Текст книги "Остров миллиардеров. Часть 1 (ЛП)"

Автор книги: Оливия Хиллиер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 5

– О боже мой! Рассказывай всё! – закричала Лотта, подбегая ко мне, обвивая руками и крепко прижимая к себе. Она указала на кабинку, которую они с Рейвен уже заняли возле очень симпатичного певца, казалось, собиравшегося вот-вот начать выступление.

Был чуть за полдень воскресенья, и мы все собрались в «Бартоне», как и договаривались. Когда я уселась в кабинку напротив девушек, Рейвен пододвинула ко мне через стол маргариту. Мы чокнулись бокалами, даже толком не поздоровавшись друг с другом. Рейвен перебила Лотту:

– Да! Пожалуйста! Рассказывай всё, нам нужно знать каждую деталь. Я не могу в это поверить. Это же безумие какое-то! Просто сказка. Вылетела из «Холостяка» – и в тот же вечер находишь принца! Ну просто крышу сносит.

Я невольно рассмеялась. Я не рассказывала ни одной из девушек никаких подробностей вчерашнего свидания, но Лотта, должно быть, просветила Рейвен. Я не знала, что им сказать, не знала, какими словами всё описать, поскольку сама до конца не была уверена, было ли случившееся правдой. Был ли по-настоящему реален Генри и то, как сильно мы друг к другу потянулись… происходило ли это на самом деле.

– Ты говорила с Генри? – спросила я Лотту.

Вчера Генри более подробно рассказал об их дружбе. Они росли вместе, почти как брат и сестра, и Генри то жил у Лотты с её семьей, то уезжал – особенно после трагической гибели его родителей. Если кому-то Генри и собирался рассказать правду о своих чувствах по поводу прошлой ночи, так это Лотте.

– Ой! Он мне ничего толком не сказал! Я написала ему с самого утра, спрашивая, как всё прошло, а он ответил только: «Спасибо, что позвала. Кажется, мне суждено было встретить Молли».

– Чего? – Челюсть Рейвен отвисла, и она резко повернулась к Лотте, вцепившись ей в руку и удерживая равновесие, чтобы убедиться, что она правильно расслышала эти слова. – Ты вообще понимаешь, что это, пожалуй, самые серьезные слова, какие только могут слететь с мужских уст? – произнесла она.

Ладно, прошлая ночь была реальностью, и он был настоящим мужчиной. Я не могла не улыбнуться, мое тело всё еще казалось легким и невесомым после вчерашнего. Я буквально превратилась в облачко. Я была совершенно очарованным облачком, и это был тот самый момент, о котором, как я знала, столько людей говорят. Когда твоя жизнь внезапно меняется, и ты уже не можешь вспомнить, кем была до этого мгновения. Было «до Генри» и «после Генри», и я целиком растворилась в последнем.

– Знаю, это мило. Но мне нужны подробности! Я же знаю, что ты ему нравишься, и еще как! Он никогда ни с кем из женщин не говорил со мной так, как о тебе – ну, разве что в те времена, когда у него были единственные серьезные отношения, еще в колледже. Последние десять лет своей жизни он провел в абсолютном одиночестве. Я знаю, что он очень много работает, и я искренне надеюсь, что для тебя это не станет камнем преткновения, Молли, я уже начала за него переживать. – Лотта сделала глоток своего Апероль Спритц, разглядывая меня поверх тонких солнцезащитных очков от Prada. Ее руки были сложены на столе, и я невольно принялась считать бесчисленные изящные бриллианты, сверкавшие на ее пальцах и запястье.

Рейвен начала ерзать на сиденье, потирая руки перед собой и заправляя за ухо свежо подстриженное короткое каре; она никак не могла согнать улыбку с лица.

– Боже мой, это просто идеально! Ты к тому же знаешь всё о его прошлых отношениях. Какая удачная база. Обсудим это чуть позже. Но умоляю, Молли. Выкладывай. Всё. До единой детали. И мне тоже нужен краткий ликбез о том, кто этот парень вообще такой, потому что, не считая того факта, что он твой друг и очень вежливо подвез меня домой на днях, я понятия не имею, кто такой Генри.

