Текст книги "Непростительно красива, или Лекарство Его Высочества (СИ)"

Автор книги: Ольга Обская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)

Глава 60. Перейдём к практике

Глава 60. Перейдём к практике

Как только Снежана ступила с лестницы на пол и зарыла крышку люка, сработал механизм. Всё вернулось в исходное положение – стол наехал на люк, а цепь втянулась в стену. Снаружи осталось только одно звено.

Снежана поставила назад на полку книгу, которую Тельмар использовал, чтобы скрыть от посторонних глаз свой механизм, и окинула взглядом комнату – вроде бы все следы преступления скрыты. Ей не хотелось, чтобы целитель узнал о её вылазке. Конечно, неплохо было бы выяснить у него, зачем ему змея и мыши. Но это как-нибудь потом. Если Снежана заикнётся о своих похождениях прямо сейчас, то Тельмар точно выгонит её и о его уроках придётся забыть.

Она села за стол и принялась прилежно читать трактат, который ей посоветовал Тельмар перед уходом – о болезнях ягнят в сезон дождей. Целитель появился через несколько минут. Снежана собиралась отчитаться перед ним о том, что успела усвоить, но он забрал у неё книгу и небрежно препроводил на полку.

– Перейдём к практике, – неожиданно заявил он.

Снежана ушам не поверила.

– Помнишь, перед уходом я рассказывал про белую и чёрную эоллу.

Конечно, Снежана помнила. Её память была заточена на термины. Студенту-медику за время учёбы приходится запоминать и вызубривать тонны информации.

– Белая эолла – это положительная жизненная энергия, которая дарует здоровье и жизнь. Чёрная эолла – это отрицательная жизненная энергия, которая вызывает болезни и смерть, – оттараторила Снежана.

Тельмар и не подумал похвалить память своей ученицы. Лишь кивнул.

– Опытный целитель умеет управлять потоками эоллы. В ментальном целительстве – это самое основное умение, – назидательно произнёс он, снимая с полки какой-то круглый деревянный предмет.

Тельмар положил его на стол прямо перед Снежаной. На отшлифованной поверхности диска были нарисованы концентрические окружности с рунами. Снежана ощутила, как накатывает волнение. Непонятно, что нашло на Тельмара, но, похоже, наконец-то он решил перейти к настоящему обучению.

– Перенаправлять потоки эоллы в организме больного – сложная задача. Ещё сложнее заставить эоллу вытекать во вне или втекать внутрь. Целительству начинают обучать с более простого упражнения – перенаправлять потоки эоллы в собственном теле.

Волнение ещё больше усилилось.

– Я заметил, ты левша. Это так? – Тельмар глянул сердито, будто быть левшой – преступление.

– Левша, – созналась Снежана. Разве у неё были варианты?

– Тогда положи левую руку на пентаграмму, – приказал целитель властно. – Что-то ощущаешь?

– Нет. А должна?

Он закатил глаза, будто ему попалась редкая неуч.

– Пока нет. Но если всё сделаешь правильно, то должна. Пентаграмма Тиерель способна принять небольшое количество белой эоллы. Твоя задача сконцентрироваться и направить поток к левой ладони. Приступай.

Вот так, без всяких подробных инструкций? Что делать-то?

– Белая эолла ощущается как тепло. Чёрная – как холод, – снизошёл Тельмар до небольшого пояснения.

Легче не стало. Снежана всё равно до конца не понимала, что должна делать. И это не говоря о том, что она до сих пор очень сильно сомневалась, что обладает какими-то мистическими ментальными способностями, которые непонятно как разглядел Тельмар.

– Ну, северянка, чего ждёшь? – довольно грубо рявкнул целитель.

– Как мне эти потоки направлять? Я ничего не чувствую. Никакого тепла.

– Оно внутри. В области солнечного сплетения. Сконцентрируйся.

Снежана попыталась прислушаться к себе – к внутренним ощущениям. Пустота. Только волнение усилилось и всё.

