Текст книги "Наследие Пламенных (СИ)"

Автор книги: Ольга Дмитриева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 26 страниц)

Глава 21
Еи

Райга вскочила на ноги и взялась за перевязь, чтобы освободить сломанную руку. Но Ллавен мгновенно оказался рядом и перехватил ее запястье:

– Нельзя! Ты только что пользовалась магией. У тебя кости ещё не срослись до конца. Махито тебе это запретила!

С другой стороны защитного круга раздался лающий смех. А затем незнакомый голос сказал на чистом языке Королевства:

– Слабачка-человечка. Хеги почуял тут Пламенных. Но ты слишком жалкая, чтобы он говорил о тебе.

Райга нахмурилась. Зверь шагнул из темноты, и сияние пламенного контура обрисовало рыжую лисью морду, странные, слишком умные для зверя глаза и целый веер пушистых хвостов.

«Пять или шесть», – прикинула она. Существо открыло пасть, и они снова услышали тот же самый голос:

– Чего таращитесь на меня, мелкота человеческая? Что, ёи никогда не видели?

Лис снова лающе рассмеялся.

– Кто ты? – настороженно спросила девушка.

Пришелец уселся на землю в шаге от защитного контура и как будто усмехнулся.

– Ни к чему тебе мое имя, человечка. Хеги сказал, что Пламенные пришли сюда. Я думал, остроухие пожаловали. Эти, как их… Щингин-хао и его дружок-ищейка. Почитай, три сотни лет тут не показывались. Но я учуял человека. Пламенная человечка – это новость. Как тебя зовут?

Девушка впилась взглядом в лиса и ответила:

– Неважно. Это из-за тебя пропадают люди?

– Райга, не говори с ним, – прошептал ей на ухо Ллавен. – Помни, что сказал лаэ…

Но девушка только выдернула руку из его захвата, решительно сбросила перевязь и собрала на кончиках пальцев пламя.

Лис снова рассмеялся и саркастично повторил:

– Неважно. Впрочем, дай угадаю? Ты из Королевства Людей на материке, как и эти щенки. Рыжая, пусть и наполовину. И тебя коснулась красная смерть. Значит, ты Манкьери? Как там тебя назвал этот остроухий недоносок? Райга?

Лис пошевелил ушами и начал обходить по кругу защитный контур. Хвосты мерно покачивались, пока он говорил:

– Свет спасения? Это имя тебе не подходит, ты никого не спасёшь. Это что, Пламя? – он указал лапой на линию ее магии. – Его хватит только на то, чтобы давить букашек. Змеи сожрут тебя, стоит тебе сунуться к катакомбам. Слабачка-человечка!

Лающий смех настойчиво лез в уши и пробуждал источник. Колебания усилились, на нее накатил приступ раздражения. Огненный шар полетел в сторону зверя, но тот легко увернулся и сказал:

– Тебе меня не достать, глупая. Ты слишком жалкая. Бесполезная. Твой род надеялся на тебя. Но ты не смогла их спасти. И королевство свое не спасёшь. Двери скоро откроются, и миром будут править змеи. А вы станете нашей добычей. Слабачка-человечка!

В голосе лиса прозвучало торжество.

Райга не помнила, как перешагнула свой защитный контур. Она чертила заклинание за заклинанием, и каждое движение отдавалось болью в сломанной руке. Боль отвлекала, а колебания источника требовали предельной сосредоточенности. Зверь был на удивление ловок и хитёр. Он легко уворачивался от ее атак, постепенно отдаляясь от костра. Юноши звали ее и пытались образумить, но не могли выйти за пределы круга. Стреноженные лошади тревожно ржали.

* * *

Магистр шел по опустевшим коридорам. При каждом шаге из-под сапог взлетали облачка пыли. Наконец, он остановился. Аметистовый глаз внимательно оглядел комнату. Дверь была разнесена в щепки, на полу остались следы борьбы. Эльф изящным жестом начертил заклинание. Комната вспыхнула по периметру. Огонь беспощадно лизал стены.

Раздался жутковатый потусторонний вой, и на полу материализовался крупный лис с тремя хвостами. Глаза зверя остановились на фигуре мага. Он то ли рассмеялся, то ли закашлялся и сказал:

– Снова ты… Ты уже сжигал меня, Щингин-хао.

