Текст книги "Дримеон (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 26 страниц)

Глава 6
Иорданская история

Приговоры участникам еврейской самообороны потрясли евреев на Земле Израильской. Были забастовки, демонстрации протеста, но все это не смущало английскую военную администрацию. Жаботинский, однако, не унывал и ободрял других — сидеть будем недолго. Англия, конечно, была не царская Россия. В Лондоне известие о приговоре восприняли с возмущением. И не только евреи — там еще помнили англофильскую деятельность Жаботинского во время войны. Правительство еще не было настроено к нам враждебно. Сам Бальфур по старости уже ушел из политической жизни, но сохранял влияние. Однако, несмотря на все это, пришлось бы посидеть приговоренным, если бы не Майнерцхаген. Он еще до грозных событий слал предупреждения и в Лондон, и Алленби, но тогда к ним не прислушались. Зато теперь его разоблачения вызвали в Лондоне эффект разорвавшейся бомбы. Алленби был взбешен и потребовал отзыва Майнерцхагена, но получил отказ в Лондоне — «силы зла» еще не были всемогущи. Да и развитие ситуации на Земле Израильской не способствовало расположению Англии к арабам. В том самом апреле 1920 года, когда произошли события в Иерусалиме, англичане убедились, что опасно выпускать джинна арабского национализма. После Первой мировой войны земли за Иорданом формально находились под управлением Британии. Но фактически после падения турецкой власти тамошние бедуины оказались предоставлены сами себе. За Иорданом воцарилась анархия во всём блеске. Еврейских поселений там не было. В ближайшее время террористы — а они на Ближнем Востоке уже завелись — станут использовать эту территорию как убежище.

И вот оттуда (то есть с левого берега Иордана) в Нижнюю Галилею вторглись 2 тысячи арабов. Вроде бы они собирались напасть на евреев. Притом были неплохо вооружены. Евреи приготовились к обороне. Марголин, никого не спрашивая, дал отпуск половине легионеров, и 200 еврейских солдат с оружием бросились в Нижнюю Галилею. Но арабы ударили по сипаям — англо-индийским солдатам. Британским частям пришлось драться не на шутку, даже с применением авиации. Роль евреев в этих событиях была незначительной, хотя все же несколько из них погибло. А в общей сложности там были убиты и ранены сотни людей. Арабов, конечно, разбили. Почему они вдруг напали на англичан — не ясно, но нам это оказалось на руку — любви к арабам в Лондоне это не добавило. Англичане поняли, что надо кончать с анархией за Иорданом.

Уже в начале мая приговор участникам еврейской самообороны был смягчен. Жаботинский получил один год тюрьмы, остальным дали по 6 месяцев. Условия их тюремного содержания были приличными. Жаботинский, однако, не думал признавать и этот приговор. Решено было начать голодовку протеста.

Глава 7
Особое назначение

А за пределами Земли Израильской жизнь тоже на месте не стояла. И в конце апреля пришла весть, что международная конференция в Сан-Ремо (Италия) подтвердила мандат Британии на Палестину, причем британцы должны были править в соответствии с Декларацией Бальфура. Это означало, по крайней мере в теории, что евреи смогут теперь переселяться в Страну Израиля не из милости, а по праву! (Об арабах, в тексте мандата, вообще не упоминалось). Сионистское руководство дало указание прервать по этому поводу траур и пост, связанные с приговором Жаботинскому и другим участникам самообороны, и начать праздновать. Жаботинского это возмутило. Но, как бы там ни было, действительно наметился благоприятный для нашего дела поворот. Поскольку военная администрация Палестины была безнадежно скомпрометирована показаниями Майнерцхагена, то в самом решении конференции в Сан-Ремо британское правительство увидело удобный повод сменить власть. И назначило гражданского губернатора. Да еще еврея. Да еще сиониста — Герберта Самуэля[7] 7
  См. главу 49 биографии Трумпельдора.


[Закрыть].