Рейвен и Лотта уставились на меня, подвигаясь ближе на сиденье и наклоняясь через стол, с бокалами маргариты в руках.

Я вздохнула, качая головой и пытаясь собрать воедино все осколки вчерашнего вечера. Проведенное вместе время, водоворот чувств, в который я погружалась с головой каждый раз, когда наши взгляды встречались. Во всем этом было еще столько всего, что, как мне казалось, я просто не смогла бы выразить словами.

Но Рейвен и Лотта не собирались отступать; они сверлили меня широко открытыми глазами, выжидательно храня молчание.

Я откашлялась.

– Генри – технический гений. Настоящий гений. Ему принадлежит множество крупных технологических платформ, которые обеспечивают работу самых разных государственных ведомств, а еще у него есть пара некоммерческих фондов, создающих более доступные и полезные технологии для людей с нарушениями зрения или слуха. Не говоря уже о том, что он чертовски горяч и построил всё с нуля. Он инвестирует в кучу техно-стартапов, а также владеет недвижимостью, включая то самое здание, куда он отвез меня вчера, – сказала я.

Челюсть Рейвен снова отпала, и у меня было предчувствие, что до конца этой истории она уже не захлопнется.

– Ага, вот почему он вечно работает, – протянула Лотта, сделав особый акцент на слове «вечно».

– Ну, скажем так, он приложил все усилия, чтобы наше свидание не ограничилось одним разом. Он организовал для нас ужин тет-а-тет – невероятную дегустацию из пяти блюд в своем ресторане на первом этаже его здания.

И я не знаю, что еще добавить, кроме того, что мы просто сошлись. По-настоящему сошлись, именно так, как я всегда хотела, но не знала как. Раньше я думала, что у меня проблемы с тем, чтобы по-настоящему открыться кому-то, но теперь понимаю: всё дело было в том, что я просто не встретила нужного человека. Словно он меня понимает с полуслова. Мы потрясающе подкалываем друг друга, и кажется, он способен закончить мои фразы еще до того, как я их произнесу. С ним всё невероятно легко. Он понимает мое стремление к цели, понимает мое выгорание, понимает те сложные отношения, которые у меня с сестрой. Похоже, он вышел буквально из той же жизненной ситуации, что и я.

Я чувствовала себя рядом с Генри так же непринужденно, как сейчас с Рейвен и Лоттой. Казалось, одна случайная ночь зацементировала то, о чем я так долго мечтала.

– О, Молли, мне так жаль, – сочувственно произнесла Лотта, нахмурившись и протягивая руку, чтобы коснуться меня, но я отпрянула, покачав головой.

– Нет, всё в порядке, правда. Просто я не хочу сейчас об этом говорить.

Я не хотела заводить разговор о том, что мы с сестрой осиротели слишком рано. И о том, что с Генри в том же шестилетнем возрасте приключилась в точности такая же беда. Всё было именно так, как он и сказал. Нам действительно суждено было встретиться.

Рейвен понятия не имела, о чем я говорю, но стоило ей только собраться задать вопрос, как она тут же захлопнула рот. Было очевидно, что Лотта только что ущипнула ее под столом. Она знала о прошлом Генри достаточно, чтобы понимать: сейчас не время погружаться в пучину моего.

– Ну тааак… – протянула Рейвен, снова потирая руки перед грудью. – Вы переспали?

Она надула ярко-пурпурные губы, в тон сумочке, лежавшей на столе, и по ее виду я поняла, что она ждет по-настоящему пикантных подробностей.

– Я задействовала всю силу воли, какая у меня только была, чтобы удержаться… Честно говоря, желание вызвать Убер к его зданию прямо сейчас и позволить ему раздеть меня до сих пор чертовски сильно.

– Почему? Не понимаю. Он горяч, он богат, вы ладите как две половинки одного целого, почему вы не переспали? – ошеломленно выпалила Рейвен.

