Текст книги "На мягких лапах (СИ)"

Автор книги: Оксана Крыжановская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

  И я убила двоих! А у них ведь тоже были те, кто не хотел их терять.

  – Эль?

  Я повернула голову и поняла, что двуногие повернули налево, а я прошлась дальше.

  Подойдя к подруге, я уткнулась ей в ноги и прорычала:

  – Извини меня.

  Ивильмира обняла меня за шею и взволнованно спросила:

  – Что случилось?

  Хоть я знала, что она меня не понимает, но все же ответила:

  – Я не успела спасти твою сестру и убила двух двуногих.

  – Эль, если ты переживаешь из-за тех двоих, то успокойся, – как обычно, проявил нехилое понимание Дэрек. – Безликие бессмертны и когда закончится регенерация, они придут в себя. Поэтому нам нужно поторапливаться.

  Стоило ему это сказать, как я услышала звук открывающейся двери в пяти прыжках от нас. Я тут же повернулась назад и зарычала, а Дэрек с Ивильмирой обнажили мечи (подруга забрала его у "помощника").

  Мы приготовились защищаться, но тот, кто вышел из комнаты, заставил меня и Ивильмиру удивленно переглянуться. Кого-кого, а вот его увидеть тут мы точно не ожидали!

  Мужчина уже не пах утреней росой, а смердел разлагающейся плотью. Белоснежное сияние вокруг него потускнело, а кожа стала синевата, как у трупа.

  Он нас тоже узнал, удивился, а потом, не веря глаза, пораженно спросил:

  – Вы? Что вы тут делаете?

  Подруга не ответила, а не менее ошарашено спросила:

  – Ты... ты зомби?

  Разлагающиеся губы искривились в насмешки, и мужчина с сарказмом ответил:

  – Благодарю за пояснения, а то я никак не мог понять: кто же я такой?

  – Извини, – без капли смущения ответила женщина, а потом с вызовом спросила: – Может, по старой дружбе, сделаешь вид, что нас не видел?

  – «По старой дружбе»? – вновь насмешливо ухмыльнулся мужчина, а затем махнул рукой и добавил: – Так уж и быть, спасу вас в очередной раз, леди.

  – Спасибо, – широко улыбнулась женщина.

  – В этот раз преставать с двусмысленными намеками не будете?

  Если он думал, что этим замечанием смутит ее, то круто ошибался. Ивильмира была именно той, кто заставляла смущаться. Этот мужчина не стал исключением, стоило валькирии перевести взгляд на низ его пояса и вызывающе спросить:

  – Если там еще есть к чему приставать, то с удовольствием!

  Зомби, не найдя что на это ответить, уставился на пол. Разгладил эту неловкую ситуацию Дэрек, с явно не наигранным раздражением проговорив:

  – Ива, я понимаю, что находясь в заключении, ты проголодалась по мужскому вниманию, то сейчас у нас на это нет времени!

   – Ой, не ревнуй, – отмахнулась она, а затем улыбнулась зомби и искренно сказала: – Спасибо тебе. К сожалению, я не могу тебе помочь. Моя сестра, – ее голос дрогнул, – она некромант и смогла бы тебе помочь, а я нет.

  – Уже поздно, – только и ответил зомби.

  – Кстати, если встретишь незнакомую девушку лет девятнадцати, которая отзывается на имя Лида, то скажи ей, пожалуйста, чтоб она уходила, – попросил Дэрек. – Скажешь ей, что брат с Ивой и Эль спаслись и чтоб она, в случае чего, направлялась к первому дереву. Я буду тебе очень благодарен.

  – Хорошо, если встречу то передам, – согласился мужчина с тусклым, но не погасшим ореолом света вокруг фигуры, потом кивнул на прощанье и ушел.

                                                                           ***

  До храма мы на удивление добрались быстро и без происшествий. По пути нам несколько раз попадались двуногие и твари. Последние, очень удивляли Дэрека и "помощника", но толково объяснить, что это часть Лидиного плана я не могла.