Лирическое отступление

Стоит отметить, что сам Герберт Самуэль, видный член сильной тогда либеральной партии, представитель давно осевшей в Англии и богатой еврейской семьи, не избежал в своей жизни антисемитской травли. В бытность его министром связи (первый некрещеный еврей — британский министр) в 1912 году разразился скандал из-за спекуляций с акциями американской фирмы «Маркони», поставлявшей в Англию телеграфные аппараты. Хотя Герберт Самуэль ни в чем виновен не был, что в конце концов было признано, британские антисемиты кишки ему помотали. Возможно, это сыграло роль в появлении у него сионистских взглядов.

В той антисемитской травле особо отличились литераторы — братья Честертон. Один из них станет известен в СССР как автор детективов.

Поздравляя с этим Вейцмана, английский премьер-министр Ллойд Джордж, в то время расположенный к нам, посоветовал не терять времени и действовать, пока ситуация благоприятна. Однако Жаботинский, узнавший эту новость в тюрьме, не выразил особой радости. «Нам было бы лучше с хорошим гоем, — сказал он. — Еврей в такой должности будет в неловком положении, разве что он окажется необычайно отважным». Словом, Герберт Самуэль, посвященный в связи с новым назначением в рыцари, прибыл на Землю Израильскую уже летом 1920 года и принял власть. Чересчур активных антисемитов отправил в отставку. А французы между тем разбили Фейсала и изгнали его из Сирии.

Глава 8
Мечта о еврейско-арабском подразделении

Герберта Самуэля нельзя назвать «необычайно отважным». У него, бесспорно, было еврейское сердце. Но он с молоком матери усвоил прекрасные принципы английского либерализма. А они, как показала жизнь, и в континентальной Европе были еще преждевременны. А уж когда будут они применимы в наших местах — это один Бог ведает. Было ясно, однако, что в 20-е годы XX века они у нас были явно не ко двору.

Герберт Самуэль начал с амнистии. Под нее попали и члены еврейской самообороны, и арабы-насильники. Жаботинский этим возмутился. Но в конце концов амнистию принял, а вскоре добился реабилитации для себя и остальных евреев. Затем последовали шаги, вызвавшие радость евреев: иврит был признан официальным языком, наряду с английским и арабским. Свершилось то, чего сионисты тщетно добивались от английской военной администрации. И наконец, разрешили евреям свободный въезд на Святую Землю, ибо до того впускали лишь тех, кто был изгнан турками в Первую мировую войну. Все это было хорошо, но оставалась арабская угроза. Жаботинский прозорливо стал хлопотать о восстановлении легиона, но тут дело не пошло, формально упершись в деньги. Остатки легиона были расформированы.

Герберт Самуэль думал о создании совместного еврейско-арабского подразделения — человек 30 евреев из числа оставшихся от легиона к маю 1921 года уже соглашались в нем служить. Арабов же набрать не удавалось. Герберт Самуэль мечтал о мирном еврейско-арабском сосуществовании, а потому хотел найти авторитетного арабского лидера, с которым можно было бы вести переговоры. Его советник по арабским делам Ричмонд свел его с Хаджи Амином эль-Хусейни, недавно еще скрывавшимся преступником, а теперь амнистированным. Как раз в то время умер муфтий Иерусалима. Это очень высокая должность в мусульманской суннитской духовной иерархии, которую, как правило, занимают пожизненно. И вот Хаджи Амин эль-Хусейни выставил свою кандидатуру. Был и более достойный кандидат — какой-то видный мусульманский законовед. Но Хаджи Амин эль-Хусейни получил поддержку англичан, что и решило дело. Так Самуэль, с подачи Ричмонда, совершил роковую ошибку. Ричмонд в дальнейшем не скрывал, что он враг сионизма. Объявил в печати Декларацию Бальфура плодом происков мирового еврейства и безумия британских политиков. Защищал позицию арабов.