– Плохо стараешься, – снова прикрикнул Тельмар.

– Да нормально я стараюсь. Просто не получается.

Снежана закрыла глаза, попыталась отрешиться от внешнего мира. Где оно, это внутреннее тепло? Нет его.

– Больше упорства, больше прилежания, –  мерзким скрипучим голоском науськивал Тельмар.

– У вас неправильные педагогические приёмы, – не выдержала Снежана. – Надо всё толком объяснить, показать.

– Много ты понимаешь в педагогических приёмах, – язвительно проскрипел Тельмар. – Эоллу показать нельзя. Её не видно. Знаешь, как обучал меня мой         наставник?

– Как?

– Если я плохо старался, бил указкой по руке. Кстати, где-то и у меня лежала замечательная длинная указка, – Тельмар начал рыться на полках.

– Что-о? – возмущению Снежаны не было предела. Знобящее волнение, жуткая досада, что ничего не получается, раздражение и гнев на вредного Тельмара – все чувства скрутились в один комок. Она ощутила резкое жжение в районе солнечного сплетения. Оно жгучим потоком затекло в сердце, а оттуда в левую руку. Дошло до ладони и ударило обжигающей болью. Как же нестерпимо горячо. Но Снежана не одёргивала руку. Находилась в странном трансе.

– А-а-а-а-а, – звук вырвался непроизвольно.

Сначала Снежана даже подумала, что это Тельмар привёл-таки свою угрозу насчёт указки в действие. Она открыла глаза. Целитель стоял рядом без всякой указки. Его рука неожиданно ласково потрепала по голове, а потом он снял Снежанину пылающую ладонь с пентаграммы. На ладони вздулись ужасные пузыри как от ожога.

Тельмар покачал головой.

– Я же сказал, что пентаграмма Тиерель способна принять только небольшое количество эоллы, – проворчал Тельмар, доставая с полки пузырёк с мутной жидкостью. – Ожогов не было бы, если бы поток был слабым.

Он смазал Снежане ладонь, и боль сразу начала утихать.

– Легче?

– Да.

– У тебя необыкновенный дар, северянка, но нужно учиться им управлять, – ворчливо пробубнил Тельмар. – И опережая твой вопрос – не сегодня. На сегодня с тебя достаточно. Ступай.

Глава 61. Не друзья и не враги

Глава 61. Не друзья и не враги

Демир работал в своём кабинете в тайной канцелярии, когда к нему зашёл Крайдан. Мрачный, злой и решительный, будто собрался убить.

– Есть разговор, – он плотно закрыл за собой дверь, навесив ещё и магический замок, и без приглашения подошёл вплотную к столу.

– Садись, – предложил ему кресло Демир.

Приход Крайдана не стал неожиданностью. Демир догадывался, что тот пожалует, как только северянка расскажет ему о том, что произошло, пока Крайдан находился в пещере Коэна.

– Не знаю, что за игру ты ведёшь, но предупреждаю, чтобы впредь к моей подопечной не приближался, – сразу обозначил цель своего визита Крайдан.

Он всегда отличался прямотой. Демир и не ожидал, что тот начнёт со светских любезностей.

– Твоей подопечной? Может, лучше называть вещи своими именами – твоей любовнице? – Демир решил сразу расставить точки над и. – Я прекрасно вижу, что у неё к тебе совсем не те чувства, которые должна испытывать дева к своему опекуну. Так же как и у тебя к ней. Скажешь, нет?

У Крайдана заиграли на скулах желваки:

– У нас с ней никогда не было любовных отношений.

Демир лишь хмыкнул. У него в таких делах достаточно опыта, чтобы заметить взаимное влечение между мужчиной и женщиной. Это не говоря о том, что он прекрасно знал о ночи, проведённой парочкой в таверне.