– И ты снова рискнул спуститься с горы и гадить здесь, – бесстрастно ответил эльф. – Сколько раз я должен сжечь твою оболочку, Хеги, чтобы ты забыл путь сюда?

Лис сел и расправил за спиной хвосты.

– Людское время кончается, остроухий. Время змеев и ёи приходит.

– Ваше время никогда не придет, пока существуют Пламенные.

Голос эльфа звучал ровно, а во взгляде его не было и тени сомнений. Лис только рассмеялся в ответ.

– Твоим собратьям нет дела до нас, остроухий. А у людей больше нет Пламенных.

– Есть.

Он мысленно коснулся ученической нити и нахмурился. Она тратила силу? И… уходила от того места, где он ее оставил⁈

– Значит, старший братец Вего был прав, – усмехнулся лис. – Ты привел с собой пламенную человечку.

Две вещи произошли одновременно: лис прыгнул, и вокруг эльфа взвилась спираль пламени. Огромный огненный цветок раскрылся, пожирая оболочку ёи. Линдереллио развернулся и бросился прочь. Вего был здесь, а значит, девочка в опасности. Пламя за его спиной погасло, оставляя угли и легкий запах гари.

* * *

Лис продолжал смеяться и уворачиваться от ее атак. Райга ничего не видела перед собой, кроме ухмыляющийся морды странного существа. Пламя внутри нее бесновалось и требовало сжечь мерзавца. Его предыдущие слова эхом отдавались в голове, подливая масло в костер ее злости.

Сила в источнике снова упала до минимума и девушка остановилась, чтобы перевести дух. Лис вспрыгнул на скалу перед ней и тоже замер, не пытаясь напасть. Райга опустила взгляд и невольно отшатнулась. Прямо под лапами ёи в скале располагалась круглая каменная плита, на которой было уже знакомое изображение глаза и эльфийские буквы. И поперек ее шли рыжие строчки и линии пламенных магических печатей. Силы в них было столько, что источник отозвался пульсацией. Она была так удивлена, что забыла про лиса. Девушка шагнула вперёд и протянула руку к двери. Накатившее чувство тревоги выбило из ее лёгких весь воздух и заставило рухнуть на колени. Шрам на лице откликнулся такой болью, что девушка невольно зажала его ладонью. Резкое движение отозвалось тяжестью и ломотой в поврежденной руке.

Лис снова лающе рассмеялся и глумливо спросил:

– Что, чуешь, слабачка-человечка? Эта земля умерла и будет пожрана змеями. Пламенное сердце Но-Хина погасло.

Райга не могла оторвать от круглой двери полный ужаса и удивления взгляд. И в этот момент лис прыгнул. Девушка заметила движение и поняла, что увернуться или ответить заклинанием уже не успевает.

Пламенный щит вспыхнул вперёд ней, а лис тонко завизжал, оказавшись в круглой клетке из пламени. Над головой прозвучал полный гнева голос наставника:

– Я же просил оставаться в круге!

Девушка медленно вдохнула, и эльф рывком поставил ее на ноги. От него исходило бешенство:

– Если я сказал ждать меня, то, когда я возвращаюсь, ты должна быть на том же месте, где я тебя оставил. Если я сказал не слушать ёи, значит, при их появлении нужно заткнуть уши и не выходить из круга!

Райга с трудом оторвала взгляд от двери и отошла на несколько шагов назад, пока чувство тревоги и боль в глазнице не притупились.

– Там… не один десяток змеев.

Магистр Лин вскинул бровь и оглянулся на дверь в скале.

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю… Просто чувствую. И… там что, Источник?

Наставник молча кивнул.

– Вы же сказали, что он погас? – требовательно впилась в него взглядом Райга.

– И он погас, – подтвердил эльф. – Он погас, и последний из Пламенных Но-Хина опечатал дверь. И умер здесь, на том месте, где мы сейчас стоим.

Эльф взмахнул рукой в сторону. И она увидела под деревом небольшой могильный камень с выбитыми рунами.

– Ты повелась на провокацию ёи. Если бы Хеги не проболтался, что Вего здесь, я бы не успел.

– А он и не нападал, – задумчиво сказала Райга. – Он как будто вел меня сюда.