Самуэль жалел, что взял Ричмонда на службу. Однако каяться было поздно: дело было сделано. Но и Ричмонд наверняка не сознавал, что сотворил, ибо в лице нового иерусалимского муфтия не только евреи, но и англичане получили беспощадного врага, который еще будет служить Гитлеру. Так, с 1921 года арабы получили своего фюрера[8] 8
  Ошибку с «приручением» влиятельного арабского политика-бандита через 70 лет повторят и евреи. Кстати, возможно, Ясер Арафат был родственником муфтия.


[Закрыть]. Муфтий оставит о себе настолько скандальную славу, что даже советская пропаганда постесняется превозносить его как бойца с сионизмом и британским империализмом, хотя он и был таковым. Но нам о нем говорить придется много.

Глава 9
Беспорядки в Яффо

Итак, на дворе стоял 1921 год. Евреи были настроены оптимистично. Это были годы Третьей алии[9] 9
  См. главы 91–92 биографии Трумпельдора.


[Закрыть]. Английской власти в лице еврея Самуэля верили. Об организации обороны, правда, иногда говорили, но дело еще не вышло из стадии разговоров. А арабов алия злила. Они были не так примитивны, как принято считать. В стране выходило 13 арабских газет. Вовсе немало для небольшой страны. Каждый вечер около мечетей было принято читать газеты неграмотным. Так что все разбирались, что к чему. Беспечность евреев была поразительна.

В ту пору Тель-Авив был пригородом Яффо, где проживало более 40 тысяч жителей, а в Тель-Авиве, городе чисто еврейском, — 3,5 тысячи. Нужно сказать, что немало евреев жили вперемежку с арабами, некоторые — издавна. Так, в самом Яффо даже было два чисто еврейских квартала и «Дом для приезжих» (олим). По современному определению — «мерказ клита». Была она расположена, кстати, не в Тель-Авиве и не в еврейском квартале Яффо, а в арабском районе! Притом что именно алия вызывала ярость арабов. Никакого оружия, ни одного пистолета не было в «Доме для приезжих».

Взрыв грянул 1 мая. Потом арабы доказывали, что это был их ответ на «провокацию еврейских большевиков», то есть на первомайскую демонстрацию. Вскоре стало ясно, что история, случившаяся в Иерусалиме в апреле 1920 года, повторяется. Пострадали евреи из арабских кварталов, а «Дом для приезжих», удаленный от мест массового проживания евреев, был осажден арабской толпой. Это был большой двухэтажный дом, в котором находилось около ста человек олим (новоприбывших). Людей Третьей алии было не так легко испугать, и уж совсем не робкого десятка оказалась директриса «Дома для приезжих» — Това Черкасская. Она организовала оборону и лично участвовала в отражении атак. Вооружившись чем попало, евреи энергично и успешно защищались в течение часа, пока нападала арабская толпа, тоже вооруженная подручными средствами. Когда подошел отряд арабской полиции, осажденные были уверены, что это подмога. Но оказалось, что явилась их погибель. Ибо полиция присоединилась к толпе, а у полицейских были винтовки и гранаты. И все это было пущено в ход без колебаний. Арабам удалось ворваться в дом. Евреи понесли большие потери, но все-таки сумели закрепиться на верхнем этаже. По счастью, вскоре подошел небольшой английский отряд, и арабы разбежались. Происходили убийства изолированно живших евреев и в других районах. Евреев застали врасплох. В свое время, при роспуске легиона, догадались припрятать кое-какое оружие в дюнах, около Тель-Авива. И вот теперь его не нашли! Дюны за это время изменили свою конфигурацию. Не было у нас еще опыта!.. Но нашлась организованная сила, спасшая Тель-Авив: остатки легиона (те 30 легионеров-евреев, что согласились служить в планировавшейся еврейско-арабской части) самочинно явились в город с оружием. Вокруг них сгруппировалось несколько сотен кое-как вооруженных молодых людей. Еврейские кварталы Яффо и Тель-Авив были спасены. Наконец высадилась английская морская пехота и навела порядок. Евреи потеряли 43 человека убитыми, 134 были ранены, причем более трети потерь приходилось на «Дом для приезжих». Со стороны арабов было убито 14 человек и около 50 ранены. Но этим дело еще не кончилось.

