью я стала для своей младшей сестры в столь юном возрасте.
– Значит, Молли встречается с миллиардером, но ты не знаешь фамилию этого парня?
– Верно, но у него есть частный остров. Так что давай смотреть правде в глаза, здесь должно быть что-то о нем. Если у человека столько денег и в собственности участок частной земли, несомненно, я должна суметь найти где-нибудь хоть какие-то юридические документы.
– Это правда то, что ты хочешь найти? Юридические документы на участки земли, которыми владеет этот парень, или ты пытаешься нарыть на него грязь?
Я не ответила на его вопрос, потому что в этом не было нужды: он прекрасно знал, что я пыталась разузнать хоть что-то об этом человеке, о котором мне были известны лишь четыре основных факта, и что моя сестра за считанные недели совершенно потеряла голову от этого незнакомца. Для меня это означало тревожные звоночки и «бомбардировку любовью», а с разбитым сердцем Молли я не хотела иметь дело... никогда.
– Ты действительно умна, Элиза, но иногда у тебя такое туннельное зрение. Бьюсь об заклад, ты даже не искала этого парня в Гугле? Сразу полезла в правительственные базы. Боже, что ты ожидаешь найти? Что новый любовник твоей сестры – осужденный преступник?
Мои щеки порозовели, я закусила губы и быстро открыла новую вкладку браузера, яростно вбивая в строку поиска: Генри Нью-Йорк Миллиардер.
Джонатан вытащил телефон из заднего кармана и начал что-то быстро печатать.
– О, нашел его, – сказал он еще до того, как я успела толком просмотреть результаты своего поиска. – О, тут даже есть фотография с твоей сестрой. Вау, а он весьма привлекателен. Молли отхватила себе того еще мужчину. И они хорошо смотрятся вместе, согласись?
– Что? Что ты нашел? Покажи, покажи мне немедленно! – сказала я, пытаясь дотянуться до его телефона. – Как ты так быстро что-то нашел?
– Это не высшая математика: просто заходишь в инстаграм-аккаунт своей сестры, ищешь всех Генри, на которых она недавно подписалась, и вот он, с ярко-синей галочкой рядом с именем, – сказал Джонатан, наконец передавая мне свой телефон.
И вот он. Я смотрела прямо на этого таинственного мужчину, с которым моя сестра решила развлекаться. Джонатан откатил мое кресло назад, подальше от экрана компьютера, пока мой взгляд был прикован к маленькой круглой фотографии на странице @mrhenrybentley в Instagram. Конечно, у него была синяя галочка. Вау, срань господня, у этого парня два с половиной миллиона подписчиков. Как я могла никогда раньше о нем не слышать? Кем бы он ни был, он явно не был какой-то показушной звездой соцсетей, раз при таком количестве подписчиков на его странице было всего три фотографии. Это было странно, но давало мне немного утешения – мысль о том, что он был скорее закрытым человеком. Но мне по-прежнему хотелось узнать об этом парне куда больше, прежде чем я смогла бы успокоиться насчет этой ситуации. Не то чтобы я могла сейчас что-то с этим сделать.
Молли, вероятно, уже вышла с ним в море. Еще одна причина, почему мне следовало заставить ее принять мой запрос в приложении «Локатор». Но ничего страшного. Если понадобится, я смогу отследить ее телефон. На самом деле, мне, пожалуй, стоит сделать это после еще небольшой слежки.