– Давай начистоту, – тоже решил говорить прямо Демир. – Мы оба понимаем, что ты ничего не сможешь мне сделать. Скорее наоборот. Я мог бы испортить тебе жизнь. Но, обрати внимание, не стал. Начнём с того, что именно я похлопотал, чтобы тебя выпустили из пещеры Коэна досрочно. На благодарность даже не надеюсь. Скорее всего, не поблагодаришь и за то, что я не доложил Его Величеству о твоих отношениях с… хм… подопечной. Разве оставил бы он тебя опекуном, знай, как ты развлекался с ней в таверне? Разве согласился бы он оставить её на фестивале, знай, что она не так проста, как кажется. Я не стал показывать Его Величеству письмо Матери-настоятельницы, где говорилось, что на северянке видели Каплю Арата. А если бы показал?..

– Не строй из себя благодетеля, – гневно перебил Крайдан. – Ты не показал письмо о Капле Его Величеству только потому, что ведёшь охоту за артефактом втайне от короля.

– Да. Мне нужна Капля. Не буду кривить душой, что хочу заполучить её для того, чтобы пополнить ею королевскую сокровищницу. Она нужна мне для другой цели.

– Какой?

Демир покачал головой. Он не собирался рассказывать Крайдану или кому бы то ни было, для чего охотится за артефактом. У него есть тайна – давнишняя и очень болезненная. У его тайны большие карие глаза. Они умеют вынуть душу. Когда он заглядывает в них, его сжигает чувство вины.

– Моя малышка, я всё исправлю, – обещает он ей каждый раз. И он исправит. Вот только доберётся до артефакта…

– Какая у тебя цель? – Крайдан повторил вопрос.

– Не важно, – выдержал его тяжёлый взгляд Демир. – Мне нужна Капля и будет лучше, если северянка отдаст её добровольно.

– Я тебе уже говорил, что у неё нет артефакта. Послушницы ошиблись. Ты сам знаешь, что девы, обмазанные успокаивающими маслами, совершенно не в себе. Оставь Анабель в покое.

Голос Крайдана звучал угрожающе. Но что он может сделать Демиру? Расскажет Его Величеству, что Демир ведёт игру за его спиной? Но тогда Крайдану придётся рассказать королю и о том, что у северянки видели Каплю Арата. Свою пассию он выдавать не будет – слишком привязался к ней. А значит и Демиру нечего бояться.

– Чего ты так защищаешь любовницу? Она стала тебе очень близка? Засела в сердце? Тогда ты меня поймёшь. Не только ты на многое способен ради защиты того, кто дорог, – Демир посмотрел в упор. – Из нас с тобой не вышло друзей, но не думаю, что нам выгодно становится врагами.

Он предлагал Крайдану пакт о ненападении. На данном этапе это на руку обоим.

– Не знаю, какую преследуешь цель – допускаю, что она достаточно благородна. Но играешь ты грязно, – мрачно ответил Крайдан. – Я не дам тебе использовать Анабель в своих играх, – он поднялся и вышел из кабинета.

Демир дождался, пока за Крайданом закроется дверь, и перевёл взгляд на окно. Он не видел, что там, за стеклом. Перед мысленным взором опять встали большие карие глаза…

Глава 62. Театральное представление

Глава 62. Театральное представление

К вечеру волдыри на ладони Снежаны бесследно исчезли. Осталось только воспоминание о странном трансе, которое ещё предстояло как следует проанализировать. Но анализ пришлось отложить на ночь, потому что на конец дня было намечено очередное мероприятие фестиваля невест – театральное представление.

За четверть часа до начала спектакля за Снежаной зашёл Крайдан, чтобы проводить в зрительный зал. Она поймала себя на мысли, что с гораздо большим удовольствием провела бы этот вечер с ним вдвоём. Они могли бы неспешно прогуляться по парку, она рассказала бы ему о том, что произошло в кабинете Тельмара.

Но эту мысль пришлось безжалостно отогнать. Что ещё за грёзы о лирических прогулках под луной? Снежана напомнила себе, что должна видеть в Крайдане не мужчину, с которым мечтаешь остаться наедине, а профессора Стародубцева – наставника и старшего товарища.