Глава 10
Золотая середина не достижима

И действительно, беспорядки не ограничились Тель-Авивом и Яффо. Арабы поднялись и в других местах: сожгли Кфар-Сабу, упорный бой шел за Петах-Тикву — «бабушку еврейских поселений». Положение было отчаянным, но подоспели англичане.

Лирическое отступление

Петах-Тиква, тогда еще село, а не город, существовала уже лет 40, и отношения с арабскими соседями были хорошими. Многие арабы давно работали в Петах-Тикве и, казалось, привыкли к ее существованию. Теперь евреям пришлось убедиться, что это не так.

На похоронах четырех погибших в схватке жителей Петах-Тиквы поселенцы поклялись не иметь больше дела с арабами и предоставлять работу только евреям. Это был факт знаменательный. В годы второй алии именно поселенцы Петах-Тиквы оказались в остром конфликте с еврейскими рабочими[10] 10
  Cм. главу 32 биографии Трумпельдора.


[Закрыть].

И вот теперь горькая реальность расставила все по своим местам.

Подобные решения легче принимались, чем проводились в жизнь. И в Петах-Тикве тоже. Арабский труд все-таки соблазнял своей дешевизной. Но для моего рассказа важно, что возникшая арабская угроза оказалась хорошим дополнением к сионистской идеологии в деле сплочения евреев Земли Израиля. Нет худа без добра!

Арабы делали попытки атаковать и в Хадере, и в Реховоте. Но горше всего было поведение Самуэля. Он тут же объявил, что въезд евреев временно прекращается. Надо сказать, что за эти два месяца беспорядков евреи прониклись подлинным отвращением к Самуэлю. Вдобавок остатки легиона были распущены за нарушение дисциплины, так как встали на защиту Тель-Авива без приказа! В общем, всем стало ясно, что думать об обороне надо серьезно.

Но события и на этом не закончились. Арабы все-таки не добились главного: через 3 месяца алия возобновилась, с разрешения британских властей. И они решили снова попытать счастья в Иерусалиме. 2 ноября 1921 года евреи отмечали четвертую годовщину Декларации Бальфура. Обстановка в городе накалилась. И теперь еще были «традиционные евреи» Старого города, не видевшие опасности, исходящей от арабов. Но сионисты, начавшие организовываться, уже не были такими простодушными, как раньше. В Старый город было доставлено оружие (в корзинках с овощами) и направлены люди, умевшие им пользоваться. И когда огромная толпа арабов, выйдя из мечети Омара, двинулась к еврейскому кварталу, ее встретили как должно. Был убит арабский предводитель и нападавшие рассеялись, но по дороге выместили злобу на «традиционных евреях», живших среди арабов, убив 4 или 5 человек и ранив человек 40. Несмотря на эти жертвы, у евреев осталось ощущение победы. Знаменитый рав Авраам Ицхак Кук заявил, что готовность евреев защищать свою жизнь и честь приближает приход Мессии.

А потом почти 7 лет на Земле Израильской было более или менее тихо. Такова наша первая война с арабами в 1920–1921 годах.

А злосчастный Герберт Самуэль, правивший до 1925 года, оставил по себе плохую память и у нас, и у арабов, ведь он все-таки что-то сделал для евреев. В частности, именно в результате беспорядков 1921 года, евреям удалось добиться муниципального отделения Тель-Авива от Яффо.

Трудно быть умеренным политиком!

Лирическое отступление

А еще Герберт Самуэль, сам будучи евреем, явно боялся показать симпатию к соотечественникам. Особенно это касалось русских евреев, которых все тогда, в первой половине 20-х годов, подозревали в большевизме. Так, например, он противился предоставлению концессий на электрификацию страны Рутенбергу, а на разработку солей Мертвого моря Новомейскому (выходцу из Сибири). Разумеется, находя для этого благопристойные отговорки.