Наставник резко развернулся и бросил через плечо:

– Идём. Твои друзья беспокоятся о тебе.

У костра ее встретили встревоженные лица юношей. Райтон склонил голову перед учителем и сказал:

– Простите. Я не успел ее остановить.

Ллавен шептал заклинание над своей рукой. На его запястье красовался ожог. Райгу кольнуло чувство вины. Она села рядом с другом и произнесла:

– Прости.

– Извиняется она перед ним, – проворчал Миран. – А перед нами не обязательно, что ли? Мы не могли выйти из этого дурацкого круга и помочь тебе.

Ллавен бросил него предупреждающий взгляд.

– Не беспокойся, – его голос звучал глухо. – Я сам виноват. И не ругайте ее. Ёи спровоцировал ее, она же Пламенная. Неудивительно, что ее понесло…

Следующий укоризненный взгляд он адресовал магистру Лину. Тот холодно сказал:

– Вот именно, что она Пламенная. Единственная. И пора начать беречь свою голову, а не поддаваться на провокации Великих герцогов и злобных духов.

Райга опустила голову, признавая правоту наставника.

– За последние дни случилось слишком много всего, – примирительно добавил Райтон. – Нам всем нужен отдых.

– Осмотри ее руку, – приказал наставник Ллавену и повернулся к девушке. – Развеивай контур. Я поставлю на ночь свою защиту.

Пока магистр Лин расширял круг и ставил сложный контур из трёх видов магии – пламенной, водной и эльфийской, Ллавен шептал заклинания над рукой Райги. Наконец, он снова забинтовал ее предплечье и плотно привязал к телу.

– Не вздумай снимать повязку до утра, – предупредил он её. – И тебе придется проходить лишний день с ней.

Она вздохнула и поблагодарила эльфа, а затем ушла в сторону от костра.

Через некоторое время к ней подошёл Райтон. Они молча стояли рядом и смотрели в темноту за защитным кругом. Потом он покосился на девушку и тихо сказал:

– Чего ты из-за этого завелась? Это же неправда, не может быть правдой.

– Он не первый, кто намекает на то, что в смерти моей семьи виновата я.

– Сколько тебе было, когда они погибли? Четыре? Пять? Ты, действительно, считаешь, что в этом возрасте ребенок может справиться с тем, с чем не справился целый замок сильнейших Пламенных?

– Слишком много совпадений. Хайко Хебито. Ёи. Записка… И я кое-что вспомнила из того дня. Везде фигурирует эта фраза: «Ты справишься».

Райтон повернулся и какое-то время сверлил ее взглядом.

– Выброси это из головы, – наконец, сказал он. – Там было красное проклятье. Ты ничего не могла сделать.

Остаток вечера Райга была тиха и задумчива. Она молча выслушала ещё одну суровую отповедь от магистра Лина. Без аппетита съела все, что положил ей в тарелку Ллавен, и легла спать.

Рассвет снова встретили в сёдлах. Весь день они ехали по дороге между двух невысоких поросших лесом гор.

– Фурикоран, – указал наставник на одну из них. – Рассадник нечисти этого региона. Пламенные раньше зачищали гору два раза в год. Теперь жителям остаётся только истреблять тех, кто с нее спустился.

Наго они достигли к вечеру. Оказалось, что это скорее не город, а несколько гостиниц около известных горячих источников. Райга ходила как в тумане, мимоходом отмечая уже знакомый но-хинский быт, постель на полу и непривычную еду. Приняли их там с восторгом и подобострастием. Лучшие комнаты лучшей гостиницы с непроизносимым названием тут же оказались в их распоряжении. Райга провела вечер в одиночестве за чтением своих пометок и Пламенных Хроник.

Ллавен наложил нужные заклинания на ее руку, удовлетворённо кивнул и оставил перевязь ещё на сутки. В путь они отправились только после обеда. Пока ехали по дороге между гостиницами, Райга заметила, что местные жители во все глаза смотрят на нее. Она подстегнула лошадь и догнала магистра Лина.

– Почему они так смотрят на меня?

– Наслышаны о том, что наследница рода Манкьери жива и закрыла черную воронку в августе, – ответил эльф. – Для них имеет значение только то, что ты Пламенная, помнишь?