И на секунду я пожалела, что так сильно сдерживала себя. Со мной никогда раньше такого не было. Вчера было столько моментов, которые подошли бы идеально. Но что-то подсказывало мне, что я не хочу отдавать всё и сразу. Мне хотелось удержать это хрупкое чувство. И я думала: вдруг, несмотря на всё моё желание прижаться к нему, ощутить его внутри себя, я не хочу рисковать и ставить точку в самом начале. Господи, я сама не узнавала эту новую версию себя.

– Нет-нет, я считаю, ты поступила абсолютно правильно. Заставь его подождать и не спеши. Хотя и так очевидно, что он в полном отпаде. Думаю, теперь все карты у тебя в руках, Молли, и раз он тебе нужен, то правила диктуешь ты, – заявила Лотта.

Рейвен надула губы и нахмурила брови. Я наблюдала, как мысли в ее голове несутся на бешеной скорости, пока она наконец не кивнула в знак согласия. Не считая той единственной ночи, что мы провели вместе в пятницу, я знала Лотту и Рейвен не так уж близко. Судя по взгляду Рейвен, она страдала ровно от того же, от чего и я. Накануне вечером она пыталась подцепить едва ли не каждого бармена. Она просто обожала секс. Сама мысль о том, что нужно себя в чем-то сдерживать, была ей чужда.

– Нет, ты права, – согласилась наконец Рейвен, переваривая эту концепцию. – Если ты хочешь начать встречаться с этим парнем официально, заставь его помучиться. И даже больше – заставь его ждать до тех пор, пока он не опустится на колени и не начнет умолять. Вот это по-настоящему сексуально. Богатый мужчина, который думает, что держит в кармане ключи от всего мира, хотя на самом деле они – в твоих джинсах.

Рейвен подмигнула, и мы обе рассмеялись. Генри был добр, и в нем не было ни капли эгоизма. И все же мне нравилось думать, что у меня есть над ним власть – та власть, которой он жаждет. Моя женская сила. Если наше физическое притяжение окажется на том же уровне, что и наше общение, тогда я надеялась, что в тот момент, когда это наконец случится, мы провалимся в такой оргазмический водоворот, из которого не захотим выбираться как можно дольше.

– Так что было после ужина? – спросила Лотта.

– Он отвел меня в свой пентхаус, мы сели выпить еще по одному коктейлю на ночь. Просто болтали, прижимались друг к другу на диване и любовались тем, что, по моему мнению, является одним из лучших видов на весь город. А потом я поехала домой.

– Там и правда лучший вид, – согласилась со мной Лотта, в то время как челюсть Рейвен чуть не упала на стол.

– Ты была в его пентхаусе и до сих пор не переспала с ним?! – завизжала Рейвен, и теперь я была уверена, что за нашей беседой наблюдает пара зрителей.

– Знаю, уйти было тяжело… – произнесла я.

Во мне все еще теплилось сожаление и острое желание вновь оказаться рядом с ним.

– Ну и что дальше? Он назначил второе свидание? – поинтересовалась Лотта.

– Эм, мы запланировали сразу несколько. В пятницу после работы идем в его любимое десертное место, а если завтра мне утвердят отгул, то на пару дней полетим на его частный остров – правда, не в следующие выходные, а через неделю.

Рейвен чуть не выпрыгнула из кресла, а Лотта откинулась назад, широко раскрытыми глазами глядя на меня и скрестив руки на груди.

– У него есть остров? Чертов частный остров?! – Рейвен уже вовсю орала.

Ее реакция была точной копией моей собственной – если бы я не пыталась сохранять невозмутимый вид, когда Генри мне об этом рассказывал. Это было последнее, чем он поделился со мной, прежде чем я сказала, что принимаю его розу. И это была та деталь, в реальность которой я до сих пор отказывалась верить. За один единственный уик-энд я получила абсолютно всё, о чем мечтала. И получила это без необходимости позориться на реалити-шоу. Друзей, потенциального возлюбленного и отпуск.