  Храм Урина, или как там называется этот бог, меня после Храма Сирин впечатлил только одним: тут было светло, из-за странных светящихся камней в стенах. Правда свет помогал видеть всю столетнюю пыль, паутину и попадавшееся скелеты, а это настроение безмятежной прогулке не прибавляло. Ко всему он был частично разрушен, поэтому многие стены и потолки были поваленные, и их приходилось либо обходить, либо пролазить, через дыры. Точнее мне приходилось пролазить, чтоб узнать, есть дальше путь или нет. Хотя двуногие храм оценили: иногда они застывали возле той или иной расписной стены, а Дэрек принимался что-то патетично рассказывать. В общем, передвижение в храме заняло намного больше времени, но мы все-таки смогли выйти до "Зала Ритуала", где, по словам главного мастер, и можно было вызвать бога.

  Когда мы оказались в "Зале Ритуала" Ивильмира весело улыбнулась и заявила:

  – Кажется, кто-то там говорил: «Я заплачу, сколько ты захочешь, если ты мне только достанешь информацию о храме Уирина»?

  – Это единственное, о чем ты сейчас думаешь? – со смешком спросил Дэрек.

  – Ну, еще я думаю о том, чтоб вернуться и все-таки попристовать к тому зомби, – с лукавой улыбкой ответила женщина.

  – Вот снимем проклятье, и тогда вали, домогайся каждого встречного мужика! – с раздражением ответил главный мастер, у которого вся радость от перебивания тут волшебным образом испарилась.

  – Не дождусь уже! – с нетерпением воскликнула валькирия и даже сжала кулаки и подпрыгнула от нетерпения. Заметив, что жрец на нее зло пялиться, она удивленно выгнула бровь и заявила: – А ты чего застил? Иди, проводу ритуал, пока я не начала приставать к нашему «помощнику»!

  Дэрек медленно перевел взгляд на мужчину, а тот испуганно ссутулился и вдруг шагнул за спину Юриэнны.

  Самодовольно улыбнувшись, от чего валькирия закатила глаза к потолку, жрец схватил Ивильмиру за руки, словно в страхе, что пока она будет вызвать бога, та и впрямь накинется на беззащитного "помощника".

  – Ты чего? – насупилась женщина.

  – Так надо для ритуала, – ответил главный мастер, после чего они направились в середину «Зала Ритуала», где стояла каменная плита с выдолбленным профилем кота. Точнее то, что там изображен профиль, понятно только когда присмотришься. Поначалу ты видишь непонятный узор из золотых змеек, кончики которых завиваются в странные загогульки. Но самое поразительно оказалось то, что «загогульки» оказались рунами, слаживающимися в слова:

  "Неверны ваши все ответы.

   Загадок тут тем более нет.

  А если ты это читаешь,

  То приветствую тебя, Великий Мао.

  Хоть тяжело мне это говорить,

  Но судьбу тебе пророчу я печальную:

  Смерть твоя откроет путь одним или другим,

  А вот кому – решать только тебе.

  Ты просто знай – верных путей на свете нет,

  Поможешь одним – придашь других.

  У каждого из них своя история и правда,

  А о путях достигнуть своей цели -

  Судить только тебе"

  – Какая необычная плита, – рассматривая рисунок, сказала Ивильмира. – И если присмотреться, то, кажется, что изображен профиль кота и какие-то знаки. Ты знаешь, что тут написано?

  -Нет, – ответил Дэрек, с восхищением разглядывая рисунок.

  – Ха, а еще главный мастер! – фыркнула насмешливо валькирия.

  – Да будет тебе известно, за всю нашу историю, не нашлось не одного существа способного это понять! Я вообще читал, что это не письмена, а просто необычный орнамент.

   – Оправдывайся-оправдывайся, – иронично протянул валькирия, насмешливо кивая головой. – И вообще закругляйся и приступай наконец-то к ритуалу.

  – Меньше меня отвлекать надо! – парировал Дэрек, а потом повернулся к нам: – Можете выйти за приделы круга?

  Юриэнна, "помощник" и я послушно отошли назад, за золотой круг, который слабо светился под пылью.

   Дэрек поднял руку, в которой была зажата рука валькирии, вверх и принялся говорить на другом языке. Вся его болтовня сводилась к одному: "Мы – букашки, не смеющие даже мечтать о встречи с богов, но все равно просим, чтоб он спустился и помог нам бездарям". Большая часть монолога занимали фанфары посвященные Уирину, в котором были произнесены, кажется, все существующие на земле положительные прилагательные.

