Текст книги "Остров миллиардеров. Часть 1 (ЛП)"

Автор книги: Оливия Хиллиер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Глава 29

Он кого-то убил. Он убил человека с точно таким же фетишем, который я позволяла ему проявлять на мне. Ещё вчера вечером он зашел со мной слишком далеко. С этой новой информацией в моей голове крутилась только одна мысль. И она заключалась в том... что до меня кто-то был. Я знала, что такое смерть. Я знала, что я тоже убивала. Это было единственным ярким воспоминанием, сохранившимся у меня с детства. Я тоже знала, каково это – убить случайно. Я была той, на кого они орали. Я была той, кто желал, чтобы всё это закончилось. Я была той, кто бросил игрушку именно с этой целью. Той самой игрушкой, которая заклинила тормоз папы в тот момент, который унес жизни моих родителей.

Но он полностью сорвался на той, которая умерла. Она залила своей кровью весь его роскошный пентхаус, и я готова была побиться об заклад, что он слизывал каждую каплицу её льющейся крови. Картины того, как его язык превращается в швабру для жидкости, которая когда-то давала ей жизнь, заполонили мой разум.

Неужели это было тем, чего он хотел больше всего? Неужели в этом и заключался этот фетиш? Неужели он хотел, чтобы кто-то умер ради него? Было ли это высшим проявлением любви, в котором он нуждался? Потому что это было единственное проявление, которое он когда-либо знал.

– Я хотел, чтобы её образ жил дальше, поэтому тогда я и создал её цифровую версию. Она была такой светлой, должно было остаться хоть какое-то воспоминание о её жизни.

– Рут... – вздохнула я, и он кивнул.

– Рут не было её настоящим именем. Я не мог позволить ей сохранить настоящее имя, потому что созданный мною ИИ слишком умен, он может прочитать весь интернет, а во всемирной паутине есть фотографии той, кого мир до сих пор считает пропавшей без вести.

Святое дерьмо. Ему это сошло с рук; он скрыл убийство. Никто больше не знает. Но теперь знаю я, и я уверена, что Джеки тоже знает. Она помогла бы ему это скрыть. Но когда умерли мои родители, мне это тоже сошло с рук. Никто не знал, что причиной была я. Кроме Элизы. Но даже она отказывалась верить правде, которую видела своими собственными глазами.

Генри сидел неподвижно, его руки теперь были спрятаны под столом, и по тому, как двигались его плечи, я могла сказать, что он нервно перебирал пальцами. Он сидел там, уставившись на меня в ожидании моего ответа. Но я ничего не сказала, я даже не вздрогнула и не задрожала. Потому что на самом деле я больше не сидела перед ним – по крайней мере, моё тело сидело, но мой разум был где-то очень далеко. Пересоздавая каждую яркую деталь той истории, которую он рассказал мне о ней, о Рут, цифровой версии его первой кровавой возлюбленной. Об ИИ, с которым я подружилась.

– Подожди, – наконец произнесла я. – Значит, вчера, под водой... – Я внезапно почувствовала, что задыхаюсь, у меня закружилась голова, будто я снова могла ощутить её длинные рыжие волосы в своей руке. – Я, блядь, вообще не теряла сознание! – выплюнула я.

Мысль о том, как он солгал мне об этом... нет, он не просто солгал мне, он занимался настоящим газлайтингом. Он заставил меня поверить, что моя текущая реальность была чем-то совершенно иным.

Я откинулась на спинку стула. Я никогда раньше не повышала голос на Генри, и в масштабе происходящего это, вероятно, было последним, из-за чего мне следовало кричать. Но по какой-то ёбаной причине именно это заставило мою кровь вскипеть больше всего. Кровь вскипеть – я усмехнулась собственной мысли. Ему, вероятно, понравилась такая реакция с моей стороны, это, без сомнения, заставило его хотеть меня ещё сильнее.

Генри поднялся со своего места и подтянул стул ближе ко мне, так что оказался чуть левее. Он сел, потянувшись к моим коленям под столом и разворачивая их к себе. Взяв мои руки в свои, он сидел неподвижно, ожидая, пока я снова посмотрю ему в глаза, удерживая мой взгляд достаточно долго – достаточно долго до того самого момента, пока не почувствовал, как расслабляются мышцы моих рук, плеч, челюсти и живота.