В зрительном зале яблоку негде было упасть. Весь партер был занят девушками-участницами фестиваля и их свитами. Поэтому Крайдан повёл Снежану на галёрку. Смотреть представление с последнего ряда – в этом тоже было что-то романтическое, чего следовало бы избегать. Как это сделать, долго думать не пришлось – помогла Ларитта. Она плавно подплыла, утянутая в тёмно-зелёное платье:

– Анабель, не желаешь присоединиться ко мне в боковую ложу? Отец не смог присутствовать на спектакле и его место пустует. Магистр Крайдан, позволите?

Естественно Крайдан позволил. Он кивнул, и Ларитта, подхватив Снежану под руку, повела на балкон, нашёптывая:

– Место идеальное. Не только сцена как на ладони, но и весь партер и балконы противоположной стороны. А нас, наоборот, почти никто видеть не будет.

Зачем нужно видеть партер, когда, казалось бы, всё самое интересное будет разворачиваться на сцене, Снежана спрашивать не стала. Понятно, что игра актёров для большинства девушек, в том числе и для Ларитты, менее завлекательна, чем возможность посмотреть, кто в чём пришёл на спектакль, кто с кем рядом сел, кто на кого бросает взгляды. В общем, посплетничать. Чем Ларитта и занялась.

– Сегодня во дворце все только то и делают, что обсуждают вчерашний бал, – шепнула она. – Ползут слухи, что неспроста Его Высочество пригласил тебя на два танца подряд…

Снежана догадывалась, каким будет продолжение фразы. Её обвиняют в том, что она приворожила Твинсена.

– …девы полагают, что ты использовала запрещённые лаамарийские приёмы женского воздействия на мужчину.

Что и требовалось доказать.

– А первой начала сплетничать Тоторна, – Ларитта кивнула на высокую худощавую девушку в светлом пышном платье. – Она самая завистливая. Она и про Бьютрис слухи распускает. Будто бы у той всё тело в уродливых бородавках, которые она скрывает под своими яркими нарядами. Бьютрис и Тоторна – давние враги. Считается, что у обеих высокие шансы стать невестой Его Высочества. Но у Бьютрис всё же выше. Вот Тоторна и плюется ядом.

Снежане сразу вспомнилось, что сегодня в неё в прямом смысле плюнули ядом. Сколько ж змей вокруг.

– Я пыталась убедить дев, что ты ни при чём, – заверила Ларитта. – Честно, пыталась. Они, конечно, не очень-то меня слушали. Но под вечер и Бьютрис, и Тоторна получили роскошные букеты от Его Высочества и их шпильки в твой адрес поуменьшились. Они снова переключились друг на друга.

Принц послал двум главным претенденткам на его руку цветы? Больше не будет оказывать демонстративные знаки внимания Снежане? Это радовало. Наверно, вчера король хорошо вправил сыну мозги.

Она перевела взгляд на королевскую ложу, откуда начало спектакля ожидали Арттерик и Твинсен. Принц о чём-то увлечённо разговаривал с отцом, время от времени поглядывая в партер на девиц, которые посылали ему горящие взгляды. В сторону Снежаны Твинсен даже не пытался развернуть головы. Значит, всё верно – Его Высочество внял отцовскому внушению и больше демаршей устраивать не будет. Хоть одной проблемой у Снежаны меньше.

Рассматривая зрителей, она не удержалась отыскать глазами Крайдана. Он оказался в самом последнем ряду и притом не один. К нему подсела дама. Снежана пока плохо знала придворных, но имя этой знойной леди уже было ей известно – Жулина, супруга Демира. Она улыбалась и развлекала Крайдана разговорами. Он слушал внимательно и тоже улыбался. Что ж, замечательно, что ему не дадут скучать.