  Когда монолог был закончен, Дэрек опустил руки и с ожиданием уставился на Ивильмиру. Женщина нахмурилась и удивленно спросила:

  – Чего это ты на меня пялишься так, словно ожидаешь, что я сейчас скажу: «Трепещи смертный! Я и есть Уирин!»?

  Главный мастер закатил глаза, тяжело вздохнул и признался:

  – Я жду, пока ты начнешь насмехаться над проваленным...

   ...Пыль на полу вдруг вздернул порыв ветра. Он волчков закрутился по кругу, а затем резко исчез, вот только пыль так и осталась кружиться в воздухе, мешая рассмотреть, что именно твориться в кругу.

   – Ты?! – послышался пораженный голос Ивильмиры... а затем лишь тьма.

                                                                               ***

  Сил не было даже шевельнуть хвостом, не говоря уже о том, чтоб открыть глаза. Да еще голова раскалывалась, словно меня огрели по затылку чем-то тяжелым. В памяти огромная дыра, но воспоминания по кусочкам вспыли в голове: мы добрались до логова Юлиана, я потеряла контроль, напугала Мелкую и побежала за ней, напала на запах Дэрека и Ивильмиры, помогла им спастись. Потом мы встретили того "милого спасители", попали в храм Уирина, поглядели на странный камень с золотым профилем кота, жрец провел ритуал... а дальше пусто. Сколько не старалась, я так и не могла вспомнить, что случилось дальше и почему я сейчас лежу не на пыльном полу в храме, а на траве в лесу.

  Наконец-то головная боль прошла, и я открыла глаза. Оглянувшись, я убедилась, что это не галлюцинации, и я вправду нахожусь в лесу... в Лунном Лесу! А рядом со мной лежат спасенные двуногие, с "помощником" за компанию.

  Но как?!

  Застонал Дэрек, схватился за голову, затем приподнялся на локте, присел, страдальчески разлепил глаза, увидел меня и... и у него почему-то отпала челюсть, а глаза ошарашено увеличились.

  Я оглянулась, чтоб посмотреть, от чего это его так перекосила... и увидела. Мое тело, включая хвост, стало покрыто золотыми "загогульками", прямо как на том камне. И если бы они просто были, так они еще и ползали по моей шерсти, словно маленькие живые змейки. Я, было, попыталась их стряхнуть лапами, но быстро поняла, что мои попытки четны.

  – Мао?! – В этом едином слове Дэрек умудрился смешать страх, недоверие, надежду, ужас и счастье.

  Я вновь оглянулась, чтоб увидеть ирусана из легенды... но никого не было, а главный мастер Эванс смотрел почему-то на меня.

  И тут в памяти запоздало всплыл кусок воспоминаний связанный с текстом, который я прочитала на камне в центре "Зале Ритуала"... и мне стало совсем не по себе. Особенно из-за фразы: "Смерть твоя откроет путь одним или другим...".

                                                  Глава восемнадцатая

                                                     Терять и находить

  – Ты уверенна? – серьезно спросил Дэрек.

  – Давай! – решительно ответила Ивильмира.

  – Если не получиться, то будет больно, – пытался образумить подругу жрец.

  – Дэрек, ты сам сказал, что только тот бог мог нас сюда перенести, а значит и проклятье он мог с нас снять! – стояла на своем женщина.

  Не проснувшаяся после жреца валькирия, не Юриэнна и не помощник, которого, оказалось, зовут Соль, понятия не имели, что случилось в храме. Вместо воспоминаний у каждого была здоровенная, темная дыра. Не одна я услышала восклицания Ивильмиры "Ты", но кого она узнала подруга так и не вспомнила.

