Текст книги "КОМСОМОЛ 5 (СИ)"

Автор книги: Ольга Войлошникова

Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Да и хрен с ним! Не бросать же добро.

Казаки бодро рассортировались по изрядно разросшейся колонне – грузовиков стало пять, да три лёгких внедорожника, уж это они бросать не собирались. Лишняя техника – она никогда не лишняя, зато потом где-то можно особо не жалеть.

Машины развернулись и попылили на выезд. Теперь бы до базы без происшествий добраться…

Однако, как оказалось, кое у кого на это были свои мысли.

УМНАЯ МЫСЛЯ

– Эта… ваш-сиятельство, тут одной шибко светлой голове мысля пришла! – В люк, отделяющий кабину от коробки кузова, просунулась густо-конопатая физиономия.

– И какая? – щас мне чего предложат, зуб даю!

– Тут недалече, километрах в тридцати городок есть… – рыжий закряхтел, вспоминая, – Холибрун, или как его там?

– Холлабрунн, – внесла коррективы Хотару, уже заглядывающая в карты.

– О! Точно, он! – обрадовался рыжий.

– И чего? Ты давай быстрее мысль рожай! – поторопил я его.

– Ага. Так в том Холлабрунне госпиталь на карте обозначен. Лекарствами бы на всякий случай разжиться? Да ещё призраковы внуки и капелланы, которые новые, бинтов всяких просят. А то дело-то безмагическое…

– Тормози на обочине, – приказал я водиле. Надо ж ты, уже привыкать начал.

Колонна, естественно, выстроилась за нами.

Выскочил из кабины и подошёл ко второй машине, из окна которой Севастьянов высунулся.

– Чего случилось, ваш сиятельство?

– Да тут до госпиталя предлагают скататься, – озадачил я его.

Дед почесал в затылке:

– А что, идея хорошая. Чем меньше у супротивника госпиталей, тем меньше войск на фронт возвернуть сумеют… – улыбнулся старик.

– Только это, я раненых убивать не позволю!

– Вы чего? Аркадий Ильич? Мы ж не звери вообще-то! – Ага, «не звери»! А у самого улыбка совершенно волчья. – Если рыпаться не будут, то и живы останутся!

– Только вот что. Внедорожник с картами и языком на базу отправляем. Так и так кого-то послать придётся, чтоб срочное сообщение передали. Иначе собьют наши лодки на подлёте к русской границе, ничего хорошего не получится.

Так-то маршрут утвердили несколько спорный, но лучше ничего не придумалось. Развернуть в сторону Моравии, а там в обход Трансильвании, через Румынское княжество (у них ни самолётов, ни ПВО точно нет) – к южным границам Российской империи. Лодки хоть и неторопливые, а всяко часа за два допилят. Торопиться надо было.

– Да и грузовик с бомбами незачем за собой таскать.

– Верно, ваш-сиятельство. Добро. Щас скорректируем маршрут…

Означенные машины отправили сразу.

На тыканье в ключевые точки на карте, чесание затылков и прочие штабные премудрости ушло ещё минут десять, и наша команда покатила к этому Холлабрунну.

А меня всё мысль царапала, что слишком мы вольготно тут рассекаем, почти без сопротивления вообще. Странно это.

КАЖДЫЙ ТЯНЕТ ОДЕЯЛО НА СЕБЯ

Главный офис международной электротехнической компании «Эстокс-М», Отдел специального оборудования

Два сердитых джентльмена

– В последнее время качество концентрата сильно упало. Радиус манопоглощения упал на сорок процентов! Мы вынуждены поставлять сменные блоки с гораздо меньшей высотой покрывающего поля!

– Вы обвиняете в этом меня?

– Нет, себя! Вы обязаны поставлять на наши заводы качественный продукт!

– Так, стоп! Вы прекрасно знаете, почему качество упало, и всё равно обвиняете меня?

– А кого? – управляющий резко успокоился и сложил руки на столе замочком.

– Это уже переходит всякие границы! Я буду жаловаться в адмиралтейство!

– Да хоть Господу Богу! Контракт подписан, будьте добры его исполнять!

– Этот разговор ещё не закончен!

– Прекрасно! Вы знаете, куда прийти для продолжения!

Хлопок двери, осыпающаяся побелка. Улыбка. «Ха! Все проблемы по контракту – это его проблемы! Не можешь обеспечить – плати неустойку!»

* * *

Дорогие читатели, сб, вс – выходной, в понедельник финал пятого тома и старт шестого!