– Ты знаешь, я всегда хотел рассказать тебе всё с самого начала. Я никогда не хотел ничего от тебя скрывать. Чем больше я узнавал тебя, тем больше укреплялся в полной уверенности, что ты наконец-то тот самый человек, которому я могу доверить абсолютно всё. Который полюбит меня со всем, что я совершил. Всего меня... Я вообще не планировал лгать тебе вчера, нисколько. Именно по этой причине я и повез тебя туда. Я знаю, что должен был рассказать тебе правду ещё до того, как мы вошли в воду. Но мой план заключался в том, что если ты сможешь обнаружить это сама, то это даст мне шанс открыться перед тобой, провести точно такой же разговор, какой мы ведем сейчас. Но после твоей реакции и того факта, что ты потеряла сознание от увиденного, я понял, что время ещё не пришло.

Я была в таком замешательстве, что мне пришлось отвести от него взгляд, уставившись на наши руки, переплетенные у меня на коленях. На руки, которые еще не так давно я считала теми, за которые смогу держаться вечно. Но теперь я держала руки убийцы, лжеца, газлайтера, и всё ещё оставалось так много нераскрытых вопросов.

– Так вот почему ты повел меня сегодня на прогулку по лесу. Ты знал, что я увижу светлые волосы? Ты думал, что это может быть ещё одним отличным шансом рассказать мне? Кто она вообще такая?

Как только эти слова слетели с моих губ, всё стало на свои места. Как я только сейчас увидела всё это так чётко? Ария, светлый образ ИИ. Эта блядски потрясающая блондинка-ИИ. Он убил и её тоже. Должно быть, убил. Но это было не пять лет назад, это было свежим и происходило прямо передо мной.

– Кем она была? – снова выплюнула я, не дав ему возможности ответить. Моё сердце колотилось, пока мысли неслись со скоростью тысяча миль в час. – Кем она была для тебя? Она и есть та блондинка-ИИ, не так ли? Кем она была – какой-то островной кровяной рабыней, которую ты держал здесь? Не могу поверить, что я думала, будто я единственная.

Я попыталась вырваться из его хватки, но он притянул меня к себе ещё крепче, его колени сжали мои, а пальцы въелись в мои запястья.

– Для меня никогда не было никого, кроме тебя, Молли. Никого больше не существовало, с кем мне суждено было провести жизнь. Ты моя единственная и неповторимая. Вот почему я рассказываю тебе всё это. Ты думаешь, я не понимаю, что ты могла бы сделать с подобной информацией? Ты могла бы уничтожить мою жизнь навсегда. Ты могла бы рассказать всем правду. Правду о том, кто я на самом деле и кем я был. Чёрт, ты могла бы привести кого угодно, чтобы они пришли и посмотрели на тела. Ты могла бы полностью разрушить всё, что я построил, в единый мгновенный миг с помощью этой информации. И правда в том, что я не против, если ты это сделаешь, потому что теперь, когда я встретил тебя, мир без тебя, Молли, – это мир, частью которого я быть не хочу. С тех пор как я встретил тебя, никакого «после тебя» не будет. Есть только «до тебя» и «с тобой». И то, что я тебе обещал, было не чем иным, как правдой, а я рассказал тебе только самую первую часть своей истории. Мы дойдём и до блондинки, – сказал он, и я заметила, как он почти выплюнул слово «блондинка». – Но есть ещё несколько деталей, которые мне нужно сопоставить, прежде чем мы доберемся до этого.

Глава 30

Генри наконец отпустил одну из моих рук, чтобы я могла дотянуться до бокала с игристым, всё ещё стоявшего на столе. Я осушила бокал одним махом, а затем потянулась за его бокалом, тоже допив его до дна. После этого я жестом предложила ему продолжить. Позади себя я услышала какой-то звук, но не сводила глаз с Генри и повернулась лишь тогда, когда звук затих, заметив два новых бокала с игристым, снова поставленных на стол.

– Значит, ты убил Рут... – сказала я. – Или как там её звали на самом деле.

Я собиралась выяснить это, но позже.

– И потом, дай угадаю, чтобы выпутаться из этой передряги, Джеки была первой, кому ты позвонил.

Генри вздохнул.

– Мне потребовались дни, чтобы хоть кому-то рассказать. Я убрал всё место преступления и спрятал её тело в шкафу у себя дома. Я был напуган до смерти, я понятия не имел, кому она успела рассказать, и понятия не имел, кто её ищет. Я ждал, что кто-то найдёт меня, убьёт меня или постучит в мою дверь и наденет на меня наручники. Но никто так и не пришёл. К тому времени, как дело о её пропаже стало публичным, стало очевидно, что ничто не вывело на меня. Джеки позаботилась о том, насколько всё было конфиденциально. И в то же самое время я нашел этот остров... – сказал он.