– Молли, черт побери! Да ты его полностью приручила. Поймала на крючок, леску и грузило. Раз он не просто рассказал тебе про свой остров, но и собирается везти тебя туда… Это что-то из ряда вон выходящее. Он меня-то туда никогда не возил! Он держит его исключительно для бизнеса. Для бизнеса и особых случаев, да и то – даже по таким поводам меня, одну из его лучших подруг, туда не звали… По правде говоря, кажется, ты первая девушка, которую он вообще туда берет.

Глава 6

Я пересчитала сложенные для поездки наряды уже в третий раз, стараясь не помять аккуратно упакованный чемодан. Генри не слишком распространялся о том, чем именно мы будем заниматься на острове. Он просто назвал это побегом вдвоем. Короткий отпуск, поэтому я подобрала самые лучшие комплекты одежды, достаточно универсальные для любого повода. Роскошные ужины, непринужденные посиделки, отдых у бассейна, снорклинг и прогулки на катере.

Генри почти ничего не рассказал мне о самом острове. Всё, что я знала, – по его словам, у него там неплохая недвижимость, но сам клочок суши крошечный, и обойти его целиком пешком можно чуть больше чем за час. Он также упомянул, что у него есть персонал – повара и уборщики, которые поддерживают порядок в доме, когда его нет. В свое отсутствие он сдает его в аренду разным бизнесменам со всего мира для проведения ретритов.

Я наконец захлопнула чемодан, когда зазвонил телефон. Мое сердце на секунду замерло, стоило имени Генри высветиться на экране. Вот и всё. Я глубоко вздохнула и открыла сообщение:

Жду у входа.

Дыхание застряло в горле. Я не могла поверить, что действительно отправлюсь на частный остров моего мужчины. Строго говоря, я еще не знала, могу ли называть его своим мужчиной, но это было близко к истине. Прошедшая неделя выдалась поистине невероятной: долгие ночные прогулки по городу, посиделки в углу его любимого джаз-бара, где мы прижимались друг к другу и пили джин, прекрасно осознавая, что все на нас смотрят. Кое-кто даже делал снимки. Лотта даже скинула мне ссылку на местную колонку сплетен, где упоминалась странная женщина, замеченная в компании мистера Генри Бентли. Кто же она? Я так ничего и не сказала об этом Генри, да и большую часть времени на людях он даже не упоминал о множестве взглядов, которые я то и дело ощущала на себе. Он был слишком поглощен тем тесным мирком, который мы вокруг себя создали.

Сердцебиение в груди стало какое-то некомфортное. Я сделала еще пару медленных вдохов, стянула чемодан с кровати и замерла в дверях своей квартиры.

Я должна была быть здесь. Я заслужила эту жизнь! Это было именно тем, чего я хотела, о чем просила. Пусть даже поездка обещала быть короткой, я никак не могла выкинуть из головы мысль о том, каким бешеным аттракционом стали для меня последние пару недель. Меньше двух недель назад я встретила человека, который буквально дал мне всё, о чем я всегда мечтала, и то, как он отзывался обо мне… Казалось, я вызываю у него точно такие же чувства. Лотта говорила, что он никогда раньше не привозил на остров ни одну девушку. Мы развивали отношения стремительно, но в то же время я никогда прежде не чувствовала себя настолько готовой к этому.

Я вышла через парадную дверь своего дома – из здания и района, которые выглядели слишком запущено для новенького «Ауди» и личного водителя у обочины. На нас пялились не только потому, что я находилась рядом с печально известным мистером Бентли; я сама покачивала головой, понимая, что все вокруг наверняка делают то же самое. Но даже прожив в этом городе два года, я по-прежнему оставалась слепа к сплетням. Моя новостная лента была забита вдохновляющими видео о бизнесе и маркетинге – я пыталась построить карьеру, а не следить за чужими жизнями.

Задняя дверь «Ауди» открылась, и вот он – его ярко-голубые глаза смотрели на меня снизу вверх, и я никогда еще не видела его таким непринужденным, расслабленным и счастливым. На нем была простая белая футболка и джинсовые шорты, и я невольно улыбнулась нашему почти одинаковому наряду.

Нам было суждено встретиться.