  На счет моей новой окраски у каждого были разные реакции. У Соли шока и радости было намного больше, чем у главного мастера Эванса. Он даже упал передо мной на колени и принялся бить челом землю, приговаривая, как он рад встречи и что я должна его покарать за то, что он вовремя меня не узнал. От фанфар, которые он поразительно мастерски сочинял на ходу, у меня через минут пять чуть уши не свернулись в трубочки, от чего я стала слегка сочувствовать их богам. Хотя, может именно они ввели такое правило в желании потешить свое самолюбие. Юриэнна отнеслась к моему преобразованию с прохладным интересом, а вот Ивильмира с издевательски хохотом и подколками на тему, что если раньше я популярностью у ирусанов мужского пола не пользовалась, то теперь, как легендарный Мао, могу собирать собственный гарем. Еще она добавила, что на место главного мужа я могу взять только Икара, потому как только он достоин этой чести, ибо заслужил. В общем, поиздевалась она надо мной знатно, а потом переместилась на Дэрека с требованием проверить, снялось ли их проклятье.

  – Хорошо! – сдался жрец. – Начнем!

  Я, дроу и Соль сидели возле небольшого костра и с настороженным интересом наблюдали за тем, как проклятые поворачиваются друг к другу спиной.

  – Раз, – сказал Дэрек.

  Проклятые сделал шаг вперед.

  – Два, – продолжила Ивильмира.

  И еще один шаг.

  – Три.

  Двуногие на секунду замялись, оглянулись, а затем решительно шагнули вперед и... стали находиться друг от друга на расстоянии шести шагов.

  – Ура! – заверещала Ивильмира, а затем подскочила к Дэреку и обняла его. – Я не могу поверить. Мы свободны!

  – Что я говорил! – усмехнулся жрец, а затем подхватил валькирию под мышки, поднял, и они закружились на месте, словно юла.

  Не понимаю я этого. Они освободились от проклятья, но при этом продолжают липнуть друг к другу, как два репяха. Хотя, какая разница! Главное, что они свободны, и я вновь могу быть с подругой. Надеюсь, Лида с Мягколапом тоже успешно сбежали из логова Юлиана. Им это не должно составить труда, ведь блуждая по лабиринту, они оставляли метки, чтоб было легче идти обратно. Да и тварей должно быть поменьше, после того, как Риан взломал барьер. Надеюсь также, что те двое не являются приспешниками Юлиана и помогли уйти монашке и вору. С нашего побега не прошло еще и дня, поэтому рассчитывать на какие либо известия можно только через несколько суток. Пока можно только надеяться.

  – Раз ты снял с нас это проклятья, то я даже денег с тебя вполовину меньше возьму! – заявила подруга, когда ее поставили на ноги, и радостно ударила его ладошкой по спине.

  – Деньги? – возмущенно спросил Дэрек. – Да это ты мне должна платить за освобождение, ведь именно из-за тебя нас прокляли!

  – Какой же ты нудный, Реник-Веник, – с наигранной серьезностью, насмехалась женщина. – Вроде бы такой молоденький, а скупости на целый дом престарелых!

  – Я не скупой, а справедливый! – гордо выставив подбородок, напыщенно заявил главный мастер. – Притом, деньги за ложный свиток ты получила и мне, кажется, этого должно быть достаточно.

  – Это вообще нормально? – Могу дать хвост на отсечение, что ошарашенное выражение лица у подруги было самое что ни наесть настоящие, правда скрыла она свое состояния под насмешливой улыбкой мгновенно. – Значит, я продумываю гениальные планы, не щадя сил ищу храм и рискую жизнью, а он в ответ заявляет, что какие-то две тысячи – притом с чужого кармана! – будет достаточно? И это еще нас прохиндеями и вороньем называют! – Отойдя на шаг, подруга покачала головой и добавила пораженно: – Ты точно уверен, что среди твоих родственников темные нигде не затесались? А то я уже не уверена, что ты человек, с твоей-то хваткой к выгоде и пронырством!

  В ответ двуногий лишь хитро и как-то вызывающе усмехнулся, что валькирию заметно таки взбесило, так как она раздраженно буркнула:

  – Раз вы платить не собираетесь, то дел я с вами больше иметь никаких не желаю, главный мастер Эвэнс.

  Не думаю, что подруга взаправду решила уйти, скорее ей просто приспичило по нужде, но жрец все же слегка взволнованно уточнил:

  – Ива, ты куда?

  – По мужикам! – не оборачиваясь, зло кинула женщина.

  И впервые, за дни нашего совместного путешествия, они оказались друг от друга на расстоянии более пяти прыжков.