Спектакль начался с выхода на сцену всех актёров под барабанную дробь – видимо, тут так принято. Зрители искупали их в овациях, и только после этого был объявлен первый акт. Снежана неожиданно обнаружила, что ей очень интересно наблюдать за тем, что происходит на сцене. Актёры исполняли что-то напоминающее земную оперетту. Были и арии, и танцы, комедия положений с переодеванием девы в юношу – выглядело остроумно и легко.

Однако предаться внимательному просмотру Ларитта Снежане не дала. Продолжала делиться своими наблюдениями и мыслями.

– Я ведь правда верю, что ты не использовала никаких лаамарийских приёмов. Ничего удивительного, что принц увлёкся тобой. Ты очень красивая и необычная. Мужчины такое любят. На самом деле, я даже рада, что так получилось. Это даёт мне шанс.

Снежана взглянула на собеседницу удивлённо – перестала понимать ход её мыслей. Почему если принц увлёкся одной, это даёт шанс другой.

– Его Высочество прекрасно осознаёт, что не сможет сделать тебя своей невестой. Совет не одобрит его выбор, – начала объяснять Ларитта. – Знаешь, я ему искренне сочувствую. Это ужасно, когда не волен в выборе супруги. Единственное на что он может рассчитывать – это на тайные встречи. Сделать тебя фавориткой. Однако не всякая супруга будет сквозь пальцы смотреть на то, как муж развлекается на стороне. Но будь я его женой, я бы не стала устраивать скандалов. Мы можем заключить с ним сделку. Он выбирает меня, я становлюсь его формальной женой, но при этом не только не мешаю вашим отношениям, а, наоборот, содействую и прикрываю.

Снежана чуть дара речи не лишилась. Ларитта и до этого поражала своей странной прямотой на грани фола, но теперь превзошла сама себя. Снежане назначила роль любовницы, себе – добровольно рогатой супруги.

– Мне не нужны отношения с принцем. Ни тайные, ни явные, – прохладно ответила Снежана. – И, честно говоря, не понимаю и того, зачем тебе нужен такой странный брак.

– Ты не понимаешь, – глаза Ларитты блеснули в темноте. – Я согласна на брак на любых условиях. Я пойду на что угодно, лишь бы заполучить статус невесты Твинсена. Это единственный способ спасти отца.

– Но почему для спасения твоего отца нужен этот брак?

– Я уже говорила тебе – на отце магический долг. Большего сказать не могу.

У всех здесь какие-то тайны. Магический долг? Что это такое? В карты проигрался? Разорился? Заложил имение? Но при чём тут Ларитта? Как её отцу поможет её замужество?

Представление завершилось ярким финальным дуэтом главных героев. Публика принялась аплодировать. Снежана тоже похлопала. Она, как ни странно, испытывала облегчение. Хотелось уже поскорее вернуться к себе. День был непростой, и даже театральное представление, которое должно было бы развлечь, обернулось напряжённым разговором с Лариттой. Ничего, сейчас Крайдан проводит Снежану до покоев, и она останется предоставлена сама себе. Снежана обернулась к галёрке, но глаза не смогли отыскать Магистра. Места, на которых сидели Крайдан и Жулина, пустовали.

Глава 63. Холодный душ

Глава 63. Холодный душ

Снежана заходила в свои покои немного с опаской – не обнаружит ли там букет от принца? На протяжении всего спектакля Твинсен ни разу не глянул в её сторону, и она уж было совсем уверилась в мысли, что Его Высочество оставил идею оказывать ей знаки внимания. Но когда выходила из зрительного зала, поймала на себе его взгляд. Долгий и многозначительный, сопровождавшийся полуулыбкой. Что бы это значило?

Цветов в покоях, к счастью, не оказалось. И никаких других подарков тоже. Снежана вздохнула с облегчением – похоже, на сегодня неприятных сюрпризов не ожидается. Она, честно говоря, всё равно не отказалась бы, чтобы её покои поставили на «магическую сигнализацию», как это вчера сделал Крайдан. Спалось ей безмятежно – не нужно было опасаться непрошенных гостей. Но сегодня Магистр не появлялся. И она даже не могла предположить, какие срочные дела заставили его уйти с представления до его завершения.