В моей голове прозвучали те самые скандальные слова, которые он сказал Лотте. Самая широкая улыбка из всех, что я видела на его лице, озарила его целиком, обнажив ослепительно белые зубы и ямочки на щеках. В одно мгновение он выпрыгнул из машины и заключил меня в объятия. Я вдохнула его запах, который теперь знала до боли отчетливо – аромат сладкого мускуса с легким намеком на зефир. Запах, который, как я уже понимала, я не забуду ни при каких обстоятельствах.

– День настал, – шепнул он мне на ухо. И внезапно, укутанная в его объятия, моя бешено колотящаяся в груди плоть обрела покой. – Давай я возьму твою сумку, – произнес он.

Он перехватил ручку чемодана и легко коснулся губами моего лба. Ну просто джентльмен. Затем он уложил чемодан в багажник, жестом пригласил меня внутрь и захлопнул дверь, пока я бросала короткое приветствие Аарону. Генри взял меня за руку, и я завороженно уставилась на наши переплетенные пальцы – его загорелая кожа против моей бледной. Они отлично смотрелись вместе, мы отлично смотрелись вместе.

– Так куда именно мы направляемся? И как мы туда попадем? – спросила я, поднимая глаза и замечая, что Генри всё это время наблюдал за мной.

Он смотрел на меня так, будто я была произведением искусства. Пару раз за первую неделю наших встреч мне уже приходилось думать об этом, но я отмахивалась от подобных мыслей, не желая заплывать слишком далеко в истории, правдивость которых еще предстояло проверить. Однако, когда Лотта как-то раз присоединилась к нам после ужина пропустить по бокалу, она прислала мне сообщение ровно с теми же догадками. Она сказала, что он смотрит на меня как на искусство. А в Генри я успела усвоить одно: он обожал искусство, боготворил его.

Широкая улыбка Генри сменилась моей любимой ухмылкой, на этот раз он слегка прикусил изнутри нижнюю губу. Мне захотелось высвободить руку, отвести взгляд. Нужно было срочно выяснить, сколько продлится эта поездка, потому что я понятия не имела, как долго смогу сдерживаться, пока он вот так меня касается. Я изо всех сил пыталась сохранить между нами некую невинность. Всё то время, что мы проводили вместе, как бы трудно это ни было, я неизменно разворачивалась и уходила домой. И хотя мы вечно прижимались друг к другу, даже малейший миллиметр расстояния между нами спасал положение. Но теперь наши пальцы были сплетены, а в предстоящие ночи мне просто некуда будет уйти.

– Я же говорил, это прямо у побережья Хэмптона, совсем недалеко. – Он подмигнул.

– Ладно… но как именно мы туда попадем? На чем ты обычно перебираешься на ту сторону?

– Мы так близко к сюрпризу, что я совсем не хочу раскрывать все карты раньше времени. Могу пообещать одно: думаю, мой любимый вид транспорта тебе понравится, по крайней мере, я на это надеюсь.

Сначала я предполагала, что у него в гавани припаркована какая-нибудь роскошная яхта, но если он утверждал, что мы почти приехали, возможно, мы уже порядком отдалились от города.

– Есть кое-что, о чем мне хотелось бы с тобой поговорить перед самым отъездом, если ты не против? – произнес он.

– Конечно, – непринужденно ответила я. В голове пронеслись варианты тем, которые он мог затронуть до того, как мы окажемся в изоляции на крошечном острове. Но держался он слишком спокойно, чтобы затевать что-то чересчур серьезное.

– Ты не думаешь, что мы слишком спешим? – спросил он, не мигая и не сводя с меня глаз, будто отслеживая малейшее движение моего тела. Всё, что могло бы выдать мои чувства прежде, чем я успею произнести хоть слово. Но я замерла, обдумывая его вопрос. Прошло всего две недели, и это Лотта просветила меня насчет того, насколько серьезным шагом был сегодняшний визит на его остров. Там никто не бывал – по крайней мере, ни одна девушка, включая ее саму. Черт. Черт. Черт.