В биографии Генри значилось просто: «айтишник», и больше ничего. Вполне логично, полагаю, это объясняет его финансовое положение. На одной из трех фотографий в его профиле он пожимал руку другому мужчине в костюме, и когда я нажала на снимок, как бы мне ни было неприятно это признавать, я смогла понять, что моя сестра в нем нашла. Не считая денег и того факта, что он владел частным островом, он был привлекателен. В подписи к фотографии расплывчато говорилось о новом объекте недвижимости в Нью-Йорке, и только тогда я заметила, что снимок был сделан в 2017 году. Я пролистала до следующего фото, но там была лишь чашка кофе на фоне очень красивого вида на Нью-Йорк. Последняя фотография тоже ничего не рассказывала о человеке, кроме того, насколько у него длинные ноги. Это был снимок его вытянутых вперед ног на фоне красивой белой террасы и пейзажного бассейна, выходящего на пляж. Подпись гласила: Хэмптонс в 2019, ладно. Возможно, технически у него не было частного острова. Может, у него была какая-то закрытая собственность в Хэмптонсе? Я перешла в его отмеченные фотографии, и там оказалось гораздо больше контента, чем в первых опубликованных постах. Хватило бы, чтобы пролистать вниз как минимум пять полных страниц. Но вот она – фотография, о которой только что рассказал мне Джонатан. На ней был этот высокий, темноволосый, печально известный Генри, о котором я по-прежнему ничего не знала, и он держал мою сестру за руку. Фото было сделано издалека, и изображение было размытым. Но я не сомневалась, что это была моя длинноволосая, худенькая младшая сестренка, которая держала за руку миллиардера, направляясь к зданию в очень красивом черном платье. В очень-очень красивом черном платье. Это что, Дольче? Молли не смогла бы себе такое позволить, я вообще удивлялась, как она регулярно оплачивает аренду. Это он ей купил? Нет, конечно же нет. В смысле, он был богат, но они знали друг друга всего две недели. Боже, я надеялась, что он не какой-нибудь сумасшедший мозгоправ, заваливающий любовью, который вскружит голову моей невинной младшей сестренке, покажет ей весь мир – мир, который она сама себе никогда бы не смогла позволить, – а затем бросит ее так же быстро, как и подобрал. И тогда именно мне придется собирать те осколки, что от нее останутся. Я даже не знала этого парня, а он мне уже не нравился.
Фотография была опубликована в Daily Mail, а подпись гласила: Самый завидный холостяк Нью-Йорка, возможно, больше не свободен? IT-миллиардер @mrhenrybentley был замечен вчера вечером в Нью-Йорке держащимся за руки с темноволосой незнакомкой. Наш источник сообщает, что во вторник вечером их видели в обнимку в баре «Алиса».
– И как Молли вообще познакомилась с этим парнем? – спросил Джонатан, вырывая меня из скроллинга, и я мгновенно подняла на него глаза.
– Через друзей, кажется. Но через относительно новую подругу, не через надежный источник, по крайней мере, никого из тех, кого я знаю и кому мы можем пока доверять. А что? Ты что-то нашел?
Джонатан со смешком покачал головой, и мое сердце упало. Кислота подступила к горлу. Я ненавидела это чувство. То самое чувство, которое не отпускало меня, пока я не узнавала, что дело закрыто. Глубокая, выматывающая нервы дурнота, которая не утихала до тех пор, пока я не получала ответы.
– Что ж, я не могу найти на него никакого досье, что очень даже хорошо. И для человека его статуса, я бы сказал, это вполне нормально – любые правительственные документы шли бы через его бизнес. Но помимо этого, пресса его, кажется, обожает. Этот парень был одним из первых разработчиков искусственного интеллекта. У него свой теневой бизнес, и он играет важную роль в разработке ИИ для Google и Meta. Похоже, он работает с этими технологиями уже давно, он был первопроходцем еще до того, как кто-либо вообще понял, что это за чертовщина такая – искусственный интеллект. Судя по всему, очень умный мужик. Он владеет большим количеством недвижимости и ресторанов в Нью-Йорке и в целом ведет закрытый образ жизни. Единственное крупное мероприятие, которое он, похоже, посещает каждый год, – это благотворительный фонд для бездомной молодежи, куда он реально инвестирует три миллиона ежегодно, чтобы убрать детей с улиц. Так что он умный, помешанный на технологиях и очень щедрый человек. Молли отхватила себе настоящий бриллиант, если хочешь знать мое мнение! И не просто бриллиант: судя по множеству статей о поп-культуре, он самый завидный холостяк Нью-Йорка. Тут даже есть куча тредов на Reddit, где девушки пытаются выяснить, не гей ли он, поскольку, по-видимому, кроме как совсем недавно – то есть на той размытой фотке с Молли, которая стала вирусной, – он ни разу не был замечен на фото с другой девушкой.