                                                                                ***

  Так как пришли мы в себя далеко за полдень, то двуногие решили выдвигаться к Лэстэрину на следующий день, а сегодня отдохнуть и переночевать возле родника. Костер, с помощью двух трущихся друг об друга палочек, как-то умудрился развести Соль, а я и подруга насобирали ягод. Повезло, что мы очнулись на окраине Лунного Леса, так как в глубине его кроме грибов ничего питательного не растет, да и не их сейчас была пора. Ночи в лесу были холодные, поэтому двуногие окружили меня словно котята мамку, в желании согреться. Утром же они проснулись не в слишком добром расположении духа, так как их было четверо, а меня, не смотря на крупные размеры, на всех не хватило. Даже то, что подруга прочитало какое-то заклинание, и ветер двуногих ночью не доставал, не помогло, ведь земля, даже устелена листьями, была холодной.

  Напившись на дорогу из родника, так как ничего подходящего, чтоб взять воды с собой у двуногих не было, мы выдвинулись в путь.

  Высокие деревья скрывали солнце, поэтому жару мы не слишком ощущали, но двуногие все равно шли медленно, часто останавливаясь передохнуть. За эти дни они истощились, как физически, так и морально (Соль в расчет я не беру), да еще смерть Хейсы сильно подкосило духовное состояние женщин. Хуже всех было Ивильмире. Вначале она только отставала, но через несколько часов подруга побледнела и сильно вспотела, да и стала заметно пошатываться.

  – Привал, – скомандовал Дэрек, а затем подошел к валькирии и добавил: – Дай я осмотрю раны.

  – Да все нормально, – отмахнулась Ивильмира и, вопреки своим словам, пошатнулась и поморщилась, схватившись рукою за плечо.

  Ее грудная клетка тяжело поднималась и опускалась, а на лбу блестели капельки пота.

  Жрец чуть ли не силой усадил женщину по землю, а затем принялся осматривать рану. Подруга застонала, когда мужчина попытался посмотреть рану на плече, так как ткань прилипла к коже, и ее пришлось отдирать.

  – Чем тебя? – взволнованно спросил жрец.

  – Кнутом, – спокойно ответила валькирия, словно говорила не об орудии пыток, которое использовали не ней.

  – Сукин сын! – выругался сквозь зубы жрец.

  Рана была страшная: черно-серая корка вздулась, и стоило Дэреку слегка надавить на нее, по плечу потек гной.

  – Мразь! – воскликнул мужчина и добавил пару словечек пожестче. Хорошо, что Лида этого не слышит, а то она точно бы схлопотала сердечный приступ, узнав, что ее брат знает подобные слова. – Рана загноилась. Ива, тебя нужно срочно доставить целителю. Уверен, Мориган смазал кнут какой-то гадостью. Он любитель подобного. Эй, ты, – окликнул жрец Соль, – понесешь ее.

  – Да я сама могу, – попыталась возразить подруга, но Дэрек ее жестко осадил:

  – В таком состоянии ты год будем добираться, так что заткнулась, иначе я тебя вырублю!

  – Не смей мной командовать! – возмутилась валькирия, но на сторону жреца вновь встала Юриэнна:

  – Еще одно слово и я сама лишу тебя сознания. – Хоть она говорила не громко и спокойно, но даже мне стало как-то не по себе.

  – Да пошли вы! – ответила валькирия и с раздражение сложила руки на груди, затем тихо застонала и руку вернула в горизонтальное положение.

  Как бы Ивильмира не возмущалась и не фыркала, ей все равно пришлось воспользоваться Солью, как личной лошадкой. Тот, не смотря на все надежды и подмигивания валькирии, протестовать не стал. Он вообще вел себя тиши воды, нижи травы. Мне, кажется, он попросту боялся, особенно Юриэнну, так как стоило ей на него взглянуть, как он тут же горбился, словно в желании уменьшиться. Я бы тоже могла понести подругу, но мою кандидатура даже не рассматривали. Возможно из-за того, что на руках мужчины подруге было значительно удобнее, нежели на моей спине.

  Когда мы вышли к небольшой речушке, то решили остановиться на полчаса передохнуть. Еды у нас не было, поэтому пришлось голодный желудок заполнять лишь холодной водой. Желудок противился и грозно ругался, но альтернативы все равно никакой не было.

