Текст книги "Дримеон (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

Глава 85
Судеты и филолог Томаш Масарик

А между тем начался cудетский кризис: проглотив Австрию, Гитлер вошел во вкус. События эти — «мюнхенское предательство», «мюнхенская сделка» — достаточно широко известны. (В Израиле одно время при упоминании Мюнхена вспоминали не судетский кризис, а убийство израильских спортсменов на Олимпиаде в Мюнхене в 1972 году. Однако, когда начинались «соглашения в Осло», у нас вспомнили и о событиях 1938 года.)

К 1938 году проблема Судет была отнюдь не новой. Еще во времена Австро-Венгрии говорили, что «двуединая монархия» должна эволюционировать в «триединую». То есть Чехия должна была получить столь же широкую автономию, как и Венгрия. В Вене эти планы тогда не встретили сопротивления. Но встретили его в Судетах. Судеты — западная часть Чехии. Исторически это были чешские земли — «владения короны св. Вацлава». Но там уже давно большинство населения составляли немцы. И они решительно противились присоединению этой области к планируемой полунезависимой Чехии (подобной Венгрии). Так что дело с «триединой габсбургской монархией» не выгорело. Затем случилась Первая мировая война, и Австро-Венгрия приказала долго жить. Чехословакия стала независима, Судеты вошли в ее состав. Это до некоторой степени было нарушением принципа Вильсона, говорящего о том, что национальные и государственные границы должны совпадать. Но принцип этот вообще трудно было проводить в жизнь. А зачастую и совсем не удавалось. В данном же случае, кроме исторических прав, возобладала реальность — Чехословакия получала удобные для обороны западной границы позиции только с присоединением Судет.

Лирическое отступление

Основателем Чехословакии считают Масарика. И еще его считают образцом демократа и гуманиста. Есть за что. Во-первых, за борьбу с антисемитизмом. Он был выходцем из низов и рассказывал, что в детстве слышал от родителей, что евреи подмешивают кровь в мацу. Но во взрослом возрасте он стал другом евреев. А это было не просто в Праге на рубеже XIX — XX веков. Евреев недолюбливали за их лояльность венскому императору — Чехия ведь входила в состав Австро-Венгрии[50] 50
  Желающие подтверждения могут почитать «Швейка». А в 1917 году, когда люди были озлоблены трудностями военного времени, на юго-востоке Чехии (в Моравии) были погромы.


[Закрыть].

Сам Масарик был филологом. В дни начала его научной карьеры чехи уже десятилетиями носились с якобы средневековыми литературными творениями. Там встречались антисемитские выпады, Эти творения почитались чешским эпосом. И вот Масарик неопровержимо доказал филологическим анализом, что это фальшивка, сочиненная в XIX веке. Очень он чехов этим расстроил и озлобил. 10 лет не давали ему должности штатного профессора. Но он твердо стоял на своем — истина превыше всего.

Но это были «цветочки». А «ягодками» называлось «дело Гильзнера». Дело до сих пор не очень ясное. Возможно, еврей Гильзнер действительно убил девушку-чешку. Он был умственно отсталым бродягой. Но делу попытались придать ритуальный характер. Он-де убил подружку, чтобы раздобыть христианской крови на еврейскую Пасху. И снова Масарик твердо выступил против религиозного характера этого убийства. Дело получило большую огласку, но он держался твердо. И постепенно злоба против него сменилась уважением к мужеству и высокой морали. Как говорил Масарик позднее, известность может начаться с ненависти. Ненависть же постепенно растает. Так филолог стал вождем чехов. В Первую мировую войну он был в эмиграции, боролся как мог на стороне Антанты против немцев. В 1915 году под руководством Масарика в Париже был создан чешский (позднее чехословацкий) Национальный совет, который выпустил манифест об участии в войне на стороне Антанты. Это послание постарались донести до чешских и словацких солдат австро-венгерской армии. И желание их воевать, и без того невысокое, упало ещё ниже.

После Первой мировой войны Масарик основал Чехословакию, которую назвали единственной настоящей демократией в Восточной Европе. Евреям там не приходилось жаловаться. Правда, красивая история?