– О, – кивнула я. – И это действительно стало предложением, от которого ты не смог отказаться.

Генри сжал мои руки сильнее, и мне ужасно захотелось наполнить своё тело ещё одной порцией вина.

– Я должен был рассказать Джеки всю историю, как только она увидела сообщение о пропаже человека по всем новостям. Но к тому моменту, как это произошло, мой план уже был в силе. Я уже видел остров и уже сделал своё предложение. Я просто ждал официального «да». Я знаю, это звучит ужасно. Это кошмарно, но план уже действовал, я привёз её сюда, и, ну, по сей день ты и Джеки – единственные два человека, которые знают.

– Но, как ты сказал, это было только начало. Под водой была не одна девушка, – сказала я.

Я попыталась вспомнить образ статуи, над которой плавала, но единственным четким образом в моих воспоминаниях была Рут.

– Под водой пять девушек, – сказал он чётко, даже не вздрогнув, когда говорил о стольких смертях.

Я не знаю, почему до меня только сейчас дошло. Не поэтому ли я была здесь? Не поэтому ли он рассказывал мне эту историю? Потому что вот-вот должно было стать шесть?

– С того момента это было похоже на смерть, или убийство, когда я смотрел, как эти женщины истекают кровью. Это как будто стало привлекательным для меня. Мне не нужно было ходить и искать этого или впутываться в такие ситуации, но это было так, словно смерть в каком-то смысле искала меня всё это время... или, может быть, она всегда была со мной. Возможно, это была энергия, которую я нес в себе со времен моих родителей... так или иначе, это вроде как прилипло.

– Я не знала, что ты такой духовный, – сказала я, сохраняя неподвижность лица.

Я не хотела выдавать ни единой эмоции из тех, что испытывала. В основном потому, что сама не знала, что чувствую... мужчина моей мечты был убийцей. Чертовым честным убийцей, и в данный момент я была заперта в его хватке. Но он не заберёт меня. Я была умнее, чем он думал.

– Следующие три женщины – всё произошло одновременно.

Я сглотнула, и он заметил это крошечное движение моей шеи.

– Я говорил тебе, что это не то, чем я горжусь, Молли. Это худшая часть меня, – сказал он, уставившись на меня широко раскрытыми глазами.

Теперь я слишком боялась шевельнуться. Худшими чертами кого-то было бы то, что он лжец или изменник. Но убийца – я не знаю, относится ли это к категории «худшая часть» кого-то. У меня даже не было категории для такого. И как бы тошнотворно мне от этого ни было, мне всё ещё было тошно от того, как много все эти другие женщины значили для него. Настолько, что он не просто убил их и избавился от них, он превратил их в камень и сделал достопримечательностью своего любимого места на земле. И теперь я была просто очередным номером.

– Ты везешь меня туда, чтобы сделать со мной то же самое? Признаться мне во всём, прежде чем снова порезать меня, дать мне истечь кровью и добавить меня к твоим самым ценным сокровищам внизу?

Рот Генри открылся, когда две слезы скатились из его глаз. Чёрт. Это были последние слова, которые он ожидал услышать из моего рта.

– Ведь именно поэтому ты привез меня сюда, не так ли? Это и есть настоящая причина, почему ты рассказываешь мне всё это?

Ещё две слезы скатились из его глаз, а губы задрожали. И после всего, в чём он мне признался, видеть его сейчас плачущим, полным раскаяния – сильного, независимого мужчину, в которого я влюбилась, того внутреннего маленького ребёнка, который чувствовал то же самое, что и мой... Того самого мужчину, который полностью вскружил мне голову и показал мне совершенно новый мир, где я чувствовала себя полностью любимой, ценимой и понятой... того самого мужчину, который убил пять человек, превращенных в камень под водой, и ещё одного у водопада... и всё же во мне оставалась крошечная часть, которая – что, блядь, со мной было не так? – не хотела ничего другого, кроме как утешить его в этот момент.

– Ты здесь не для этого. Совсем нет, никогда. Я могу понять и сопереживать тому, что я рассказал тебе до сих пор, и как ты могла прийти к этой теории, но я могу обещать тебе, ты всегда будешь в безопасности со мной, Молли... всегда.