Неожиданно им преградила невысокая сухонькая старушонка. Она опустилась на колени и коснулась лбом земли, а затем что-то залопотала на но-хинском. Магистр Лин покосился на Райгу и ответил но-хинке. Та неуклюже поднялась и, похоже, рассыпалась в благодарностях. Эльф спрыгнул с коня и подал руку Райге. Девушка спешилась и непонимающе посмотрела на учителя.

В этот момент старушка, непрерывно кланяясь, шагнула к ним. В руках ее теперь был поднос, на котором лежал круглый серебряный медальон с выбитыми рунами. Магистр помог Райге снять перевязь и сказал:

– Просто сожги это, как клинок, который тебе дал Фортео.

Девушка осторожно протянула руку и подняла медальон. Через мгновение металл вспыхнул, раскалился до белизны и, вопреки законам природы, начал осыпаться крупными хлопьями пепла. Они падали на поднос, и шустрая девчонка с величайшим почтением собирала их в глиняный горшочек. По рядам собравшихся пронесся благоговейный вздох. На глазах старушки появились слезы, она начала снова что-то горячо лопотать по но-хински.

Когда они отъехали от города, Райга просила:

– Что это было? Она собрала этот пепел с таким лицом, как будто я ей золота отсыпала.

– Ты отсыпала ей больше, чем золота, по местным понятиям, – пояснил Райтон. – Пепел Изначального считается здесь оберегом. Учитывая, что Пламенных на острове Кайсу не видели очень давно – ты только что создала реликвию для целого рода.

– Тогда почему она не попросила вас? – озадаченно повернулась он к наставнику.

Эльф бесстрастно ответил:

– Мое Пламя хранит только мой народ. Это свойство приписывают только пеплу, созданному человеком.

Миран догнал их и задал вопрос:

– Кстати, как ты это делаешь? Разве металл не должен плавиться? Как ты превращаешь его в пепел?

Райга только пожала плечами в ответ. А магистр Лин пояснил:

– Пламенная магия не равна обычному пламени, мальчик. Её источник – отражение Изначального, из которого создан наш мир. Изначальное сжигает все. Нужно только суметь его направить.

Темный хмыкнул и придержал коня, чтобы и дальше ехать позади вместе с Ллавеном. Райга почувствовала на себе пристальный взгляд младшего эльфа, но не обернулась.

* * *

На то, чтобы добраться до побережья, у них ушло ещё два дня. Нежить встретилась им только раз – колония из шести ликатрасов на местном кладбище. Магистр Лин предоставил адептам возможность показать себя и не шевельнул даже пальцем.

Райга все дни была необычайно молчалива. Она неизменно ехала рядом с наставником. Эльф не утруждал себя светской беседой, и их обоих это устраивало. Юноши ехали позади. Миран болтал без умолку, расспрашивая Райтона о местных обычаях. А Ллавена принц начал учить но-хинскому. По вечерам девушка то и дело ловила на себе встревоженные взгляды товарищей.

Когда вдали показались ворота небольшой деревеньки, в которой жила Эрига, Райга едва удержалась, чтобы не подстегнуть лошадь. У ворот деревни они спешились и повели коней в поводу. Знакомые ворота были распахнуты. Ллавен перехватил поводья ее лошади, и Райга, наконец, шагнула во двор, чтобы тут же оказаться в объятиях Эриги.

Девочка-служанка торопливо поклонилась каждому из вновь прибывших и убежала в дом. Пожилой конюх увел лошадей. Райтон торжественно вручил Эриге бумаги на опекунство. Та утирала слезы и хрипло благодарила всех, а затем поковыляла к дому.

Райга с удовлетворением отметила, что она больше не испытывает былой жути от источника своей родственницы. Остывшие угли и пепел вызывали жалость и сострадание.

«Она моя тетя», – подумала девушка. И испытала от этой мысли невероятное удовлетворение.

За ужином Эрига усадила ее рядом с собой и выдала фамильное серебро. Новости магистр пересказал коротко. Серьезный разговор решили отложить до утра. Райга чувствовала невероятную усталость. Казалось, все события последних недель будто навалились разом. Она вполуха слушала ничего не значащий разговор своих товарищей и клевала носом, пока Эрига не сжалилась над ней и не отправила в постель.