А есть и другая, не менее красивая. Нигде не оказали в 20-е годы такой помощи русским белоэмигрантам, как в Чехословакии. Масарик в своей политике до Первой мировой войны ориентировался не на Россию, а на западные демократии. На Россию ориентировались его друзья-соперники. Но в тяжелый час он пришел на помощь русским эмигрантам. Тут много можно было бы еще рассказать, но это уже за пределами нашей темы. А для нас важно, что в 1927 году в ходе турне по Средиземноморью Масарик посетил с дружеским визитом Страну Израиля. Это был первый за время английского мандата визит к нам главы иностранного государства. И он был воспринят всем миром как поддержка сионизма. Словом, Томаш Масарик остался хорошим человеком в памяти людей. У нас есть поселок, названный в его честь — Кфар-Масарик, основанный в 1938 году выходцами из Чехословакии.

Впоследствии в Праге коммунисты старались стереть о нем память, но теперь его имя вновь возвращено всему, названному в его честь.

Но были и люди, не согласные с такой оценкой. Например, у судетских немцев было о нем другое мнение. Ибо когда они в 1919 году стали бурно возражать против присоединения Судет к Чехословакии, масариковского либерализма и гуманизма как не бывало. На улицах Карлсбада[51] 51
  Современное название «Карловы Вары».


[Закрыть] лилась кровь: чехи расстреляли немецкую демонстрацию протеста. Ведь в Судетах немцы выступали отнюдь не как национальное меньшинство, а как конкурентная группа. А это совсем не одно и то же. Тогда, весной 1919 года, в Судетах погибло более 50-ти немцев, более 80-ти было тяжело ранено. По числу жертв похоже на Кишиневский погром. А ведь Масарик считался врагом насилия. Но признавал, что в самом крайнем случае может возникнуть нужда в применении оружия. Вот, надо понимать, такой случай и произошел.

Глава 86
Судетско-немецкая партия

В 1938 году Томаша Масарика с его огромным международным авторитетом уже не было. Он ушел в отставку по старости еще в 1935 году, в возрасте 85 лет. В 1937 году он умер, что было на руку Гитлеру. Достойной замены Масарику не нашлось. Президент Чехословакии Бенеш был фигурой помельче. И сын Томаша Масарика, Масарик-младший, тоже до уровня отца не дотягивал. А время наступало грозное. Как только Гитлер проглотил Австрию, все почувствовали, что и над Чехословакией собрались тучи. Три с половиной миллиона судетских немцев приободрились: для них появился свет в конце тоннеля. Хотя вовсе не были они под властью Праги так уж несчастны. Пока сидели тихо — их не трогали. Жить давали, и язык немецкий не преследовался. В Судетской области на немецком шло преподавание не только в школах, но и в высших учебных заведениях, кстати, хороших. Но… Все понятно, надеюсь. Собственно говоря, пробуждаться судетские немцы начали еще раньше. В 1933 году создается судетско-немецкая партия. Ее руководитель, школьный учитель Гейнлейн, объявляет, что начинает борьбу за автономию. Для начала всегда говорят об автономии, а уж потом выдвигаются более крупные требования. Кстати, Чехословакия и состояла из автономий: из Чехии, Словакии и закарпатской Украины, о которой речь тоже будет. И вот немцы вроде хотят лишь образования еще одной автономии. Чем они хуже других? Ничто еще не предвещает будущей грозы. Судетско-немецкая партия — не национал-социалисты. Борются демократическими методами. Запрещать не за что — вполне респектабельны. Однако в Праге не верят своим давним врагам и понимают, что будет означать немецкая автономия в Чехословакии, на западной границе, рядом с германским миром. И на уступки не идут. А Германия между тем быстро усиливается. Борющиеся с угнетением в Судетах соотечественники становятся там все более популярны, даже в тех кругах, где к нацистам еще относятся с сомнением. Впрочем, и в других странах они вызывают сочувствие. Как все угнетенные. Понимая это, судетско-немецкая партия ведет себя все нахальнее. В 1937 году уже завязывает связи с германской разведкой, начинает копить оружие. В феврале 1938 года Гитлер говорит о 10 миллионах соотечественников, которые должны объединиться с рейхом. 6,5 миллионов — это австрийцы. Они соединились с рейхом в марте 1938 года. 3,5 миллиона — судетские немцы. Было отчего встревожиться чехам! В самые первые дни после захвата Австрии немцы делают успокоительные заявления. Но Гейнлейн тут же едет к Гитлеру. Получает от него все нужные заверения. И в конце апреля на массовом митинге в Карлсбаде ультимативно требует не только широкой автономии (пока еще автономии!), но и легализации в Судетах национал-социалистов. Итак, маска сброшена. Судетский кризис начался.