  – Ты ведь не безликий? – спросил дроу у Соли, вперив в него внимательный взгляд.

  Тот кинул на нее удивленный взгляд и взволнованно поинтересовался:

  – Как Вы догадались?

  – У меня была мысль, что ты отличаешь от безликих, и когда ты вступился за нас в той камере, то я в ней убедилась. Ведь тот безликий сказал: «Ублюдки, подобные тебе, не имеет права голоса», – пояснила Юриэнна. - За то, что пытался помощь, я тебе очень признательна. Если бы ты не вступился и не выиграл немного времени, мы вряд ли б спаслись.

  – И я благодарю тебя, – простонала Ивильмира. – За все.

  Соль перевел взгляд с дроу на валькирию, затем посмотрел на свои скрещенные руки и ответил:

  – Не нужно меня благодарить, ведь, в сущности, я толком вам не помог.

  – Как это не помог? – с некой надменностью ответила Юриэнна. – Ты отстрочил нашу смерть, помог нам пробраться в храм, а теперь носишь на руках эту лентяйку.

  – Эй! – воскликнула возмущенно «лентяйка».

  – Так все же, кто ты такой? – не дала съехать с темы дроу.

  Мужчина, как то обреченно вздохнул, и, кивнув на жреца, ответил:

  – Я, как он. – Увидев непонимающие взгляды женщин, он добавил для ясности: – В смысле, гомункул – созданный при помощи алхимии человек.

  Теперь женщины (включая мою персону) с непониманием смотрели на жреца.

  – Ты мне ничего не хочешь объяснить? – с ноткой недоверия, потрясения и злости спросила Ивильмира.

  Дэрек кинул на Соль взгляд полный злости, а затем с натянутым спокойствием ответил:

  – С чего это, я должен тебе что-то объяснять?

  – Ты что охренел?

  – Хрен не ем, хотя сейчас с удовольствием отведал бы и его.

  – Дэрек!

  – Что, Ива? – Жрец устало глянул на валькирию. – Или тебе хочется услышать душещипательную историю о том, что я являюсь одним из провальных экспериментов Юлиана, которому посчастливилось выжить? А может мне рассказать, как однажды я случайно узнал, что меня оставили в живых только за тем, чтоб потом использовать, как материал для создания других гомункулов? Или поведать тебя, как я испугался и убежал, прихватив с собой один из экспериментов создателя, – его голос дрогнул, но через секунду он продолжил с тем же наигранным спокойствием: – чтоб нагадить ему напоследок? Ну, - он посмотрел Ивильмире прямо в глаза тяжелым взглядом, – какую историю тебе подробно рассказать?

  Бывшие проклятые смотрели друг в другу глаза, не мигая, и, казалось, между ними происходить какой только им понятный разговор взглядом.

  – Так это ты выкрал эксперимент «Мао»? – Соль словно спугнул царившее между двуногими напряжение, от чего они перевели взгляды на него.

  Название меня заставило взволновано подскочить на лапы и зарычать. В голове тут же всплыли Лидины слова:

  «Я не помню всего, что они со мной делали. Помню только, что было много крови, и я в ней лежала... словно в бадье, и во мне торчали иголки с трубками...»

  Ивильмира поняла мое желание и угрожающе спросила:

  – Что за эксперимент «Мао»?

  Соль посмотрел на Дэрека и тот кивнул головой, наверное, понимая, что так просто от валькирии не отделаться.

  – Всех подробностей я не знаю, так что пусть лучше он расскажет, – перевел Соль стрелку на жреца.

  Я и подруга впились в главного мастера выжидающими взглядами.

  – Хорошо, я расскажу, – спустя длинную минуту молчания, согласился Дэрек. – Юлиан с давних пор пытался найти Мао, так как в легендах сказано, что именно он должен отворить двери Аримера. Поначалу он лишь отлавливал ирусанов, в попытках найти среди них Мао, но когда эта затея провалилась, он начал использовать их для другой цели... Он решил создать существо, которое способно понимать и контролировать животных, именно этот эксперимент и был назван «Мао».

  Неужели те твари, которые преследуют ирусанов, были посланы Юлианом? Неужели, это он натравливает их на нас в желании найти Мао?