Тогато был в отъезде, и тетя попросила Райгу ночевать с ней. Девушка согласилась. Она послушно набросила чистое коричневое хакато и легла на неизменный матрас на полу. Перевязь Ллавен снял, и теперь о травме ничего не напоминало. Синие рубцы на другой руке тоже рассосались.

Эрига села рядом с ней на свой матрас, провела ладонью по рыжим волосам племянницы и спросила:

– Тебя что-то гложет? Ты сама не своя.

Какое-то время девушка молчала. А потом сама не заметила, как начала высказывать все, что так долго копилось у нее на душе…

* * *

…Эрига вышла из комнаты и тихо притворила дверь. В доме было темно и тихо. Пламенный светлячок вспыхнул над головой, и она увидела рядом эльфа.

– Спит? – бесстрастно спросил он и взглядом указал на дверь.

Та согласно прикрыла ресницы и прошептала:

– Это действительно было так необходимо, Щингин-хао?

Тот пронзил бывшую Пламенную взглядом и вздохнул:

– Она все рассказала тебе.

В голосе эльфа прозвучал оттенок досады. Эрига печально посмотрела на него.

– Ей слишком многое приходится держать в себе. Она слишком юна. За последний год произошло слишком многое. Неудивительно, что ей захотелось поделиться этим.

Эльф спрятал руки в рукава хьяллэ и сказал:

– Надеюсь, ты понимаешь, что эти знания не предназначены для людей.

– Можешь рассчитывать на мое молчание, – кивнула Эрига. – Я благодарна за то, что ты хранишь последнее дитя рода Манкьери.

– Ее источник стабилизируется через пару месяцев. Теперь она вне опасности.

Женщина только покачала головой.

– Кто-то все ещё хочет ее убить. Но я рада уже тому, что больше ей не придется возвращаться в Сага. Этот змеев паршивец Аурелио остался с носом. Хотелось бы мне видеть его лицо в тот момент, когда он узнал, что король удовлетворил мое прошение.

На ее губах появилась ядовитая усмешка. Эльф развернулся и бросил:

– Мы останемся здесь на два дня. Я хочу снова сходить к Хайко.

Женщина только с сожалением покачала головой:

– Не знаю, будет ли в этом смысл. Разум Змея в эту пору года пребывает в тумане ещё более густом, чем те, что приходят с моря.

Глава 22
В доме Эриги

Просыпаться, когда за окном ярко светит солнце, было странно. Некоторое время Райга лежала и смотрела в потолок. Чувство вины грызло ее изнутри. Она не должна была рассказывать все Эриге вчера. Даже друзьям девушка не решилась рассказать о том, что произошло в библиотеке в тот день. А Эриге вывалила все разом, все свои страхи и горести прошедших месяцев. Стыдно было как перед тетей, так и перед наставником.

Удивительно, но ее снова решили не будить. Когда Райга вышла из комнаты, оказалось, что пришло время обеда, и ее ждут. Все уже собрались за столом. Друзья смотрели на нее удивлённо и переглядывались между собой. Магистр Лин, вопреки обыкновению, не удостоил ее даже взглядом, и Райга сразу поняла: знает. Она укоризненно посмотрела на Эригу, но та лишь улыбнулась в ответ и потянула ее за стол. Накрыт он был по но-хински – огромное количество маленьких тарелочек с десертами и закусками. В основном – из рыбы и всевозможных морских гадов.

Райтон с видимым удовольствием уписывал жареные крылья ската.

– Для тебя это как будто привычная еда, – задумчиво сказала она принцу.

– У мамы есть но-хинский повар, – кивнул юноша. – А морепродукты поставляют из Каядо через портал.

Райга с тоской подумала, что за эти дни она уже съела столько рыбы, что, кажется, наелась ей на год вперёд. Эрига понимающе усмехнулась и поставила перед ней тарелку лапши с незнакомыми грибами и соусом. Все рыбные закуски девушка проигнорировала, съела пару клейких рисовых пирожков со сладкой красной начинкой и выпила странный чай с молочным привкусом. Как только прислуга убрала со стола, они, наконец, перешли к тому, зачем приехали.