Глава 87
«Бык с рогами улитки»

Вначале казалось, что Гитлеру дадут отпор. В мае чехи объявили мобилизацию резервистов. Тут надо сказать, что Чехословакия, хоть и не была великой державой, считалась-таки страной довольно сильной, а евреям на Земле Израильской представлялась еще значительнее. Чехия была развитой, имела солидную авиационную и танковую промышленность, которая, кстати сказать, способна была потягаться с танковой промышленностью великих держав и по качеству продукции, и по ее количеству (при этом часть танков шла на экспорт). Пушки завода «Шкода» славились ещё со времён Австро-Венгрии.

Лирическое отступление

В советских школах, когда на уроках географии изучали Чехословакию, врали.

Старались доказать, что страна была при капитализме хоть и не отсталой, но не слишком развитой. Доказательство: в чехословацком экспорте до войны стоимость продукции тяжелой промышленности была меньше стоимости легкой. А при социализме стало наоборот. Это была бесстыдная коммунистическая агитка. Во-первых, легкая промышленность Чехословакии имела мировое значение (особенно обувная, но не только). Оттуда и большой экспорт ее продукции. А во-вторых (и в главных), все цифры экспорта довоенной Чехословакии давались без учета экспорта оружия, а он был огромен — 10 % мировой торговли оружием! Экспортировались не только танки. Остается еще добавить, что часть чешского военного производства базировалась под землей — то есть возможность войны учитывалась.

Западная граница Чехословакии самой природой была предназначена для обороны. И еще усилена мощными укреплениями, построенными при участии французских инженеров. Военный престиж Чехословакии был высок, в первую очередь благодаря действиям в России знаменитого чехословацкого корпуса. «Белочехи», как называли их в советской литературе. Этот корпус в 1917 году хорошо сражался на фронтах Первой мировой войны, когда русская армия уже разваливалась. А затем, в 1918 году, своим восстанием поставил советскую власть в очень тяжелое положение и оказал важную услугу союзникам. Во время Брестского мира шел взаимный обмен военнопленными. В Германии и Австро-Венгрии, людские ресурсы которых были в 1918 году напряжены до предела, очень рассчитывали на возвращение сотен тысяч немцев и венгров. Напрасно. Именно этих людей, как более склонных к побегам, отправляли в свое время подальше — в Сибирь.

Так вот, Транссибирскую магистраль перекрыли восставшие белочехи, чем и воспрепятствовали возвращению освобожденных пленных. Об этом в Англии и Франции в 20–30-х годах вспоминали с благодарностью (Т. Масарик в 1918 году говорил, что вся Сибирь в его руках). Короче, чехи и словаки проявили себя тогда хорошими солдатами. И все ждали чего-то подобного и теперь.

Лирическое отступление

Возможно, не все мои читатели помнят о чем идет речь. (А те, кто помоложе и историю СССР не учили, могут и не знать). Вот кратко суть дела.

В ходе Первой мировой войны из чехов и словаков, оказавшихся на территории Российской империи (в огромном большинстве военнопленных), был сформирован на добровольной основе легион. Формировался он в основном при Временном правительстве и насчитывал несколько десятков тысяч человек (не более 50 тысяч). Легион подчинялся русскому командованию, а идейное руководство осуществлял парижский Национальный комитет во главе с Масариком (см гл. 85). Никаких трений между российским и чехословацким руководством тогда не было. Масарик одобрял февральскую революцию и весной 1917 года побывал в России, стремясь ускорить создание легиона.

Когда большевики захватили власть, они заключили сепаратный Брестский мир со странами германского блока. С чехословацким командованием Советская власть договорилась об эвакуации легиона во Францию, через Владивосток. Весной 1918 года чехословацкие эшелоны потянулись туда. Легион теперь был включен в состав французской армии. Но движение шло очень медленно. Уже начался развал на железных дорогах. Возможно, большевистские власти и специально тормозили движение по требованию немцев. Наконец, чехословацкие эшелоны и вовсе остановились — надо было пропустить идущие на запад поезда с немецкими (германскими, австрийскими) и венгерскими пленными, освобождавшимися по условиям Брестского мира, которые должны были снова принять участие в войне. Это взбесило чехов и словаков. Где-то на станции случилась их стычка с венграми. И из этой искры летом 1918 года разгорелось пламя мятежа — чехословаки восстали против Советской власти. (И перерезали путь возвращения из плена немцам и венграм.) Успехи чехословаков были поразительны. Красная армия не смогла оказать им никакого сопротивления. В России приличные люди их встречали как братьев-славян и как авангард цивилизованного мира, пришедшего на помощь против большевиков. А на западе чехословаки летом 1918 года стали легендой. Тогдашняя тяжелая военная ситуация делала хорошие вести особенно желанными. Легионеров сравнивали с античными героями — с походом 10 тысяч греков вглубь Персии в IV веке до н. э. (описан Ксенофонтом в «Анабазисе»). Они действительно, как мы уже знаем, тогда принесли западным союзникам пользу большую, чем принесли бы в Европе. Но уже осенью того года чехословаки стали выдыхаться. Мировая война кончилась. Независимая Чехословакия родилась. Красная армия усиливалась. В конце 1918 года Колчак был провозглашен в Омске Верховным правителем. Прежняя демократическая (эсеро-меньшевистская) власть была разогнана. Чехословаки этого не одобрили. Хоть они и не вмешались, но их отношения с правительством Колчака сразу стали прохладными. Большинство легионеров не видело смысла дальше расхлебывать русскую кашу. Многие думали так и в Праге, тем более, что у самой новорожденной Чехословакии возникли пограничные споры с соседями. И легион, теперь уже ставший чехословацкой военной частью, был нужнее на Родине.