Глава 25
НЕ ДУМАЛ, НЕ ГАДАЛ – НЕЧАЯННО ПОПАЛ

ПО ДОРОГЕ НА ХОЛЛАБРУНН

Нижняя Австрия, по пути на Холлабрунн

28 января 1948 года, день

Аркадий

– Мать твою, это что ж такое-то? – пробормотал казак-водитель.

Мы почти добрались до нужного городишки. За очередным поворотом дороги взглядам открылось поле, заставленное странными угловатыми конструкциями. Больше всего это напоминало раздавленных пауков. Или крабов. Торчащие вверх огромные суставчатые ноги, приплюснутые корпуса…

– Так мож, ваш-сиятельство, остановимся, посмотрим? – предложил водитель, бросая на меня быстрый взгляд искоса и слегка сбрасывая скорость.

– Откровенно говоря, нет никакого желания, – признался я. – Но надо. Давай к обочине.

Как же проехать да не выяснить – чего это цивилизаторы тут понастроили?

Колонна бронегрузовиков прижалась к краю изрытого поля.

– Ну что, Хотару, осмотришься?

– Ага, я быстро! – обрадовалась она и с готовностью выпорхнула в окно, становясь полупрозрачной.

– Ждём, – протянул я негромко.

Но подождать нам как раз-таки не дали.

Одна из распластанных невнятных конструкций внезапно встала. И оказалась исполинским шагоходом! Странной шестиногой машиной, и вправду похожей на паука-сенокосца на огромных длинных ногах метров по полсотни вверх. И эта штука, споро прошагав разделяющее нас расстояние, нависла над головной машиной.

– Щас он нас раздавит нахрен! – пробормотал водитель, а я просто в изумлении пялился наверх. Обалденно высокая хреновина!

– Немедленно назовите причину остановки! – рявкнуло сверху. Обалдеть у них громкоговоритель! – В случае промедления мы открываем огонь!

Я распахнул дверцу и вышагнул на подножку, чтобы там, сверху, смогли увидеть англскую офицерскую форму. Заорал вверх, добавляя в голос побольше наглости:

– Джек Хаузер, лейтенант отдельной роты Шестнадцатой штурмовой бригады ОʼКоннора, британские королевские войска! Остановились для охлаждения машины! Радиаторы барахлят! Знаков, запрещающих остановку, не наблюдаю!

На самом деле я нёс какую-то пургу, надеясь просто выиграть время. Так-то Хотару, наверное, сможет помножить этого сенокосца на ноль. Но если такая хрень просто на нас сверху грохнется – она же всех попередавит! Не рассчитаны бронемашины на падение нескольких десятков тонн на крышу.

Это я такие мудрые мысли промчались в моей голове. А вот кто-то из казаков в машинах сзади вообще этим не заморачивался. Несколько раз негромко бухнуло, и прямо в брюхо стального паука влетело несколько выстрелов из переносных пушек Рябушинского. Грохнуло! И эта цивилизаторская хрень начала заваливаться!

Всё, как я и боялся. Прямо на нас.

– Валим! – заорал я, запрыгивая в кабину и хватая рацию. – Валим отсюда! Кто там такой боевой⁈ Выживем, я его сам прибью!

Шагоход цивилизаторов попытался ковыляюще переступить. Накренился сильнее… Етитская сила, как его над нами в вышине мотало! Страшнее, чем как-то раз виденный мной падающий в бурю строительный высотный кран. Убраться из-под его мотыляний колонна не успевала – да и куда⁈ Из задних машин казаки уже и повыскакивать успели.

Паукан сделал ещё один пьяный шаг и рухнул. Когда острые колонны ног втыкаются в дорогу прямо около кабины – это, ядрёна колупайка, бодрит, знаете ли!

А на поле вставали новые «сенокосцы».

Мать моя, сколько ж их?..

– А так вальяжно ехали, – нервно пробормотал я. – Имели все шансы, чтоб всё нормально прошло…

– А пошло по п… – пробормотал водитель, выдёргивая из креплений под потолком противотанковое ружьё. Распахнул со своей стороны дверь, встал на широкую подножку, пристраивая ружьё на крышу…

Действительно, сидеть в железных коробочках и ждать, пока пауканы нас поджарят, смысла вообще нет. Я выскочил из кабины, крутя головой. Япону мать твою, где Хотару⁈ Вдвоём с ней мы сможем если не уничтожить шагоходы, то уж задержать-то точно!

– Хотару!!!

– Аригатаси! – вылетела она из облака оседающего взрыва. – Как здо́рово! Мы принимаем бой!

– Чего, «мы принимаем бой?» Вы сдурели, что ли? Шесть машин, четыре из которых почти без защиты, против десятков пауканов! Поднимай меня, будем прикрывать отступление!