Хотя мое тело успокоилось, мысли в голове неслись со скоростью тысяча миль в час, пытаясь угадать, что именно он вкладывал в этот вопрос. Неужели он считает, что мы торопим события? Неужели сомневается? Может, это тот самый момент, когда он хочет официально объявить меня своей, заявить о полной эксклюзивности?

Многое в наших отношениях развивалось быстрее, чем что-либо в моей жизни, но в то же время медленнее некуда. Никогда еще я не открывалась кому-то так быстро, не чувствовала себя настолько непринужденно и комфортно рядом с человеком. Я никогда прежде не вываливала столько подробностей о своем прошлом, о тех мелочах, из которых складывалась я сама, и тем не менее… у нас до сих пор не было секса. Господи, что бы я отдала за то, чтобы его язык медленно скользнул вверх по моему бедру. От этой мысли я едва не застонала, и клянусь, мои щеки вспыхнули алым, когда я заметила, как голова Генри чуть-чуть наклонилась вбок, будто он пытался прочитать мои мысли. Черт, кажется, я позволила паузе затянуться слишком надолго.

– С одной стороны да, а с другой – нет, – ответила я, но он продолжал неподвижно сидеть, ожидая продолжения, пока за окном машины мелькали городские пейзажи. – А ты что чувствуешь? Ты думаешь, мы слишком спешим? – спросила я. Генри взял мою руку в обе свои и положил себе на колени.

– Я тебе сейчас скажу, что чувствую. Просто надеялся услышать это от тебя первой, – произнес он, подаваясь ближе, и каждый раз, когда он так делал, мое тело помимо воли качнулось ему навстречу. Всего на дюйм ближе – и мы бы поцеловались.

– Всё это развивается быстрее, чем всё, с чем мне доводилось сталкиваться раньше. Но это неплохо. Совсем не чувствуется, что это плохо. Напротив, это самое естественное ощущение из всех, что у меня когда-либо возникали с кем бы то ни было, – сказала я. Уголки его губ приподнялись выше.

– Я чувствую то же самое и полностью согласен. Кажется, нам было суждено встретиться.

И вот оно – те самые слова, которые, как я знала, он уже произносил, но не адресовал лично мне.

– Я тоже так думаю, – прошептала я, чувствуя, как жар между ног поднимается вверх по позвоночнику. Я ждала, что он наклонится и поцелует меня. Но он лишь замер на мгновение.

– Отлично, я рад. Просто хотел убедиться, что ты комфортно себя чувствуешь во всей этой ситуации и мы на одной волне.

– Всё хорошо, – сказала я.

Генри подался еще ближе, и я ощутила вкус его мятного дыхания:

– О, Молли, всё намного лучше, чем просто хорошо.

Я закрыла глаза, предвкушая, как утону в нем, но в этот момент машина резко остановилась, Генри отстранился, выпустил мою руку и быстро распахнул дверь.

– Мы на месте, – бросил он, подмигнув мне и исчезая за дверью.

Я даже не успела толком разглядеть в окно, где именно это самое «место» находится, как Генри снова появился у моей стороны автомобиля. Он открыл дверь и по-джентльменски подал мне руку. Аарон вытащил из багажника оба чемодана. Генри обнял меня за талию, притягивая к себе так близко, что я всё еще не могла толком оглядеться. Из-за его плеча виднелись лишь какие-то промышленные постройки. Но мы находились на большой высоте. Неужели на крыше?

– Готова увидеть свой следующий транспорт? – спросил он, и прежде чем я успела ответить, развернул меня, открывая взгляду блестящий черный вертолет.

– О боже мой! – закричала я. Мы были на крыше или на парковке в самом центре города. И прямо перед нами стоял вертолет Генри. Я узнала его по фирменной надписи «Бентли» на хвосте. – Я вообще-то никогда в жизни не летала на вертолетах, – призналась я. Генри улыбнулся, явно гордясь тем, что подарит мне этот первый раз.

– А как у тебя с полетами? – спросил он.

– Ну, полагаю, вопрос сложный. Мне почему-то кажется, что лететь на большом самолете – совсем не то же самое, что на вертолете.