На рубеже 1918–1919 годов легионеры организованно оставили фронт. (Ими управлял избранный войсками Национальный совет.) Они тогда ещё согласились охранять Транссибирскую магистраль и свирепо отгоняли от неё красных партизан. Но прежде всего потому, что эта дорога нужна была им самим для отступления во Владивосток и вывоза приобретенного в России имущества. А его много было! Жалование чехословакам платили то русские правительства, то французы. Легионеры своё жалование не проматывали, а организовали финансовые учреждения по аккумуляции этих денег и централизованной закупке всего, что можно было вывезти. В тогдашней, погрузившейся в хаос России, всё, кроме предметов первой необходимости, шло за бесценок. И чехословаки скупали всё. От промышленного оборудования и цветных металлов, до редких книг и мехов. Всё это было погружено в 20 000 (!) вагонов и двигалось к Владивостоку. При этом легионеры занимали железнодорожный путь, совершенно не считаясь с нуждами колчаковской армии и беженцев. Это приводило к тяжелым последствиям. Несмотря на относительно небольшую численность чехословаков, долго никто не смел им перечить. Такова была их военная слава. Но в начале 1920 года под Иркутском красные перерезали чехословакам путь на восток, угрожая взорвать железнодорожный туннель. И желая избежать ненужных трудностей, те выдали на расправу Колчака (уже разбитого и ехавшего на восток в их эшелоне). Чем купили себе свободный проезд.

И легионеры сумели всё вывезти (вагоны продали в Китай). Было ли всё это имущество купленным, или отчасти и награбленным (произвольно конфискованным)? Действительно ли они захватили часть российского золотого запаса? Об этом белые говорили, а позже, в эмиграции, и писали. Не ясно, есть ли тут доля истины. К тому времени легионеры были для русских не «братья славяне», а «чехо-собаки». На них и вешали всех собак. А они, конечно, всё отрицали.

Но в мире помнили главным образом подвиги легионеров в 1918 году, повлиявшие на исход Первой мировой войны. О них вспоминали с благодарностью, пока для выражения этой благодарности ничего, кроме слов, не требовалось. А многие и в 1938 году, через 20 лет после тех подвигов, ожидали новых славных деяний. Тем более, что кое-кто из бывших легионеров был теперь в Праге на высших военных постах.

Считалось, что братство по оружию чехов и словаков во время войны в России укрепило Чехословакию. Но, как выяснилось, не надолго.

Решительные меры Праги смутили судетских немцев и Берлин. А Франция заявила, что готова выполнить свой союзнический долг перед чехами. Благоприятную для Праги позицию заняла и Москва. Инициатором этой политики принято считать Литвинова. Но, конечно, все это могло происходить только с согласия Сталина.