– А мне нравится – «пауканы»! – хихикнула Хотару, и меня, словно пушинку, дёрнуло вверх. А теперь щиты на максимум! Кицунэ, скорее всего, тоже прикроет, но лучше уж перебдеть…

Снизу слаженно рявкнули пушки Рябушинского.

Надолго ль им контуров хватит?

Там ещё аккумуляторы есть, но…

И ещё раз! И несмотря на трясущуюся землю, дым, гарь и рваные непривычные движения пауканов, эти отморозки артиллерийские умудрялись попадать! Один раз в корпус ближайшего к нам шагохода, а второй – по гротескной опоре другого.

Не успел я отметить это, как Хотару просто… бросила меня! Как мячик! Я, кувыркаясь, летел на крышу шагохода с повреждённой опорой.

М-м-а-а-а-ать!…

Облик!!! – рявкнул Зверь.

Забыл, от охренения, наверное.

Очнувшись, я накинул шкуру, и полёт мгновенно выровнялся. Может, лиса на это и рассчитывала? Бухнулся в покатую крышу и мгновенно воткнул в неё когти. И поехал под собственным весом вниз!

Опа! А чего это брони-то так мало?

Точно! Тонковата кольчужка!

Когти не только пробили её, так я задними лапами ещё и приличный кусок металла вырвал. Чуть сместившись вниз и разодрав пошире этот проёмчик, протиснулся внутрь.

А там экипаж из шести человек. В дурацком красно-синем!

– Это я удачно зашёл!

Я рванул на себя энергетические потоки, выдёргивая из франков жизненную силу… и ничего не произошло!

– Не понял…

Ещё раз!

Полный ноль!

А эти шестеро только вопят на разные голоса и за пукалки свои хватаются.

– И незачем так орать! – рявкнул по-франкски я. – Мы приносим вам извинения за технические неполадки. Вы будете уничтожены в ручном режиме.

И выпустил когти.

В общем, порубал я их, испытывая некоторую досаду. И зря старался аккуратно лапами махать, чтоб без располовинивания и кусков – влить в трупы сирень тоже почему-то не получилось. Точнее, сирень лилась. Без толку.

Обидно, да?

До невозможности. Это какой-то новый вариант антимагии или как?

Слава Богу, когти – это всегда когти!

Оглянулся я, пытаясь найти в окружающем неправильность. Угадать – что тут меня так ловко заблокировало?

И интересно, на большое ли расстояние? Или в пределах этой бронекабины?

А мне-то как интересно, слов нет!

Я ж как – сначала хотел захватить шагоход поднять кадавров – и пусть бы они сами со своими воевали! Ан – облом.

Пока думал, машина стала крениться. А высоты она, етитская сила… Тут и медвежьи щиты могут не спасти, щас как грохнусь!.. А сработают ли они ещё, те щиты? Я дёрнулся к прорванному боку, рассчитывая высунуться, подгадать, когда до земли совсем уж маленько останется, и, оттолкнувшись как следует, прыгнуть в сторону. Авось, на расстоянии смогу защиту накинуть. А если нет – буду на прочность шкуры уповать.

Но навстречу в дыру просунулась лисья мордочка:

– Аригатаси! Ты чего тут так долго?

– Да вот, задержали, – я кивнул на трупы пилотов.

Машина дёрнулась, заваливаясь рывком. Хотару вскрикнула и молниеносным движением выдернула меня наружу. В серо-пылевое облако. И устремилась вверх, к чистому воздуху.

Растёт кицунэ, даже в медвежьем виде нас ворочает!

Облик я благоразумно снял. Оно понятно, у неё на один хвост больше – так и я изрядно за последние дни потяжелел.

Внизу грохнуло. Мимо засвистели обломки. Вспухло новое облако земляной взвеси. Хотару резво вильнула, увернувшись от чего-то раскалённого и недобро-шипящего, росчерком пронёсшегося мимо. В ушах гудел воздух.

Мы поднялись над полем боя. Я успел бегло осмотреться и понял, что казаки и не думали отступать! Эти сорвиголовы повысыпали из грузовиков и «исполняли». Это у нас в училище такое словечко специальное, для тех, кто что-то делает, скажем так, помимо устава, но умудряется не попадаться и при этом добивается своих целей. Так вот. Несмотря на неуставной приказ «Валим!», казаки… валили шагоходы… и валили их весьма результативно!

Это нам повезло, что у них броня кабин никакущая.

Это да. Сильно повезло!

Первый, завалившийся на дорогу, так и не смог подняться. Ещё один остался почти без опор и лежал на подступах к дороге, подёргивая двумя оставшимися лапами. В кабину к нему уже ломилась тройка казаков. Помимо моего ещё два дымили, застыв в странных позах. И ещё один разлетелся в хлам – боекомплект рванул, верно.