В первом случае нам помог Черчилль, в 1921–1922 годах министр колоний. Он к сионистам благоволил. Но Новомейскому, хлопотавшему о своем деле после ухода Черчилля с этого поста в конце 1922 года, Самуэль кишки помотал.

Я наблюдал подобные явления в Советском Союзе: вознесет судьба еврея высоко и он более всего боится помочь другим евреям. Как бы ни обвинили в «буржуазном национализме». А израильтяне с тех пор несколько насторожено относятся к евреям, высоко взлетевшим где-либо в странах рассеяния.

Глава 11
Строить социализм в СССР

Итак, стало тихо. Но по Яффо еще спокойно ходил Туфик Бай — офицер арабской полиции, один из главных виновников майских ужасов 1921 года. Англичане не только не осудили его, но даже оставили на службе. И конечно, он был опасен в случае новой бури. Через два года Туфик Бая застрелил на улице в Яффо человек, одетый как бедный араб. Стрелявшему удалось скрыться. Все в Израиле знают, что мы уничтожаем руководителей арабского террора. Скорее всего, тогда и начали.

А сейчас поговорим немного о человеке, который застрелил Туфик Бая. Этого героя порою называют «первым еврейским террористом». Выходец из России, на Землю Израильскую он приехал подростком еще до Первой мировой войны. Звали его Ирахмиэль Лукачер, у нас он был известен как «Лука». В войну попал в турецкую военную школу в Стамбуле[11] 11
  См. главу 63 биографии Трумпельдора.


[Закрыть] и стал турецким офицером. Потом, после войны — полицейским на Земле Израильской и… еврейским подпольщиком[12] 12
  Об этой его деятельности в 20-е годы поговорим ниже.


[Закрыть]. Но сейчас нам важно другое: в 30-е годы, уже с семьей, он покинул Землю Израильскую и уехал в Советский Союз! Кстати, не один он был такой. Уезжали туда сотни, а кое-кого за коммунистическую деятельность выслали англичане. Большинство же уехало добровольно. При этом были и такие, что целенаправленно устремились в Биробиджан (еврейскую автономную область) или просто строить социализм! Им казалось, что он скорее достижим в СССР, чем на Земле Израильской. Судьба этих людей сложилась трагически — большинство из них просто сгинуло в лагерях. К слову, лидер израильских коммунистов 20-х годов Барзилай прошел сталинские лагеря от самых Соловков… Он был одним из тех, кто чудом уцелел, уже в послесталинские времена сумел вернуться в Израиль и стал религиозным человеком.

Самому Луке еще относительно повезло. Он учился в Военной академии имени Фрунзе в Москве. В 1935 году его арестовали, а уже через несколько лет, в начале войны, освободили. Какое-то время он проработал на военном заводе, затем попал на фронт и погиб под Сталинградом. Еще до призыва Лука говорил жене, что после окончания войны любым путем необходимо возвращаться назад, на Землю Израильскую.

Лирическое отступление

Тут к месту привести кое-какие подробности о Барзилае. Считается, что из 400 человек прибывших в СССР из Страны Израиля в 20–30-х годах, 280 погибли в недрах КГБ. (А несколько женщин с детьми попали в лапы гитлеровцев в Крыму.)