Записки Эрига долго держала в руках. Первые хроники Пламенных ее не особо заинтересовали. И Райга открыла их сама. Какое-то время она не рассматривала картинки на первой странице, затем тихо позвала:

– Магистр Лин?

– Что? – откликнулся эльф, по-прежнему не удостаивая ее взглядом.

– Вы же были на том кладбище, где проходил практикум? Были за стеной?

С этими словами она протянула ему книгу.

Наставник бросил короткий взгляд на хроники и ответил:

– Был.

– Почему там стоит эта статуя?

И она указала на изображение мужчины с рыжими крыльями. Только теперь девушка поняла, что его крылья были сотканы из пламени. Как и у статуи, которую Райга видела на практикуме по нежитеведению.

Магистр Лин, наконец, поднял на нее взгляд и сообщил:

– Это традиционное изображение Райсия Кеуби, прародителя Пламенных. Призраков проклятия может остановить только Пламя. Неудивительно, что его изображения стали устанавливать в местах, где погребены погибшие от этого яда.

Девушка вновь протянула к себе книгу и продолжила задавать вопросы:

– А почему у него крылья?

– Традиции, девочка. Двоих старших сыновей Бога-Прародителя изображают с крыльями. Райтоо – с голубыми или белыми, а Райсия – с Пламенными. Почему тебя так заинтересовал этот памятник?

Райга пожала плечами и нервно провела рукой по челке.

– Не знаю. Просто он странный.

Эрига осторожно спросила:

– Ты ощущала там что-то… необычное?

Какое-то время девушка думала, стоит ли им говорить. Но потом все же ответила:

– Да. Правая половина моего тела реагировала на то, что там происходило. Это было похоже на покалывание.

– Похоже на покалывание… – задумчиво повторил за ней магистр Лин. – Пожалуй, мы посетим это место еще раз вместе с Махито. Она будет счастлива описать неизвестный науке феномен.

– Может, не стоит? – поежилась Райга.

– Стоит, – жестко ответил наставник. – Давай вернемся к письмам. Эрига?

Бывшая пламенная вздохнула и сказала:

– Это почерк Эрисии, однозначно. Но я не понимаю о чем речь. «Дверь за нашей стеной. Вспомни свою колыбельную», – процитировала она. – Стена комнаты, стена замка… Это может значить все что угодно.

– Колыбельная, Эрига, – напомнила Райга. – Подсказка должна быть там. Какие колыбельные пели в роду Манкьери? Это я и хотела спросить у тебя.

Ее тетя расправила широкий рукав хакато и мягко проговорила:

– Твоя мать была из другого рода. Она могла петь тебе что-то из сказаний рода Сага. И тогда… ответ на это тебе даст только дядя.

Девушка отодвинулась от стола и задумалась.

– Я думаю, что это должна быть мелодия, которая передается в роду Пламенных, – уверенно сказал Ллавен. – Это как-то связано с дверью, которая существует чуть ли не с начала мира. Если верить тому, что написано в книге, то Пламенным был доверен ключ. И ключ передан Райге. Это подсказки для поиска двери. И они должны быть частью легенд рода Кеуби, а затем и Манкьери.

Эрига печально улыбнулась и закашлялась. А после развела руками:

– Я не помню колыбельных, в которых было бы что-то, связанное с дверями. Зайчики, белочки, птички… Мне жаль вас разочаровывать…

– Если бы я могла вспомнить ещё хоть что-то, – с горечью прошептала Райга.

– Ну, допустим, способ существует… – тихо начал Райтон.

– Нет, – оборвал его магистр Лин. – Это слишком опасно.

Райга перевела изумлённый взгляд с принца на наставника и обратно, затем требовательно спросила:

– Что ты имеешь в виду?

Эльф бросил предостерегающий взгляд на своего ученика. Но принц, поколебавшись, ответил:

– Дознание. Ментальная магия ищеек. С ее помощью можно выудить даже то, что ты не помнишь. По ассоциации.

– А можно и не выудить, – холодно сказал магистр. – И если случайно ищейка увидит что-то, связанное с твоим отречением или тем, о чем ты говорить не можешь… Печать сработает. А этого допускать нельзя.

Райга сказала:

– Хунта знает о Печати. И он с радостью покопается в моей голове.

Наставник пронзил ее ледяным взглядом.