Он на секунду отпустил мои руки и вытер щеки. Я потянулась за другим бокалом вина, осушив его так же быстро, как и первые два. Как, чёрт возьми, я могла теперь верить или доверять этим словам?

– Как только я расскажу тебе всё, я расскажу тебе о настоящей причине, по которой я хотел привезти тебя сюда. Я клянусь на могиле моих родителей, что я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль. Я люблю тебя, Молли, я говорил тебе и буду говорить это до дня своей смерти. Я люблю тебя целиком и полностью. Я бы не стал вписывать твоё имя в часть моего бизнеса только для того, чтобы привезти тебя сюда и убить, тогда всё так очевидно вело бы ко мне... к тому же, Рейвен и Лотта обе знают, где ты. Никто не знал, где находится кто-либо из остальных... Не то чтобы я хотел защищать себя таким образом. Правда в том, что я люблю тебя. Я никогда больше не причиню тебе боли. Я хочу только поддерживать тебя, быть абсолютно прозрачным с тобой, и я хочу, чтобы наша совместная жизнь после этого стала ещё лучше.

Я снова сглотнула, хлопая ресницами, чтобы сдержать слезы.

– Расскажи мне остальную часть истории. Я хочу знать про остальных...

Генри кивнул.

– Я никогда намеренно не хотел причинить им вред... опять же, это просто произошло. И это было годы спустя. Два года спустя, если быть точным. Хотя я и знал, что совершил, я всё равно никогда не представлял себя убийцей. Мне всё ещё не нравится так думать, но именно эти конкретные выходные заставили меня действительно усомниться в себе из-за этой самой мысли. Это был второй раз, когда я использовал остров как место для деловых отпусков и стратегических встреч. В самом начале проведения подобных мероприятий я обычно оставался на острове. Я в основном держался подальше от всех, но мне нравилось следить за тем, чтобы всё шло гладко.

Генри вздохнул, прочистив горло.

– Я знал Рейну, одну из трёх женщин, которые были в той бизнес-поездке. Ранее у меня было с ней несколько встреч в Нью-Йорке, она владела растущим агентством недвижимости и хотела, чтобы я начал проводить все свои сделки через неё. Я сказал ей, что у меня местное партнерство с моим текущим агентом, но если у неё появится что-то, что, по её мнению, вызовет у меня интерес, то ей следует дать мне знать. Она позвонила мне назначить встречу, когда у неё появилась недвижимость в Хэмптонсе, которая, как она думала, мне понравится. И она была права, мне действительно понравилось, потому что недвижимость была почти точной копией того, что я построил здесь, на острове. Вот тогда мы и разговорились о бизнесе, и она сказала мне, что ищет ещё партнёров в бизнес. Я пригласил их сюда, чтобы они составили свои планы на выходных, ну и, в общем, остальное уже история.

– Или, по крайней мере, они сами стали историей, – сказала я, слова просто вырвались из моего рта.

Я решила не тянуться за последним вином, когда Генри вздрогнул.

– Я не могу с этим спорить, – сказал он, – потому что ты права, так и вышло. Я занимался своими делами, собираясь отправиться в поход к водопаду в один из дневных часов, когда три женщины сидели на задней палубе, наслаждаясь напитками. Они окликнули меня, и сначала разговор начался прекрасно. Они поблагодарили меня за время, проведённое здесь, сказали, что добились существенного прогресса. И вот тогда Рейна зашла слишком далеко. Я с самого начала знал, что у неё, возможно, была симпатия ко мне. Но я всегда держал всё на профессиональном уровне и никогда не развивал эту идею. Но она начала говорить со своими двумя новыми деловыми партнёрами так, будто мы были вместе. Как пара, и что именно по этой причине у них было это место для проведения стратегических встреч. Она встала, обвила руками меня и начала говорить о том, как долго она меня знает и как долго ждала этого момента, момента, когда я впущу её в свою жизнь. Я попытался отстраниться, но она поцеловала меня в губы.

Он покачал головой.

– Я знаю, это звучит глупо. Быть взрослым мужчиной и оказаться жертвой домогательств со стороны женщины. Но я не знал, что делать, я просто замер на какое-то время.

Он вздохнул.