  – Ты ведь говоришь о Лиде? – Ивильмира, не смотря на то, что и так была бледная, побледнели еще сильнее, а ее нижняя губа нервно задергалась.

  – Да, это Лида, – подтвердил Дэрек, каким-то отстраненным голосом. – Юлиан проводил чудовищные эксперименты и Лида, на то время, была единственной удачной пробой. Сейчас я не знаю, сумел ли он удачно его провести.

  – Не сумел, – ответил Соль. – Та девушка была и остается единственным успешным экспериментом.

  – Хозяйка Порок! – простонала подруга и с ее глаз покатились злые слезы по щекам. – Как он мог так поступить с ребенком! И ведь она вернулась туда!

  – Даже если Юлиан ее поймал, то убивать не станет, – сказал Дэрек, и по нему было видно, что слова даются ему с трудом. – Он еще не знает, что Мао возродился, – кинув на меня взгляд, мужчина исправил: – возродилась, поэтому Лида будет ему нужна.

  – Получается, вы, в некотором смысле, братья, раз вас создал Юлиан? – внесла свою лепту в разговор Юриэнна.

  – Нет, – ответил Соль. – Ведь меня создал не Юлиан. К его гомункулам отношение другое.

  – Неважно, кто был создателем, мы все равно и не люди, и не безликие, – резко ответил Дэрек. – Мы всего лишь ублюдки, выращенные в пробирках...

  Резкая пощечина оборвала жреца.

  – А ну заткнулся, Реник-Веник! – зло закричала Ивильмира, и искрение слезы на ее глазах говорили о многом. – Какая нахрен разница из пи***и, или из другого места ты появился? Главное, что ты имеешь характер, довольно паскудный, признаться честно, и собственное мнение, которое хоть меня порой и бесит, но является только твоим. Этого факта никто не смеет отрицать! Так же никто не сможет заявить, что у тебя нет личности. Или она тоже была выращена в пробирке?!

  Дэрек, приложив ладошку к щеке, смотрел на валькирию пораженным взглядом, затем он улыбнулся, какой-то по-детски искренней улыбкой и сказал:

  – Вот теперь, я точно в тебя влюбился!

  Я, Юриэнна и Дэрек потрясенно смотрели на то, как щеки валькирии краснеют. Признаться честно, я думала, что подруга давным-давно забыла, как смущаться, но четко видный румянец, особенно на бледной коже, намекал об обратном.

   – Иди в задницу! – грубо ответила Ивильмира и отвернулась.

  Жрец хотел было что-то сказать, но не смог, так как в следующую секунду нас окружили не слишком дружелюбные дроу, с мечами и луками наизготове.

  Вот что называется, увлеклась слушаньем беседы и совсем забыла об осторожности. Хотя за эти дни я тоже неслабо вымоталась, так что ничего удивительного, что меня застали врасплох.

  – Не двигаться! – приказал один из дроу, но Юриэнна это проигнорировала.

  Поднявшись, дроу тихо, но властно сказала:

  – Я – жена Нэр Эш'шэр Вальмира Дерейгар, Вар'шэр Юриэнна Дерейгар. Проверьте мою ауру. Поэтому я требую, чтоб вы убрали оружие и обеспечили нам сопровождение в Лэстэрин.

  – Нам приказано задерживать всех подозрительных существ, особенно тех, кто похож на родственников королевской семьи, – сухо раздалось в ответ. – Приказ Нэрэм Эш'шэр Вальмира Дерейгар.

  – Что?! – пораженно сказали Юриэнна и Ивильмира одновременно, а затем в непонимании переглянулись.

                                                                             ***

  – Просто замечательно! Мы сбежали из одной тюрьмы, но не прошло и дня, как очутились в другой! – слабо бушевала подруга.

  Она сидела у стены, опершись спиной на каменную кладку, и хоть было видно, что чувствует она себя не важно, но ее рот ругаться не переставал не на минуту.

  Юриэнна сидела рядом с ней, опустив голову на плечо Соли, а Дэрек бушевал у двери, дергая за решетки на маленьком окошки и крича:

  – Эй, пришлите целителя! Тут раненый! У нее гноиться рана и может быть заражение крови! Эй, меня кто-нибудь слышишь?! Помогите, мать вашу! Что вы за бесчувственные твари!