– Думаю, тебе понравится. К тому же лететь совсем недолго. Приземлимся примерно через сорок минут.

– Ого. Это быстро.

– Просто у меня лучший водитель, – заявил он. – А я не хочу терять ни минуты этого отпуска. Здесь мы всё делаем эффективно.

Аарон загрузил сумки в вертолет, заглянул в водительское кресло, запустил винт и сменил кепку водителя на белую фуражку пилота, после чего направился к нам, жестом приглашая занять места сзади.

– Ты еще и вертолетами управляешь? – удивилась я.

Он кивнул:

– Вертолеты – это вообще моя специализация, – подмигнул он. – Обещаю, полет будет очень мягким и безопасным.

Я устроилась на заднем сиденье рядом с Генри, и он помог мне надеть гарнитуру, прежде чем натянуть собственную. Он взял меня за руку, переплетая наши пальцы в небольшом промежутке между нами – точно так же, как в машине. Аарон провел короткий инструктаж по безопасности, убедившись, что ремни затянуты туго. Не успела я опомниться, как мы взмыли в воздух, и внизу расстелился мой город. По крайней мере, лучшая его часть – та самая, где я всегда чувствовала себя своей. Пусть даже пока не до конца закрепилась там. В голове пронеслись утренние слова Элизы. Как же она предвзято отнеслась к Генри, даже не познакомившись с ним. Как посчитала меня глупышкой за то, что я позволила себе влюбиться и улетела с ним. Сами слова были другими, но подтекст считывался безошигочно. Как же мне хотелось, чтобы она увидела меня сейчас, парящую высоко над Нью-Йорком, с Бруклинским мостом на заднем плане. Мне не терпелось выложить ей всё об этой поездке еще до ее начала.

– Как ощущения? – раздался в наушниках голос Генри, когда я повернулась к нему.

Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько озаренной моментом. Это превосходило даже наше первое свидание. Если это был лишь крошечный проблеск того, какова жизнь с Генри – с его открытостью, заботой и всеми прилагающимися бонусами, – то всё это выглядело как роскошная вишенка на невероятном торте, которым он и являлся. Подождать пару дней, чтобы убедиться в официальности наших отношений перед тем, как открыться ему целиком… ладно, в эту игру можно было сыграть еще немного.

– Охеренно невероятно! – прокричала я в ответ через микрофон.

Генри и Аарон рассмеялись одновременно. Аарон воспринял это как сигнал прибавить скорость, и я радостно взвизгнула. Генри обнял меня за плечи. Остаток пути он работал моим гидом, указывая на знакомые с земли здания, пока наконец вдалеке не показался его крошечный остров.

Вскоре мы начали снижение, и я впитывала каждую деталь этого клочка земли у побережья Манхэттена, о существовании которого даже не подозревала еще две недели назад. Судя по виду сверху, он находился куда дальше, чем просто «у самого побережья». Я никогда не славилась хорошим чувством времени или ориентацией в пространстве, но даже на глаз теперь понимала, почему мы не поплыли сюда на лодке. Впрочем, я вовсе не жаловалась – вид отсюда открывался потрясающий.

Я чувствовала на себе взгляд Генри, пока сама не сводила глаз с земли внизу, впитывая каждую черту того места, которое он назвал своим любимым. Остров казался сплошь покрытым зеленью, обрамленной пляжной полосой, абсолютно изолированным, без единого островка поблизости. Генри явно был баснословно богат, но, окинув взглядом эти владения с высоты птичьего полета и осознавая, что всё это принадлежит ему просто так, я подумала, что он вполне может оказаться мультимиллиардером. Я видела его машину, его здание, а теперь еще и вертолет, но земля внизу окончательно расставила всё по местам в плане его состояния.

Приближаясь к суше, я заметила большую кремовую крышу особняка, занимавшего всю переднюю часть острова, теннисный корт позади и несколько бассейнов с фасадной стороны, выходивших прямо к пляжу. Невероятно длинный пирс тянулся от берега метров на сто, и у его конца покачивалось что-то крупное – нет, не лодка, скорее суперъяхта. Ого. Слева от пирса располагалась вертолетная площадка, на которую мы как раз собирались приземлиться.