Однако три оставшихся держались уверенно и несмотря на отдельные повреждения, продолжали вести бой и довольно ловко маневрировать

Едрит твою налево! Съездили спокойненько за бинтами!

И тут кусок лесочка по другую сторону дороги внезапно перестал лесом быть. Это даже не заклинание! Обычная масксеть!

Маскировка отдёрнулась в сторону, и оттуда встали ещё два паукана. На одного пушки рябушинского успели переключиться. Шагоход припал на одну сторону и замедлился, продолжая, впрочем, вести огонь. А вот второй почти прыгнул вперёд!

Рывком надвинувшаяся шагающая махина… просто проткнула опорой замыкающий бронегрузовик и, словно кошка, наступившая в воду, брезгливо стряхнула его с ноги. Закувыркался, отлетая, кузов. Людские фигуры посыпались в разные стороны, падая на чёрное поле в клочках пожухлой травы. Это почему-то виделось мне отчётливо, в мельчайших деталях. И очень медленно. Медленно, словно падающие листья…

Паукан ме-е-е-едленно занёс ногу, целясь то ли во внедорожник, стоящий в колонне следом, то ли в кого-то из упавших раненых, намереваясь растоптать… Из остальных машин в разные стороны прыснули казаки.

Я понял, что ору. Ору и тыкаю в эту падлу пальцем:

– Туда давай!

– Хай!*

*Да! (яп.)

Хотару молнией рванула к нужному шагоходу.

– Бросай меня! Щиты над колонной!

Раз пушки Рябушинского работают – значит, на земле магия фурычит!

Слава Богу, Хотару поняла мой сумбурный вопль. Я полетел вперёд, как тот снаряд…

Облик!

Падаю на крышу, впиваясь всеми когтями. Тут же выдёргиваю их.

Какие удобные дырки! Давай бабочек им!

Н-на!!!

Твою дивизию, не сработали! Ни сирень, ни зелёнка. Неоформившиеся заклинания скрутились энергетическими уродцами, тут же рассыпались.

Да что за дрянь?

Опять магия не пашет, хоть сирени внутри полно!

Пока эти мысли метались и скакали в голове, лапы стремительно разорвали крышу.

Вывезем на свойствах!

Я свалился прямо на пилоткое кресло. Уже совсем не надеясь на заклинания, махнул лапой, снося пилоту голову. Так она и полетела, с выпученными глазами. Немудрено. Сколько я сейчас вешу?

Под тонну, а то и поболее!

Не успели мы со Зверем мысленно друг другу ухмыльнуться, как – вот это сюрприз! – получили выстрел из револьвера. Прямо, простите в афедрон!

А щиты⁈

Я настолько привык к тому, что уж пару десятков выстрелов из ручного выдержу, что аж рявкнул. Больше от возмущения, чем от боли. Щиты тоже в отключке!!! Надо было предполагать, раз уж не работает ничего!

Понятно, что я выстрел этот игнорировать не стал. Не разворачиваясь, задними лапами пробил стрелка насквозь. А чего он хотел? Белого медведя с револьвера застрелить?

И ускор-р-р-риться! Их тут ещё четверо! Щас все оклемаются, пукалки свои подостают!

...

Некрасиво получилось. Кроваво.

Зато быстро и результативно.

Снаружи жахнуло, за смотровыми щелями полыхнуло оранжевым.

Похоже, тот кривобокий доковылял и подвзорвался.

Беда в том, что наш шагоход, оставшийся без управления, продолжал переться прямо туда, на этот грохот и продолжающиеся взрывы. Чудовищно заскрежетало. С оглушающим «ДОН-Н-Н-НГ!!!» кабина резко дёрнулась и понеслась вниз.

Чудом успел до дыры в обшивки рвануться и выскочить. Если б не Хотару…

Болтаюсь у неё в лапах, а по штанине в сапог кровь течёт… И больно просто пипец…

– Аригатаси, ты ранен? Или это от них? – кицунэ ткнула лапой в падающего паука, и носом дёргает. Небось кровь учуяла.

– Я. Представь, шмальнули мне в задний фасад из револьвера…

– Фу-у!

– Вот тебе и фу…

Боль в миг прошла, будто выключили её. Я даже не поверил, шевельнул ногой…

– Хотару, это ты?..

Она только фыркнула довольно. Видать, лиса-то может магичить… Не бросила друга в бидэ, заштопала мишке задницу! Следующая мысль догнала первые и прорвалась вслух:

– А я смогу? – я слегка прищёлкнул пальцами, формируя простую сосульку. Получилось! – Живём!