Я ничего не ответила, пытаясь переварить всё, что только что рассказал мне Джонатан. Сколько парню лет? Навскидку, по меньшей мере, за тридцать? И ни разу не засветиться на фото с девушкой? В смысле, это нормально, если тебе нравится держать свою жизнь в тайне, но что-то в этом казалось мне странным.
– И почему ты вообще думаешь, что этот парень плохой? На самом деле, мне кажется, его весьма любят. По крайней мере, СМИ, похоже, от него в восторге. Он что-то сделал твоей сестре? Это расплата или типа того?
Я покачала головой.
– Нет, на самом деле всё как раз наоборот, она совершенно потеряла голову, – сказала я.
– Я ее не виню.
– Да, но тебе не кажется, что всё это выглядит слишком хорошо, чтобы быть правдой?
– Вау, Элиза. Куда делась вера в сказки и предначертанную любовь?
Я закатила глаза.
– Я детектив убойного отдела, Джонатан, как и ты, и не думаю, что я когда-либо верила в сказки.
Он пожал плечами.
– Справедливо, но судя по тому многому, что мы видели, и по тому, что ты пережила... Черт, а как же Джордан? Он потрясающий мужчина, которого ты смогла околдовать. Я думаю, ты всё ещё веришь в любовь и судьбу.
Я любила Джордана так, словно от этого зависела моя жизнь, не то чтобы я часто ему об этом говорила или вообще вела себя соответственно. Личный разговор о моем браке – это не то русло, в которое я хотела бы сейчас направить эту беседу.
– Она счастлива, Элиза. Я знаю, что ты имеешь полное право беспокоиться. Ты просто пытаешься защитить ее и присматриваешь за ней. Но, может быть, тебе стоит насладиться этим и тоже порадоваться за нее. Черт возьми, если ты хочешь узнать об этом парне побольше, почему бы тебе не поехать и не провести время с ними обоими? Тем более, тебе давно пора в отпуск.
Я кивнула, до боли закусив губу, а сердце еще глубже ухнуло в живот. На этот раз чувство было хуже, и не потому, что у меня не было ответов, а потому, что я знала: на этот раз я была неправа. Молли просто хотела, чтобы я за нее порадовалась. Она даже сама мне об этом говорила.
– И кроме того, может, это не слишком хорошо, чтобы быть правдой. Всегда есть какой-то подвох. Да, он богат, привлекателен, умен и явно заботится о бездомной молодежи, но в конце концов он айтишник. Может быть, он реально социально не адаптирован.
Глава 12
– Как называется это место? – спросила я, кружась в бассейне, в то время как он сидел на краю, свесив ноги в воду, откинувшись назад и не сводя с меня глаз.
Не знаю, выглядел ли он когда-нибудь лучше, чем сейчас. Его обычно зачесанные назад волосы спадали на лицо. Мне не хотелось, чтобы он знал, как сильно мое тело все еще жаждет его, особенно теперь, когда он сидел перед моим взором без рубашки. Я чувствовала рельефные мышцы его груди, когда мне доводилось прижиматься к нему, целуя его, пока моя рука лежала у него на груди. Но теперь я могла видеть всё воочию; я сохраняла невозмутимость и мысленно отсчитывала часы до того момента, когда смогу прикоснуться к нему снова, на этот раз с меньшим количеством одежды на нас.