Он уцелел чудом, ибо был приговорен к смерти. Настоящая его фамилия была Железняк! То есть, по иронии судьбы, он был однофамильцем гайдамацкого вождя XVIII века, прославившегося резней евреев. Родился он в Кракове. Тогда это была Австро-Венгрия. Там не было процентной нормы, и после хедера он без проблем окончил немецкую гимназию. Затем в 16 лет (в 1920 году) он уехал в Страну Израиля, где и перевел свою фамилию на иврит. Стал Барзилай. А кроме того, он вскоре стал видным коммунистом и с головой отдался арабскому делу — боролся с сионизмом всеми способами. А еще основывал коммунистические группы на Ближнем Востоке. Возможно, даже встречался со Сталиным для обсуждения этих дел. Во время кровавого арабского мятежа 1929 года (см. дальше) он проявил истинный пролетарский интернационализм — сотрудничал с самыми кровавыми арабскими убийцами. Их подвиги он потом восславил в книге «День феллаха», вышедшей в начале 30-х годов в издательстве германской компартии. Он тогда работал как агент Коминтерна в Берлине. Изменил фамилию на Бергер. Затем пришло возмездие. Во главе Коминтерна стоял в первой половине 20-ых годов Зиновьев. Когда он пал, то многих, кто когда-либо был с ним связан, постепенно потянул за собой, в том числе Барзилая-Бергера. Пройдя все круги ада и чудом уцелев, наш герой был реабилитирован в 1956 году, во время хрущевской «оттепели». И выехал в Польшу. Он ведь был уроженец Кракова, а тогда было соглашение, по которому бывшие польские граждане могли вернуться в Польшу. А оттуда уже нетрудно было попасть в Израиль. Этим путем воспользовались многие евреи. Но в его случае была особенность. Израильская компартия, через советское посольство в Израиле, направила в Москву просьбу не выпускать Барзилая! Они понимали, что взгляды его изменились и ему есть о чем рассказать. Но ему все-таки удалось вернуться в Израиль. Причем к тому времени он вернулся в религию — не зря в детстве в хедер ходил! И случилось именно то, чего местные коммунисты боялись. Он в 60–70-х годах издал 3 книги воспоминаний о лагерях. Две из них вышли после падения Хрущева, когда щекотливую эту тему левые старались замалчивать. Его воспоминания оказались важны для истории — видел он много — и очень неприятны для коммунистов.

Но самым знаменитым из людей, высланных англичанами за коммунистическую деятельность, стал Леопольд Треппер. По происхождению польский еврей, живший в Стране Израиля в 1924-29 г.г., он стал, в войну, крупнейшим советским разведчиком. Создал обширную шпионскую организацию, вошедшую в историю под названием «Красная капелла» (или «Красный оркестр»). Попал в гестаповскую тюрьму, оттуда бежал. После войны угодил в советский лагерь строгого режима. В 1954 г. был полностью реабилитирован. Выехал в Польшу, оттуда, с трудом, выбрался в Израиль. Я не рассказываю эту поразительную биографию подробнее, ибо о нём есть много доступной литературы. В частности книга самого Треппера «Большая игра».

Следует заметить, что переезд в СССР для участия в строительстве социализма не был спецификой людей Земли Израильской. Во второй половине 20-х годов на призыв большевиков помочь возродить экономику и культуру бывшей Российской империи откликнулись многие деятели науки, техники и культуры из западных стран. Конечно, евреев среди них хватало. Большинство этих идеалистов со временем оказались в лагерях.

Надо сказать и о другой группе людей. После революции большевики образовали Евсекцию, желая провести «коммунистические идеи на еврейской улице». И работала она, как говорится, на совесть: изгоняла иврит, вынюхивала сионистов, боролась с иудейской религией. В основном в состав Евсекции вошли бывшие бундовцы и левые «территориалисты»[13] 13
  См. о них в биографии Трумпельдора.


[Закрыть]. Старых большевиков в Евсекции было мало, хотя евреев среди них хватало, но почти все они давно отошли от еврейства.

После провозглашения Декларации Бальфура руководители «территориалистов» Зангвиль и Эдер, жившие в Лондоне, распустили свою организацию и вновь стали сионистами. Но в России нашлись такие, что им не подчинились. Какая-то часть бывших бундовцев и левых территориалистов пошли служить большевикам. Конечно, имели место и «шкурные» интересы. Вообще, всегда и всюду находятся люди, перебегающие на сторону победителя. Но не к одному «шкурничеству» сводилось дело: разница в идеологии была невелика. Они тоже хотели строить социализм не на Земле Израильской! Многим из них действительно казалось, что большевики и есть люди дела, настоящие строители социализма и коммунизма, а не болтуны. Однако в большинстве случаев «евсеков» постигла все та же горькая судьба (см. Приложение 1).

При этом за пределами СССР Бунд продолжал существовать и боролся с сионистами.