Генри убрал руку с моих плеч и помог снять гарнитуру. Шум винтов стих. Аарон помог нам выбраться, подхватив сумки, а Генри взял меня за руку и отвел подальше от кромки воды. Мы прошли сквозь идеально подстриженные зеленые кусты и вышли на вымощенную дорожку, петлявшую в обе стороны. Я одновременно испытывала любопытство и полное оцепенение. Аарон прошел мимо нас с чемоданами, углубившись по тропинке вправо.

Генри резко развернулся, встал передо мной и взял меня за руки так, будто собирался сделать предложение. О боже, нет. Нет-нет-нет. Неужели это оно? Неужели поэтому он спрашивал, не торопим ли мы события? Да нет же, конечно нет. Прошло всего две недели. С чего вдруг мои мысли понеслись в эту сторону? Неужели я сама этого хотела? Неужели я влюбилась настолько глубоко, что уже думаю о кольцах? Я встретилась с Генри взглядом, но он молчал, просто глядя на меня в ответ безмолвно.

– Что? – выдавила я, и голос слегка дрожал от шока перед открывшейся красотой этого места.

К тому же меня захлестывала тревога от происходящего. Приземлившись, я еще не видела воды голубее в своей жизни. Но он тут же отвел меня от берега, и теперь прямо передо мной, сияя не хуже океана, зеленели те самые густые заросли, которые я разглядывала с небес. Остров выглядел точь-в-точь как мини-Гавайи – место, куда я всегда мечтала попасть. Но пробелы в моих путешествиях больше не волновали меня теперь, когда я оказалась на этом прекрасном острове.

Улыбка не сходила с лица Генри, он по-прежнему молчал, выпуская мою правую руку. Он поднял левую руку и щелкнул пальцами.

Я от неожиданности отшатнулась назад, пораженная появлением женщины, вынырнувшей из-за поворота дорожки справа. У нее были длинные каштановые волосы, стянутые в тугой хвост. На ней был белый шелковый костюм, который вполне сошел бы за пижаму. Она шла к нам, держа в руках огромный букет красных роз – точно такого же размера, как на нашем первом свидании. Я выдернула руку из ладони Генри и прикрыла ладонью отвисшую челюсть. Мне не хотелось, чтобы он видел, как я хватаю ртом воздух. Если я собиралась сделать это своей новой нормой, то и вести себя должна была нормально. Но внутри меня всё клокотало: тело охватил шок и жар, пока я гадала, что за чертову сцену здесь разыгрывают, и наконец женщина остановилась справа от меня. Генри вытащил из букета длинную розу на толстом стебле.

– Молли? – произнес он.

– Да? – выдавила я, и голос прозвучал жалобно, как у маленькой собачки. Я не была уверена, не расплачусь ли сейчас от нахлынувших эмоций.

Генри выпрямился, аккуратно удерживая стебель розы обеими руками перед собой.

– Я надеюсь подарить тебе еще одну розу после этой поездки. Может быть, розу, которая сделает нас чуточку ближе, придаст нам официальный статус. Конечно, я не хочу подгонять события. И не хочу, чтобы ты чувствовала какое-то давление. Я просто хочу, чтобы следующие четыре дня были полностью посвящены тебе: отдых, отпуск, наслаждение этим местом и та самая передышка, которую ты заслужила, даже если поездка получилась короткой… и надеюсь, за это время мы успеем провести по-настоящему классные совместные часы. И я смогу показать тебе настоящего себя…

– То есть я еще не познакомилась с настоящим Генри Бентли? – нахмурилась я, шутливо потянувшись к его шее, будто собираясь сорвать маску.

Генри рассмеялся, и я так любила этот смех, особенно понимая, что его причиной была я.

– Нет, я не это имел в виду. Я просто хотел сказать – без рабочих отвлечений, городской суеты и сотен любопытных глаз.

Я кивнула. Он впервые заговорил о них вслух. Начинало казаться, что он просто невосприимчив к чужим взглядам.