Генри был абсолютно прав на мой счет: я жила предвкушением. Более того, мне нравилось держать себя в руках. Это заставляло меня чувствовать себя такой... могущественной. Я понятия не имела, почему не выстраивала подобную преграду раньше, почему так быстро оказывалась в постели любого ухажера. В конце концов, все они были просто свиданиями, мимолетными вспышками для выхода накопившейся страсти. И только теперь, встретив Генри, я по-настоящему это осознала. Я поняла, какими на самом деле должны быть ощущения, когда встречаешь того самого человека, с которым тебе суждено быть. Того, кто понимает тебя лучше, чем кто-либо сможет узнать.
– Рай, – произнес Генри, поднимая лицо к солнцу и медленно разглядывая пушистые белые облака над нашими головами.
– Нет, я имею в виду, ты дал своему острову какое-то название? Не могу сказать, что я слишком много знаю о владении подобными участками земли, но у него ведь наверняка есть имя.
На его лице появилась та самая сладкая усмешка, которую я так любила – та, что обнажала ямочки на обеих щеках и делала линию его подбородка еще более очерченной, чем я считала возможным.
– Да, его можно называть, – ответил он.
– И...
– Сейчас ты отдыхаешь на мисс Бентли, – сказал он.
– Ладно... – протянула я.
Должна признать, имя было милым, но куда более оригинальным, чем я от него ожидала. И уж точно это было не то название, которое я предполагала услышать для целого острова. Я ждала, что он вдастся в подробности... но он не стал.
– И если не считать очевидной фамилии, почему ты его так названил?
– Думаю, это место было моей первой настоящей любовью. Звучит глупо, знаю, даже претенциозно. Понимаю, как это со стороны выглядит, Молли, поверь: бедный самодеятельный миллиардер с трудным прошлым влюбился в собственный клочок земли.
– Я думаю, это не просто клочок земли, – возразила я. – Это рай, ты сам так сказал.
– Верно, – он улыбнулся. – Печально, что я провожу здесь так мало времени. Я обожаю это место, но приезжать сюда в одиночку, после всей суеты Нью-Йорка... если тебе не с кем сюда приехать, может быть чертовски одиноко. Я так рад, что ты здесь, Молли, – мягко добавил он.
– А я рада, что ты меня пригласил.
Он улыбнулся и снова лег на дорожку у бассейна, по-прежнему свесив ноги в воду, и потянулся за книгой. Он читал Великого Гэтсби – как он мне рассказывал, одну из его любимых книг, самую зачитанную, к которой он постоянно возвращался, чтобы каждый раз заново вчитываться в прозу под совершенно новым углом. Это было очень на него похоже.
Генри говорил, что покажет мне библиотеку и составит список своих любимых произведений. Сама мысль об этом мне нравилась, но расслабиться и почитать прямо сейчас я никак не могла. Я все еще хотела его, и мои мысли неизменно продолжали блуждать. Не знаю, перестанут ли они когда-нибудь блуждать, когда он рядом. Наверное, в этом и заключается любовь, или, может быть, это происходит, когда встречаешь свою половинку.
– Если это была твоя первая настоящая любовь, почему ты назвал его мисс Бентли? – спросила я.
Он оторвал взгляд от книги, поджав губы и покусывая изнутри щеку, внимательно изучая меня. Я нарочно откинула волосы назад через плечо, следя за тем, чтобы верх моего декольте выглядывал из воды. Но Генри по-прежнему не сводил с меня глаз. Настоящий джентльмен, в котором, я была уверена, таился далеко не один фетиш. И мне не терпелось исследовать их все.
– Мне почему-то нравится больше «мисс», а не «миссис». По-моему, она молода, она только начинает жить, и пусть даже она принадлежит мне и я предан ей, мне все еще кажется, что в ней столько неизведанных граней, столько всего, что мне хочется узнать и понять, – произнес он, устремив взгляд в глубину темно-зеленых зарослей позади нас.
Мне нравилось, как он говорил о своем острове и о слове «мисс». Это заставляло задуматься: а не так ли он относится и ко мне? Не поэтому ли он называл меня мисс Молли?