Снежана достаточно долго не ложилась в надежде, что её опекун всё же придёт. И действительно за час до полуночи в дверь постучали. Но на пороге оказался лакей.

– Следуйте за мной, госпожа Анабель. Приказ Его Высочества.

Вот как? Всё-таки этот многозначительный взгляд, брошенный на Снежану Твинсеном, был неспроста. Упрямый зараза. Не очень-то поспешил прислушаться к отцовским назиданиям.

– Позвольте узнать, зачем я понадобилась Его Высочеству в столь поздний час? – поинтересовалась она у лакея, выходя из покоев.

Снежана почти уверена была, что только что получала завуалированное приглашение на поздний ужин на двоих.

– Не могу знать, госпожа, – с вежливым равнодушием ответил слуга.

Он провёл её в крыло принца, в его личные покои. Открыл перед Снежаной дверь:

– Вас ждут, – и как только она переступила порог, дверь за ней тут же закрылась.

Видимо, Снежана правильно догадалась – её ждёт интимный ужин один на один с принцем. Она прошла вглубь комнаты, освещённой мягким тёплым приглушённым светом. На языке уже крутились слова, которые должны были стать холодным душем для нахала королевских кровей, так и норовящего перейти границу. Но то, что она увидела, лишило её дара речи и заготовленная тирада, осталась не произнесённой. Никакого накрытого для трапезы столика в покоях не было. А сам хозяин комнаты полулежал на софе, расположенной в уютной нише. В простой рубашке, с небрежно расстегнутым воротом. На лбу – влажная салфетка. На губах – наглая улыбка, которую принц изо всех сил пытался скрыть.

– Зачем вы позвали меня, Ваше Высочество? – спросила Снежана самым ледяным тоном, на который только способна.

– Анабель, подойди. Не видишь, я болен? – принц указал на салфетку на своём лбу. – Я позвал тебя в качестве целителя.

– В качестве целителя? – Снежана подошла поближе.

Нельзя сказать, чтобы принц выглядел больным. Ни бледности, ни тусклого взгляда, ни страдальчески наморщенных мимических мышц. Кроме салфетки на лбу Твинсена ничего не говорило о его болезни.

– Да, как целителя. До меня дошли слухи, что ты умеешь целить, и даже спасла малыша Брайза.

До кого эти слухи уже только не дошли.

– Вы выглядите здоровым, – окатила Снежана Твинсена арктическим взглядом. Явно ведь симулирует.

– Ну что ты, я болен, – возразил принц, снова не сдержав подозрительно довольную улыбку. – Ещё как болен. Сама подумай, вчера я так и не вернулся на бал. А сегодняшний пикник с подвижными играми заменили спектаклем. Разве тебе это не показалось подозрительным.

Вообще-то, действительно показалось. Особенно – странная отмазка насчёт плохой погоды, когда весь сегодняшний день светило солнце.

– Но если вы больны, почему не пригласите королевского целителя, чтобы он вас осмотрел?

– Он был. Но я ему не доверяю. Хочу услышать мнение ещё одного целителя, – Твинсен чуть сдвинулся, освобождая для Снежаны место на кушетке.

Нет уж, хитрое наглое высочество, садиться вплотную к нему Снежана не собиралась. Она пододвинула к софе кресло.

– Какой диагноз поставил вам Тельмар?

– Сказал, что это простуда.

Твинсен вдруг подхватил края рубахи и стянул её через голову, обнажая торс:

– Мне нужен медицинский осмотр.

Если таким образом он собирался смутить Снежану, то зря старался. Это местные девы пришли бы в трепет при виде мужского торса, а ей что, привыкать? Она не стала стыдливо отводить взгляд. А посмотреть, кстати, было на что. Хорош зараза! Тренированное накачанное тело, бугристые мышцы, кубики пресса.

– Я не смогу вас осмотреть, Ваше Высочество, у меня нет с собою инструментов.