– И мы не можем ему доверять, если ты помнишь. Мальчишка ведёт свою игру.

Она только пожала плечами.

– Я все равно ничего не знаю про артефакт Кеуби.

Эрига кашлянула и заговорила вновь.

– Эта история с артефактом вообще сомнительна. Если бы Кеуби смогли сохранить хоть что-то, это было бы величайшим сокровищем рода. О нем бы знали все. Даже малые дети в Манкьери.

Девушка кивнула и добавила:

– Я просмотрела все летописи того периода. Нигде не упоминается артефакт. И из этого можно сделать интересный вывод.

– Какой? – поднял брови Ллавен.

– Кто-то пустил этот слух среди родов намеренно, – ответил за нее Райтон. – Либо для того, чтобы стравить их между собой. Или чтобы убрать тебя. Есть те, кто не погнушается ничем, чтобы добыть для своего рода такое сокровище и силу.

Магистр Лин только прикрыл глаз, соглашаясь с ним. Райга обхватила руками колени и добавила:

– Но все же я нашла кое-что интересное. Не в летописях. Придворный целитель того времени описывает один из разговоров короля с Райданом Кеуби. И в их разговоре есть очень интересная фраза.

– Какая? – нахмурился Миран.

– Он сказал: «Наша кровь будет ждать своего часа». И это перекликается с тем, что написано в письме отца к Эриге. Они ждали, что родится тот, кто сможет пробудить кровь Кеуби, что бы это ни значило.

– И, получается, дождались, – невозмутимо добавил магистр. – Мы предполагаем, что в четыре года у тебя была активная магия, помнишь?

– Вопрос только в том, сколько этой хваленой силы осталось у меня после красного проклятья, – вздохнула Райга и отвернулась. – Оно повлияло на мое тело и повлияло на мой источник.

Какое-то время все молчали. Первым заговорил магистр Лин.

– Нам придется изыскать способ оказаться в Сага. Придется лезть в библиотеку герцога. Нам нужны все сохранившиеся хроники Пламенных.

– Это незаконно, – возразил Райтон. – Если он поймает нас… – он покосился а темного. – Если Сага поймает Мирана на воровстве, то упечет его в тюрьму.

– Значит, нам придется потрудиться и сделать так, чтобы его не поймали, – бесстрастно ответил эльф. – Если тебя это утешит, использование Печатей Молчания в отношении высокородной леди тоже не совсем законно.

По лицу принца было понятно, что возражения вертятся у него на языке. Но юноша с усилием опустил взгляд и начал рассматривать свои руки. Миран шутливо ткнул его в бок и торжествующе заявил:

– А я говорил!

Райтон глянул на него исподлобья и процедил:

– Да ты хоть понимаешь, что будет, если меня поймают на соучастии в краже древних рукописей из библиотеки Сага?

– Скандал, – поежилась Райга.

– Феерический скандал, – кивнул Ллавен.

– Так не попадайтесь, – холодно бросил наставник.

Эрига примирительно сказала:

– Сначала вам придется придумать способ попасть в Сага легально. Войти и выйти в поместье бесшумно не удастся. Чтобы осуществить свою задумку, вам придется стать там гостями на несколько дней.

Их разговор был прерван появлением одной из служанок. Та испуганно поклонилась и залопотала что-то на но-хинском. Глаза Эриги изумлённо распахнулись. Но прежде чем она успела ответить, за спиной девушки появился тот, кого они меньше всего ожидали увидеть. На пороге стоял Хайко Хебито.

На нем было все то же потрёпанное хакато. Безумные светлые глаза остановились на Райге. Казалось, он не видел ничего вокруг, только ее одну.

Эрига жестом отпустила служанку, и девчонка поспешно закрыла дверь. Хайко медленно вошёл и осторожно опустился на подушку рядом с Райгой. Девушка внутренне подобралась. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не отшатнуться. Но, вопреки ее ожиданиям, но-хинец спокойно произнес:

– Ты выжила и победила пустоту.

При одном воспоминании о том, что случилось в библиотеке, Райгу пробрала дрожь. Но она нашла силы ответить ему:

– Да. Откуда вы узнали?

Он расхохотался.

– Ты – последнее Пламя этого мира. Твой источник почти погас. И я чувствовал, как весь мир замер в ожидании. Но он разгорелся вновь.