И щиты накинул сразу – для всякого случая, как баба Дуся говорит.

Я огляделся.

Целых шагоходов не было. Один, хромая, удалялся с поля боя. И что-то мне подсказывало, что отпускать его было никак нельзя.

– Хотару, давай туда!

А если магия завелась…

А ну, проверим!

Я запустил вслед удирающему паукану тройку сиреневых вихрей. Полетели они бодро, но на подходе к кабине рассыпались, словно внезапно растеряв всю свою энергию.

– Вот же гадство! Не иначе, стоит у них какой-то новый прибор, что не только общую магию блокирует, но и сиреневую, – поделился я с Хотару.

– А я-то думаю – зачем ты их именно когтями?

– А я, представь? Вламываюсь такой, думаю: щас бабочками пилотов на ноль помножу, и к следующему! Так хрен вам по всей морде! Что изнутри, что снаружи бьёшь – полный ноль!

– Ну ничего, мы его и так догоним, не уйдёт!

Пока мы мчались вслед хромоногому пауку, кто-то таки повредил ему ещё одну опору с того же бока, на который он припадал.

Сделав ещё несколько вихляющих шагов, «сенокосец» завалился на бок. И со всего размаху грохнулся на землю, истерично дёрнув лапами.

Представляю, как его экипажу поплохело.

Меньше нам работы.

Вообще эти шагоходы какие-то странные. Ни тебе мощных пушек, броня хилая, опоры эти длиннющие… И то, что их магия не брала, на мой взгляд, нисколько этих недостатков не компенсировало.

Хотару медленно опустила меня на землю недалеко от чадящей паучьей головы.

Я для надёжности накинул Облик, но и щиты снимать не стал. Однако, что характерно, стоило мне приблизиться к кабине поверженного паукана, как они сами собой слетели, словно их и не было. Третье подтверждение. Значит, отключение магии происходит всё-таки из-за вас, гадские машинки.

– Можно, в этот раз я? – спросила вдруг Хотару. – Мы же хотим обыск сделать, правильно?

– Ну да.

– А после тебя всё опять в кровище будет. – Она мило улыбнулась: – Я аккуратненько.

Да уж, и попробуй тут поспорь.

Ну иди.

Она и пошла. Что характерно, со всей аккуратностью, вскрыв нормальный люк, а не корёжа обшивку. Через секунду из этого же люка тряпичной куклой вылетело первое тело. Следом второе. Внутри кто-то заорал. Ага. Не все, значицца, при падении того…

Я отвернулся. Хмуро оглядел нашу колонну. Замыкающий грузовик разбит. Ещё один чадит, и сильно. Вокруг суетятся казаки – кажись, из одних машин в другие что-то перегружают.

Подпрыгивая на кочках мёрзлого поля, подлетел внедорожник, из которого выскочил дед Севастьянов. Я вздохнул:

– Доклад!

– Поле за нами. Пятеро погибших, восемь ранено.

– Твою ж мать! Пятеро!

– Дык, зато столько вражин кончили! – развёл руками старый казак. – Могло так вообче плохо закончиться!

– А это, что – не плохо?

– Это – нормально, – он посмотрел на меня сурово. – Очень даже нормально. Вы, ваш-сиятельство, слыхали: германцы на очищенных от магоблокирующих будок участков ставят пехоту, которую, считай, одни маги поддерживают. Техники-то у них совсем мизер остался. Под Прагой, считай, весь западный край так прикрыт. В газетах писали. У них мобилизация магичек идёт. Краткосрочные курсы, вишь. Переучивают с гражданских специальностей на боевые – и на линию заслона. Вы представьте, что десяток таких пауканов против мобилизованных девчонок наворотит.

Я представил. Но почему-то не стало менее горько.

Из машины вылез Тимофеич:

– Ваш-сиятельство, вы нас, простых казаков с Коршунами-то не ровняйте! Мы десяток шагоходов грохнули, и почти без потерь! Щас их быстренько выпотрошим и до госпиталя…

И стоит, гад старый, щурится.

– А раненые?

– А что раненые? Ими уже госпожа Хотару занялась, вон, смотрите! – он ткнул вдаль рукой, где над лежащим казаком склонилась беленькая фигура лисички. Когда успела только?

Я подавил тяжкий вздох.

– В этих пауках должна быть какая-то дрянь, блокирующая магию. Причём, даже мою. Надо найти. Потому что если против англов будут выставлять братьев из Печёрского монастыря…

Дальше объяснять не требовалось. Деды слаженно кивнули:

– Если есть – найдём!