Прежде чем я успела задать новые вопросы, без всякого предупреждения хлынул дождь. Сначала это были лишь редкие капли, но за считанные минуты на нас обрушился настоящий ливневый поток. Генри бросился за полотенцами, а я выбралась из бассейна. Он набросил одно полотенце себе на плечи. Его лицо и тело были мокрыми, темные волосы потемнели и удлинились, а капли дождя стекали вниз. Другое полотенце он протянул перед собой и тут же укутал меня в него. Он крепко обнял меня, пока мы бежали через заднюю дверь особняка Генри. Прижавшись друг к другу и подрагивая от холода, мы обернулись, глядя на оставшийся позади ливневый дождь.
– Это было совершенно неожиданно! – воскликнула я.
– Знаю, здесь такое случается сплошь и рядом. Мисс Бентли обожает полуденные солнечные ливни. Мне стоило посмотреть на тучи. Но, полагаю, я просто немного отвлекся, – сказал он, наклоняясь совсем близко к моему уху, так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на затылке, и это мгновенно меня успокоило.
Я подняла на него глаза, все еще находясь в кольце его рук, наши губы почти соприкасались, пока звук шагов за спиной не разрушил этот момент. Мы оба резко обернулись.
– О, мисс Молли, – произнесла Джеки, подбегая к нам с длинным розовым цветочным кимоно в одной руке и футболкой в другой.
Генри еще раз провел полотенцем по волосам, прежде чем передать его Джеки, и взял из ее рук серую футболку. Джеки начала кутать меня в кимоно, а когда я просунула руки в рукава, она забрала у меня мокрое полотенце.
– О боже, как же здесь тепло и уютно, – сказала я, запахивая легкий, но излучающий тепло материал вокруг тела и завязывая его спереди.
Наряд был не только потрясающим на вид, но и подогретым, мгновенно успокаивая замерзшее мокрое тело.
– К какому часу приготовить ужин, Генри? – спросила Джеки, отступая на шаг от нас.
Неужели она собиралась еще и забирать и стирать наши полотенца? В Нью-Йорке квартира Генри была роскошной, но он вел там типичный холостяцкий образ жизни. Хотя для миллиардера – я сама видела запас замороженной пиццы у него в морозилке. Но здесь, на собственном острове, у мисс Бентли, у него были люди, которые прислуживали ему по первому требованию. Интересно, отдыхала ли Джеки вообще когда-нибудь, как и все остальные, кто здесь работал? Когда у них выпадал выходной, пользовались ли они вертолетом или яхтой?
Генри посмотрел на меня так, будто ждал ответа на этот вопрос, но я понятия не имела, который час. Я знала лишь, что мои пальцы сморщились от долгого пребывания в воде, и еще я понимала, что уже слегка проголодалась, ведь съела перед этим совсем чуть-чуть – исключительно из-за того, что была слишком увлечена и отвлечена, чтобы много есть.
– Хочешь поужинать пораньше? – спросил Генри так, будто умел читать мои мысли.
Я кивнула и вежливо улыбнулась.
– Часа через два, – бросил Генри Джеки.
Затем он зашел мне за спину, крепко положив руки на мои плечи и слегка массируя их. От этого мне захотелось откинуться назад в его объятиях или, что еще лучше, развернуться, запрыгнуть на него, крепко обхватив его талию ногами, и потребовать, чтобы он отнес меня прямо в спальню.
– И приготовь что-нибудь попроще, кажется, я сейчас покажу Молли игровую комнату.
Джеки кивнула, проворно проскользнула мимо бара и направилась к передней части дома. Я резко повернулась к Генри, высвобождаясь из его хватки.
– Игровую комнату? – переспросила я, а он рассмеялся и подмигнул мне.
– Это одна из моих любимых комнат в доме, пойдем, я тебе покажу, – сказал он, беря меня за руку.