  – Хватит, Дэрек, – попросила плененная дроу. – Это бесполезно.

  – Нет, пусть кричит, - раздался в ответ слабый голос подруги. - Может у них совесть проснется, или им, попросту, надоесть его скулеж и они придут и отметелят его, что вероятнее.

  Жрец замолк, перевел злой взгляд на валькирию и рассержено прокричал:

  – Я же для тебя стараюсь, неблагодарная скотина!

  – Дэрек, ты... – и так слабый голос подруги скатился на шепот, она вдруг замолчала, а потом по стеночке съехала на пол и замерла на земле, в странной позе.

  Главный мастер, дроу и Соль ринулись к валькирии и попытались привести ее в чувство. Они кричали ее имя, били по щекам и трясли за плечи, но все было тщетно.

  Я ничем не могла помощь. Я могла лишь стоять рядом и наблюдать.

  Ивильмира была как снег, так же белоснежна и холодна, а ее грудная клетка все замедлялась и замедлялась... И в этот момент, я почувствовала, как минуя коридоры темницы, к нам приближается смерть.

  Она была взволнована, сердита и печальна, потому что время Ивильмиры Троицкой графини Эджерай еще не пришло.

  ВРЕМЯ остановилось.

  Застыл Дэрек, кричащий и прижимающий к груди голову женщины.

  Застыла Юриэнна, тихо плачущая над телом, из которого уходила жизнь.

  Застыл Соль, который хоть и не был хорошо знаком с валькирией, но проникся к ней уважением и симпатией, потому что она открыла ему глаза на его существования. Дала ему толчок поверить в то, что он живой. Мыслящее существо, которое имеет право само принимать решения в своей жизни. Ведь это только его жизнь и никого другого.

  Застыл тяжелый воздух, пыль, ДРУГИЕ.

  Застыла сама ЖИЗНЬ.

  Могли двигаться только я и проскальзывающая через дверь...

  – Хейса?! – пораженно зарычала я, так как пришедшая за душой Ивильмиры СМЕРТЬ имела облик ее сестры.

  – Ты права и не права одновременно. Называй меня – Я, – ответила СМЕРТЬ и дружелюбно мне улыбнулась. – Я пришло за ней.

  – Нет! – мой рык, казалось, вобрал в себя само понятие чувства "уверенность".

  – Это твое право и никто не в силах его отменить, Мао, – покорно ответила она и добавила без капли горечи или неуверенности: – Даже Я. Ведь ты отвечаешь за врата.

  Мне вспомнился случай на озере с Генрихом, поэтому я устремила взгляд на потолок, под которым застыли ДРИГИЕ.

  – Ее час не настал. Излечите ее! – В этот раз я не просила. Я приказывала, и разноцветные блики вдруг ожили.

  Они принялись плясать в хороводе, который двигался все быстрей и быстрей, переливаясь столькими оттенками цвета, что не хватит всех языков миров, чтоб дать им название.

  Хоровод закручивался все быстрее и быстрее, и когда все оттенки смешались, создав единый золотой оттенок, ДРУГИЕ устремились к валькирии и влились в ее рот.

  – Когда она придет в себя, скажи ей, чтоб больше не тревожила меня по пустякам, – сказала СМЕРТЬ и обернулась к двери.

  Если она пыталась таким образом намекнуть, что ей стоит вести себя осмотрительнее, то получилось у нее не слишком хорошо.

  – Как? Ведь она меня не понимает, – в непонимании ответила я, хотя ее заявление о пустяках меня разозлило.

  – Неужели? – усмехнулась копия Хейсы, оглянувшись. – Неужели Мао не сможет, поговорит с какой-то валькирией? Ведь именно ты предложила создавать существ из четырех элементов.

  – Она никакая-то валькирия! – разгневанно зарычала я. – Она – моя подруга!

  – Даже так? – в ее голосе проскользнул интерес, смешенный с легким презрением. – Ты ведь знаешь правду, но... Но кто-то ее заблокировал? Ах, – надменно воскликнула Я, – он как всегда ставит мне палки в колеса. Если бы ты вспомнила правду, то попросту не стала это никчемное существо считать, хотя бы за что-то.