В Берлине забили отбой, а потом вдруг вспомнили свои недавние мартовские миролюбивые заявления. Казалось, война отодвинулась. В антифашистских газетах рисовали чехословацкого президента Эдуарда Бенеша в виде героического Давида, повергавшего Голиафа (Гитлера). А зря. Гитлер был упорен и не отступал при первой неудаче. Напряженность вскоре снова стала нарастать. Кстати, французский премьер-министр Деладье еще раз повторил, что обязательства Франции по отношению к Чехословакии «священны, и от их выполнения нельзя уклониться». Деладье считали человеком с характером. Французы называли его «воклюзский бык» — по названию местности во Франции, где родился Деладье, — Воклюз. Потом, после мюнхенского позора, его назовут «быком с рогами улитки». Но летом 1938 года его заявление испугало многих в Германии. Укрепленная линия на границе с Францией («линия Зигфрида») была еще не готова. Перевес пока оставался на стороне англо-французов. Но Гитлер шел напролом. И скоро стало ясно, что «умиротворители» его не подведут. В августе англичане взяли на себя мирное посредничество между Берлином и Прагой (вместо поддержки чехов). Из этого ничего не вышло, но Гитлер понял: в Лондоне очень не хотят воевать за Чехословакию. В начале сентября Англия предупредила французов, что если вспыхнет война, то в первые шесть месяцев помощь Англии будет ничтожной. Это секретное заявление подхлестнуло «умиротворителей» во французских верхах. Гитлер этого, возможно, и не знал, но чувствовал. И вот в сентябре 1938 года судетские немцы подняли вооруженное восстание. Чехи объявили военное положение и быстро навели порядок. Гейнлейн — фюрер судетских немцев — бежал в Германию. Десятки людей были убиты и сотни ранены. Но на дворе стоял не 1919-й, а 1938 год. Гитлер получил солидный повод для вмешательства. Наступили решающие дни.

Глава 88
Пограничные споры в Европе

О позиции английских «умиротворителей» — Невилла Чемберлена и компании — известно довольно широко. Ничуть не отставали и французы — премьер Деладье и посол в Германии Франсуа-Понсе. По воспоминаниям гитлеровского фельдмаршала Кейтеля, на последнем этапе мюнхенских переговоров французы даже превзошли англичан по глубине морального падения.

Меньше помнят о подлой роли Польши. В 1939 году эта страна будет вести себя геройски. А вот в 1938-м все было совсем наоборот. Польша, как и Чехословакия, являлась союзницей Франции. А географическое положение делало позицию Польши в те дни стратегически важной. Польское правительство тех дней называли «правительством полковников». Отношения Польши и Чехословакии были достаточно плохими. Сказывались территориальные споры.

Лирическое отступление

На рубеже 1918–1919 годов между двумя новорожденными славянскими государствами, дело дошло до вооруженных столкновений («семидневная война»). Спор шел о Тешине, небольшом, но стратегически и экономически важном районе — там шла единственная железная дорога, соединявшая Чехию и Словакию, и добывался уголь. Исторически это были чешские земли, но население там, вроде бы, преобладало польское. До серьезных боев дело тогда, все-таки, не дошло — Польша была отвлечена событиями на Востоке. Там, в бывшей Российской империи, бушевала гражданская война. И, при удаче, можно было отхватить кус побольше, чем Тешин (что и случилось). И Польша в 1919 году согласилась на раздел спорных земель с Чехословакией. Ни одна из сторон не была в восторге от этого раздела. В 20-е годы французская дипломатия пыталась сдружить эти две страны, чтобы сдерживать германскую экспансию на восток. Не вышло.

Увы, «полковники» видели недалеко. Пытаясь воспользоваться трудностями Чехословакии польская разведка даже подготовляла подобие Судет в Тешине — там планировалось спровоцировать волнения польского населения, но этого не потребовалось. (Подобные деяния Польша успешно проводила в спорных с Германией районах в 1919–1922 годах).

Польша дала понять, что не собирается выполнять союзнический долг. Черчилль пишет: «В момент кризиса для английского и французского послов были закрыты все двери. Их не допускали даже к министру иностранных дел». А приятно было, наверно, полякам свысока глядеть на Англию и Францию! Кстати, многие считают, что именно великодержавные амбиции ими (поляками) и руководили! Ослабление Чехословакии должно было сделать Польшу лидером всего восточноевропейского мира между Россией и Германией. Может быть, это было даже важнее пограничных споров. Но, как бы то ни было, Польша тогда поступила подло и глупо, что тоже повлияло на французов. По мюнхенскому соглашению Польша получила Тешин. А польский министр иностранных дел Людвиг Бек, много постаравшийся для этого, получил высший польский орден «Белого орла».

Возмездие полякам пришло быстро.

Само мюнхенское соглашение я подробно комментировать не буду. Это факты широко известные. Англия и Франция предали чехов. Судеты отошли к Гитлеру. О Польше уже было сказано. Венгрия тоже кое-что получила. Чехословакия сопротивляться не решилась и потеряла 40 % своей территории. Гитлер опять торжественно обещал, что это его последние притязания в Европе.

После войны, на Нюрнбергском процессе, гитлеровского фельдмаршала Кейтеля спросили, начала бы Германия в 1938 году войну, если бы западные демократии поддержали Чехословакию? «Конечно нет, — ответил он, — мы были недостаточно сильны с военной точки зрения».