Безумный Змей протянул руку и погладил ее по щеке.

Райга резко выдохнула и процедила сквозь зубы:

– Можно задать вопрос?

Белесые глаза впились в нее.

– Вопрос? Ты выросла, маленькая Манкьери. Хочешь задавать вопросы мне, говорящему с ветром и волнами, но осень наступает, осень мне мешает…

Его голос перешёл в бормотание, а глаза начали блуждать по комнате. При этом его взгляд не задерживался ни на ком из присутствующих. Как будто он не видел никого, кроме Пламенной. Райга терпеливо дождалась, пока мужчина снова обратит свой взор на нее и повторила:

– Вопрос. Я могу спросить?

Хайко медленно кивнул.

– Можно ли снова зажечь Источник в Эире?

Краем глаза она увидела удивление, написанное на лицах друзей. И даже в аметистовым взгляде магистра Лина промелькнуло недоумение. А Эрига, казалось, потеряла дар речи.

Хайко же посмотрел на нее совершенно серьезно. Кажется, он никогда ещё не был так серьезен и далёк от своего безумия.

– Да, – его ответ прозвучал в полной тишине. – Ты была рядом с ним и почувствовала, верно?

– Да, – прошептала Райга. – Он не погас. В нем нет больше силы, и он просто спит.

Хайко посмотрел на нее с сочувствием и снова коснулся пальцами ее щеки под алым глазом.

– Но Пламени для этого нужно больше, чем есть у тебя, маленькая девочка.

Она не дрогнула.

– Я вырасту. И могу попросить о помощи… – девушка покосилась на наставника.

– Эльфийское Пламя горит только для Мерцающего леса, – покачал головой Хайко.

– Тогда как мне зажечь его?

– Ждать. И выяснить, есть ли в тебе сила осени?

С этими словами Безумный змей резко встал и вышел, не прощаясь. В комнате воцарилась тишина.

Магистр Лин нарушил затянувшееся молчание:

– Ты и правда ощутила это там?

Райга повернулась к учителю и кивнула.

– Вего привел меня туда, чтобы я ощутила змеев и безысходность. Потому что там их… очень много. Но я ощутила, что Источник внизу уснул. И Пламя ещё живёт в нем. Ждёт.

Эрига изумлённо хлопнула ресницами:

– Вего? Ёи? Вы ехали через Эире?

Магистр Лин ответил вместо неё:

– Кадзу-хао попросил меня истребить их. Вего и Хеги снова спустились с горы Фурикоран, начали пропадать путники. Я сжег их оболочки, так что вернуться они теперь смогут нескоро.

Ее тетя укоризненно произнесла:

– Опасно было брать детей туда.

Наставник холодно сказал:

– Опасно было не выполнять мои приказы. И повестись на провокацию твари с той стороны.

Райга покаянно склонила голову. Эрига вздохнула, обняла ее и пробормотала:

– Ну что же ты совсем себя не бережешь…

Магистр Лин поднялся и сказал:

– Все уже закончилось. Я их защитил. Пора на тренировку.

Эрига предпочла остаться в доме, и Райга ее понимала. Тяжело смотреть, как другие учатся тому, что тебе решительно недоступно. Эльф, кажется, собирался отыграться за все дни вынужденного бездействия в седлах. Сначала он гонял каждого из мальчишек с мечом. Потом они перешли на магию. Причем Райга половину времени тренировалась с хаиё, а затем перешла к попыткам управления двумя заклинаниями одновременно. Устала она так, что за ужином поглощала все, не чувствуя вкуса еды. После горячей ванны рухнула в постель.

Позволить себе расслабиться и лечь пораньше оказалось ошибкой. Ей снова снилась круговерть из событий последних недель. Золотые искры внутри орочьего опала, колебания силы в источнике, холодный взгляд Хаэтеллио. Призраки с розовыми волосами в ее сне гонялись за лисом и ловили его за хвосты. А в глубине горы тускло светился Источник, который спал. Ждал ее.

Девушка проснулась среди ночи и около часа просто лежала с открытыми глазами. Источник внутри действительно отчаянно колебался. От перепадов силы ее бросало то в жар, то в холод. Это случалось все реже. И от этого ощущения казались ещё более неприятными.