– Она позвала своих подруг присоединиться, и не успел я оглянуться, как три женщины уже прижали меня к стене моего здания. Если бы я рассказал эту историю любому мужчине, они бы посмеялись надо мной и сказали, что мне следовало воспользоваться моментом. Но это было последним, что я хотел делать. Это совсем не в моём стиле и далеко от того, чего я хотел. В глубине души я знал, что ни одна из них тоже не хотела меня. Им просто нравился образ меня, им нравилось то, что у меня было, им нравился мой банковский счёт и тот самый образ жизни, который, как они думали, я могу им дать. Я знал их тип.

На последних двух словах его голос прозвучал с отвращением.

У меня не было сомнений, что Генри сталкивался с подобным во всей своей жизни; я видела и чувствовала это каждый божий раз, когда выходила с ним на люди в городе. Впивающиеся глаза других женщин, оглядывающие меня с ног до головы. И Генри был прав: они думали, что хотят его, но ничего не знали о том, кем он был на самом деле. Никто не знал. Ну, почти никто.

– Как я и сказал, я правда не могу поверить, что говорю это, но это правда. Затем на меня напали три женщины, – сказал он.

Слова вырвались из его рта настолько серьёзно, без единой эмоции. Точно так же он говорил, когда впервые рассказал мне о том, как погибли его родители. Он словно замер. Всё ещё в шоке от ситуации, настоящие эмоции от произошедшего замерли внутри него в спящем состоянии, в месте, до которого он не мог дотянуться.

– Я замер, я не шевелился. Никого из моего персонала не было видно, я сказал им прекратить, но их было трое против меня, и я всё ещё не хотел никому причинять вреда. Так что это действительно было так, будто я снова стал маленьким ребёнком, я стоял неподвижно, позволяя им раздевать меня, целовать, хихикать и шептать чушь мне на ухо, пока я смотрел на облака, желая, чтобы вышли звёзды и утешили меня... Но я также знал, что именно эта мысль что-то переключила во мне. Это был тот момент, когда я смотрел на небо, жаждая хоть какого-то утешения, когда одна из них зашла слишком далеко, сдернув с меня штаны полностью, не просто обнажив меня, но и трогая меня. И это было всё, это была одна единственная секунда, когда часть меня, о существовании которой я действительно надеялся не знать, взяла верх. Это было так, словно я понял, что я больше не ребёнок, и у меня наконец-то есть сила взять всё в свои руки, дать ответный отпор. Я не хочу вдаваться в детали, и, честно говоря, я сам мало что помню об этом. Всё было как в тумане. Всё, что я могу сказать, это то, что я рад, что именно Джеки нашла меня первой. Она нашла меня в бассейне в окружении их тел.

– Генри, мне так жаль, что это случилось с тобой, – сказала я, моё сердце опустилось ещё глубже в живот.

– Нет, не надо. Мне жаль за то, что я сделал. Мне жаль, что я должен сидеть здесь и рассказывать тебе обо всех самых ужасных вещах, которые я совершил.

Совершил, совершил... означает ли это, что для него это было в прошедшем времени? Что это было чем-то, что когда-то существовало в его жизни, но больше нет?

– И потом каждая из этих женщин стала образом в твоей системе ИИ?

Генри покачал головой:

– Нет, вовсе нет. Я знал, что то, что я сделал с ними, было намного хуже, но после того, что они сделали со мной, я ни за что на свете больше не хотел видеть их лица.

– И потом их стало четыре, – сказала я.

Я убивала. Я убила однажды. Я знала, как легко сделать это единожды. Одна единственная навязчивая мысль, которая никогда не покидает твой разум, никогда не покидает твою жизнь, стоит тебе поддаться ей. Но это... это было нечто гораздо большее. Возможно, я и была убийцей в своей прошлой жизни. Но он был палачом.

– И потом их стало четыре, – повторил он, откидываясь назад; он выпустил мои колени из своей хватки и потянулся за бокалом игристого на своей стороне стола.

– Ты голодна? – спросил он.

И я мгновенно покачала головой. Я могла бы легко осушить ещё одну целую бутылку вина, но мысль об еде после всего, что он мне только что рассказал, вызывала у меня тошноту. И мне уже было тошно. Я уже чувствовала себя больной, запутанной, неуверенной, безумной. Злой на себя за то, что увидела то, что увидела, за то, что задавала слишком много вопросов. Злой на себя за желание узнать правду, потому что прямо сейчас я отдала бы всё, чтобы вернуться в те моменты, когда ещё ничего этого не знала.

– Нет, я просто хочу знать конец этой истории. Мне нужно знать про другую девушку под водой, и мне нужно знать про блондинку. А потом я хочу правду и ничего, кроме правды, о том, почему я здесь!