– Я всё предусмотрел, – Твинсен кивнул на чемоданчик, стоящий на ковре возле софы. На его крышке Снежана заметила знакомую эмблему – змею, обвившую ножку сосуда, местный знак целительства. – Тут есть всё необходимое.

В Снежане боролись противоположные чувства: встать и уйти или всё же войти в роль доктора и обследовать этого симулянта? В самом краешке сознания билась мысль, что Твинсен всё же может оказаться чем-то болен. Ведь действительно программу двух последних дней фестиваля почему-то изменили. И только эта мысль заставила Снежану остаться.

Она открыла медицинский чемоданчик и немного порылась в содержимом – перевязочные средства, флакончики, баночки, непонятные инструменты, которые, как догадывалась Снежана, могли использоваться для пускания крови – всё не то. О, а вот, кажется, как раз то, что она искала – допотопный деревянный стетоскоп.

– Сделайте глубокий вдох, – скомандовала она, приложив один конец трубки к груди принца. К другому концу прижалась ухом.

Твинсен повиновался.

– Ещё, – она переместила стетоскоп. – Глубже.

Трубка была не слишком длинной, приходилось склоняться над принцем. Волосы спадали ему на грудь. Она заправляла их за ухо, но они падали снова. Снежана видела, как Твинсену нравятся эти касания. Иной раз его вдох напоминал тихое шипение, будто он борется с острым приступом удовольствия. Насколько Твинсен завёлся, стало понятно, стоило опустить взгляд чуть ниже пояса.

– В лёгких чисто, – Снежана отложила стетоскоп. Такие процедуры до добра не доведут.

Она взяла лопатку, с помощью которой больному исследуют горло.

– Откройте рот, Ваше Высочество.

На этот раз принц не стал подчиняться команде. Вместо этого лишь улыбнулся.

– Я слышал, что ты вдыхала Брайзу воздух в рот. А если я потеряю сознание, ты тоже будешь касаться своими нежными губами моих губ? – Взгляд Твинсена дразнил и соблазнял. – Меня бы это сразу вернуло к жизни.

Снежана выпрямилась и вернулась в кресло. Сомнения развеялись окончательно – этот паразит симулирует специально ради того, чтобы пофлиртовать.

– Нет, Ваше Высочество, вас бы я приводила в чувства по-другому. Для таких как вы существует более действенный способ.

– Какой?

– Пощёчина. Срабатывает безотказно. Включает разум.

Твинсен нисколько не разозлился.

– Какой ты строгий целитель, Анабель. Мне даже страшно спрашивать, какой недуг ты отыскала у меня. Но можешь не отвечать. Я и сам знаю, чем болен. Я болен тобой. И знаю, какое лекарство мне поможет – ты.

Он смотрел ей прямо в глаза. Обаятельный, наглый, сексуальный, не побоявшийся практически признаться, что влюблён. Что-то женское в Снежане отзывалось на это его неприкрытое желание. И если бы это был другой мир, другие обстоятельства, другая ситуация, то, может, Снежана и приняла бы эту игру, может, тоже позволила себе лёгкий флирт, позволила себе принять его ухаживания. Но слишком много «если бы». Здесь и сейчас не может быть и речи ни о каких отношениях.

– Чего вы добиваетесь, Ваше Высочество? – спросила резко. – Мы оба знаем, что вам не позволят сделать меня вашей невестой. И вашей любовницей я становиться не собираюсь.

Твинсен мгновенно стал серьёзным. Помолчал немного, а потом ответил с режущей прямотой:

– Я не знаю, Анабель. Я не знаю, что делать со своими чувствами.

– Переждать.

А что она могла ещё ответить?

– Просто переждать. Это пройдёт, как насморк. Такие красавчики, как вы, быстро вспыхивают и быстро остывают, – Снежана поднялась.

– Уже уходишь? И даже не выпишешь рецепт?

– Выпишу. Холодный душ, – Снежана решительно направилась к двери.